Текст книги "I Will Be The End of You (СИ)"

Автор книги: Sub_Atom

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 39 страниц)

Сменилось на холодный расчет идеи, чего сам от себя не ожидаешь в такой ситуации. В руках активизировался молот. Глаза снова заблестели, а взор стал ясным.

Теперь она не слышала оглушающей какофонии звуков сломления судеб и жизней, изменения характеров и хруста ломающихся костей под чьей-то тяжестью крупных людей. Все почернело ради двух, истинных на тот момент, целей. И Эми их выполнит.

Должна выполнить. Она не слышала своего крика, пронзившего всех рядом находящихся высокими частотами, как в очередной раз треснула огромная бетонная плита наверху, угрожающая вот-вот рухнуть на беснующееся стадо, едва различимые стоны и плач тех, кто уже не сможет стать подняться, тех, кто не сможет сказать и слова, потому что оказался растоптанным.

Она с ходу отбросила самых ближних к ней. На секунду поток притормозил, но сразу же он подмял под себя тех, кто был опрокинут Эми. Еще два взмаха, но и те оказались бесплодными, толпа будто и не собиралась уменьшатся. Ежихе вдруг показалось, что она бьет самых обычных роботов, бездумных и тупых.

Когда это было в последний раз, она чуть не потеряла лучшего друга. Ей нельзя снова допустить этого, иначе она просто не сможет с простить саму себя за это.

– Хватит!

В порыве бешенной злости на всю окружающую её обстановку, она стал раскидывать всех направо и налево, не разбираясь куда и кого бьет. Она не может, нельзя снова оказаться в той же ситуации, что друзья погибают у неё на глазах.

Это страшно, удручающе, и неправильно.

Торцы её молота окрасились кровью, корочкой выбитых зубов и облмоков протезов. Среди валяющихся на полу людей, она искала Хаукинса.

И Наклза. И что-то ещё. Будто её направляют, но она не против. Встать и разобраться бы, но нет.

Плита дрожала на арматуринах, несколько обломков упали вниз, с громким криком прекратили своё существование несколько жизней.

В капкане ног и тел, она приметила бедного Реджинальда, пытающегося отползти, но на его руки и кто-то постоянно наступал, из-за чего тот выбился из сил.

Откинув назад ещё двух брыкающихся, посмевших бежать там же, где шла, бросаясь на всех с молотом, Эми смогла приблизится к Реджинальду.

– Хаукинс! – она села рядом с ним, став крутить молотом над собой, как палицей, в течение нескольких секунд вокруг них образовался небольшой кружок безопасности. Услышав своё имя, через боль в суставах и груди, человек смог повернутся на спину, и окровавленным лицом обозреть свою спасительницу.

– Эми?.. Я думал, ты уже вышла! – смог промямлить адвокат, утирая кровь с лица, только больше её смазав.

Если до этого момента ежиха могла дать себе хоть какой-то отчет, то остальное происходило словно в тумане. Расстояние увеличилось, дым стал гуще, крики пронзительнее, удары сильнее.

Она помогла встать Реджинальду с пола, и потянула его за собой, орудовав своим “мьёльниром”. Сумели выйти из толпы за считанные секунды. Теперь становилось понятно, почему такая “бойня”.

Половина потолка обвалилась, закрыв все окна, завалив массивные двери, оставив лишь небольшую лазейку, через которую с трудом мог пролезть человек. Лестница разбилась на сотни кусков. Отсюда не было иного выхода.

Ежиха глубоко дышала, но задыхалась.

Она понимала, что с ней происходит, но не могла остановить. Вместо того, чтобы помогать друг другу, они просто…

Сжала молот с новыми силами. Ей снова что-то управляло, как в том происшествии с Руж. Тогда там был Наклз. Сейчас же…

– Нет! – схватилась за голову.

О какой ненависти может идти речь сейчас?! Даже не знает из них никого! Эми уже достаточно причинила им вреда, чтобы бить опять…

Держать эмоции, держать.

Не получилось. Внутри находилось слишком много спеси и злобы, чтобы просто так было погасить пожар. Единственное, что она могла сделать – направить свой первый удар в ближайшую стену.

Гром среди хрипов смерти и взрывов сверху, среди которых затерялись Наклз и Саб, два непримиримых противника.

Роуз продолжала бить стену, пока та не начала распадаться на куски. Она чувствовала эту невыносимую боль в руках, когда грань – и рука сломана, древко молота едва выдерживало нагрузку, как и кипевший мозг от недостатка кислорода.

Она неправильно бьет. Но это то единственное, что держалась ежиха в шаге от того, чтобы перебить нескольких особ из человеческих кровей.

Бетон рухнул перед её ногами, пал под неудержимостью ярости не по своей воле.

Упала обессиленной и почти безжизненной, но Хаукинс успел подхватить её.

Тусклый свет свинцовых туч пробился внутрь этой бойни.

Ежиха видела угасающее марево. Словно очнулась среди макового поля. Когда наступил последний день осени.

Реджинальд кричал людям, и они шли. Полные спасительного счастья и незаметной благодарности.

Не успел затихнуть последний звон в ушах топота, как раздался ужасный грохот, в унисон с новой порцией взрывов, казалось, само здание скоро напросто расколется на составные части.

Плита, которая нависала над людьми, рухнула, придави лишь тех, кто не успел вытащить свою душу.

Хаукинс тащил её наружу. На божий свет.

Эми засыпала. Зная, что сделала хоть что-то хорошее. Даже беспокойство за друзей и за “брата” куда-то исчезли.

Не могут же они не справится, правильно?..

Тейлз и сам не ожидал такой прыти от себя. Схватив Соника за руки, он завертел хвостами что было сил, и вмиг вылетел из раздробленной палаты, которая через секунду полностью рухнула вниз, разламываясь на сотню мелких обломков. Обернувшись, он увидел, что друзей нет, и угол этажа сползает вниз, ломая крышу.

– Лишь бы успели… Пожалуйста!

Где теперь ему их искать?!

Отлетев немного дальше, он искал приземлиться, и высматривал в толпе выбегающих людей из госпиталя, из окон которого постоянно летели бетонные блоки и крошево, Эми, Наклза и Хаукинса. Если они сумели… то, им придётся бежать только туда.

– Соник… очнись, ты сейчас нужен нам всем! – говорил Тейлз, но ёжик был полуживой тряпичной куклой, трепыхающейся от касания ветра.

Лис так соскучился по, можно сказать, “старшему брату”, ему так не хватало его слов, оптимизма. Ка и всем остальным. Он уже сотню раз задумывался над тем, как бы пошли события, будь Соник в сознании…

Удручало и то, что Тейлз даже не знает,чем ему помочь. Не уверен, делает ли он правильно, что взял и отцепил ежа от всей аппаратуры…

Ни в чем и никогда не уверен. Каждая сущая мелочь мешается перед глазами, не давая сосредоточиться.

И там, позади, Наклз, судя по взрывам, давно вступил в схватку с Сабом. Как и Эми.

Ему нужно как можно быстрее вернуться. И помочь им. Все вместе они смогут больше, чем по одиночке.

Около едва сделанного наспех оцепления вокруг госпиталя, собралась довольно большая толпа. Одна за одной приезжали кареты скорой помощи, но сквозь толпу санитарам приходилось пробиваться чуть ли не боем.

Внутри кордона, на площади, стражи порядка уводили людей и направляли их.

Над зданием уже летали два вертолёта, судя по наклейкам на их бортам, они принадлежали каким-то крупным СМИ.

Он кружит над толпой столько драгоценного времени, а подходящее место так и не найдено. Все кареты скорой помощи приезжали и уезжали, развозя пострадавших, полицейских машин было мало.

И толпа ещё гудит и орёт, что давило на нервные узлы… Вдруг поток людей из выхода окончился, совсем рядом с ним стала трескаться стена, разрушаясь. Толпа заликовала, люди побежали из нового сделанного проёма. Тейлз заметил при раздроблении стены знакомые розовые очертания, поэтому в том, что это была Эми, он не сомневался.

Значит, Наклз дерется с псом один на один…

После того, как поток людей из проёма в стене окончился, Тейлз вдруг услышал внутри здания два больших взрыва, и там что-то довольно массивное, рухнуло с большим грохотом. В этот момент выбежал Реджинальд. У него на руках была Эми Роуз.

Тейлз, как только увидел Хаукинса, стиснув зубы, полетел к ним, не смотря на протест полицейского, крикнувшего им что-то в громкоговоритель. Реджинальд подбежал к какой-то лавочке, под тенью начавшего желтеть дерева, и усадил Эми на холодные доски. Тейлз подлетел к ним. Усадил ежа рядом с ежихой. Проверил пульс, насколько это было возможно сделать дрожащей рукой и сбивчивым дыханием.

Прибыли силы ГАН, их отличительный знак на груди и форма были довольно специфичны. Спец. Отряды оградили площадь колючей проволокой и оттеснили толпу немного назад. Около десяти гановцев во главе с офицером ринулись внутрь, снимая с плеча винтовки, похоже всего, готовясь обыскать госпиталь. Позже туда направилось ещё несколько отрядов спецназовцев. К лавочке подбежали трое офицеров.

Реджинальд поприветствовал их.

– Агент Хоук, доложите, что там, чёрт возьми, стряслось?! Почему “цветные” здесь?! Где агент Руж?!

– Она исчезла! Она же привела их! – он указал на мобианцев.

– Собственноручно удушу её! Уведите их отсюда. – уже более сдержанным тоном узкоглазый офицер кивнул подошедшим солдатам.

– Куда увести?! Там внутри Наклз, наш друг, ему нужна моя помощь! – лис уже навострился полететь, но его резко схватили за хвост.

– Этим займёмся мы, малый! Теперь этот объект под нашим контролем, и любое несанкционированное проникновение будет считаться преступлением! Ясно?

Проснувшаяся Эми с грустью в глазах посмотрела на полуразрушенное здание. У неё не было сил даже сказать, хоть что-нибудь.

========== Эпизод Пятнадцатый, часть 2 ==========

11 Сентября, полдень.

(за пятнадцать минут до этого)

Пронеслось перед глазами.

Мама, умирающая на руках. Не может дышать, но всё же улыбается и пытается её успокоить, говоря про другие миры, и что бы она не сильно горевала, что она уже взрослая, чтобы позаботиться о себе и других.

Чиз. Ставший на сторону зла, но ценой собственной жизни спасший её.

А теперь она на кону у смерти.

Чёрный пёс подходил всё ближе.

Упёрлась спиной во что-то.

Глазами искала выход. Не может даже вскрикнуть. Это всё… что она увидела на площади… Эти бешеные зрачки пса, который уносил жизни… людей… Плакала и понимала, что это же сейчас произойдёт и с ней. Рано, или поздно.

Неокрепшей детской психикой и воображением видела, что настигнет её в ближайшие секунды. Такого удара изнутри она не смогла вытерпеть.

Тейлз… когда он был там… тонул… Она вспомнила потерянных близких, семью. Она держалась за них, не хотела их отпускать. А сейчас…

Грохот оглушил её, заложив уши на несколько секунд.

Прямо над ней из ниоткуда появился человек в иссиня-черной форме. Он стрелял в пса. Один раз попал.

Крольчиха закрылась руками. Это всё. Конец.

Пес рвал человека как бумагу. Обрезками служили кровь и одежда.

Но нечто, глубокое, заставляло её бежать. Послушалась. Потому что оно говорило голосом Ваниллы. Только ей она могла доверять.

Бежала.

Площадь усеянная мертвыми цветами и людьми. Клочья рванного красного картона и одежды. Размокшего, вспученного, покрытого маслом, картона. Грим на лицах и неудачный макияж. Ребристые трубочки, как червяки. Едкий запах недожаренной котлеты, оставленной на столе почти на неделю. Бутафорская кровь, которой не место здесь, ведь сегодня не было Хэллоуина. Серое небо из пепла и золы, раскрашенное черно-белыми мультфильмами.

И так везде. И так повсюду.

Наклз выбежал в коридор за Сабом. Его злостный взгляд пытался заметить в тумане своего врага. И больше ни одной мысли. Только убийство.

В здании стало как-то странно тихо. Маленькие кусочки бетона хрустнули под ногами. Он ищет. Вдруг где-то снизу послышался топот. Наклз улыбнулся. Нашёлся, попаданец. Красный спрыгнул вниз, на нижний этаж, заполненный обломками стен. Здесь было также пыльно, но все же видимость увеличивалась. Ехидна замер. В нем словно пробудился охотник. Осталось найти свою жертву.

Что-то зашуршало сзади. Резкий бросок назад, но впустую. Просто штукатурка обвалилась. Наклз досадно сплюнул и обернулся.

На него был нацелен ствол винтовки. Чёрный пёс положил палец на спусковой крючок.

– Не сейчас! – проорал ему ехидна. Хлопок выстрела прямо над головой. Наклз ощутил жжение на руках, схватив ствол. Дёрнув на себя винтовку, ехидна резким выпадом врезал не успевшему отпустить оружие Сабу прямо в нос. Тот отшагнул назад, оставив разряженную винтовку Наклзу, тот её отбросил в сторону.

– Из-за тебя страдают мои друзья! – приблизился Наклз, готовясь атаковать.

– Нисколько. – Саб принял выжидательную позицию.

– Хватит! – рявкнул ехидна, и с быстротой грома ринулся вперёд. Два мощных удара прошли мимо. Саб успел пригнуться и оттолкнуть противника назад, но тот быстро оправился и провёл ещё одну контратаку, но снова безуспешно, Саб опять увернулся. Он хотел приблизиться к оружию, но не успел: Наклз опередил его и всем весом плюхнулся на пса. Мордобой перешёл в катание между обломками. Наклз ногами пнул Саба к стене, тот съехал по ней. Из рассечённой губы закапала кровь.

Но ехидна не тормозил, в два прыжка преодолев расстояние до стены, но пёс снова отклонился от стремительных шипов на кистях противника, и нанёс несколько косвенных ударов в бок, стараясь сразу отбежать, но ехидна боли не ощутил, и в этот же момент повалили Саба на живот, заломив ему руку. Заскрипев зубами, Саб хотел перевернуться, но уже поздно. Наклз обхватил его шею.

– Вот ты и попался… – прошипел красный, отдавая все силы на удушение. Кровь била по мозгам, Наклз не до конца отдавал себе отчёт в том, что делал, но уничтожение пса входило в его планы. Саб старался изо всех сил, но последний сиплый глоток судорожного воздуха не насытил грудь. Дышать нельзя. Земля исчезла из-под ног, Наклз поднял его за шею.

Но Саб также хотел убить Наклза. Отбросив назад чувства, он заставил себя сделать пинок. Удачный, прямо в порезанную голень ехидны. Не в силах стерпеть боль, тот взвыл от ожога на повреждённой чашечке, он ослабил хватку, и упал на спину, схватившись за ногу. Саб отполз от корчившегося противника, хватая грязный воздух, пытаясь добраться до оружия. Голова кружилась, и не соображала, но руки сами нащупали рукоятку и цевьё.

Наклз проорал нечленораздельное слово, и, превозмогая боль, поднялся на ноги.

Но сознание почувствовало подвох.

Дуло было направлено на него.

– А теперь ты… попался… – спазм в горле не давал возможности Сабу даже отдышаться, не то что говорить.

Тело уже рвалось вперёд, но Наклз подавил движение. Подвох был в том, что теперь уже нет возможности увернуться.

Резкая тишина.

Только непонятный гул и крики внизу, как будто из-под толщи воды.

Как бы то ни было, эта пауза дала немного перевести дух обоим, и дать подумать об убийстве друг друга.

– Зачем тебе… это?! – Наклз стоял на месте. У него была сильная отдышка и досада от того, что кулаки против огнестрела, при том такого, особо не помогут.

Саб уже начал приходить в себя, не сводя мушку с Наклза.

Ехидна не успел воспользоваться случаем. Это гложило больше, чем то, что он едва удерживался на ногах.

– Что именно? – пёс уже полностью отошёл от удушения, разве что вырванные клочки шерсти и кровь заставляли ощущать боль.

Наклз сделал шаг вперёд. Саб остался на месте, готовясь выстрелить.

Ещё один. Не стреляет.

– Почему ты всё рушишь?! – оба стали мелкими шагами кружить другу вокруг друга, не давая возможности атаковать Хотя Наклз не понимал, почему Саб не выстрелил сразу. Возможно, просто не сумел, а может…

– Ты играешь со мной?! – рявкнул он.

– Мне нужно убить тебя! А потом и всех остальных! – Саб нажал на курок.

Наклз хотел отпрыгнуть, но не успел…

Щелчок. Ехидна раскрыл глаза.

– Чёрт… – пёс с недоумением посмотрел на своё оружие. Наклз улыбнулся.

– Отхвати! – крик и бросок вперёд. Но чёрный присел и прикладом отправил его через себя. Металл точно угодил под рёбра.

Боль ударила током по телу красного. Наклз не смог подняться с первого раза. В попытках разобраться, где низ, а где верх, Наклз упустил Саба из вида, чем тот и воспользовался, выбежав в коридор.

– Но зачем… – прошипел Наклз, поднимаясь.

Внутренности были готовы вывернуться наизнанку, но ехидна терпел. Потому что терпеть дальше он не собирается. Из разрушенной палаты был лишь один выход.

(за двадцать минут до этого)

Руж резко повернула голову на звук.

Что-то странное, но кажется, ничего такого.

Снова.

Теперь стало ясно, что кричат. Значит, это опять активизировались те, кто стоит на площади. Будто думают, что чего-то добьются. Браслет не поддавался, и снова заблокировал консоль.

– Чёрт! – шикнула мышка. В темном чердаке, в темной-темной комнате…

Программатор снова включил цикл взлома.

Пайнс подождет, да и вообще не сдался он ей! Главное сейчас чтобы ловушка для посылаемых радиоволн сработала, и спец.браслет показывал местоположение летучей мыши в госпитале. Пусть думают, что узнав инфу, она решила сразу заехать к… Да к чёрту! Пускай думают что хотят! Пароля, как такового нет. Нужно лишь просто заставить браслет думать, что его индекс не четыре тысячи с чем-то, а ближе к нулю. Типа он отключен и всё такое. Это было единственной ошибкой инженеров данного девайса. Что индекс не зашит на нижайших уровнях кода, а держится прямо сверху.

Сейчас в голову закралась очень неосторожная мысль.

А что если ей дали браслет с таким дефектом “не случайно”? Что если сбежав, она лишь докажет свою причастность к “ядерной терапии”? Вот уж тогда мобианцев будут не просто ненавидеть, их будут жечь, как еретиков.

Привет инквизиторам!

– Да чёрт побери!

Это было жутко тупо, но от ГАН, и уж тем более от Авраама ожидать можно чего угодно, особенно теперь, когда и сама организация, и политическая партия теряют свой рейтинг.

Народ недоволен тем, что им пришлось пережить. И они правы. Имеют право на безопасность и прочие блага цивилизации.

Программатор снова выдал ошибку, но не успела мышка выругаться, как он стал пищать что есть мочи. Браслет в секунду убрал короткую иглу из запястья.

Как же она к этому уже привыкла. В руке снова почувствовалась та легкость, коей можно взламывать замки и преодолевать инфракрасные лучи.

Только вот звуки снаружи стали всё больше настораживать. Толпа кричала, но что-то в этом было другое… Но когда стали слышны выстрелы и… вой.

Руж сначала не хотела в это верить. Подбежала к окошку чердака.

Здание примыкало к центральной площади города, и являясь её неотделимой частью.

Протерла стекло от пыли.

– Чёрт побери… – не смогла удержать нижнюю челюсть мышка. – Твою же мать!

Она резко отбросила программатор, но резко остановилась.

А собственно говоря, о чем ей беспокоится?

Крики говорили об обратном, но Руж всё равно остановилась в раздумии. Браслет оставил её в покое, хоть и продолжал висеть, мобианцам…

– “Цветные”… Он идет за ними.

Она не смотрела в окно, но снова выглянула и обомлела. Сердце чуть не ёкнуло от увиденного.

Пёс устроил там настоящую кровавую баню. Вся толпа неслась к примыкающим улицам, но Саб настигал слабых и беззащитных, и разрывал их, грыз, как самый настоящий хищник.

Как белый медведь?.. Не признающий боли?

Сабу на пути встретился полицейский, который указывал горожанам куда идти.

Снес голову.

– …твою мать… Твою мать!

Руж прекрасно поняла, насколько Саб опасен ещё там, в Арктике, но это даже хуже чем промытый мозгами Шедоу! Даже сильнее его! Голыми руками! Без способностей!

Мышка не могла пошевельнутся от шока и нарастающего ужаса.

Похоже, прошлый раз, там, в домике Соника, был лишь разминкой…

Надо срочно увести мобианцев и вызвать тяжелую артиллерию! Сразу! Без промежуточных.

Выдохнула. И включила браслет обратно. Иголка снова проткнула кожу.

– Штаб, это агент Руж. Вызывайте к чертовым матерям джагернаутов! Здесь пёс Саб, и он давит гражданское население как букашек! Я за разноц…

Взгляд задержался на коротком силуэте. Бежала вдоль здания. Во всем бежевом, с каким-то рюкзачком…

Крим.

– Штаб, я иду за одной из мобианок, кроликом Крим! – переключила волну на близ находящихся агентов. – Хоук, утаскивай оттуда мобианцев! Живо! Агент Эльза, или как там тебя, какого черта?! Отбой!

Руж одним крепким ударом разбила программатор, доставшийся такой ценой.

Она спасется от всего этого. А вот об Крим никто не позаботится.

Стена рушилась от очередного взрыва. Наклз успел увернуться от острого обломка. Всё снова запылилось крошевом бетона. Очередной выстрел. Ехидна уже не доверял своим глазам – всё равно не помогают. Броситься вперёд, от нового взрыва, и попал во что-то мягкое. Два удара под дых, не стоило думать, что это некто иной, чем Саб.

Завязался ближний бой.

Наклз бил наугад, различая лишь контур тела противника. Тактика показала себя – красный ещё ни разу не попался под выпад, хотя пёс наверняка покрылся синяками. Наклза совсем неожиданно откинуло назад и ему заложило уши. Разрыв оказался совсем рядом, на некоторое время Наклз ощущал только биение своего сердца и отдышку. Ненадолго потеряв ещё и звук, ехидна, не долго думая, отполз чуть дальше, чтобы опомнится и снова ринуться в бой.

Выбежал из уничтоженной палаты в руины угловых комнат.

Несколько секунд, растянувшиеся в целую минуту драгоценного времени. Сейчас он явно имеет преимущество, и красному нельзя терять его этой паузой. Но странно было ощущать, что ноги не послушались команды двигаться.

Наклз невольно оглядел своё тело. Оно представляло собой комок ран, ссадин и кровоподтёков. Разбит нос, рассечены обе брови. Как обычно, констатировал ехидна. Но он принял решение разделаться с этим псом раз и навсегда. Нет желания бросать дело чести на половине пути. Пускай его тело обрастёт болячками – уничтожить того, из-за кого они столько натерпелись. Только эта мысль. Или уже нет.

Хранитель особо не вникал, но тут появилось ещё обстоятельство. Где Тейлз? Ясное дело, но тот должен был появиться. Тот и сам не меньше его хотел отомстить псу. Струсил? Наклз оскалился. Оставил его один на один…

Почему-то он даже не подумал, что Саб может напасть со спины.

– Стой на месте. – голос сзади.

Разбитый кулак сжался до появления крови.

– Паршивая тварь! – не особо удачным выпадом ехидна врезал кулаки в остатки перекрытия и вырвал два куска. Уже летящих в противника.

Безумный прыжок в неуспевшего пригнуться Саба и ожог трассёра под боком, встречен прикладом. Наклз даже не зажмурил глаза. Сознание требовало лишь одного – убить.

Не обращая внимания на писк, ехидна ринулся туда, чтобы вырвать кусок плиты со снарядом и размазать её по лицу пса…

Сделав это, он понёсся вслед за псом, пытавшимся выстрелить в него несколько раз, но безуспешно.

Таймер ускорялся. В предпоследний момент ехидна отбросил маленькую бомбу вперёд себя.

Взрывы прогремели почти одновременно, сзади и спереди.

Наклза рвало острыми углами разорванной арматуры.

Пол провалился под ехидной, его погребло под обломками. Он продолжал сражаться с невидимыми противниками.

Запах крови и чёрный цвет.

Достаточно оснований, чтобы ударить по этому предмету. Что от и дела до тех пор, пока не забрезжил свет хлопьев пыли бетонного разрушения.

Руки отнялись от перенапряжения, но он всё равно молотил воздух. Ему удалось встать и, шатаясь от кипящей ненависти, спуститься с груды обломков, под которыми пёс надеялся его похоронить.

Скоро его самого похоронят.

Остальных тоже. Но Саб первым в очереди.

Наклз по лестнице перебрался на этаж выше ,чтобы найти его. Только сейчас стал замечаться металлический привкус с примесью цемента и ржавчины. Бодрящий вкус злости.

Несколько длинных шагов вперёд.

Ноги не подчинялись, тело стало унывать от боли во всех её проявлениях.

– Ну уж нет…

Серость в унынии белой штукатурки и куча разбитых бетонных плит.

Всё, что хранитель обнаружил на средних этажах, где и находился. Смакование времени терпением и выдержкой. Но не перед болью, ни в коем случае.

В шорохах не было ничего искусственного, только медленное крушение всего здания.

Он остановился перед дырой на второй этаж. Лестница была разрушена. Стоило дунуть сквозняку и прожжённая боль заставила прокалённое тело упасть. Перед глазами пронеслись точки смазанного чёрного.

– Обнаружен… Враг?

Спинной мозг, через не хочу, заставил голову приподняться над землёй.

Люди. Ну, хотя бы они. В затухающем потоке многократного “убить”, до сих пор бушевала злость, что это сделает на хранитель.

Но он ещё успеет отыграться…

– Противник сзади!

– Уничтожить обоих! Огонь!

Уже и люди его…

– Предатели! – комок пластилиновых мыслей взорвался оранжевым фейерверком гнева.

Уклониться от выстрелов не удалось, но разрыв рядом с левым локтем был не замечен.

Только два шипа в шее первого же спецназовца, не успевшего уйти из-под удара красного психа.

Судороги добили человека, из шеи жертвы полился фонтан крови.

Удар прикладом на заставил себя ждать, но он нисколько не затормозил Наклза, шлем и череп пробиты.

Грохот выстрелов. Над ехидной, в крайний момент перед смертью, поскользнулся в пролом на стене. Сразу же место, где был красный, разорвалось осколками прилегающих стен.

Наклз хотел сиюминутно встать, но…

– Ты их защищаешь, но при этом уничтожаешь! – совсем рядом, но далеко, чтобы хранитель успел подскочить и врезать, пусть и во вред себе.

– Нас атаковал красный ехидна, повторяю, нас атаковал красный ехидна, есть потери! – где-то наверху, но опять, далеко.

– Заткнитесь! Зачем вы всё рушите, зачем?! – прокричал Наклз, судорожно хватая воздух, теряя кровь, не замечая этого.

– Так надо.

Кто это сказал? Голоса всех, кто находился здесь, и тех, кто был в сознании Наклза, перемешались в единый тягучий поток бессмыслицы.

– Убивать?! Надо?! Иди к чёрту с такими доводами! Почему? Почему?! – дрожащие кисти соскребли горсть из крошева обломков бетона.

– Я… хуже… если не убью, тебя! – звук Саба, или чей там, то приближался, то удалялся. Ехидна пытался встать, но ничто не подчинялось мозгу. И слова тоже.

– Что хуже, что?! Что тебе даст моя смерть?! Ничего, абсолютно! Кукла, плюшевая, и больше ничего! Иди к чертям собачьим, ублюдок! – шептание языка, будто застрявшего в зубах.

– Я просто тебя убью.

Из мыльной картины вылез прицел знакомой винтовки.

– Иди… ты… на хрен! – вложив в последнее слово частичку остатков сил, кулак прорубил воздух и ударил в голень…

Пинок в спину, Наклза кувыркнуло куда-то дальше.

Застрекотали автоматные очереди, ещё один взрыв. Вздыбившаяся под хранителем плита откинула его ближе к обрыву третьего этажа.

Неподконтрольные конечности чуть отодвинули его от края, но это не помогало.

Огонёк свечи, переросший в пламя бушующей ярости, сошёл на нет, лишь тлеющее сознание увидело толпу людей, что-то выкрикивающих солдат.

Вспомнил всё, что случилось с ними. Их страдания, их попытки спастись.

Пальцы задвигались, превращая ладонь в кулак…

Этот ублюдок должен за это ответить.

Парила над этим кровавым побоищем. Это настоящий кромешный ад.

Это второй раз, когда она с ним видится. В прошлый раз он её спас. Почему-то.

Глаза не верили тому, что видели. Ни единого сожаления. Под “нож”, как бы это не звучало, шли все. Независимо от пола, толерантных настроений и возраста.

Он разрывал их, откидывая головы как горящие палки. Вырезал брюшину одним ударом, выливая еще несколько литров крови на и без того багряное море.

Сотни тел.

Ещё и в такой день.

Она уже пожалела о том, что решила сжалиться над “цветными”.

Сидели бы за бетонными стенами, которые даже не подвластны ему.

Прибывшие спецназовцы пытались остановить пса. Даже каска и бронежилет не сумел уберечь от челюстей и когтей.

Всё это мимолетом. Пес увидел Крим. И набирал скорость бега, чтобы догнать её. С вертолета в него стреляли сеткой. Бесполезно. Он увернулся от них и несся вперед.

Руж не надеялась на чью-то помощь. Взмыла вверх и стала пикировать. Прямо на пса. Это чертов ублюдок не дойдет до неё.

Почти рядом! Уже!..

Что-то ударило её в бок, сбив с курса. Руж не успела сгруппироваться и со всего маху врезалась в столб. Пав вниз, не сумев взмахнуть крыльями.

Какого…

Ну, уж нет! Крим не будет в руках у пса. Резко поднялась, но тут её слух поразил странный щелчок. Очень рядом, иначе бы его заглушил вертолет и предсмертные крики тех, кому осталось жить несколько секунд.

Руж издала ультразвуковой вопль на бегу. Не такой сильный.

Но и этого хватило.

Дрон Эггмана, чуть позади пса. С камерой, и странным передатчиком.

Так получается… Док каким-то образом управляет Сабом?! И он вообще оказался живым?! Руж на миг замерла от шока, но хрип не успевшей убежать женщины заставил её забить на это.

Вспарила вверх. Со всей силы влетела в летающую машину, каблуками вперед.

С металлическим скрежетом, дрон отключил покрытие, делавшее его невидимым, и он свалился вниз.

Пес как-то странно тряханул головой. Остановился и огляделся, словно смотрел на свои чудовищные злодеяния и локальный геноцид, который он устроил.

Этого было достаточно, чтобы Руж спустилась вниз, чтобы доломать робота.

Но тот оказался настоящим траснформером. Стоило мышке оказаться чуть ближе, как тот запустил пулеметную точку на правом борту. Мышка резко отпрыгнула за кучу тел.

Пули впивались в туловища легкими хлопками, разрывая плоть и изрыгая оставшуюся кровь и отпугивая налетевших мух.

– Штаб, я обнаружила здесь дрон… Эггмана! – она четко написала в докладе, что доктор был мертв, но теперь… Могла ли это быть действительно игра воображения, как и говорил психолог из ГАН?.. – Он имеет вооружение и очень опасен, запрашиваю по…

Сзади её пнули в спину, посередине основания крыльев, ненадолго её парализовав. Уткнулась носом в кровяную лужу. Через жгучую боль по всей спине заставила себя подняться.

– Гамма?.. – не успела мышка что-нибудь сказать, как подобие старого Е-102 подняло её в воздух и отбросил в сторону, ближе к фонтану. Он нажимал какую-то кнопку. Его покрытие на какие-то секунды становилось “прозрачным”, но потом что-то коротило. Серого цвета, с двумя синими глазами-камерами и тонкими сервоприводами действительно напоминал ту самую серию Е-100.

Руж стонала от боли, такой забытой и близкой. Почему-то вокруг мерещились воздухоочистные установки, железные конструкции, Марк Твин внизу отчаянно меняет магазин автоматической винтовки…

“Гамма” резвыми прыжками через трупы подбежал к мышке.

Крик крольчихи и звериный вой пса.

– Беги, Крим, быстрее, по дороге, хоть куда-нибудь! – отчаянно кричала Руж, пытаясь оторвать механические кисти от шеи и наплечный пулемет.

Мышка видела каждую секунду. Как Крим обхватила себя руками. Пёс медленно, предвкушая что-то своё, подходит. Как какой-то раненный полицейский, схватил автомат убитого солдата и направил его в пса.

Короткая очередь. Всё, на что хватило человека.

Саб развернулся и разорвал человека на части.

– Беги, Крим, пока есть возможность, беги, прошу! – хрипела мышка, не имея сил бороться с сервопроводами дрона-трансформера.

Крим плакала. Встала. И понеслась вон из проулка.