Текст книги "Некролог Полуторалунного мира (СИ)"

Автор книги: Александр Башков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

Глава 12-3

3

Майкер сидел в огромном офисном кресле, закинув ноги на стол и, сцепив руки на животе, наблюдал за Вестником. Тот сомнамбулически бродил вокруг Столпа Силы, мерцающего длинными зелёными импульсами. За прошедшие три дня, он осунулся, нос заострился, став похожим на клюв некрофага, щёки впали, чёрные глаза лихорадочно блестели из тёмных провалов. В сумраке зала было хорошо заметна исходящая от мага аура света. Его эмпатиты летали вокруг Столпа, тоже периодически, синхронно с ним, разгораясь зеленоватым свечением. Майкер чувствовал, что с каждым днём, каждым часом, каждой минутой к этому месту притягиваются всё новые и новые потоки Силы. Он не мог понять, объяснить, как он это чувствует и откуда это у него взялось? Маг, когда он поделился с ним этими своими ощущениями, сказал, что возможно в нём, Майкере, просыпается частичка Силы и когда магия вернётся в мир, вполне возможно, что он сможет её пользоваться. Майкера такая перспектива одновременно и пугала и радовала. Всю свою жизнь, начиная с беспризорного воровского детства и заканчивая вступлением в Братство «Возрождение», он стремился выжить, приспособиться и устроится получше. Нельзя сказать, что это была его индивидуальная модель, так живёт большинство разумных, но различия составляют лишь средства и методы, помогающие воплощению этой модели. И получить в свои руки такой мощный инструмент, каким владеет Вестник? О! Мысли об этом перехватывали дыхание человека. Все эти дни он развлекал себя построением воздушных замков своих мечтаний о том, каким он станет в будущем. Возможно даже, в ближайшем будущем. А кроме этого тут абсолютно нечем было заняться.

Башню он исследовал ещё в первый день, кроме следов явно каких-то экспериментов Вайзира, в которых он ничего не понял и не разобрался, ничего интересного в ней не было. Тогда он попытался очисть часть соседних с этим этажей от трупов развоплотившихся, чтобы вонь исходящая от мёртвых монстров не мешала сосредоточению Вестника. Да и самому ему этим дышать определённо не хотелось.

Ещё он развлекался тем, что скидывал тела с башни, через проёмы выбитых окон. Выкидывал по одному и следил за их падением. Вот одно тело зацепило стену башни и, кувыркаясь, покатилось вниз, ударяясь о её неровные архитектурные выступы. Вот другое, подхваченное ветром, стукнулось о край крыши соседнего задания и начало падать уже вдоль него. Вот третье, ровно металлическая чушка в ручье, стремительно и ровно падает вниз и там расплывается маленькой красивой кляксой на мостовой…

Как там говорил Вайзир? «Вы не увидите красоту мира»? Майкер видел. Но только от скуки.

Это занятие отвлекло его ещё на один день. Следующий день он развлекался тем, что стрелял из арбалета Вестника по огромной туше монстра, так и висевшего прибитым к Столпу Силы. Но это быстро наскучило. Да и Билмуш не обращал на эту выходку никакого внимания. Казалось, ему совершенно не мешали, как упражнения Майкера, так не отвлекало и само его присутствие.

Сейчас бывший культист пробовал занять себя наблюдениями за действиями Вестника, пытаясь понять, как именно тот пробуждает древний артефакт. Быть может постараться даже увидеть этот процесс воочию, этим своим новым внутренним взором? Но… Он видел лишь человека, наматывающего вокруг Столпа Силы круги и его эмпатиты, так же кружащие по спирали на встречу друг другу. И больше ничего. Совсем.

Да, возможно, сейчас происходили какие-то процессы, но Майкер их почувствовать не смог. Лишь относительно недавно он начал различать свечение, исходящие от Столпа и парящих чёрных шариков.

– Сколько Вы ещё так продержитесь, Райан? – окликнул он, – Я понимаю, что Вам нельзя отвлекаться, но Вы уже три дня не спали и, я так понимаю, всё это время бродили тут, вокруг этого… камня?

Вестник в ответ что-то просипел, потом прочистил горло и выговорил более внятно:

– Осталось немного, Майкер. Хотя этот Столп просыпается значительно медленнее предыдущего… Быть может дело в однотонных эмпатитах? А может у каждого Столпа свой инициализационный период.

– Иницзат… инизац… инизад… Да в зад! Райан, может, Вы поедите?

– Прекращай, Майкер, я даже без эмпатитов вижу, что ты просто стараешься меня половчее лизнуть. Не надо. Будь собой. А теперь не отвлекай – осталось немного, мне нужно закончить.

Блестящие кожаные сапоги аккуратно обошли размазанные по асфальту мозги, ступая между засохшими лужами дурно пахнущей тёмной жижи, переступили через очередной изломанное тело и замерли.

Лаур Эд-да-Тху задрал голову, придерживая шляпу, пытаясь разглядеть верхние этажи этой башни. Подобное сооружение он уже видел. Тогда из всего отряда егерей живым ушёл только он. Кстати, он так и не успел написать доклад об этой последней разведывательной вылазке – так всё закрутилось. На этот раз, правда, судя по этим останкам, никаких неожиданностей в этой башне не будет. За исключением того, что теперь он чувствует невероятно мощную ауру, исходящую от башни. Она была настолько мощной, что за несколько десятков километров подавляла шлейф оставляемый Вестником. Но Луар не сомневался, что если где его и искать, то это тут, в месте, аура которого превосходит даже совокупный эфирный след Орды. Это очень интересно, что же тут такое? А что было в той башне, то же самое или нет? Он задаст эти вопросы Вестнику, когда будет вытряхивать из него душу.

Сзади остановилась капрал Нуара Монрон, держащая под уздцы лошадей. Она тоже подняла голову вслед за графом. Но в отличие от него, её давящая мощь башни иррационально пугала. Она могла выйти на арену против десятка мужиков или развоплотившихся. Она могла потрошить, пленников в режиме конвейерного производства. Она могла бросить прямо себе под ноги динамитную шашку, в конце концов! Но это место пугало её и ей было стыдно. И было стыдно сказать об этом графу. А ещё она боялась за него. Она боялась, что это место убьёт его.

После встречи с Ордой они без особых происшествий добрались до Столицы. Эд-да-Тху тянуло завернуть в то поселение, с которого всё началось – ему было чем их расстроить, но он поборол это чувство. Тот городишко никуда не передвинется, а вот шлейф ауры Вестника, который он почувствовал в его окрестностях, неумолимо таял, как утренний туман. Саму столицу они обогнули, потому что граф чувствовал, что там Вестника уже нет – след его ауры тут таял так же, как и по всему их пути. Зато егерь обратил внимание на видимые, даже издалека, собирающиеся в порту боевые корабли дикарей. Почему-то это предоставило ему ещё один повод для мстительной радости, когда он представил, что скоро эти корабли двинуться к побережью Секвила.

Посёлок Бани они тоже объехали. Про этот туристический центр граф даже где-то что-то слышал или читал. Но сейчас раем для туризма его мог назвать лишь самый отчаянный врун из рекламных буклетиков. Воздух тут смердел ароматами мертвечины и гари, а аура Вестника, смешивающаяся со слабой аурой развоплотившихся, уходила дальше.

Этот человек прямо ведёт за собой беду.

А ещё Эд-да-Тху почувствовал отголоск ещё одной ауры, чем-то схожей с его собственной и Нуары. Но этот отголосок уже угасал. Интересные дела тут творятся по округе. Жаль, что нет времени, но приоритеты расставлены, а эфирный след Вестника уходит на север.

И вот они достигли этой башни. Да, славно тут порезвился этот человек, а граф был уверен, что все виденные им трупы, это дело рук Вестника. Всё-таки кто же он такой? Нужно пойти поздороваться и порасспрашивать. Хорошенько порасспрашивать.

– Капрал Монрон, остаётесь здесь. Следите за окрестностями, смотрите за лошадьми.

– Но командир!..

– Отставить капрал!

Граф оскалил внушительный ряд зубов и сверкнул чёрной стекляшкой прикрывающей глаз. За дни пути его облик ещё больше исказился. Сам Луар Эд-да-Тху, конечно не замечал, но Нуара видела, что даже его фигура несколько изменилась. Высокий и поджарый, он стал ещё выше. Тело стало каким-то угловатым, в движениях появилась дёрганость. Сама Нуара боялась заглядывать в уцелевшие зеркальные витрины. Вдруг с ней тоже произошли какие-нибудь подобные изменения? Но, по крайней мере, одежда ещё не стесняет движений и руки нелепо не торчат из коротких рукавов, как у графа.

– Так точно, сударь! Стою, слежу.

– Правильно, капрал. Не волнуйтесь – я Вас приглашу внести свою лепту в разговор с этим человеком, погубившим Ваше отделение.

Он повернулся и зашагал широкому входу в здание. Нуара не выдержала:

– Но если Вам понадобится помощь?!

Граф остановился, но не обернулся:

– Вы серьёзно, капрал? Помощь мне может понадобиться лишь когда я… буду жрать того дикаря!

Последние слова он выкрикнул каким-то чужим, визгливым голосом и Монрон вздрогнула.

– К тому же Вы знаете, капрал, что на крайний случай у меня есть сюрприз… Хи-хи-хи!

Она смотрела в спину уходящего мужчины и думала, а тот ли это человек которого… который… Он всё ещё тот или это уже кто-то другой?! А она?

Райан почувствовал его слишком поздно, но не достаточно поздно для того, чтобы не успеть создать силовой щит. В помещении грянул револьверный выстрел, Майкер от неожиданности опрокинулся вместе с креслом, пуля сплющилась о еле светящийся барьер в районе правой ноги Билмуша.

– Надо же! Действительно что-то необычное, как я и ожидал! Извиняюсь за столь тривиальный поступок, сударь Вестник – захотелось сразу привлечь к себе внимание.

У площадки одного из лестничных пролётов стояла высоченная фигура, частично скрытая облаком дыма, оставшимся после выстрела. Что-то зашевелилось в груди Райана, какая-то бессознательная злоба начала лезть наружу. От пришельца исходила аура похожая на ауру того мутировавшего эльфа. И ещё эта дымка, мешающая разглядеть лицо, но не мешающая понять, что визитёр в шляпе…

А ещё ему показался знакомым голос.

Пришелец шагнул вперёд, попав в полосу света бьющую из окон, и Райан узнал его, хоть и с трудом. Стоящее перед ним существо и вправду чем-то походило на предыдущего мутанта, но всё же, в нём узнавались благородные черты Винелийского аристократа.

– Граф? Вы выжили?

– Да. И у меня к тебе пара вопросов. Первый: где эльф?

– Думаешь, я скажу?

– Понятно… Что ж, я умею спрашивать основательно.

– Майкер! – не отводя взгляда от графа, позвал Вестник, – Бери ноги в руки и дуй отсюда. Подальше.

Эд-да-Тху промолчал, но когда бледный бывший культист пробежал в сторону лестничных пролётов повернулся и выстрелил ему вслед, попав в бедро. Майкер с криком упал и покатился вниз по лестнице, роняя прихваченный арбалет Вестника.

– Ну, вот. И не помешает и никуда не денется, – сказал Луар снова поворачиваясь к Райану. На тот небольшой миг, что он отвлёкся маг успел приблизится к нему на необходимое расстояние. От его светящегося барьера отделилась белая огненная плеть и стеганула егеря. Тот ловким кульбитом ушёл в сторону и в перекате выпустил в мага ещё две пули, которые, так же как и предыдущая, расплющились о силовой щит. Билмуш начал наступать хлеща языками пламени по графу, но тот отпрыгивал стрелял. Выпустив последнюю пулю, он запустил револьвером в лицо Райана, а когда тот инстинктивно отвёл голову вбок, одним прыжком сократил с ним дистанцию и ударил. Длинная рука егеря описала полукруг и врезалась в челюсть мага. Того отбросило на пол.

– Ага! Значит, обычный удар ты этим своим маревом держишь послабее. Точнее, ты вообще не держишь удар. Замечательно.

Граф извлёк палаш.

– Ты же понимаешь, что сразу я тебя не убью. Так, сейчас я немного доведу тебя до состояния готовности отвечать на вопросы.

– Да пошёл ты! – поднявшийся маг выпустил ещё одну плеть прямо в лицо графа – безрезультатно. Тот сделал сальто назад и не прекращая движение откатился ещё и в сторону, уходя от повторного удара. Во время этого манёвра с его головы слетела шляпа, полностью открывая взору Вестника весь неприглядный вид этого существа. Бугрящаяся шрамами лысина, с металлической вставкой на пол черепа, зубастая пасть и налитый кровью глаз.

– Что замер? Красив? Из-за тебя, мелкий ублюдок!

И граф пружиной, с пола, метнулся к Райану, нанося удар наотмашь, снизу вверх. Силовой щит снова спас мага, но того отбросило на пару метров назад. Граф догнал его падающее тело практически в полёте и нанёс ещё один удар уже сверху вниз, опуская палаш поперёк корпуса.

– А крепкая у тебя ракушка, слизняк. Ничего, сейчас мы её расковыряем.

Гул Атрес осторожно приближался к башне. Ориентиры барда не подвели, и он в кратчайший срок добрался до этого места. Вот производственное здание, о котором говорил Саламар и просил захватить там ещё пару бутылок из заначки. Орк так и не понял, шутит тот или нет. Главное сейчас, чтобы Райан был всё ещё в башне. Атресу хотелось рвануть вперёд, влететь в башню, снося парадную дверь, прошерстить её снизу доверху в поисках Вестника. Но он понимал, что нужно соблюдать осторожность. Саламар говорил, что это место просто кишело развоплотившимися. Конечно, Райан мог их всех вывести, а мог и не всех. А могло быть, что и, вообще, они его вывели. Хотя это вряд ли.

Ближе к башне ему начали попадаться жутко покалеченные тела тварей. Такое бывает, если падают с небоскрёба. Гул видел подобные трупы. Самое высокое здание, подходящее для того, чтобы падающие с него оставляли такие шлепки, а не трупы, на асфальте, тут только одно – башня. Значит, Вестник там подчистил.

А вот это другие тела, более свежие. Орк склонился над трупами изучая ранения. Судя по ранам, их убили недавно и убили палашом, наподобие того, каким сейчас был вооружён он. Это значит, что… Да Ушедшие его знают, что это значит! Но кто бы тут не прошёл, он тоже наверняка отправился в башню – мимо такого строения просто нельзя равнодушно пройти не попытавшись посмотреть, что там скрыто внутри.

Ладно, так стоять и размышлять можно целый день, а можно что-то делать. Гул двинулся к входу в башню. Пройдя мимо нескольких широких дверей, установленных смежно друг другу, он оказался в просторном зале первого этажа. И тут он удивился. Возле турникета, привязанные поводьями к одному из них, стояли лошади. Две лошади. Значит тут, в здании, помимо Райана и Майкера есть ещё двое разумных. Если, конечно, всадников не сопровождал пешком ещё кто-то. Но это вряд ли. Лошади стояли совершенно спокойно, абсолютно не реагируя на витающую в зале вонь разлагающихся развоплотившихся, трупы которых тут и там валялись в помещении. Атрес бросил взгляд на один из них – да, всё верно – характер ранений указывал на то, что они были нанесены этими проклятыми шариками Билмуша.

Он ещё раз огляделся, сбросил у входа походную сумку, извлёк из ножен палаш и осторожно двинулся вглубь зала.

Её выдал слабый щелчок взводимого курка, раздавшийся в тишине зала, для обострившегося чутья орка подобно удару в гонг. Атрес, услышав этот звук, инстинктивно ушёл в кувырок через плёчо. Раздался выстрел. В месте, где он стоял, взметнулся фонтанчик брызг, выбитых пулей из мраморного пола. Гул, выходя их переката, мощно оттолкнулся ногами, пружиной взлетев вверх и вперёд приземляясь на подставленные руки и уходя в очередной перекат. Позади снова взметнулся фонтанчик. И ещё один, когда он спрятался за массивной квадратной колонной, резанул ему лицо каменной крошкой. Массируя опять начавшее нестерпимо ныть плечо, он, выглянул из-за другого края колонны и наконец, смог различить её.

– А ты шустрый орк! Люблю подвижных мужчин.

Она стояла на балконной площадке, своеобразным карнизом опоясывающей огромный каменный столб в центре залы. Это, должно быть, и был тот самый «Столб» или «Столп Силы», о котором говорил Вестник. А девушка показалась смутно знакомой, где-то он её уже видел. Но это сейчас неважно.

Он ещё раз выглянул, а потом побежал из-за противоположного края колонны. За спиной свистнула пуля, ещё одна ударилась в пол впереди него, когда он резко остановился. Снова побежал, а потом сменил направление, пропустив мимо ещё одну пулю, в сторону площадки на которой стояла девушка. Краем сознания отметил, что это вроде бы последний патрон в барабане. Точно – она начала быстро перезаряжать оружие. Гул, приблизившись на достаточное расстояние, на бегу сделал оборот, придавая дополнительную инерцию и тем самым усиливая бросок, запустил в неё палаш. Оружие врезалось в успевшую отвлечься от перезарядки девушку. Лишь в последний момент она слегка отклонилось, и палаш вошёл в тело где-то в районе ключицы, разворачивая и опрокидывая её на пол. Атрес понёсся к лестнице, ведущей на эту площадку. Он начинал впадать в боевой раж, кровь предков играла в жилах. Все вопросы, крутившиеся в голове, ушли на второй план, подавляемые красной пеленой разгорающегося безумия берсеркера. Когда он взбежал на площадку, черноволосая девушка, к его удивлению, не корчилась в муках на полу, а уже вставала, вытягивая палаш из раны. Кровь, тёмная и густая, тугими нитями тянулась вслед за лезвием. Черноволосая с шипением отбросила клинок в сторону, тот, сверкнув на последок эфесом гарды, скрылся в тёмном провале между полом и Столпом Силы, и, выпустив когти, кинулась на орка.

Райан, лёжа на животе, выплюнул, вместе с большим сгустком крови, выбитый зуб. Он задрал голову и посмотрел на кружащие вокруг Столпа Силы эмпатиты. Нельзя. Нельзя их призвать. Нужно завершить процесс инициализации…

Маг полз к Столпу оставляя за собой кровавую полосу. Рядом, неторопливо, приравниваясь к его скорости, шёл Луар Эд-да-Тху.

– Признаюсь, Вы меня поразили. Такие интересные возможности у какого-то дикаря! Как же они Вам достались? Кто это сделал? Или Вы хотите сказать, что они были у Вас с рождения?

Он перепрыгнул через тело Вестника, уходя от взметнувшегося в его сторону огненного протуберанца, тут же бессильно опавшего.

– Всё это довольно любопытно, – как ни в чём ни бывало, продолжил граф, – Вы не находите?.. Да что Вы тянетесь к этой штуковине?! Посмотрите на меня!

– Вас ничего не удивляет и не смущает тут? – просипел Райан, – Конечно – Вы же ничего не ощущаете, не чувствуете… как такая тварь может…

Удар со свистом выбил воздух из его лёгких.

– Неприятно? Простите, я не хотел Вас перебивать… Как-то само вышло. А насчёт чувствовать… Думаю, я могу чувствовать побольше вашего. Думаете, как я Вас нашёл? За Вами остаётся такой след… А ты знаешь, что ты просто – магнит? Ты притягиваешь к себе, тянешь за собой, просто толпы развоплотившихся. Я замучился подчищать эти хвосты. Ты, наверное, и не в курсе какая у тебя аура и то, что развоплотившиеся её ощущают?

Граф обошёл Вестника и присел напротив его головы, стараясь заглянуть в глаза. Райан вздрогнул. За время их стычки, стекло закрывавшее глазницу егеря разбилось, и оттуда на него сейчас смотрел выпуклый белёсый глаз развоплотившегося, к которому мерзкими жирными червями тянулись пульсирующие шрамы.

– Ты знаешь, что ты источник тех ещё бед и потрясений. Я шёл за тобой, я видел, что случается там, где ты проходишь. Смерть. Много смертей. Не могу сказать, что меня огорчает эта твоя особенность, возможно, я даже запустил бы тебя погулять по определённым местам…

Райан потрясённо молчал.

– А ты, погляжу, и в правду не в курсе, да? Ха-ха! Ты даже не замечал этого и не умеешь скрывать свою ауру. Действительно? От кого же её скрывать? Ты ведь считаешь себя уникальным. Одним такимединственным-разъединственным, способным улавливать тонкие эфирные потоки. А то, что какие-то жалкие бездумные и бездушные твари тоже могут это делать, ты даже и предположить не мог. Гордыня и тщеславие. Эх, сопляк, думающий о своей исключительной уникальности…

Билмуш уже не смотрел на егеря, прижав лоб к холодному полу. Мутировавшая тварь тот или нет, но его слова ранили мага сильнее его ударов.

– Что ты хотел тут сделать? – граф чувствовал состояние жертвы и смаковал его, – Наверное, внести что-то разумное, доброе, вечное и, наверняка, не просто для себя, а в масштабах, как минимум, континента. Сразу всем, чтобы никто не ушёл обиженным. Всё всегда идёт через задницу, когда восторженные мальчики пытаются что-то изменить к лучшему! Юнец, в силу своей восторженности, ты не видишь всей картины целиком. Быть может, то, что ты собираешься сделать, будет иметь такие же последствия, как для жителей посёлка Бани? В принципе, меня это устраивает. Я, возможно, даже мешать тебе не стану.

Егерь встал и демонстративно показал рукой в сторону Столпа, как бы приглашая мага продолжить своё движение.

– Вот интересно, а у каждого такого булдыгана привинчен такой колосс? Что? А-а-а! Интересно? Да, я видел уже башню с подобной колонной в центре.

Граф снова присел, приблизив своё лицо к лицу мага, поднявшего голову, и доверительно зашептал:

– А хочешь, я расскажу где? Я же вижу, что это для тебя важно.

От егеря веяло гнилью, кровавый глаз вращался в своей орбите, багровые черви шрамов, казалось, интенсивней стали извиваться под натянувшейся кожей. Но Райан смотрел в это лицо, не отводя взгляда. Он потратил уже все силы для инициализации Столпа, а бой с графом исчерпал их остаток. Если б только на миг привлечь хоть один эмпатит…

Нельзя.

Что? Смысл слов егеря дошёл до мага.

– А! Вижу, заинтересовался! Давай так: я говорю тебе координаты башни, что я нашёл, а ты говоришь мне где ты оставил того ублюдочного эльфа!

Последние слова он выкрикнул другим, визгливым голосом. Райан заколебался. На миг. И устыдился.

– К чему это? Мы оба понимаем, что из этого зала выйдет только один из нас, – сказал он, – и это будешь не ты!

При последних словах он выпустил импульс аккумулируемой всё это время Силы, вложив её в одну волну белого пламени, обдавшую егеря с головы до ног. Этот импульс сбил графа с ног и тот, дымящей головнёй отлетел в сторону.

– У-у-у-а-а! – дикий вой отразился от стен залы, егерь вскочил, сбрасывая с себя плавящееся кожаное пальто, и принялся хлопать по груди и животу, стараясь сбить небольшие язычки занимающегося пламени. Особенно сосредоточившись на бугристых наростах на животе. Металлические вставки на его теле обнажились. К пластине на голове прилипли чёрные полоски расплавившейся кожи.

Пока граф отвлёкся, Райан оббежал его и кинулся к пришпиленному к Столпу Силы гиганту. Он потянулся к торчащему из него штырю арматуры. Зеленоватое свечение, окутывавшее Столп, эмпатиты и это странное тело, перекинулось и на него. Билмуш почувствовал, как токи Силы начинают пронизывать его тело, вместе с тем принося дикую боль. Казалось, будто по всему его телу разом начали расти шипы, прорывающие кожу изнутри. Он осел на одно колено, но не оторвал руки от арматурины. Больно. Жутко больно. Страшно. Но он не отпускает металл штыря.

И тут эмпатиты впервые за всё время после ухода из посёлка Бани заговорили с ним, своим молчаливым языком эмоций и образов и он понял, что нужно делать.

Не отпуская раскалившийся штырь, он полуобернулся к графу и вытянул в его сторону другую руку. Зелёное свечение, сорвавшееся с края его ладони, перебросилось на егеря. Его подняло в воздух и с чудовищной силой впечатало в Столп, насаживая на другие торчащие из гиганта арматурины.

– А-а-а!.. Аха-ха… – засипел тот, – Кху-кху… буль… у..бль…

Он засучил ногами, схватился за торчащие из тела штыри и дёрнулся, снимая себя с них. Райан сжал кулак направленной на егеря руки и металлические прутья стали загибаться, надёжно прижимая тело мутанта. Тот ещё некоторое время извивался, руки хватались за прижавшие тело скобы, силясь разогнуть их, а потом как-то разом обмяк. Без единого движения. Лишь тут и там от тела поднимались струйки дыма от всё ещё тлеющей одежды.

Вестник отпустил штырь и упал на спину, закатывая глаза, тяжело дыша и обливаясь потом. Сердце бешено колотиться, но боль прошла. Накатила опустошённость.

– Думаешь, убил – значит, победил? – вдруг раздался совершенно спокойный голос графа. Райан разомкнул веки и посмотрел на егеря. Тот спокойно смотрел на него и скалил в ухмылке все свои зубы.

– У меня для тебя есть новость: победа бывает всякой. Вот, например.

Он разорвал остатки рубашки на животе, обнажая широкую перевязь, с торчащими из неё палочками. Концы некоторых из них тлели. Он оторвал горящий клочок рукава и поднёс его к этим палочкам.

Только тут до Райан дошло, что это динамитные шашки. Целая связка динамитных шашек!

Последнее, что он успел сделать это вновь схватиться за арматурину торчащую из тела огромного монстра.

Гул отступал под градом ударов. Непохоже было, чтобы тяжёлое ранение отразилось на боевых способностях черноволосой. Он с трудом уклонялся и парировал её удары. А удары были такой силы, что Атрес, по праву считающий себя очень сильным мужчиной, едва удерживался на ногах, после их блокировки. Грудь и лицо его покрывала сеть глубоких и не очень борозд и царапин, оставленных когтями этой непонятной бабы.

Гул никак не мог подобраться к валяющемуся в стороне на полу полузаряженному револьверу. Потому что, если быть честным с самим собой, он проигрывал…

Мысль об этом, так ударила по самолюбию боевого офицера, что притихшая волна ярости берсеркера снова начала захлёстывать его разум. За последний период времени он слишком часто оказывался бесполезен, проигрывал, ничего не мог сделать. С диким рёвом он кинулся вперёд на противницу. Не обращая внимания на впившиеся в его грудь когти, он обхватил её за талию, поднял над головой, с мясом отделяя её когти от своего тела, и с удесятерённой яростью силой ударил об пол карниза. Раздался хруст, площадка под его ногами завибрировала от мощи удара. Тяжело дыша, глядя, как вяло барахтается под его ногами черноволосая, Гул схватился за грудь. Пошатываясь, он отступил на шаг.

И тут вся каменная поверхность Столпа Силы вздрогнула, а сверху до них докатился отдалённый грохот, похожий на раскат грома.

– У-у-у-у!

Орк удивлённо посмотрел на девушку. Та выла, совершенно как одичалый – столько животной тоски и боли было в этом крике. Она села на колени, не прекращая выть. Остекленевший взгляд был устремлён сквозь Гула. Некоторое время стояли так: воющая девушка – на коленях и ошеломлённый мужчина перед ней. Наконец, орк со всей силы пнул её в лицо, обрывая вой, и её тело отбросило в зазор между площадкой и Столпом Силы, а сам Атрес развернулся и поспешил к лестницам на верхние этажи.

Он уже не видел, как вдоль Столпа, сверху, с бешеным рёвом трепещущих языков пламени, упали горящие обломки и ошмётки…