Текст книги "Рождение Патриарха (СИ)"

Автор книги: Sedrik&Rakot

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)

Сразу задавать вопросы я поостерёгся, предпочтя сосредоточиться на этом новом ощущении, и в итоге к моменту, как мы добрались до основания главных руин, успел обнаружить и в собственном теле похожий «красно-чёрный свет». На фоне Джошуа он был слабовыраженным, бледным… большим по объёму, чем у зомби, но словно имел меньшую концентрацию. А ещё я чувствовал, как он течёт прямо по моим жилам и костям, в процессе перемешиваясь с чем-то ещё, что текло уже сквозь него… а также сквозь те жилы и кости.

Только к моменту, как мне показали дверь в подземелья древнего строения и повели по лестнице вниз, до меня дошло, что я ощущаю работу той самой системы энергоканалов, перестройку которой я видел со стороны во время вселения. В оправдание своей недогадливости скажу, что событий и важных новостей с момента моей смерти случилось, мягко скажем, немало, а времени посидеть, подумать, разложить всё по полочкам и свыкнуться мне никто не дал. Так что у меня были причины тормозить. Однако, подгрузив наконец «логи» памяти, я смог идентифицировать то, что чувствовал. Это была некроэнергия – антитеза жизненной силы, на которой строится бытие нежити. Я помнил, как моё тело перестраивалось под неё, как менялись духовные оболочки, энергоузлы – вся моя природа, – чтобы продолжить существование на ином принципиальном базисе. Только ещё я помнил, что менялось всё это не так, как должно было изначально. Где-то изменения были глубже, где-то шире, а где-то и меньше, с явной гибридизацией изначальной и итоговой системы вместо полной замены одной на другую. И это объясняло, почему я чувствую некроэнергию в себе размытой. Она и была размыта. Размыта жизненной энергией. То, что должно было друг друга убивать, каким-то образом сосуществовало, спокойно воспринимаясь организмом как должное. Странно… если мой собеседник вампир, то я… кто-то вроде Блэйда из старых фильмов, в смысле, гибрида? Надеюсь, что мои "сородичи" не имеют нужного чутья, не уверен, что к "мутанту" тут будет хорошее отношение. Впрочем, судя по реакции Джошуа, беспокоиться по этому поводу мне не стоит, разве что этот неизвестный лорд окажется куда более внимательным. Или обладающим нужными навыками. Но вернёмся к энергиям. Забавно, что я помнил, «что» происходило с моим телом и душой во время трансформации, я, в некотором роде, знал, «как» это происходило, пусть и на уровне «запомнил, как паять элементы на печатной плате, но не знаю, как эти элементы изготовить», но вот вопросы: «зачем?» и «почему?» пока оставались без ответа, однако в этом явно был некий смысл.

Как бы то ни было, о данной своей особенности стоило помалкивать. Как и вообще о любых иных особенностях. А вот слушать и смотреть стоило побольше. К счастью, именно последним местные обитатели и рекомендовали мне заняться, в частности, торжественно показав мне мою новую комнату…

Несколько часов спустя.

Рассматривая себя в осколок зеркала, я пребывал в глубокой задумчивости и состоянии «выработки позиции по вопросу». Осколок, как несложно догадаться, выдали мне «новые друзья», они же – разбойничающая нечисть и просто вампиры. Познакомиться к сему моменту я успел уже почти со всеми обитателями «логова», но их личности, признаться, мне пока были малоинтересны, да и, справедливости ради, условный «мужик-вампир (вставить номер после единицы)», на мой несколько пресыщенный впечатлениями взгляд, не шибко отличался от условного «мужик-вампир номер один», он же Джошуа. То есть да, выглядели они по-разному, но я не успел их узнать настолько, чтобы выделить какие-то принципиальные отличия. Тем не менее кое-что о своей жизни и быте они уже поведали, и этого кое-чего более чем хватало, чтобы окончательно увериться в своих выводах относительно природы «охот», устраиваемых местным главным. Но не эти факты занимали мои мысли, а отражение в зеркале.

Вообще, очень странная это была ситуация – я стоял в своей новой комнате в кромешной темноте с закрытой дверью, без всяких масляных ламп, свечей, каминов и даже лучин, однако прекрасно видел не только стены и пол, но и своё отражение. Я различал, что в помещении темно, что никакого света в нём нет, но в то же самое время прекрасно видел все предметы, цвета и оттенки, как если бы здесь горела люстра. Но и это было не главным.

Я узнавал и не узнавал лицо, что смотрело на меня из отражения. Оно, казалось, напоминало моё собственное, но как-то очень отдалённо, как будто передо мной был даже не брат, а дальний родственник. Очень молодой и бледный дальний родственник. Перед смертью я был уже далеко не мальчиком: усы, бородка, рост где-то под два метра, размер грудной клетки тоже был немалым, как и отъетой на майонезе ряхи. Здесь же на меня из зеркала смотрел подросток лет шестнадцати-семнадцати и ростом в лучшем случае метр семьдесят, с узким лицом, короткими чёрными волосами и ощущением какой-то чуждости, что ли. Никаких тебе дефектов на коже, родинок, шрамов, пушка над верхней губой, да и сами черты лица довольно резкие, рельефные, хоть и странным образом гармоничные. Возможно, именно это и называется «утончённостью». И всё же сходства со мной прежним можно было найти: нижняя губа один в один, горбинка на носу, глубоко посаженные глаза… Да, глаза. Это был самый узкий момент. Никакого серого цвета не осталось – радужная оболочка окрасилась в чуть сияющий алый, но если этого после знакомства с местными обитателями стоило ожидать, то вот антрацитово-чёрный белок был «немного» неожидан. А он как раз таки антрацитово-чёрным и был. Почему-то… Тем не менее новый облик мне скорее нравился, чем нет. Его не портили даже удлинённые, но при этом удивительно не мешающиеся во рту верхние клыки.

Тело своё под одеждой я тоже успел изучить, и с ним тоже было такое же двоякое впечатление. С одной стороны, я сильно ужался – разворот плеч, размер ладоней, широта шага – всё оказалось порезано, но с другой, дохляком я бы себя точно не назвал и, глядя на витые мышцы под рукавом мантии, ничуть не сомневался, что и в этом теле спокойно отожму сто двадцать раз восьмикилограммовую гантельку одной рукой. Можно сказать, в этом теле у меня были развиты все группы мышц, даже такие, о существовании которых я не подозревал, а не только те немногие, какие получалось держать в форме раньше, превозмогая лень ради недолгой зарядки. Причём это были действительно развитые мышцы – по ним было понятно всё визуально, а не как это иной раз описывали в историях про вампиров, что выглядит вампир дрыщ-дрыщом, а физическая сила – она у него только этак паранормально из ниоткуда берётся. В общем, по итогу, жалел я только о потере роста и, отчасти, взрослой солидности. Пока что это вроде как не вызывало проблем, но что-то мне подсказывало: внешность подростка – не самое лучшее подспорье для успеха. Безусловно, когда тебя не воспринимают всерьёз, это может быть удобно в ряде ситуаций, но мой личный опыт жизни говорил, что куда чаще проблем проще избежать, если тебя, наоборот, изначально воспринимают серьёзно. Впрочем, глупо сетовать на судьбу, да и, говоря по чести, молодое и сильное тело – это шикарный подарок.

На этом, правда, с шикарностью и подарками было всё, и начинались проблемы и вопросы. Безусловно, сам факт успеха моей авантюры не мог не радовать. Я вновь был жив, здоров, молод – уже это было потрясающе восхитительным набором замечательных вещей. Словами не передать, насколько это здорово. Если же добавить сюда подтверждение моих умозрительных заключений, наивных мечтаний и многолетних попыток отыскать зерно истины в море всякого шлака, напридуманного человечеством на тему мистической составляющей реальности, тут и вовсе впору было падать на пол в религиозном экстазе, вплоть до извержения пены изо рта. Добавить сюда превращение в потенциально бессмертное существо, способное к магии и в мире магии…

Признаться, я не мог понять, почему я и в самом деле не пищу от восторга, катаясь кубарем по земле и расплёскивая вокруг розовые сопли счастья. Я был рад – да, но… эмоция эта была вполне сдержанной и не мешающей трезво мыслить. Я же как-то иначе себе представлял эмоциональную реакцию на осуществление многолетней мечты. Как ни посмотри, а подобное спокойствие было просто ненормально. Я ведь этого всю жизнь жаждал. Отчаянно…

Правда, если задуматься над этим, то ответ о причинах моей сдержанности в реакциях напрашивается сам собой. Та сущность, частью которой я побывал… Я почти не помнил подробностей того существования, а то, что помнил, почти не мог интерпретировать и описать известными мне словами, но всё же я помнил, чем я был. И на фоне… ЭТОГО… превращение в вампира… ну… уже не смотрится чем-то значимым. На уровне самоощущения не смотрится, хотя умозрительно я и понимаю всю прелесть ситуации с исполнением мечты.

Странное состояние.

Ещё более усугубляющееся тем, что я смутно и очень абстрактно, но припомнил, что сам же выбирал мир, куда меня выкинет, и тело, в которое вселюсь. Насколько термин «выбирал» уместен по отношению к чему-то вроде клеточки кожи с ноги великана, то есть некой исчезающе малой величине, являющейся лишь частью целого, которая при этом ну ни разу не относится к мозгу этого целого.

Однако всё это лирика, в том смысле, что самокопание – это, конечно, очень интересно и духовно, но у меня тут намечались куда более прикладные и насущные проблемы. Не то чтобы я имел какие-то фобии и комплексы на тему подчинённого положения и существования над собой разного рода начальников, но что-то мне подсказывало, что жизнь в вампирской общине на правах самого молодого и зелёного может иметь ряд… подводных камней, назовём это так. Причём даже без пункта про разбой на дорогах. Я не сходя с места мог придумать кучу вариантов того, как моя жизнь здесь наполнится крайне негативными красками, от просто неприятных до самых фатальных. Что ни говори, а я – дитя иного общества, и хотя я не разделяю убеждения про «слезинку ребёнка» и прочие «общечеловеческие ценности», но я совсем не готов резать женщин и детей, которые очень легко могут оказаться жертвами нападения моих новых сородичей в очередном рейде. И не уверен, что смогу на это спокойно смотреть, особенно если вампиры будут этих детей на моих глазах жрать. Но моя брезгливость и мораль – это полбеды. Вторая половина заключается в том, что я… не холоп. Я воспитан обществом, в котором не вбивается на подкорку раболепие перед всякими благородиями, а также вера в то, что эти благородия «право имеют» уже только по факту своей голубокровой породистости. Я воспитан обществом, основанном людьми, что всех этих благородий нахрен передавили, как клопов, а кого не передавили, тем такого пинка под зад дали, что они впереди своего визга из страны вылетели и уже с сотню лет срутся в ужасе по всему миру перед теми, кто им пинка прописал, в кошмарах видя новую встречу. В меня, можно сказать, с молоком матери впитано знание, что ничем все эти аристократики обычных людей не лучше и никакого особого отношения к себе не заслуживают.

А у нас тут средневековье.

С неким сиятельным лордом Алехандросом Миртелом, у которого я теперь на службе.

И что-то я сомневаюсь, что данный лорд будет рад случайно заметить отсутствие привычного раболепия у какого-то малолетнего новобранца. Как и в том, что «память предков», кои били зажравшихся дворянчиков Российской Империи, мне как-то поможет против Истинного Вампира с дружиной вот конкретно здесь и сейчас.

Я сам не заметил, как в пучине невесёлых мыслей отложил осколок зеркала и начал наворачивать круги по комнате, пытаясь сформулировать некий план и хотя бы минимальное количество заготовленных ответов-реакций на возможные ситуации. Сколько я так ходил, сказать не берусь, но в какой-то момент за мной зашёл Джошуа и, вторя самым мрачным ожиданиям, «пригласил» к уважаемому лорду. К своему стыду, какого-либо плана у меня так и не возникло – знаний об окружающем мире не прибавилось, равно как и навыков Рэмбо и прочих Слаев Марбо, то есть сбежать, оторваться от возможной погони, а потом сурово выживать в лесу нечего было и мечтать, к тому же обмолвка моего первого собеседника в этом мире, что мне нужно будет хотя бы раз в неделю отдыхать именно в этом месте или где-то неподалёку, не осталась мной незамеченной. И не могла не настораживать. В итоге, как ни прискорбно, оставалось надеяться лишь на удачу.

Вампир проводил меня по подземельям в некое помещение, напоминающее странную смесь тронного зала, рабочего кабинета и спальни. По глазам била даже не грубая, а вульгарная роскошь. Стены украшены какими-то полотнами, гардинами, балдахинами, всё расшито серебром и золотом, кое-где даже что-то вроде драгоценных камней виднеется, но все эти гобелены совершенно друг с другом не сочетались и придавали помещению вид, в лучшем случае, некоего магазина, где на прилавки выставлено всякое-разное. Это же относилось и к обстановке. Массивная деревянная мебель и резные кресла соседствовали с лёгкими, едва ли не ажурными стульями из удивительно светлой древесины, я вообще сначала подумал, что это кость или что-то в этом роде. Едва ли не сваленные в кучу украшения, монеты и прочий… ювелирный лом завершали картину логова какого-то безумного клептомана.

Сам «клептоман» сидел в конце зала за очередным массивным столом на таком же массивном троноподобном кресле. Рядом с ним крутилась и что-то шептала пышногрудая девушка со светлыми волосами, приятной фигурой и алыми губами. Местный лорд тоже отличался весьма смазливой рожей, кучей перстней на тонких пальцах, расшитым золотом камзолом и… собственно, всё. И да, у него была именно рожа – сколь бы симпатичным ни было бы его лицо, на нём отчётливо виднелись надменность и капризность. Собственно, я получил подтверждение своим мыслям сразу, стоило ему только открыть рот:

– Джошуа, наконец-то, – с той характерной интонацией, когда кто-то делает секундное дело полчаса, капнул желчью лорд.

– Прошу простить меня за задержку, милорд, – ничуть не смутившись такого приёма, с этаким воодушевлённым достоинством склонил голову мой спутник. – Я привёл его так быстро, как только смог. Уверяю: в следующий раз я…

– Ай, заткнись… – отмахнулся любитель золотых перстней. – Значит, это и есть мой новый слуга… – меня окинули взглядом, презрительно изгибая губы в процессе. – Хм… Ты действительно ничего не помнишь о своей жизни?

– Простите… милорд, – стараясь вывести на лицо то же возвышенное от близости к начальству выражение, что обнаружилось у моего спутника, произнёс я.

– Тц, какой мне толк от волшебника без памяти?! – он вскочил из-за стола, одновременно с этим швыряя со столешницы в мою сторону какую-то книгу. – Это твоя Книга Заклинаний! Возьми и отвечай, понимаешь ли ты, что там написано?!

Я поспешно поднял упавший на пол том в твёрдом переплёте с медными уголками и быстро открыл первые страницы. Там меня встретила некая графическая схема с множеством смутно узнаваемых символов на левом листе и полотно убористого письменного текста на правом. Буквы были совершенно незнакомы, но написаны разборчиво, и сам язык письменного текста я вроде бы понимал.

– Ну?! Долго мне ждать?! – не дал мне полноценно вчитаться в книгу лорд Миртел. – Сможешь сотворить заклинание?!

– Я… Нет, – из того, что я успел разобрать, стало ясно, что в тексте даются пояснения части символов из графической схемы и ещё какие-то советы по неким «компонентам», что предполагалось как-то использовать, но это всё, что я успел прочитать и понять до окрика.

– Бесполезный кретин! – сказал, как сплюнул, местный хозяин и принялся раздражённо мерить зал шагами. – Только кровь на такого, как ты, переводить…

– Я вспомню! Или научусь заново! – счёл за лучшее поскорее уверить столь нервного гражданина я, стараясь выдать нужный градус воодушевлённости и рвения, а то с такого припадочного ещё станется меня прям тут приказать прирезать.

– И где ты собираешься учиться, безмозглый мальчишка?! – рыкнул этот… этот. – У меня здесь не школа магии! Впрочем, – как завёлся, так и остыл кровосос, – раз уж ты всё равно теперь один из Детей Ночи, совсем бесполезным ты быть не можешь. Джошуа, – повелительно махнул он рукой.

– Господин? – склонился мой сопровождающий.

– Научи его, с какой стороны за меч держаться, и приставь к делу. Вдруг чудеса всё-таки случаются, и он действительно что-то вспомнит?

– Будет исполнено, милорд, – младший вампир поклонился ещё раз и последовал на выход, махнув мне рукой, очевидно предлагая последовать за ним.

На всякий случай поклонившись явно очень невоспитанному аристократу и не удостоившись какого-либо ответа, я последовал за своим прежним сопровождающим.

Во всей этой диковатой сцене радовало только одно: судя по тому набору чувств и эмоций, что я испытываю, никакого потрошения мозгов и прописывания лояльности со мной не производилось. Но тогда возникает вопрос, отчего мой визави столь почтительно относится к данному типу? Или это он со мной так «резок», ибо новичок и уже заранее «не оправдал ожиданий»? Сбрасывать со счетов такую возможность не стоит, но вряд ли – эта «мечта клептомана» в виде его апартаментов явно не вчера появилась, и что-то мне не верится, что существо, живущее в сих хоромах и начинающее капризно негодовать оттого, что что-то пошло не по его плану, представляет собой что-то приятное и заслуживающее уважения.

– Ну и как тебе лорд Алехандрос? – внезапно обратился ко мне Джошуа. Это что, прощупывание почвы на предмет оппозиции или как?

– Очень… впечатляюще… – осторожно отвечаю.

– Да, господин велик, – покивал вампир. – Жаль, что ты утратил магические знания и потому не можешь пригодиться ему так, как он бы желал, но с этим ничего не поделаешь. Будем делать из тебя достойного воина! – так, понятно, тут не прощупывание оппозиции, тут просто оголтелый вооружённый фанатик, пусть и кажущийся на первый взгляд вроде бы почти нормальным. А что нужно делать с фанатиками и прочими психами? Правильно, соглашаться.

– Да, мне нужно будет постараться, чтобы получить одобрение лорда, так что прошу не жалеть меня на тренировках.

– Конечно, Фобос, я и не собирался, – добродушно и клыкасто улыбнулся бывший стражник. – Воина-дроу я из тебя не сделаю, но вот простые охранники караванов уже скоро перестанут представлять для тебя угрозу.

– Дроу? – зацепился я за знакомое слово.

– Да, подземные эльфы. По слухам, они – едва ли не лучшие воители мира. Правда, сам я их никогда не видел, – пожал он плечами, – что тоже неплохо, мало тех, кто может похвастаться тем, что видел дроу за работой и смог уйти живым.

– Ясно… – не так чтобы очень, но теперь я знаю много больше, чем пару минут назад. – Кстати, у меня всё ещё много вопросов. Не расскажешь, например, что вообще в мире творится? Ощущать себя слепым котёнком очень неприятно.

– Ну, можно, – немного подумав, ответил вампир, – правда, не жди от меня откровений, хотя тебе сейчас и общеизвестные вещи кажутся этим самым откровением, – Джошуа хмыкнул. – Да-а-а, помню, как был на твоём месте, забавные же тогда времена стояли… – и бывший стражник не столько стал отвечать на вопрос, сколько пустился в воспоминания. Впрочем, такая информация тоже была полезна…

Глава 2

Первые дни и даже недели в вампирской общине выдались сложными, но интересными, почти без перерыва добавляя мне пищи для размышлений. Начать стоит с того, что мир моего пребывания назывался «Торил» и по всем признакам являлся тем самым Торилом, о котором я читал ещё на Земле, что подтверждало теорию о том, что большая часть выдуманных людьми историй – это просто отражения эха ещё не случившегося или уже произошедшего в бесконечности вселенных и параллельных реальностей. Очевидно, что я и до своей смерти надеялся на то, что данная теория верна, но получить наглядное доказательство было приятно. Правда, имелась в данном замечательном открытии и одна проблема – какой сейчас временной промежуток и как он связан с событиями старых литературных произведений, что я читал ещё в детстве, связан ли вообще или все совпадения просто случайны, оставалось загадкой. Какое летосчисление было в книгах, я не помнил, если вообще когда-то обращал на это внимание, а спрашивать что-то по событийному ряду являлось изрядной глупостью, как с точки зрения поддержания легенды о полной потере памяти, так и общего понимания событий. Имена известных мне личностей могли звучать иначе, их известность, опять же, может носить, скажем так, «региональный характер», и в местной жопе мира о них никто ни сном ни духом. И да, располагался же я именно в «жопе мира», по-другому и не скажешь.

Сидели мы в одном из лесных участков предгорий близ некоего горного хребта «Драконьи Вершины». Севернее нас располагался сам хребет, где вроде бы когда-то жили драконы, но их так давно никто не видел, что уже и не верили. Встретить там сейчас можно было разве что орков и гоблинов, ещё в нескольких местах расположены хутора добытчиков пушнины, но очень немного. Дальше на запад лежал огромный лесной массив, называемый «Сторожевым», а за ним – ещё более огромная пустыня, от которой он, собственно, и сторожит более комфортные земли, и делать там было совершенно нечего. Основная же жизнь в регионе бурлила южнее и восточнее. Там хватало и деревень с городками, и всякого рода квазигосударственных образований вида «феодальное владение» или «город-государство», но самое близкое поселение от нас было где-то в неделе пути, и это если по прямой и по дороге, а не по буеракам и чащобе. В общем, жили мы хоть и в некоторой доступности цивилизации, но на отшибе, и конкретно до нашего угла никому не было никакого дела – в лучшем случае, раз в сезон несколько торговцев по горным хуторам пройдутся, чтобы добытый товар скупить, но и их маршруты наше логово сильно огибают.

Что ещё интересного? По общему «мироустройству» мои новые сородичи рассказали, с одной стороны, много, а с другой – как-то очень уж… не то чтобы на «отвали», но размыто. Есть разные расы, одних эльфов существует четыре основных подвида, плюс всякие смески со всеми возможными и невозможными вариациями. Есть дворфы и есть гномы, и это разные ребята. Причём и тех, и тех тоже несколько видов, которые разбиты на разные государства, ведущие разную политику. Ещё в мире присутствовали хоббиты, точнее, тут их называли «хафлинги», и у них не было шерсти на ногах. Отличались они от дворфов и гномов более изящным телосложением и чуть заострёнными сверху ушами, не прям как у эльфов, но заострёнными. На этом по составу рас можно было ставить точку. Разумеется, оставались ещё люди, но они были наименее интересны, в том плане, что, как и в моём прежнем мире, вариативность человеческого поведения была очень широкой. От полноценных святых и мудрых, с которыми и эльфам не зазорно пообщаться, до дикарей и конченых мразей, что с удовольствием продадут своих сородичей за толику малую хоть врагам-соседям, хоть демонам, хоть вампирам. Последнее, кстати, имело место и здесь – наш лорд не караулил неделю караванщиков в кустах, он чётко знал, когда те появятся, что будут везти и сколько и кого в охране. Не уверен, знал ли продающий эти данные человек, кому именно он сливает информацию, но факты от этого не менялись.

Отдельно стоило упомянуть различные «малые расы», монстров и просто всяческую шелупонь, что обитала в этом, откровенно говоря, полудиком мире, но начни я перечислять всяких орков, гоблинов, багбиров, кобольдов, гноллов, огров, великанов и прочих медуз с минотаврами, закончил бы только через неделю. В лучшем случае. Даже «общая справка» в исполнении Джошуа затянулась на несколько часов, а ведь нам не только лясы точить требовалось – к распоряжению своего господина мой кровососущий приятель отнёсся очень серьёзно и науку владения мечом преподавал дотошно, без шуток и отвлечения на посторонние темы.

Между делом выяснился один довольно странный факт. В начале занятий с клинком Джошуа решил продемонстрировать, «как могут двигаться опытные вампиры», ну и начал махать мечом и перемещаться по залу в весьма шустром темпе. Вот только стоило мне сосредоточиться и как бы внутренне пожелать рассмотреть его движения, чтобы лучше запомнить, и… мир почти застыл. Пыль, поднятая моим наставником, незыблемо висела в воздухе, сам он двигался как в каком-то слоу-мо, а я… я перемещался совершенно спокойно и без малейшего напряжения. Даже по самым скромным подсчётам, это было быстрее, чем показывал выкладывающийся на максимум вампир, раз в восемь. Правда, как только я осознал этот факт и удивился подобному, странное состояние сразу же спало, вернув мир к привычной скорости, где я пусть и мог различить движения моего клыкастого приятеля, но уже не подойти, отвесить ему пинка, а потом встать обратно, словно ничего не происходило. Очевидно, тут имеет место ещё какая-то «незадокументированная» фишка моего организма, которую, с одной стороны, нужно изучать и осваивать, с другой же – не афишировать. Чисто на всякий случай.

К урокам владения оружием, кстати, мне со второй же ночи добавили и уроки добычи пропитания. Просто потому, что кормить меня за свой счёт тут никто не собирался. По этой причине меня приставили к Эдгару – бывшему охотнику, что и взялся учить меня «самостоятельности», насколько она возможна для вампирского отродья. Уроки у него были не сказать что сложными, но долгими и кропотливыми, первое время отнимая на себя практически всё тёмное время суток. Бывший охотник учил меня ходить по лесу, ставить силки, определять звериные тропы, читать следы животных, готовить ловчие ямы и мастерить прочие варианты ловушек на мелкую и не очень дичь. Признаться, факт того, что предыдущий владелец этого тела был магом, причём магом явно молодым, учитывая мою внешность, очень сильно играл мне на руку. Так-то, как выяснилось, «моторные навыки» при обращении сохраняются, но от «книжного мальчика» изначально никто и не думал ждать «понимания жизни», что помогало не только объяснить абсолютное отсутствие навыков в работе с оружием, но и избежать вопросов вида: «ты с какой луны свалился, блаженный?», в том смысле, что прописных вещей не знаешь, каких любой деревенский ребёнок с малых ногтей набирается. И дело даже не в том, что здесь действительно было много растений, деревьев и грибов, каких явно не существовало на Земле, хотя и привычных елей, сосен и дубов хватало. Дело было в самом образе жизни средневекового человека, для которого выживание в дикой природе – это не что-то экстремальное, а наоборот, естественный процесс. Это человек двадцать первого века может умереть летом с голоду в лесу, для жителя же средневековья это задача из разряда «имея батон колбасы, нож и буханку хлеба, не суметь сделать бутерброд», то есть что-то абсолютно абсурдное и невозможное. Умереть сотней других способов – сколько угодно, но от голода, когда вокруг грибы, ягоды, коренья, птичьи гнёзда с яйцами, орехи и так далее и тому подобное, вплоть до десятков способов поймать дичь, – это просто невозможно. Меня же принимали за тепличного городского мальчика, которого с ранних лет отдали в школу магии, и за её пределы он и носа не совал до выпуска, отчего и не знает очевидных любому сельскому жителю вещей. И это очень помогало задавать «тупые» вопросы и учиться «элементарным» вещам, не выглядя при этом идиотом. К тому же идиотом я и на деле не был, прекрасно осознавая нужность знаний и выкладываясь на занятиях по полной, что в итоге приводило к довольно быстрому прогрессу. Опять же, едой меня и правда никто не обеспечивал – что поймал, то и кушай, а халява только для лорда и его пассии.

И кстати о поимках. Как довольно быстро выяснилось, я могу чувствовать не только некроэнергию в нежити и своих новых сородичах, но и жизненную силу в животных и птицах. Действовало это где-то метров на тридцать, и по количеству жизненной энергии можно было понять размер и силу зверя, но к этому следовало привыкнуть. Рядом с нашими руинами живых существ почти не было – одно присутствие зомби отпугивало всех, от оленей до птиц, надёжнее любой гари пожара. Только всякие мышки и рисковали сунуться, ну, если исключить подчинённых волков. Однако стоило углубиться в окружающий лес, как количество «засветок» в этом моём объёмном восприятии начинало немного давить на сознание. Больше всего это напоминало выход к автостраде, по которой несутся сотни ревущих двигателями машин. Аналогия грубая, конечно, и такого «давления на уши» от ощущения жизни у меня не было, но это была хоть какая-то ассоциация. Тем не менее «в целом» навык был крайне полезен, особенно на охоте и особенно в сочетании с луком. Как с ним обращаться, мне Эдгар тоже показал, правда, много времени этому в уроках не уделял, потому как вампиру было проще зашибить зверя брошенным камнем, чем возиться со сложной наукой стрельбы из лука и ухода за ним. Но мне против всяких зайцев-кроликов хватало, а это главное. К слову, дичь вампирам была интересна исключительно из-за крови – мясо, в лучшем случае, отдавали подчинённым волкам, да и то лишь если не лень возиться. Ну а кровь… Как выяснилось, кровь животных для утоления Жажды хоть и подходила, но вот её вкус… Создавалось ощущение, словно ешь подпортившееся мясо и запиваешь начавшей протухать водой или скисшим молоком. То есть если сильно прижмёт, кое-как впихнуть это в себя можно, но питаться таким добровольно и при наличии альтернативы – нет уж! Вот только, как уже было сказано, меня быстро «обрадовали», что все слуги лорда, за исключением его любимицы Мари, большую часть времени именно кровью животных и питаются. Человеческая – только по праздникам, вроде налёта на караван.

И приходилось давиться.

Потому как иначе никуда.

Н-да…

Зато удалось выявить ещё одно отличие меня от местных вампиров. Вкус еды. Как оказалось, кровососы вполне могут есть обычную человеческую пищу, но голод она не утоляет, да и на вкус кажется пресноватой, нужно как-то изощряться, в кровушку там «макать» или ещё чего. У меня же подобного рода проблем не возникло, во всяком случае, я испытал истинное наслаждение от шикарной оленьей вырезки, запечённой на углях – мой наставник по ремеслу выживания расщедрился на полноценную демонстрацию, насколько обычная еда «бесполезна». Ну, для них – да, а вот я стал время от времени таким баловаться, просто чтобы избавиться от гадкого привкуса животной крови. Увы, заменить обычной пищей последнюю было невозможно – только «заесть». Мясо не утоляло Жажду. Равно как и грибы, ягоды и любые другие образцы нормальной еды.