Текст книги "Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

Глава 13

– То есть, как это так – не продаётся? – упираю руки в бока, – Разве вы не занимаетесь торговлей невольниками?

– Верно! – скалится Фабьен Моран, – Но для этого, – он тычет пальцем в прикованного мужчину, – Я делаю исключение. Не продаётся! Точка! Можете сколько угодно хлопать вашими красивыми глазками, я на уступки не пойду!

Во мне вспыхивает негодование.

– Что же он сделал, раз заслужил такое наказание? – сухо интересуюсь я, глядя на невольника, который криво усмехается и роняет голову.

– Пытался сбежать, – недовольно бросает Моран.

По его виду и односложным ответам становится понятно, что Морана уже порядком утомили мои настойчивые расспросы.

– Если вам не известно, мадам Легро, побеги у нас жестоко караются, – после небольшой паузы все-таки отзывается Моран, – А он пытался сбежать не единожды. Не говоря уже о том, что подначивал к побегу остальных. Вдобавок, отправил в лазарет пятерых моих охранников. На это я закрыть глаза не могу, так что завтрашний рассвет окажется для него последним.

Краем глаза замечаю, как вздрагивает стоящий рядом со мной Фаваро и стискивает кулаки в бессильной злобе.

В памяти сразу же всплывает его собственная история, которая как две капли воды похожа на историю этого безымянного невольника. И, не смотря на то, что я вижу его в первый раз, мое сердце разрывается от жалости. Не только к приговоренному невольнику, но и ко всем, кого сюда привели..

– Раз уж вы не хотите его продавать, так позвольте мне задать этому невольнику пару вопросов.

Фабьен смотрит на меня с подозрительным прищуром, после чего нехотя кивает.

– Не знаю, зачем вам это сдалось, но валяйте.

Подхожу к невольнику, который с трудом поднимает голову, и я тут же понимаю, почему. Его лицо покрыто синяками, видя которые у меня в груди все закипает от возмущения. Это каким же негодяем надо быть, чтобы так издеваться над человеком!

Моран в моих глазах падает настолько низко, что мне хочется прямо сейчас развернуться и уйти прочь из его шатра, чтобы больше никогда с ним не пересекаться.

Единственное что меня останавливает – это необходимость привезти новых людей в Топи и разрывающая душу на куски жалость к человеку передо мной.

Из-за синяков, покрывающих его лицо, не сразу замечаю, что он явно не из нашего королевства. Кожа слишком светлая, другие черты лица и более яркие глаза.

– Скажи, что ты умеешь?

Он внимательно смотрит на меня, будто прикидывая, стоит ли говорить мне правду или же нет.

– Все, – с твердой уверенностью в голосе отвечает он, – Я обучен военному делу, умею читать, писать и считать. Знаю как обращаться с землей. Но самое главное, я не боюсь трудностей. Так что, могу вас уверить – я стóю десятка других невольников.

Мне сразу приходит в голову, что он запросто мог все это придумать. Но то, с какой твердостью в голосе он говорит, необыкновенным образом вселяет в меня уверенность в его словах. Более того, ей вторит и моя интуиция, которая буквально кричит, что этот невольник может стать моим незаменимым помощником в восстановлении Топей.

Выпрямляюсь, поворачиваюсь к Морану. Он мигом мрачнеет, словно уже предчувствуя то, что я хочу ему сказать.

– Мсье Фабьен, – твёрдо говорю я, тщательно следя за голосом, чтобы он звучал как можно более уверенно, – Если бы вы вдруг решили продать этого невольника, какую цену назначили бы? Я спрашиваю исключительно теоретически.

Тонкие брови сшибаются на переносице у Морана и он угрожающе рычит:

– Шутки изволите шутить, мадам Легро? Я же достаточно ясно выразился: он не продаётся! С какой стати я вообще должен продавать его вам, если у меня уже был тут один посетитель, готовый купить его за хорошие деньги, которому я сказал тоже самое?

– Может, потому что вы в первую очередь деловой человек? Или, например, потому что я могу предложить вам то, чего не предлагал никто другой.

– В самом деле? – на губах Морана появляется легкая ухмылка, – Даже интересно, что вы имеете в виду.

Эх, если бы не мое стесненное положение, все было бы куда проще. Но сейчас мне приходится на ходу придумывать такие варианты, на которые в другой ситуации я бы вряд ли пошла.

– Скажите пожалуйста, а каких именно невольников он подбивал на побег?

– Этих, – кивает Моран в сторону ряда невольников, стоящих напротив нас и напряженно прислушивающихся к разговору.

– Я правильно понимаю, что вы хотите казнить его в назидание? Чтобы больше никто из них даже не думал о побеге?

– Верно, – кивает Моран, – Когда остальные видят, как тот, кто нарушил самое главное правило, не понес наказание, а сохранил жизнь и даже, в вашем случае, получил свободу… – он тяжело качает головой, – Видите ли, тогда невольники рискуют стать неуправляемыми. Ведь у них пропадет кое что очень важное. Страх за собственную жизнь.

– Тогда, как вы смотрите на то, чтобы я выкупила их всех? – скрестила руки на груди я, твердо глядя в его глаза, но при этом чувствуя насколько бешено колотится в груди мое сердце, – В таком случае, вы бы избавились от целого ряда проблем. Казнив невольника, вы навсегда потеряете вложенные в него деньги. Я же предлагаю заплатить не только за него, но и за остальных. Тогда, вам бы не пришлось постоянно беспокоиться за то, что кто-то из них решится на новый побег или, что еще более ужасное, на месть вам за то, что сгубили их товарища. Ну и, конечно, вам не придется нести дополнительные расходы на охрану.

Моран запрокидывает голову и заходится долгим неподдельным смехом.

– Надо признать, вы умеете вести дела, мадам Легро, – отсмеявшись, он снова внимательно рассматривает меня с головы до ног, – Это было бы действительно интересное предложение, если бы не два момента.

– Какие же? – осторожно поинтересовалась я, тем не менее радуясь, что разговор сдвинулся с мертвой точки.

– Во-первых, вы сами недавно сказали, что у вас не хватит денег, чтобы выкупить всех невольников. Ну, а во-вторых, они только что отказались от вашего предложения. Как вы собираетесь решать эти проблемы?

Глава 14

– На самом деле, очень просто, – стараюсь выглядеть как можно более уверенно и непринужденно, несмотря на то, что на самом деле меня накрывает такое чувство, будто я толкаю неподъемный камень в гору, – Сколько вы хотите за них всех, включая его?

Киваю в сторону прикованного пленника, который не сводит с меня глаз.

– Думаю, раз такое дело, я не буду наглеть и назову вам сумму в десять тысяч франков, – отмахивается Моран, – Мне же лучше, если вы заберете их всех разом.

Хоть я уже и готова к подобному, но все равно от услышанной суммы у меня перехватывает дыхание. Это же без малого три месяца жалования для наемников!

Не говоря о том, что я просто не могу позволить себе такую сумму. Пять тысяч еще куда ни шло… ну, может, семь, хоть тогда у меня практически ничего больше и не останется… но десять!

Нет, это действительно слишком много.

– Могу предложить вам пять тысяч деньгами, а оставшиеся пять тысяч возместить своей каретой. Это парадная карета, которая сделана из дурианского дерева и расписана золотой краской. А запряжена она двумя чистокровными гамбурдинскими жеребцами. За все вместе вы можете выручить не меньше шести тысяч. Но взамен я прошу дать нам самую дешевую повозку и пару самых дешевых лошадей.

– Но мадам Легро! – ахает за спиной Фаваро, – В чем мы тогда поедем обратно?

Разворачиваюсь к нему и уверенно отвечаю:

– Напомню вам, что мы специально взяли с собой дополнительные кареты для наших новых работников.

Фабьер Моран усмехается и вопросительно приподнимает бровь.

– Хотите сказать, мадам Легро, что вы готовы уехать отсюда в одной карете с невольниками?

– В тот момент, когда мы поедем обратно, они будут уже свободными людьми, – возмущенно отзываюсь я, – Так что я не вижу никаких проблем в том, чтобы ехать обратно в их компании.

Тем более, что эта карета сама по себе вызывает у меня отвратительные ассоциации. От одной только мысли о том, что в ней Адриан со своей новой женой должны были куда-то там ехать, пока я тряслась бы в какой-нибудь повозке на пути в Топи, становится противно. Поэтому, рано или поздно, но я непременно избавилась бы от нее.

А так пусть она послужит благому делу. Не только освобождению пятидесяти человек, но и моему. Ведь сейчас я, по сути, мало чем отличаюсь от всех этих бедолаг.

Вот только, очень скоро все это изменится.

– И все-таки, вы очень странная, мадам Легро, – снова внимательно осматривает меня Моран, – В другое время, от такого бартера я бы отказался. Знаете ли, я не любитель промежуточных обменов. Но для вас я сделаю исключение. Хотя бы для того, чтобы посмотреть что из этого выйдет. Ведь у вас по-прежнему остается еще одна нерешенная проблема.

Да, он прав.

И эта проблема – невольники, которые боятся ехать в Топи.

Я делаю глубокий вдох и снова подхожу к невольникам. Смотрю каждому из них прямо в глаза и обращаю внимание, что уже не все из них отводят взгляд. Некоторые не просто выдерживают его, у них внутри чувствую разгорающееся пламя.

Больше всего, конечно, выделяется девушка, которая кидает обеспокоенные взгляды на прикованного невольника в дальнем конце шатра.

– Я повторю вам тоже самое, что уже говорила раньше. Если вы согласитесь на мое предложение, то получите не только свободу, но и наделы, которые будут кормить вас и ваши будущие семьи. Я понимаю ваши опасения по поводу набегов, но можете быть уверены в том, что я найду способ вас защитить.

Не надо обладать магическими способностями, чтобы понять что сейчас творится в головах этих людей. Смятение, замешательство, неуверенность. Чтобы я им там не обещала, а невольники уже привыкли к тому, что хоть и вынуждены каждый день выполнять изнурительную работу, но они находятся в относительной безопасности.

Я прикрываю глаза и прикасаюсь к груди. Мне невыносимо больно от собственной слабости, окружающей несправедливости и нерешительности невольников. Эта боль разрывает меня изнутри на части, заставляя меня сказать то, что я никому бы до этого не решилась бы сказать:

– Может, вам такое сравнение покажется кощунственным и оскорбительным, но я сама мало чем отличаюсь от вас. Меня тоже нельзя назвать свободной. Я скована мучительным контрактом со своим супругом и только выполнив его, я обрету свободу. И пусть эта задача кажется невыполнимой, я сделаю все что в моих силах, чтобы вырваться из этого заточения и никогда больше не жалеть себя. Поэтому, если вы согласитесь пойти со мной, я точно так же приложу все свои силы, чтобы ни один из вас не пожалел о своем выборе.

Меня колотит дрожь, а на глаза наворачиваются слезы. Почему-то возникает такое ощущение, что стоит мне только распахнуть глаза, как я увижу на лицах невольников глумливых ухмылки.

Но вместо этого…

– Я согласна! Тем более, я не смогу простить себе, если из-за моей трусости умрет хороший человек!

С удивлением распахиваю глаза и смотрю на того, кто это сказал. Взгляд сразу же натыкается на ту самую девушку, которая кидала обеспокоенные взгляды на пленника. Сейчас она стоит с решительным выражением лица и гордо вскинутым подбородком.

– Пожалуй, вы меня убедили, мадам Легро, – со смущенной улыбкой откликается тот самый невольник, который задавал мне вопросы в самый первый раз.

– Хорошо, я тоже готов доверить вам свою жизнь…

– И я!

Со всех сторон раздаются согласные выкрики и я вынуждена снова стиснуть кулаки, чтобы не выдать трясущиеся от волнения руки.

– Ну что, мсье Моран? – перевожу я взгляд на торговца, – Все условия соблюдены?

– Более чем, – довольно скалится он, – Мой помощник сейчас подготовит для вас все необходимое.

***

Солнце клонится к закату, когда мы возвращаемся к восточным воротам. Я чувствую себя донельзя вымотанной событиями этого трудного дня, но, в то же самое время, ощущаю невероятную гордость за саму себя.

Шутка ли! Договорилась с наёмниками об охране Топей по сходной цене, выкупила многообещающего невольника, и даже держалась на равных с торговцем, один вид которого внушал опасения. Но, самое главное, теперь у нас были работники. Много работников. А, это значит, что дело по восстановлению Топей пойдёт куда веселее.

Нет, раньше мне тоже доводилось вести переговоры. Темы были самые разные: от обеспечения поставок в другие наши поместья до земельных налогов. Однако раньше мои собеседники были совсем другими и непохожими на бандитов с большой дороги.

Вернувшись после Морана вместе с нашими новыми подданными к восточным воротам, я не могу сдержать разочарованного вздоха. Здесь нет ни Змея, ни его наёмников. Сердце сжимается в тревоге: неужели обманул? Но в этом нет никакого смысла, ведь я ему даже не заплатила денег вперёд! Может быть, объявился кто-то, кто переманил его, предложив условия получше?

Но не успела я окончательно пасть духом, как до меня доносится стук копыт множества лошадей. Резко оборачиваюсь и вижу, как из-за угла улицы вылетает целая кавалькада всадников, во главе которой скачет Змей.

На всякий случай отскакиваю в сторону, а он, поравнявшись со мной, натягивает поводья, и его лошадь, храпя и прядая головой, останавливается.

– Добрый вечер, мадам Легро! – обращается он ко мне, – Нижайше прошу прощения за опоздание, были кое-какие дела… мы готовы отправляться в Топи!

Перевожу взгляд на его спутников. Это крепко сбитые мужчины весьма угрожающего и угрюмого вида; у всех за поясами посверкивают сабли или короткие мечи.

– Благодарю, что явились, Змей, – коротко киваю я, чувствуя невероятное облегчение, – Что ж, следуйте за нами!

Змей кивает, и я ныряю в одну из карет, подготовленную для невольников. Всех их уместить в кареты не удается (да и я это предполагала, не зря же попросила у Морана телегу). Так что в этой карете еду я, Фаваро, бывший пленник, девушка, которая вызвалась помочь ему и еще пара человек.

В изнеможении я откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза.

***

До Топей мы добрались без приключений, правда, когда вечер уже плавно перетёк в глухую ночь. Всю дорогу я проспала, но, сон вышел рваным и неспокойным. Мучали неясные тревожные видения, из которых то и дело выныривал Адриан, обнимающий весело хохочущую и льнущую к нему Барбару. От их вида меня неизменно передёргивало, а сердце ныло от смутного нехорошего предчувствия.

Именно поэтому, когда мы въезжаем во двор поместья и я вижу Огюста, с перевёрнутым от тревоги лицом мечущегося у дверей, я замираю от ужаса. Неужели в наше отсутствие произошло что-то ужасное?!

Увидев нас, Огюст стремительно кидается к карете, заламывая руки. Я немедленно распахиваю дверь:

– Что случилось?

– Мадам Легро! – прерывающимся голосом выпаливает он, – Геральд Аскелат прислал ответное письмо! Но оно вам очень не понравится!

Глава 15

Адриан Легро

Уже давно стемнело, и опустилась ночь, а я лежу в кровати, уставившись в потолок. Сон отказывается приходить.

Прямо под боком спит Барбара, закинув руку мне на грудь, а ногу – поперёк живота. Инстинктивно скользнув рукой по её бедру, прикрываю глаза и погружаюсь в менее соблазнительные размышления.

Как бы я ни сопротивлялся, все мои мысли так или иначе возвращаются к Диане. И каждый раз, стоит только подумать о ней, меня тут же обуревает глухое раздражение и ненависть.

– Диана! – рычу я сквозь зубы и Барбара беспокойно ёрзает.

Именно из-за того, что моя первая жёнушка оказалась такой никчёмной, на меня и свалилось столько бед за последний год.

А ведь ей нужно было всего лишь слушаться меня во всем. Разве это так сложно? Разве я многого прошу? Просто молча кивать и выполнять все мои указания.

Но нет! Эта несносная женщина решила своевольничать!

Сам не замечаю, как стискиваю кулаки с такой силой, что ногти впиваются в кожу. Внутри всё клокочет, а в ушах настырно звучит её тихий голосок.

Лгунья! Какая же она лгунья! Вечно прикидывалась передо мной эдакой тихой скромницей, невзрачной мышью, вздрагивающей от любой тени. А сама только и ждала возможности нанести удар в спину.

И кому? Мне! Дракону, чье имя по важности лишь немногим уступает самому королю! Да она должна в ногах у меня ползать до скончания своей жалкой жизни и неустанно благодарить небеса за то, что я обратил на неё внимание.

На меня наваливается такое дикое раздражение, что стискиваю зубы до ломоты в скулаха. А ведь поначалу я ничего не подозревал! Только когда слуги донесли, что она шляется по хижинам какого-то вонючего отребья, у меня стали открываться глаза!

Мало того, что она, взяв в руки какого-то грязного вшивого младенца, вливала в него свою драгоценную живительную магию! Видите ли, какой-то плебей посмел пожаловаться ей, что его отродье помирает! Тьфу! Да пусть бы сдохли хоть десяток таких отродий, эти грязные крестьяне нарожают ещё! Невелика потеря!

Так после этого она еще и посмела перечить мне!

“Моей магии хватит на всех, – сказала она мне тогда, – У меня сердце кровью обливается, когда я думаю о том, как страдают эти несчастные. Пока я могу – я хочу помочь всем. Пожалуйста, пойми, Адриан, ведь это и твои подданные тоже. Если заботиться о них, то добро непременно вернётся десятикратно.”

Какое, к дьяволу, добро?! То, что они живут на моей земле, дышат моим воздухом и пользуются моим покровительством – уже самое величайшее добро!

А все остальное меня не касается.

Но только не Диану. Потому что, не смотря на мои запреты, все только продолжилось! Младенцы, старичьё, никчемные калеки… дошло до того, что Диана моталась по всем моим землям, а эти мерзкие отребья тянули и тянули из неё магию, которая должна была принадлежать только мне!

Дошло до того, что Диана принялась выхаживать домашнюю скотину и их вшивые огороды!

И все это в то время, пока я защищал интересы королевства на войне! Пока рисковал своей жизнью и сражался ради отбросов, которые отсиживались по своим лачугам!

Внутри всё уже не просто клокочет, а пылает. Не в силах оставаться на месте, вскакиваю и мечусь по комнате, рыча под нос проклятия в адрес Дианы.

Правда, все это не идет ни в какое сравнение с одной единственной вещью, из-за которой я и решил вышвырнуть ее подальше. Поначалу я хотел ограничиться Вороньими Скалами, но она сама подала идею насчет Мрачных Топий. И сейчас это место мне кажется даже более подходящим для такой жалкой идиотки.

После того, что она сделала, было бы лучше, если бы она осталась там навсегда.

Потому что так сильно перед королем меня еще никто не унижал!

Сразу после окончания войны, за мои заслуги король предложил организовать мой собственный орден из первоклассных воинов-драконов, которых я отобрал бы лично. Этот орден должен был стать верной гвардией его величества во главе со мной, тем, кто олицетворяет эту преданность. И нужно было всего ничего… чтобы живительная магия Дианы, которую я использовал на войне с помощью древнего обряда, стала достоянием ордена.

Иными словами, мы бы создали первый орден, члены которого обладали бы всеми видами магии. Проще говоря, обладали бы поистине безграничными возможностями. Ведь попросту не существовало бы зданий, с которыми бойцы ордена не были бы способны справиться. разведка, шпионаж, диверсия, защита и укрепление регулярных войск… да один член ордена стоил бы по силе десятка воинов!

От меня требовалось лишь повторить тот самый обряд и поддерживать передачу магии от Дианы. Но вместо этого, случилось то, от чего я до сих пор не могу прийти в себя!

У нее пропала магия.

Прямо после того, как она в очередной раз ослушалась меня. В то время как я был на судьбоносной встрече с королем, она втайне от меня поехала лечить крестьян.

Она отдавала себе отчет в своих действиях. Понимала, что идет против моего слова и все равно решилась на это.

После этого она заболела неизвестной болезнью. Той самой, которая высушила всю ее магию, превратив в жалкую ненужную оболочку, которая выводит меня из себя одним своим видом.

Я до последнего надеялся, что к ней вернется ее магия. Упрашивал короля повременить с орденом и выбрасывал десятки тысяч франков на ее восстановление. Но все лекари, все травники и алхимики как один только разводили руками.

Никто из них не верил в то, что магия к ней вернется.

Не поверил и король. Который решил оставить идею о создании моего ордена. И ладно бы только это. Но об этом он сообщил мне в письме. Не при личной встрече, как во всех решениях, которые так или иначе касались меня, а в чертовом письме!

Вдобавок, он стал отстранен со мной и все чаще отклонял мои запросы на аудиенцию.

И как после всего этого я должен был делать вид, будто ничего не произошло?

Тем более, что я должен был делать, когда эта никчемная дрянь захотела развода? Да еще так ультимативно, будто я не тратил на нее кучу денег! Нет уж, пусть для начала возместит мне хотя бы часть из них!

А чтобы она ничего не учудила, я приставил к ней управляющего, которого подыскала для меня Барбара. Впрочем, это не единственная причина почему я не отправил ее одну. Есть кое-что еще.

Кое-что очень и очень важное. От чего я пока не готов отказаться…