Текст книги "Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

Глава 26

– Поставили? – эхом отзываюсь я, – Как это возможно?

– Дело в том, мадам Легро, что я родом из Винлании, – говоря об этом, Сигурд невесело усмехается. Его лицо мигом становится жёстким, а глаза – ледяными.

Весь его вид кричит о том, что с ним случилось нечто настолько ужасное, что он даже не хочет вспоминать о своем прошлом.

– В Винлании я был советником по военным делам старого правителя, еще до прихода Аскелата, – поясняет он, чем ввергает меня в состояние, близкое к шоку.

Первая моя мысль, что он решил поиздеваться надо мной. Потому что… разве такое возможно? Обычный невольник вдруг оказывается советником правителя целой страны?

С другой стороны, перед глазами тут же всплывает воспоминание о нашей с ним первой встрече у Фабьена Морана.

Тогда он прямо сказал, что умеет не только считать, что нельзя было назвать особой редкостью даже среди крестьян, но и знает грамоту, чтение, военное ремесло. А последними пунктами мог похвастаться далеко не каждый человек.

Тем более, я до сих пор не могу забыть с какой легкостью Сигурд сражался против разбойника на лошади, который едва не отправил меня на тот свет. Даже будучи израненым, он бился с ним спокойно и непринужденно, будто для него этот бой был мало того, что тренировочным, так Сигурд еще и заранее знал чем он закончится.

Такими навыками и выдержкой не овладеть будучи простым солдатом.

– Что же с вами произошло? – ошарашенно интересуюсь я.

Свен мрачно смотрит вдаль, тяжело вздыхает и с явной неохотой рассказывает дальше:

– Как вы наверно знаете, нашего предыдущего правителя, Марса Кесара, нельзя было назвать достойным человеком. Но таковым он стал не сразу. Сначала нас постоянно изматывали напаения хъёрдгардских головорезов, а потом недоброжелатели вообще отравили его супругу. После этого, Марс как с цепи сорвался. Стал жестоким и беспощадным, даже в том числе и к своим собственным подданным. Я до последнего был рядом и надеялся его переубедить, вернуть того старого Марса, которого я знал, когда только пришел из королевской гвардии. И, хоть благодаря мне, удалось сохранить жизнь многим пленникам, которых Марс приговорил к казни, сейчас я уже не знаю сделал ли я правильный выбор, решив остаться с ним.

Свен делает паузу, а я замечаю в его глазах боль. Не знаю насколько близки они были с прошлым правителем, но похоже что Свен до сих пор близко к сердцу принимает то, что случилось с Марсом.

– Когда к власти пришел Аскелат, многие из тех, кто находился при дворе Марса, выступили против него. Они слишком опасались за собственные шкуры и рассчитывали как можно дольше оставаться у королевской кормушки. Тогда как Аскелат хотел изменить страну к лучшему, начав как раз со всех старых министров и дворян. Я же остался в стороне. Не стал ни поддерживать одних, ни подначивать других. Хотя, в душе я все-таки был на стороне Аскелата, так как понимал что без кардинальных изменений, Винлания не сможет двигаться дальше.

Если раньше у меня еще оставались крохотные сомнения на тот счет говорит ли Свен правду, то сейчас они развеялись как дым. Я допускаю мысль, что он мог все это придумать на ходу, но те эмоции, которые проступают у Свена на лице, когда он рассказывает о своем прошлом, не подделать.

– Но была одна проблема… – запинается Свен и я с замиранием сердца стискиваю кулаки.

Так и хочется спросить: “Какая проблема?”, но я опасаюсь этого делать, чтобы не сбить Сигурда с мысли.

– К моим словам прислушивалось слишком много людей, причем, не только в армии. Думаю, какая-то из сторон испугалась, что противник может воспользоваться мной, чтобы обеспечить себе преимущество. Вот только я не готов был сбрасывать Винланию в пламя гражданской войны. В итоге, сторонники Аскелата окончательно захватили власть и я думал, что на этом все закончилось. Но я ошибался.

На его лице снова появляется гримаса злобы и он продолжает, заметно распаляясь:

– Одним вечером на меня и сопровождающую меня охрану совершили покушение. С точки зрения нападавших все было выбрано идеально – место, время, не вызывающая подозрений форма винланских военных. Да и сами нападавшие были профессиональными и подготовленными. Все произошло настолько стремительно, что единственный вариант, который у нас оставался, это отступить на более удобную для нас позицию ближе к главному тракту и там дать бой. Что мы и сделали… и именно это нас и сгубило.

Сигурд переводит на меня взгляд, от которого я невольно вздрагиваю. Если раньше в нем отражалась боль и гнев, то сейчас там одна только пустота. Словно абсолютно мертвая земля, на которой ничего не растет.

– Сейчас я понимаю, что так и было задумано с самого начала… – глухим голосом рассказывает Сигурд, – Нам удалось отбиться, но в какой-то момент к ним присоединилось подкрепление, которое сразу же нас атаковало. Мы попытались прорваться, но сделать это удалось лишь мне одному. Все остальные мои товарищи к этому времени уже погибли. Я думал, что хуже этого быть уже не может, но тем же утром было объявлено, что я стоял за покушением на Аскелата. Потому что те, кого мы приняли за подкрепление, было его сопровождение.

Голос Свена затихает, а он сам тяжело качает головой.

– Понимаете, да? Сопровождение, одетое в ту же форму, что и люди, которые на нас напали. В довесок, на месте нашего сражения нашли какой-то кинжал, который по слухам может убить дракона. А выжившие соратники Аскелата под присягой заявили, что видели его у меня в руках. После этого, мне оставалось только бежать из страны.

– Ужас… – только и смогла выдохнуть я.

Мне искренне хочется сказать Сигурду что-нибудь ободряющее, но я попросту не нахожу для этого нужных слов. Не удивительно – ведь я не могу себе представить через что он прошел. Гибель верных людей, опала, побег. Какие тут уместны слова поддержки?

Впрочем, сейчас не менее важным является объяснить Аскелату, что Сигурд на самом деле не преступник и все было совсем по-другому. Но сделать это можно только в том случае, если Сигурд знает ответ на самый главный вопрос:

– Вы знаете кто мог вас подставить? – облизав пересохшие от волнения губы, спрашиваю я.

Глава 27

– Это мог быть кто угодно, – кривится Сигурд, – Впрочем, это не тот вопрос, который должен волновать в первую очередь.

– И какой же вопрос должен волновать больше? – хмурюсь я, потому что не понимаю к чему он ведет.

Сигурд пристально смотрит мне в глаза и, понизив голос практически до шепотома, поясняет:

– Кто из ближайшего окружения Аскелата был в этом замешан.

От его слов меня пробивает морозный холод.

– Вы хотите сказать, что среди соратников Аскелата затесался предатель? – не могу сдержать ошарашенного вздоха я.

– Хочу сказать… – плотно сжимает губы Сигурд, – …что без помощи кого-то из его свиты тут дело не обошлось. У нападавших была свежая форма, они досконально знали окружающую местность, но самое главное, они знали о предстоящей поездке Аскелата, которая держалась от всех в тайне. Каждый их шаг был распланирован с точностью до минуты. Кроме того, без помощи со стороны дворца, вряд ли удалось бы добиться такого единения в показаниях оставшихся бойцов, которые якобы опознали в моих руках Ярость Преисподней.

Чем больше я думаю над этой ситуацией, тем больше понимаю, что Сигурд прав. Без содействия кого-то из приближенных Аскелата, этот план был бы обречен на провал.

– Но зачем нужны были такие сложности? – не понимаю я, – Только, чтобы вас подставить и выграть из страны? Что-то здесь не вяжется.

Глядя на меня, Сигурд вскидывает брови и с уважением кивает.

– Вы все правильно сказали, это слишком мелкая причина. Я думаю, что изначально это планировалось как переворот, в ходе которого одна ненавистная им фигура уничтожила бы другую. Не знаю, на что рассчитывали заговорщики. То ли, что я сам одолею Аскелата, то ли, что они добьют оставшихся в живых, но что-то в их плане пошло не так. Я смог вырваться и сбежать, а Геральт усилил личную охрану из числа приближенных гвардейцев.

– Почему, в таком случае, заговорщики не закончили начатое? – затрясла я головой, чувствуя как теряю контроль.

От всех этих дворцовых интриг голова натуральна шла кругом.

– У меня есть подозрения, что они пытались это сделать, но у них ничего не получилось, – задумчиво смотрит куда-то вдаль Сигурд, – Через некоторое время Хъёргард объявил вам войну и Аскелат собрал войска на границе наших земель, опасаясь, что враг может вторгнуться и в Винланию. Более того, со стороны Хъёргарда было много провокаций, которые Аскелат довольно мудро пресекал.

Сигурд на секунду замолкае, а потом уверенно кивает.

– Держу пари, за этими провокациями на самом деле могли стоять те самые заговорщики. Для них лучшего варианта, чем героически погибший на войне правитель, вряд ли можно придумать. Вот только, никакой войны так и не случилось.

– То есть… – чувствую, как сердце предательски замирает и падает к моим ногам, – …мсье Геральду до сих пор угрожает опасность?

– Я почти уверен в этом, – подтверждает мои опасения Сигурд.

– В таком случае, мы обязаны как можно быстрее предупредить об этом мсье Геральда, – забеспокоилась я.

– Поступайте, как считаете нужным, – болезненно кривится Сигурд.

Могу его понять – пусть не по своей воле, но Аскелат доставил ему столько проблем и страданий. Не удивительно, что Сигурд бы хотел вообще никогда не слышать этого имени.

Но и я не могу поступить по-другому. Не могу проигнорировать опасность, зависшую над Аскелатом. И дело даже не в моих надеждах на наше дальнейшее сотрудничество, ни в его дарах, а в том, что я ни за что не прощу себя, если ничего не сделаю. Хотя бы, просто не предупрежу его об опасности.

Хоть это и не вернет Сигурду его друзей и не отмотает обратно время, когда он был невольником.

Кстати, об этом.

– Мсье Сван, простите, пожалуйста, мою настойчивость, но вы так и не ответили на мой первый вопрос. Как вы попали к Фабьену Морану?

Сигурд мрачно ухмыляется и кидает на меня тяжелый взгляд изподлобья.

– Любите же вы давить на больное, мадам Легро, – неохотно отзывается он, чем заставляет меня чувствовать угрызения совести.

– Обещаю, это последний вопрос. Потом я сразу же уйду, – клятвенно положила я руку на сердце.

– После того, как меня обвинили в покушении, я залег на дно в отдаленном городке у мого старого товарища. Мы надеялись, что через некоторое время шум утихнет, но Аскелат взялся за меня серьезно. Количество поисковых отрядов только росло, и мы решили, что лучшим вариантом будет покинуть страну. В этом, кстати, нам здорово помогла война. Когда Аскелат сосредоточил основные части войск у границ с соседями, мы нашли торговца, который согласился тайно вывезти меня по морю на своем судне.

По лицу Сигурда снова пробегает тень гнева. Он стискивает кулаки и резко выпрямляется.

– В общем, тот торгаш оказался с гнильцой. Мало того, что забрал себе все мои деньги, так он решил выместить на мне все свои обиды за годы правления Марса. Когда мы уже подплывали к вашим берегам, он подговорил матросов, которые здорово отделали меня и связали. Ну, а потом он продал меня, как раба. Пока вы меня не выкупили, я сменил трех владельцев, из которых Моран был самым отвратительным из всех. Вот, в общем-то, и все. Теперь я здесь, и я надеюсь, вы сдержите свое слово.

Я благодарно киваю ему.

– Конечно, мсье Сван. Как я и сказала, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Более того, я надеюсь, что смогу добиться того, чтобы вы снова без страха за свою жизнь вернулись домой, – настолько искренне, настолько это возможно, отвечаю ему.

– Спасибо, я действительно рад это слышать, – впервый за все время нашего разговора на губах Сигрда появляется добрая улыбка, – Хоть я и считаю, что ваша доброта может выйти вам боком.

Если учесть, в каком положении я нахожусь сейчас, уже вышла. Но даже так я не собираюсь отказываться от себя и становиться такой же циничной и безразличной злодейкой, как мой муж.

Попрощавшись с Сигурдом, я тут же спешу обратно в особняк. Мне предстоит настолько важное дело, что я просто не могу доверить его кому-либо еще.

Потому что я, кажется, знаю как помочь Аскелату найти заговорщиков…

Глава 28

Дверь кареты распахивается и я вижу в проеме Геральда Аскелата, который стоит, почтительно протягивая мне руку.

– Осторожнее, мадам Легро, – бросает он мне, – Это старая дорога, тут полно выбоин. Я не хочу, чтобы вы покалечились.

– Вы очень любезны, мсье Аскелат, – сдержанно благодарю его я и принимаю его руку.

Его ладонь твёрдая, горячая и огромная, особенно по сравнению с моей, которая кажется на его фоне совсем крохотной.

Геральд пристально смотрит на меня, и я спохватываюсь, понимая, что он держит меня за руку непозволительно долго, хотя я уже выбралась из кареты. Чувствую, как кровь приливает к моим щекам и мягко высвобождаюсь.

Озадаченно осматриваю место, в которое я приехала. Мы стоим прямо у крыльца двухэтажного особняка. По обеим сторонам от входной арки сидят, ощерившись, два огромных чугунных грифона, а прямо над входом виднеется вензель: переплетённые между собой буквы Г и А.

Поместье можно было бы назвать изысканным, если бы не общий дух запустения, которым веет от величественных колонн, поросших вьюном и темных окон.

– Может, вы хотя бы теперь расскажете к чему была вся эта спешка и почему вы так настаивали, чтобы наша встреча прошла в условиях полнейшей конфиденциальности? – наконец, нарушает неловкое молчание Аскелат.

Все верно. Сразу после нашего с Сигурдом разговора, я лично связалась с Аскелатом, настояв, чтобы мы встретились как можно скорее в месте, где наш разговор никто не смог бы подслушать.

К моему удивлению, он без всяких вопросов принял мое предложение и назначил встречу через пару дней в своем старом особняке, что находится в Сорочьем Гнезде. Месте, которое расположилось едва ли не на стыке границ наших земель.

– Это идеальное место, где нам никто не помешает. Стены этого особняка защищены мощными родовыми заклятиями, так что даже если за мной кто-то увязался, услышать наш разговор они не смогут.

Его лицо выглядит еще более сосредоточенным а взгляд внимательным и оценивающим, отчего стоя рядом с ним, чувствую исходящую от Аскелата уверенность и силу даже более отчетливо, чем когда мы располагались в его дворце.

От этого, забывшись, заглядываюсь на него и, вспыхивая еще больше, но вовремя очнувшись, снова беру себя в руки.

“Успокойся, Диана!” – жёстко велю я себе, – “Сосредоточься на действительно важных делах!”

– Прежде всего, хочу выразить вам благодарность за то, что вы так быстро ответили на мое сообщение. А что касается причины такой конфиденциальности… у меня к вам есть важный разговор, который касается Сигурда Свена.

При упоминании этого имени, по лицу Аскелата пробегает тень

– Прошу за мной, – коротко кидает он мне, разворачиваясь в сторону входа.

Распахивает дверь особняка, кивком приглашая меня последовать за ним, после чего поднимается по парадной лестнице.

Мы проходим целую анфиладу пустых комнат, мебель в которых укрыта белыми простынями, и попадаем в просторную столовую, главным украшением которой является овальный стол, стоящий прямо посередине. На удивление, при всем своем запустении, в комнатах и на предметах практически нет пыли и паутины – будто за особняком кто-то исправно присматривает.

Тем временем, Аскелат отодвигает для меня стул и, дождавшись, пока я присяду на него, занимает место напротив. Ставит локти на столешницу и переплетает пальцы перед собой, не отрывая от меня напряженного взгляда.

– Итак, мсье Аскелат, я бы хотела вас предуп…

Внезапно, Геральт кидает взгляд на мои руки и недовольно хмурится. Его взгляд из настороженного становится недовольным и даже колючим.

– Смотрю, вы приехали без моего подарка, – заглядывает он мне прямо в глаза, – Правильно ли я понимаю, что вы решили не принимать его? И на то, чтобы вернуть Сигурда Свана я так же могу не рассчитывать?

Слова застревают в горле. С одной стороны, я не хочу обидеть Аскелата – ведь я понимаю, что его подарок вряд ли нес в себе какой-то особый подтекст. Но с другой, я, как замужняя женщина, не могла принять настолько ценный подарок от другого мужчины. Тем более, неженатого.

Однако, тот факт, что он связал отсутствие на моей руке браслета с моим неблагоприятным к нему отношением, меня задевает.

Именно поэтому, я прячу руки под столом и твердо отвечаю ему.

– Мсье Аскелат. Во-первых, я очень благодарна вам за этот подарок, но я не могу надеть его по одной простой причине. В глазах окружающих этот жест может быть истолкован превратно, что может породить ненужные ни для кого из нас слухи. А во-вторых, я прошу не делать поспешных выводов. Я действительно не готова согласиться на те условия, которые вы озвучили относительно мсье Свана, однако у меня есть другое предложение. И я очень надеюсь, что оно вас заинтересует. По крайней мере, тогда каждый из нас получит то, что ему так нужно.

– Прошу прощения, если как-то вас задел, – откидывается на стуле Аскелат, скрестив руки на груди, – Расскажите обо всем подробнее.

– У нас есть все основания полагать, что с изменниками каким-то образом связан кто-то из ваших близких подчиненных. Возможно, он разделяет их взгляды, а, может, просто делится некоторой информацией, но совершенно точно, вам не следует на сто процентов доверять вашему близкому кругу.

– В самом деле? – взгляд Аскелата становится еще более жестким, а в голосе прорезается недовольство, – Интересно, откуда вы получили эту информацию?

Чувствую, что мне физически сложно говорить с человеком, который заранее настроен против Сигурда и особенно остро реагирует на любые темы, связанные с заговорщиками. Однако, других вариантов у меня нет.

Делаю глубокий вдох, стискиваю под столом кулаки для храбрости и отвечаю ему, старательно игнорируя его болезненный сарказм.

– Мсье Сван изложил свою версию событий относительно вашего покушения. И я склонна верить, что его в этой истории подставили те же недоброжелатели, которые хотят избавиться от вас.

– Уж извините, но мне в это как-то не верится! – резко бросает Аскелат, обжигая меня ледяным взглядом, – Единственное слово правды здесь лишь в том, что среди моих подчиненных действительно завелся предатель. Недавно я обнаружил, что из потайного места, о котором знало небольшое число людей, пропала Ярость Преисподней. Именно для этого мне и нужен Сигурд! Чтобы он сдал всех своих подельников прежде, чем они снова попытаются мне вонзить его между лопаток!

Последние слова он гневно выплевывает и мне приходится приложить много усилий, чтобы продолжить разговор все тем же ровным спокойным тоном.

– К сожалению, это невозможно прежде всего потому, что мсье Свен не знает ничего больше того, о чем я рассказала вам.

– Тогда, стоит ли нам говорить о чем-либо дальше? – сжимает губы в одну тонкую линию Аскелат, а на его скулах играют желваки.

– Однако… – продолжаю я как ни в чем не бывало, – …у меня есть план как заставить действовать изменников так как это нужно нам, тем самым, выведя их на чистую воду.

– И какой же ваш интерес во всей этой истории? – меряет меня тяжелым взглядом Аскелат.

Облизываю пересохшие от волнения губы. Мы подбираемся к самому важному моменту нашего разговора. От того, какой ответ даст на мое предложение Геральт, будет зависеть буквально все.

– После того, как все заговорщики будут пойманы, вы снимите с мсье Свана все обвинения и, если он этого сам захочет, позволите вернуться на родину.

Взгляд Аскелата тяжелеет с каждым сказанным мной словом. Я чувствую как меня придавливает к стулу, но все равно через нервную дрожь держу спину прямо и не отвожу глаз.

– Это все? – угрюмо роняет Аскелат, – Вы ничего не попросите для себя?

– Этого вполне достаточно, – киваю я, – Ну, разве что, я очень надеюсь, что после этого торговые отношения между нашими землями смогут выйти на новый уровень.

Аскелат задумчиво кивает, пристально разглядывая меня. На его лице крупными буквами написано сомнение. Но, вместе с тем, я кожей ощущаю насколько сильно он хочет раз и навсегда разобраться с заговорщиками.

– Прежде, чем я дам вам окончательный ответ, расскажите о вашем плане подробнее, – цедит он сквозь зубы.

Глава 29

Геральд

Эта своенравная женщина не перестаёт меня удивлять! И каждый раз, когда я думаю, что она дошла до предела, Диана преподносит очередной сюрприз.

В этот раз она предлагает что-то совсем немыслимое. Когда я услышал её предложение, мне показалось, что она бредит. Но нет, Диана говорила абсолютно серьёзно.

Она предлагает мне, Геральду Аскелату, добровольно исполнить роль наживки, чтобы вывести на чистую воду заговорщиков!

Просто неслыханная дерзость!

– Что скажете, мсье Аскелат? – негромко спрашивает Диана, и её голос нежными серебряными колокольчиками разносится по пустой столовой, притупляя охватывающую меня ярость.

– Скажу, что ваш план безрассуден, – резко отвечаю ей, – Блее того, я поражаюсь вашей смелости и нахальству предлагать мне нечто подобное.

– И все же? – выжидающе смотрит она на меня, а я чувствую, как меня странным образом затягивает в бездонный омут ее чарующих глаз, – Это единственный способ заставить их действовать так, как мы сами этого хотим. Другого подобного варианта может и не быть.

– Да, но это сработает только в том случае, если Сван вас не обманул, – сухо бросаю я, – Потому что иначе, без охраны и вдали от дворца, я окажусь еще более легкой целью, чем обычно.

– Если вы не верите ему, то поверьте мне! – выпаливает она и, словно спохватившись, продолжает уже более ровным голосом, – Я позабочусь о том, чтобы мы совсем не остались без охраны. К сожалению, вашим людям доверять опасно, но в своих я уверена наверняка. Они смогут все подготовить должным образом.

Меня разрывают противоречивые чувства. С одной стороны, я до сих пор считаю, что Свен водит ее за нос. Возможно, с ее помощью он решил завершить начатое и повторить покушение. Но с другой, меня что-то останавливает от очевидного ответа.

То ни непоколебимая уверенность Дианы в собственных силах, то ли мое желание раз и навсегда покончить с заговорщиками, собравшимися у меня за спиной.

Чем я больше думаю над ее предложением, тем отчетливей понимаю, что готов согласиться на все, что она предложит. Это настолько на меня не похоже, что даже раздражает.

Почему-то это работает только с дианой и ни с кем больше.

А ее дерзость и непокорность только усиливают эти ощущения, как яркие специи, которые помогают привычному блюду раскрыться с новой стороны.

Не говоря уже о том, что у меня появляется смутное желание, чтобы наши встречи продолжались и проходили как можно чаще. Уже ради одного только этого, я согласен рискнуть.

– Хорошо, – наконец, киваю я, – В таком случае, я доверюсь вам, а сам сделаю все от меня зависящее, чтобы заговорщики проглотили наживку. Однако, если все действительно пройдет как надо, у меня тоже будет к вам одна просьба.

– Какая же? – Диана старательно, но совершенно тщетно скрывает свое ликование и я на секунду теряюсь, с наслаждением наблюдая за ней.

– Вы все-таки примите мой подарок и наденете его на следующую нашу встречу.

***

Диана

Всю обратную дорогу никак не могу выкинуть из головы наш последний разговор с Аскелатом. Он оставил после себя странное ощущение. Я одновременно и рада тому, что если все сработает, я помогу и ему и Сигурду, но с другой… С другой, меня поражает и в тоже время смущает его настойчивое желание заставить меня принять и надеть его браслет.

Как замужнюю женщину меня это не то, что беспокоит, но немного пугает и вгоняет в краску. Однако, если вспомнить моего так называемого мужа…

Как только мысли касаются Адриана, как по телу тут же пробегает дрожь, а на душе становится так паршиво, что хочется кричать.

Я изо всех сил желаю как можно быстрее вычеркнуть его из своей жизни. Тем более, что, взяв себе в жены Барбару, Адриан похоже вычеркнул меня из своей. Если ко мне так и не вернется магия, на что я даже не смею надеяться, то для него я буду не ценнее того же Пьера. Кучера, который недавно погиб во время нападения разбойников и о судьбе которого Адриан даже не поинтересовался.

Так стоит ли в таком случае так противиться подарку Аскелата?

Даже не знаю…

И, если честно, я не хочу пока об этом думать.

Как только возвращаюсь в Мрачные Топи, которые на контрасте с землями Аскелата кажутся еще более угрюмыми и безжизненными, ко мне тут же подбегает Огюст.

– Мадам Легро… – с обеспокоенным видом он подает мне руку, помогая выбраться из кареты.

– Что случилось на этот раз? – с замиранием сердца спрашиваю у него.

– Ничего такого, – мотает головой он, – Но крестьянки, которым вы дали личное задание, просили меня передать вам, чтобы вы навестили их так срочно, как это только возможно. У них к вам очень важный вопрос.

– Спасибо, я поняла, – киваю, – Сейчас я их навещу.

Три дня назад, сразу после того, как я отправила письмо с просьбой о встрече Аскелату, я действительно дала задание нескольким крестьянкам. Они должны были соткать и сшить для Адриана и Барбары комплект постельного белья.

От воспоминания о его письме у меня снова подкатывает к горлу неконтролируемый гнев. Будь моя воля, до конца пари Адриан от меня не получил бы ничего. Но угораздило же меня связаться с таким мерзавцем, который при любом удобном случае так и норовит выкрутить мне руки.

Фактически, он заявил, что если не будет постельного белья, то я не смогу выиграть пари!

Запрокидываю голову, чтобы не проронить слез, и часто дышу в попытке хоть немного притупить рвущуюся наружу ярость. Иногда мне кажется, что само пари для него ничего не значит. Ему не важно – смогу ли я справиться или нет, для него куда важнее, что пока я связана с ним этим прóклятым договором, у него появляются все новые и новые способы поиздеваться надо мной!

Ну, ничего. Я все равно не отступлюсь. Я восстановлю эти земли и уйду от него, навсегда забыв о времени, проведенном с ним вместе.

Когда я, почтительно постучав в дверь дома, где собрались ткачихи, вхожу внутрь, ко мне тут же бросаются встревоженные молодые девушки.

– Мадам… мадам… тут такое!

– Да, мадам, что нам делать?

– Можем это… или это! Что нам выбрать?

Наперебой перекрикивая друг дружку, они толкаются передо мной, и от их нестройного гомона у меня голова идет кругом.

– Так! – повышаю я голос, отчего они тут же замолкают, – Давайте по порядку. Что случилось?

– В общем… – берет слово девушка с длинными русыми волосами, собранными в толстый хвост и огромными голубыми глазами.

Кажется, ее зовут Виолетта.

– Как вы и просили, мы соткали и сшили постельное белье, но… – сбивается она и кидает растерянные взгляды на подруг, которые подбадривают ее кивками, – …в общем, наш хлопок не очень хорошего качества. Постельное белье из него получается довольно грубым. Поэтому, чтобы сделать белье более мягким, мы решили покрасить его. Как вы наверно знаете, краска из плодов алуаны делает волокна более гибкими. Правда, есть одна особенность…

– Какая же? – настораживаюсь я.

Виолетта отводит глаза и смущенно объясняет:

– Эта краска сильно красится. А у нас, как назло, осталась только синяя. Мы боимся, что тот, кто будет спать на этом белье на утро… проснется полностью синим. Что нам делать, мадам?