Текст книги "Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу (СИ)"

Автор книги: Адриана Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)

Глава 70

Я не могу отвести взгляда от его ладони. Потому что в этот момент понимаю, что в ней лежит не просто предложение о помощи. Это приглашение разделить с ним нечто большее, глубокую связь, исходящую из самой сути наших способностей.

Я глубоко вдыхаю, ощущая запах земли, травы и древесного дыма, окружающий нас. Король Леонард и его стража напряженно следят за нами, но в этот момент ничего больше не имеет значения, кроме моего решения. В моей голове на мгновение проскальзывает сомнение: правильно ли принимать такую силу от Аскелата, еще больше пользуясь его доверием и верностью?

Однако, его слова подталкивают меня и дают надежду. А еще, заставляют задуматься. Все это время я действительно была одна. Не смотря на то, что множество людей искренне пытались мне помочь, я будто отгораживалась от них, опасаясь, что они сделают мне больно. Как это уже однажды сделал Адриан.

Но, может, уже пришло время открыться кому-то еще? Разделить свою ношу с тем, кто искренне готов поддерживать меня, вместо того, чтобы продолжать все тащить в одиночку.

И я, наконец, решаюсь.

Я кладу свою руку в его. Тепло ладони Аскелата разливается по мне, и в этот миг я чувствую, как между нами возникает невидимая связь. Это словно погружение на недосягаемую для обычного человека глубину океана, в толще которого наша магия переплетается друг с другом в сложном, но чувственном танце.

Я закрываю глаза, позволяя себе утонуть в этом ощущении. Вначале я слышу лишь ритм своего сердца, но через несколько секунд чувствую, как по моим венам течет новая, неведомая ранее сила.

Магия Аскелата – неистовая, древняя, как сама земля. Она обволакивает меня, смешиваясь с моей собственной магией. Но она не просто усиливает ее – это именно что слияние двух стихий. Я чувствую, как его сила становится моей в то время, как Аскелат получает частичку моих способностей.

Это совсем не то, что я ощущала, когда Адриан проводил свой ритуал. Там вся магия выливалась из меня стремительным потоком, оставляя после себя лишь ощущение холодной пустоты. С которой я мирилась, даже не допуская мысли, что может быть как-то иначе.

Мир вокруг нас меркнет. Я больше не слышу разговоров и лязга доспехов наемников, не вижу разрушений. Вместо этого мои чувства обостряются. Я ощущаю каждую травинку, каждое зернышко, что скрывается в земле рядом с нами. Сама природа отзывается на наш с Аскелатом союз, будто долгое время жаждала этого момента.

В какой-то момент я понимаю, что сила почти переполняет меня и я позволяю ей вырваться наружу, направляя ее на исцеление Топей. Я чувствую, как магия устремляется из меня мощным потоком, уходя вглубь земли.

Почва под нашими ногами мягко подрагивает, словно оживая. Трава, которая была сожжена огнем, вновь пробивается к свету, но уже молодая, сочная и свежая. Пепел и грязь истаивают будто ночные сумерки после восхода солнца, а на месте разоренных земель, расцветают зеленеющие поля.

Воздух наполняется ароматом цветов и свежести. Я чувствую, как распускаются деревья, будто отвечая на мою магию. Их крепкие, полные жизни листья, листья трепещут на ветру.

Но на этом я не останавливаюсь, обращая свое внимание на тех, кто замер на грани жизни и смерти. Всего одно прикосновение к ним новой безудержной стихии, и их раны затягиваются, а сами люди приходят в сознании. С пораженными лицами они поднимаются на ноги, осматривают свои исцеленные тела и рассматривают все вокруг, не в силах поверить в то, что все это реально.

Тем временем, восстановленные поля которые уже покрылись изумрудным одеялом молодых ростков, на этом не останавливаются. Ростки быстро крепнут, вытягиваются ввысь и предстают полноценными стеблями, которые прогибаются под тяжестью висящих на них семян. Буквально в одно мгновение урожай, который мы считали потерянным, расцветает вновь и куда более богатый, чем раньше.

Когда бурлящий поток нашей объединенной силы, наконец, затихает, я открываю глаза и встречаю взгляд Аскелата. Его улыбка слегка утомленная, но полная теплоты. А в его глазах я вижу восхищение. Не только тем, что мы сделали вместе, но и мной. Моим характером, моей решимостью и стремлениями.

– Стало быть, это и есть твоя сила? – отвлекает меня задумчивый голос Леонарда, который с выражением нескрываемого удивления разглядывает расцветающие вокруг нас земли, – Теперь я понимаю, почему Адриан был настолько одержим ею. Твоя сила действительно впечатляет. Даже интересно есть ли у нее какой-то предел.

Слова Леонарда пронизывают меня холодом.

Я знаю, что хоть сейчас он и говорит обо мне с восхищением, но стоит только ему допустить саму мысль, что обладание моей силой сделает его еще более могущественным, как все начнется сначала.

Не говоря уже о том, что если он узнает о главном секрете моей силы – магическом источнике, который охраняла Селеста – как все может стать куда хуже. И тогда мне не поможет даже Аскелат.

Кто бы мог подумать насколько тонкой окажется грань между нашим триумфом и возможной бедой.

– Ну что, Леонард, ты доволен? – между тем, подает голос Аскелат, отвлекая внимание короля на себя, – Можем ли мы считать, что Диана выполнила свою часть договора? Если тебя все еще волнуют разрушенные дома, я готов оплатить их восстановление лично.

Король кидает на него мимолетный взгляд и отмахивается от предложения Аскелата, будто это нечто ненужное и мелочное.

– Не стоит. Теперь эти земли снова способны приносить пользу своему владельцу, – произносит он с легкой усмешкой.

А я встревоженно замираю, ощущая как на меня наваливается тревога.

Кого это Леонард подразумевает, говоря слово “владелец”? Самого себя или, может, Адриана?

Ведь если последнее, то все мои усилия окажутся напрасными, а жизнь жителей Топей превратится в еще больший кошмар. Учитывая, что Мрачные Топи стали неотъемлемой частью моей жизни, как и те, кто согласился остаться здесь, я просто не могу оставаться в стороне, когда решается их участь.

– Ваше Величество, – делаю я шаг вперед, – Пожалуйста, разрешите мне попросить вас об одной просьбе.

Король удивленно поднимает бровь, его взгляд становится внимательнее.

Леонард приподнимает бровь, удивленно глядя на меня, а его губы изгибаются в легкой усмешке.

– Просьба? Ты осмеливаешься что-то просить у меня, своего короля? – в его голосе слышится нотка удивления, будто сам факт того, что кто-то может обратиться к нему с подобной просьбой, развлекает Леонарда. Но, кажется, он заинтригован, – Что ж, говори. Мне даже интересно о чем ты хочешь меня попросить.

Хоть внутри все сжимается от волнения из-за того, что Леонард в любой момент может мне оказать, я твердо говорю:

– Я прошу вас защитить всех, кто живет в Мрачных Топях, как от Адриана, так и от войск Хъергарда. За то время, что эти люди провели здесь, они прошли через ужасные испытания, а потому заслужили право на мирную жизнь. Для меня невыносима одна только мысль о том, что снова могут пострадать.

Леонард задумчиво смотрит на меня, скрестив руки на груди, его взгляд становится серьезным. Он долго молчит, и тишина, повисшая между нами, становится зловещей.

Да, я представляю насколько дерзко звучит моя просьба, но я не могу оставить этих людей без защиты. Если мне суждено наконец избавиться от бремени, которое на меня навесил Адриан, я должна хотя бы быть уверена в том, что моя совесть перед жителями Топей будет чиста и им ничего не будет угрожать.

Наконец, Леонард кивает.

– Если вы оба так переживаете за эти земли… – кидает на нас с Аскелатом взгляд Леонард, – …у меня есть более интересное предложение.

Он явно хочет рассказать что задумал, но именно в этот момент возвращаются воины, которых Леонард отсылал за Адрианом. Они тащат на себе израненного Адриана, лицо которого перекошено от ярости.

Глядя на него сейчас, в таком состоянии, я не чувствую к нему ничего. Ни жалости, ни ненависти. В тот момент, когда я нахожусь буквально в шаге от того, чтобы навсегда избавиться от его власти, я как никогда прежде осознаю, что он для меня умер.

Просто перестал существовать.

Навсегда.

Воины короля доволакивают Адриана до нас и швыряют его к ногам Леонарда. Адриан тяжело падает на колени и тут же тянет к нему дрожащую руку.

– Ваше Величество! Почему вы здесь? – его голос ходит ходуном то ли от слабости, то ли от отчаяния.

Король смотрит на него свысока, его глаза сверкают ледяным презрением.

– Это я должен задавать тебе вопросы, Адриан, – роняет Леонард голосом, в котором чувствуется неприкрытая угроза, – Особенно после всего, что я узнал.

– Узнали что? – сглатывает Адриан, переводя взгляд с короля на меня и Аскелата, – Я не понимаю… что случилось?

– Случилось то, что я давно усомнился в твоей искренности и честности, что и послужило причиной моего отстранения. А сейчас у меня появились сомнения насчет твоей преданности мне и трону. Можешь не сомневаться, мои дознавали уделят тебе все возможное внимание. И когда это случится, я советую тебе быть с ними предельно откровенным, если не хочешь расстаться не только со свободой, но и с жизнью.

Глаза Адриана моментально распахиваются, лицо бледнеет, на нем проступает гримаса самого настоящего ужаса. Та самая эмоция, которую я никогда прежде не видела у него.

– Ваше Величество, я не знаю что вы имеете в виду, но прошу вас, поверьте! Моя верность вам абсолютна! – срывающимся на жалкий шепот голосом, упрашивает Адриан, хватая Леонарда за сапоги, – Все, что я делал, было из лучших побуждений!

– Лучших побуждений для кого? – угрожающе спрашивает король.

От звуков его голоса Адриан съеживается в комок, будто его избивают, а потом внезапно вскидывает голову и вонзает безумный взгляд прямо в меня.

– Диана! Скажи ему, что это правда! Защити меня! Ведь если что-то случится со мной, ты тоже окажешься под угрозой!

Я смотрю на него, чувствуя нарастающий гнев. Все, что накопилось за эти долгие годы – его ложь, его жадность и предательство – прорывается наружу.

– Правда? – мой голос звучит на удивление ровно, хотя внутри все пылает и ревет, – Правда в том, что я долгие годы наивно считала что действительно нужна тебе. В то время как ты видел во мне лишь источник редкой магии, инструмент для достижения своих непомерных амбиций. Ты предал меня, предал мое доверие, а потом еще и унизил, возложив на меня ответственность за собственные ошибки. Ты про эту правду? Или есть какая-то еще правда, о которой я не знаю?

Адриан вдруг вскакивает на ноги и кидается на меня.

Но я не успеваю даже испугаться, потому что воины короля, которые привели его, тут же опрокидывают его на землю и заламывают руки. Но Адриан будто бы не чувствует этого. Он вскидывает голову и прожигая меня исступленным взглядом, ревет что есть мочи:

– Неблагодарная тварь! Ты все-таки спелась с этим жалким ублюдком! Это он тебя надоумил пойти против меня?! Признавайся!

– Никто… – с трудом контролирую я рвущееся наружу возмущение, – …никто из этих людей не сделал для того, чтобы я возненавидела тебя всей душой больше, чем ты сам. Только ты, Адриан, виноват в случившемся. Поэтому, если тебе обязательно нужно кого-нибудь винить, вини себя.

– Да как ты смеешь, стерва! Ты хоть представляешь…

– Угомоните его, – болезненно морщится Леонард, – От него слишком много шума.

Адриан ревет словно раненый зверь, пытается вырваться из хватки воинов короля, но тем не только удается его удержать, они еще и запечатывают ему рот магией. А тело стягивают магическими путами.

В итоге, все на что хватает Адриана через пару секунд – это жалко мычать и извиваться на земле.

Леонард не сводит долгого презрительного взгляда с Адриана, пока не подает голос Аскелат.

– Может, уже скажешь то, что хотел предложить насчет договора Дианы? – спрашивает он с легкой усмешкой.

– Да, – поднимает на меня взгляд Леонард, – Для начала, я, как законный правитель королевства Сантьер, разрываю брачный союз между Дианой Легро и Адрианом Легро. Поздравляю, теперь ты свободная женщина.

В этот момент Адриан даже с запечатанным ртом умудряется сорваться на визг. Он так сильно беснуется, что на помощь к тем воинам короля, которые его сдерживают, бросаются еще трое.

Но я этого совершенно не замечаю. Весь мир вокруг будто перестает существовать, когда Леонард произносит эти слова.

Единственное, что для меня сейчас имеет значение – это одна-единственная мысль, которая сейчас пульсирует в голове:

“Я свободна!”

Долгие годы я мечтала об этом моменте, и вот он настал.

Больше ничто не связывает меня с Адрианом. Больше нет брачных клятв и обязательств, которые он мог бы использовать как цепи, чтобы держать меня в плену.

Все звуки будто исчезают, а чувства притупляются. Единственное, что я чувствую сейчас, – это бесконечная волна облегчения и восторга, которая захлестывает меня с головой.

Я свободна.

Слезы сами собой наворачиваются на глаза. Я поклялась больше не показывать слабость перед Адрианом, но сейчас я ничего не могу с собой поделать.

Пальцы дрожат, я закрываю лицо руками, пытаясь собрать воедино свои разлетевшиеся эмоции. Наконец-то я могу снова дышать полной грудью.

Аскелат, стоящий рядом, мягко касается моего плеча. Я чувствую его тепло и поддержку, и это лишь усиливает мое воодушевление.

Я кидаю на него взгляд, полный благодарности. Ведь если бы не он, не его участие, я бы, возможно, никогда не оказалась здесь и сейчас. Он всегда был рядом, когда я нуждалась в этом, он всегда верил в меня.

– Поздравляю, – тихо говорит Аскелат и его голос словно обволакивает меня, наполняя ощущением покоя, – Ты это заслужила.

– Спасибо, – шепчу я, мои губы дрожат, а голос ломается под грузом эмоций.

– Спасибо и вам, – оборачиваюсь я к Леонарду, который смотрит на меня с неожиданной улыбкой, будто чувствуя значимость этого момента для меня.

Позади нас раздается хриплое мычание Адриана, его тщетные попытки вырваться из пут воинов короля. И сейчас я ловлю себя на странном ощущении, что его истерика для меня не значит ровным счетом ничего. Это все равно что далекое эхо упавшего в лесу дерева – мимолетный отголосок прошлого, который остался далеко позади.

Я вдыхаю свежий воздух, ощущая каждый аромат – цветущие соцветия, влажная почва, кора деревьев. Все это кажется новым, более ярким, более насыщенным. Каждый вздох – это глоток свободы. Теперь я не принадлежу никому, кроме себя. Моя жизнь, как и моя магия, снова принадлежит лишь мне.

– А теперь, что касается твоей дальнейшей судьбы и судьбы всех Мрачных Топей, – приводит меня в чувство серьезный голос Леонарда.

– Моей дальнейшей судьбы? – растерянно переспрашиваю я.

– Ты ведь не забыла, что Адриану вменяется подозрение в измене? – недобро спрашивает Леонард, – В связи с этим, я не могу поступить иначе, кроме как…

Эпилог

шесть лет спустя

Хоть и прошло уже шесть лет, а слова Леонарда, сказанные тогда, на этом самом месте, до сих пор эхом отдаются у меня в голове.

– Ты ведь не забыла, что Адриану вменяется подозрение в измене? В связи с этим, я не могу поступить иначе, кроме как лишить его титула и всех дарованных ему земель. А как только это случится, ты тоже потеряешь этот статус, после чего твое слово в Мрачных Топях не будут значить ничего.

В тот момент мое сердце камнем упало к ногам, а спина покрылась холодным потом. Однако, вместе с охватившей меня тревогой, я чувствовала, что Леонард не так просто завел этот разговор. А потому, я стояла и ждала продолжения. Не сводила с него прямого взгляда до тех пор, пока Леонард не усмехнулся и не опустил голову.

– Однако, мне кажется, что по отношению к тебе такой исход был бы несправедливым. Поэтому, у меня есть следующее предложение, – Леонард выдерживает паузу, а его глаза азартно блестят, – Я дарую тебе единственный во всей Сантьере титул Великой Герцогини и Мрачные Топи в качестве твоих владений. Но взамен ты продолжишь развивать эти земли и укреплять сотрудничество с Винланией.

Леонард бросает быстрый взгляд на Аскелата. И в этот взгляд раскрывает его настоящие мотивы куда больше, чем все сказанные до этого слова.

Он почувствовал, что нас с Аскелатом связывает нечто куда более крепкое, чем просто торговый союз и взаимопомощь. А потому, решил воспользоваться тем, что никто кроме меня не сможет вести с ним дела. Но самое главное, Леонард подстраховался, чтобы не дать мне исчезнуть с моим даром, который он так высоко оценил.

Нет, я больше чем уверена в том, что, в отличие от Адриана, он не планирует использовать его в личных целях. Иначе, ему не было бы смысла даровать мне свободу. Леонард хотел, чтобы мой дар расцветал на благо Сантьеры.

И если по поводу последнего пункта я не имела возражений до тех пор, пока я сама могу распоряжаться своими силами и решать на что их применять, то по поводу первого я не могла ничего сказать.

Не я должна принимать подобные решения.

Поэтому, я обернулась к Аскелату, встретившись с ним глазами. Я даже не успела задать ему никакого вопроса, а уже в его взгляде прочитала неукротимую решимость.

– Это слишком малая цена твоего счастливого будущего и будущего Мрачных Топей, – не задумываясь, ответил он, – Так что, советую как можно быстрее соглашаться.

И я последовала его совету.

Я согласилась…

И вот, теперь, спустя шесть лет, я стою на вершине холма и с гордостью смотрю на то, что мы создали.

Топи, которые когда-то были сожжены и разрушены, отныне – цветущая, сильная земля, гордость королевства Сантьер. Плодородные поля зерновых, могучие леса, просторный речной канал, вырытый после осушения болот, по которому доставляют грузы небольшие баржи. Пастбища, новые мастерские и торговые пути – все это видимое доказательство нашей победы.

Вместо полуразрушенного поселения, на которое было жалко смотреть – теперь возвышается город – Селестинья, который я назвала в честь той, без которой ничего этого не было бы. Я до сих пор с теплом вспоминаю старушку, которая не просто поддержала меня в тот момент, когда мне это было нужно больше всего, а вдохнула в меня новую жизнь.

А в центре города я установила статую Селесты из белого мрамора. На ней старушка изображена такой, какой я ее помню. Слегка суховатой, но мудрой и уверенной, со взглядом полным решимости. Горожанам быстро пришлась по душе эта статуя, а саму Селесту они стали называть хранительницей города.

Сам же город быстро стал полноценной торговой столицей. Сейчас его окружают белые каменные стены, а сверкающие башни наблюдают за каждой баржей, которая заходит в порт с товарами со всего мира. Дома, стоящие вдоль канала, отражаются в воде, словно в зеркале, а в воздухе витает запах специй, свежего хлеба и жареного мяса – тех яств, о которых жители Топей могли только мечтать в самом начале пути.

На центральной площади Селестиньи, окруженной мастерскими и лавками, кипит жизнь. Купцы из Винлании, наемники из Аратоги, торговцы из соседних земель и королевств – все собираются здесь, заключая сделки и обсуждая последние новости. Потому что все они знают: отныне – это одно из самых безопасных мест королевства.

Статус Великой Герцогини, который поставил меня практически на одну ступень с королевской семьей и дал мне возможность иметь собственную регулярную армию. Высшее доказательство того, насколько Леонард мне доверяет. И я с радостью воспользовалась этим предложением. Благо, отбоя от желающих вступить в армию Топей не было. И во главе этой армии встал Змей. Тогда как Сигурд стал военным советником.

Но это не все – благодаря статусу и личному поручительству Леонарда, я могу заключать важные торговые договора с Винланией от лица всего королевства Сантьер. А также, принимать у себя послов из соседних стран.

Кстати, после того как мы шесть лет назад отбили нападение Хъергарда, а Леонард лично посетил наших соседей в компании кучи захваченных солдат и начальников, набеги резко прекратились. Уж не знаю о чем он говорил с правителем Хъёргарда за закрытыми дверями, но после этого мне донесли, что Онсона, Ульриха, Барбару, а также некоторых других дворян арестовали и отправили на каторгу, отобрав у них все имущество, титулы и владения.

Что с ними было дальше уже не ясно, потому что кто-то говорит что они до сих пор находятся в ссылке, а кто-то утверждает, что они сбежали. Правда, побег закончился печально…

Так или иначе, но после посещения Хъёргарда Леонардом, мне, как владелице пострадавших земель, была выплачена компенсация, которая и ушла на восстановление поселения. Спустя три года, когда граничащие с нами земли Хъёргарда сменили своих владельцев, их правитель в виде исключения подписал с нами соглашение об односторонней торговле. Нашим купцам, единственным из всего королевства Сантьер позволили въезжать в страну. Причем, не облагаясь пошлинами.

Однако, все эти изменения не идут ни в какое сравнение с преображением людей. Жители Топей, которые когда-то каждую ночь боялись проснуться под тревожный звук набата, сейчас ходят с высоко поднятыми головами. Они как никогда прежде уверены в завтрашнем дне и своем будущем.

Мое сердце переполняется радостью. Улыбка появляется на губах сама собой, и я позволяю себе насладиться этим моментом. Ведь это не просто результат наших усилий. Это доказательство того, что даже в самые мрачные времена можно найти свет и возродиться. Как это сделала я. Как это сделал Антуан, который после освобождения от власти Барбары, снова стал моим верным помощником в лице посла Топей и личного советника по экономическим вопросам и развитию земель.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, чувствуя свежий ветер, который ласково треплет мои волосы. Запахи полей, цветущих деревьев и свежескошенной травы наполняют меня тихой восторгом. Каждый вздох – это ощущение свободы, которую я так долго искала и ощущение чего-то грандиозного, что ждет нас в будущем.

***

Чувствую, как со спины меня вдруг кто-то обхватывает за ноги. Маленькие руки сжимают мои колени, и я слышу звонкий, полный веселья голос:

– Угадай, кто это!

Я не могу сдержать смех и делаю вид, что на секунду задумалась.

– Хмм... Я не знаю! Кто же это может быть? – наигранно спрашиваю я.

На самом деле я прекрасно знаю, что это Кристофер, мой сын. Пока он не дотягивается до моих глаз, чтобы, подкрадываясь со спины, закрывать их, как это делает его отец, поэтому он довольствуется тем, что крепко обнимает меня за ноги.

Через мгновение раздается радостный смех, и он с восторгом объявляет:

– Это же я, Кристофер!

Я разворачиваюсь, изображая на лице удивление, и восклицаю:

– Не может быть, Кристофер? Что ты здесь делаешь?

Он с радостью тянет ко мне ручки, и я подхватываю его, прижимая к себе. Его черные волосы растрепаны, а большие карие глаза сверкают озорством – так похожи на глаза его отца. Каждый раз, когда я смотрю на него, меня удивляет эта поразительная схожесть.

– Мама, папа зовет тебя, – серьезно говорит Кристофер, уткнувшись мне в шею.

Только сейчас обращаю внимание, что неподалеку стоит Огюст, бывший управляющий особняка, а теперь – верный советник и наставник Луи. Обычно он сдержан, но когда он смотрит на Кристофера, в его глазах я замечаю искру тепла.

– Его Высочество Леонард прибыл, – говорит Огюст с уважением, – Он хотел поговорить с вами, и Кристофер вызвался передать сообщение.

– Как всегда огромное тебе спасибо, Огюст, – улыбаюсь я, чувствуя благодарность за его неизменную поддержку все эти годы.

Мы направляемся к замку, где нас ждет Аскелат с Леонардом. Я невольно поглядываю на Кристофера, на его озорное личико, которому он так старательно пытается придать серьезное выражение, как у его отца.

Когда он родился, я даже не представляла, как много радости он принесет в нашу жизнь. Этот ребенок – олицетворение нашей любви с Аскелатом.

Я снова вспоминаю тот день, когда Леонард освободил меня от брака с Адрианом, который навсегда исчез из нашей жизни. Когда Леонард узнал о его связях с Барбарой, супругой нашего кровного врага, он уже был вне себя от ярости. Но потом вскрылись новые подробности. Оказывается, во время войны с Хъёргардом Адриан воспользовался своим положением, чтобы ослабить неугодных ему дворян и возвысить тех, кто открыто поддерживал его.

Естественно, Леонард не мог спустить подобное ему с рук и упрятал того в королевскую темницу – единственную, способную сдержать необузданную драконью мощь – лет, примерно, эдак на сто.

Но, сейчас я не об этом. Сразу, как только Леонард освободил меня от этой мучительной ноши и снова сделал хозяйкой Мрачных Топей, Аскелат встал передо мной на одно колено и сделал мне предложение.

Не могу передать словами насколько я тогда была ошеломлена и, в тоже время, очарована его поступком. Этот человек, с которым я прошла через столько испытаний, который всегда был рядом, теперь стоял передо мной, предлагая мне свою жизнь, свою душу, свою верность.

В тот момент слова застряли в горле, потому что вся моя сдержанность, вся решимость, с которой я шла через трудности, пала перед его глазами, полными нежности и твердой уверенности.

Уж не знаю подговорил ли моего смотрителя Аскелат, или же это был кто-то из моих приближенных (вроде того же Антуана или Сигурда), но в тот момент, словно по мановению волшебной палочки, к нам вышел Огюст, торжественно неся на вытянутых руках браслет. Тот самый, который подарил мне Аскелат во время нашей первой встречи.

И в тот момент я поняла, что мне даже нет нужды раздумывать над ответом. Хоть я единожды и обожглась, с таким трудом сбежав из тягостного плена, я была уверена в том, что Аскелат всегда будет рядом со мной, готовый в любой момент подставить плечо и поддержать в трудную минуту. Готовый разделить любые трудности и неприятности, не важно насколько тяжелыми они окажутся.

И потому, я взяла у Огюста браслет, надев его на руку, и ответила…

Да.

Леонард лично благословил наш брак, а через год у нас с Аскелатом родился Кристофер, изменив нашу жизнь навсегда…

Когда мы входим в кабинет Аскелата, я вижу как он сидит за столом с маленькой Аделаидой на руках. Наша дочка спит, прижавшись к отцу, ее светлые кудри, нежно колышутся при каждом его движении.

В то время как Кристофер больше похож на отца, – он даже перенял способность обращаться в дракона – Аделаида полная копия меня. По крайней мере, даже в три года я не раз замечала у нее в глазах ту же твердую непоколебимую решимость. Единственное, что пока было непонятно – как мощь магического источника отобразится на малышке. Во всяком случае, пока не было ни намека на то, что она унаследовала мои силы. Впрочем, и мой дар открылся уже в более сознательном возрасте.

Как только я захожу в кабинет, Леонард, сидящий напротив, поднимает глаза и приветствует нас с мягкой улыбкой.

– Диана, Кристофер! Рад вас снова видеть.

– Что случилось, Ваше Высочество? – спрашиваю я, прижимая к себе сына.

– Я же просил оставить эти формальности, – морщится Леонард, – В любом случае, возьми. Это мой небольшой подарок в честь пятилетия Кристофера.

Леонард поднимается с места и вручает мне свиток. Его лицо при этом светится какой-то особенной гордостью.

Я разворачиваю свиток и, пробежав глазами по ровным строчкам, чувствую ошеломление. Это приказ, согласно которому Мрачные Топи отныне будут переименованы в Цветущую Равнину.

Я поднимаю на него глаза и удивленно спрашиваю:

– Но почему?

– Честно говоря, это следовало сделать раньше, – краешком губ улыбается он, – А что касается твоего вопроса… разве эти земли не достаточно преобразились, чтобы их перестали так ужасно называть? Скоро здесь вырастет новое поколение, для которого рассказы о непроходимых болотах и дремучих лесах, которые окружали тебя несколько лет назад, будут чем-то невероятным, сродни сказкам. Безусловно, будет правильно, если они узнают с чего все начиналось. Но не лучше ли, если они вырастут в месте, которое одним своим названием будет символизировать нашу победу над мрачным, тяжелым, а подчас даже невыносимым прошлым? Подобно тому как ты обрела долгожданную свободу и открыла новую страницу своей жизни, пусть и эти земли войдут в новую эпоху. Эпоху расцвета.

Эти слова трогают меня до глубины души. Я чувствую, как тепло разливается по моему сердцу, и слезы радости подступают к глазам.

Аскелат подходит ко мне и, приподняв свободной рукой, нежно целует меня в затылок.

– Как по мне, отличный подарок, – шепчет он.

Я же, счастливо улыбаюсь и киваю.

– Да, это и правда замечательный подарок. Спасибо за это Ваше В… Леонард. Спасибо за все.

И только сейчас, стоя в кругу своей новой семьи, в кругу друзей и просто неравнодушных людей я понимаю насколько важным оказался для меня подарок Леонарда. Благодаря нему я ловлю себя на мысли, что теперь я с чистой совестью могу отпустить свое мучительное прошлое, забыв про него и не сравнивая то, как плохо мне было с тем, как хорошо мне стало.

Вместо этого, настало время смотреть только вперед. В будущее, в котором – я уверена – у нас все будет просто замечательно!

Конец