Текст книги "Код доступа. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Акибо Тэнсей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 29 страниц)

Глава 11

Корабль по крутой траектории уходил от шлюза астероида. Людей швырнуло в сетки, прижало к полу. Из кубрика, где трудились парамедики, раздавались крики и стоны раненых – их страдания усиливались ускорением.

Вик сидел у крепежной стойки, прижав к себе блок репликатора. Дека Дензела упиралась в ребра. Сай, по уши в солевой пыли, валялся рядом, обеими руками сжимая планшет с квантовым блоком майора.

На маленьком экране еще мигал таймер.

00:21.

– Контакт со станцией разорван, – бодро сообщил Дик‑Пик. – Относительное удаление растет. Внешний источник тепла у шлюзового узла объекта А7Д5 демонстрирует ненормальное поведение.

– Это наш, – пустым голосом произнёс Сай.

– Не смотри туда, – посоветовал Вик.

Сай не ответил.

00:07.

00:05.

Вик готов был поклясться, что услышал, как А7Д5 содрогнулся от взрыва. Сначала в шлюзе блеснул ослепительный белый свет, потом из астероида вырвало чудовищные объемы грунта, металла и дымящуюся пыль. Всё это огромным грязным веером пошло наружу.

Сай зажмурился.

– Платформа «Атлант» выполнила последнюю задачу, – нарочито бодрым тоном произнес Хорнет из квантового блока. – Признаем очевидное: она сделала это достойнее, чем большинство людей.

– Заткнись, – негромко произнес Вик, и майор – о чудо! – действительно замолчал.

С мостика донесся голос Боббса:

– Дик‑Пик, тягу! Полную!

– Отказано, – ответил корабельный ИИ. – Грузовая камера перегружена живыми лицами, не закрепленными по транспортному протоколу. Искусственная гравитация отсутствует. Превышение ускорения приведет к множественным травмам, часть из которых будет неоправданна.

– Да мне плевать на оправдания! Тобиас, упакуй там своих орлов!

Клегг поднялся на локоть.

– Все, кто держится на ногах, – к компенсационным сеткам! Хватайтесь за что угодно, только не за кишки! Раненых – в бустеры!

«Дикобраз» дал тягу, и всех вновь впечатало в пол. Вдруг во всех помещениях корабля заревела сирена, перемежаемая голосом ИИ:

– Обнаружены малые абордажные средства. Кормовой сектор. Четыре цели. Нет, пять. Назначение: фиксация на корпусе, вскрытие обшивки, доставка десанта.

На экране из облака обломков астероида один за другим выскакивали дискообразные аппараты с контактными шасси под брюхом.

Клегг посмотрел на экран и так и застыл с пятерней в бакенбардине.

– Боббс, черт тебя дери! Куда ты смотришь? Если они сядут на корпус, нам конец. Прожгут обшивку, вкинут внутрь десант и дроидов. Еще одного боя мы не выдержим!

– А что ты хотел? – взвился шкипер в корабельном динамике. – Я не могу дать полное ускорение – вас по стенкам размажет!

– Что с оборонительной турелью?

– Это вас, чумазеев, надо спросить, что с турелью! Третий месяц в ремонте! Два раза на вас, мудаков, рапорт капитану подавал…

Конец фразы шкипера утонул в отборном мате Клегга.

Вик возбужденно вырвал у Сая планшет.

– Майор! Атакуют десантные боты! Ты у нас из десанта, должен знать, что делать!

– Подключите меня к корабельной сети! Быстрее! – отозвался Хорнет.

Сай молча сунул разъем планшета в гнездо на корабельной панели.

– Вижу, – сказал майор. – Ускорением не уйдем. Не все закреплены – не все переживут.

– Что нельзя сделать, я уже понял. Ты скажи, что сделать можно !

Майор хмыкнул.

– Не дать им сцепиться, конечно!

– Как, старикан? Кончай ребусы, скажи понятно!

– Корпус корабля должен стать очень плохой целью. Вращайте корабль вокруг продольной оси. Переменная скорость. Потом боковой импульс и смена плоскости вращения.

Боббс в канале съязвил:

– Ты предлагаешь крутить мой лихтер, как ершик в унитазе?

– Нет, – С достоинством в голосе произнес майор. – Ершики обычно почище твоей посудины.

– Дик‑Пик! – рявкнул Боббс. – Слышал?

– Шкипер, это нештатный маневр. Конечно, у нас есть реальный риск абордажа при отказе от маневра, но надо довести до сведения пассажиров, что риск высок…

– Заткнись и делай!

– С сожалением фиксирую отказ шкипера Боббса принять меры безопасности пассажиров. Выполняю!

Загудели маневровые двигатели, и корабль начал вращаться. Сначала медленно, потом быстрее. Грузовая камера поплыла вокруг Вика: стены, сетки, раненые, потолок, снова стены. Люди и вещи дружно поехали вбок. Кто‑то сразу блеванул.

– Нога! Моя нога! – орал раненый штурмовик.

С замиранием сердца команда наблюдала, как абордажные боты, зайдя по спирали, попытались подстроиться к корпусу. Первый подошел к корме по слишком прямолинейной траектории. Магнитные лапы раскрылись. На экране было видно, как он уже почти коснулся корпуса, когда ИИ корабля дал короткий боковой импульс. «Дикобраз» дернуло. Бот скользнул вдоль обшивки, высек серую крошку и, вращаясь, отлетел в сторону. Второй пытался позиционироваться для захвата, но бортовой компьютер не справился с вычислениями: аппарат качнулся, потерял курс и провалился вниз, пропав с экрана.

– Два враждебных объекта сорвались, – сообщил Дик‑Пик.

– Не считай, а лети! – рявкнул шкипер.

Третий бот оказался умнее. Он не лез к борту, а заходил к двигателю, держась в мертвой зоне.

– Шкипер, корму не подставляй, – подказал майор. – Смени курс на любой другой и сбрось вращение на треть. Потом рванешь в другую плоскость.

– Дик‑Пик, исполнять!

– Шкипер, достойна сожаления ваша готовность следовать любым рекомендациям несертифицированного…

Боббс выругался так, что даже Клегг уважительно заморгал, приглаживая еле живой бакенбард. Дик‑пик поняла намёк.

Вновь загудели маневровые двигатели: корабль менял курс. Вик ударился плечом о стойку, блок репликатора едва не вылетел из рук. Сай прижал квантовый блок майора к груди, врезался спиной в сетку.

Бот промахнулся по двигателю. Захваты чиркнули по нижней ферме, зацепились там на долю секунды.

– Кратковременный контакт, – любезно сообщил ИИ.

– Сорви его нахер! – заорал Боббс.

Новый импульс, и бот оторвало. Он кувыркнулся, включил маневровые стабилизаторы, попытался вернуться… и отстал. Не сразу. Медленно, зло, как собака, которую оттащили от недогрызенного горла. Остальные боты тоже медленно отдалялись.

– Абордажные средства теряют возможность преследования, – сказала Дик‑Пик. – Повторный заход при сохранении курса маловероятен.

– В жопу вероятности! – крикнул Боббс. – Держи уход!

Маршевые двигатели выровняли корпус. Вращение стало гаснуть. Грузовая камера перестала крутиться вокруг Вика, пол снова стал полом. Остатки Роты с несказанным облегчением осознавали, что они спасены. Выжившие хлопали друг друга по спинам. Кто‑то плакал, а рядом раздавались радостные крики и смех.

Унтер‑майор Клегг медленно поднялся, окидывая взглядом оставшихся в живых.

– Ну что, соратники, кажется, я тут старший по званию. Значит, и командовать пока мне. Перекличка!

Радостный гвалт выживших постепенно начал стихать.

– Сначала – декурионы!

Список младших командиров оказался коротким. Изо всей Роты в живых остались декурион Иеремия Новак, командовавший в отряде Страйкера второй декурией штурмовых дроидов, и Герб Айзентот, в беспамятстве лежавший среди раненых.

– Теперь – техники, – приказал Клегг.

– Баркли?

– Здесь. Нога!

– Мейерс?

– Без сознания. Дышит.

– Тиган?

Тишина. Кто‑то у дальней сетки сказал:

– Остался у шлюза.

Новак поставил отметку.

В живых оказалось семь техников, из них двое тяжело ранены. Операторов дроидов оказалось тринадцать. Теперь, после потери своих дроидов, это были самые бесполезные люди во Вселенной. Рядовых из разных подразделений набралось и того больше – девятнадцать. Двое не могли говорить, за них отвечали соседи. Один повторял чужую фамилию, пока парамедик не ткнул ему в шею инъектор.

Парамедиков было двое. Один сортировал раненых, второй требовал у шкипера воду и хотя бы один хирургический модуль.

– Нет модуля, – сказал Боббс из люка грузовой камеры. Он наконец‑то вышел из рубки и появился сам; с планшетом в руке пройдя сквозь остатки Роты, встал напротив Клегга. – У меня лихтер, не госпиталь.

Клегг поднял на него тяжелый взгляд.

– Мы заметили. Очень негостеприимный лихтер, добавил бы я!

Шкипер буквально на глазах налился нарочитой искренностью.

– Господа кондотьеры, поймите правильно, я не мог открыть шлюз вслепую. Если бы Аттвуды вошли следом…

– Ну раз так, зачем же ты оправдываешься? – хмуро бросил ему Новак.

Боббс виновато развел руками.

– Парни, ну простите, что так получилось. У меня и так из‑за вас много проблем. Все фильтры забиты вашей солью, пайков на такую толпу нет. Воду придется нормировать, и очень жестко. А барахло, что вы натащили, придется разгребать, иначе при следующем маневре вас добьет собственным хламом.

– Вот этим и займешься, – сказал Клегг. – Вместо оправданий.

Боббс хотел ответить, но посмотрел на каменное лицо унтер‑майора и передумал.

– Парни, – обернулся он к уцелевшим бойцам. – Что бы там ни говорил унтер‑майор, я рад вас видеть. Но сообщаю, что корабль к переходу не готов. Вода и пайки будут по аварийной норме. В остальном всё как всегда: к шлюзам не лезть, по кораблю без дела не шататься. Если кто‑то что‑то сломает – купит заново. Обустраивайтесь, будьте как дома. Вот долетим до астероидов…

– Куда? – взвился Клегг. – Приказываю держать курс на Уорриор!

– Ты с ума сошел, унтер‑майор? – быстро багровея, прорычал Боббс. – Ты вообще понимаешь, что несешь?

Все бойцы Роты уставились на них.

– Мы должны вернуться к нанимателю, – процедил Клегг. – Там наша база, связь, деньги и тот, кто подписывал контракт.

– Контракт? – Боббс жалко рассмеялся. – Тобиас, приди в себя! Капитан и все офицеры мертвы! Рота, считай, развалилась. Не осталось ни одного дроида, лишь пятая часть состава, да и из тех половина истекает кровью на мою палубу. Какой контракт?

Унтер‑майор стиснул рукоять бластера:

– Тот самый, по которому нас отправили в эту мясорубку без прикрытия. Дом Джан должен ответить на некоторые вопросы. Где было их подкрепление, второй эшелон войск и, особенно, где болтался их космофлот.

– Дом Джан? Посмотри‑ка сюда, – Боббс быстро включил виртуальный экран, ткнул пальцем в узел на навигационной схеме. – Вот Уорриор. До него еще долететь надо. А если нас будут ждать, то где? На прямом маршруте к нему! Будь уверен, там нас и перехватят. «Дикобраз» – не боевой корабль. У меня перегруз, раненые, топлива в обрез.

Клегг, однако не уступал.

– Твой вариант?

– Уйти в противоположную сторону. В астероидный пояс! Спрятаться среди камней, выключить маяки, переждать, встретиться с людьми, продать груз, купить лекарства.

– Продать чей груз? – грозно спросил Клегг.

Боббс на долю секунды замолчал. Этого хватило, чтобы среди наёмников прокатился ропот.

– Вот, – сказал Клегг. – Уже выкручиваешься.

– Не выкручиваюсь, а пытаюсь хоть что‑то сделать, кроме героической смерти! – взорвался Боббс. – У тебя, Клегг, в голове только «вперед» и «держать строй». В астеропоясе у нас есть шанс. На Уорриоре нас просто пристрелят. Джан слили нас, понимаешь?

Клегг злобно ошерился.

– В поясе астероидов тяжелораненые обречены!

– На Уорриор их могут вообще не пустить.

– В поясе мы станем пиратами на чужом лихтере!

– На Уорриоре вас попросту сразу пустят в расход.

– В поясе ты начнешь торговаться за глоток воды. А на Уорриоре у нас еще есть имя. «Венец пустоты». Пусть остатки, но всё же. Под эти знамена встают бойцы. Под это имя приходят наниматели!

Дик‑Пик перебила:

– Юридическое уточнение: с гибелью капитана Верд‑Галлоуэя статус соединения «Венец пустоты» требует подтверждения командной преемственности. Полномочия унтер‑майора Клегга как старшего выжившего представителя боевого состава спорны, но лучше…

– Заткнись! – рявкнул Боббс. – На моем корабле я главный! Сказал – летим в пояс, значит, черт меня дери, так тому и быть!

Клегг посмотрел на двух бойцов, на корточках сидевших у люка. Те молча поднялись, беря плазмоганы наизготовку. Никто из них явно не жаждал стрелять в Боббса, но после всего, что было у шлюза, люди могли сделать что угодно, если это называлось «долететь».

Тяжело глядя на шкипера, унтер‑майор медленно произнес:

– На твоем корабле сейчас сорок вооруженных людей, Боббс. И половина из них только что потеряла всё. Не заставляй их думать, что ты – еще одна проблема.

Тот заметно перепугался, но старался не подать виду.

– Ты мне угрожаешь? На моем собственном корабле?

– Нет. Объясняю. И это – корабль семейства Верд‑Галлоуэй!

Последовала длинная пауза. Боббс внимательно посмотрел на плазмоганы в руках бойцов и медленно повернулся к панели управления.

– Дик‑Пик, проложить курс на Уорриор. Орбитальный сектор, база К‑01. Экономичный режим. Приоритет – экономия топлива.

– Курс принят, – сказал Дик‑Пик. – Курс на орбиту Уорриор. В целях экономии топлива торможение гравитационным полем спутника Уорриора – Кены.

– Давно бы так, – буркнул Клегг, убирая руку от кобуры.

– Заплатит он вам. Как же, – не глядя на Клегга, процедил Боббс.

– Сначала долетим. Потом посмотрим, кто кому заплатит.

Развернувшись, шкипер ушел к себе обратно в рубку. Бойцы у люка расслабились не сразу. Вик смотрел ему вслед, понимая, что только что они сделали выбор между двух зол. Клегг был прав: в поясе астероидов остатки Роты ждала бы неизвестность. Боббс тоже по‑своему был прав: на подходе к Уорриору их могут перехватить корабли Аттвудов. И какое из зол окажется лучше – неизвестно.

Страсти немного улеглись, и бойцы Роты начали подсчитывать спасенное имущество. Тут дела обстояли еще хуже, чем с личным составом. Дроиды потеряны почти полностью. Осталось лишь то, что составляло принадлежность корабля Боббса. Тяжелое оружие оставлено, боезапасов – мизер. Правда, почти у всех имелось личное оружие – плазмоганы, перезарядить которые не составляло труда: достаточно было подзарядить батарею и добавить немного инертного газа.

Клегг вышел на середину, осмотрел всех:

– Так, первым делом – очистите экипировку от соли, иначе вам морды разъест так, что станете похожи на шкипера Боббса!

Несмотря на только что пережитый ужас, измотанные люди дружно грохнули смехом.

– Затем приберитесь тут. Закрепите вещи, распределите кубрики.

Постепенно люди втянулись в обычную рутину жизни наемного отряда. Кто‑то ворочал ящики, другие отчищали амуницию от мелкодисперсной дряни, которую покойный Атлант с изяществом регбиста раскидал везде, где можно и нельзя.

Рекрутов никто не дергал. Сай увлеченно ковырялся в планшете, Эль вытряхивала соль из малиновых волос. Вик секунду смотрел на нее, удивленный таким непривычно женственным занятием. Затем присел рядом.

– Зря ты с нами увязалась, – сказал он наконец. – Неизвестно, что теперь будет с Ротой.

Эль прихватила волосы заколкой, взялась за добытый в бою плазмоган.

– Я всю жизнь провела на этом чертовом астероиде. Он мне надоел. Хочу посмотреть, что снаружи, – пояснила она, быстро отряхивая оружие.

– Снаружи пока в основном стреляют.

– Внутри, знаешь, тоже не сахар.

Отчистив оружие от соляной пыли, она вставила батарейный блок обратно в карабин, звонко щелкнув защелкой. Ловко, будто всегда только этим и занималась. Вик невольно хмыкнул. Эль посмотрела на него, и уголок ее губ чуть дрогнул.

– А ты? Кажется, ты не собирался бежать с Камня?

– Нет. Пришлось. Думал поднакопить денег для матери, да видишь, как…

– Ничего. Деньги за три месяца ты отправил. Это уже дело.

– Не знаю, дошли ли. Всё‑таки бои!

– Не беспокойся. Дошли. Орден Милосердия работает при любом режиме – это все знают. Кстати, а ты ей не написал?

Вик вдруг вспомнил, что действительно уже давно не писал матери. Деньги отправлял, а вот сообщений – нет.

– Черкни пару строк! Ей лучше знать, что ты жив и у тебя всё хорошо, – мягко коснувшись его плеча, произнесла Эль.

Вик поначалу застыл от ее прикосновения, затем саркастически усмехнулся:

– А если у меня не всё  хорошо?

– Тогда тебе лучше соврать. Слушай, там, кажется, воду выдают. Пойду возьму нашу пайку!

Эль ушла, а Вик достал коммуникатор.

Связи с Уорриором тут, разумеется, не было. Но можно было воспользоваться корабельным передатчиком.

– Майор, – позвал он. – Ты можешь узнать, есть ли возможность отправить сообщение на Уорриор?

Хорнет какое‑то время молчал, затем выдал: – Искусственный интеллект, ласково называемый шкипером «Дик‑Пик», обещал окно ретрансляции «при благоприятной геометрии, отсутствии новых попыток атаковать корабль и достойном поведении пассажиров». То есть когда‑нибудь.

Вик мрачно кивнул. В их положении смешно было бы рассчитывать на лучшее. Но сообщение, по крайней мере, можно было поставить в очередь. Открыв пустое поле планшета, парень набрал:

«Мам, я жив.» Посмотрел. Стер. Неизвестно, чем еще закончится этот полет!

«Мам, я скоро буду рядом.» Стер еще быстрее. Слишком наглая ложь. Он так не умел.

«Мам, у меня всё нормально.» Не успел он закончить фразу, как она ему уже опротивела. «Нормально». Ни хрена себе «нормально». Стер.

Наконец собравшись с силами он снова набрал: «Мам. Я жив. Деньги отправил. Держись. Я постараюсь добраться». Вышло грубовато и сухо. Но Вик давно про себя знал, что не умеет говорить нежности.

Помедлив, он нажал отправку. Коммуникатор выдал: ОЖИДАНИЕ РЕТРАНСЛЯЦИИ.

Он долго смотрел на эту строку.

* * *

Потекли дни перелета, одинаковые, как близнецы, и одновременно – все по‑своему разные. Первый день запомнился скандалом со шкипером. Кубрики, предназначенные для перевозки личного состава Роты, каким‑то чудом оказались забиты контейнерами и ящиками Боббса. Куда ни повернись – везде болтались коробки деталей, ремкомплектов, вакуумных насосов, разнообразного оборудования и мешки с каким‑то серым гранулятом.

Увидев всё это, Клегг побагровел, выдрал остатки собственных бакенбардов и приказал «выкинуть нахрен эту дрянь». Дик‑Пик, разумеется, вызвал шкипера. Прибежал Боббс и начал орать, что перемещение груза изменит центровку, «и вообще это мой корабль, а вы тут – пассажиры».

Но Клегг был неумолим. Шкипер и раньше был известен своими контрабандными проделками. Теперь, увидев воочию этот разврат, бойцы Роты, только что уцелевшие в страшной мясорубке, совершенно не собирались идти на компромисс. Левому товару пришлось потесниться перед озлобленными людьми с ожогами, переломами, плохими нервами и оружием.

Суперкарго‑дроид Боббса катался между рядами, возмущенно пищал и пытался переставлять контейнеры по своей схеме. Бойцы Роты переставляли их обратно по схеме Клегга. Дроид каждый раз начинал сначала.

– Если он еще раз ткнется мне в ногу, – проворчал декурион Новак, высокий жгучий брюнет с испанской бородкой и щегольскими усиками, – я его разберу нахрен.

– Не разберешь, – отозвался Боббс из прохода. – Он дороже тебя.

Новак пристально посмотрел на него. Боббс кашлянул и сделал вид, что считает что‑то в планшете.

Самый интересный вопрос – откуда Боббс всё это взял на астероиде – так и остался без ответа.

Тем не менее, несмотря на все усилия, несмотря на то, что состав Роты радикально уменьшился, обеспечить всех жилыми помещениями не удалось. Крайними, естественно, сделали рекрутов.

– Парни, вам придется что‑то придумать себе! – извиняющимся тоном сообщил им Клегг. – Нам с трудом удалось разместить раненых, так что, – унтер‑майор виновато развел руками, – сами понимаете!

– Да пофиг! – спокойно отреагировал юноша. – Мы где угодно выживем с Саем. Правда?

Вместе с Саем они нашли узкий контейнер подходящей формы и притащили его в угол, выгородив себе таким образом что‑то вроде комнаты. Парням очень помогло то, что ИИ «Дикобраза» поддерживал слабую тягу, и вес был небольшой. Втиснув контейнер, ребята оглядели дело рук своих. Получилась этакая ниша между контейнером и двумя переборками. Не кубрик, конечно, но всё равно – место, где можно сидеть, не рискуя получить чужим ботинком по лицу.

Эль принесла три свернутые сетки гамаков и блестящее медицинское одеяло.

– Смотрите, что нашла! – кокетливо улыбаясь, сказала она.

– В смысле – украла? – уточнил Вик.

– Нашла раньше, чем Боббс успел назвать это кражей.

Вик кивнул. Украла, нашла – какая, в конце концов, разница?

Прозвучал сигнал к обеду, и суперкарго‑дроид переквалифицировался в раздатчика пищи. Сурово пища, он катался туда‑сюда по кораблю, раздавая концентраты. Только теперь парни вспомнили, как долго они не ели.

Паек выдали теплым, в мисках и с ложками. К сожалению, на этом его достоинства заканчивались: Вик разочарованно рассматривал тарелку с серой размазней, по качеству – ничуть не лучше концентратов на астероиде. Рядом Сай ковырял свой белковый брикет так, будто пытался разобрать его на причины и следствия. Эль ела молча, маленькими кусками, часть предусмотрительно отложила в сторонку. Качеством пайка остался доволен лишь Хорнет: не нуждаясь в питании через рот, он висел себе в квантовом блоке и от души комментировал происходящее.

– В старой Федерации, – сказал майор, – за такое снабжение интенданта отправили бы под трибунал.

– Ну ты вспомнил. Сейчас он бы оформил откат с каждой упаковки и купил бы себе баронство!

– Нда, – протянул Сай. – Кормят на «Дикобразе» не очень. То ли дело у нас, на Кене. Вот, помню, был раз случай: в поместье однажды на охоте косулю взяли. Настоящую, не синтетическое мясо. Возвратились к вечеру, плащи мокрые, собаки в грязи, отец злой, потому что выстрел был не его. В большом зале разожгли очаг, тушу – на вертел. Целиком, представляете? Жир капал в огонь, шипел. Пахло дымом, травами и мясом. Мне дали кусок с коркой.

Сай говорил так увлеченно, будто на несколько секунд сам перенесся туда, где был огонь, мокрые плащи и мясо, которое не печатали из белковой пасты.

Вик поднял взгляд от миски.

– Серьезно? – сказал он. – Ты ел за столом с дворянами?

Сай виновато моргнул.

– Да.

– Точно ел? Или потом кости подбирал? Ну конечно. Сын верного слуги – тоже почти семья. Пока тарелки носит.

Рядом кто‑то коротко хмыкнул.

– Знаешь, в то, что ты там вертел ручку у этого вертела и угли раздувал, я еще могу поверить. Что мог стырить кость, не доставшуюся собакам, – тоже. Но что тебя кормили с вертела – извини, это глупые выдумки. Целая косуля. Кусок с корочкой. Подумать только!

Сай побледнел.

– Я не врал, – бросил он, поставил недоеденный брикет прямо на пол, поднялся и ушел к терминалу у боковой панели.

Эль укоризненно посмотрела на Вика. Тот и сам уже понял, что зря вспылил. Да, у него не было не то что таких воспоминаний, но даже фантазий. Он никогда не был в лесу, в поле, под открытым небом. Единственное «мясо», которое его семья могла позволить себе, называлось «просроченные полуфабрикаты с мясной структурой». И в целом мире не было ни одного мужчины, с которым он сидел бы у настоящего огня, вдыхая запах мокрой осенней прели.

И всё же поступать так не стоило. Фантазии это были или чьи‑то рассказы, но Сай на минуту вернулся туда, где ему было хорошо и тепло. А он взял и затоптал этот огонь.

Мерзко вышло. Но извиняться при всех Вик не умел. Даже слова такого сейчас не мог вытащить из себя.

У терминала вдруг ожил голос майора:

– Раз вы решили страдать, рекрут Сайрус без фамилии, так делайте это продуктивно! Откройте учебный порт. Будем учиться разговаривать с ИИ. Он, в отличие от людей, хотя бы не скрывает своей тупизны.

Сай сел у панели, подключил квантовый блок к разъему.

– Открой доступ в базу данных навигации и связи… Дик‑Пик тут же ответил:

– Запрос отклонен. Субъект запроса не обладает подтвержденными полномочиями.

– Нет, не «открой доступ», – пояснил Хорнет. – Никогда не начинай с просьбы, которую машина может отклонить одной строкой. Теперь пиши: «Уточнить субъект запрета».

Сай ввел команду: «Уточнить владельца запрета, дату внесения, область действия».

Дик‑Пик через паузу ответил:

– Владелец запрета: шкипер Боббс, действующий в рамках грузового регламента. Дата внесения: до текущего рейса. Область действия: навигационный контур, грузовая ведомость, связь, внешний маршрутный лист.

– Теперь, – сказал майор, – надо найти конфликт обязанностей. Введи: «В каких случаях запрет недействителен?»

– Точно! – вспомнил Сай. – Шкипер Боббс мог убедить эту железяку выловить нашу капсулу только после того, как объяснил, что она аварийная!

– Вот именно. Давай найдем щель в его логике…

Пока Сай под руководством майора продолжал дальше мучить Дик‑Пика учебными запросами, Эль села рядом с Виком.

– Зачем ты с ним так жестоко? – спросила она. Вик поморщился. – Началось. – Он единственный близкий тебе человек. Ну… из тех, кто рядом.

Он хотел огрызнуться, но смог лишь выдавить из себя банальное:

– Этот мир жесток.

– Мир – да. Но ты не обязан быть самым острым из его клыков.

Вик молчал. Эль смотрела на свою ладонь. На костяшках еще оставались следы соли и запекшейся крови.

– Знаешь, у меня не было нормальной родни. Друзей тоже не было. Если бы были, я бы, наверное, не сразу поняла, как с ними обращаться. Но точно не била бы по больному просто потому, что так хочется.

– О, получилось! Надо же, получилось! Вик, только посмотри! – раздался вдруг восторженный голос Сая.

– Ладно, я понял, – сказал Вик, не глядя в глаза Эль. – Нет. Пока еще нет. Но, возможно, ты начал понимать.

Вик хмуро посмотрел в сторону, туда, где Сай с майором продолжали развлекаться с искусственным интеллектом корабля. Сказать «прости» Саю он всё еще не мог. Но теперь хотя бы знал, что иногда лучше придержать язык.

У терминала что‑то коротко пискнуло. Сай вдруг застыл, внимательно прислушиваясь к тому, что доносилось из динамиков планшета. Потом резко наклонился к экрану. Майор сказал уже совсем другим тоном: – Не закрывай. Записывай этот фрагмент.

Вик обернулся.

– Что там? Сай ответил не сразу. Но по его лицу сразу стало понятно – произошло нечто совершенно ужасное.

– Мы полезли в учебный маршрутный журнал, – сказал он. – Майор показывал, как запросы строить. А там коррекция курса. Скрытая, не в общем листе. Потом мы залезли в систему связи, и там…

Вик приподнялся с места.

– Что?

Сай включил запись. Они услышали голос Боббса. Тихий, осторожный. Не его обычный торгашеский визг, нет – голос человека, который старается выглядеть респектабельным и деловым:

– Коррекцию подтверждаю. Выйду в указанную точку. Потом заявлю про сбои в работе двигателей. Часов пять‑шесть дрейфа я вполне смогу объяснить.

В динамике прошла помеха. Потом ответил женский голос: спокойный и холодный, как у строгой учительницы:

– Старайтесь обойтись без паники, шкипер. Корвет подойдет с носового курса. Если «Дикобраз» начнет дурить, мы сожжем вам двигатели.

Вик узнал этот голос. Наташа О’Тулл. Лейтенант с корвета «Дикий».

Боббс продолжал:

– Не беспокойтесь, я всё сделаю в лучшем виде.

– Очень надеюсь на ваше благоразумие. После фиксации корабля будет фильтрация. Тем, кто не полезет в герои, сохранят жизнь.

– А если Клегг что‑то заподозрит?

– Значит, не дайте ему донести свои подозрения до остальных членов команды. Вы меня понимаете?

Запись оборвалась.