Текст книги "Боевые животные"

Автор книги: Алексей Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

И теперь так говорят, если обнаружат нечто тайное, криминальное или загадочное…

(Корнеев Л. Слово о собаке. – М., 1989)

Боевые порядки легионов

Отношение к собаки в еще не открытой Америке в прошлом удивительно соответствовало установкам многих обитателей Старого Света. Ацтеки, например, своих собачек однозначно считали священными животными. С их помощью, полагали подданные Монтесумы и прочих ацтекских тоталитарных правителей, душа человека может спастись после его смерти. Ибо именно собаки предназначены помочь душе человеческой найти верный путь в потусторонний мир. Поэтому последний взор умирающий ацтек обязательно обращал на свою собаку, бесспорно видя в ее преданных глазах готовность исполнить любое желание хозяина…

Собака занимала высокий ранг и в обществе древних персов. Их бог – пес Ахура Мазда – весьма гордился тем, что он «самоодет, самообут, бдителен, острозуб, рожден охранять людское добро».

Находили древние персы разнообразное применение своим псам и в повседневной жизни. Так, они использовали собак в боевых порядках своих войск. Известно, например, что древнеперсидский царь Камбиз при завоевании Египта в 525 году до нашей эры широко использовал при атаках противника своры мощных боевых мастифов, вес которых достигал почти центнера.

Этот обычай – явное заимствование: халдеи еще в IX веке до нашей эры при вторжении в Южную Месопотамию обучали собак боевому искусству, надевали на них тяжелые металлические ошейники с острыми кривыми ножами. Впоследствии таких боевых псов использовали и в Древнем Риме.

Около двух тысяч лет назад договидные собаки вместе с азиатскими овцами в качестве военных трофеев были завезены в Грецию, где широко распространились. По преданию, эти собаки были подарены Александру Македонскому в Индии и происходят от тибетских догов, высоко-ценимых в то время в Месопотамии. В Римскую империю они проникли из Греции под названием «эпирских» собак, или молоссов, и из Восточной Европы – из сарматского племени аланов под названием «аланско» собаки. Своры обученных боевых молоссов продавались римским легионам. В войнах рабовладельческого периода собаки в бою составляли первую шеренгу, во второй шли рабы, а в третьей – воины.

Молоссы, прославленные поэтами Древнего Рима, отличались такой силой и свирепостью, что могли вступать в поединок со львами или медведями. На потеху римлянам они использовались для бесчеловечного представления на аренах цирка и в боях с гладиаторами и дикими зверями.

«Спустите боевых псов!» – кричал Марк Антоний над телом убитого Юлия Цезаря.

Молоссы дали начало целому ряду крупных и сильных пород: догов, сенбернаров, ньюфаундлендов, ротвейлеров, аланов, кувасов, пиренейских овчарок, бульдогов и других.

Впрочем, главной сферой применения собачьих талантов в Древней Греции и в Древнем Риме была охота, охрана дома и имущества, игры с чадами и домочадцами. Кроме молоссов и мастифов популярны были также гладкошерстные гончие, различные комнатные собаки, особенно предки мальтийских болонов – мелиты.

В дошедших до нас произведениях древнегреческих писателей имеется немало указаний, что древние греки тоже весьма ценили собак и широко применяли их в хозяйственной деятельности.

Более 2300 лет назад некий Ксенофон, военачальник из Афин, составил первый известный в мире кинологический трактат «Псовая охота», в котором он описал различные способы натаски собак, разыскивающих дичь при помощи чутья. Несколько позднее древнегреческий историк Арриан сделал описание пород собак, разыскивающих дичь; он, в частности, советовал: «Обязательно погладьте гончака, похвалите, если тот поймает зайца, скажите ему: „Отлично. Сиррус! Прекрасно, Боннас! Браво, мой Хори!“ Ибо, подобно людям благородной души, собаки любят, когда их хвалят!»

По правде сказать, древнегреческие собаки вполне заслуживали похвалы. По преданию, ведь именно они спасли от врагов город Коринф, когда уснула, упившись вином, стража городских стен, а противник в тот час хотел взять город штурмом. Враги бесшумно взобрались на городские стены, но бдительные псы набросились на них. Завязался бой людей с собаками. Верные псы держались до последнего: помощь подоспела, когда в живых остался всего лишь один пес…

На следующий день героической собаке из местной казны была выдана награда: массивный серебряный ошейник с надписью: «Защитник и спаситель Коринфа».

Использование собак для охраны крепостей имеет давнюю историю. 6000 лет назад с этой целью собак выводили на ночь за крепостные стены и запирали ворота. Привыкшие получать пищу от своих хозяев в крепости, собаки оставались до утра под стенами, будя стражу громким лаем в случае попытки противника под покровом ночной темноты приблизиться к крепости.

(Корнеев Л. Слово о собаке. – М., 1989)

Боевые собаки средневековья

В средние века широкое распространение (по инициативе людей, конечно) получили бои собак с быками, вепрями, лошадьми и друг с другом. В Англии вплоть до XIX века большой популярностью пользовались также травля терьерами в специальных загонах корабельных крыс. В анналы английской кинологии занесен рекордсмен терьер по кличке Билли, который в 1820 году за пять с половиной минут передушил сотню мощных крыс…

В средневековье, насколько известно, началась дрессировка собак для ловли людей. Эту практику ввел или, во всяком случае, поощрял в средние века португальский принц Генрих, вошедший в историю как Генрих Мореплаватель, Благочестивый.

Натасканные псы использовались для поисков рабов португальскими мореходами в Западной Африке. Захватывая с помощью огромных собак сотни африканцев, португальцы отбирали на месте самых крепких или самых, с их точки зрения, красивых, остальных же, главным образом стариков и детей, безжалостно убивали или оставляли в сожженных селениях без кормильцев, на произвол судьбы. Отобранных пленников забивали в колодки, грузили на суда, заполняя каждый метр «свободной» площади, и перевозили в Португалию в такой тесноте, в какой никогда не решились бы, боясь убытков, перевозить скот. Смертность среди несчастных узников при длительных морских переходах была ужасающая, но продажа уцелевших рабов все же приносила предпринимателям и королевской казне огромные прибыли…

Общеизвестно, что при завоевании Америки испанцы успешно использовали собак, которые принимали самое активное участие в военных действиях. Епископ Бартоломе Лас Касас в памфлете «Кратчайший рассказ о разрушении Западной Индии» с гневом писал о зверствах своих соотечественников: «Христиане своими конями, мечами и копьями стали учинять побоища среди индейцев и творить чрезвычайные жестокости. Вступая в селение, они не оставляли в живых никого. Были обучены и вымуштрованы отчаяннейшие псы, которые, завидя индейца, в мгновение ока разрывали его на куски… Эти псы творили великие опустошения и душегубства».

Память о кровавых псах конкистадоров сохранилась в сознании людей и по сей день. «Собаки войны» презрительно называют во всем мире военных наемников, которые по указке и с ведома реакционных режимов участвуют в подавлении национально-освободительных движений в странах Азии, Африки, Латинской Америки, организуют антиправительственные заговоры и террористические акции.

Наконец, как в и древние времена, боевые собаки в средние века сотнями, даже тысячами, участвовали в сражениях. Во время войны Испании с Францией в составе испанской армии насчитывалось 4 тысячи собак, в сражении при Валенсии они оказали войскам большую помощь. Собак, сопровождавших военные обозы и транспорт, одевали в специальные панцири с остриями для защиты от нападения вражеской конницы. Применяли собак в бою также Атилла и японские феодалы.

С появлением огнестрельного оружия роль собаки как средства нападения на человека уменьшилась.

Быстрота передвижения, тонкое обоняние и слух, способность видеть в ночное время, легкость передвижения по любой местности, большая выносливость – все эти качества собаки весьма ценились военными специалистами новейшего времени. Боевые собаки как вспомогательное средство стали использоваться во многих армиях мира в качестве связных, подносчиков патронов и продовольствия. Знаменитыми в истории войн стали и некоторые отнюдь не боевые собаки.

Любимая левретка задиристого прусского короля Фридриха I участвовала вместе с ним в походах и битвах Семилетней войны. Король очень любил свою собаку, приказывал слугам обращаться к ней на «вы». А когда Бише – так звали королевскую любимицу – в 1745 году попала в битве с австрийцами в плен, то король сильно озлобился, разбил неприятеля и в том же году по условиям Дрезденского мирного договора истребовал себе в вотчину Силезию и… возвращение дорогой сердцу левретки! А после смерти вызволенной из плена любимицы король-разбойник, погубивший десятки тысяч человеческих жизней во имя своих престижных соображений, повелел соорудить на могиле левретки мраморный памятник.

Прославился в боях и представитель славного племени пуделей – собак исключительно понятливых и дружелюбных. Большой пудель по кличке Усач вместе с полком наполеоновской армии участвовал во многих сражениях и был награжден боевым французским орденом за спасение полкового знамени в битве при Аустерлице.

В руководстве по подготовке специалистов служебного собаководства «Служебная собака» рассказывается: «Собак в армии содержали у себя и многие русские полководцы. У Петра I была собака, которая во время его походов и сражений помогала поддерживать связь с военачальниками, перенося приказы и донесения».

Во время осады Севастополя, в военных операциях на Кавказе и в русско-турецкой войне 1877–1878 годов собак использовали главным образом в качестве сторожей. В сороковых годах прошлого века на Кавказе в воениях укрепленных на берегу Черного моря содержали по нескольку сторожевых собак «на пайке от казны», как было указано в одном из приказов.

Но дрессировка собак в те времена была примитивной. Так, в кавказской армии, например, она заключалась в том, что собак приучали лаять при виде людей в обмундировании неприятеля. Этот лай должен был предупреждать человека о близости противника. Однако привыкшие к беспорядочному лаю, собаки иногда вместо пользы приносили вред. Так, в 1835 году при штурме турецкой крепости Карс некоторые русские штурмующие колонны были преждевременно обнаружены турками из-за лая собак, сопровождавших колонны, и понесли большие потери.

Десятки тысяч собак использовались в армиях воюющих государств в период первой и второй мировых войн. Но это – особая история.

По инициативе мудрых чудаков уже в начале XIX века в Европе стали организовываться общества охраны животных.

В 1824 году в Англии было создано Королевское общество защиты животных. В 1835 году здесь в законодательном порядке запретили бои собак с быками. Запрещены были и собачьи бои.

Однако вот заметка из лондонской газеты «Санди таймс», которая была опубликована в 1984 году, 150 лет спустя после принятия в Лондоне билля против бесчеловечной травли собак.

«Несмотря на запреты, в Англии продолжают проводиться собачьи бои. Эти схватки, часто заканчивающиеся гибелью животных, организуются дельцами, которые зарабатывают на каждом таком „матче“ кругленькую сумму. Королевскому обществу защиты животных, вот уже в течение пяти лет ведущему расследование незаконного использования бойцовых собак в целях наживы, так и не удалось добиться сколько-нибудь ощутимых результатов. Теперь им на помощь пришла группа парламентариев во главе с Джанет Фукс, которая намерена потребовать от правительства запретить ввоз в страну из Соединенных Штатов бульдогов, специально натасканных для боев.

Импортируемые из США собаки по своей родословной восходят к английским бульдогам, использовавшимся для охоты на медведей. Их владельцы откармливают животных таким образом, чтобы воспитать в них кровожадность и жестокость. В настоящее время в Соединенных Штатах собачьи бои стали одной из наиболее процветающих отраслей игорного бизнеса, хотя семь лет назад они были запрещены законом».

(Корнеев Л. Слово о собаке. – М., 1989)

Собаки в боевом строю

Незадолго до первой мировой войны (в 1913 году) под Петербургом в присутствии военного министра были проведены первые публичные испытания четвероногих связистов. Собаки показали отличную выучку и безотказно работали, перенося донесения на расстояние в 4–5 километров и более.

Но вот грянула война и собака сразу показала свои высокие качества. Она нашла свое место на фронте.

Возьмем связь. Существует много технических способов связи: телефон, телеграф, радио, посыльный на велосипеде, на мотоцикле, на автомобиле. Но и современное состояние огневых средств таково, что все эти способы нередко оказываются бессильными. Участок фронта, подвергнутый артиллерийскому и пулеметному обстрелу, превращается в ад. Под ливнем огня и металла рвутся кабели и провода, умолкают пункты технической связи, посланные с донесением самокатчик, мотоциклист будут убиты, в лучшем случае ранены, не достигнув цели, – вот именно здесь и можно с наибольшей пользой применить собаку. Ее незначительные размеры и защитный окрас, в сочетании с быстрым бегом и умением пользоваться естественными прикрытиями, помогут ей выполнить опасное поручение.

Или санитарная служба. Пространства, на которых развертываются современные сражения, зачастую чрезвычайно велики. Розыск раненых на большой территории весьма затруднен, помощь к ним может прийти слишком поздно. И вот тут-то опять выручает собака. Она сумеет быстро обыскать свой участок и, найдя раненых, привести к ним санитаров. Она же, при надобности, может поднести раненому пакет первой помощи, запас пищи, флягу с водой.

Развитие авиации породило и новые обязанности для собаки: розыск вымпелов на авиасигнальных постах, подвозка горючего на аэродромах, охрана взлетных площадок и т. п.

Собака стала ходить в разведку, подносить под обстрелом врага боеприпасы, тянуть телефонный кабель, перевозить грузы и раненых, участвовать в поимке неприятельских лазутчиков.

Она пригодилась и в тылу. Огромные сенбернары и доги, запряженные в небольшие повозки, успешно заменили в городах на мелких перевозках лошадей, мобилизованных для нужд армии.

Во время Великой Отечественной войны родилась неизвестная доселе специальность собаки – борьба с вражескими танками. Случалось, люди не выдерживали, ибо поединок с танками – тяжелое испытание для психики; собака же… Вожатый выбрасывал ее из окопа, выпуская прямо на танк или под небольшим углом к направлению его движения, и она, приученная всегда находить там пищу, достигнув цели, безбоязненно ныряла под движущуюся крепость. Попасть в бегущую собаку, учитывая узкий радиус обстрела танка, довольно трудно, во всяком случае труднее, чем в человека; и передвигается она быстрее, чем человек.

Противотанковые собаки подорвали сотни вражеских машин.

Неоднократно отмечались случаи, когда, увидев выпущенных на них четвероногих подрывников, гитлеровцы поспешно поворачивались назад.

Собаки имелись в Брестской крепости, оказавшей упорное сопротивление врагу. Прорвавшиеся немецкие автоматчики перестреляли большую часть собак в вольерах. Выпустить их не успели, они прыгали на сетки, а гитлеровцы расстреливали их почти в упор… После, во время осады, истомленные жаждой, защитники крепости использовали собак для доставки воды с Буга. Их посылали под огнем немцев. На спине, с боков, порожние бачки без крышек. Собака, маскируясь, подползала на животе к реке, затем вскакивала и бросалась в воду – бачки наполнялись, а потом так же бегом – обратно. Часть воды расплескивалась, но что-то и приносилось.

Собаки участвовали в подрыве мостов и железнодорожных линий в тылу гитлеровских войск. В районе Полоцка был взорван с помощью овчарки Динки, переданной в армию Московским клубом служебного собаководства, тщательно охраняемый гитлеровцами важный железнодорожный путь, по которому немцы подвозили к фронту подкрепления и боеприпасы. Полетел под откос вражеский эшелон, около тысячи гитлеровцев было убито, путь на несколько дней вышел из строя.

Большого размаха достигли в военные годы службы: санитарно-ездовая и минно-розыскная.

Собаки вывезли из-под огня тысячи и тысячи тяжелораненых. В великой битве на Волге, в период ликвидации окруженной группировки немцев, все раненые солдаты и офицеры одной стрелковой дивизии были вывезены в тыл на собачьих упряжках. К концу войны насчитывалось немало упряжек, которые перевезли по 800–900 человек раненых и доставили на передний край по 20–30 тонн груза – боеприпасов, продуктов питания.

Санитарные упряжки действовали не там, где имелись дороги, а, наоборот, по полному бездорожью. Они могли подойти значительно ближе, чем любой другой вид транспорта. Это делало их особенно полезными, а зачастую и просто незаменимыми. Когда идет стрельба и летят осколки, собаки ложатся и совершенно инстинктивно ползут. Собаки ползут, ползет и санитар; затих, отдалился огонь – они на ногах и с завидной скоростью мчат к санитарному пункту. Отрезанную в болотах под Волховом одну крупную советскую войсковую часть собаки вывезли почти целиком, доставили продукты. В упряжках ходили все достаточно рослые и выносливые собаки, в том числе и крупные дворняжки.

Еще одна необычайно эффективная специальность собаки – служба миноискания.

Имеются совершенно исключительные примеры. В освобождении Харькова бомба замедленного действия и страшной разрушительной силы оказалась закопанной на глубину около трех метров. Собака трижды подходила и ложилась около этого места. Думали, что она ошибается, так как близко от поверхности земли мину обнаружить не удалось. Но собака упорно стояла на своем. В конце концов, это заставило раскопать землю глубже. Замысел врага был сорван.

Собаки участвовали в разминировании городов Варшавы, Будапешта, Лодзи, Праги. С применением животного поиск мин в значительной мере облегчился, а сам процесс разминирования ускорился во много раз. К концу войны собаки-разминировщики имелись почти во всех саперных частях Советской Армии. Для службы миноискания использовались собаки с острым чутьем, не только служебных, но и охотничьих пород, такие как сеттер, пойнтер, континентальная легавая и другие.

Четвероногие минеры работали на запах взрывчатки. Найдя зарытый «сюрприз», собака садилась около него, а человек осторожно извлекал и обезвреживал смертоносную находку.

Чемпион минно-разыскного дела «ленинградец» Дик (колли) «добыл» за войну 12 000 мин. Любительница Снегоцкая, чертежница по профессии, вырастившая Дика, обучила его всем службам. Он «шел» под танк (к счастью, его не довелось испытать в боевой обстановке, ибо тогда, очевидно, не было бы и дальнейших успехов). Выделили на связь – занял первое место по отработке; направили на минно-розыскную – опять первое место.

Вожатый Дика был награжден пятью орденами. Двенадцать тысяч мин – это двенадцать тысяч смертей! А окончил дни Дик самым мирным образом – умер от старости. После войны еще экспонировался на выставках.

Хорошо обученные собаки обладали очень стойким рефлексом в поиске мин. Один из специалистов рассказывал, как уже в 1949 году, по сути случайно, на территории одного из северо-западных районов страны обнаружили забытое минное поле. Обнаружил его мохнатый минер по кличке Мишка. Вожатый спустил его с поводка, что бы пес порезвился на свободе. А тот побегал и вдруг сел. На команды хозяина не сдвинулся с места. Раскопали – мина, потом – другая… И оказалось поле, мины в пять рядов протяженностью два километра – итого две тысячи противотанковых мин.

Похожий случай произошел в одном из совхозов. Приехал туда вновь назначенный директор с женой. Повесили гамак между деревьев. Ждали приезда детей. Вместо них явился солдат с собакой-минером Ингой. Осведомился: «Взрывоопасных предметов нет?» – «Нет». (Совхоз в минувшую войну находился в полосе военных действий.) Пошел. И под кустом смородины собака нашла две противопехотные мины. Дети погибли бы. Мать плакала и целовала собаку.

В свидетельствах рядовых бойцов и командиров воинский соединений и частей, применявших собак на фронте, говорилось: «Там, где работали санитарные нартовые упряжки, никогда не было задержки с выносом раненых с поля боя, а с улучшением выноса раненых с поля боя хирургическая помощь раненым оказывалась в более ранние сроки. В связи с этим резко снизилась смертность на полковых пунктах и медсанбатах».

«Собаки связи, используемые в 42-й армии, заменили посыльных, – свидетельствовал начальник связи Ленинградского фронта генерал-лейтенант войск Ковалев. – Доставка донесений и приказаний ускорялась в 3–4 раза. Потери же собак, даже при условии большой плотности артиллерийского, минометного и пулеметного огня противника, весьма незначительны».

«Собаки сторожевой службы, – отмечал гвардии генерал-майор Гудков, – обеспечивают своевременное обнаружение противника в дозорах, секретах, сторожевых постах, непосредственно в охранении частей и в боевом охранении… Собаки предупреждают передовые части о приближении разведгруппы противника. С помощью тех же собак было захвачено 18 солдат противника».

Собаки военного назначения использовались и в ближнем тылу. Так, в блокированном Ленинграде собаки-связисты, принадлежавшие зачастую любителям, под огнем противника, в часы бомбежек бегали со сводками между штабами МПВО.

Как подтверждение пригодности и высокой жизнеспособности собаки в условиях ведения современной войны, можно рассматривать и тот факт, что немало четвероногих ветеранов после войны вернулись домой. Большая группа животных возвратилась в свою военно-техническую школу дрессировщиков. Среди них имелись настоящие герои. Минер-овчарка Дик, находившийся на фронте с 1942 года, обнаружил 1728 мин и различных «сюрпризов», участвовал в разминировании таких городов, как Воронеж, Лисичанск, Прага. Разведчик Джек на протяжении нескольких военных лет постоянно проводил разведывательные группы советских бойцов в глубокий тыл противника, не раз обнаруживал тщательно замаскировавшихся неприятельских диверсантов, разведчиков. Связист Джек, отправленный на фронт в 1943 году, трижды раненый, перенес 2932 боевых документа, поддерживая связь на расстоянии до пяти километров. Особенно он отличился в 1944 году при ликвидации Никопольского плацдарма немцев: под огнем врага поддерживал связь через Днепр.

Вернулась невредимой и небезызвестная Динка, прославившаяся взрывом железной дороги и воинского эшелона гитлеровцев в районе Полоцка. Она дожила до глубокой старости.

Всякая собака работает хорошо лишь тогда, когда ею хорошо руководит человек. Много бойцов – вожатых служебных собак – было за военные годы награждено правительственными наградами – орденами, медалями.

В годы второй мировой войны собаки в большом количестве насчитывались в армиях всех воюющих держав.

Они имелись в английских штурмовых отрядах «командос», где их, в частности, тренировали для подрыва долговременных огневых точек и вообще разрушения оборонительной полосы противника, пресловутого «атлантического вала».

Собаки-смертники, преимущественно доберманы, были обучены бросаться вперед и закрывать собой амбразуры дотов. Собаки были в экспедиционном корпусе фашистского генерала Роммеля, действовавшего в Северной Африке. Гитлеровцы, кроме того, широко использовали собак в полицейских и карательных операциях против мирного населения захваченных стран и партизан. В ряде случаев, вынужденные опасаться за целостность своих коммуникаций, оккупанты прибегали и к такому средству: ловили местных дворняжек и привязывали их вдоль дорог.

Любопытно заметить, что в некоторых зарубежных армиях собакам присваивались воинские звания. Наравне со своим проводником собака могла получить и боевую награду, причем церемония вручения ее мало чем отличалась от такой же церемонии, когда награду получал человек. В одном из печатных изданий, опубликованном на английском языке, описывается, как при вручении ордена собаке присутствовали члены высшего командования британской армии и «сам» премьер-министр Соединенного Королевства Уинстон Черчилль.

(Рябинин. Вы и ваш друг Рекс. – Свердловское книжное издательство, 1962)

«Мы на упряжках раненых спасали…»

Исключительного размаха достигло применение служебных боевых собак в период первой и второй мировой войн. Семьдесят тысяч собак в годы Великой Отечественной войны прошли рядом с нашими солдатами славный боевой путь от окраин Москвы и берегов Волги до Берлина и Эльбы. Только из Московского городского клуба служебного собаководства на фронт было направлено около шести тысяч четвероногих «воинов» – подносчиков боеприпасов, подрывников танков и эшелонов с боевой техникой и живой силой противника.

Это были, как правило, кавказские овчарки, рослые, могучие, отважные животные, привыкшие к морозам. Каждая собака снабжалась седлом с санитарными сумками и тащила за собой лыжно-носилочные санки. Выпущенная на поле боя санинструктором, собака осторожно подползала к лежащему в снегу бойцу, обнюхивала его. Если боец оказывался жив – а собаки были выучены это определить! – четвероногий санитар начинал вылизывать раненного, приводил в чувство. Потом собака подставляла раненному бок, чтобы человек мог открыть санитарную сумку, выпить водки, сделать себе перевязку, перевалиться на санки. Затем хвостатый санитар разворачивался и тянул санки с бойцом к санинструктору.

Вот что рассказал в журнале «Наука и жизнь» академик Б. В. Петровский, который в годы войны был фронтовым хирургом: «Во время боев под Франкфуртом и Кюстрином я был свидетелем подвига санитарной собаки. На этом участке бои шли очень трудные, было много убитых и тяжелораненых. К нам в траншею пришел проводник с собакой в упряжке с лыжами-носилками. Проводник дал направление собаке в опасную зону, куда не могли пробраться наши санитары из-за плотного огня фашистов. Мы следили за собакой в перископ. Она по-пластунски подползала к телам, обнюхивала их и, не задерживаясь у трупов, пробивалась дальше. Наконец, она припала к человеку с окровавленной головой и стали лизать его лицо от подбородка к носу. Раненый пришел в себя, видимо, испугался большой собаки, сделал какое-то движение, но собака подставила ему свой бок, привлекая внимание к сумке с красным крестом. Раненый расстегнул сумку, достал фляжку, выпил и снова потерял сознание, но собака не покидала его до тех пор, пока он с величайшим трудом не перевалил свое тело в носилки. Тогда она повезла его к нам, опять же ползком, ныряя в рытвины, прячась от огня. Эту картину я никогда не забуду!»

В целом в период Великой Отечественной войны собаки-санитары вывезли с поля боя 700 тысяч раненых бойцов! Обратите внимание: санитарам и иным медработникам за вынос с поля боя 80 раненых присуждали высшую воинскую награду – звание Героя Советского Союза. Разделите 700 тысяч на 80…

А четвероногие бойцы минно-розыскной службы участвовали в разминировании 303 городов, в том числе таких крупных, как Киев, Одесса, Будапешт и Варшава.

Шотландская овчарка, красавец кобель по кличке Дик, спас в городе Павловске под Ленинградом старинный дворец, обнаружив незадолго до взрыва заложенную нацистами бомбу с часовым механизмом. В бомбе находилось две с половиной тонны взрывчатки. Впоследствии Дик принимал участие и в разминировании Праги. Пес трижды был ранен, однако дожил до глубокой собачьей старости и был похоронен с воинскими почестями, как и подобает герою.

А собаки – живое противотанковое «оружие»! На полях сражений минувшей войны хвостатые подрывники уничтожили до трехсот фашистских танков! Это примерно две танковые дивизии врага!

Бывшие гитлеровские генералы отмечали в своих мемуарах, что командиры их танковых подразделений не раз отдавали приказ отступать танкистам на участках фронта, если замечали, что на поле боя появлялись советские собаки-подрывники…

Овчарки – специалисты по обнаружению взрывчатки были переданы инженерно-саперным подразделениям ограниченного контингента советских войск в Афганистане. В отрядах минно-розыскной службы имелись проводники со специально тренированными собаками для обнаружения мин и фугасов в гористой местности. Эти собаки – немецкие овчарки – обнаружили тысячи замаскированных взрывательных устройств.

(Корнеев Л. Слово о собаке. – М., 1989)

Собаки-санитары

Бывший пулеметчик, ныне академик, секретарь отделения лесоводства и агролесомелиорации ВАСХНИЛа В. Н. Виноградов писал в 1985 году в «Неделе»:

«А в санроте у нас служили собаки. Так их и санитары-ездовые называли так: „служивые“. Особенно запомнился один санитар, молоденький совсем паренек, а при нем четыре собаки. Две здоровые, лохматые, на овчарку смахивали. И две лайки. Запрягали их в волокушу – зимой на двух лыжах, а летом на колесиках.

Сколько людей под огнем наш бесстрашный ездовой с поля боя вывез! Знаете, наша литература, по-моему, в долгу перед солдатами, которые воевали вместе с собаками. Это был совершенно удивительный, ни на что не похожий вид службы в действующей армии. Когда с „боевым оружием“ и поговорить можно, и поплакать, и подумать вместе. Боец наш песенку время от времени какую-то мурлыкал, про этих самых санитарных собак и про тех, которые „мины ищут, танки подрывают“. Именно ему и его четвероногой своре я обязан своей жизнью. Буквально за две недели до окончания войны в бою на окраине города Виттенберга, километрах в шестидесяти от Берлина, меня тяжело ранило в голову. Ничего не вижу, кровь лицо заливает, но чувствую – суетятся вокруг. Кое-как меня перебинтовали. Торопились, боялись – не довезут. До санроты километра четыре, а фашисты сплошным огнем шоссе простреливают – единственный путь. Сознания я, правда, не терял: молодой был, крепкий. Помню, как положили меня на тележку, привязали покрепче, и санитар сказал собакам: „Ну, служивые, вперед“. И припустили мы по шоссе… Фашист еще сильнее палит, а у меня одна мысль: только бы собачек не ранило, потому что санитару одному меня не дотащить. Да нас с ним непременно убили бы тогда. Но пули над головами собак свистят, а мы двигаемся вперед. Так до санитарной роты и докатили».

(Виноградов В. Н. – «Неделя», 1985)

На войне как на войне

Москва. Красная площадь. Парад Победы. Перед Мавзолеем Ленина чеканят шаг сводные полки фронтов, воинские части Московского гарнизона, слушатели военных академий.

Идут закаленные в боях солдаты, офицеры и генералы. Они разгромили гитлеровскую Германию, отстояли в сражениях социалистическое Отечество. Освободили многие народы Европы. Спасли планету от угрозы коричневой чумы – фашизма. Идут победители.