Текст книги "Измена. Вторая семья мужа (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 26 страниц)

Глава 49

– Шутка не удалась, – сразу замыкается в себя, словно отгораживается.

– Я не шучу. Работая в ветеринарной клинике, я вела социальные сети, договаривалась о рекламе. Конечно, это разные вещи, но я могу попробовать. Паш, – беру его за руку, – Хуже ведь не будет.

– Будет! – восклицает с запалом. – Стану посмешищем!

– Не станешь, – заявляю твердо, ловлю его взгляд. – Ты талантлив!

– Ай, – машет рукой. – Делай что хочешь. Отвлекись от проблем, – становится немного мягче. – Но если ничего не получится, не жалуйся.

– Не буду! – наклоняюсь и целую его в колючую щеку.

Когда в жизни дурдом, иначе охарактеризовать происходящее не могу, то действительно необходимо себя чем-то занять. Иначе мысли убивают.

В голове тут же выстраивается четкий план, что необходимо сделать в первую очередь. Откладывать задуманное не собираюсь.

– Ого, какие хоромы, – старушка удивленно смотрит по сторонам.

– Лариса Эдуардовна снимает этот дом. Сейчас вам покажу вашу комнату на первом этаже, – везу Зою Ивановну.

А у самой впервые после того злосчастного дня на душе спокойствие. Раны все равно кровоточат, но я не позволяю себе концентрироваться на боли.

После того как парни разобрались с вещами, я всем показала их комнаты, мы отправляемся на кухню. Люди, пережившие столько лишений и предательство, дарят мне невероятный уют. Дом, который отталкивал меня с первого взгляда, сейчас излучает теплоту, благодаря родным людям.

– Ты не одна, Лерочка. Мы с тобой, – словно читая мои мысли, говорит Зоя Ивановна.

– Только сейчас хозяйка придет, и уж точно не рада будет двум инвалидам, – Паша вздыхает и подъезжает к окну. – Мы всегда в тягость. Даже Светке, как бы она ни била себя в грудь, утверждая обратное.

– Паш, прекрати бурчать! – Светлана добродушно прикрикивает на брата. – Он очень не любит ничего нового, на перемены всегда остро реагирует. Ничего, еще привыкнет.

Остаток дня пролетает незаметно. Да, на сердце открытая рана, но я знаю, что справлюсь. Хоть понимаю, что основная борьба еще впереди. И мне многое предстоит узнать. Но сейчас просто хочется выдохнуть.

Вечером возвращается свекровь, застает нас на кухне за ужином. Скептически оглядывает гостей.

– Добрый день! Это Зоя Ивановна, Павел, Светлану вы знаете, – пытаюсь быть дружелюбной.

– Угу, – кивок головы и удаляется.

– Извините, у нее характер не сахар, – даже неловко становится за поведение Ларисы Эдуардовны.

– Она нас ненавидит, – изрекает Паша.

Сложно с этим спорить. Даю себе обещание, при первой возможности избавиться от общества свекрови, как только представится возможность. Она и меня терпеть не может, но почему-то помогает, чувствую, что есть подвох, но пока не понимаю в чем.

Пищу для размышлений подкидывает наша с ней встреча той же ночью, снова на кухне. Я выхожу подогреть дочери смесь. Семья давно уже спит.

Застаю Ларису Эдуардовну с чашкой чая.

– Спасибо, вы мне очень помогли, – начинаю разговор, чтобы прервать тягостное молчание.

– Угу, – даже не смотрит в мою сторону.

– И за родственников отдельная вам благодарность. Осталось еще как можно скорее развестись.

– Чтооо? – резко оборачивается.

– Я хочу как можно скорее оставить эту историю в прошлом. Понимаю, что Аришка только родилась, и я еще не отошла, но теперь наш брак – это кандалы. Я хоть клеймо измены мне не стереть, но я хочу свободы.

– Рано еще о подобном говорить, – ставит чашку с такой силой на стол, что разливает чай.

– Чем быстрее, тем лучше. Мне бы хорошего адвоката еще, чтобы посоветоваться, я не сильна в юридических тонкостях.

– Тебе Рома докучает? – спрашивает раздраженно.

– Сегодня не писал и не звонил.

– Ты в безопасности, под охраной, стайка родственников рядом, что тебе не хватает?

– Хочу поставить точку.

– У вас двое детей. При всем желании, ты не выкинешь мужа полностью из жизни. Займись ребенком, – отвечает со злобой в голосе и покидает кухню.

И этого разговора делаю вывод, что свекровь не совсем на моей стороне, раз она против развода. Скорее всего, она надеется, что я успокоюсь и прощу ее сына. Только зачем ей это?

Следующие три дня проходят спокойно. Мне никто не пишет. Я вожусь с дочуркой, провожу время с братом и Зоей Ивановной, а еще уже оформила аккаунт для Паши. Сфотографировала его картины, и несколько из них выставила. Также ищу специализированные сайты. Это хоть очень медленно, но возвращает меня к жизни.

Лариса Эдуардовна приходит очень поздно ночью, и уходит на рассвете. Я этому только рада, чем меньше ее вижу, тем легче.

Ночь воскресенья приносит проблему, откуда никак не ожидала, у меня начинает дико болеть зуб. Адская боль, от которой хочется на стену лезть. Щека опухает, даже дотронуться невозможно. Никакие средства не помогают.

Приходится разбудить Светлану, она все же медик, может, что-то посоветует.

– К врачу тебе надо и срочно, – говорит сестра.

Она берет на себя заботу о дочери, я ни на что не способна.

– Выходной… не работают же…

– Государственные нет, а вот частные.

– Они дорогущие, а у меня ни копейки, – мычу и обхватываю себя руками, от боли перед глазами темнеет.

– Я могу дать, – говорит сестра.

– Нет… не надо…

У Светланы и так с деньгами тяжко, а я у нее еще последнее забирать буду, совесть не позволяет.

Рано утром свекровь застает меня сидящей на полу, до туалета я так и не дошла.

Выслушав мою проблему, уходит к себе в комнату и вручает мне несколько крупных купюр.

– Скажу охране, пусть тебя завезут, – выдает равнодушным голосом, разворачивается и направляется к лестнице.

Я не в том положении, чтобы отказываться. Кое-как одевшись, под руку с охранником иду к машине.

– Быстрее, пожалуйста, – всхлипываю.

Ни о чем другом кроме боли не могу думать. Никогда в жизни у меня зубы так не болели.

Охранник привозит меня к сети одной из самых дорогих клиник. Моя семья никогда к ним не ходила, даже с неплохими заработками Ромы я не видела смысла переплачивать такие деньги.

Но сейчас мне все равно, лишь бы уняли боль.

Вежливая девушка-администратор провожает меня в кабинет, помогает сесть в стоматологическое кресло.

– Вам повезло, сегодня на смене Николай Владимирович, – даже в моем полуобморочном состоянии замечаю, с каким придыханием девушка произносит имя.

– Чем же мне повезло?

– Это владелец клиник, он гений, – мечтательно закатывает глаза.

Тот, кого она назвала гением, все не появляется. А боль все нарастает. Когда, мне кажется, я превратилась в один сплошной сгусток боли, на пороге возникает врач, белый халат, на лице маска.

– Сколько можно вас ждать! – шиплю совсем недружелюбно, во мне вопит боль.

– Прошу прощения, – мягкий и в то же время стальной голос. Лица не вижу, но глаза улыбаются, так открыто, что моя злость мгновенно испаряется.

Глава 50

Роман

Сейчас оглядываясь в прошлое, Рома понимает – их брак был обречен с самого начала. Но ведь так тяжело признать болезненную истину. А оказавшись в котле правды, Рома терялся, не знал, с какой стороны защитить Леру и совершал ошибки.

Он пообещал Лере сделать все возможное, чтобы помочь ее сестре. Алена – жертва обстоятельств, она попала под жернова алчности своей матери. Но, увы, и Рома ощущал свою вину, за судьбу девушки в дальнейшем.

Вначале он оплачивал лечение Алены в стране. Но было понятно, что положительного результата не добиться. Врачи лишь тянули деньги.

Зачастила в больницу и Надежда. Она угрожала дочери, чтобы Алена не смела открывать рот. Роме чудовище говорило, что выполняет их договоренности, а на самом деле, она пыталась рассорить сестер.

Одержимая, алчная женщина сеяла ненависть. Немного позже она в этом призналась Роме.

– Алена не мать всегда выбирала, а эту ущербную! Пусть теперь знает, к чему ее привела сестра! – злобно процедила.

– К этому привела ее ты! И если ты не угомонишься, я все расскажу! – Рома не выдержал и схватил ее за свитер и хорошенько встряхнул.

– А я попрошу Мотю позвонить своему брату, – ничуть не смутившись, захохотала ползучая мерзость. – И кто в итоге больше выиграет, любимый зятек?

Алена была слаба, поддавалась влиянию. Рома ее не узнавал, он видел, как жизнерадостная девушка превращается в тень, и эта тень пропитывается ненавистью. Рома осторожно пробовал поговорить с Аленой, намекал, что Лера не виновата. Но все было бесполезно, в сознании Алены надежно укрепились последние кадры ее прошлой жизни – гибель любимого и не рожденного ребенка и сестра за рулем.

Было понятно, что пока рядом крутится Надежда этого не изменить. Да и врачи не могли помочь девушке, потому Роме ничего не оставалось, как обратиться к матери за финансовой помощью в лечении Алены в Германии.

Лариса согласилась не сразу. У нее почему-то было презрение к девочке. Едва она увидела Алену, еще перед его свадьбой с Лерой, она назвала ее семенем предательницы. После аварии злорадно отмечала, что так ей и надо, ничего хорошего с отродьем Надьки приключиться не могло.

А Роме кроме защиты Леры было искренне жаль девушку. Он хотел помочь, хотел исправить то, что совершила ее родная мать.

Он заключил с Ларисой договор, оказался у матери в должниках, но выбил оплату лечения для Алены. Чем порадовал Леру.

У них в семье как раз сильно заболела Зоря, жена была как на иголках, и Рома старался хотя бы уничтожить чувство вины любимой. Лера знала, что Михаил превысил скорость, что ее машина была неисправна, и что они делают все возможное, чтобы вылечить ее сестру.

Но на это все требовались деньги, Рома тогда не зарабатывал много, и был зависим от матери, чем Лариса с удовольствием пользовалась.

Она оплатила несколько операций, а потом сказала, что это деньги, выброшенные на ветер. Рома взял кредиты, оплатил очередного врача и новую операцию, что снова не принесло результатов. Алена могла никогда не встать на ноги. И тогда Рома решился на тот поступок, который окончательно загубил душу девушки.

Мог ли он до конца предположить, во что это выльется? Нет. Даже зная своего отца, а именно он мог помочь Алене.

Перед ним стоял выбор – инвалидность Алены или Вениамин…

Рома сделал выбор, обратился к отцу, добровольно подставляя свою голову в петлю, потому что долг Вениамину – это пытка.

Но ведь Алена будет ходить! Лера будет счастлива. Он поможет им. Только Рома ведь сын чудовища, и его помощь, она всегда приносит боль. Он поймет это позже, еще сильнее возненавидит себя за это.

Но заключая сделку с отцом, Рома тогда взял с него слово, что он не причинит вреда Алене. Поверил слову нечисти? Он хотел обманываться. И все же до конца его разум не мог осознать, на что способен его отец, с каким упоением он будет играть судьбой сломленной и озлобленной на весь мир девушки.

Глава 51

Алена осталась с Вениамином одна. Рома был далеко, он звонил, пытался узнать, но до правды, как на самом деле обстоят дела, он был очень далек. Позже, анализируя все, он пришел к выводу, что хотел обманываться. Так ведь было проще, утешать себя новостями, что Алене становится лучше.

На их связь ему открыла глаза Лариса. Не из дружеского участия, а из ревности. Вениамин увлекся Аленой, именно эту правду знал тогда Рома, что еще творил его безумный папаша, он уже позже узнает от самой пострадавшей. Симпатия монстра – изменила девушку окончательно. Попав под его влияние, Алена впитывала грязь, она попадала на благодатную почву и давала свои плоды.

Мать требовала, чтобы Рома все немедленно прекратил, забрал Алену. Потому что ее бывший муж, перестал обращать на нее внимание, а продолжал просто тянуть деньги. Лариса даже спустя много лет все также была психологически зависима от монстра. Стоит только вспомнить, с какой одержимостью она смотрела на Веню. Мать жила в какой-то иллюзорной уверенности, что после смерти Игоря они вновь сойдутся. Этим себя тешила, все надеялась, когда ее муж отправится хоть в ад, хоть на небеса, куда угодно, но только подальше от нее.

Но даже несмотря на страшный диагноз, неутешительные прогнозы врачей Игорь продолжал с какой-то нечеловеческой силой держаться за жизнь. Сколько специалистов утверждало, что он доживает последние месяцы? Рома уже не мог вспомнить. Но Игорь любил жизнь, да так сильно, что продолжал оставаться на плаву.

Вене же было глубоко плевать на всех, в том числе и на свою бывшую жену. Его интересовала игра, средства и управление чужими жизнями, ведь это своего рода тоже игра. В Алене Веня учуял свежую кровь.

Аппетиты отца росли, и Рома, начав прилично зарабатывать, все равно многое отдавал ему. О том, что отец может навредить его семье, еще больше третировать Алену он не сомневался.

С другой стороны, Лариса намеревалась уничтожить Алену. Ненависть матери к девушке становилась все сильнее.

И это еще было не все. Надежда зачастила в Германию, и там нашла общие точки соприкосновения с Вениамином.

И когда ситуация, казалось, достигла немыслимого накала, Роме позвонила Алена и рассказала, про все ужасы, которые творил с ней Вениамин, про свою беременность. И этот весь кошмар, одобряла ее мать, считавшая, что дочери крупно повезло, и она может озолотиться за счет влиятельных мужчин.

Алена стала той, кем ее мечтала сделать родная мать.

Рома сразу же набрал Вениамина и услышал:

– Интересный экземпляр, хрупкая, хилая, но ее ломаешь, а она удивляет, снова и снова. Побрасываешь ее знакомым, а они готовы заплатить двойную цену. Чтобы увидеть ее вновь. Как источник неплохого и постоянного дохода Алена – это находка, – изрек, довольно чмокая губами.

– Я расскажу все Игорю, и не только, я все выложу, если ты не угомонишься! – сказал в сердцах Рома.

– Как там Лера? Хорошо себя чувствует? А внучка моя Зоряна, совсем большая девочка стала, надо мне будет вас навестить, – сладким голосом пропел Вениамин.

Рома не знал, как вытащить Алену из ада. Не спал ночами, ломая себе голову. Он ощущал, что она в лапах чудовища только по его вине. Да, она ходит… но какой ценой, еще и беременность от его отца…

У Ромы будет брат. Он не мог поверить в дикое стечение обстоятельств.

Помог решить проблему случай и… Лариса, которой любыми способами надо было выдворить Алену из страны. Еще немного и мат непременно бы решила свою проблему крайними мерами.

Вениамин в одну из ночей проиграл особенно крупную сумму, при чем человеку, который хотел получить свое немедленно. Вениамина закопали по голову в землю, и оставили на всю ночь «думать». Потом выпустили искать деньги.

Лариса дала необходимую сумму, взяла с него обещание, что Вениамин больше не подойдет к Алене. Она так хотела вернуть себе монстра. Поверила его обещаниям… хотела верить, как и Рома в свое время.

Алена беременная вернулась домой. Рома ее не узнал. Он смотрел на с виду красивую и обаятельную девушку и видел черную тень.

Она хотела вначале сделать аборт. Не рискнула. Что-то человеческое в ней осталось, раз она так боялась остаться бесплодной. Алена мечтала о девочке. А еще она дрожала, кричала и не могла оставаться одна в квартире. Кошмары ходили за ней по пятам. Рома пытался сводить ее к психологу, но Алена отказывалась. Она звонила ему по двадцать раз на день, нет, она не жаловалась, ничего не просила, она рассказывала о том, что с ней творили в Германии. От ее рассказов волосы на голове Ромы вставали дыбом.

– Ром, ты же знаешь мою историю. Только тебе могу доверять, – не раз повторяла Алена.

Рома понимал, что это доверие отравляет все вокруг. Алена не освободилась, она просто уехала. Так же и Рома может уехать с Лерой в любую страну, но только они не убегут. Монстры обязательно найдут и будут с упоением измываться дальше.

Так и Веня, пообещав не трогать, наоборот, только удвоил свои усилия. Долги росли, а с ним и безумные аппетиты его отца.

Глава 52

Будучи беременной, Алена продолжала общаться с возможными отцами своего ребенка, по требованию Вениамина. Хоть Рома даже не сомневался, чей плод живет в ее животе.

Она создала легенду для родни. Пыталась играть в счастливую будущую мать, рассказывала про свои несуществующие отношения. Рома даже удивлялся, как у нее правдоподобно получалось. Уроки Вени она впитала слишком хорошо.

А за ее фальшивыми улыбками крылась ненависть к сестре. Рома пытался с ней поговорить, не раз. Но там была стена, в голове Алены была четкая картина той трагедии, а она отметала все, что могло ее разрушить. Лера была назначена виновницей.

– Ты сам, защищая ее, очернил Мишу! – Алена вцепилась за тот разговор в больнице. Считала, что никакого превышения скорости не было, и Лера вышла сухой из воды стараниями Ромы. – Но я не держу зла на тебя. Ты попал под ее влияние, ты жертва.

– Твоя мать хотела разлучить тебя с Михаилом.

– Замолчи! – она вскакивала и, заливаясь слезами, бегала по квартире. – Миша мне верил! Мы были одно целое. Он бы никогда не повелся на глупые разводы! Не смей его очернять! Не смей ее обелять! Ты не имеешь права!

Этих разговоров было очень много. И все они заканчивались приблизительно одинаково – Алена ничего не хотела слышать.

Потом родился Дима. Вениамин шантажировал возможных отцов, ходил по грани, подставляя Алену под удар.

Была проведена экспертиза ДНК, отцовство определено, только его отец не успокаивался. Он придумывал все новые патовые схемы. Наживал врагов, стал часто приезжать в страну, сводил Алену с ума.

– Я тут подумал, – Вениамин как-то нагло заявился к Роме на работу. Они вышли прогуляться, – Собственно, а почему я должен ограничиваться одной сестрой? Лерка твоя баба сочная! Пора мне познакомить ее со щедрыми покровителями.

– Не смей! – от ужаса у Ромы занемело все тело.

– Будет артачиться, не выдержит, – словно ничего не замечая, продолжил размышления Вениамин, – Так тоже неплохо, с ума сойдет, ты опекунство оформишь. Игорек, не ровен час, помрет. Хотя можно вначале Зорьку похитить. Потребовать выкуп, и пусть Ларка старается, муженька убеждает в необходимости материальной помощи.

Вениамин продолжал разглагольствовать, как использовать семью Ромы, что еще можно сделать с Аленой. Рассуждал так буднично, словно это были дела житейские.

Рома понял, что отца не остановить. Ему нужны деньги, он пойдет абсолютно на все.

Выход был один.

Он не верил что сможет. Не представлял, как поднимет руку нас своего отца. Но если не он Вениамина, то тогда чудовище уничтожит всех дорогих ему людей.

Когда он пришел в Алене, на ее очередной зов, то девушка первая озвучила жуткую мысль, которая не давала покоя Роме.

Отчаяние и осознание, что он не один в этом стремлении сыграли свою роль. Имея союзницу, обсуждая детали, Роме было легче решиться.

Они с Аленой спланировали все. Но убийцей стал Рома. Он сидел за рулем, он давил на газ, глядя в испуганные глаза отца. Он смотрел в них, сбивая его машиной. Ничего не остановило его в последний момент. Не было жалости к человеку, который всю жизнь измывался над ним. Вениамин играючи калечил судьбы, и Рома считал, что отец заслужил свое наказание.

Хоть до сих пор отец снится ему каждую ночь. Смотрит на него, дьявольски смеется и, показывая пальцем, говорит:

– Ты такой же, как я. Горжусь тобой сынок!

Холодный пот и ощущение, что Веня все время рядом. Но к этому Рома привык, как и к мысли, что у его счастья скоро закончится срок. И каждый день приближал его к этому, ведь со смертью отца ничего не закончилось.

Вениамин продолжал жить и в Алене. Ощутив свободу от своего палача, девушка с диким воодушевлением начала придумывать способы мести сестре.

Если раньше Вениамин сдерживал ее порывы, угнетал и не оставлял сил, то теперь она сконцентрировалась на ненависти.

Она сдружилась с Лерой, стала часто бывать у них дома. Играла мастерски любящую сестру, интересовалась делами Леры, улыбалась, обнимала и целовала ее. Если бы Рома не знал правды, он бы никогда не усомнился в искренности Алены.

Вениамин… он видел отца в ней…

Хорошей матерью сыну Алена не стала. Она испытывала в лучшем случае безразличие к Диме. Ребенком в основном занималась Надежда, которая теперь не работала, живя полностью на обеспечении Романа. А ему, наоборот, вопреки всему нравился Дима. Он рос очень отзывчивым и добрым парнем, с невероятно открытой улыбкой.

Первые годы после смерти отца у Ромы получалось сдерживать Алену. Но она окрепла, стала преподавать, и желание мести у нее росло.

Роме жутко хотелось держаться от Алены как можно дальше. Но их общий секрет, ее одержимость, он должен был быть в курсе всего, поэтому продолжал с ней плотно общаться как друг, которому она может доверить все.

Как-то Алена позвонила Роме и позвала его к себе, обещала рассказать грандиозную новость.

Что-то неприятно у него кольнуло под ребрами, и холодный пот заструился по спине. Вырвавшись с работы раньше, помчался к Алене.

Первое, что увидел – ее сияющие глаза, счастливая улыбка. Он видел ее такой лишь с Михаилом.

– Ты кого-то себе нашла? – спросил, разуваясь.

– Скажешь тоже, Ром, – машет рукой и продолжает смеяться. – Гораздо лучше!

– Что, Ален?! – его, наоборот, начинает трясти, словно в лихорадке.

– Пошли на кухню. Я еду заказала, – тянет его за руку.

– Ты меня пугаешь, – идет следом, а сердце норовит разорвать грудную клетку.

Алена летает по кухне, напевает какую-то дурацкую песню, накладывает ему еду. И ни слова о цели его визита. Как ни расспрашивает, она все тему переводит.

Еда в горло не лезет. Усилием воли, заставляет себя съесть несколько ложек салата.

Она смотрит на часы. Делает глубокий вдох, закрывает глаза, резко их распахивает и выдает таким тоном, словно только что выиграла миллион:

– Для начала я решила отплатить Лере той же монетой.

– Какой? – голос Ромы дрожит.

– Инвалидность.

– Чего, Алена?! – он резко вскакивает, хватаете за плечи и трясет. – Выкладывай немедленно, что ты задумала!

– Я наняла парней, они вот уже сейчас встретят твою жену с работы, ну и подлечат ее немного, – продолжает смотреть на него счастливо-безумными глазами.

– Отмени! Немедленно! – Рома хватает свой мобильный и начинает звонить жене. Абонент недоступен…

Еще никогда в жизни он не испытывал такого жуткого, панического страха, когда готов отдать что угодно, шкуру с себя живьем снять, лишь бы спасти родного человека.

Беспомощность приваливает к земле, обездвиживает.

Он лихорадочно бежит в коридор. Надо к ней… только куда? А если опоздает?

Паника сеет хаос в голове. Рома продолжает названивать, лихорадочно соображает, как помочь любимой.

– Ты уже не успеешь, – Алена стоит в дверном проеме. – Ром, она заслужила. Не паникуй. Правда, да, я не подумала, ухаживать за немощной же тебе придется… Хотя сиделку наймем и отправим ее в какой-то пансион для инвалидов на краю страны.

Она рассуждает весело, наслаждаясь собой. Алена оживает при мысли о боли Леры, это ее питает, словно вампира.

Рома не выдерживает и дает ей несколько пощечин.

– Отмени, я сказал! Ты меня слышишь?! Зараза! Не смей! Не отбирай ее у меня! – он хлещет ее по щекам, в глазах отчаяние, боль и безысходность, которая становится все чернее.

– Неа! – заливается смехом.

– Прошу! – Рома замирает и смотрит на нее с мольбой. – Не ради нее, ради меня…

– Ради тебя, – прищуривается. – Хм… при одном условии…

– Каком?

– Займись со мной любовью…