Текст книги "Демоны души (СИ)"

Автор книги: Алекс Елин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Глава 8

17, месяц Гроз, 5555 года – 18, месяц Гроз, 5555 года

1

День сменял день, лето сменило весну, жара во Фритауне стала еще более сильной. В Академии занятия шли своим чередом, доводя будущих генералов до изнеможения, как физического, так и морального, но ноющая боль в сердце от невозможности летать и обида на судьбу, что заставила Рика и Стюарта бросить небо, не проходила. Умом оба друга понимали, что они и попали-то в Академию так быстро лишь потому, что стали лучшими в своем деле, а стать лучшим – значит потерять небо.

После долгих и трудных занятий, а также виртуозного побега из лап Анны Грейсстоун, затащившей друзей на торжественный ужин с обязательным присутствием на нем Конни Лаввальер, Стюарт и Рик решили незаметно ретироваться в их любимый бар «У аэродрома». В доме у Рика Анна могла их легко вычислить, а в бар приличной женщине в Розми вход был заказан. Анна была приличной женщиной и никогда в жизни не переступила бы порога подобного заведения. Хотя… жизнь – штука непредсказуемая и ничего не стоит загадывать наперед.

Бар «У аэродрома» был очень большим зданием, прямо таки огромным. В нем имелись три этажа, на которых и располагались три просторных зала. Первый отряд Фритауна обычно собирался на третьем этаже, где за дубовой стойкой любил похозяйничать владелец заведения. За его спиной возвышались ряды бочонков с ромом, виски и коньяком, стояли жбаны пива, высились целые шеренги бутылок вина, водки, текилы, виски, вермута и прочих спиртных напитков, отражавшихся в зеркалах, расположенных за барной стойкой. Справа на стене в пределах стойки была доска почета: на ней располагались фотографии знаменитых или прославившихся командиров Первого отряда с тех пор, как отряд был основан еще в прежней столице – в Ариэль. Под каждой карточкой крепилась табличка с именем командира, датами жизни и командования, а так же звание, в каком он стал командиром и в каком закончил военную службу. Не редко командиром становились в звании капитана или майора, а заканчивал службу лейтенантом или маршалом. С другой стороны стойки, имевшей форму буквы «Г», тоже имелась стена, отгораживавшая длинную стойку от зала, в ней была проделана арка. На особо почетном месте, над центральной бочкой с лучшим коньяком, висели фотографии всего первоначального состава Первого отряда, еще Ариэль, и фото главнокомандующих армии Розми, которые, по авторитетному мнению военных, собиравшихся здесь, были достойны занимать сие почетное место.

Надо сказать, что чести быть увековеченным на фото в пределах стойки знаменитого бара добиться было очень непросто. Лишь лучшие из лучших попадали на эту импровизированную доску почета. Таковыми их считать должны были все завсегдатаи бара, их коллеги и лично хозяин сего почтенного заведения… где, правда, регулярно случались побоища.

Все залы заведения были погружены в полумрак, ярко освещались только барные стойки в каждом зале. Стены были обиты деревом, пол устилал деревянный паркет, хоть оттирать кровь с него было куда сложнее, но все владельцы бара поддерживали именно такой благородный стиль своего заведения, напоминающий старинные таверны. Столики были квадратными, вдоль двух стен стояло несколько длинных столов для больших компаний и ряды кабинок с диванчиками. Вся мебель была не тяжелой, что стулья, что столы – чтобы никого случайно не убили во время драки!

Драки вспыхивали тут часто, крушилось и билось все подряд, кроме территории за стойками, коя почиталась священной. Периодически выбивались окна. Прохожие и посетители бара относились с пониманием к вылетавшим из окон людям, поэтому в целях сохранения жизней и недопущения убийства гостей, над окнами первого этажа пришлось натянуть большие полосатые тенты, смягчавшие приземления неудачливых драчунов. Полиция вообще предпочитала не соваться сюда. Лишь военная полиция начинала патрулировать этот квартал ближе к полуночи, ожидая своих клиентов и вылавливая очередных любителей продолжить буйство на улице.

Дрались в основном не друг с другом, а с забредшими любителями помахать руками, с иностранцами (не было ни одного уголка на Дидьене, где не слышали бы об этом легендарном баре), с иногородними военными. Иногда и отряды начинали выяснять отношения друг с другом. Особенно любили помериться силой Первый отряд и спецслужба охраны короля/королевы, если Его или Ее Величество прилетали во Фритаун. Стороны знали, где искать друг друга для очередного раунда боев без правил, доставлявшего всем огромное эстетическое и чисто профессиональное удовольствие.

Впрочем, убийствами дело редко заканчивалось. До смерти могло дойти, только если выясняли отношения с кершийцами или луисстанцами. Ну, или в драке сходились два непримиримых врага. Чаще смерть была случайной, не предумышленной.

В баре царила чисто мужская атмосфера, наполненная духом истинного братства, мужскими разговорами и крепким алкоголем. Сюда любили приходить отдохнуть и расслабиться, или запить горе, или отметить радостное событие почти все пилоты и бывшие пилоты.

Когда Рик и Стю появились на пороге зала на третьем этаже бара, из-за стойки их окликнул владелец заведения:

– Только сегодня без драк! В прошлый раз хорошо оторвались!

– Да ладно тебе, Мэтью! – ответил ему Стюарт. – Славно же погуляли!

– Кто славно погулял, а кто потом несколько дней заведение в порядок приводил и всю мебель менял! – недовольно пробурчал толстенький кругленький хозяин бара.

– Ты в накладе-то не остался, все убытки возместили, как обычно, – напомнил Рик, подходя к стойке.

– Сегодня хотелось бы обойтись без погрома, – кивнул Мэтт, протирая белым полотенцем очередной бокал для виски. К сожалению, если владелец бара намекал, что драк сегодня не стоит устраивать, то посетителям приходилось с ним соглашаться – иначе больше никогда сюда не пустят. Слово толстенького Мэтью было законом в пределах его заведения, желающих оспаривать его власть, как правило, не находилось. – Чего будете?

– Давай бутылочку бурбона, – попросил Рик.

Взгляд его упал на фотографию с собственной физиономией… Под ней уже появилась третья надпись с годами командования. Все, закончился еще один этап его жизни. Самый дорогой и самый важный. Что же дальше? Кресло за письменным столом и карты на стенах?

– Ты, это, не ссы, – вдруг заявил Мэтт, отрываясь от бокала. – Ты – лучший, а летать… Ну, не судьба больше, не судьба. Ты другим нужен, кто еще их летать научит?

– Я разве что в самоволку ходить научить могу, – хмыкнул Рик. – Да морды бить отменно.

– Зря ты так, парень, зря. Ты себя еще не знаешь. Жениться тебе надо, и на нормальной бабе, что и тебя удержит в руках, и новый смысл жизни подарит. Хватит все по девочкам бегать, взрослеть пора.

– Иди ты, Мэтт! – добродушно послал его Рик. Он мотнул головой и быстро направился к поджидавшему его Стюарту.

Друзья расположились за небольшим столиком в полупустом зале, скинули кители на спинки стульев и смогли немного расслабиться. Тут не следовало ждать Анны с ее подругами, страждущими заполучить в свои цепкие лапки бесхозного владельца дома на улице Алых Роз.

– Я хотел с тобой поговорить, – начал разговор Стюарт, открывая бутылку бурбона, затем разлил по стаканам напиток – на пару пальцев, как положено. Друзья чокнулись. Выпили.

– О чем? – Рик прислушался к ощущениям. Хорошо пошло.

– Идиотизм, конечно, но мне не нравится то, что происходит в последнее время, – Стюарт наполнил еще по трети стакана. Рядом возник официант, сгрузил на стол с подноса закуски и удалился, подхватив со стола ненужную друзьям пепельницу.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился Рик. Стюарт обычно не ходил вокруг да около, он всегда выкладывал все начистоту. Только один раз он так мялся и мямлил – когда повстречал Анну, а их обоих отправили в Нерейду. Вот тогда было весело за ним наблюдать! – Ты с Анной разводиться собрался что ли? Допекла? Не дури, где ты еще вторую такую женщину найдешь?! Она тебя любит, хоть и пилит постоянно. Мне тоже от нее перепадает.

– Вот уж не думал, что ты будешь так защищать мою жену, – хмыкнул Стю. Его серые глаза зажглись весельем.

– Потому что если ты кого еще встретил, то это просто мимолетное увлечение, пройдет, – отрезал Рик. – Не стоит из-за какой-то юбки разрушать такую семью! Она ж к тебе в Нерейду прилетела и по границам шаталась. Погулять – погуляй, дело обычное, но не вздумай разводиться!

– Я передам Анне твою пламенную речь, – заржал Стюарт. – Не собираюсь я Анну бросать, сдурел что ли?

– Пошел ты, – не остался в долгу Рик. – Чего тогда мнешься?

– Да не хочу идиотом выглядеть, но придется, как мне кажется, – друзья опять чокнулись, выпили. По третьему стакану выпили молча, не чокаясь, поминая про себя всех своих боевых товарищей и просто друзей, что не вернулись из полета или с задания. Такова у пилотов была традиция.

– Говори, чего уж теперь, – Рик поправил съехавший ворот футболки, что военные носили под кителем. Хвала всем богам, что они сегодня были в повседневной форме, а не в парадной, а то упарились бы давно!

– К тебе никто не подходил со странными разговорами? Из Академии или из числа наших бывших сослуживцев? На тему законности прав Ее Величества и Ее способности управлять страной?

– Нет, – признался Рик. – А кто к тебе подходил?

– Вильям Молс, помнишь его? В снабжении всегда служил, ты еще как-то раз ему чуть по голове не настучал, когда у тебя ботинки на учениях разлетелись на первом же километре кросса, – вновь засмеялся Стю. Ему-то было тогда весело. Не он же босяком пробежал пятьдесят километров по пересеченной местности!

– Помню, – усмехнулся Рик, вспоминая свою беззаботную молодость и первое назначение в Первый отряд Фритауна. – И чего он хотел?

– Мы встретились случайно на днях на аэродроме, я заходил к ребятам. Пока их ждал, пошел наших пташек проведать, – рассказывал старый друг. – Пока любовался на своего красавца, из-за крыла Молс и вынырнул. Слово за слово, перекинулся разговор на политику и на весенние события с нашим бегством из Керши, на королеву, а потом он и спросил, каково мне было узнать, что я чуть ли не погибель Розми спасал от смерти. Я ошалел от такого вопроса, тогда он и начал излагать свою точку зрения: у Ее Величества нет прав на престол, т. к. жив ее кузен. Да и по розмийским традициям, женщина не может занимать престол – мозгов у нее нет, а Ее Величество еще ребенок. Править будет ее муж. А муж ее будет, скорее всего, иностранцем, тогда и начнется засилье иностранцев. Или же Алсултан власть захватит – ее мать ведь дочь императора Алсултана, вот тому и подарок – внученька на троне.

Стюарт зло опрокинул стакан, закусил. Продолжил:

– Потом разговор перешел на то, что Лоуренс жив, а он мал еще, его надо растить и воспитывать, и сделать это должен регент. Но кто был бы лучшим регентом? Был бы им человек взрослый, мужчина, знающий как управлять страной и обладающий достаточным разумом, который никогда не допустил бы иностранцев к власти.

– Я бы ему уже по роже съездил, – заявил Рик, не особенно стремившийся скрывать свой горячий норов.

– Это ты зря, господин будущий генерал, – покачал блондинистой головой Стюарт. – Надо всегда человека до конца дослушать. Отвечать при этом никогда не обязательно, довольно только кивать в такт его словам. Только так и тогда ты сможешь узнать, к чему в итоге тебя пытаются склонить и что вообще хотят сказать. Это же информация, Рик! Что ж ты такой прямолинейный?!

– Зато ты у нас любитель заговоров. А если бы кто слушал вас? Тебе бы не только Миранда за такие разговоры светила, но и увольнение! – возмутился Рик.

– Зато у меня теперь достаточно информации.

– Какой? – скептически хмыкнул полковник. – Ты знаешь только, что придурок из снабжения с тобой болтал на политические темы. Просто болтал. Излагал свои мысли. Это не заговор. Это размышления вслух, которым сейчас предается половина Розми.

– Или это начало заговора, ты так не думаешь? – спросил друг. – Они вполне могут сейчас искать сообщников. Иногда стоит дать людям высказаться.

– Стоит, – согласился Рик. – Но у нас нет никаких доказательств. Это на данном этапе лишь разговор несчастного толстяка из снабжения. Не более того.

– Надо подождать и посмотреть, что будет дальше, – предложил Стю. – Все заговоры начинаются с таких вот мелочей. Поверь, Анна мне многое об этом рассказала. Она знает толк в заговорах, уж тут ты можешь не сомневаться.

– Ну, я в этом плане профан, – признался Рик. – Но с тем, что что-то, возможно, намечается, я согласен: на днях Констанция Лаввальер проболталась о том, что у господина Нила Адриана Роуза намечается в конце месяца огромный прием, куда приглашены все значимые люди Фритауна и не только. Этот господин Роуз – бастард Кристофера VIII. Может быть, у меня просто начинается паранойя, но вполне возможно, что эти события как-то связаны, – Рик тоже выпил свою порцию бурбона. – Я случайно услышал разговор двух ребят из нашей группы. Они обсуждали права Ее Величества на трон, в их разговоре мелькнуло имя господина Роуза. К сожалению, я не все слышал, а они, когда заметили меня, сразу же сменили тему, что меня и насторожило. Так бы я не предал значения их разговору.

– Ты пойдешь на этот прием? – удивился Стюарт.

– Что ты, меня не приглашали. А тебя?

– Нет, конечно же. Зато туда пойдет мой обожаемый тесть, возможно, и Конни… Она тебя не просила сопроводить ее на этот бал? – расплылся в хитрой улыбочке друг.

– Я отказался, сославшись на занятия, – еще более коварно улыбнулся Рик. – Я знаешь ли, давненько не видел мероэ… Заходил неделю назад в храм Лоули, жрицы сказали, что мероэ Оэктаканн улетела на архипелаг Амазонок, но скоро вернется. Хочу ее увидеть. Надо поговорить о Ее Величестве. Мне кажется, что Ее Величество прямо брошена на произвол судьбы, мы с тобой не появляемся, хоть она и приглашала нас на виллу «Белая Роза»[39]39
  Вилла «Белая Роза» – резиденция королей во Фритауне. Она располагается за городом, на побережье моря Ожиданий, построена была после переноса столицы из Ариэль во Фритаун.


[Закрыть]…

– В прошлый ее визит во Фритаун мы были не транспортабельны, – напомнил Стюарт.

– Вот и я о том же говорю: бросили королеву одну. Как посылку доставили до места назначения, а ведь она просила нас приехать. Надо бы хоть жриц рядом с Ее Величеством держать, а то ей и поговорить не с кем, – честно выразил свои мысли Рик.

– А еще ты, небось, хотел бы возобновить ваше знакомство с мероэ? – хитро улыбнулся Стю.

– А это останется только между нами, – ухмыльнулся Рик. – Но подозрительные разговоры пошли. Может быть, это действительно начало заговора, а может, и нет. Надо немного подождать. В конце концов, у Ее Величества есть генерал Бодлер-Тюрри, он должен за такими вещами следить, и это его обязанность – не прохлопать заговор.

– Он прохлопал убийство всей ее семьи, – напомнил Стю.

– Давай соберем еще немного фактов, а то будем выглядеть обычными стукачами и придурками, – предложил Рик. – Я постараюсь мыслить как генерал, а не лейтенант. Ты меня убедил, – горько вздохнул он.

Кажется, счастливые деньки, когда он мог себе позволить жить сегодняшним днем и не задумываться о политике, которую ненавидел искренне и от всей души, прошли вместе с полетами. Впереди мерещилась какая-то липкая мерзость и неизвестность. И ему предстоит в этой мерзости ковыряться, чтобы выполнить клятву, данную старому королю.

2

С момента знакомства Рика Увинсона с Констанцией Лаввальер прошло уже три месяца, а как казалось самому Рику – чуть ли не половина его жизни. Ведь эти месяцы полностью изменили его жизнь и продолжали вносить в нее свои корректировки.

Рик был вынужден признать у девушки не только наличие вкуса и стиля, но и мозгов, которые, согласно незыблемым традициям Розми, упорно скрывались всеми представительницами слабого пола от мужчин. Констанция была прелестна и обладала неподражаемым шармом и очарованием. Она прекрасно осознавала свою красоту и умела ею пользоваться, завораживая всех мужчин, которые оказывались в поле ее зрения. При этом она умела казаться такой неприступной, что даже самые строгие матроны и сплетницы полагали ее очаровательным и невинным ягненком. Одним словом, у госпожи Лаввальер была репутация истинной леди, которая могла бы стать женой любого достойного джентльмена.

Предложения руки и сердца ей сделали чуть ли не все самые достойные холостяки Фритауна и не только. Было несколько предложений руки и сердца из других городов Розми. Конни оставалась неприступной. Она желала выйти замуж не только за богатого джентльмена, но и за красивого мужчину, который привлекал бы ее и вызывал острую зависть всех женщин от мала до велика. Именно жгучую зависть, чтобы она могла спокойно считать соперниц жалкими неудачницами. И, конечно же, у этого человека должны быть грандиозные перспективы в будущем, он должен был быть принят в Замке Королей и молод к тому же. Обязательно молод! Молод, красив, с блестящим будущем и богат!

Рик Увинсон подходил под все требования прекрасной Конни Лаввальер. Ее родители были полностью согласны с дочерью, а Анна Грейсстоун с подругой.

Констанция предложила несколько дизайн-проектов убранства дома Рика. Анна что-то дополнила, от чего-то отказалась, закупила мебель, после преображения дома госпожа Грейсстоун увлеклась перепланировкой парка вокруг дома Рика, к чему вновь привлекла Конни. И как-то так получилось, что Конни начала постоянно находиться поблизости от Рика. А сам Рик постепенно начал входить в блестящее общество владельцев огромных состояний, сначала благодаря приглашениям Анны, потом как спутник Конни, а теперь его стали приглашать и принимать в домах, с хозяевами которых он знакомился на приемах. Люди видели в нем перспективы, хорошего человека, героя и того, кого возвысила сама королева, что затмевало в глазах многих все остальные заслуги Рика.

Впрочем, Рик изо всех сил пытался отбрыкиваться от светской жизни, лишь изредка выбираясь на различные мероприятия, куда его чуть ли не на веревке тащили неугомонная Анна или ловкая Конни, пускавшая в ход самые разные женские уловки.

Никаких нежных чувств полковник Увинсон к госпоже Лаввальер не испытывал, хотя девушка не могла не вызывать чисто эстетический восторг своей красотой, элегантностью, утонченностью, мягкостью и прекрасными манерами. Она словно бы сошла с картинки модного журнала для женщин, где рассказывалось, какой должна быть настоящая леди и особенно жена будущего генерала.

Да, и командиры Рика уже не раз намекали, что ему придется, хочет он того или нет, иногда появляться на официальных мероприятиях, и светское общество не даст ему покоя (уже не дает, что поделаешь!). Он обязан укреплять правильный образ жизни общества, где ценится семья, где у генерала ДОЛЖНА быть жена. Ее наличие отличает его от простого лейтенанта!

Это Розми, здесь семья – святое!

Генерал ВВС Розми обязан быть женат!

И Рик понял, что может сколько угодно бороться с врагами Розми, но его друзья просто не дадут ему жить спокойно и беззаботно, как раньше, если он не женится. Так принято. И сколько ты не иди против правил, как делал всю жизнь, но иногда нужно и сыграть по ним, и тогда ты сможешь жить свободно дальше.

Конни же была как раз во вкусе полковника: блондинка с ярко-голубыми глазами. Она излучала необыкновенное обаяние, а когда улыбалась и на щеках у нее появлялись ямочки, то устоять перед ее взглядом становилось просто невозможно!

Со временем Рик прекратил избегать общения с подругой Анны. И даже принял приглашение ее родителей на один из приемов, куда пришел в сопровождении Грейсстоунов (семья родителей Анны была очень дружна с семьей Лаввальер), где произошло официальное знакомство полковника Увинсона и семьи Констанции.

В общем, Рик пришел к выводу, что из этого знакомства может что-то получиться, и милую элегантную госпожу Лаввальер стоит рассматривать как один из вариантов будущей госпожи Увинсон, если Рик все же решится связать себя с кем-то брачными узами, на что он еще не был готов. Если этот брак состоится, то будет он браком по расчету, и верным мужем Рик никогда не станет, но в высшем обществе иное случается не так часто. Оба супруга получат то, что хотят: Рик жену, которая станет прекрасным украшением его гостиной, Констанция – сделает блестящую партию. Любовью тут и не пахнет.

Стюарту хватило ума и силы воли держать в узде свой язык, на который так и лезли напоминания о том, что его друг совсем недавно орал: он никогда не женится! Стю молчал. Анна, понимая, сколь хрупки имеющиеся успехи в деле женитьбы строптивого Рика, молчала также, только старалась приглашать Конни почаще к себе домой, когда там появлялся Рик.

3

Изольда готовилась к балу очень тщательно. Еще никогда она так не переживала по поводу своего внешнего вида, уверенная, что всегда выглядит несравненно и прекрасно. Но сегодня был особенный день: сегодня на бал в честь дня рождения ее матери, Генриетты, должен был прибыть Нил Адриан Роуз, человек, которому прекрасная Изольда пока заочно дала согласие на брак.

Изольда не питала никаких иллюзий относительно любви, которая может неожиданно вспыхнуть к совершенно незнакомому ей человеку. Она просто не верила в любовь и была напрочь лишена всяких романтических бредней своих ровесниц и их младших сестер. Изольда знала, что бывает страсть, бывает здравый и трезвый расчет, и на них может держаться брак. В браке может присутствовать уважение, если повезет, или некая привязанность, но выгодный брак не подразумевает под собой любви. Как чувство, любовь может быть и существует где-то, в чем девушка крайне сомневалась, но ей не место в супружестве, которое является одной из форм сделок. Изольда жила в свое удовольствие, зная, что однажды ей придется связать себя с кем-нибудь сильным, способным принести ей власть, и, как она надеялась, не особенно противным. Возможно, этот час настал.

Девушка надела шелковое голубое платье, которое струилось по ее фигуре и заставляло трепетать мужчин, давая разгуляться их фантазии. Платье подчеркивало все изгибы ее молодого прекрасного тела, и в то же время скрывало все, что положено скрывать. Именно такое сочетание доступности и недосягаемости сводило с ума кавалеров похлеще глубоких декольте. В маленьких ушках Изольды сияли благородные сапфиры, а на тонкой шее устроился темно-синий сапфир в обрамлении бриллиантов. Красавица аккуратно вытянула несколько смоляных прядей из высокой прически, и улыбнулась своему отражению в зеркале.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Войди, – крикнула девушка. На пороге появился Вильям. Как всегда глубоко поклонился и улыбнулся своей госпоже.

– Вы прекрасны, моя госпожа, – с обожанием пробормотал негр.

– Думаешь? – Изольда несколько раз повернулась перед зеркалом.

– Несомненно.

– Нил и Дарел прибыли уже?

– Да.

– Хорошо, я спущусь. Как думаешь, я правильно поступаю?

– Наши знакомые подтвердили слова жреца. Для вас этот брак может стать реальным шансом получить если не трон, то стать со временем королевой-вдовой и матерью кронпринца, – ослепительно улыбнулся Вильям.

– Хорошо. Сегодня я встречусь с Нилом. Если он мне покажется умным и стоящим человеком, я предложу ему огласить помолвку.

– Вы решили, что скажете вашей матери?

– Какая разница? Она никогда не сможет ничего мне противопоставить, тем более, сегодня тут будет присутствовать Исайя, жрец Сета, который нам так помогает. Он поймет, что это – шанс. Что ты можешь сказать об этом Ниле? – Изольда добавила к драгоценным цветам в прическе еще несколько крошечных сапфировых незабудок на шпильках.

– Насколько я понял, моя госпожа, – Вильям склонился в почтительном поклоне, – Нил Роуз действительно является бастардом Кристофера VIII, он родился уже после смерти его жены. Кристофер VIII всегда относился к своему незаконному сыну с вниманием и не оставил без денег и образования, его братья и король Джонатан также не забывали о господине Роузе, – раб подал своей госпоже хрустальный фужер с шампанским. Продолжил. – У Нила Роуза есть свой большой дом во Фритауне на Абрикосовой улице, подаренный Кристофером VIII своей любовнице, когда та родила ребенка. Господин Роуз владеет небольшой, но очень доходной компанией, которая предоставляет посреднические услуги для производственных компаний, работающих на военную промышленность, а также занимающихся поставками кое-какого оборудования, электроники и обеспечением армии и полиции. Конечно, можно работать напрямую с министерствами, но там довольно высокий конкурс и уже хватает тех, кто в этом бизнесе давно и у кого кровь почище с точки зрения пришельцев. Господин Роуз же пользуется своими связями в военном министерстве и полиции, которые у него появились вследствие происхождения, и помогает заключать договора на поставки и разработки. Доход у него не очень большой, но стабильный. Он получает денежную ренту от короны, которую назначил ему его отец пожизненно, отменить ее может только измена или предательство Розми и короны. У господина Роуза есть пакет акций двух банков и крупной телефонной компании. Совокупный доход господина Роуза достоин внимания.

Изольда вернула Вильяму пустой фужер, еще раз повернулась перед зеркалом, взяла флакон духов, аккуратно дотронулась крышечкой с духами до шеи под ушками, до запястий, потом поставила флакон на место.

– Продолжай, Вильям, – попросила она.

– Насколько удалось установить, господин Роуз богат не столько финансово, сколько богат связями в нужных нам кругах. Он не был женат, детей и наследников не имеет. О его происхождении осведомлены все, кто его окружает, поэтому тут не должно возникнуть никаких сомнений, – негр подал госпоже кольцо с сапфиром. – В свое время Кристофер VIII настаивал на том, чтобы его сын, пусть и бастард, избрал военную карьеру, поэтому господин Роуз отслужил в армии пять лет. Он имеет офицерский чин старшего лейтенанта, получил его как раз перед отставкой. Связи с друзьями по службе продолжает поддерживать. Сейчас же его друзья или уволились из армии, или же уже дошли до среднего командного звена.

– Хорошо, – Изольда присела на пуфик перед зеркалом. – А что ты можешь сказать о жреце Дареле? И об их знакомстве?

– Дарел Паул Нотингейм – младший сын генерала Вереса Нотингейма, бывшего командующего Северо-восточным военным округом. Тот ушел в отставку лет пятнадцать назад. По имеющимся у нас сведениям, Дарел Нотингейм младший ребенок генерала, пользовавшегося довольно грозной славой среди своих сослуживцев, полагавших его очень суровым командиром. С отцом Дарел Нотингейм почти не общается, т. к. пошел против его воли и стал жрецом Крома. Отец настаивал, чтобы мистер Дарел стал военным, как и все его шесть братьев, – усмехнулся Вильям. – Господин Нотингейм принадлежит к верхушке жрецов Крома, к высшему Кругу Посвящения, какая у него там ступень – это мы установить уже не смогли.

– А сколько лет знакомы Дарел и Нил? Откуда появилась идея женитьбы и регентства? Кто из них инициатор? – Изольда перебирала костяные гребни, лежащие на туалетном столике перед зеркалом. – Ты это узнал? Какие отношения связывают этих двоих, раз Нил Роуз посвятил господина Нотингейма в свои планы?

– Насколько сумели узнать наши знакомые, моя госпожа, – вздохнул Вильям, всем видом показывая разочарование в их нерасторопных знакомых, – господин Роуз и господин Нотингейм знакомы около восьми лет. Где и как они познакомились – неизвестно. Они не друзья детства, у них не может быть общих деловых партнеров, у них почти нет общих знакомых. Возможно, их связывают какие-то общие интересы, которые пока невозможно проследить, но это должны быть довольно доверительные отношения, раз они посвящены в тайны друг друга. Это все.

– Ну, что же, Вильям, остальное мы узнаем со временем. Это шанс, и его надо использовать, – девушка улыбнулась самой очаровательной из своих улыбок, поднялась с пуфика и направилась к двери. – Да будет на то воля Сета, – она глубоко вздохнула и словно бы прыгнула в холодную воду – окунулась в новую жизнь.

Изольда и Вильям росли вместе с рождения. С самого детства у них сложились очень доверительные отношения, наверное, – а знай об этом мать Изольды, она бы сошла с ума от ужаса, – для прекрасной Изольды Вильям был единственным другом. Для своей госпожи Вильям способен был сотворить все, что угодно, даже умереть.

Когда Изольда училась в школе, она обучала чтению и письму своего друга детства. Потом он сам стал читать ее учебники, и в результате получил неплохое школьное образование. Когда девушка поступила в университет, избрав своей специальностью политику, Вильяма забрал ее отец – мятежник, за которым гонялась РСР по всей Розми и за ее пределами. Именно у него Вильям и научился очень многим вещам, которым не обучали никого из прислуги. И именно Вильям принес в дом Изольды весть о гибели ее отца.

После этого друзья детства стали вовсе неразлучны. Вильям как нечто само собой разумеющееся воспринял то, что его госпожа стала последовательницей культа Сета, и также принял доктрину Тьмы, служа не столько богу Тьмы, сколько своей госпоже. Поэтому ничего удивительного не было в том, что пронырливый и специально обученный раб умел доставать необходимые сведения о тех, кто интересовал его госпожу. И пользовался ее полным и безоговорочным доверием. Кстати, некоторые связи с подпольем у Изольды появились не без помощи ее верного слуги.

Изольда слетела вниз по парадной лестнице как раз вовремя: ее ухажеры и кавалеры уже забеспокоились, что прекрасная госпожа Блустар может не выйти к гостям. Они толпились у подножия лестницы, поглядывая наверх, а в дверях большого парадного зала стоял Дарел, рядом с ним находился высокий красивый мужчина с львиной гривой каштаново-рыжих волос. Мужчина был очень приятен на вид, а дорогой и элегантный вечерний костюм ему удивительно шел. Девушка сразу же поняла – это и есть господин Роуз.

Пролетев прекрасным недосягаемым видением через ряды восторженных поклонников, изящная и гибкая госпожа Блустар подошла к Дарелу, очаровательно улыбаясь.

– Ваша милость, рада приветствовать вас в моем доме. Надеюсь, вам нравится прием? – Изольда была чуть ли не на голову выше жреца, но ей казалось, что это он смотрит на нее сверху вниз.

– Госпожа Блустар, – маленький жрец изящно поклонился, – прием великолепен. Ваша матушка не оставляет меня и моего друга своим вниманием, что очень мило с ее стороны. Однако, позвольте представить вам моего друга, господина Нила Адриана Роуза.

Изольда обольстительно улыбнулась, протягивая руку для поцелуя господину Роузу. Тот так же обольстительно улыбнулся в ответ, сверкая карими лучистыми глазами, склонился к ее руке.

– Госпожа Блустар, – произнес он низким бархатным голосом, – очень рад нашему знакомству. Вы покорили мое сердце с первого взгляда.