Текст книги "Измена. Вторая семья мужа (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

Глава 73

– Где Лера?! – Рома хватает его за свитер.

– Ее тут нет, – Калиновский внешне спокоен.

Рому трясет. Впервые он не может контролировать себя. Он готов убивать, крушить и ломать. А адвокатишка первый попался под горячую руку.

– Где она? Что ты с ней сделал? – Рома орет, так что у него самого уши закладывает.

Полицейские оборачиваются в его сторону. Но один жест адвоката и они к ним не подходят.

Это еще больше бесит Рому, он чувствует связи Артема, и непонятно, что с Лерой.

– Ничего я с ней не делал. Это твои родственнички ее едва в могилу не отправили, – ноздри Калиновского раздуваются.

– Я должен спасти супругу, мне некогда с тобой тут ерундой заниматься! Если что-то знаешь, говори! – Рома сжимает и разжимает пальцы, руки так и чешутся заехать по самоуверенной физиономии адвокатишки.

– Ты поздновато приехал. Давай отойдем, поговорим, – Калиновский спускается по ступеням. Оборачивается. – Быстрее, времени не так много.

Рома вздыхает и следует за ним. Они отходят за угол.

– Выкладывай!

– Ром, я понимаю, что мы не испытываем к друг другу теплых чувств, – хмыкает. – Мягко говоря. Полагаю, все же нам сейчас стоит объединить усилия. Враги общие.

– Враги? Калиновский, ты тут каким боком? Почему я с тобой вообще разговариваю, мне надо к жене…

– Я скоро к ней поеду… Только улажу тут с парнями, – кивает в сторону полицейских. – Ситуация такая, твоя чокнутая мамаша, подговорила Зоряну разыграть комедию, типа ее избили. Лера естественно сразу помчалась. Хорошо хоть мне позвонила, но я далеко был…

Лера позвонила Калиновскому… не ему… Рома стискивает зубы, чтобы не показать, как его это задевает.

– Продолжай, – бросает, не скрывая презрения.

– Смекнул сразу, дело нечистое. Но разве матери запретишь ехать к дочери? Ее не удержать. Я связался с Колей. Он успел в последний момент. Твоя мамаша, – эту фразу он выделяет особой уничижительной интонацией, – Подкупила врачей, наняла отморозков. Времени у них подготовиться было мало, они очень спешили, но если бы Коля не успел, не знаю… где бы сейчас мы искали Леру, – вздыхает. – Они вкололи ей какую-то отраву, на глазах у твоей дочери. В палате был второй ход, они вынесли Леру, а моя охрана… олухи… они стояли за дверью. Мать пошла к дочери, они и ждали. А тем временем отморозки вынесли Леру через второй выход, запихнули в мешок для трупов. Ты только вдумайся, Роман, – повышает голос, – Мешок для трупов! А с черного входа их уже ждала машина. Там Коля с парнями их и перехватил. Мы полицию вызвали. Сейчас будем разбираться.

– А Лера, где она?!

Рома старается не концентрироваться на подлости дочери, которая просто его убила. Сейчас главное – жена.

– Увезли в частную клинику. Она без сознания. Там ей окажут всю необходимую помощь. В этой больничке оставлять ее мы не рискнули. А там у Кольки друзья.

Этот Коля тоже невероятно бесит Романа. Все он решил, все успел… Да, он рад, он даже благодарен, но уже сейчас чувствует, как теряет свою любовь, семью… До конца он все же не осознавал, и вот сейчас в разговоре с Калиновским, правда кромсает его.

– Я остался решить вопросы с полицией. С ней Колька. Я скоро тоже поеду туда.

– Где Валерия?!

– Ты бы лучше дочь искал.

– Где Зоряна? – Рома хмурится.

– Она пропала. Пока спасали Леру, разбирались с отморозками, вязали врача, Зоряна исчезла. Но не думаю, что девка далеко убежит. Ее надо найти, Роман.

– Надо, – он кивает, уже примерно догадываясь, куда направится дочь. Только озвучивать свои догадки этому, Роман не считает нужным.

– Так займись.

– Ты мне не указывай! – злость снова поднимается. – И вообще, откуда ты взялся? Откуда я знаю, что ты не с ними! Твоя биография оставляет желать лучшего, и те сомнительные делишки, которые ты проворачиваешь! Думаешь, я ничего не знаю! – Роман буквально выплевывает слова ему в лицо. – Ошибаешься!

– Ром, реально плевать, что ты там знаешь, – адвокатишка пожимает плечами. – Обещаю, каждый, кто причинил Лере вред, заплатит, – говорит спокойно, но в голосе столько железобетонной уверенности.

Роман окончательно понимает, так говорят только про дорогого человека. Только когда Лера успела для Артема таковой стать?

– Я еду с тобой в больницу! – Рома тоже не сдается.

– Вопросы бы лучше решал, со своей мамашей разбирался, – Калиновский поворачивается, идет в сторону полицейских.

– Я о ней позаботился.

– Надеюсь. Это ж надо так свихнуться из-за наследства, – изо рта Артема вылетают несколько крепких словечек.

– Так ты про наследство знаешь? – Рома идет следом за адвокатишкой. – Вот на чем основана твоя забота. Тоже наживу унюхал!

– Ой, – Калиновский машет рукой, словно Роман назойливая муха. – Думай как хочешь. Все равно.

– В какой она клинике?

Артем называет адрес и подходит к полицейским. Ведет себя с ними панибратски, раздает советы.

Рома и тут чувствует себя лишним.

– Если у нас к вам будут вопросы, мы свяжемся, – выдает ему страж закона, и снова все внимание на адвокатишку.

В другой ситуации Рома бы непременно задержался. Но сейчас ему надо мчать к любимой. Она там одна, без сознания. Это затмевает все. Еще им движет желание приехать раньше Калиновского.

Зоряна подождет. Если он хоть немного знает свою дочь, то успеет и с ней разобраться.

Дает знак охранникам, поджидающим его неподалеку, и едет к Лере.

Частная клиника расположена не так далеко, и уже через несколько минут Роман врывается в здание. Около регистратуры сталкивается с Николаем.

Еще один раздражитель.

– Что с моей женой? Как она?

– Боюсь, все не так радужно, – Николай разводит руки в стороны. – Зря ты приехал. Со своими родственничками бы разбирался.

– Еще один советчик! Где лечащий врач Леры? – Рома на грани, душа не на месте.

– Сейчас позову. Но он тебе скажет то же самое. Лера нескоро в себя придет… – неожиданно Николай разворачивается к стене и со всей силы ударяет по ней кулаком. – Они должны кровью захлебнуться! – хрипит, тяжело дыша. – Как их земля носит!

Глава 74

Рома все же настаивает на встрече с врачом. Николай стоит рядом, не отходит ни на шаг.

– Ей вкололи очень сильный и опасный препарат. Подозреваю, вашу супругу пытались превратить в овощ. Еще бы несколько уколов, и… – врач вздыхает. – Мы, конечно, проводим полную детоксикацию организма. Но надо несколько дней, чтобы она пришла в себя. Сделаем все возможное, чтобы минимизировать последствия препарата. Но надо учитывать, что организм пациентки был сильно истощен.

– Я хочу ее видеть! – Рому едва сдерживает ядовитые слезы.

Он никогда не плакал. Даже когда униженный отцом спал на коврике, он стискивал зубы и терпел. Он не привык жаловаться. Все всегда в себе. А сейчас скопившаяся боль, норовит вырваться потоком слез.

Нет, он не позволит себе такую слабость при этом… Николае.

– Полагаю, это не лучшая идея.

– Минуту! Всего минуту! – в отчаянии хватает врача за рукав. – Прошу вас!

Мужчина смотрит на Николая, словно спрашивая у него разрешение. Еще одно унижение, но Рома готов и не такое вытерпеть, лишь бы ему позволили увидеть Леру.

После едва заметного кивка головы Николая, врач разрешает.

Роман одевает халат, бахилы, маску, и в сопровождении врача и… снова Николая, входит в палату к жене.

Лера лежит на кровати под капельницей. Бледная, практически зеленая, такая беззащитная, худенькая, прозрачная… родная.

На негнущихся ногах он подходит к ней. Вглядывается в любимое лицо, он бы жизнь отдал, чтобы облегчить ее страдания. Принял бы на себя всю ее боль… Но он ничего не может…

Рука тянется к ее руке… едва касаясь проводит по холодной коже…

Романа сильно бьет током, сердце замирает, а потом пускается в бешеный, болезненный галоп… Агония потери. Если бы Лера была в сознании, она бы его прогнала.

Она больше никогда не захочет его видеть. Роман судорожно вглядывается в черты ее лица, хочет, чтобы они клеймом отпечатались на сердце.

– Прости, любимая, – шепчет, едва шевеля губами.

– Не трогай ее, – Николай стоит слишком близко. Разрушает мгновение, не дает ему необходимого уединения, с его светлой, его родной, его единственной.

Снова ему указывают. И кто?

Роман мог бы многое ответить. Но при Лере он себе подобного не позволит.

– Я все для тебя сделаю. Ты поправишься. Все будет у тебя хорошо. Ты будешь счастлива, Лерочка, – слезы не льются из глаз, они льются в середине, обжигая внутренности.

Он заслужи все. И даже больше. Это он привел Леру к этим страданиям.

Он принес горе самому дорогому человеку. Желая спасти, вел за руку в ад… привел… в котел страданий.

Не может быть ему прощения.

Лера… даже сейчас прекрасна. Она изучает свет. Грязь ее не коснулась, никогда не коснется.

Наклоняется и шепчет ей на ухо:

– Люблю тебя…

У него грязная любовь… он не достоин даже произносить этих слов…

– На выход, – это говорит не врач, снова этот вездесущий Николай.

Да сколько можно!

Рома прощается с женой мысленно. Делает шаг назад и смотрит на нее, отчаянно впивается взглядом, еще шаг, продолжает смотреть. Он не упустит даже доли секунды, чтобы любоваться женой.

Так спиной и идет к выходу.

– Сделайте все возможное. Если от меня что-то требуется, звоните! – говорит врачу уже в коридоре, продолжая смотреть на дверь, за которой лежит его Лера… больше не его…

– С Лерой все будет хорошо. Она под присмотром и круглосуточной охраной, – встревает в разговор Николай.

– Твоя охрана уже проворонила раз. Им доверять нельзя!

– Кто бы говорил, – ухмыляется Николай.

За спиной раздаются быстрые шаги. Роман оборачивается и тут же стискивает зубы до скрипа, к ним в сопровождении медсестры, на всех порах мчит адвокатишка.

– Как Лера?

Они с Николаем и доктором начинают общение. А Роман чувствует себя лишним…

Они будто забывают про его присутствие.

А он продолжает смотреть на дверь. Вряд ли ему еще разрешат увидеть Леру.

– Ты знаешь, где Зоряна? – обращается к нему Калиновский.

Рома молчит, пытается немного унять болезненную агонию, которая выкручивает его душу.

– Послушай, сейчас не время в игры играть. Надо наказать виновных и обезопасить Леру. Враги не мы, – адвокатишка пытается еще что-то говорить, но Рома поворачивается, идет прочь.

Он оставляет Леру, свой свет с посторонними мужиками…

Ведь так бы хотела Лера. Их общество для нее предпочтительней.

И при всем своем отношении к ним, его подозрениях, Роман знает главное – они не причинят ей вреда. Это он прочитал в их глазах. Почувствовал сердцем, которое вопит об этом.

Немного позже ему все же придется контактировать с Николаем. У него в доме Аришка. Но сейчас у Ромы есть дела, есть старшая дочь и мать, которых надо остановить.

Самое логичное предположение, что Зоря, испугавшись, помчит к Ларисе. Бабка ее наняла, и естественно у нее дочь и будет просить защиты. А там Игорь и его люди, Зоряне не выбраться. Потому Рома и принял решение вначале увидеть жену.

Из клиники Роман направляется в дом матери. Переступает порог пропахшего ядом дома.

– Нет… Ты не можешь поступить так! – первое, что доносится до его ушей. В этом крике он с трудом узнает голос матери.

Отчим сидит в кресле, у его ног ползает Лариса.

За то недолгое время, которое отсутствовал Роман, с женщиной произошли метаморфозы. Из красивой, ухоженной дамы она превратилась в сморщенную, униженную особь.

Волосы растрепаны, тушь смешалась со слезами, на лице проступают множественные морщины. Лариса держится за ногу Игоря и воет, заливается слезами и мольбами. Не все удается различить, из-за истерики половина ее речи – бессвязная каша.

– О, Ром, – Игорь улыбается.

Отчим тоже изменился. На его высушенном лице появилось подобие румянца.

– Зоряна не появлялась? – он спрашивает, но уже знает ответ на этот вопрос.

– Нет. Мне доложили обо всем, – говорит Игорь и отпихивает Ларису ногой.

– Родной! Тебя одурачили! Все не так! – продолжает орать.

– А мы тут с твоей мамой воркуем. Я ей рассказываю, какая замечательная жизнь ее ждет, – столько блаженства на лице Игоря в этот момент. – Спасибо, Роман, именно ты подтолкнул меня к действиям. За что и я тебя отблагодарю.

– Ты, псина! – мать поворачивается в его сторону. – Неблагодарное существо. Прав был Веня, ты жалок и ничтожен… так и не выдрессировали тебя. Но ты свое получишь! – шипит, кашляет, слюна течет по подбородку.

Роман смотрит на мать, и оскорбления больше не касаются его души, они пролетают мимо. Он размышляет над тем, где его дочь. Если не тут… значит, остается всего один вариант…

– Так какая же жизнь ждет мою любящую мать? – Рома подходит и впервые смотрит на Ларису свысока, без привычного, отравляющего страха.

Глава 75

– Сказочная, – в этот момент Роме кажется, что даже морщины на лице отчима разглаживаются. Он смотрит за спину Романа. – А вот и новый хозяин, Ларочка.

Рома тоже оборачивается, в дом входит седовласый, высокий, статный мужчина.

– Добрый день, Игорь Владиславович, – подает руку Роме, – Полковник Василий Степанович Звягенцев, – представляется.

Рома пожимает сильную, сухую ладонь, не успевает ответить, как раздается вой матери, а следом голос отчима.

– Василий, подойди ближе, давно с тобой не виделись, – Лариса держится за ногу Игоря и с округлившимися от ужаса глазами смотрит на вошедшего мужчину.

– Рад видеть тебя в добром здравии, – полковник пожимает руку Игоря.

– Поздравляю, со скорым повышением, – отчим немного наклоняется вперед и гладит по голове лежащую на полу жену. – И вот, решил сделать тебе подарок, личная псина Лара, от сердца отрываю. Ты уж не обижай, выдели ей достойную камеру, подбери хороших сожительниц. Так чтобы Ларочка, в полной мере прочувствовала степень твоего гостеприимства.

Брови полковника ползут вверх от удивления. Он быстро берет себя в руки.

– Буду рад видеть в стенах нашего учреждения. Лариса писать чистосердечно будет? – голос его звучит ровно, словно такие просьбы каждый день получает.

– Ничего я не напишу! – визжит мать.

– Да, она немного невоспитанна, упряма, – Игорь продолжает гладить ее по голове, рука дрожит. – Потому дрессировка не повредит. Василий, верю, что немного усилий, и она подпишет все.

– Я тебя понял, – кивает.

– Ромочка, сыночек, ты позволишь им так обращаться с матерью?! – Лариса поворачивается в сторону сына, тянет к нему руку. – Помоги мне! Умоляю!

– Когда-то я тоже именно это тебя спрашивал. Тогда ты ответила, что я еду к любящему отцу, который вправит мне мозги. Что ж я усвоил урок и отвечу твоими же словами: мам, ты едешь с прекрасным человеком, который поможет тебе.

– Неблагодарный паршивец! Игорь! Ты не можешь так! Ты меня любишь! – кричит Лариса и отползает, с опаской поглядывая в сторону Василия.

– Конечно, люблю, Ларочка. И Рома любит. Отвечаем тебе такой же любовью, какой ты окружала нас годами, – в глазах отчима Рома улавливает боль. – Забирай ее, Василий.

Полковник подзывает двух мужчин в полицейской форме. Ларису подхватывают под руки и тащат к выходу. Она упирается, рычит, шипит, кусается, умоляет. Потом начинает сыпать проклятиями. От той самоуверенной, ухоженной и красивой женщины ничего не осталось.

– На связи, – полковник кивает и уходит вслед за орущей Ларисой.

Сразу становится легче дышать.

– Я планировал поступить иначе. Но раз Лариса замешана в похищении, то надо этим воспользоваться, Игорь весело подмигивает Роме. – Раз она называла тебя псиной, пусть почувствует, как это быть на твоем месте.

– Она сядет?

– Можешь не сомневаться. Подпишет все, Василий постарается. Его дочь в Берлине на меня работает. Чем больше он будет стараться, тем быстрее его дочурка по карьерной лестнице будет подниматься. Да и самому Василию повышение светит и новое звание. Ты ж про генерала там одного рассказывал.

– Да, брат Матвея. К нему не добраться, там все прикрыто.

– У всех есть уязвимые места, Ром, – Игорь достает платочек и вытирает пот со лба. – Сейчас начнутся проверки.

– Спасибо, – Роман вкладывает в это одно слово, все эмоции, что ураганом кружат в душе.

– Ладно, – машет рукой. – Ради себя делаю. Мне на пользу встряхнуться, достало помирать в закрытых стенах. Что там с Зоряной?

– Сбежала. Но я догадываюсь, где она.

– Для нее я тоже кое-что приготовил. Но это ваша дочь, и в данном вопросе последнее слово за тобой и Лерой. Она как?

– Пока без сознания. Надеюсь, скоро оправиться.

– Когда наберется сил, хочу с ней повидаться. Давно пора, – Игорь устремляет взгляд вдаль. – Странно… на пороге смерти, приходит переосмысление… Эх, вернуть бы мне молодость, многое бы сделал иначе…

– Я бы тоже, – Рома вздыхает.

– А у тебя еще все впереди, Роман. Какие твои годы, – Игорь поворачивается и смотрит на него таким ласковым взглядом… веет теплотой, которой никогда он не видел ни от матери, тем более от отца…

– Спасибо… – больше слов у Романа нет. Сердце щемит, от человеческого участия.

Впервые кто-то кроме Леры проявляет заботу.

– Брось, Ларка заслужила это. А как выйдет, поймет, как это считать каждую копейку. Ни жилья, ни работы… меня уже не будет, но насчет нее я позабочусь.

Рома с Игорем покидают пропитанный ядом дом. Отчим потратил много сил, ему необходим отдых. А Роман направляется на поиски Зоряны.

То, что предлагает отчим жестоко, но разве можно простить ее поступки? Зоряна должна понести наказание. Но последнее слово все равно будет за Лерой.

Машина останавливается у подъезда панельного дома. Рома поднимается по лестнице, нажимает на дверной звонок.

Дверь открывается.

– Ой, Ром… неожиданно, – На пороге испуганное лицо Вали.

– Я к дочери.

– Почему ты решил, что она у меня? – Валя старается загородить собой вход в квартиру.

– Уверен, – Рома бесцеремонно ее отпихивает и водит.

Сразу направляется в комнату. Открывает двери, с сыном Вали сидит Зоряна. Дочь поднимает голову, на лице мгновенно появляется улыбка.

– Папочка! Я так рада! Ты не представляешь, как меня подставили! Бабушка совсем с катушек слетела. Помоги мне, пожалуйста, – складывает руки в молитвенном жесте.

– Помогу, Зорь, – кивает. Ему больно смотреть на дочь, больно видеть, что нет в ее глазах и капли любви к нему или раскаяния… одно лицемерие.

Поздно он это понял. Но он постарается это исправить.

Глава 76

– Ром, что вообще происходит? – Валя входит в комнату. – Твоя женушка продолжает на твоих нервах играть? Не может понять, что благодарить должна, что ты ее истеричку терпишь!

– Валь, а чем Лера заслужила такие твои слова? Чем перед тобой лично провинилась?

Не хватало Роме проблем с дочерью, так еще подруга жены. Он всегда недолюбливал Валентину. То, как она на него смотрела, как приходила к ним в дом и заглядывала в каждый угол.

Но Лера ее любила, считала подругой, Роман мирился, принимал это. Еще одно подтверждение Лериной доброты. Она замечала в людях только хорошее, он это ценил, но недостаточно сильно. До поры до времени Валентина вела себя скромно и ничего не делала.

Потом Валентина вышла замуж и на время погрязла в делах семейных. Только муж у нее оказался тот еще фрукт. Через два месяца после свадьбы начал избивать Валентину. Срывал на ней злость. Лера еще тогда советовала подруге бросить мужа.

– Ты что! Он одумается! Вот сейчас забеременею, и он осознает все свои ошибки! Ребеночек все изменит, – вспомнились ему слова Валентины, случайно услышанные на их кухне, когда женщина изливала душу Лере. – Он топ-менеджер, зарплата постоянно растет. Нее… подруга, такими мужиками не разбрасываются.

В Итоге Валентина забеременела, что не только не обрадовало ее мужа, наоборот, привело в ярость. Он стал колотить Валентину с еще большим остервенением.

Как итог – рождение слабого и больного ребенка.

Лера с первых дней помогала крестнику. Старалась денег подкинуть, вещей купить. Когда понадобилась операция, бегала и собирала деньги, где только можно.

Именно по просьбе жены Роман помог Валентине. Да и ребенок не виноват, что у него такая мать. Роман смотрит на мальчишку, он рад, что тот выглядит здоровым.

Но неприязнь к Валентине у него за эти годы стала только сильнее. Особенно когда, Валентина прознала об их связи с сестрой жены. Она была вхожа в дом Алены, втерлась к ней в доверие, подгадала момент и вытянула из Алены признание.

Роман тогда долго не мог успокоиться, ругался с сестрой жены. Алена же сказала, что ей надо больше союзников, ей необходимо было с кем-то поделиться.

Как итог – Валя начала его шантажировать. Рома платил… снова страх потерять Леру.

– Ром, ты же мне дорог, за тебя переживаю. Я тебе всегда говорила, что она не заслуживает такого мужа, – отвечает с заискивающей улыбкой.

Действительно, говорила, а еще себя предлагала.

– Валь, займись своей жизнью, – его передергивает.

Она тут же меняется в лице, смотрит на сына:

– А ну, брысь! Нечего разговоры взрослых подслушивать.

Мальчишка вздрагивает и мгновенно выбегает. Одна эта сцена дает понять, какая из Валентины мать… Это отдается Роману воспоминаниями о собственном прошлом.

Дети не должны страдать! Это его главный принцип, который идет красным маркером через всю его жизнь.

– Папочка! Так тетя Валя права, ты у меня лучший. Я так испугалась, потому сюда и прибежала, – подает плаксивый голос Зоря.

– Чего ты испугалась? – спрашивает, не скрывая сарказма.

– Как что! Бабушка попросила маму позвать. Типа ей с ней поговорить надо, помириться. Они поссорились, и мама не хочет ее слышать. Вот я и хотела помочь… а вышло вот как… Бабушка меня подставила, – заливается вполне правдоподобными слезами, плечи вздрагивают, нос краснеет.

– Врать не надоело?

– Я не врууу!

– Ты понимаешь, что твою мать моли убить? У нее ослаблен организм! Никто не может предугадать реакцию на такие уколы! – Рома начинает закипать.

– Откуда я знала, пааап! Я думала, они поговоряяят! – голосит на всю квартиру.

– Только за время пока мы общаемся, ты не соизволила поинтересоваться, как там мать!

– А… я, – она перестает плакать, губы вытягиваются в букву «О». Глаза лихорадочно бегают. – Пап, у меня шок, я не сориентировалась…

– Собирайся, – Рома отворачивается, нет смысла продолжать разговор.

Зоряна ничего не поймет, будет только врать, изворачиваться как уж на сковородке.

– Ром. Ты слишком жесток с ребенком! А Лерка тобой манипулирует! Поставь ты эту заразу уже на место! – вмешивается Валентина.

– Хорошо ты отплатила подруге за добро…

– Я и тебя пригреть могу. Оставайтесь! А хочешь, я с сыночком к тебе домой приеду, приготовлю вам вкусняшек, устроим маленький пир, отпразднуем по-семейному.

– Отпразднуем, прости что?

– Справедливость! Лерка по заслугам получила! А я тебе Ром помогу в себя прийти, – улыбается, выгибается… думает, это соблазнительно.

– Валь больше денег не будет, живи как хочешь. Ты завистливая предательница. И я с тобой, не то что ужинать, видеть тебя больше никогда не хочу. Ты мне противна.

– Что?! Да как ты… – щеки становятся пунцовыми. – Как я ее ненавижу! Ушла, отказалась, а ты все равно, как собака бегаешь!

Снова собака… Рома вздрагивает, мотает головой, чтобы прогнать непрошенную дрожь.

– Собирайся, – грубо говорит Зоряне.

– Мы домой? – спрашивает осторожно.

– Да.

Зоряна косится в его сторону, но быстро встает, берет сумочку и идет одеваться в коридор.

– Ты еще пожалеешь Рома! Никогда тебе не прощу, что ты так со мной! Ты меня недооцениваешь! Не знаешь, на что я способна!

– Сыном займись, это лучшее, что ты можешь сделать. От меня помощи больше не жди, – бросает Вале не оборачиваясь. – А вот органы опеки вполне могут заглянуть

Пропускает дочь вперед и с силой захлопывает дверь. Брань и проклятия Вали продолжают доноситься из-за закрытой двери.

– Пап, дома я тебе все объясню. Ты меня поймешь, – Зоря снова начинает подлизываться.

Он лишь качает головой. Слишком больно понимать, что из себя представляет плод их с Лерой любви…

У подъезда стоит неприметная машина, около нее двое полицейских в штатском.

– Зорь, тебе с ними, – показывает рукой.

– Что? Ничего не понимаю?

К ним подходят.

– Помогите, девушке сесть в машину, – голос Ромы упавший.

– Папаааа, ты же сказал, мы домой поедем! – вопит на весь двор.

– Я соврал. Поедешь в детскую комнату милиции. Потом тебя отвезут в одно место, побудешь там, пока мама не выздоровеет. А дальше, мы решим, что с тобой делать. Привыкай к новой реальности, дочь.

Рома разворачивается и идет к машине. В спину ему доносятся отчаянные крики Зоряны. Сердце сжимается, так хочется повернуться, обнять дочурку и увезти домой… но здравый разум побеждает.

Зоряна принимала решения не на эмоциях, она все просчитывала, он пытается найти ей оправдания, но не находит их.

– Папа, ты не можешь так со мной!

– Зорь, ты взрослая, и должна понимать последствия своих решений.

Рома тоже готов к своей расплате. Он примет все, чтобы судьба для него ни приготовила. Просит небеса лишь об одном, пусть Лера будет счастлива.

– Поехали домой! Я все осознала! Я больше так не буду! – вопит, совсем как ребенок, плачет.

Только Зоря не ребенок. Она хладнокровно подставила мать.

А вот он не может принять, в каких условиях будет его дочь эти дни… А если Лера согласится и последующие несколько лет… только другого выхода нет…