Текст книги "Горгона и генерал (СИ)"

Автор книги: tapatunya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

28

Один из гвардейцев Варкса ворвался прямо на «совещание с бородатыми лесниками», хотя Трапп бы назвал это военным советом.

– Ваша спутница, – выпалил гвардеец, смятенно взглянув на генерала, – забрала коня и уехала.

Трапп кивнул, поскольку чего-то такого и ожидал.

Горгона была не из тех, кто станет ждать.

Однако Варкс неожиданно отреагировал иначе.

– Отправьте за ней пару человек, – велел он.

– Стоять, – скомандовал Трапп. – Нам здесь нужен каждый.

– Но волки… – начал было Варкс.

– Пфф! Вы же сами говорили, что эта женщина стоит маленькой армии. Я ценю ваше стремление проследить за Гиацинтой, однако заверяю вас, что это излишне.

Варкс кисло кивнул, явно недовольный.

Он бы никогда не упустил случая сунуть свой длинный нос в сомнительное прошлое гематомы, однако она тщательно берегла свои маленькие секретики.

Генерал был даже рад, что Гиацинта отправилась на юг.

Кто знает, что ожидало их под Пьорком.

Под Пьорком его ожидало предательство.

Трапп и сам удивился тому, каким сюрпризом для него оно стало.

И когда он решил, что уже можно доверять Варксу?

Горгона вернулась спустя девять дней после своего отъезда.

Плавающий в температурном бреду Трапп не сразу поверил, услышав её голос за дверью комнаты на постоялом дворе.

– Сюда никому нельзя входить! – воскликнул мальчик-посыльный, единственная защита, которая теперь была у Траппа.

– Ну разумеется мне можно, – гневно возразила гематома.

С трудом встав с постели, генерал доковылял до двери.

– Впусти её, – слабым голосом попросил он у мальчика-посыльного, который неумело наставлял на Гиацинту генеральскую саблю.

– Это еще что за призрак? – изумилась горгона и на всякий случай пребольно ткнула Траппа пальцем под ребра.

– Держитесь от меня подальше, – прохрипел он, снова падая на кровать. – Возможно, я подцепил волчье бешенство.

– А ты собираешься меня кусать? – уточнила Гиацинта, без всякой опаски растягиваясь рядом. От неё пахло потом и лошадьми. – Я совершенно без сил, – пожаловалась она сонно. – Не умирай до тех пор, пока я не высплюсь.

– Хоть сапоги сними, – вяло возмутился Трапп, закрывая глаза и отодвигаясь от неё как можно дальше.

Но гематома уже спала, крепко стиснув в кулаке его рубашку.

Когда Трапп пришел в себя, было уже далеко за полдень, и яркое солнце из распахнутых окон заливало комнату. Прислушавшись к своему состоянию, генерал с удовлетворением отметил, что от царапин не исходит боли и жжения, что его конечности не онемели, слюноотделение не повышено, а жар спал.

Кажется, это все-таки была обычная простуда, ничего смертельного.

Гематома, в его шелковой рубашке на обнаженное влажное тело, оглянулась.

– Очнулся? – спросила она и села в его ногах, подтянув колени к груди. – Приходил доктор, он сказал, что нет у тебя никакого бешенства. Ничего другого не мог придумать?

– Как прошла твоя поездка?

Она дернула плечом.

– Старик Мо – умирающая развалина. Он живет подаянием, все его дети покинули его. Я купила ему хижину на берегу и оставила все деньги, которые у меня были при себе. Джереми не возвращался к нему, и я не собираюсь больше это обсуждать. А ты почему в таком плачевном состоянии?

– Варкс устроил мне ловушку и бросил в яме с волками. Некоторые из них разодрали мне бока, я даже проворонил один укус. Потом мне пришлось долго сидеть в ледяной реке, чтобы смыть со своих ран волчьи кровь и слюну. И, кажется, простудился.

– Где теперь Варкс? – спросила Гиацинта, не удивившись.

– Ушел на запад с остатками людей.

– Ну и дурак, – подумав, решила горгона. – Что бы он выиграл, угробив тебя? Сам бы стал великим генералом?

– Наверное, он просто бесился, что из-за меня лишился хорошей должности при прирученном короле.

– Теперь он лишился вообще всего.

– Варкс не ожидал, что я выживу. Если честно, у меня было очень мало шансов.

– Никому нельзя доверять, – наставительно протянула горгона. – Ты, Бенедикт, как дитя малое. А что с волками?

– Я нашел звериную ферму с пустыми клетками. Какая-то сумасшедшая старуха разводила волков, заражала их бешенством и выпускала на волю. Она была уже мертва к моему приходу, и я спалил там все дотла.

– С разодранными боками палил?

– Ну не отступать же было обратно, – Трапп потянулся. – А еды нет? – спросил он.

Горгона встала, исчезла из виду и через пару секунд вернулась с подносом.

– Куриный суп, – объявила она с такой торжественностью, как будто лично вырастила, поймала, ощипала и сунула в кастрюлю эту самую курицу. – Верное средство от всяких болячек. Итак, вы поехали с Варксом, гвардейцами и бородатыми лесниками в Девичий лес?

Трапп попытался забрать у неё тарелку, но горгона только покачала головой, и пришлось постыдно открывать рот, пока она кормила его с ложечки.

– Куда подевались остальные, пока Варкс играл с тобой в кошек и мышек?

– Мы разделились.

– Сколько волков было в той яме?

– Семь.

После каждого ответа гематома одобрительно вливала в его рот ложку бульона.

– Варкс специально подготовил её для тебя или увидел яму и не удержался, чтобы не пнуть туда генерала?

– Думаю, второе. Вероятнее всего, эту яму выкопала та сумасшедшая старуха для того, чтобы смешивать в ней здоровых волков с больными.

– Что еще за старуха?

Трапп вздохнул.

– Кто теперь узнает? Я был полумертвым, когда добрался до её хижины.

– И на всякий случай всё сжег, не приходя в сознание? Молодец, Бенедикт, – развеселилась горгона. – Что за странного охранника ты себе раздобыл? Он выглядит таким тощим, что даже я, хрупкая, беззащитная женщина, его не боюсь.

– Кто под руку подвернулся, тот и встал на стражу. Лесники все еще прочесывают леса в поисках остальных волков. А вдруг Варкс захотел бы вернуться?

– И убить тебя, бедненького, больного, одинокого сиротку?

Гематома встала, унося пустую тарелку.

– Ты выглядишь лучше, чем вчера, – заметила она. – Мы уже можем отправиться в путь за моими бриллиантами? Я изрядно поиздержалась, и моя душа находится в унынии. Драгоценности мигом придадут ей бодрости. Кстати, ты знаешь, что на соседней улице живет самый известный в Пьорке ювелир?

– Да неужели?

– Я ни на что не намекаю… – томно протянула Гиацинта, приспуская с плеча ворот рубахи, – но ведь я так заботилась о тебе во время болезни!

– Накормила супом? Ах вот к чему это было, – рассмеялся Трапп, с удовольствием разглядывая нежную кожу, которая в лучах солнца казалась золотистой.

– Разве ты не хочешь отблагодарить меня за заботу? – спросила горгона, расстегивая пуговицы.

– Рискну снова прослыть бедненьким сироткой, – с сожалением произнес генерал, – но я весь состою из бинтов и кровоточащих ран.

– Жалкие царапины!

Гематома с разбегу прыгнула на кровать рядом с Траппом, отчего они оба слегка подскочили на матрасе. Она попыталась было прильнуть к генералу, но тут же отпрянула.

– Фу, – воскликнула, наморщив нос, – ты воняешь.

– Доктор мазал мои царапины обеззараживающей мазью.

– Страшно представить, из чего она сделана. Из дегтя? – Гиацинта откатилась на другой конец кровати и спросила у потолка: – Чем бы мне заняться, пока ты так бездарно валяешься?

– Кажется, уход за ранеными не входит в круг твоих интересов, – заметил Трапп, улыбаясь. – Разве ты не ощущаешь непреодолимую потребность промывать мои раны и читать мне романы вслух?

Гиацинта перевернулась на бок и уставилась на генерала, подперев голову рукой. Рубашка задралась до пояса, полы разъехались, обнажая левую грудь.

Никогда в жизни Траппа столь сильно не расстраивали его ранения, как в эту минуту.

– Я только одного не пойму, – пробормотала она задумчиво, – почему Варкс так беззаботно уехал, оставив тебя в яме?

– Семь бешеных волков, – напомнил ей Трапп.

– Надо было дождаться развязки, чтобы в случае чего тебя добить. Я бы именно так и поступила.

– Повезло мне, что это не ты пыталась меня убить.

– Ну, – она потянулась, – любому везению рано или поздно приходит конец.

Когда они добрались до Изумрудного замка, там командовал Большой Боб.

– Я великий генерал, – вопил мальчишка, размахивая деревянным мечом, – я меняю королей, как захочу!

– Я настоящий Джон! – отзывался его приятель. – Я поколочу придурка Стива!

– Я не придурок, я министр! – слышалось из кустов.

– Посмотри, до чего ты довел эту страну, – покачала головой горгона.

Трапп спешился, вопя во все горло:

– Большой Боб! Ты не боб, ты горох!

– Генерал! – младший брат пастуха Лорелеи с разбега бросился ему на шею. – Тебя опять сослали в ссылку? – с надеждой спросил он.

– Увы, дружок. Я просто ехал мимо.

– Я позову Лорелею, – и мальчишки умчались в сторону деревни.

Трапп оглянулся на недовольную горгону.

– Придется здесь задержаться.

– Как ты только терпишь этих мальчишек, – скривилась она. – По мне, так они совершенно невыносимы.

– Не любишь детей?

– А какой от них прок?

Она бросила ему поводья и направилась в сад.

– Хоть лопату возьми, – крикнул ей вслед генерал.

Он напоил и накормил лошадей, растопил очаг на кухне, смахнул пыль с углов.

– Генерал! – раздался женский голос снаружи.

Вопреки его ожиданию, это была не Лорелея, а пышнотелая Лиза, женщина, в чьих объятиях он провел не одну тоскливую зиму.

– Большой Боб вопит на всю деревню, что ты вернулся.

Она стала еще пышнотелее. Трапп сбежал по ступенькам вниз и с удовольствием расцеловал её.

– Я проездом.

– Рада тебя видеть, – Лиза тепло улыбнулась. – Твое появление очень кстати, я уж думала отправиться в столицу на твои поиски.

– Что-то случилось? – обеспокоился Трапп.

– Случилось! – еще одна улыбка, куда более широкая. – Я жду от тебя ребенка!

– Правда? – восхитился Трапп и осторожно обнял Лизу. – Дорогая, – завопил он, завидев горгону, появившуюся с весьма объемным баулом. – Я стану отцом!

Она скептически посмотрела на них.

– Мы этому рады? – недоверчиво вопросила она.

– Очень! – гордо провозгласил Трапп.

– Ну тогда поздравляю, – сгибаясь под тяжестью своего баула, гематома прошла в замок.

Трапп еще раз поцеловал Лизу.

– Поедешь со мной в город?

– Поеду. Перезимую с тобой. Малыш появится в марте, а в апреле я вернусь в деревню. Знаешь же, сколько тут дел весной. Позаботишься о нем? – и она положила руку на свой живот.

Трапп закивал.

– Мы выезжаем завтра утром.

– Тогда мне пора собирать вещи, – Лиза еще раз сверкнула ямочками.

Гематома уныло взирала на горстку овощей, которую достала из кладовой.

– А еды эта селянка с собой не принесла? – спросила она. – Лишь радостную весть?

– Мой первый ребенок! – Трапп привлек к себе горгону, уткнувшись подбородком ей в макушку. – Я даже боялся, что бесплоден.

– Пирога, например? Жаркого? Куска мяса?

– Разве это не чудо?

– Ты просто всегда спал со слишком опытными женщинами, – пояснила Гиацинта, запрокинув к нему голову. Она легко поцеловала его в губы: – Есть разные способы обойтись без всякого там потомства. А представляешь, если бы каждая твоя женщина родила бы тебе по ребенку?

– У меня была бы своя армия! – просиял Трапп.

Они не рискнули зажигать камин на втором этаже, которым сроду никто не пользовался, и остались на ночь на кухне, притащив туда подушки и перины.

– Так странно снова здесь оказаться, – сказала Гиацинта, чертя на груди и плечах генерала странные символы. – Когда я увидела тебя впервые, то была в ужасе.

– Ты выглядишь расстроенной. Это из-за Джереми?

– Кто теперь знает, где он. И жив ли вообще, – она поежилась, и генерал натянул на неё одеяло. – Но мне надо тебе кое-что сказать.

Траппу очень не хотелось ничего слышать. Он никогда в жизни не видел Гиацинту такой поникшей, и это пугало его куда больше, чем её ненависть и проклятия.

– Думаю, я выхожу замуж, – призналась она и прижалась щекой к его груди, чтобы не смотреть в лицо.

29

Трапп только спросил:

– Тебя опять шантажируют?

– Вот еще, – фыркнула горгона, обжигая его кожу горячим дыханием, – кто осмелится на такое, если все знают, что меня защищает великий генерал?

Больше он не возвращался к этой теме.

Просто не мог себя заставить спросить гематому о замужестве и услышать ответ.

Трапп был очень вежлив по дороге в столицу и внимательно следил за своими интонациями – спокойный, невозмутимый человек, не потрепанный ударами судьбы.

Обеспечивал комфорт Лизе, которая восторженно предвкушала знакомство со столицей, целовал гематому, слушал отчеты лесников и очень старался не подгонять лошадей лишь потому, что ему казалось невыносимым постоянно быть рядом с Гиацинтой.

Распрощавшись с ней наконец возле особняка Стетфилдов, Трапп вместе с Лизой вернулся домой.

– Паркер! – заорал он с порога. – Посмотри, кого я тебе привел! Это Лиза. Она ждет моего ребенка.

– Мы станем папой! – вскричал Паркер восторженно и поклонился перед крестьянкой с таким изяществом, как не кланялся перед знатными дамами. – Какое великое счастье! – И смахнул слезу безукоризненно белым платком. – Пойдемте, милая, – подавая Лизе руку, проговорил он дрожащим от волнения голосом, – вот увидите, как я вас чудесно устрою! А уж как будет рада Эухения, когда вернется!

– Она все еще работает прачкой у Люси Смолл? – удивился генерал.

– Трудится, – кивнул камердинер.

Чарли и Розвелл курили сигары в гостиной, уничтожая запасы дорогого генеральского коньяка.

– Явился, – Розвелл даже не подумал убрать ноги со стола. – Ходят слухи, что ты едва не откинулся в Пьорке, но благодаря невероятной силе воли стал первым в истории человечества, кто победил волчье бешенство. Правда, теперь у тебя длинные когти, острые клыки и в полнолуние ты покрываешься шерстью. Враги трепещут, дамы падают в обмороки.

– И как так получается, что твои нищие перемещаются по дорогам быстрее иных генералов? – покачал головой Трапп, делая изрядный глоток прямо из бутылки.

– Так у иных генералов больно много балласта, – насмешливо отозвался Розвелл.

Чарли хлопал ресницами, благодушно слушая их разговор.

Однако когда Трапп рассказал про яму и Варкса, все благодушие слетело с него, как шелуха.

А вот Розвелл остался невозмутим.

– Варкса я найду и притащу тебе, – заметил он спокойно.

– Не надо мне таскать всякую пакость, – отмахнулся Трапп, – прикопай беднягу, где встретишь.

– Понял, – подмигнул старый друг.

Со стороны камина послышался какой-то рык.

– Это еще что такое? – поразился генерал.

– Не что, а кто, – ответил Чарли со смешком.

В кресле, повернутом спинкой к центру комнаты, обнаружился спящий бывший король, а ныне простой министр Стив.

Судя по ароматам, витавшим вокруг него, он был мертвецки пьян.

– Ого, – развеселился генерал, – я нашел клад.

– Это сокровище не просыхает уже второй день, – пояснил Чарли.

– С тех пор как узнал, что ваша общая зазноба выходит замуж за Бронкса, – добавил Розвелл.

– За Бронкса? – повторил Трапп, очень стараясь оставаться спокойным. – За которого из них?

– За Найджела Бронкса.

– А, за этого Бронкса.

Дышать стало чуть легче. Скупердяй Найджел Бронкс был богатым и ужасно древним. Даже когда Трапп еще был ребенком, тот уже был стариком.

– Я думал, что он уже помер давно от дряхлости, – укрывая Стива пледом, обронил Трапп.

– Младший Найджел Бронкс, – пояснил Розвелл. – Внук. Нелюбимый. Молодой красавец-офицер без гроша в кармане.

Генерал обернулся, чтобы проверить, не издеваются ли над ним.

Но если Розвелл по обыкновению насмешливо ухмылялся, то глаза брата светились искренним сочувствием.

Для чего горгоне выходить замуж за молодого и бедного мужчину?

Это было совершенно не в её стиле.

К тому же, еще совсем недавно она заверяла его, что вовсе не намерена обзаводиться очередным мужем.

– Откуда он вообще взялся? – спросил Трапп.

– Ну откуда берутся все Бронксы? Из змеиного чрева. Не переживай, мой генерал, – попытался утешить его Розвелл, – женщин время от времени тянет под венец.

Как видно, на лице Траппа появилась особая свирепость, потому что Чарли поспешил вмешаться:

– К тому же, – торопливо воскликнул он, – возможно, завтра на рассвете Стив пристрелит этого Найджела.

Розвелл согласно закивал.

– Я буду секундантом. Ты только намекни, мой генерал, и от этого офицерика мокрого места не останется.

– Ну знаете, – пытаясь обрести свое фирменное трезвомыслие, ответил Трапп, – если стрелять во всех мужчин, которых пытается окрутить горгона, то эта страна обезлюдеет.

– Твоя правда, – расхохотался Розвелл. – Мальчишка Стетфилд в полном отчаянии: сначала эта женщина вдруг срывается прочь из столицы вместе с тобой, а спустя пару недель Бронксы ни с того ни с сего объявляют о помолвке. Что это было, Трапп? Прощальное турне?

– Если бы я мог понять, – откликнулся генерал с неподвластной ему тоской в голосе. Он снова отпил из бутылки и посмотрел на Розвелла: – Ты что-нибудь знаешь об этом нелепом фарсе?

– Брачные игры аристократов находятся вне поля зрения моей нищей братии. Тебе придется обратиться к более осведомленным источникам.

– Точно, – озарило Траппа, – Чарли, собирайся. Сегодня мы отправимся в свет. Паркер! – завопил он, открывая дверь. – Сообщи госпоже Линд, что мы с братом этим вечером нанесем ей визит.

– Я возьму с собой свою старшую дочь, Джоанну, – встрепенулся Чарли. – Она давно мечтает кого-нибудь навестить.

– Старая добрая Оливия, – одобрительно протянул Розвелл.

– Разве Джоанна не жена священника? – спросил у брата Трапп. – Муж одобряет её визиты к порочной знати?

– Муж далеко, а девочка скучает, – вздохнул Чарли, который был всего на несколько лет старше «девочки». – Алисия, к сожалению, в нынешнем положении не в состоянии наносить визиты, но она очень обрадуется за нашу старшенькую.

– Ах да, – спохватился Трапп, – я ведь тоже весной стану отцом!

– Дети, – поморщился Розвелл. – У меня их с десяток. И ни одного мальчика!

– А кто тогда? – изумился Чарли.

– Паркер, и пригласи на завтра моего ювелира, – продолжал распоряжаться генерал.

– Ваш ювелир умер пару лет назад.

– Тогда тащи сюда королевского!

Джоанна появилась в таком нелепом клетчатом наряде, что Трапп только за голову схватился и по дороге к Оливии лично заехал с племянницей в магазин готового платья.

В итоге они сильно задержались и прибыли уже после того, как ужин закончился. «Слава богу», – прошептала бледная от волнения Джоанна, которая боялась оплошать с приборами.

Чарли выглядел удрученным: он не любил по вечерам оставлять Алисию в одиночестве, и ему все казалось, что он едва ли не предал жену, отправившись развлекаться. «Это не ради веселья, – успокоил его генерал, – у нас вылазка в стан врага с разведывательной целью».

– Как бы я хотела разбивать мужские сердца с такой легкостью, с какой делает это госпожа Гиацинта, – пробормотала Джоанна себе под нос.

Трапп лишь покачал головой, невольно пожалев того бедолагу, который приходится ей мужем.

– Порк! – вскричала прекрасная Оливия, когда Траппы появились на её пороге. – Без бороды вас просто не узнать!

Генерал с нежностью прильнул к её руке, представляя свое семейство.

– Малыш Чарли, – умилилась бывшая жена посла и потрепала мальчишку за щеку. – Однажды я держала вас на своих коленях.

И она принялась рассказывать собравшимся в гостиной смешную историю о том, как великий генерал повстречался ей на лесной опушке в облике кучера.

Трапп огляделся и встретился глазами с прямым и строгим взглядом Ниты Бронкс, невесты двух королей.

И пока Оливия в красках изображала, как рисковала своей жизнью, помогая генералу бежать из ссылки, и требовала орден себе на грудь, Трапп приблизился к Ните.

– Рад вас видеть, моя дорогая, – тепло произнес он, добавляя бархата в свой голос.

– Ненавижу вас, – процедила девица неприязненно.

– Вот так вот, – вскинул брови Трапп, – отчего я снова в опале?

– Оттого, что я опять должна выйти за Его Величество!

– Этот-то вам чем не угодил? Вас оскорбляли оспинки Стива, и я сменил для вас короля. Мне казалось, что мои усилия ради вашего счастья заслуживают благодарности.

– Но я вовсе не хочу быть королевой! – упрямо возразила Нита. – Я хочу быть женой генерала!

– Кстати, о генералах. Ваш какой-то там дядюшка Гарольд, мой предшественник, все еще бездарно прозябает в темнице. Есть ли у вас какие-нибудь пожелания на его счет?

Нита закусила губу, пытаясь обдумать, насколько серьезен её собеседник.

– Вы сделаете с ним всё, о чем я попрошу? – спросила она тревожно.

– Разумеется.

– Тогда оторвите ему голову, – понизив голос, велела Нита.

Трапп тихо засмеялся.

– Не зря о свирепости Бронксов ходят легенды. Позволено ли мне узнать, с чего такая немилость?

– Он превратил жизнь моего кузена в ад.

– Какого кузена? – с тщательно отмеренным равнодушием спросил Трапп.

– Найджела. Вы не представляете, как изощренно может измываться генерал над офицером.

– Удивительно, сколь сильно один Бронкс пытается уничтожить другого. Я думаю, это все от того, что вы слишком плодовиты. Кстати, скоро я тоже стану отцом!

– Поздравляю вас, – холодно отозвалась Нита.

– Благодарю, моя прекрасная! Так что там с этим… как его там?

– Найджелом. Хороший, светлый мальчик, он пять лет чистил навоз в конюшнях… Его трижды пороли розгами! Он был вынужден продать материнские драгоценности, чтобы не умереть от голода!

– За что ваша семья с ним так жестока?

Нита резко отвернулась.

– Это не ваше дело, – ответила она высокомерно.

– Возможно, – Трапп придвинулся к ней еще ближе и зашептал еще тише, – вы станете куда приветливее, если узнаете, что от меня зависит исход завтрашней дуэли.

– Какой еще дуэли? – насторожилась Нита.

Трапп оглянулся по сторонам. Множество любопытных взглядов летело в них со всех сторон. Наверное, их болтовня кому-то казалась чересчур интимной.

– На рассвете Стив стреляется с этим вашим хорошим и светлым мальчиком из-за его женитьбы на Гиацинте, – сообщил генерал.

Глаза Ниты расширились от испуга.

– Вы же не позволите, чтобы с Найджелом что-то случилось, – хватая Траппа за руку, умоляюще выпалила она.

– Не позволю, если вы мне расскажете, что не так с вашим кузеном.

– Это невозможно, – с отчаянием пролепетала Нита.

– Генерал! – Оливия подхватила его под руку. – Позвольте вас с кое-кем познакомить.

– Не волнуйтесь, моя госпожа, – заверил Трапп Ниту, – я обо всем позабочусь.

– Что ты творишь, Бенедикт, – с досадой проворчала хозяйка дома. – Нельзя же так нахально приставать к невесте короля у всех на глазах!

– Прости, я немного одичал в ссылке. Кстати, я же не рассказал тебе! Скоро у меня родится ребенок!

– И откуда столько радости? Сказал бы раньше, что мечтаешь об отцовстве, я бы выполнила твое желание давным-давно. Между тем, я нашла тебе подходящую жену.

– Но я вовсе не хочу жениться! – возмутился Трапп.

– Мало ли чего ты не хочешь! Разве мало тебе слухов, которые ходят о тебе и этой профурсетке?

– С каких это пор нас стали интересовать слухи?

– С таких, что твой младший брат уже стал дедом, а ты все еще не отличаешь порядочных женщин от непорядочных.

– Пристрели меня, когда меня потянет на порядочных женщин, – рассмеялся Трапп.

– Для начала примерь эту девушку…

– Нет-нет, я верен Эухении, – отмахнулся Трапп и увильнул от знакомства, присоединившись к Чарли.

В темницу генерал прибыл уже глубоко за полночь. Сонный охранник проводил его к камере Гарольда Бронкса.

– Трапп? – его предшественник сел на узкой койке. – И не спится же тебе, мерзавец. Совесть, поди, замучила?

– Варкс едва не убил меня, – ответил генерал, расстилая на грязном столике скатерть. Он достал мясо, сыр и вино. – Где вы его вообще раздобыли?

– Прежде он возглавлял охрану нашего дома. Неудивительно, что Варкс попытался тебя прикончить. Бронксы еще долго не простят тебе, что ты сверг их личного короля.

– Ну вот, – делано огорчился Трапп, – я-то думал, что мы подружились. Я выдаю Ниту за нового старого короля. Чем вы опять недовольны?

Бронкс зевнул и уселся на колченогий стул. Отпил вино.

– После Верда и Варкса за твоей головой придет кто-нибудь еще, – безразлично изрек он. – Лично мне все равно, выживешь ты или сдохнешь. Но эта камера изрядно утомляет.

– Я тебя выпущу, – пообещал Трапп, нарезая мясо. – Только объясни мне, за что ты так безжалостно третировал Найджела Бронкса.

Гарольд хитро прищурился, пытаясь разглядеть генерала.

– На что тебе этот прохвост?

– С другой стороны, – пожал плечами генерал, – несколько часов назад меня просили оторвать тебе голову.

– Отрывай, – согласился его пленник. – Я все равно не буду с тобой обсуждать Найджела.

Да что не так с этими Бронксами?!

Трапп вздохнул, снова сложил в корзинку мясо и сыр.

– Вино хоть оставь! – буркнул Гарольд.

– Ну вот еще! Не заслужил.

Пора было отправляться к дуэлянтам.