Текст книги "Я не злая, я просто тут случайно. Или некромантка по ошибке (СИ)"

Автор книги: Анастасия Понамарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 27 страниц)

"Если они увидят то, что видел я сегодня – они решат, что ты угроза."

Я закрыла глаза. Он был прав. Я была пьяна. Я не контролировала себя. Я могла убить их всех.

– Завтра я буду спокойной, – сказала я Шашлыку. – Я докажу, что я не опасна.

Шашлык лизнул мою руку.

Я легла на кровать и закрыла глаза.

–

На шестой день мы остановились у старого постоялого двора на вершине перевала. Отсюда открывался вид на огромную долину, усеянную огнями.

– Вот она, – сказал Крайд. – Столица Империи.

Я подошла к краю обрыва.

Город простирался внизу, огромный и величественный. Белые стены, высокие башни, золотые купола, которые отражали свет двух лун. Узкие улочки, широкие проспекты, каналы. И люди – тысячи, десятки тысяч людей, которые жили своей жизнью, не подозревая, что на окраине мира есть женщина с жёлтыми глазами, которую везут на суд за преступления, которых она не совершала.

– Это не мой мир, – прошептала я.

– Ты привыкнешь, – сказал Крайд.

– Я не хочу привыкать.

Он посмотрел на меня. В его серых глазах я не видела холода. Только усталость.

– Тогда зачем ты здесь?

Я не ответила. Я смотрела на город и думала о том, что будет завтра.

Завтра я предстану перед магистратом. Завтра я буду доказывать, что я – не Лира.

Если я не смогу – меня казнят.

Шашлык подошёл ко мне и ткнулся носом в мою ладонь. Я погладила его по голове.

– Мы справимся, – сказала я. – Мы всегда справлялись.

–

На седьмой день мы въехали в столицу.

Город встретил меня шумом и гамом. Узкие улочки были заполнены народом – торговцы, ремесленники, дворяне, солдаты, маги в длинных мантиях. Я смотрела на них и чувствовала себя лишней, чужой, неправильной.

– Держись рядом, – сказал Крайд. – И не поднимай глаз.

Я натянула капюшон и опустила голову.

Мы ехали через город, и я смотрела на людей, которые не смотрели на меня. Это было странное чувство – быть невидимой среди толпы. Я привыкла, что на меня обращают внимание. В этом мире я привлекала внимание, даже когда не хотела. А здесь – я была просто ещё одним путником, который ехал по улицам в сопровождении вооружённого человека.

Шашлык шёл рядом. Люди шарахались от него, но он не обращал внимания. Он просто шёл, его мощные лапы стучали по булыжникам, а янтарные глаза равнодушно скользили по лицам.

Я смотрела на него и чувствовала, что мы – две чужака в этом огромном, шумном городе.

И мы должны были выжить.

–

Канцелярия стояла в центре города. Это было огромное, мрачное здание из тёмного камня, с высокими колоннами и узкими окнами. У входа стояли стражи – двое в серых плащах, с мечами на поясах.

– Лорд Крайд, – сказал один из них, когда мы подъехали. – Вы вернулись.

– Да, – сказал Крайд. – Я привёз свидетельницу. Она будет давать показания перед магистратом завтра утром.

Страж посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на капюшоне.

– Та самая, которую вы искали?

– Да, – сказал Крайд. – Но она – не Лира. Камень правды подтвердил это. Она – дикий маг, необученная. Она не совершала преступлений Лиры.

Страж кивнул, но я видела в его глазах сомнение.

– Она будет под вашей ответственностью?

– Да.

– Тогда проходите.

Мы вошли внутрь.

Канцелярия встретила меня тишиной. Тёмные коридоры, высокие потолки, запах старой бумаги и масла. На стенах висели портреты людей в серых мантиях – агентов Тайной Канцелярии, которые служили Империи десятилетиями.

Крайд привёл меня в маленькую комнату. В ней были стол, два стула и кровать. На столе стояла свеча.

– Ты будешь здесь, – сказал он. – До завтрашнего утра. Шашлык останется с тобой.

– А если я попытаюсь сбежать?

– Ты не попытаешься, – сказал он. – Ты слишком умна для этого. И потом, ты хочешь свободы. А свобода – здесь. Завтра.

Он вышел, и я услышала, как за дверью щёлкнул замок.

Я села на кровать. Шашлык лёг рядом, положив голову мне на колени.

Я смотрела на свечу и думала о том, что будет завтра.

Завтра я докажу, что я – не Лира.

И тогда я буду свободна.

Шашлык фыркнул и ткнулся носом в мою руку. Я улыбнулась.

– Завтра всё изменится, – сказала я. – Я чувствую.

Я не знала, что будет на самом деле. Но я знала, что я справлюсь.

Потому что я – Елена. Менеджер по особым поручениям.

И я выполняю свои KPI.

Даже если это – доказать, что я не преступница.

Глава 22: Ночь перед судом

Я сидела на кровати в комнате Крайда.

Шашлык лежал у моих ног, положив голову на лапы, и смотрел на меня своими янтарными глазами. В них не было страха. Только спокойствие. Как будто он знал: что бы ни случилось завтра, мы справимся.

За окном стояла глубокая ночь. Две луны – Лигару и Абей – висели над столицей, заливая улицы призрачным светом. Где-то вдалеке слышались голоса – ночные патрули, пьяные гуляки, жизнь города, который никогда не спит.

Я не могла уснуть.

Мысли крутились в голове, как белки в колесе. Завтра – суд. Завтра я буду стоять перед магистратом и доказывать, что я – не Лира. Что я – не преступница. Что я просто ошибка системы.

Но что, если они не поверят?

Я сжала кулаки. Я чувствовала, как внутри меня поднимается холодная решимость. Не страх. Не паника. А что-то другое – профессиональное. Я – транспортный аналитик. Я умею планировать. Я умею просчитывать риски. И я умею находить выход даже из самых безнадёжных ситуаций.

– Шашлык, – сказала я тихо. – Давай проведём стратегическую сессию.

Он поднял голову. В его взгляде я прочитала вопрос: «Ты серьёзно? Сейчас?»

– Серьёзно, – сказала я. – Завтра – суд. Я должна быть готова ко всем вариантам.

Я закрыла глаза и начала перебирать в голове сценарии.

–

Сценарий первый: камень правды показывает правду.

Это лучший вариант. Я встаю на камень, он остаётся холодным, магистрат признаёт меня невиновной. Листовки снимают. Преследование прекращается. Я получаю компенсацию и могу начать новую жизнь.

Вероятность: 70 % (если Крайд не врёт и камень действительно работает)

План: вести себя спокойно, отвечать чётко, не паниковать.

–

Сценарий второй: они не верят камню.

Камень показывает правду, но магистрат решает, что это ошибка. Или что я как-то обманула артефакт. Или что я слишком опасна, чтобы отпускать меня на свободу.

Вероятность: 20%

План: если это произойдёт, я потребую повторной проверки. Или попрошу Крайда вмешаться. Если он не сможет – придётся бежать. Но бежать нужно будет не сразу – нужно дождаться момента, когда ослабнет бдительность.

–

Сценарий третий: меня признают Лирой.

Худший вариант. Камень почему-то нагревается – или они просто решают, что я притворяюсь. Меня арестовывают, отправляют в тюрьму или хуже – казнят.

Вероятность: 10%

План: не допустить этого. Если я почувствую, что дело идёт к худшему – я попытаюсь сбежать прямо из зала суда. Шашлык будет рядом. Мы прорвёмся.

Я открыла глаза и посмотрела на Шашлыка.

– Это три основных сценария, – сказала я. – К каждому у меня есть план. Но есть ещё четвёртый вариант. Самый важный.

Он наклонил голову.

– Крайд, – сказала я. – Если он действительно на моей стороне – я должна использовать это. Не как слабость. Как ресурс. Он – агент Канцелярии. У него есть влияние. Если он будет настаивать на моей невиновности – магистрат прислушается. Но я не могу полагаться только на него.

Я встала с кровати и подошла к окну. Город сверкал огнями. Где-то там, за этими огнями, была моя свобода.

– Есть ещё один вариант, – сказала я тихо. – Я могу не просто ждать. Я могу подготовить запасной план. Если суд пойдёт не по моему сценарию – я должна знать, куда бежать. Как скрыться. Как исчезнуть.

Я повернулась к Шашлыку.

– Я уже знаю город. Я знаю, где находятся ворота. Я знаю, где можно спрятаться. Если что-то пойдёт не так – у нас есть путь отступления.

Шашлык фыркнул. Я решила, что это согласие.

–

Я села на пол рядом с ним и начала перебирать в голове маршруты.

– Главные ворота – слишком очевидно. Там стража. Но есть боковые ворота – через старый квартал. Я заметила их, когда мы въезжали. Туда ведёт узкая улочка. Если мы побежим – мы сможем уйти через них.

Я посмотрела на карту, которая лежала на столе – ту самую, которую я купила ещё в Гарме. Я подошла, развернула её и провела пальцем по улицам столицы.

– Вот здесь – старый квартал. Дома стоят близко друг к другу. Можно спрятаться. Можно затеряться. Там есть таверны, склады, пустующие здания. Если мы окажемся там – нас не найдут.

Я замолчала. Я чувствовала, как внутри меня поднимается что-то новое. Не страх. Не надежду. А готовность. Я была готова к завтрашнему дню. К любому его исходу.

– Шашлык, – сказала я, поворачиваясь к нему. – Завтра – суд. Я не знаю, чем он закончится. Но я знаю одно: я не сдамся. Я буду бороться до конца. Если они решат, что я виновна – я сбегу. Если они решат, что я опасна – я докажу, что они ошибаются. Я найду способ выжить.

Он лизнул мою руку. Его язык был тёплым и шершавым. Я улыбнулась.

– Ты со мной, – сказала я. – Это главное.

–

Я снова подошла к окну. Луны светили ярко, и я смотрела на них, чувствуя, как внутри меня уходит страх. Остаётся только холодная, ясная решимость.

– Знаешь, – сказала я тихо, – когда я работала в логистике, у меня был проект. Клиент хотел доставить груз в город, который был закрыт на карантин. Все говорили, что это невозможно. Что груз не пройдёт. Что нас арестуют. Но я нашла способ. Я провела груз через старую дорогу, которую никто не охранял. Груз пришёл вовремя. Клиент был доволен.

Я усмехнулась.

– Это было моё самое большое достижение. Тогда. А теперь я понимаю – я готовилась к этому всю жизнь. К тому, чтобы найти выход там, где его нет. Чтобы не сдаваться, когда все говорят, что это безнадёжно.

Я повернулась к Шашлыку.

– Завтра – новый проект. Название – «Свобода». Бюджет – нулевой. Команда – я и ты. Дедлайн – завтрашний вечер. И я не собираюсь его проваливать.

Шашлык зевнул. Я решила, что это согласие.

Я вернулась на кровать и легла на спину. Шашлык устроился рядом, положив голову мне на колени. Я чувствовала его дыхание – ровное, спокойное. Он не боялся. Он верил в меня.

– Завтра всё изменится, – прошептала я. – Я не знаю, как именно. Но я готова.

Я закрыла глаза.

Где-то в коридоре послышались шаги. Я не открывала глаз. Я знала, кто это. Крайд.

Он остановился у двери. Я слышала, как он замер, как его дыхание стало чуть глубже. Он не вошёл. Он просто стоял и слушал. Или ждал. Я не знала.

– Спокойной ночи, – сказал он тихо.

– Спокойной ночи, – ответила я.

Шаги удалились.

Я лежала в темноте, чувствуя, как Шашлык дышит у моих ног. Я думала о завтрашнем дне. О камне правды. О Крайде. О свободе. Я не знала, что будет. Но я знала, что я готова.

Я провалилась в сон.

Глава 23: Суд

Утро началось с того, что я проснулась от стука в дверь.

Не громкого, не настойчивого. Просто – два коротких удара. Я открыла глаза. В комнате было серо – рассвет только начинался. Шашлык уже стоял на ногах, глядя на дверь. Он знал, кто там.

– Елена, – голос Крайда из-за двери. – Вставай. Через час мы выходим.

Я села на кровати. Выспалась. Впервые за долгое время.

– Я готова, – сказала я.

– Завтрак на столе. Спускайся.

Я оделась. В шкафу нашла простую тёмную одежду – штаны, рубаха, жилет. Всё было велико, но я подпоясалась ремнём. Закатала рукава. Посмотрела на себя в зеркало.

Жёлтые глаза. Чёрные волосы. Чужое лицо.

– Елена Амурская, – сказала я своему отражению. – Сегодня ты докажешь, что ты не она.

Я спустилась вниз. На столе стояли две тарелки с кашей, хлеб, масло и чайник с чаем. Крайд стоял у плиты.

– Садись, – сказал он, не оборачиваясь.

Я села. Мы ели молча.

Шашлык устроился у моих ног. Крайд поставил перед ним миску с мясом.

– Он тоже должен поесть, – сказал он. – У него сегодня трудный день.

– Ты позаботился о нём, – сказала я.

– Он – твой спутник. Я обещал, что он будет с тобой.

– Спасибо, – сказала я.

– Не благодари, – сказал он. – Сегодня ты скажешь мне спасибо, если всё закончится хорошо.

– А если нет?

Он повернулся ко мне. В его серых глазах мелькнуло что-то тёплое – на мгновение. И снова исчезло.

– Тогда я придумаю другой план.

–

Мы вышли из дома, когда солнце уже поднялось над крышами столицы.

Дом Крайда стоял в тихом переулке, в стороне от главных улиц. Узкие мостовые были вымощены тёмным камнем, отполированным до блеска тысячами ног. Вдоль стен вились плющи, а в небольших палисадниках цвели странные цветы – синие, лиловые, с серебристыми прожилками.

Мы вышли на центральную улицу, и город открылся передо мной.

Столица Империи была огромной. Белые стены домов, высокие башни с острыми шпилями, золотые купола, отражающие свет утреннего солнца. Узкие улочки, широкие проспекты, каналы с прозрачной водой, по которым скользили лодки. Везде кипела жизнь – торговцы открывали лавки, ремесленники стучали молотками, дети бегали по мостовым.

И магия. Магия была везде. Светильники на столбах горели без огня. Фонтаны били вверх, подсвеченные изнутри. Люди носили амулеты, которые мерцали на груди. В воздухе пахло озоном – так пахнет магия.

Я смотрела на это и чувствовала себя чужой. Этот мир был красивым. Но он не был моим.

Канцелярия стояла в центре города.

Это было самое большое здание, которое я видела – массивное, тёмное, из серого камня, с высокими колоннами, узкими окнами и тяжёлыми дверями из чёрного металла. На воротах был вырезан герб Тайной Канцелярии – ледяная снежинка в ромбе, окружённая кольцом из колючей проволоки. Вокруг здания царила тишина. Даже птицы не пели здесь.

У входа стояли стражи – двое в серых плащах, с мечами на поясах и нашивками на груди. Они не двигались, не разговаривали. Просто смотрели вперёд. Как статуи.

– Лорд Крайд, – сказал один из них, когда мы подошли. – Магистрат ждёт вас.

– Она со мной, – сказал Крайд, кивая на меня.

Страж посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на глазах. Жёлтых. Он знал, кто я. Или думал, что знает.

– Проходите, – сказал он.

Мы вошли внутрь.

Коридоры Канцелярии были тёмными и холодными. Каменные стены, высокие потолки, тусклый свет масляных ламп. Запах старой бумаги, масла и ещё чего-то – металлического, резкого.

Я слышала свои шаги. Они гулко отдавались от стен. Шашлык шёл рядом, его когти тихо стучали по каменному полу. Крайд вёл меня через лабиринт коридоров.

Мы прошли мимо закрытых дверей. За некоторыми слышались голоса – тихие, напряжённые. За другими – тишина. Такая тишина, которая бывает только в местах, где люди ждут приговора.

Крайд остановился перед высокой дверью. На ней был тот же герб – снежинка в ромбе.

– Ты готова? – спросил он.

– Нет, – ответила я. – Но я сделаю это.

Он посмотрел на меня. Его серые глаза на мгновение задержались на моём лице.

– Я буду рядом, – сказал он. – В зале. Я не могу говорить, но я буду там.

Он открыл дверь.

–

Зал суда был огромным. Высокие своды уходили вверх, теряясь в полумраке. Серый камень стен, холодный свет магических светильников, тяжёлые деревянные скамьи для зрителей. И тишина. Такая плотная, что я слышала собственное дыхание.

Я стояла в центре зала, одна. Тонкая фигура в серой одежде. Чёрные волосы рассыпались по плечам. Жёлтые глаза смотрели прямо перед собой – на магистрата, на камень правды, на свою судьбу.

Скамьи для зрителей были заполнены. Чиновники, представители гильдий, любопытные горожане. Они пришли посмотреть на ту, которую принимали за Лиру Чёрный Шёпот. Они ждали зрелища. Они ждали, что она будет рыдать, молить о пощаде, падать в ноги судьям.

Я не собиралась давать им этого зрелища.

Крайд стоял справа, чуть позади меня. Его лицо было непроницаемо, как всегда. Он был агентом Тайной Канцелярии – тем, кто привёз меня сюда. Его присутствие было формальностью. Но я чувствовала на себе его взгляд. Он не знал, чем это закончится.

Шашлык сидел у его ног. Саблезуб смотрел на магистрата, но не рычал. Он ждал.

Передо мной, на возвышении, сидел магистрат. Пожилой мужчина с усталыми глазами и седой бородой, в тяжёлой чёрной мантии с золотыми нашивками. Рядом с ним – два советника, сухие и бесстрастные, как гербы на стенах. На столе перед ними лежали бумаги. В них значилось: «Задержанная. Женщина. Внешне схожа с Лирой Чёрный Шёпот. Имя неизвестно».

Магистрат взял камень правды в руку, поднял его. Тот слабо засветился голубоватым светом, и по залу пробежал едва слышный гул. Я знала, что это за камень. Он не терпел лжи. Никакой. Даже самой маленькой.

– Подойдите к столу, – сказал магистрат. – Назовите своё имя и возьмите камень.

Я сделала шаг вперёд. Я шла медленно, спокойно. Я не дрожала. Я не запиналась. Я смотрела прямо на магистрата.

– Меня зовут Елена Амурская, – сказала я.

Я взяла камень. Он был холодным. Чуть тёплым от ладони магистрата, но внутри – ледяным.

Магистрат посмотрел на камень, потом на меня. Прошло несколько мгновений. Камень не нагрелся. Не потемнел.

– Камень правды не нагрелся, – сказал магистрат. – Вы назвали своё настоящее имя. Суд принимает это имя.

Он перелистнул бумагу, поправил очки. Голос его стал чуть громче – для всего зала.

– Елена Амурская. Камень правды подтвердит или опровергнет ваши слова. Отвечайте честно. Вы находитесь под защитой закона, и ложь здесь – единственное преступление, которое вам сейчас грозит.

Я сжала камень в ладони. Холодный. Он был как напоминание: я не могу врать. Я и не собиралась.

– Я всегда отвечаю честно, – сказала я. – Мне нечего скрывать.

Магистрат кивнул.

– Вы – Лира Чёрный Шёпот?

– Нет, ваша честь.

Камень остался холодным.

– Вы совершали преступления, в которых вас обвиняют? Жертвоприношения, призывы демонов, ритуальные убийства, кража артефактов?

– Нет, ваша честь. Я не совершала этих преступлений. Я никогда не приносила жертв. Я никогда не призывала демонов. Я никогда никого не убивала.

Камень оставался холодным.

Магистрат помолчал. В зале было тихо. Он переглянулся с советниками, те молча кивнули.

– Суд признаёт вас невиновной, – сказал магистрат. – Камень правды подтвердил ваши слова. Вы не являетесь Лирой Чёрный Шёпот. Вы не совершали преступлений, в которых вас обвиняли.

Я выдохнула. Глубоко. Впервые за долгое время я почувствовала, как с плеч сваливается камень. Свобода. Я больше не преступница. Я больше не та, за кого меня принимали. Я – Елена. Просто Елена.

Но магистрат не закончил. Он перелистнул бумагу и посмотрел на меня поверх очков. Его взгляд стал жёстче.

– Однако у суда есть вопросы, Елена Амурская. Суд должен понять, кто вы и что вы представляете. Эти вопросы – не обвинения. Это часть процедуры. Отвечайте честно. Камень у вас в руках.

Я сжала камень. Холодный.

– Вы знаете Лиру Чёрный Шёпот? – спросил магистрат.

– Нет, ваша честь. Я не знаю её.

Камень оставался холодным.

– Вы не знаете, где она?

– Нет, ваша честь. Я не знаю.

Камень оставался холодным.

Магистрат смотрел на камень. Потом на меня. Он явно ждал, что я скажу что-то ещё. Я молчала. Я сказала всё, что знала.

– Вы – некромантка, – сказал магистрат. – В какой академии вы обучались?

Я сглотнула. Я знала, что этот вопрос будет. Я готовилась к нему. Я знала, что ответ на этот вопрос изменит её жизнь.

– Я не обучалась, ваша честь.

В зале поднялся шёпот. Зрители на скамьях зашевелились. Кто-то ахнул. Кто-то перешёптывался с соседом. Магистрат поднял руку – и снова стало тихо.

– Вы никогда не учились магии? – переспросил он.

– Нет, ваша честь.

– Вы никогда не посещали академию? Никакую?

– Нет, ваша честь. Я никогда не училась магии.

Камень правды оставался холодным.

Магистрат смотрел на меня. Потом перевёл взгляд на советников. Те молчали.

– Вы никогда не посещали академию? – повторил он.

– Нет, ваша честь.

Магистрат откинулся на спинку кресла. Помолчал.

– Елена Амурская. Вы – дикий маг. Неконтролируемый. Необученный. Вы никогда не учились. Вы не знаете, как работает ваша сила. Вы не знаете, как её контролировать. Вы – угроза.

Он сделал паузу.

Я стояла молча. Я не строила из себя жертву. Я не оправдывалась. Я просто принимала решение.

– Суд постановляет: вы будете отправлены в Академию магии для обязательного обучения. Пять лет. Вы должны научиться контролировать свою магию.

Я сжала камень в руке. Так сильно, что побелели костяшки.

– Нет, – сказала я.

В зале стало тихо. Магистрат поднял бровь. Советники переглянулись.

– Что значит «нет»? – спросил он.

– Я не хочу учиться в вашей Академии. Я хочу уехать в Эльдерланд. Я готова учиться. Но там. Где некромантов не считают чумой.

Шёпот в зале стал громче. Кто-то ахнул. Магистрат поднял руку – шум стих.

– Эльдерланд – это не наша территория, Елена Амурская. Мы не можем отправить вас туда.

– Я не прошу вас отправлять меня, – сказала я. – Я прошу отпустить меня. Я уеду сама. Я найду дорогу. Я найду академию. Я готова учиться. Но там. Где меня не будут бояться.

– Вы не понимаете, Елена Амурская. Вы – неконтролируемый маг. Вы опасны. Мы не можем позволить вам уехать, пока вы не научитесь контролировать свою силу. Если вы уедете и сорвётесь – вы убьёте людей. И вина будет на нас. На Империи. На суде. На мне.

Он подался вперёд.

– Я не позволю, чтобы на моей памяти погибли люди из-за того, что я отпустил дикого мага. Я не позволю, чтобы меня обвинили в том, что я не остановил катастрофу.

Он замолчал. Его голос стал тише, но от этого только весомее.

– Неконтролируемый некромант хуже чумы, Елена Амурская. Это не просто слова. Это закон, написанный кровью тех, кто погиб от рук диких магов. Я не хочу, чтобы ваша кровь была на моих руках. И я не хочу, чтобы кровь других была на моей совести. Вы поедете в Академию. Пять лет. Это не обсуждается.

Я смотрела на него. Я сдерживалась. Но внутри всё кипело.

– Я не просила быть некроманткой. Я не просила быть здесь. Я не просила, чтобы меня принимали за преступницу. Я просто хочу уехать. Я хочу жить там, где меня не будут бояться. Почему вы не можете просто отпустить меня?

– Потому что если вы уедете и сорвётесь, – сказал магистрат, – вы убьёте людей. И вина будет на нас. На Империи. На суде. На мне. Вы будете учиться в Академии. Это не обсуждается.

Я смотрела на него. Потом на Крайда. Потом снова на магистрата.

– А если я откажусь? Что вы сделаете?

Магистрат посмотрел на меня. Спокойно. Безжалостно.

– Тогда мы будем вынуждены изолировать вас. Для вашей же безопасности. Вы будете жить в специальных условиях, под постоянным наблюдением, пока не научитесь контролировать магию. Это не тюрьма. Это защита. Но вы не будете свободны. Вы не сможете уехать. Вы не сможете жить своей жизнью. Вы будете под надзором до тех пор, пока мы не убедимся, что вы не опасны.

Он сделал паузу.

– Это не выбор, Елена Амурская. Это два пути. Оба ведут к одному – вы будете учиться. Разница только в том, где и как. В Академии у вас будет свобода. Вы сможете учиться, общаться, жить. Под изоляцией вы будете одна. В клетке.

Я смотрела на него. Мои пальцы сжимали камень.

– Вы не оставляете мне выбора, – сказала я.

– Я оставляю вам выбор, – сказал магистрат. – Выбирайте.

Я молчала. Я чувствовала взгляды. Сотни глаз. Я чувствовала их ожидание. Я чувствовала тяжесть этого момента.

Я думала о доме. О маме. О Мурзике. О своей квартире. О своей жизни. Я никогда не вернусь туда. Я знала это.

Я думала о том, что если откажусь – меня запрут. Одна. Без права на свободу. Без права на жизнь.

Я не хотела выбирать. Но у меня не было выбора.

Я положила камень на стол. Звякнул о дерево.

– Я согласна, – сказала я. Голос дрогнул. Я сглотнула. – Я согласна учиться в вашей Академии.

Я подняла голову. Посмотрела магистрату прямо в глаза.

– Но я не забываю. И я не прощаю.

–

От лица Крайда.

Я стоял неподвижно. Внутри меня разрастался холод. Таким холодным я не был уже много лет.

Дикий маг.

Она – дикий маг.

Она никогда не училась. Она никогда не была в академии. Она не сертифицирована.

Этого достаточно. Достаточно, чтобы признать её дикой. Достаточно, чтобы отправить в Академию.

Я слышал эти слова. Я произносил их сотни раз. Я преследовал диких магов. Я задерживал их. Я видел, что они делают, когда теряют контроль. Деревни, превращённые в кладбища. Мёртвые, которые вставали из могил.

Но она – не просто дикий маг.

Она – непредсказуемая. Она не знает, что делает. Она не контролирует свою силу. Она – бомба без детонатора.

Я – профессиональный маг. Я обучен. Я знаю, как думают отступники. Я знаю их заклинания. Я знаю их слабые места. Я могу предсказать их действия. Я могу остановить их.

Это как военный, у которого есть автомат. Он умеет им пользоваться. Он знает, куда направить. Он знает, когда нажать на спусковой крючок. Он не ранит случайно. Он не убьёт невиновного.

А она – ребёнок с этим же автоматом. Она не знает, куда она целится. Она не знает, что оружие заряжено. Она может нажать на курок от испуга. И тогда погибнут люди. Не потому, что она хотела. А потому, что не знала.

И я гнался за ней через болота. Я спал рядом с ней у костра. Я доверял ей.

Я не знал. Я не спросил. Я не проверил.

Я чуть не погиб. И не только я.

Она согласилась. Но она не сдалась. Она дала им понять, что не забывает. Что не прощает.

–

– Суд окончен, – сказал магистрат. – Елена Амурская будет отправлена в Академию магии для обязательного обучения. Заседание закрыто.

–

Зал опустел. Я сидела на скамье. Плечи напряжены. Руки сжаты в кулаки. Я смотрела в пол. Дышала тяжело.

Крайд подошёл. Остановился напротив меня.

– Вставай, – сказал он. – Я отвезу тебя в Академию.

Я подняла голову. Посмотрела на него. Взгляд – тяжёлый, усталый, злой.

– Ты не успокаиваешь меня? – спросила я.

Он смотрел на меня. Без эмоций. Без жалости.

– Я привёз тебя сюда, – сказал он. – Я везу тебя дальше. Это моя работа.

Я усмехнулась. Горько.

– А если я сбегу?

– Я найду тебя, – сказал он. – Ты знаешь это. Я всегда нахожу тех, кто бежит.

Я молчала. Смотрела на него.

– Ты злишься, – сказал он.

– Да, – сказала я. – Я злюсь. Я злюсь на тебя. Я злюсь на этот суд. Я злюсь на то, что у меня нет выбора. Я злюсь на то, что я должна учиться там, где не хочу.

Я встала. Посмотрела на него.

– Но я не сбегу. Потому что я не дура. Я знаю, что если я сорвусь – погибнут люди. Я не хочу, чтобы кто-то погиб из-за меня.

Я помолчала.

– Но это не значит, что я сдалась. Ты понял?

Он смотрел на меня. Без эмоций.

– Понял.

Я усмехнулась.

– Веди. Покажи мне мою новую тюрьму.

– Это не тюрьма.

– Знаю, – сказала я. – Это школа.