Текст книги "Некролог Полуторалунного мира (СИ)"

Автор книги: Александр Башков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц)

Глава 2-1

ГЛАВА 2

Главе службы безопасности г-ну Шуперту.

После трёх месяцев наблюдения нашими агентами внедрения за образовавшимися недавно Полюсами Отречения (самоназвание), могу изложить следующее:

1. Во всех трёх Полюсах действительно отказались от применения каких-либо маготехнологий. И хотя среди их жителей встречаются разумные с магическим даром, они им совершенно не пользуются. Всё население живёт как в тёмные века. Ездят и возделывают землю на лошадях. Всю нужную продукцию, от бумаги до одежды, производят ручным трудом. Вечерами работают при свечах. Силовые структуры вооружены луками и арбалетами. Чистое варварство. Хотя их «учёная» верхушка кормит простой люд сказками о том, что они смогут развиться без магии до такого же технологического уровня, что и весь остальной мир.

Без комментариев.

2. Этнической изоляции не отмечено, в полюсах проживают представители всех рас.

3. В то же время стремятся к полной территориальной изоляции. Сейчас уже началась закладка стен отгораживающих территории Полюсов от остального континента. Задача на пару десятков лет работы, с условием использования только ручного труда. И это ещё хорошо, что Полюсы Отречения располагаются на полуостровах – строить стену нужно только с одной стороны. Но всё равно, я не уверен, что они осилят это строительство раньше, чем им надоест играть в отрёкшихся от «разрушительного зла магии».

4. Свои фанатические взгляды никому не навязывают. Активную антимагическую пропаганду не ведут. Скорее, им на руку играют СМИ, периодически освещающие их деятельность и устраивающие им дебаты с представителями разных школ магии.

На основании перечисленного рекомендую:

– Не воспринимать Полюсы Отречения, как угрозу безопасности стран Совета. Террористических действий они не ведут и не планируют.

– Отозвать агентурную сеть, оставив лишь несколько резидентов.

– Пресечь работу СМИ в освещении данной темы.

– Не накладывать на Полюсы эмбарго.

Скорее всего, эти образования развалятся сами собой через несколько лет, и нет смысла тратить на них ресурсы.

Начальник оперативного отдела А. Курсон.

Архив службы безопасности, 1932 г. от И.С.

1

Тяжёлые ртутные волны бились о борт, едва не заливая нижнюю палубу. В северной части Чёрного моря последние лет сто средняя высота их гребней при несильном ветре достигает пяти метров, создавая неудобства судам не таких значительных размеров, как пароход "Винелия" принадлежности Полюса Отречения Винелия. На верхней палубе парохода, в полном одиночестве, стоял высокий человек в длинном чёрном кожаном пальто, поверх чёрного же костюма. Придерживая широкополую, кожаную шляпу он всматривался в горизонт. Дальней видимости мешал поднимающийся туман, смыкающийся на горизонте с пылевыми облаками. Но это, похоже, не смущало человека. Он всматривался вдаль, словно надеясь, что это приблизит долгожданный берег.

Луар Эд-да-Тху ненавидел море. Он ненавидел чувствовать себя маленькой беспомощной букашкой, от которой ничего не зависит. А именно так и обстояли дела в этом открытом водном пространстве и если, что-нибудь произойдёт, единственное, что он сможет сделать – это доблестно пойти ко дну. Не такой кончины себе желал потомственный граф Эд-да-Тху. Вернее, не желал себе никакой. Но если бы предоставили выбор, он предпочёл бы уйти тихо во сне.

– Да чтоб тебя! – Луар в сердцах сплюнул на палубу. Посреди этой свинцовой пустыни в голову лезет всякая чушь. Помирать он ещё совсем не собирался. Ближайшие лет сто. Этот унылый однообразный вид действовал угнетающе. Если б не прямой приказ канцлера и отсутствие запаса времени, он бы отправился в Секвил – северный Полюс Отречения – по суше. Пусть даже маршрут проходит через заражённые земли. Через варварский Калис, с их бандами рейдеров. Пусть. Это привычный путь. Путь, на котором граф полностью контролирует ситуацию. Но сейчас важнее время, а самый быстрый способ добраться до Секвила, это пароходом через море.

Луар выдохнул, успокаиваясь, и в который уже раз прокрутил в голове разговор с канцлером.

Луар Эд-да-Тху, потомственный граф рода да-Тху, личный специальный агент Одора Да-Со, канцлера Винелии, сидел в малой оружейной центральной ратуши и специальными реагентами тщательно очищал от крови кожаную шляпу. Рядом ждали своей очереди палаш и дага. Это действие стало для него ритуалом, завершающим очередной рейд в заражённые земли.

В этот раз его команда смогла углубиться в территорию метрополии на несколько сотен километров, прежде чем их настигли действительно серьёзные твари, в серьёзном же количестве. Из всей группы живым, хоть и порядком израненным ушёл только он – пришлось возвращаться. Но добытые сведения того стоили.

На обратном пути, уже на окраине метрополии его свалил жар от полученных ранений. А точнее, от проникшего в кровь яда. Его организму нужно было время, чтобы побороть это. И желательно, чтобы в этот момент он находился под присмотром Арчимида Блаума.

Очнулся он на грубом лежаке в домишке какого-то посёлка аборигенов, которые подобрали и выходили его пока он пребывал в беспамятстве. И очнулся он как раз в тот момент, когда ухаживающий за ним абориген – орк – рассматривал изнанку его порядком потрёпанного пальто. На изнанке был вышит символ спецотряда егерей Винелии. Луару достаточно было встретиться взглядом с этим орком, чтобы сразу всё понять и решить.

Этого аборигена он убил голыми руками. Затем нашёл в домишке свои палаш с дагой.

А затем убил всех жителей посёлка. Перед глазами до сих пор стоял испуганный взгляд зеленокожей девчушки, прикрываемой руками матери. Непонимающий взгляд девочки и полный ужаса и мольбы взгляд женщины…

Луар глубоко вздохнул и улыбнулся.

Он любил свою работу.

В оружейную зашёл слуга и с низким поклоном произнёс:

– Господин граф, Вас хочет видеть канцлер.

И, не выпрямляясь, вышел спиной вперёд. Эд-да-Тху, не раздумывая, встал с лавки, отложив амуницию в сторону. Когда канцлер желал видеть, ему было плевать на внешний вид визитёра, а вот опозданий он не любил. Граф не удивился, когда его, вместо зала аудиенций, проводили в парковую зону во внутреннем дворе. Там, в центральной беседке, окружённой редким кольцом телохранителей, его ждал канцлер Винелии Одор Да-Со. Канцлер пил чай и после приветственного поклона графа небрежно махнул тому рукой, приглашая к белоснежному столику, уставленному различными десертами. Сам канцлер как раз и выглядел человеком, регулярно злоупотребляющим этими самыми десертами. Огромный, невероятно тучный человек, с нездорового красного цвета лицом. Он превосходил по размерам всех знакомых Луару разумных. Даже орков. В его присутствии, двухметровый граф да-Тху чувствовал себя неуютно, когда они стояли рядом. Он привык смотреть на окружающих сверху вниз – во всех смыслах. А канцлер смотрел сверху вниз на него. Во всех смыслах. В узких кругах приближённых поговаривали, что такие значительные габариты канцлера побочный результат воздействия инъекций белковых фракций развоплотившихся. Но от профессора Блаума, разработчика и единственного разумного, контролирующего курс инъекций и последующие за ним изменения, Луар совершенно точно знал, что канцлер не согласился на эти инъекции. Он откровенно брезговал лично связываться со всем, что касалось развоплотившихся. Впрочем, не отрицая полезность данных модификаций среди своих гвардейцев и специальных агентов. Курс данных процедур превращал обычного разумного в идеальную боевую машину: сила, ловкость, скорость, регенерация – всё это возрастало в разы. А по заявлению самого профессора Арчемида Блаума, лучший экземпляр – из выживших – это он, Луар.

Одора Да-Со, помимо повышенной потливости и отдышки, мучил диабет. С таким простым, по словам профессора, заболеванием инъекции справились бы на раз. Но даже клинически подтверждённые результаты не заставили канцлера принять "эту скверну". Что не отменяло повышенной полезности действия этой скверны на организмы его подчинённых. Даже несмотря на необратимость мутаций, Луар Эд-да-Тху не жалел об изменениях своего организма, а канцлер не жалел тем более.

Дождавшись, когда граф усядется на свободный стул, Одор Да-Со навис над столиком, сверля его взглядом маленьких поросячьих глаз, и произнёс:

– Сегодня поплывёшь в Секвил.

И расхохотался, глядя на вытянувшееся лицо агента, но тот быстро справился с собой и лишь молча склонил голову. Граф, конечно, знал о договорённостях канцлера с некоторыми членами Указующего Совета Секвила – он не раз сам являлся посредником в этих переговорах, но не ожидал, что возникнет подобная срочность, когда ему придётся плыть на север. А плавать Луар не любил и канцлер это знал. Видать за время его отсутствия что-то резко изменилось, раз ему придётся воспользоваться самым скоростным способом сообщения с северным соседом. Проклятые заражённые земли с их проклятыми обитателями! Если б не это, то давно бы уже провели между Полюсами телеграфное сообщение, и не надо было бы никуда так поспешно срываться. Впрочем, есть вещи, которые телеграфу не доверишь. Даже если телеграф установить непосредственно в здании посольства Винелии в Секвиле. Так что в любом случае пришлось бы ехать. Или, мать его, плыть.

– Пришло донесение, – начал просвещать его канцлер, – что советники с которыми мы сотрудничаем начали действовать раньше оговоренного срока. Я хочу, чтобы ты лично присутствовал там, когда всё начнётся. Проследишь за ходом этого… этой операции. По возможностям поучаствуешь – для этого возьмёшь с собой два полных отделения егерей. Предоставишь советникам свои специфические услуги, если у них возникнут трудности с конкурентами в Совете. Короче, диверсант ты гениальный, я на тебя рассчитываю.

После такой длинной, для него, речи, Одор Да-Со откинулся на стуле, одновременно беря в руку бисквитное пирожное. Закинул его в рот целиком, запил большим глотком чая.

– Для всех остальных жителей Секвила, – продолжил он, даже не успев прожевать, – кто не в курсе наших договорённостей, ты прибудешь с дипломатической миссией. Этой… по обмену технологическими достижениями. Кафедра Машинерии уже подготавливает соответствующие образцы, так что не разочаруй их – привези что-нибудь новенькое.

Потом были поспешные сборы, погрузка на пароход и вот он, граф Луар Эд-да-Тху стоит на верхней палубе "Винелии" ожидая появления этого проклятого берега.

Берег возник так внезапно, что Луар даже вздрогнул. Секунду назад горизонт состоял из тумана и пылевого облака и вот уже они чуть не врезаются в причал. Капитан "Винелии" в полной мере показал своё мастерство в данной ситуации – пароход легко вошёл в порт столицы Секвила, Секвилом же и именуемой, и, лавируя между мелкими судами, встал на якорь у причала. Специальный агент канцлера Одора Да-Со в последний раз перед сходом на землю окинул взглядом акваторию и увидел далеко на горизонте огненный росчерк лунного осколка.

"Хороший знак. Наудачу" – подумал он и зашагал к трапу.

Глава 2-2

2

– А вот это вот, обратите внимание, господин граф, первая шагающая машина!

Монфрид Купро, куратор научно-технического отдела Указующего Совета Секвила, махнул рукой в сторону широкого панорамного окна. Внизу, под окном, в специально оборудованном боксе, стоял, а точнее лежал, массивный агрегат. Цилиндрическое основание покоилось на раскинутых в стороны шести многосуставных механических конечностях. Гость из-за моря презрительно ухмыльнулся.

– Я так понимаю, эта новейшая разработка не может передвигаться самостоятельно?

Монфрид Купро угрюмо посмотрел на визитёра. Навязали же на его голову этого хлыща! Ещё утром он собирался заняться доработкой нефтяного фильтра – прорыва в энергетической отрасли! – а теперь должен, как какой-то экскурсовод водить интуриста по секретному, между прочим, объекту.

Заморский граф Монфриду не понравился сразу. Во-первых, это был человек. Не то, чтобы Купро был подвержен расизму, но он искренне считал, что иметь дело с механизмами и что-то по-настоящему в них понимать могут только гномы, к коим и относился сам куратор научно-технического отдела. Во-вторых… А, впрочем, Монфриду хватило и первого пункта, чтобы заскрипеть зубами, когда Советник Ульмех ввёл в его кабинет этого верзилу и попросил об эксклюзивной прогулке по машиностроительному заводу. И теперь, глядя на высокомерную рожу графа, Купро мысленно проклинал Советника, навязавшего ему этого аристократишку. Тот смотрел на все разработки с таким видом, будто что-то понимает в инженерном искусстве и лично сконструировал и построил более совершенные машины, чем те, что ему показывают.

– Нет, – угрюмо ответил гном, – не может. Сейчас в приоритете разработка мобильных доспехов со встроенными огнемётами, а "всякие там неперспективные проекты" могут обождать.

Последние слова Купро произнёс, явно кого-то передразнивая.

– Мобильные доспехи? – граф заметно оживился, – я хотел бы на них взглянуть.

"Ещё бы ты не хотел" – подумал гном, – "у тебя же рожа заправского убийцы".

– А насчёт этой вашей шагающей машины… Я так понимаю, у вас затруднения в ходовой части. Вы поместили корпус на шесть опорных конечностей, а вы попробуйте сократить их число до четырёх. Я гарантирую, в результате у вас получиться более устойчивая конструкция.

Гном начал багроветь. Граф, не обращая на это никакого внимания, продолжил:

– Также, я бы посоветовал сократить число сочленений на каждой конечности до двух… А теперь ведите к мобильным доспехам!

И Луар Эд-да-Тху резко повернулся спиной к инженеру, не давая закипающему гному увидеть его довольную ухмылку. Ему нравилось щёлкать по носу заносчивым коротышкам, мнящем о себе Ушедшие не весть что. Иногда, даже буквально.

Встретили посланника канцлера Винелии без какого-либо пафоса и торжественных речей. Помощник Советника Ульмеха ждал его у трапа и после пары слов приветствия проводил к паровому экипажу с открытым верхом. Подобные средства передвижения в Винелии издавали довольно громкий шум при передвижении. Да и чадили изрядно, порядком сокращая обзор машинисту, из-за чего двигались самоходки довольно медленно. На первых порах распространения этого транспорта случалось немало аварий и несчастных случаев. Так что, из соображений безопасности, по скорости эти агрегаты значительно проигрывали повозкам запряжённым лошадьми. Другое дело, что лошадиную повозку мог себе позволить далеко не каждый гражданин Винелии. Тем более, запряжённую такими лошадьми, какими снабжал егерей Арчемид Блаум. А вот в Секвиле эти экипажи тарахтели не так громко, да и клубы пара вырывались лишь позади повозки небольшими протуберанцами, совершенно не влияя на обзор. А уровень издаваемого шума не только не мешал беседе пассажиров, но и даже позволял расслышать, что происходит вокруг. Да-а-а, – научно-технический отдел Указующего Совета Секвила в этом отношении обскакал Кафедру Машинерии его страны. Надо будет не преминуть уколоть профессора да-Мулье сим фактом. И обязательно выяснить технические подробности этих отличных улучшений. Ведь сидя в такой повозке можно было спокойно разглядывать улицы столицы северного партнёра, слушать гул городских жителей, извлекая из него отдельные звуки и реплики. Например, на перекрёстке двух огромных проспектов, а графа специально везли по центральным улицам, дабы позволить ему насладиться видами столицы, он расслышал звонкий голос мальчишки разносчика газет:

– Читайте сегодня в «Оплоте Времени»! Срочные новости! Экстренные известия! В Землях Прокажённых пропала связь с научной станцией «Поиск»! Кто виноват? Прокажённые или развоплотившиеся? Читайте в экстренном выпуске «Оплота Времени»!

Земли Прокажённых? Вот значит, как сейчас в Секвиле называют заражённые земли. Что ж, партнёры канцлера Одора Да-Со из Указующего Совета Секвила своё дело знают хорошо. Уже внедрили в массы термин прокажённые, а так же начали нагнетать обстановку.

А атмосфера того, что скоро что-то грянет, в столице чувствовалась. И вроде бы всё как должно быть: разумные пешком, в паровых экипажах, на велосипедах размеренно спешат по своим делам, многоэтажные коттеджи центральных улиц стоят, посверкивая белизной фасадов, а замысловатые фонтаны на перекрёстках радуют глаз игрой брызг. Всё равно, граф шкурой ощущал обеспокоенность жителей столицы.

И ему это нравилось. Вот теперь есть ещё чем и Кафедру Слова поддеть.

Луар не удивился, когда вместо резиденции Советника Ульмеха экипаж остановился у здания заседаний Указующего Совета. Видно партнёры канцлера решили официально, честь по чести представить его остальным членам Совета, дабы не возбуждать никаких подозрений. В зале заседаний он пробыл недолго. Само его появление особого ажиотажа не вызвало. Немного посидели за круглым столом, поговорили, обмениваясь ничего не значащими фразами и новостями.

И всё же здесь тоже чувствовалось напряжение. По плотности этого напряжения Луар мог совершенно точно определить группу советников поддерживающих его канцлера, группу советников им противостоящую и тех, кто старается держаться нейтрально.

Вскоре граф, в сопровождении Советника Ульмеха отправился на машиностроительный завод научного отдела Совета. По дороге Советник также не произнёс ничего значимого, кроме того, что детально они переговорят сегодня вечером.

Мобильные доспехи произвели на графа хорошее впечатление. Конечно, сам он в них влезать не стал бы. Да и никого из своих егерей не отправил бы внутрь массивной бочкообразной железки. Но вот взвод обычных солдат внутри этих монстров сможет наделать дел как в рядах дикарей из заражённых земель, так и в толпе развоплотившихся.

С завода Луар ушёл не попрощавшись с уже жующим от ярости собственную бороду Монфридом Купро. И первым делом отправился в посольство Винелии. Нужно было получить отчёты, детально изучить обстановку и разместить своих егерей.

Вечером граф ужинал в резиденции Советника Ульмеха. За небольшим столом, установленном в маленькой уютной гостиной, сидели только они вдвоём. Сама обстановка ужина Луара удивила – он ожидал какого-нибудь пафоса: огромного зала и длинного стола. Всё посреди лепнины, позолоты и немых чопорных слуг… А тут…

– Вижу тень недоумения на Вашем лице, граф, – с улыбкой сказал Советник, разливая вино по бокалам. Это был худощавый невысокий человек, седовласый, с чёрными острыми глазками.

– Вы ведь ожидали чего-то другого.

– Ну, что Вы, Советник, я не прихотлив и не требую к себе исключительного отношения. Хотя, признаться, да, ожидал чего-то другого.

– Понимаю. Но тут всё просто, – Ульмех обвёл рукой комнату и стол, – я люблю уют таких, как я называю, маленьких посиделок. Мы сидим с глазу на глаз, в небольшом помещении, без лишних людей. В таких условиях доверительные отношения выстраивать гораздо проще. Никто не выстраивает барьеров отчуждённости. И не лицемерит, просто потому что так действует обстановка торжественных приёмов.

– Мне нравиться Ваша теория, – Луар принял бокал из рук Советника и отсалютовал тому, – Выпьем.

А мысленно сделал себе пометку накрутить хвост сотрудникам посольства. Ошиблись они с оценкой характера Советника. И как бы это в будущем сыграло не в пользу их общих планов.

Где-то в течение полутора часа советник Ульмех при помощи вина, разнообразных, но простых закусок и непринуждённых разговоров обо всём, выстраивал тот самый «уют маленьких посиделок». И надо сказать, что ему это неплохо удалось. На какой-то момент Луар почувствовал, будто сидит в компании старого доброго друга, с которым давно не виделся и с которым можно просто так поболтать обо всём и ни о чём. Притом, что у графа Эд-да-Тху никогда не было таких друзей.

«А он хорош, стервец», – подумал разомлевший граф, – «Хорошо, что мой организм позволяет долго не пьянеть… А то бы он меня тихой сапой тут уже бы споил – вон подливает, как бы между прочим, уже следующий бокал».

А вслух сказал:

– Советник, мы с Вами замечательно посидели, и видят Ушедшие, я бы мог сидеть так еще не один час, но давайте всё-таки уже перейдем к конкретике.

– Ну, что же, граф, извольте. Конкретика так конкретика, – голос Советника стал жестким, – Вам нужно устранить Советника Паастора. Я слышал, что вы большой мастак в устранении, скажем так, нежелательных элементов посредством несчастных случаев.

– Ого! Даже так? И как скоро, а главное, зачем это нужно? Неужели не работают все остальные не такие крайние меры принуждения?

– Не работают, – отрезал советник и, поймав взгляд Луара, яростно зашипел:

– И я Вам больше скажу: решать это надо как можно скорей. А так же отследить и перехватить тех Вестников с которыми этот… этот человек уже общается. У меня есть подозрения, что Советник Паастор каким-то образом узнал о наших планах. Но нет доказательств того, что он ведёт переговоры с кем-то за пределами нашего Полюса Отречения.

– Ого! – насмешливо повторил Эд-да-Тху, – Под словом «вестники» Вы подразумеваете орден дикарей-посыльных? Как же они попали в Полюс Отречения, не говоря уже о его столице? И что же Вы сами ничего не предприняли? Я имею ввиду Паастора. С Вестниками понятно – трусите… А, впрочем, с Паастором то же самое.

– Я не трушу! – Ульмех уже не напоминал того доброго приятеля каким показывал себя ещё пару минут назад, – Я просто узнал об этом буквально пару дней назад, когда первые Вестники с которыми он общался покинули его дом! И я сразу подумал о Вас и о Ваших егерях. Тех посланников нужно перехватить, а с Паастором решать, пока он не вмешался в наши планы!

Откинувшись на стуле, Луар с прищуром смотрел на Советника. Нет – аналитический отдел в посольстве совершенно никакой. Разгонять их надо.

– Информацию. Всю. Живо! – отчётливо сказал он.