Текст книги "Багряный декаданс (СИ)"

Автор книги: Анастасия Солнцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц)

Я уже раскрыла рот, чтобы спросить, что это, черт возьми, такое было, но мир, а вместе с ним и само здание целиком содрогнулось. С лязганьем, грохотом и звуком ломающегося камня.

– Магистрат ломается! – прокричал демон, рывком прижимая меня к себе.

– Нет, не магистрат, – помотала я головой, зажмуриваясь. – Это мир! Мир ломается!

– Беги! – и Сатус рывком швырнул меня в сторону анфилады. Я пробежала несколько метров по инерции, поскользнулась, упала.

Услышала стрекот, обернулась и увидела над собой паучье брюхо монстра. Его ротовые придатки уже тянулись ко мне, а черные глаза-бусины отражали мой предсмертный лик. Оказавшись к нему так близко, я получила возможность рассмотреть его детальнее и поняла, что у него нет рта, одновременно вспомнив, что пауки не едят твердую пищу.

Они впрыскивают под кожу пищеварительный сок, растворяющий внутренние органы, а после высасывают всю жидкость из тела своей жертвы, оставляя лишь сухую оболочку.

– Мамочка! – завизжала я, хватаясь руками за голову.

Бешенное биение собственного сердца перекрыл звук острого лезвия, глубоко всаживаемого во что-то живое.

Приоткрыв один глаз, увидела Сатуса, погрузившего свой клинок аккурат в брюхо мутанта. Натужный вздох, короткая брань сквозь зубы, и демон рванул свое орудие вверх, разрезая туловище членистоногого пополам.

Это же какую силу нужно иметь, восхищенно подумалось мне в то время, как из тела мутанта на пол хлынуло что-то, похожее на мутное желе, с протяжным чвакающим звуком плюхаясь вниз объемными хлопьями.

То, что произошло дальше положило конец нашим приключениям в этом трудном перекроенном чье-то больной, злой магией миром. Последней каплей стало то ли появления мутанта, то ли из-за его уничтожение, но мир съежился, зашатался, запульсировал, заходясь в лихорадке.

Ураганом осколков вылетели из проемов окна, крыша начала трескаться и обваливаться кусками камней прямо на нас, чудом не попадая по головам. Двери захлопали, будто кто-то пытался оторвать их с петель. А после пол накренился, как если бы здание вдруг захотело всех нас вышвырнуть наружу. Я, демон и две части монстра, истекающие вонючей жидкостью покатились вниз, сбивая друг друга с ног и коллективно пачкаясь в крови, своей и чужой, жиже и липкой дряни. Покатились туда, где под стену уже скатились, образовав беспорядочную груду начавших разлагаться изуродованных тел тех, кто погиб здесь до нас…

Зажмурившись, я ожидала болезненного и отвратного столкновения с мертвецами, заранее попытавшись сгруппироваться…

Вдруг в нос ударил резкий запах животных.

Прокатившись кубарем по внезапно освободившемуся от любых препятствий пространству, в твердости которого произошли изменения, что ощутил буквально каждый позвонок моей спины, я упала на что-то, что тихо и как-то даже успокаивающе зашуршало под мной.

Со стоном открыв глаза, с удивлением обнаружила, что лежу… на снопе сена. В воздухе витает практически убойный запах навоза, а меня со всех сторон окружают стойла, из которых наружу высовываются заинтересованные морды лошадей.

Ну, тех самых, которые с крыльями.

Оглянувшись, увидела чуть поодаль сидящего демона. Он сидел упершись спиной в деревянную стенку конюшни, уставший и бледный. Меч его вновь исчез из поля зрения, как и останки паука-мутанта.

– Ты молодец, – вдруг улыбнулся парень, и улыбка эта была светлой и чистой, как колодезная вода. А еще немного благодарной. С благодарностью от демона я сталкивалась впервые, а потому даже растерялась, не зная, как реагировать.

Неожиданно легко оторвавшись от земли, он широкими шагами подошел ко мне, подхватил под живот, усадил, и взял за правую руку, чтобы рассмотреть рану.

– Почему я молодец? – на всякий случай, решила уточнить, а то вдруг мы по-разному понимаем ситуацию, и я молодец в чем-то, о чем совершенно не догадываюсь.

– Ты вернула нас обратно, – он закатал мой рукав повыше и принялся вертеть руку и так, и сяк. Рана на вид не особо изменилась, такое же глубокое рассечение, немного грязненькое, но хотя бы обильно кровоточить перестало.

– Не думаю, что это произошло сознательно, – поморщилась я, когда демон попытался надавить на кожу.

– Впрочем, как и всегда. Больно?

Я кивнула.

– Ты думаешь, он был ядовитым? – с ужасом вопросила, ловя его взгляд. – И я умру?

– Не знаю, – ответил он, и я поняла, что демон пытался быть со мной честным. Возможно, впервые за все время нашего знакомства. – Он не укусил тебя, а поцарапал когтем на одной из лап. Но я не знаю, были ли отравлены эти когти. Поэтому стоит сходить к лекарям.

– Не пойду, – я вывернула руку и опустила рукав пиджака, выглядящего так, как будто я пережила в нем маленькую средневековую войну.

– Почему?

– Потому что в прошлый раз мне там не понравилось, – проворчала я. И решила для профилактики освежить чужую память: – Кстати, это ты меня туда отправил.

– Знаю, – просто и без улыбки ответил парень. Лицо его было пустым и не выражало ничего – ни радости, ни грусти, ни жалости. Жалость мне от демона точно была не нужна, но вот хотя бы какое-то проявление вины хотелось бы увидеть. – Этого больше не повторится.

Слова его прозвучали весомо. В принципе, как и все, что говорил демон.

– Что, надоело срывать злость на тех, кто слабее тебя? – желание поехидничать было сильнее понимания необходимости соблюдать осторожность и нейтралитет в выражениях.

– Нет, – демон выпрямился во весь свой внушительный рост. – Я больше не стану использовать против тебя физическую силу. Хотя ты все еще порой здорово раздражаешь.

И он протянул мне руку, чтобы помочь встать.

– Взаимно, – скривилась я.

И встала самостоятельно.

– Я пытаюсь быть с тобой сдержанным и осмотрительным. И так я делаю только с тобой, – понеслось мне злое в спину.

– Плохо получается, – огрызнулась я и направилась к выходу из конюшни, потому что не вечно же мне сидеть на сене!

Выходом служил просто большой проем без дверей и замков, и вот в этом самом месте я, вымотанная, грязная и злая, столкнулась с молодым мужчиной.

– Ой! – вырвалось у меня, когда я едва не налетела на него.

И чтобы устоять на ногах, схватилась за крепкое мужское плечо, ощутив под пальцами тепло и гладкость его обнаженной кожи. Сверху на тело парня была накинута лишь безрукавка, узкие штаны были подкатаны до колен, а ниже – сапоги для верховой езды.

– Извините, – пробормотала я, рассматривая человека, который на вид был на пару-тройку лет старше меня.

– Всё в порядке, – широко заулыбался парень, державший в одной руке ведро с водой, а в другой – широкую щетку с густыми рядами тонких зубцов.

– Рой, – поприветствовал парня Сатус, походя к нам. Взгляды парней встретились и в этом уже не было ничего приветственного. Они были примерно одного роста, но Тай все же повыше. Похожего телосложения и даже, кажется, такого же вспыльчивого нрава, потому что при виде Сатуса улыбка сошла с лица парня. И все стало еще хуже, когда демон обвил своей рукой мою талию, по-хозяйски притягивая к себе.

В этом жесте не было ни любви, ни нежности, зато требовательности и желания показать, что нас связывает что-то большее, чем совместные прогулки по конюшням, имелось с избытком.

– Вы вместе? – удивился парень, ставя ведро на землю и одним движением руки смахивая назад густые светлые, чуть волнистые волосы.

– Нет, – ответила я.

– Да, – проговорил Сатус.

Я в изумлении повернулась к нему, но он смотрел исключительно на блондина.

– Мы просто сюда вместе пришли, – попыталась вывернуться я.

Рука демона зло сжалась, еще теснее привлекая в его объятия.

– Пришли вместе… в конюшню? – прыснул от смеха Рой, подбрасывая и ловко перехватывая щетку в воздухе. – Чем же вы здесь собирались заниматься, а, Сатус? – и губы парня растянулись в плотоядной улыбке.

– Это не то, о чем ты подумал! – замахала я руками, пытаясь вырвать из рук демона, но бесполезно. – Мы случайно здесь оказались!

Демон покосился на меня, а потом нехотя произнес, отводя взгляд:

– Мы пришли отрабатывать её наказание.

У меня словно лампочка в голове зажглась.

Точно!

Наказание за то, что вторглась в кабинет мистера Элиота, а после швырнула в его голову вазу.

Правда, метила-то я в голову убийцы, но это почему-то никого не интересовало. Наверное, потому что не попала.

Глава 10

– А, так ты – Мира? – лицо парня озарилось радостью. – Леди Элеонор спрашивала о тебе, приходила ли ты в конюшню. Я сказал, что нет, но, кажется, она и так уже знала ответ. И попросила меня тебе помочь.

– Я сам ей помогу, – с холодной, выдержанной яростью оборвал его Сатус. Лицо демона было сосредоточенным и пустым, на него будто бы натянули резиновую маску. А в глазах клокотала первобытная дикость, которая набирала обороты. И с ним всегда было так, глаза – как карусель, чем дольше смотришь, тем сильнее кружится голова. В какой-то момент приходит отрезвляющее осознание, что если не отвернешься, ту рухнешь прямо к его ногам.

– Это вряд ли, – хмыкнул Рой. – Потому что Элеонор просила, как только увижу тебя, передать, чтобы ты явился в её кабинет. Что-то ей от тебя нужно и нужно срочно. Она тебя давно ищет.

– Я разберусь, – отрезал демон.

– Вот иди и разберись, – с любезностью предложил демон и указал направление, куда надо идти разбираться – в сторону Академии, чья изящная крыша виднелась в стороне, выглядывая из-за деревьев. – А я пока побуду тут, с Мирой.

Он как-то очень странно произнес моё имя и это разозлило демона еще сильнее.

Он шагнул вперед и выдохнул Рою в лицо:

– Только попробуй. Я вырву твои кишки и намотаю их на ближайшее дерево.

Рой улыбаться перестал.

– Ты бы лучше с таким рвением выполнял свои обязанности главы студкомитета. Или ты забыл, что должен присутствовать на наших заседаниях? Скоро очередное голосование на пост главы. Не боишься потерять свой пафосный пост?

– Я ничего не забываю, – процедил демон. – И ничего не боюсь. Но тебя здесь с ней не оставлю.

– Почему? – ухмыльнулся Рой. – Думаешь, я её съем? Кстати, никогда не пробовал таких, как она. Интересный будет опыт.

Смазанный запах рукой, и блондин повалился с ног на землю, зажимая сломанный нос. Из-под его пальцев сочилась кровь. В последние дни я насмотрела на неё в таком количестве, что даже не вздрогнула. Кажется, я начинала привыкать к тому, что ужасы стали неотъемлемой частью моей жизни.

– Я тебя предупредил, – подвел итог встречи демон и оглянулся на меня с обвинением во взгляде. Я аж невольно отступила назад, пряча раненную руку за спину.

А после Сатус покинул нас, уйдя не оборачиваясь.

Рой встал, отряхнулся, отер ладонью остатки крови, которая уже остановилась, и удостоил меня оценивающим взглядом, таким, близким к издевательскому. Мне почему-то стало противно, будто в грязь макнули.

– Что? – поежилась я, прерывая давящую паузу.

– Ты не похожа на обычных его подружек, – заметил Рой.

– Даже не знаю, комплимент это или нет, – я закусила губу. Захотелось побежать следом за принцем, а общаться с этим блондином не хотелось совсем. Была в нем какая-то червоточина. И это разительно отличало его от Сатуса, что отчетливо почувствовалось, как только мы остались вдвоем. Сатус, как бы я на него не злилась и кем бы не считала, никогда не притворялся тем, кем не был. Он мог играть с моей жизнью и с моими чувствами, но верность самому себе для него была чем-то неоспоримо фундаментальным. В любой ситуации он помнил, кем является, а потому не было в нем это скользкого лицемерия и криводушия, от которого в воздухе начинал сгущаться аромат чего-то испорченного, кисловатым привкусом оседая на языке.

– Обычно Тай выбирает кого понаивнее. Очаровывает, играется, как кошка с мышкой, а после вышвыривает из своей жизни на ненужностью, – лицо парня было аккуратным, правильным. Наверное, его можно было бы даже счесть красивым, если бы не одно «но». Я была знакома с Сатусом. Я видела лицо, которое по всем параметрам превосходило определение «идеальное». И на фоне безупречного великолепия демона Рой казался почти обычным. Таким же, как я…

– И?

– И ты идешь на рекорд. Продержалась дольше всех. Кроме того, ни за одну девчонку Тай еще не бил своих сокурсников, – я еще раньше поняла, что блондин учится вместе с Сатусом. – Ты что, настолько искусна в постели?

– Да, фокусы показываю! – вышла я из себя. – Очень увлекательно!

– А мне покажешь? – улыбка парня стала еще шире.

Он шагнул ко мне, а у меня затряслись руки.

– Только после меня, – раздался знакомый голос, который не только остановил парня, но и заставил его отскочить назад.

Я чуть наклонилась вбок и увидела Инсара, который покачиваясь на носках и сунув руки в карманы, рассматривал разворачивающуюся на его глазах сцену в своем фирменном стиле – с ленивой соблазнительной улыбкой и с видом того, кто привык шагать по миру, легко ступая по чужим сердцам и чужим мечтам, купаясь во всеобщем внимании и обожании как в дорогом, очень сладком, шампанском.

– А за мной еще трое занимали. Так, что, Рой, можешь быть свободен. Здесь тебе нечего делать. Я позабочусь о девчонке.

– Ты? – расхохотался Рой. – Да ты в жизни о конях ветра не заботился! А тут вдруг решил испачкать руки?

Инсар небрежно пожал плечами.

– Ну, иногда надо пробовать что-то новое, – демон вытащил одну руку из кармана и небрежно помахал ладонью. – Проваливай.

Рой что-то неразборчиво прошипел себе под нос, пнул носком ботинка щетку, которая отлетела в сторону и пошагал прочь, в том же направлении, в котором исчез Сатус.

Инсар проводил его взглядом, а после поинтересовался у меня:

– Ты как? В норме?

– Угу. А это кто?

– Рой? – переспросил парень, удивленный моим интересом. – Он с нашего факультета.

– А он кто… по природе? – мне трудно было подбирать слова, чтобы никого ненароком не обидеть.

Инсар мое напряжение заметил и рассмеялся. Подошел, приобнял за плечи и заявил:

– Рой – вампир.

– Вампир!? – такого я не ожидала.

– Но ты не переживай, он тебя не тронет, – попытался утешить меня Тиес. От него исходило почти такое же тепло, как и от Сатуса. Но в случае с принцем это был почти невыносимый жар, который обрушивался ураганом, сдавливая и будто пытаясь сожрать. А от Инсара веяло теплотой дыхания, вырывающегося изо рта в хрустящую морозную ночь, и мягкостью вельвета, согревающего замерзшие плечи. – Нет в школе таких дураков, который пойдут против нас.

– Да, что-то такое я уже слышала, – пробормотала я, решив не обращать на некоторое бахвальство со стороны парня.

– Правда? – обрадовался демон. – Ну, вот видишь! Не о чем переживать!

Ага, кроме того, что рядом со мной постоянно околачиваются самые опасные ребята во всей Академии. А может быть, и не только в ней.

– А как ты здесь оказался? – я попыталась аккуратно убрать руку демона с плеча, но Инсар перехватил мою ладонь и неожиданно… поднес к губам и поцеловал.

Я громко вздохнула и обескураженно застыла.

– Меня прислал Тай, – с искушенной улыбкой промолвил старшекурсник, сжимая мои пальцы в своих. – Скоро еще должен Кан подойти.

– Аааа, – протянула я, ничего не понимая, и спросила: – А зачем?

– Что бы помочь, зачем же еще! Так! – хлопнул в ладоши демон, наконец, отпуская меня и осматриваясь. – Насколько я понял, тебе нужно убраться здесь и накидать в кормушки сено. Поэтому я выпушу коней из стойла, а ты начнешь уборку!

– Я? – ткнула себя пальцем в грудь.

– Ну, не я же! – передразнил меня демон. – Это твое наказание, не мое!

– А тебя вообще хоть когда-нибудь наказывали?

Ответ меня не удивил.

– Нет. А за что? Я же паинька! – и парень широким жестом указал на себя, мол, посмотри? Как на такого ангела с длинными изогнутыми ресницами, ямочками на щеках и сияющим взглядом можно злиться?

– Ну, да, – ворчливо закатила я глаза. – Ангел… когда спишь в обнимку с нимбом.

– Нет, – расхохотался демон с пленяющими искорками в глазах. – Когда сплю, прижимая к себе разгоряченное тело прекрасной обнаженной девушки.

Сама не осознавая причины, я покраснела.

– Ух, ты! – демон рассмеялся еще громче, с бесконечным наслаждением хлопнув в ладоши. – А ты такая милашка, когда краснеешь! Надо почаще тебя смущать!

– Отстань!

– Не тогда, когда ты так прелестна! – мечтательно заулыбался демон.

– О чем речь? – в конюшню вошел Ферай Кан, держа в одной руке мешочек с чем-то непонятным.

– О том, что она прелестна, – весело ответил Инсар, ничуть не оробев.

– Это и так очевидно, – ответил Кан, подошел ко мне и приказал: – Снимай пиджак.

– Э-э-э-э, Кан, – забеспокоился Инсар. – Ты уверен, что стоит это делать прямо здесь? Да и Тай еще не решил окончательно…

– Она ранена, – прервал его Ферай. Не дожидаясь пока я проявлю покорность, он схватился за воротник пиджака и аккуратно, но категорично стянул его с меня.

– Когда успела? – неподдельно встревожился Инсар, чего я никак от него не ожидала, и подошел к нам. – Ого! Кто тебя так?

– Эцитон, – кратко выдохнул Кан.

Парни обменялись взглядами, и с лица Тиеса сошла ребячливая улыбка.

– А что такое эцитон? – встряла я, зная, что сейчас на моих глазах происходит очередной бессловесный обмен мнениями, который может продолжаться очень долго.

– Объясни ей, – кивнул Инсар, – она должна знать. А я пойду, коней выпущу. Мы все-таки должны выполнить работу. Иначе Элеонор свой стол сгрызет.

И он направился к стойлам, где с его приближением сразу же зашумели лошади, почуявшие предстоящую прогулку. Они начали громко фыркать, переступать копытами и ржать. Стоило только Инсару отодвинуть в сторону засов и распахнуть деревянную калитку в ближайшей секции, как благородное животное, громко всхрапнув, пулей вылетело на свободу, промчавшись мимо нас. За первым вскоре отправились и все остальные, умчавшись куда-то на улицу. Вскоре я увидела несколько темных силуэтов в небе.

Пока Инсар освобождал стойла, Кан занимался моей рукой и что-либо объяснять не спешил. Я же решила, что иногда полезно быть сдержанной.

Ну, или просто очень устала.

В мешочке, который он принес с собой находились, как выяснилось, небольшие стеклянные флаконы с узкими горлышками, закрытые корковыми пробками. Внутри флаконов содержались настойки, резкий травяной запах которых ударил в нос едва только парень вскрыл несколько из них.

Прикасаясь крайне бережно и очень осторожно, точно я из самого тонкого стекла, Кан начал тщательно обрабатывать мою руку.

– Больно? – спросил он, капая на рану пахучей коричневой жидкостью, которая резко отдавала хмелем.

– Немного, – наблюдая за ним, ответила я. – Щиплет.

– Потерпи, скоро станет легче, – извиняющимся тоном попросил демон, отложил один пузырек и взял другой.

– Потерплю, – пообещала я и улыбнулась, чувствуя признательность к старшекурснику. – Спасибо.

– Не стоит, – Ферай распечатал новый пузырек и наклонил его над моей раной, в которую полилась прозрачная, почти как вода жидкость. При соприкосновении с кожей она начала обильно пениться и стекать вниз белыми хлопьями. – В этом есть и наша вина тоже.

– В чем?

– В том, что тебя ранили, – скулы демона ужесточились, а брови образовали у переносицы хмурую складку.

Мне такая логика показалась неверной.

– В этом нет вашей вины, – попыталась поспорить я.

– Поверь мне, есть, – заверил меня демон.

И я поняла, что знаю далеко не все. А возможно, и вовсе ничего не знаю.

Закончив выпускать коней, Инсар вернулся к нам и присел рядом.

– Легче? – спросил он с непривычной серьезностью. Кажется, это был первый раз, когда он не искушал всех и всё вокруг своей улыбкой. Хотя, нет, второй, тогда, во время пожара в библиотеке, он тоже не улыбался.

Без улыбки его лицо по-прежнему было красивым, но теперь в чертах просматривалась удивительная трогательность. И легкая грусть. Какая бывает у мечтателей, порой отрешающихся от мира и погружающихся в свои грезы.

– Да, намного, – закивала я.

– Почему ты сразу не сказала, что тебе больно? – Инсар казался возмущенным.

– Было терпимо, – тихо ответила я.

– Ты слишком много времени проводишь с Таем, – мрачно хмыкнул Тиес. – Он тоже уверен, что любую боль, какой бы она ни была, можно вытерпеть.

– Он говорил мне об этом, – припомнила я.

– Вот! О чем я и твержу! Ферай, если так дальше пойдет, девчонка долго не продержится.

– Я здесь, вообще-то, – напомнила я, все еще не оставляя попытки побороть привычки демонов, общаться друг с другом в обход меня.

– Сломается – что с ней потом делать? – Инсар то ли не услышал мое замечание, то ли не захотел услышать. – Нужно притормозить!

– Ему об этом скажи, – проговорил Кан, с суровым выражением лица затыкая пробкой очередной пузырек, который жалобно скрипнул под его мощными тренированными пальцами.

– Это будет очень трудный разговор, – удрученно покачал головой сероглазый демон.

– Думаю, он вообще не станет обсуждать эту тему, – поделился Кан своими мыслями с другом.

– Опять ведет себя, как всегда, – со вздохом поморщился Инсар. – Поступает так, как считает нужным и ни с кем не считается. Но мы можем хотя бы попытаться его переубедить!

– Можем, – односложно отреагировал Кан, затем он вновь потянулся к мешочку из рогожи и вынул смотанные в небольшие рулончики полоски льняной ткани, пропитанные чем-то, похожим на смолу. Запах от них исходил приятный, а потому я не стала протестовать и стойко выдержала даже процесс сведения краев раны вместе для последующего наложения повязки.

– Чтобы не осталось следов, – пояснил Кан, чутко откликнувшись на мой едва слышный писк, когда боль стала почти невыносимой. Действовал он уверенно и видно было, что не в первый раз оказывает помощь пострадавшим. Я не знала, какой опыт у него был раньше, но с резанной раной парень справился на отлично. Рядом с ним меня окутало спокойствие и уверенность, что все будет хорошо.

Когда демон закончил, опустив мою руку, мимолетно погладив пальцами тонкую кожу тыльной стороны запястья, я встала и с готовностью приступить к работу спросила:

– Что мне нужно делать?

– Ничего, – Ферай встал следом за мной, надавил на плечи и вынудил вернуться обратно на мешок с сеном, на который усадил, чтобы залечить повреждения.

– Но наказание…

– Мы все сделаем сами, – отрезал Кан.

– Вернее, не мы, – хитро блеснул серыми глазами Инсар, и в ожидании чего-то повернулся к выходу.

То же самое сделали я и Кан. С минуту ничего не происходило. Я уже даже начала вставать, чтобы самой все-таки приступить к работе, не дожидаясь, пока демоны объяснят, чего они там пытаются углядеть на пустом месте. Но меня остановила тяжелая рука Кана и шумная компания парней, ввалившаяся в конюшню с громким гоготом.

– Так, вы трое, – начал распоряжаться Тиес, ничуть ни удивленный их появлением, указав на троицу парней, идущих впереди. – Убираете стойла. А вы, – он указал на тех трех, что стояли чуть позади, – набиваете кормушки сеном. Все всё поняли?

Ребята нестройно кивнули.

– Тогда за работу, девочки! – счастливо возвестил Инсар, и ребята послушно разбрелись выполнять задания.

– А… а зачем? – поглядела я на довольного демона.

– Думаешь, мы позволим тебе надрываться здесь с граблями и таскать тяжелые мешки с сухой травой? – рассмеялся Тиес. – Да еще и с разорванной рукой?

Кан молчал, и это означало только одно – инициативу друга он полностью поддерживал, а может быть, даже и помогал с такой непростой задачей, как скидывание работы на чужие покорные плечи.

– Тебе надо поесть, – хмуро сообщил Кан.

И эти двое повели меня прочь.

– А куда мы идем? – спросила я. Инсар шагал впереди меня, Ферай – позади. И было ощущение, что они не просто ведут меня куда-то.

Они меня контролируют.

Ну, или пытаются это делать.

– В столовую, – ответил Ферай. – Я же сказал.

– А если я не хочу? – слабая попытка сопротивления. – Аппетита нет.

– Не важно, – отрезал демон. – Таким, как ты нужно следить за своим питанием.

– Таким, как я – это каким? – почти оскорбилась я.

– Слабым, – пропел шагающий впереди Тиес.

– Людям, – выбрал более щадящую формулировку Кан.

– По вашей теории я, вроде как, только наполовину человек, – проворчала я, думая о том, надо ли рассказывать демонам о разговоре с мамой или нет.

– Считай, что именно об этой половине мы и заботимся, – щедро предложил Инсар.

– А ребята, которых вы привели, они кто? – я оглянулась назад, на конюшню, а потом перевела взгляд на лес. Скорее всего, именно туда умчались отпущенные демоном кони ветра. Те, которые не улетели. Но и недавно паривших в небе животных тоже было не видно. Меня невольно заинтересовала мысль, с какой скоростью эти волшебные существа могли передвигаться.

– Первокурсники-боевики, – скупо пояснил Кан.

– Надо же, не думала, что у вас процветает дедовщина, – попыталась пошутить я.

– Мне не знакомо это понятие, – демон был само хладнокровие и немногословность.

Когда мы пришли в столовую, она была заполнена наполовину. Но стол демонов по традиции пустовал, к нему меня и повели, после того, как Инсар изящно и непреклонно пресек мою попытку устроиться за обычным столом для простых смертных.

Ферай отодвинул стул, а Тиес надавил на плечи, усаживая на предложенное место. Сам он устроился напротив, а Кан отправился за едой, предварительно поинтересовавшись:

– Что ты хочешь?

– Не знаю, все равно, – я смирилась с перспективой принудительного кормления, решив, что стоит поберечь силы для чего-нибудь более важного.

Ферай ушел, а я огляделась. В столовой присутствовали представители практически всех факультетов, что было редкостью. По крайней мере, для меня, потому что я такое видела впервые. А еще я впервые видела такое повышенное внимание к собственной персоне. Даже в моей первый день в Академии, когда по студентам разнеслась весть о появлении в их рядах шельмы, было спокойнее. Сейчас же на меня пялились десятки глаз и в этих глазах я видела всё – осуждение, презрение, зависть и даже обиду. На кого обижались некоторые девушки в красной и синей форме, на меня или на демонов, было непонятно. Но еще меньше, чем есть, хотелось думать о чужих претензиях.

– Кажется, меня ждут проблемы, – безразлично заметила я, поворачиваясь обратно.

Инсар всё прекрасно понял, даже без объяснений.

– Забудь. Для тебя они – лишь пыль на дороге.

– А где Сократ? – вспомнила я и занервничала.

– Я видел его недавно, – это Кан вернулся в большим подносом, заставленным едой. Начав выставлять передо мной тарелки, демон проговорил: – Он разговаривал с Тагирой на фехтовании, которое ты, кстати, пропустила. Итан был недоволен, так что, будь готова отрабатывать пропущенное.

– Ничего, Тай об этом позаботиться, – многозначительно хохотнул Инсар. – Он ведь теперь её напарник на эксклюзивных, так сказать, правах.

– Это быстро может измениться, – сухо проронил Кан, разводя шире могучие плечи.

– Вряд ли, – дернул уголком губ Инсар, начав раскачиваться на стуле. – Потому что в этом случае Итану придется возиться с малышкой самому, а ему лень.

– Ешь, – приказал мне Ферай, отодвигая стул и садясь напротив, будто бы он собрался самолично контролировать процесс.

Я оглядела стол. Передо мной стояло с десяток блюд, каждое из которых выглядело весьма неплохо, но желания попробовать все равно не вызывало. Перед мысленным взором еще покачивались и подрагивали образы убитых лебедей, обезображенных трупов и разрубленного напополам монстра, предварительно выбравшегося из груди так и не добравшегося до своей жены мужчины. И мы до неё не добрались… Что с ней будет дальше и вообще, выжила ли она?

Наверное, этого я никогда не узнаю.

Ферай продолжал пристально наблюдать за мной, а потому я с тяжелым сердцем все же пододвинула к себе тарелку с чем-то, похожим на фруктовый салат и начала засовывать в рот бледно-оранжевые слегка волокнистые, но сочные кусочки.

– А о чем Сократ говорил с Татой? – спросила я, жуя.

– Не знаю, – Ферай Кан, стоически игнорируя всеобщую заинтересованность и оживленность, вызванную появлением нашей троицы в столовой, пододвинул к себе кружку с молочно-голубой жидкостью, пахнущей мятой и цитрусами.

До меня вдруг дошло.

– Так вот почему от него пахнет мятой! – и только потом поняла, что сказала это вслух.

– От кого? – нахмурился Ферай.

– От Сатуса, – нехотя ответила я, понимая, что они все равно не отцепятся, и отправила в рот кусок какого-то зеленого листа.

– Ну, да, – кивнул демон и снял куртку, оставшись в тонком свитере с поддернутыми к локтям рукавами. Его гладкая смуглая кожа имела приятный медовый оттенок, который лишь подчеркивала черная школьная форма. – Это из-за чая. Мы все его пьем.

– И от всех нас пахнет мятой, – блеснул белозубой улыбкой Инсар, вкладывая много, чересчур много в хищный прищур глаз. – А от тебя пахнет смертью.

Я испуганно выпрямилась, уставившись на демона.

– Не всегда, – соизволил он пояснить. – Обычно от тебя исходит приятный запах – ты пахнешь самой собой. Но сегодня вокруг тебя будто бы кружит запах гниющей плоти.

– М-м-м-м, – невнятно промычала я, жуя и даже не чувствуя вкуса.

– Так, где вы были и что с вами случилось? – Кан решил перевести разговор на другие рельсы. – Тай кое-что успел рассказать, но хотелось бы услышать подробности.

Я украдкой оглянулась по сторонам. Столовая уже, кажется, вернулась к своему привычному состоянию, пережив первый шок, но многие, особенно девушки, продолжали многозначительно поглядывать на нас. Вернее, поглядывали они на парней, а за мной пристально следили. Наверное, для того, что налететь бешенными фуриями в случае, если решат, что я посягаю на их святыни.

– Думаете, это хорошая идея – обсуждать все здесь? – громким шепотом спросила я, пригибаясь ниже.

– Ты должна все доесть, – отрезал Кан, сходу срезав мою попытку смыться.

Инсар похихикал над моим расстроившимся лицом, оттого, что трюк не удался, а после проговорил, даже не пытаясь понижать голос:

– Не переживай, этот стол заколдован. Все, что мы здесь обсуждаем не услышит никто, даже если будет очень стараться, если мы сами этого не захотим. Думаешь, почему мы всегда сидим только здесь?

– Раньше думала, это потому что ваше завышенное самомнение пробило стратосферу и теперь болтается где-то в космосе.

– Чего? – глаза Кана округлились.

– Где чего болтается? Я что-то ничего не понял, – заморгал Тиес.

– Забудьте, – махнула я рукой. – То есть, даже если кто-то подойдет к столу, он ничего не услышит?

– Ничего такого, что следовало бы скрывать, – объяснил Кан. – Поэтому можешь смело рассказывать.

И я рассказала. Обо всем.