Текст книги "Броквен. Город призраков (СИ)"

Автор книги: Александра Трошина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 36 страниц)

Думаю, мне стоит зайти к дяде Синамону. Он точно тот, кому можно доверять и, возможно, сможет дать мне ночлег. Хотя бы временный, потому что регистрироваться в местной гостинице придётся сто лет. Как раз и узнаю, что, черт возьми, творится в Броквене.

Я аккуратно встала с места, убирая телефон с наушниками в карман ветровки. Взяла рюкзак за ручку, и трясущейся походкой начала проходить мимо остальных кресел и оставшихся людей. Вдруг автобус резко подпрыгнул, и я, тихо ойкнув, пошатнулась, но продолжила путь до водителя.

– Эм, извините, – взявшись рукой за спинку свободного кресла, я окликнула водилу.

Мужчина сплюнул в окно, поморщился и неохотно кивнул в мою сторону.

– Да?

– Э, можно остановить на Хосприл-стрит, около фонтанов? – Да, в Броквене даже названия улиц странные. От каких слов их вообще образовывали?

Водитель схематично оглядел дорогу, сжал пальцами руль, а затем вновь кивнул:

– Можно.

Он резко повернул в противоположную сторону, и меня вновь шатнуло вместе с буханкой-на-колесах. Водитель, заметьте, даже не повёл бровями. Ох уж эти Броквеновские водилы, ни о ком не заботятся!

Проехав ещё несколько улиц со светскими домами с явными трещинами от агрессивных призраков, автобус выехал на небольшую площадь с каменными дорожками. Появились фонтаны, из которых лилась мутная, с кусочками мусора, вода. Проходили мимо них люди, как всегда погружённые в свои мысли, и призраки, которые… очень даже себя спокойно вели. Они плыли мимо граждан, сквозь дома и фонари, лязгая цепями и прожигая пустым взглядом сгущающийся с гор и ветвей елей туман. Не пойму, что с ними не так? Как работает эта их агрессия, о которой говорили в новостях?

– Выходите, девушка!

Я вздрогнула, только услышав недовольный вскрик водителя. Пару раз моргнув глазами, я увидела, как двери предо мной распахнулись, пропуская сгустки тумана. Ох, опять задумалась и ничего не заметила, вот балда! Ничего не сказав, я пулей выскочила из автобуса на остановку, чуть не споткнувшись о поребрик.

Оказавшись на родных и в то же время чужих улицах, мои бирюзовые волны, исходящие из броши, сразу же поплыли в разные стороны, оплетая дома и электростанции. Магия будто изучала вновь этот город, снова сливаясь с аномальной аурой. Она изучала и призраков, но они все лишь окинули меня мутным и непонятным взглядом. «Вернулась наконец-таки» – такие слова я прочитала в мертвых глазах заблудших душ. Находиться в Броквене ещё непонятней и неуютней, чем смотреть на него за стеклом. Небо было пасмурным; несколько лучиков света хотели вырваться из западни, но темно-серые, бесконечные облака закрывали их собой. В местностях, где находились горы и леса, небо будто становилось темней и отчужденней. Создавалось ощущение, что собирается дождь. Воздух здесь был спертым, от него отдавало сыростью и чем-то приторным, словно он впитал в себя яд. Издали шёл густой туман, небольшие клубы его уже оседали на крышах и деревьях. Вот вроде бы Броквен и остался таким, каким был всегда, за исключением воздуха и ненормально густого тумана, но его полностью выдавала атмосфера. От неё у меня бежали противные мурашки, а глаза безостановочно слезились. Повсюду витала странная, серовато-голубая дымка, что уже впиталась в каждую чёртову лавочку. Она делала асфальт мокрым, от него пахло озером, тем самым озером. Атмосфера повисла на кандалах призраков. Её на них больше всего. Эта атмосфера была настолько явной, настолько устрашающей, что её даже мог почувствовать человек без дара. Но люди… эти странные горожане словно ничего не замечали и не чувствовали на своих шкурах. Все также куда-то торопились, гуляли и общались, правда, с кислыми лицами и побледневшей кожей.

Так, надо взять себя в руки. Нужно быть решительной и твёрдой. Я сюда приехала для того, чтобы дрожать от через чур странного Броквена? Ха, не дождётесь!

Поправив рюкзак и вдохнув полной грудью сырого воздуха, я уверенной походкой, перешагивая маленькие заплесневелые камушки на дорогах, поковыляла к дяде Синамону.

Зайдя в такой знакомый переулок с домами из темного кирпича, я не спеша начала идти по гладкому, чуть шершавому асфальту. В этом изысканно-мрачном переулке так ничего и не поменялось, за исключением парочки согнутых фонарей и тоненьких трещин на вывесках местных магазинов. Множество лавочек со всяким антикварным товаром так и работали в полной мере. Дорогие, фарфоровые чайные сервизы, вычурные кальяны, цветочная мебель и кружевные блузки на слегка испачканных витринах пробуждали в моем животе бабочек что ли?.. В отражениях витрин я видела маленькую себя, бегущую вместе с нежно улыбающимися мне призраками в школу. Я давно не была на этой улице, и сейчас эти призраки, провожающие взглядом мою шатающуюся фигуру, магазины и пасмурное небо даже… притягивали, соблазняли остаться и отдаться в объятия города детства.

Туман где-то там, далеко-далеко уже покрыл центр Броквена.

Я встряхнула головой, заставив хищных душ отвлечься. Ох, не нравится мне этот туман.

Я уже вышла в центр Хосприл-стрит, где находился один из городских торговых центров, кафе и пекарни. Прямо по курсу я увидела булочную дяди Синамона. В нос ударил приятный запах сдоб, а лаковая чёрная вывеска на секунду ослепила меня. Подойдя к прозрачной двери, я, глубоко вздохнув от сдавливающего сердце чувства ностальгии, зазвенела дверным колокольчиком.

Я зашла в небольшое помещение, выполненное в темных и светлых коричневых тонах. Вокруг стояло несколько деревянных столиков, макушку нагревали приглушённые лампы округлой формы. Тихая, монотонная старинная музыка доносилась из маленького радио, что стояло на булочной стойке, как я раньше называла. А обилие свежей, нежной, политой сладким сахарным сиропом, выпечки за кассой так и притягивало взгляд. Я прикусила губу от мыслей о том, как хрущу горячей хлебной корочкой.

К моему счастью, несколько молодых людей закончили трапезу, и уже надевали пальто и ветровки. Я быстренько юркнула к стойке, уселась за высокий чёрный стул, начиная прислушиваться к каждому звуку. А вот когда ребята уже покинули пекарню, я осмелилась позвать хозяина заведения:

– Дядь Синамон!

За дверью на кухню послышалось глухое шуршание. Чтобы докричаться до конца, я позвала ещё раз:

– Дядя Синамон!

Ещё мгновение и дверь отворилась. Не находя источника звука, бегая туда-сюда карими глазами, вышел высокий, с небольшим животом, мужчина. Смуглая кожа блестела при бархатном свете, темные, как молочный шоколад, волосы слегка разлохматились, а белая рубашка вместе с красным фартуком помялись. Хах, а ведь… дядя Синамон так и не поменялся за эти шесть лет. Такое ощущение, что он даже не постарел. Поношенный фартук и вечно не ухоженные волосы дают о себе знать.

Только мужчина столкнулся со мной взглядом, как тут же замер на месте, разинув рот.

– Да ладно… – Он медленно стянул со своей головы миниатюрный колпак.

Улыбка вырвалась сама собой, также как и смешок. Дядя Синамон все с тем же раскрытым ртом сел за стул и положил шершавые локти на стол. Он оглядел меня, затем остановился на лице и расплылся в родной улыбке, которую даровал маленькой мне каждое утро.

– Гостлен, ты?..

– Ага, она самая, – подмигнула я, – здрасьте, дядь Синамон.

Синамон улыбнулся ещё шире, посмеиваясь и часто хлопая глазами. От него так и исходил вкусный запах выпечки. За дверью на улицу послышались лязги цепей, и я тут же окунулась в воспоминания детства. Казалось, будто сейчас я, будучи второклассницей, сижу за прилавком доброго дяди и жду булочки, ругаясь писклявым голоском на шум от заблудших душ. По сверкающим глазам дяди Синамона было видно, что он так же вспоминает те беззаботные времена.

– Боже мой, Елена, как я давно тебя не видел! – вскрикнул мужчина и крепко обнял меня, нагнувшись через прилавок. Я же охотно обняла старого папиного друга в ответ, понимая, что дядя Синамон – единственный лучик света в этой Броквеновской пасмурности.

– А вы все такой же веселый и молодой, дядя Синамон! Меня это радует!

Мужчина усмехнулся, показательно накручивая на палец свои усы.

– А ты как думала, для покупательниц я должен быть даже бессмертным!

Я активно закивала, бросая рюкзак на кафельный коричневый пол.

– Да вы выглядите на все двадцать пять!

Пустив короткий смешок, дядя Синамон, сдувая хлебные крошки и корицу со своего помятого фартука, хитро повёл бровями и взглядом указал на прилавки с множеством горячей выпечки. У меня вмиг скопилась слюна во рту.

– Ну, долгожданное возвращение самой Елены Гостлен надо обязательно отметить парой улиток с ягодами! – Заметив мой голодный взгляд, дядя надел перчатки и взял лопатку явно для того, чтобы наложить мне выпечки.

Вот за что я люблю дядю Синамона, так это за то что он понимает все только по одному взгляду! Он прямо в этих делах профессионал!

– Спасибо, дядь Синамон, – тепло улыбнулась уголками губ, – вы все ещё помните, что я люблю…

От улыбки у мужчины появились морщинки. Он бережно наложил булочки, приправив кленовым сиропом со стойки и пододвинул мне, делая жест «вуаля». Под звук лязгания, шума городских ветров и заунывного шепота призраков я полностью отдалась ностальгическим чувствам, вновь привыкая к обстановке Броквена. Знаете, спустя шесть лет этот город мне кажется не таким уж и страшным. Будто я снова оказалась в детстве. И ни один призрак не казался мне подозрительным. Может, аномалии Броквена – всего лишь шумиха на новостях? Кажется, тут ничего не поменялось, кроме слишком густого наступающего тумана и обезображенных зданий.

– Кофе будешь? – спросил весело дядя Синамон, включая кофемашину.

Я облизала обсохшие губы.

– Ванильный капучино есть? Или уже в Броквене он вышел из моды?

Мужчина потянулся за сливками.

– Ещё чего! В моей пекарне ванильный капучино будет жить вечно!

– Тогда давайте бахнем капучино! – Я стукнула по столу, представляя на своих губах вкусную ванильную пенку.

Дядя Синамон налил мне фирменный кофе, подал безумно вкусные булочки и, когда он снова сел за стойку, мы начали оживленно общаться на все возможные темы. Я рассказывала ему о жизни в Дарли, о своих новых друзьях. Поведывала о красотах, о том, какие там всегда зеленые деревья и горы. И, конечно же, рассказала о белых сверкающих душах, которых я провожала на Круговорот Того Света. Дядя внимательно меня слушал, улавливал каждую деталь и удивлялся тому, что происходит в Дарли. Его приятно поразил рассказ о Цветущей горе и желтых звёздах. Думаю, он был искренне рад за меня, за то, какая спокойная жизнь у меня сложилась после переезда. Но дядя Синамон ничего не рассказывал про Броквен. Абсолютно ничего. Я так была увлечена рассказами о Дарли, что совсем не заметила этого. Синамон только слушал и хлюпал кофе, чья пенка стекала по усам. Так, я же тут не булок поесть пришла, а по делу. Надо спро…

– Елена, а в Броквене ты че забыла-то? – Мужчина поднял взгляд на меня, изогнув бровь.

О, как раз.

– Та… тут по новостям увидела, что в Броквене-то неспокойно последний год, – Я помешивала ложкой кофе, всматриваясь в гущу. – аварии на пустом месте, здания и прочие достопримечательности сами собой рушатся, гравитация пропадает… Призраки что-то у вас взбунтовались не на шутку. Я приехала сюда, чтобы разобраться со всеми этими аномалиями.

Дядя Синамон чуть не подавился кофе, выпучив глаза. Он хотел что-то сказать, но вдруг на улице послышался резкий грохот. Пол под нами ощутимо задрожал, а с потолка посыпалась штукатурка. В нос ударил резкий запах сырости, послышался нечеловеческий гул. Я перепугалась, сердце сжалось, по вискам побежал пот, а кофе вмиг стал каким-то пресным.

– Дядя Синамон, это что?..

Я заметила на лице дяди маленькое удивление, хотя сейчас происходило что-то явно неспокойное. У меня в ушах даже звенело. Он не трясся, а только удивленно смотрел на меня, хлопал глазами, раскрыв рот. Я правда не понимала, куда пропал весь его испуг. Мужчина поставил свою чашку на прилавок, поправляя колпак.

– Ты о чем, Елена?

Меня будто молнией прошибло.

– Земля трясётся и что-то грохается на улице! Вы разве не чувствуете? – мой голос задрожал.

Господи, только не атака!

Дядя Синамон нахмурил брови и скрутил губы в трубочку.

– Какая земля трясётся? Ниче не трясется и не грохает. – дядя пожал плечами. – Тебе просто кажется.

И тут я будто выпала из транса. Все вокруг словно поменялось, исказилось, стало безумно чужим и пугающим. Я почувствовала ту самую напряженность, которую чувствовала в детстве. Лязг цепей давил на уши, в то время как Синамон прожигал мою паникующую фигуру своим до одури спокойным и холодным взглядом.

– Дядь Синамон, вы чего?..

– Кажется, Елена, – молвил он монотонно. – Тебе все кажется.

Не в силах больше сидеть в этой похолодевшей и пропитавшейся ужасом, пекарне, я быстро накинула рюкзак на плечо, бросила ложку и, в последний раз взглянув в до жути спокойные глаза дяди Синамона, выбежала на улицу.

Когда я, чуть не споткнувшись о порог, выскочила на свежий воздух, мое сердце ушло в пятки окончательно. Хосприл-стрит полностью окутал густой, белый мутный туман. Город почти не было видно, только очертания домов и зловещих электростанций виднелись в этом потоке. И… я четко видела множество призраков с кандалами. Их взгляды были устремлены только в мою сторону, хотя пробегало ещё куча людей. Они смотрели на меня со злостью и презрением, оскалив зубы. Тела вдруг покрылись плесневелого цвета пятнами, а цепи безостановочно звенели, создавая гул.

Я, выдохнув, побежала сломя голову по каменным дорогам.

Вдруг мои ноги резко оторвались от земли. Камни, фонари, машины и остальные люди поднялись в воздух. Вся улица принялась парить, начался полнейший беспредел, сопровождаемый какофонией из криков и заунывного воя призраков, что синхронно размахивали руками. Они собрались в цепочку, каким-то образом поднимая все в воздух. Меня особенно мотало из стороны в сторону, то резко поднимая выше, то ниже, почти что у земли. Туман оплетал мое тело, но магические волны отчаянно боролись с ним, не давая забрать меня куда-то в неизвестность. Под взгляды пустых глаз я вместе со своей магией выбивалась из хищного тумана. Но в этом гуле слышался голос, что ослаблял мой разум.

«Елена-а-а…»

«Гостле-е-ен…»

«Иди сюда-а-а…»

Тело становилось ватным, руки и ноги не слушались, и, пока я с пеленой на глазах из последних сил старалась освободиться, увидела, как в мою сторону летел призрак с разинутым ртом, держа в руке заострённый клинок. Вот черт…

– Ох, ек-макарек, берегитесь!

Мою тушу кто-то резко поднял и полетел в сторону, прямо на газон. Я и мой спаситель в потрепанной белой рубашке и темной жилетке неожиданно упали, ударившись головой.

Перед тем, как отключиться, я увидела в тумане чьё-то знакомое голубое лицо с белыми длинными волосами.

Глава 4. Эйдан Тайлер^[2]

Я почти ничего не чувствовала, кроме навязчивого запаха горелого электричества. По голове гуляло будто сотни помех, а в темноте, из блеклых выцветших пятен вырисовывался тот облик, который я успела разглядеть в тумане при падении. Эти белые волосы и мягкие черты лица в бреду казались до боли знакомыми… Словно я где-то уже видела это лицо.

– Эй, просыпайтесь!..

В помехах послышался чей-то обрывистый голос. Он отдавался в ушах сладким юношеством, но и одновременно мужской твердостью и явным волнением. Затем ощутилось лёгкое покалывание в области похолодевших то ли от переменчивого климата Броквена, то ли от страха, щёк. Не трудно было догадаться, что это пощечины, причём слабые. Но касания горячих ладоней отлично так приводили меня в чувства. Чувствовалось, как ноздри мои щекотала магия семейной реликвии, пытаясь вместе с голосом разбудить меня. Спустя ещё парочку слабеньких ударов я ощутила колючесть городского газона.

– Ну же, вы сможете!

Ещё одна пощёчина оказалась финальной. Я резко и шумно вздохнула, приподнимаясь на локтях, тут же столкнувшись лбами с человеком.

– Ай!

Я открыла глаза. Надо мной плыли по светло-серому небосводу все те же непонятные голубовато-белесые облака, время от времени отделяясь друг от друга. Тумана уже не было, он скопился снова где-то в горах и лесах, лишь сгустки дымки огибали дома. Все так же лилась вода из каменного фонтана, гуляли спокойно люди, торговая жизнь на Хосприл-стрит вновь закипела. И… призраки. Они опять медленно разгуливали по старинной улице, мутными глазами оглядывая все вокруг, томно вздыхая и лязгая цепями. Исчезли зеленоватые пятна на телах, рты вернулись в прежнее положение, пропала та безумная злоба во взгляде. Будто ничего и не случилось только что. Словно это была моя глобальная галлюцинация или страшный сон. Я не верила. Я не могла поверить в то, что этого инцидента не было. Все, черт возьми, осталось таким же! Как, если я только что в прямом смысле парила в воздухе, видела эту цепь из шатающихся призраков с разинутыми пустыми ртами и слышала крики остальных бедолаг?! Этого просто не может быть!

– Вы в порядке, мисс? – Впереди послышался тот самый голос.

Я повернулась к источнику, от непонимания жадно глотая ртом сырой спертый воздух. Передо мной полулёжа расположился юноша, протягивая руку. Каштановый начёс еле развевался на ветру, также как и рукава белой размахайки, а чёрная жилетка с золотыми пуговицами оказалась небрежно расстегнута. Руки аж зачесались застегнуть её обратно. Но было видно по темным, почти чёрным глазам, что мальчика волновали явно не расстёгнутые дорогие пуговицы, а я. От не успокоившегося чувства тревоги и паники я наверняка выглядела не очень. Ощущала, что прическа растрепалась, кожа похолодела и покрылась потом, а зрачки ненормально сузились. Это я увидела в отражении очей парниши. Вот это меня, конечно…

– Физически да, а вот морально – нет, – скомкано бросила я, подавая незнакомцу дрожащую ладонь.

– Понимаю, – юноша глубоко вздохнул, затем улыбнулся уголками губ, помогая мне встать. – Приезжие обычно от таких спектаклей залетают в городской дурдом!

Отряхивая джинсы от пыли и натягивая рюкзак на плечи, я невольно спросила:

– Это ты спас меня?

Незнакомец пару раз моргнул, перестав отряхиваться, а потом с улыбкой кивнул.

– Агась! На вас собирались напасть, я подоспел в последний миг, считай!

Начиная не спеша идти по плесневелым дорогам от греха подальше с Хосприл-стрит, я вздрогнула от его фразы. Погодите-ка!

– Как ты смог понять, что на меня собирались напасть?.. – обернулась я, вопросительно изогнув бровь.

Незнакомец поспешил за мною, начал идти вровень. Его пробило на нервный короткий смешок.

– Призраки создают видимые колебания в тумане, когда двигаются, – парень завёл руки за спину, пиная камушек на дороге. – мы, – горожане Броквена, уже успели начать различать такие колебания. Научились.

Мы вышли за пределы переулка в центр Хосприл-стрит, где проезжало большое обилие транспорта, а здания были этажом выше, с опадающими кусками бежевой штукатурки. Здесь виднелось, как вдалеке небо светлело, мерцало белым, освещая горы. По проводам электрических столбов бежали рвано синие искры, от одному к другому. Магические волны оплетали каждый столб, осыпая блестящей пыльцой. Все звуки смешались воедино, слились друг с другом. И звон магазинных колокольчиков, и бибикающие автомобили, и треск искр столбов. Я не знала, куда иду. Мне просто хотелось быть подальше от этого места, я чувствовала сильную тревогу. А эти чертовы призраки сопровождали нас с мальчишкой взглядами, своими пустыми взглядами! Теперь я знала, что они только притворялись нормальными, чтобы потом сделать какой-нибудь паранормальный выпад! Но… почему граждане этого в упор не замечают?! Сначала орут как резанные от страха, а потом как попугаи все повторяют «Тебе кажется то, тебе кажется се»! Даже этот юноша выглядел невозмутимым, а надо бы!

– Спасибо, что спас, – Ну, что ж теперь делать, придётся слиться с обществом! – если бы не ты, тот сумасшедший уже давно бы перерезал мне глотку, – я даже улыбнулась, но ветер испортил все дело, прилепив мои светло-рыжие пряди к губам.

Мальчик хихикнул.

– Ага, пожа… стой-ка, стой-ка, стой-ка! – он резко остановился, ошарашенно оглядывая меня.

Приоткрыл рот, расставил врозь ноги и растопырил пальцы. Расстегнулась ещё одна пуговица.

Ой.

– Откуда ты знаешь, что призрак был с ножом?! – его темные глаза забегали туда-сюда по моей фигуре.

Люблю же ляпать, не думая.

Я потёрла затылок, опираясь о шершавое покрытие какого-то здания. Непроизвольно нервно прыснула, опустив взгляд на мимо проползающих дождевых червей. К моему дару ведь даже оправдание не придумаешь, тут не спишешь все на ветер!

– А-а ещё видела его трупные пятна, разинутую пасть и злющий-презлющий взгляд.

Парниша резко вцепился пальцами в свои локоны, часто и шумно дыша. Казалось, что он вот-вот задохнётся. Слава Всевышнему, что люди в Броквене как были пофигистами до мозга костей, так и остались ими. Ага, они даже на аномальные бунты не обращают внимания, какой-то мальчик на грани сумасшествия их взора и подавно не стоит. Лишь мои бирюзовые волны принялись оплетать его тело.

– Не может быть, – пробормотал парень, – душ никто не может видеть, кроме… – он сделал мелкую паузу. – Гостленов, древнего рода с редким даром, который передавался женщинам испокон веков!

Ого, какой начитанный!

– Ээ, правильно, – я скривилась в смущении, протягивая руки к незнакомцу. Ситуация крайне неловкая оказалась. – Парень, успокаивайся давай, не на людях же.

Но он внезапно поднял голову, смотря безумными и удивленными глазами на меня. Казалось, у него сейчас челюсть отвалится. Я даже испугалась, инстинктивно отпрянув.

– Ты, ты…

– Я, я? – часто заморгала.

– Ты Гостлен?!

От такого вскрика на всю улицу я даже подпрыгнула. Призраки медленно повернули головы, смотря на нас с пацаном.

– Ну, типа Гостлен…

Он словно засветился, ослепляя своим сиянием заблудших душ. Глаза расширились, заблестели желтыми искрами, а улыбка растянулась до ушей. Юноша весь покраснел, начиная легонько подпрыгивать.

– О Боже, Боже, Боже! – паренёк принялся размахивать руками, дыша, словно счастливая собака. – Лопнувшие чипсы, это правда ты! Я нашёл тебя!

Я непонимающе улыбнулась, чуть хмуря брови. Он что, мой фанат?!

Отдышавшись, мальчишка, чуть не споткнувшись о мокрый поребрик, протянул мне руку:

– Я Эйдан Тайлер! Для друзей просто Эйд!

Протянула руку в ответ, а потом пожала, посмеиваясь:

– Елена. Приятно познакомиться, Эйдан.

Эйдан нехотя отпрянул, ещё раз осматривая меня. С его угольного лица все не спадала улыбка, а в глазах отражалась я, хрустя пальцами и также улыбаясь. Я жутко нелепо выгляжу…

– Поверить не могу, – выдохнул он. – Ты приехала! Ты вернулась в нашу глухомань! Спустя год я наконец смогу с тобой поговорить!

Где-то в душе загорелся, словно спичка, огонёк надежды. Мои ладони вспотели, рот наполнился слюной, а глаза ощутимо забегали. Раз уж этот парень знает про историю рода Гостленов, то, может, он и про здешних призраков знает!

– Только не говори, что мне весь этот инцидент показался, – прошептала я, беря Тайлера за плечи.

Оглядевшись по сторонам, Эйдан, оплетя мои запястья пальцами, шепотом заявил:

– Ты удивишься, но я так не скажу. Тебе ничего не показалось так же, как и всем остальным в этом городе.

По позвоночнику пробежали мурашки, сердце трепетно забухало с новой силой. Магические волны дрогнули.

– И ты понимаешь, что за чертовщина тут творится? – я продолжала настойчиво шептать.

– Даже больше, – Эйдан подмигнул, загадочно улыбаясь, – я веду расследование над этой чертовщиной уже год с момента её наступления.

Я резко набрала воздуха в лёгкие, осматривая призраков, что замерли на месте. Они будто подслушивали наш разговор.

– Что они делают?.. – заметив мой косой взгляд, поинтересовался Тайлер.

– Стоят на месте, – коротко отрезала я, боясь сделать лишний вздох. Теперь души Броквена пугают меня ещё больше.

Эйдан опустил мои руки вниз, снова оглядываясь по сторонам. Он словно тоже видел их, чувствовал чужое присутствие. Улыбка пропала, промелькнула тень напряжения. Тайлер посмотрел мне в глаза.

– Я проживаю в приюте на Чайлхуд-стрит, – промолвил прямо он. – Там работает и живет моя крёстная. Прошу, пойдём со мной, Елена. Возможно, мы с тобой вместе сможем наконец разгадать тайну Броквена, сможем отпустить призраков туда.

Я взглянула на Эйдана, тяжело сглотнув. Казалось, что он был тем, кому можно доверять, но… вдруг это фокусы Броквена? Походу я начинаю верить и бояться, что мне все кажется в этой чертовой глубинке с непонятной аномалией. Ещё раз внимательно оглядела его, жмуря глаза. А вдруг он все же не лжёт?.. Я бы не была здесь одна. Кажется, что, будучи совсем одной, меня сожрут призраки. Мама учила никогда не оставаться одной в чужом месте. Мы бы смогли подружиться и объединиться против Броквена, спасти его. Вместе с этим парнишей я бы не боялась встретиться с ней. Мы бы её нашли, обязательно нашли. Может, проживая в Броквене, она что-то узнала? Вопросов было много, а найти на них ответы я могла бы, только согласившись на предложение единственного адекватного человека в этом городе. Я должна спасти свой город. Я к нему жутко привязана, даже если так не люблю. Я хочу отпустить душ. И в этом деле мне действительно будет нужен тот, с кем можно пройти любое препятствие. Отказаться же можно всегда, верно?

– Я могу тебе доверять? – неуверенно вопросила я.

Эйдан спокойно кивнул, прикладывая ладонь к сердцу.

– Да, крестом клянусь. Я понимаю и знаю, что в Броквене что-то нечисто уже много лет, я готов пойти на все, чтобы разгадать его загадки, Елена. Тем более мне есть, кого спасать… – эту фразу Эйдан вновь прошептал.

По его глубоким глазам и быстро бьющемуся сердцу можно было понять, что он не врет. Фух, ну, была не была!

– Тогда погнали в приют! Заодно расскажешь, почему у вас тут все с ума посходили.

Эйдан по-щенячьи закивал.

– Заметано!

Далее мы держали с моим новым знакомым пусть прямо к Алегоревскому приюту на Чайлхуд-стрит. Он находился через пару тройку улиц, в начале одной из горных местностей Броквена. Это там, где начинался частный сектор. Ну, по крайней мере я так знала, хотя дороги, по которым мы с Эйданом шли, были такими же как и всегда.

– Я думала, приют закрыли, – как бы невзначай начала я, утирая мелкие слезы, что создавало слишком белое небо, освещающее кирпичные поцарапанные дома и электростанции.

– Не, к крестной все ещё привозят детей, он почти весь заполнен, – пояснил Тайлер, перешагивая отвалившееся от дороги каменные плиты. – Горе-родителей в Броквене не убавилось, к сожалению.

Я прошла мимо странной бабульки, что торговала засохшими травами прямо посреди входа в очередной переулок. Взгляд холодных серых очей был направлен в пустоту, лицо сморщилось. Казалось, будто она тоже наблюдала за призраками, которые продолжали поглядывать на нас и плыть между нитей с бельём.

– Да, жаль, – быстро отведя взгляд от старухи, поддержала я. – Эм, так почему в Броквене все так резко изменилось?

Эйдан начал хрустеть пальцами, рьяно оглядываясь по сторонам. Зачем он это делает?!

– Можешь быть потише? – аккуратно попросил парень, давая мне пойти чуть впереди него.

– Да что у вас тут такое? – недоуменно прошептала я, оборачиваясь к Тайлеру, что уже держал меня за плечо, стремительно ведя по тротуару.

– Не принято у нас так, – сглотнув, промолвил Эйдан, – теперь за лишнее балабольство о состоянии города при них отсечь голову могут.

Ничего себе правила нарисовались…

– Поэтому мы не поехали на автобусе?

– Правильно мыслишь!..

Я поглядела на окрестности и люд вместе с Тайлером. Каждый занимался своими делами, монотонно двигая руками и тяжело вздыхая. Общались между собой, вяло ругались, занимались бытовыми хлопотами, заходили в дома работы. Кажется, жителям было совсем не до нас, мы, думаю, были для них очередной городской парочкой, гуляющей по Броквену. Хотя призраки особенно обращали на меня внимание. Знали, что это сама Елена Гостлен, хах. И я теперь тоже о них все знала.

– Думаешь, нас не услышат? – нахмурил задумчиво брови Эйдан.

– Не услышат, – уверила я, – им до нас во-о-от так вот с высокой колокольни.

Тайлер глубоко вздохнул, поправил воротник размахайки, затем вполголоса начал:

– Короче, призраки в Броквене дали знать о себе ещё задолго до того, как мы попали в новости страны, как к нам стало ездить куча священников и экстрасенсов. Эта чертовщина началась еще полтора года назад после того как наше озеро волшебным образом полилось ручейками к центру города.

– Озеро Бэддайнилэйкер? – на одном выдохе вопросила я.

– Да, – согласился Эйдан. – вот после его странного прилива в центр туман становился все гуще и гуще. Он в прямом смысле укрыл собой весь Броквен, понимаешь? Вот тогда-то горожане начали замечать призрачные колебания, и, ты удивишься, лязг их чертовых цепей.

Меня всю передернуло, даже живот скрутило. Не может быть…

– Потом начались те самые аномалии. Но они были слабыми, не такими как сейчас. Ну, к примеру, легонько царапали дома, ломали ветки деревьев, топтали клумбы. Короче, хулиганили чутка. Но когда где-то на горе раздался какой-то страшный и нечеловеческий вой, жители всерьёз забеспокоились. Ложился спать весь город рано, в это время отпевали на городском кладбище и так давно усопших. Так было каждый день, заунывные мелодии с кладбищ не прекращались, церкви были заполнены людьми, которые ставили множество свечей за упокой. За эти полтора года мы с крестной были в церкви, наверное, больше ста раз. Броквен напрягся, каждый поминал усопших вечным добрым словом и просил прощения. Видимо, такие меры только разозлили призраков… Аномалии участились и ужесточились, не давая нам спокойно спать. Представь, каково это осознавать, что в любой момент тебе в окно может прилететь чертов кирпич, вырванный с твоего же дома!

Эйдан хотел было вскрикнуть, но лишь неразборчиво крякнул, прикрыв рот рукой. Но потом он рвано продолжил:

– Мы поняли, что оказались в опасной ловушке. Призраки взяли нас в плен, да в такой, что даже уехать из Броквена не получается, как не стараться.

– Что, вот прямо никак не уехать? – боязливо переспросила я, облизывая губы.

– Зуб даю! – Тайлер активно зажестикулировал. – Пешком пойди, на машине поедь, да хоть на ковре-самолете полети – все равно возвратишься в этот дурацкий Броквен! Мы живые, но нас тоже будто сковывает цепями и не даёт уехать этот город, или эти призраки. Все уже запутались, все напугались. Поняв, что беспокойство и принятие каких-то противодействующих мер только злит и раздражает призраков, люди начали тщательно скрывать свой страх. Мы перестали обращать внимание на эти действия в укор призракам, лишь бы они меньше нас трогали. Спустя всего несколько жалких месяцев горожане совсем подчинились призракам, перестали замечать все аварии, созданные ими. Считай, фраза «Тебе кажется», – девиз Броквена. Нельзя опровергать тот факт, что призраки в выигрышном положении: невидимы, непобедимы, водят за нос всех и вся в городе. Но недавно администрация не удержалась, и придала огласке нашу ситуацию в надежде на то, что хоть кто-то поможет. Ну, что ж, Броквену так никто и не помог, а призраки в край очумели. – Эйдан хлопнул в ладоши, распахнув их в стороны, как бы показывав мне вид города. – Вуаля!