Текст книги "Боевые животные"

Автор книги: Алексей Петров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Этологи, изучающие жизнь и поведение животных в естественных условиях, заметили, что в крысиных стаях время от времени появляются крысы-диссиденты. Крысы-диссиденты не реагируют на позу угрозы позой подчинения, как бы не раздувал вожак свой воротник. Ученые убедились, что если в стае появляется больше двух диссидентов, то сердце вожака не выдерживает, и он погибает от инфаркта. Так происходит смена лидера в крысиной стае.

(Семенов. В. Кремлевские тайны. – М., 1995)

«Известная вашему благородию собака»

Жена главы первого советского правительства Якова Свердлова Клавдия Новгородцева в своих мемуарах описала необычайного Пса, который верно служил ее мужу во время ссылки.

«Очень любил Яков Михайлович дружеские вечеринки. Он по природе своей был чрезвычайно гостеприимен и рад был угостить товарищей чем мог. Продукты в Туруханке не отличались разнообразием, но и из того, что было, приготовлялись очень вкусные вещи. Традиционным блюдом были, конечно, сибирские пельмени. Готовились они в Туруханке из оленины, другое мясо было недоступной для нас роскошью. Но и оленина, особенно молодая, была достаточно вкусна.

Готовились пельмени всегда коллективно: фарш и тесто приготовлял Яков Михайлович – этого он никому не доверял, – а лепили все: и молчаливый Зелтынь, и шутник Боград, и Маркел Сергушев, и Филипп Голощекин, и пекарь по профессии, настоящий артист своего дела Борис Иванов. Пельмени заготовляли впрок, сотнями.

Затем Яков Михайлович начинал священнодействовать у плиты – и все садились за стол. Веселью и шуткам не было конца, однако спиртного за столом никогда не было. Яков Михайлович совершенно не пил ни водки, ни вина, говоря, что искусственно подбадривать себя нужно лишь людям со скучной душой.

Пельменей готовили столько, что много оставалось, и их выносили на мороз. На улице пельмени моментально становились твердыми как камень. Храниться в таком виде они могли месяцами, и если неожиданно приезжал гость с далекого стана, то достаточно было опустить несколько десятков пельменей в кипящую воду – и обед (или ужин) был готов.

Излюбленным блюдом была также строганина. Приготовлять строганину Яков Михайлович научился еще на Максимкином Яру. Делалась она очень просто: сырую рыбину выносили на улицу и ждали, пока она промерзнет насквозь. Затем разрубали рыбу пополам и острым ножом стругали тонкие ломтики: их слегка солили, перчили, поливали уксусом, и строганина была готова. Рыбу не надо было ни варить, ни жарить.

Рыба вообще являлась одним из основных продуктов питания, особенно зимой. Мясо, и даже оленину, достать можно было далеко не всегда, и стоило оно дорого, а рыбу ссыльные ловили сами. Порою попадались крупные осетры. Из некоторых добывали до пуда осетровой икры, и тогда наступал праздник для ребят. Свежедобытую икру мы тут же солили, и через день-два она была готова к употреблению. Но такая удача не часто сопутствовала рыбакам. Порою мы не имели ни мяса, ни рыбы. Детей тогда выручало молоко, нам же приходилось попоститься.

Из Селиванихи в октябре 1914 года Яков Михайлович писал мне: „У нас свои две возовые собаки, одна привезена мною из Курейки. Великолепный пес, которого и именуют „Пес“. Так я его окрестил!“

Пес был действительно изумительной собакой. Я убедилась в этом сама, когда приехала в Монастырское. Размером он был с небольшого волка, на редкость силен и сообразителен. Был он весь черный, с проседью, с красивыми белыми метинами на лбу, груди и передних лапах, уши у него стояли торчком, как у волка.

Своеобразной „специальностью“ Пса были стражники. Пес их ненавидел лютой ненавистью. Стоило кому-нибудь из стражников подойти к нашему забору, как Пес кидался на него с такой свирепостью, что стражникам нередко приходилось спасаться бегством. Благодаря Псу стражникам никак не удавалось нанести нам внезапный визит. Они вынуждены были подходить с той стороны дома, которая выходила на улицу, и стучать в окошко, а затем терпеливо ждать, пока Свердлов выйдет во двор и угомонит разбушевавшегося Пса.

В 1917 году, после февраля, мы обнаружили в местном полицейском управлении донесение стражников. Они докладывали приставу, что вопреки его приказанию не могли установить, кто встречал у Свердловых Новый год. Окна дома замерзли, и рассмотреть через них что-либо не было никакой возможности, а во двор их не пустила „известная вашему благородию собака“. Так Пес удостоился чести быть упомянутым в полицейских реляциях.

Пес был бесконечно привязан к своему хозяину и никогда с ним не расставался. Куда бы ни отправлялся Свердлов, Пес следовал за ним по пятам. В Монастырском всегда можно было определить, где находится Яков Михайлович, так как у дверей того дома, куда он зашел, обязательно сидел неподвижный, как изваяние, Пес.

В свою очередь, и Яков Михайлович очень любил своего четвероногого друга. Когда в конце 1916 года Пес погиб, Яков Михайлович страшно горевал. Он попросил местного охотника выделать шкуру Пса, увез ее с собой из Туруханки, и потом, в Кремле, эта шкура всегда лежала у кровати Якова Михайловича».

Бультерьеры

Бультерьеры – это бойцовая порода. До 1835 года, когда жестокая практика травли быков и медведей, петушиных и собачьих боев была объявлена парламентом вне закона, это было популярным времяпровождением, широко распространенным по всей Англии. Ввиду того, что только достаточно богатые люди могли позволить себе держать быка или медведя, петушиные и собачьи бои были «спортом» самых беднейших слоев населения. В собачьих боях учитывался только один фактор – храбрость или, как они говорили, выносливость.

Чтобы вывести соответствующую породу, были испробованы все способы скрещивания, но с бойцовой точки зрения наиболее успешным оказалось скрещивание терьера с бульдогом. В те дни словом «терьер» называли любую собаку, независимо от ее цвета, формы или размера, которая могла поймать и убить хищное животное. Бульдог в те времена был более крепкого телосложения, с более мощной головой, широкой грудью, приземистый, что-то наподобие нынешнего стаффордширского бультерьера, крепкий, игривый и необычайно живой (активный). До сегодняшнего дня можно наблюдать, как эти два, в сущности, противоположных типа, терьер и бульдог, все еще не примирились в бультерьере.

Когда собачьи бои были запрещены законом, любители этой породы начали выводить для продажи собак с лучшим внешним видом, так как смелые собаки приятной наружности все еще пользовались спросом.

На первом месте среди любителей была семья Хинксов из Бирмингема, на протяжении нескольких поколений занимавшаяся продажей собак и животных. Джеймс Хинкс начал выводить белую породу: до того времени было известно, что бульдоги и терьеры, как бойцовые собаки, бывают всех цветов, но Хинкс был мечтатель с художественным вкусом и опытом разведения многих пород. Он скрестил буля и терьера с белым английским терьером, имевшим более мягкие манеры, а затем с делматином, и так появилась его порода целиком белых собак. Хинкс назвал новую обтекаемую, более элегантную породу бультерьерами, а старые любители грубоватых, но энергичных видов подвергли его насмешкам.

Вывести породу белых булей, возможно, вдохновил Хинкса белый английский терьер, который в то время достиг гораздо более высокого уровня и имел более привлекательные форму и качества, чем можно было найти среди булей и терьеров старого типа. В семействе Фриборн из Оксфорда уже имелась порода белых булей и терьеров, но это были собаки грубого, энергичного типа, чего Хинкс стремился избежать.

Белый английский терьер мог дать ему хорошо сложенный корпус и аккуратную форму, а также охотничий инстинкт терьера; у бульдога он мог взять дополнительные качества – силу и стойкость, нужные для белого бультерера, которого он нарисовал в своем воображении. Белый английский терьер сейчас вымирает, но та же самая порода черная с рыжим подпалом выжила под названием манчестерский терьер.

Задача Джеймса Хинкса состояла в том, чтобы добиться смешения трех пород, с которых он начал, и этого идеала он достиг незадолго до своей смерти. И хотя прошло столетие с того времени, как работал Джеймс Хинкс, его проблемы по-прежнему остались актуальными для тех, кто занимается разведением бультерьеров сегодня: как сочетать ценные качества бульдога с грацией и живостью терьера, добавив к ним эту уникальную голову с ее опущенной мордой и мощной мускулатурой. Зная, как трудно производить первоклассных бультерьеров даже сегодня, мы должны отдать должное этому необычайному человеку – Джеймсу Хинксу, у которого была мечта создать породу, чтобы вывести ее и личные качества, способные увлечь других ее достоинствами.

В 1862 году на выставке в Лондоне Хинкс выставил свою чисто белую суку Пусс. Ему предложили заключить пари на 5 фунтов и ящик шампанского, чтобы она дралась с одной из собак старой породы. Пусс дралась и убила эту собаку, выйдя из драки без отметин. Она завоевала первый приз в своем классе, и эта порода завоевала себе репутацию.

Популярность белой масти росла как снежный ком, и порода, выведенная Хинксом, распространялась по всему миру, хорошо приживаясь от тропиков до Арктики. Люди поняли, что этой породе свойственны беспримерная храбрость и выносливость – идеал для аванпостов империи, что она чувствует себя прекрасно как в городском, так и в сельском доме, достаточно умная, чтобы быть сторожем и компаньоном для людей, живущих на границе, или нянчить ребенка фермера.

Итак, каков же характер бультерьера? Беспримерная храбрость, доброта, необычайная сила, атлетичность и игривость; он большой любитель комфорта и тепла, тем не менее, счастлив порезвиться на льду или на снегу. Может раздражаться по поводу малейшего дискомфорта, но готов сражаться насмерть, если это необходимо, с непревзойденной способностью к восстановлению своих сил. Он будет приводить вас в бешенство так же часто, как и в состояние восторга своими шалостями, давать отпор вашим самым серьезным упрекам очередной порцией клоунады, чтобы сменить ваш гнев на смех. Пока у вас живет бультерьер, ваша жизнь редко будет скучной! И конечно, он требует большого понимания.

Физически бультерьеры – самые превосходные атлеты в собачьем мире, более сильные и мощные, чем любая другая порода, способная развивать аналогичную скорость, и более быстрые и подвижные, чем другие породы того же размера и комплекции.

Они бывают самых разных окрасов: белые, тигровые, рыжие, рыже-коричневые, черно-тигровые, черные и палевые и очень редко голубые и темно-каштановые и все ровные цвета с белым. Рыжие и рыжевато-коричневые могут быть с черными мордами и пятнами. Окрашенная шерсть была получена через стаффордширских терьеров еще до того, как эта порода была признана Кеннел-клубом в 1993 году.

С течением времени, порода бультерьеров постоянно улучшалась, и вплоть до сегодняшнего дня она способна завоевывать высшие награды на крупнейших собачьих выставках. В конкуренции с любой другой породой она сохраняет свои достоинства и очень часто выходит победительницей. В полную противоположность некоторым другим породам она обладает способностью терять свои грубые качества и достигать истинного совершенства, не утрачивая ничего от прежней силы или грации и, конечно, своей храбрости или характера.

(Хорнер Т. Все о бультерьерах. – М., 1992)

Часть V

Зрелища

Травля собак на различные виды животных

Травля собак на различные виды зверей в домашних условиях была известна и высоко почитаема людьми еще до нашей эры.

В средние века центром травли собак на различные виды животных была Англия. Кровавые поединки устраивались довольного часто не только во владениях тогдашней английской аристократии, но и при королевском дворе. При этом съезжалась знать, послы и консулы различных стран мира, чтобы развлечься жестоким, но вместе с тем увлекательным зрелищем. Нередко заключались пари и делались денежные ставки травли собаки на медведя или быка.

Травля на медведя осуществлялась следующим образом. На пойманного в лесу зверя надевали широкий крепкий ошейник с двумя стальными кольцами. К одному из колец прикрепляли цепь, к другому прочный канат. Цепь и канат продевали через вмонтированные в стену блоки, затем специальный служащий (поскольку эта работа требовала не только силы, но и опыта, умения и сноровки) подтягивал канат, ставя его таким образом, медведя на дыбы. Цепь жестко фиксировалась, давая зверю возможность довольно легко проделывать любые движения, не позволяя при этом опуститься на передние лапы. В случае необходимости, удлиняя или укорачивая канат, служащий в известной степени мог регулировать ход поединка.

Собак пускали по одной или по две одновременно. В некоторых случаях, когда медведь предназначался для многих боев, ему надевали ошейник с шипами, чтобы затруднить работу собак. При таких условиях боя, прежде чем зверь был растерзан, погибало очень много собак. Но иногда перед сражением на морду медведя надевали намордник, а на лапы специальную защиту. Обычно это делалось в тех случаях, когда стравливали особо ценных собак или племенных производителей. Защита на лапы при этом была совершенно необходима, так как когти медведя, наравне с клыками, представляют собой смертоносное оружие. Схватив лапами собаку, медведь может спокойно ее разорвать.

Подобное зрелище вызывало у людей интерес не только жестокостью и кровопролитием, но и тем, что исход сражения часто был непредсказуем. Попадались выдающиеся медведи, которым удавалось продержаться несколько боев и убить не один десяток собак. Были и выдающиеся по своей силе и ловкости собаки, которые (разумеется, не в одиночку) побеждали зверя уже в первом бою.

Травля собак на быков получила широкое распространение не только в Англии, но и в других европейских странах. Будучи вначале уделом аристократии, она постепенно превращалась в одну из любимых забав простолюдинов.

Как правило, бои проводились на арене с достаточно прочным ограждением диаметром 10 метров или на специально оборудованной площадке. В центре арены (или площадки) вкапывали столб со стальным кольцом, к которому канатом длиной 5 метров за шею или за основания рогов привязывали быка. В редких случаях быка не привязывали, но это было опасно, так как бык мог вырваться за ограждение и напасть на зрителей.

Главная опасность заключалась в огромной физической силе быка и очень острых, длинных рогах. Пуская их в ход, бык одним ударом мог убить собаку. Иногда, чтобы хоть в какой-то степени защитить собаку, на рога надевали специально изготовленные деревянные колпачки.

Собак пускали по одной или по две-три одновременно. Естественно, в последнем случае шансы быка на победу значительно уменьшались.

Набрасываясь на быка, собаки старались атаковать его в наиболее чувствительное и уязвимое место – в нос. Если им это удавалось, могучее животное становилось практически беспомощным. Зная это, бык как можно ниже опускал голову, чтобы спрятать нос и встретить нападение рогами. Особенно хорошо это получалось у опытных животных, много раз участвовавших в подобных сражениях. Крупные собаки вынуждены были чуть ли не на животе подползать к быку.

Со временем удалось вывести особую породу собак, физические данные которых идеально подходили для таких схваток. Это были предки современных английских бульдогов. Собаки новой породы были внешне компактны, низкорослы, устойчивы, с широким мускулистым корпусом, упорны и бесстрашны в бою. Особенно характерен для этой породы перекус, а также отодвинутый нос, позволяющий свободно дышать в то время, когда собака делала «мертвую хватку».

По строгим правилам, во время поединка собака не должна была бегать вокруг быка, а вести атаку фронтально, в голову. Бульдог, атакующий другие части тела животного, считался непородным. Это объяснялось не только нарушением рациональной тактики боя, но и тем, что от собачьих укусов портилась шкура и мясо животного.

При атаке в голову бык старался сдерживать занятую им позицию. Его главная цель состояла в том, чтобы пропороть собаку рогами или поддеть на них и как можно выше подбросить собаку в воздух. Падение нередко заканчивалось для собаки смертью.

Чтобы предотвратить такой финал, владельцы бульдогов старались вовремя подскочить и подставить собственную спину под падающую собаку. Другие, с длинными жердями наготове, внимательно следили за ходом поединка, чтобы в нужный момент подставить их, давая возможность собаке соскользнуть по жерди на землю. Некоторым удавалось поймать собаку руками прямо в воздухе.

Наконец, собака, изловчившись, как клещ, вцеплялась в ноздрю или кончик носа противника. Но далеко не всегда бой на этом заканчивался. Уязвленный бык вставал на дыбы, начинал брыкаться и отчаянно мотать головой, нередко ему удавалось стряхнуть с себя собаку, и поединок возобновлялся. Однако если бульдог вгрызался настолько удачно и проявлял в хватке такое упорство, что бык не в силах был с ним что-либо сделать, бой прекращался. Отозвать собаку, повисшую на покорившемся животном, было практически невозможно. Отцепить ее можно было только при помощи деревянной отжимки, которую вставляли между зубами.

* * *

Трудно найти какого-либо зверя, обитавшего в Европе, на котором люди не испытали бы силу, ловкость и мужество боевых собак. Из большого разнообразия поединков наиболее популярной и занимательной была травля на барсука.

Этот обитатель леса при небольшом росте и весе около 20 кг представлял собой довольно опасного противника, превосходно использовавшего в бою свои острые, крепкие зубы и когти. Он ловок, подвижен и агрессивен. Далеко не каждая собака способна с ним справиться. Тем интереснее была зрелищная сторона поединка и весомее победа.

Для травли на барсука устроители состязаний готовили искусственную нору в виде прямоугольного ящика с одной подвижной стенкой. В него сажали пойманного барсука. Ящик устанавливали на огороженной от зрителей площадке или специальной арене. К искусственной норе подводили собаку, и после объявления готовности владелец барсука открывал ближнюю к собаке стенку ящика, а владелец собаки ее туда запускал.

Многие собаки были почти мгновенно искусаны притаившимся в норе барсуком и спасались бегством. Но наиболее подготовленные и стойкие яростно сцеплялись с нешуточным зверем. Тогда противники начинали рвать и терзать друг друга изо всех сил.

Почувствовав, что собака крепко держит барсука, владелец за хвост вытягивал ее наружу вместе со зверем. После этого бойцов разнимали, давали барсуку возможность занять исходную позицию и возобновляли травлю. Так проделывали несколько раз. Чем чаще за определенный промежуток времени собака вытаскивала барсука из норы, тем больше очков она набирала. Их подсчетом занимался судья.

Популярность барсучьих боев была велика, и их регулярное проведение требовало большого количества животных. Поэтому среди охотников даже существовала соответствующая специальность – барсуколовы. С двумя-тремя терьерами они разыскивали барсука и выгоняли его из норы или караулили на открытых площадках, во всех случаях стараясь изловить зверя живым. На охоте и во время соревновательной травли лучше всего зарекомендовали себя предки современных бультерьеров.

* * *

Одной из старейших собачьих функций, выполняемых на службе человека, является истребление опаснейших вредителей и переносчиков болезней – крыс.

Собаки-крысоловы имелись во всех уголках Земли, где водились эти хищные грызуны. Храбро сражаясь с их несметными полчищами, собаки-крысоловы снискали уважение человека, а наиболее способные из них были предметом гордости своих владельцев. На этой почве нередко возникали жаркие споры, каждый владелец расхваливал достоинства именно ему принадлежавшей собаки. Стали заключать пари. Постепенно показательные сражения собак с крысами стали проводиться довольно регулярно и собирать большое количество желающих посмотреть на это зрелище. При этой, как и при других видах травли, делались денежные ставки.

Выдающимися специалистами по уничтожению крыс всегда были собаки с кровью терьеров. Среди них особенно ценились те, которые убивали крысу одним укусом. Как правило, это были собаки, которые делали хватку за шею зверька. Значительно худшими считались собаки, которые трепали крысу, они тратили при этом лишнее время, очень важное в соревновательных поединках.

Бои проводились на специальных деревянных аренах, сколоченных в виде большого ящика, из которого крыса не могла бы выпрыгнуть и убежать. Собственно говоря, это была такая же яма, как и для собачьих боев. В яму выпускали тысячу крыс и смотрели, чья собака прикончит большее их количество за одну минуту.

Более строгие правила учитывали не только численность убитых крыс и затраченное на это время, но также определяли, за какое время собака прикончит столько крыс, сколько она весила сама.

Во время соревнований в ринге присутствовал хронометрист, фиксирующий время, и судья, который определял, жива или мертва укушенная собакой крыса. Делалось это следующим образом. Судья брал вызвавшую у него подозрение крысу, клал ее в центр круга, нарисованного на столе, и три раза ударял крысу по хвосту специально для этой цели предназначенной палочкой. Если крыса выползала из вышеупомянутого круга, она признавалась живой и не засчитывалась. Тогда собака должна была вернуться в ринг и добить крысу, а потраченное время соответственно добавлялось к уже имевшемуся.

Победить в таких соревнованиях было непросто. В считанные мгновения собака должна была крысу поймать, нанести ей смертельный укус, бросить ее и, не теряя времени, вцепиться в следующую. Реально на победу могли претендовать лишь те из соревнующихся, кто на всю эту операцию затрачивал не более 4–5 секунд. Далеко не у всех собак получалось так быстро. Абсолютными чемпионами по крысоубийству были, как правило, бультерьеры. Они отличались выносливостью, могли работать длительное время, не снижая темпа, уничтожали многие сотни крыс.

* * *

В поисках все новых и новых противников для собак человек доходил порой до абсурда. Собак натравливали на лошадей, на ослов, на домашних свиней, на обезьян, на любые виды животных, исход боя с которыми был хотя бы в какой-то степени трудно предсказуем.

В наше время боевых собак крайне редко используют на охоте. Этому имеется много причин. В первую очередь, наличие современного огнестрельного оружия сводит значение боевых собак в схватке со зверем практически к нулю. Достаточно просто иметь собаку для обнаружения зверя, например, обыкновенную лайку. Во-вторых, организация охоты на крупного зверя с боевыми собаками – дело довольно сложное и требует значительных материальных затрат, множества людей и т. д. И, наконец, может быть, самое главное – это огромные потери собак при столкновении с грозными обитателями леса. Последнее обстоятельство способно омрачить любую удачную охоту, ведь речь идет о любимых животных, гибель которых воспринимается нами так остро.

Собаки-воины. Бой собаки с человеком

До нас дошло довольно большое количество письменных свидетельств, а также фресок, скульптурных работ, картин и рисунков, рассказывающих о собаке-воине. Изучая их, мы обнаруживаем, что военные собаки были рослыми, мускулистыми, имели устрашающий вид. Нередко их облачали в специальные доспехи, чтобы сделать менее уязвимыми для ударов холодным оружием и увеличить вероятность победы над врагом. Доспехи, как правило, состояли из металлического панциря, закрывавшего спину и бока собаки, и кольчуги из металлических колец или пластин, предохраняющих наиболее подвижные части тела (грудь, верх предплечий, живот и т. п.). Иногда на голову ей надевали металлический шлем.

Помимо доспехов, собаку вооружали длинными шипами или обоюдоострыми лезвиями, которые красовались на ошейнике и шлеме. С их помощью собака колола и рассекала тело, ноги и руки атакуемого ею воина, ранила сухожилия ног и вспарывала животы лошадей при столкновении с конницей противника.

В сражениях использовались целые батальоны таких собак. Например, у древних римлян они составляли первую шеренгу, во второй шли рабы, а в третьей – воины. Собаки стремительно врубались в боевые порядки противника, производя сумятицу, калеча лошадей, раня и опрокидывая воинов неприятеля. При этом расстроить ряды врага и на время отвлечь его внимание было половиной дела, основной задачей боевых собак являлась работа на уничтожение живой силы противника. Вся система подготовки боевой собаки была направлена на то, чтобы вцепившись в воина, собака боролась с ним до тех пор, пока не победит или не погибнет в поединке. При этом оторвать или поразить хорошо защищенную, тяжелую, физически очень сильную, специально натасканную для убийства человека собаку крайне сложно. Военных собак натаскивали для борьбы с противником со щенячьего возраста. Для этой цели использовали довольно распространенные и поныне методы тренинга. Помощник воспитателя, одетый в специальную накидку из толстой шкуры, дразнил собаку, доводя ее до бешенства. Когда воспитатель спускал собаку с поводка, она бросалась на «дразнилу» и впивалась в него зубами. В это время помощник старался поставить собаке потенциально уязвимые места тела (имея в виду воина в доспехах). Так развивалась привычка брать противника точно по месту. В этот же период собакам прививали такие навыки, как преследование бегущего человека и работа с лежащим человеком.

Людей, которые дразнили собак, часто меняли, чтобы воспитать в собаке злобу ко всем людям, а не к конкретному человеку. На следующем этапе подготовки на одежду из шкуры надевали доспехи противника, затем доспехи надевали и на собаку, постепенно приучая ее сражаться в обстановке, максимально приближенной к боевой. Шипы на шлеме и ошейнике заменяли деревянными палочками. Собак приучали к толчкам, ударам по щиткам, звону оружия, лошадям.

Проходили столетия, и постепенно задачи военных собак стали меняться, все более смещаясь к направлению косвенного участия в боевых операциях.

Однако человек не утратил интерес к боевым породам. Наряду с охотой он стал использовать боевых собак для своей охраны, причем довольно успешно.

С течением времени к чисто практической стороне дела стал примешиваться соревновательный аспект. Находились желающие помериться силой в поединке с боевой собакой. По этому поводу устраивались показательные схватки. Как правило, они носили коммерческий характер.

В некоторых случаях собак травили в намордниках, в других – без него, но оставляя собаку на привязи. Легко предположить возможность схваток по принципу вольной травли.

Один из наиболее известных видов боя собаки с человеком имел следующие правила. Собаку за ошейник, а человека за пояс привязывали к столбам канатами такой длины, чтобы каждый из борцов во время столкновения мог свободно отступить, а другой уже не мог его достигнуть. Во время боя человек отчаянно молотил собаку, а она яростно рвала его зубами. Если человеку удавалось забить собаку, его объявляли победителем. Если собака оказывалась сильнее и человек понимал, что он не в состоянии с ней справиться, стряхнуть ее с себя или отступить, он кричал: «Сдаюсь! Я проиграл!». После этого бой прекращался.

Случалось, что бой проходил на равных. Тогда через какое-то время делался перерыв на одну минуту. Владелец мог использовать передышку, чтобы освежить своего воспитанника, искупав или обтерев его (вместо воды можно использовать лед). Тем временем человек имел право удалиться в свой угол и приложиться к бутылке спиртного.

В отличие от травли на животных или собаки на собаку бои с участием человека не имели широкого распространения и довольно скоро совершенно перестали проводиться.

Бой собаки с собакой

Для боевых собак этот вид борьбы занимает особое место. Являясь отличным способом поддержания лучших рабочих качеств собак, бои послужили своеобразным стимулом для селекции новых, ранее не известных пород. Например, почти исключительно стремлением вывести идеальную собаку для боев объясняется появление такой замечательной породы, как бульэндтерьер – предка современных бультерьеров, американских стаффордшир-терьеров, стаффордширских бультерьеров, американских пит-бультерьеров.

География собачьих боев обширна. Но начало им как виду спортивных состязаний было положено в Англии. Уже в XVIII веке собачьи бои пользовались огромной популярностью среди населения этой страны. Однако лишь с начала XIX века бои приняли более организованный характер и стали проводиться по твердой программе. К этому же периоду относятся новые поиски и открытия в разведении боевых собак.

В 1835 году английский парламент издал указ о запрещении проведения всех боев с участием животных. В результате принятия данного документа медвежьи и бычьи травли быстро сошли на нет. Напротив, собачьи бои приобрели невиданный до тех пор размах.

Объяснялось это тем, что устроение собачьих боев не требовало больших площадей и довольно сложной организации.

С начала XIX века собачьи бои организовываются не только в Европе, но и в Америке.

В XX веке в разных странах открыто печатаются анонсы о продаже боевых собак с перечислением их побед, начинают выходить специальные журналы, охватывающие все сферы собачьих боев. К середине нашего столетия собачьи бои достигают вершины своей популярности. Они до сих пор проводятся в Европе, США, Канаде, Латинской Америке, Азии. Организация собачьих боев носит неофициальный, нелегальный характер. В большинстве цивилизованных стран действует запрет на их проведение.

Как же происходят настоящие собачьи бои?

Собак стравливают на специально собранной (или сколоченной) арене, напоминающей деревянный ящик. Арену издавна именуют просто ямой (pit) – отсюда и название прославленной боевой породы – пит-бультерьер. Собаки сражаются по весовым категориям, и перед схваткой проходят обязательное взвешивание. Деление по половому признаку не производится, поэтому довольно часто дерутся разнополые собаки, тем самым опровергая широко распространенное ошибочное мнение, будто бы кобель не будет драться против суки. На самом деле настоящая боевая собака воспитана таким образом, что для нее нет полов, есть только борьба и желание добиться победы любой ценой.

Каждый секундант старается оберегать свою собаку от враждебных влияний, зорко следит за действиями противника и правильностью судейства. К примеру, перед началом боя собак облизывают, чтобы выявить, не подвергались ли они каким-либо токсичным втираниям. Секундант всегда наблюдает, чтобы это было сделано тщательно и на должном уровне. В перерывах между схватками собак обмывают. Тогда необходимо следить за тем, чтобы секундант не сделал своей собаке какой-нибудь запрещенный укол или не засунул ей в уши или пасть какое-либо возбуждающее вещество. В практике проведения собачьих боев таких случаев бывало очень много.