Текст книги "Рождение Патриарха (СИ)"

Автор книги: Sedrik&Rakot

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Клинок едва успел покинуть ножны, как на меня обрушился шквал быстрых, полных дурной мощи ударов длинным мечом, чьё лезвие тускло сияло каким-то зачарованием. Атаки были опасны, но назвать их сколь-либо умелыми не получалось никак. Не совсем беспорядочное махание мечом, как дубиной, конечно, но даже до уровня городского стражника из тех, что поопытнее, ему было далеко. Очевидно, краснокожий орк рассчитывал на свои силу и скорость, а не мастерство. И, встреться он с простым человеком, подобное действительно могло бы сработать. Но я был более чем способен поспевать за врагом и блокировать его атаки, хоть последнее и не рекомендовалось – магический меч оставлял на моём клинке заметные выщерблины, вроде бы и не грозившие сломать и расколоть полотно меча, но портившие сталь капитально. Впрочем, долго «фехтовать» с этим монстром я и не собирался.

Первая секунда ошеломления схлынула, а в следующую я уже принял очередной грубый удар на гарду, теперь чуть опустить клинок, «проигрывая силовое противостояние», и… крутануть запястьем, «обходя» меч противника, одновременно с шагом вперёд-вбок и поднятием руки в уколе – аккурат под подбородок. Приём прошёл если не идеально, то близко к этому – оружие орка разрубило воздух в том месте, где могло бы находиться моё плечо, а я воткнул своё ему в голову. И резко отпрыгнул от могучего пинка, которым меня чуть не снёс этот козёл. Меч просто не пробил его кожу.

– Какого…

– Оружие бессильно против Зуркана! – довольно осклабился дикарь. – Наследие предков хранит меня! Я неуязвим! И когда я с тобой закончу, красноглазый, займусь той ушастой шлюхой! – и он бросил в спину отступающей Линвэль огненный луч. Причём это не было заклинанием!

– … – вступать в беседу с этим типом я не видел смысла, вместо этого войдя в полное ускорение и перехватывая замедлившуюся для моего восприятия, но всё ещё довольно резво несущуюся к цели атаку собственным телом.

И это было больно! Словно мне раскалённым прутом руку пробили. Аромат палёной плоти прилагается. Злобно рыкнув в ответ, я попытался взять козла если не качеством атаки, так количеством этих самых атак, отвесив за следующие секунды добрых три десятка ударов, но… меч, даже ударяющий с моей силой, действительно не мог пробить странную красноватую шкуру орка. Он отбрасывал его, рвал одежду, пробивал броню, но никак не вредил кожному покрову. И почему – я не понимал. Какой-нибудь ритуал или жертвоприношение? Древний артефакт? Наверное, стоило просто разорвать дистанцию и смыться или попробовать поджарить его магией – Третий Круг, так-то, это уже немаленькая мощь, и что-то примитивно-дикарское вряд ли бы выжило, не важно, артефакт или ритуал. Вот только магия для меня оставалась чем-то вспомогательным. Безусловно, полезным, но тем, к чему ты тянешься далеко не в первую очередь. Будь у меня время подумать, я бы так и сделал, но неуязвимый враг, что хочет покуситься на мою женщину… он меня выбесил. К тому же ощущение раскалённого прута в теле никуда не делось и настроения вместе со здравостью мышления мне не прибавило. Не работает меч? Ну что же… Клинок отводит оружие противника в сторону, блокируя его в клинче, и ноготь моего большого пальца входит ровно в правый глаз орка. Тот взвыл, хватаясь за искалеченную морду лапами, а я, ведомый не столько разумом, сколько инстинктами, натурально вцепился ему в горло клыками, повиснув на своей жертве.

И принялся пить. Кровь была… мерзкой. Такой дряни мне пробовать ещё не приходилось: прокисшая, протухшая, тошнотворная субстанция, при этом буквально сжигающая горло и пищевод. И вместе с тем, в ней было действительно много Силы. Прожаренная до плеча левая рука стремительно восстановилась, а я всё продолжал и продолжал пить, ощущая, как новая сущность втекает в мои жилы. Злая, агрессивная, будто вопиющая о жажде разрушения и убийств. Концентрированный Хаос, иначе не назвать. Разум оказался в странном тумане. Я вроде бы и осознавал всё происходящее, а вроде бы и не совсем. Сознание уплывало, и только где-то на грани чувств я ощутил что-то… знакомое… прохлада, спокойствие… как… Как прикосновение Тьмы, что привела меня в этот мир, только пришедшее откуда-то из глубины моей собственной сущности. Это было странное ощущение. Мягкая, убаюкивающая прохлада столкнулась с энтропией и начала её поглощать, как я сам поглощал эту отвратительную кровь…

Мерзкий привкус которой нужно было срочно заесть! И тут как раз остался ещё десяток живых бурдючков, что, очухавшись от взрыва, всё ещё смели пытаться догнать и убить мою женщину! О да, они видели, что произошло, они видели мою силу, их страх так приятно пахнет, поддразнивает нос и заставляет разойтись губы в оскале, а клыки зачесаться в предвкушении того, как они сомкнутся на шее добычи!

Мир вновь замер, иллюстрируя предельное ускорение, а я оказался рядом с растерянным здоровяком. Небрежный жест – и из разорванного горла бьёт фонтан живительной влаги, небольшое усилие мысли – и она аккуратной струйкой втекает мне в рот, пока я несусь к следующему – касаться смрадных, немытых шей этих животных губами было ниже моего достоинства. Вот аккуратно приложиться к шейке Линвэль, ощутить, как она вздрогнет от прикосновения моих клыков – это да-а-а, но эти… просто заесть ту тошнотворную мерзость из краснокожего! Ни на что более они не годятся. А потому вскроем ещё одно горло и сделаем новый шаг.

Сознание вернулось резко и болезненно, в тот момент, когда на землю упал последний обескровленный дикарь и никого в зоне видимости просто не осталось. Ощущение было такое, как будто меня скинули с кровати в ванну, да ещё из душа окатили попеременно кипятком и ледяной водой.

– Ох… – внутри было тошно – и не поймёшь, то ли от привкуса той поганой крови, то ли от осознания собственного состояния и понимания того, что оно куда как менее стабильно, чем я думал.

Воспоминания об охвативших сознание самодовольстве, гордыне, жажде разрушения и убийства, мыслях, больше подобающих той вампирской природе, что я наблюдал в логове Алехандроса, и вместе с тем – о касании Тьмы были ещё свежи и неподдельно ярки. Что это было?! Какого хрена?! Я ведь натурально думал о своей подруге с чисто гастрономическим интересом! И ощущал Тьму! Чем-то она отличалась от той, через которую я пришёл в этот мир и которая даровала мне это тело. Отличие было совершенно неуловимым, тонким, словно новая, едва различимая нота в знакомой и любимой мелодии, когда никак не можешь понять, в чём дело, но чувствуешь отчётливую неправильность, хотя… Тут чувства неправильности не было, скорее… строго наоборот. Но всё же непривычно… И странно… И во рту всё ещё стоял гадостный привкус. И я ничего не понимал…

Впрочем, сейчас было не до самокопания, так что, кое-как собравшись с мыслями, я очистил эти самые мысли от сумбурных размышлений и сосредоточился на актуальном. В актуальном же у меня было проверить, что с девчонками. По идее, всё должно быть нормально, но под конец я был в явном неадеквате и мог что-то упустить – шального орка какого-нибудь или что-то в этом роде. Пусть чутьё жизни и молчит, но оно и касательно того вождя «молчало», показывая его просто мощным и крепким источником жизненной силы, а не хрен пойми чем обдолбанным верзилой, кровь которого пронимает и вампира. Так что глаза в кучку, нацеливаемся на подруг и пошли.

Так я узнал, что идти у меня получается… с трудом. Нет, как таковой, усталости не имелось, но та сущность, что перетекла в меня вместе с кровью орка, действовала сродни случайным ударам тока в мышцы. То есть вот ты идёшь, никого не трогаешь, и тут р-р-р-раз – и колено сгибается сильнее, чем нужно. Или рука дёргается. В итоге поначалу мой поход напоминал скорее корчи пьяного эпилептика, да и общее состояние продолжало пребывать на отметке «штормит», но через несколько минут стало полегче, и я смог двигаться, не боясь собрать лбом все дубы в округе. Так потихоньку, осторожно огибая всё, что могло заставить меня споткнуться, и, где мог, придерживаясь за стволы деревьев, я вышел к позиции, где подготовились держать оборону Линвэль и Айвел. Взгляд сразу же зацепился за пару трупов орков – кто-то, видимо, всё-таки смог сбежать или целенаправленно погнался за подругами, хоть и с плачевным результатом, что не могло меня не радовать.

– Фобос! Боги, ты ранен? – моё приближение не осталось незамеченным, как и сожжённый рукав куртки, прореха в кольчуге у места попадания огненного луча, подпалины на плаще и, полагаю, общий не самый презентабельный вид. Так что прекрасная эльфийка оказалась рядом со мной едва ли не быстрее, чем закончила своё восклицание, да и её подруга отстала не сильно.

– Он меня слегка подпалил, но там было достаточно крови, чтобы половину тела себе отрастить, не то что регенерировать прожжённую руку, – поспешил я успокоить девушек. – Только меч его совсем не брал, и я… Пришлось кусать. Но такой мерзкой крови я в жизни ещё не пил. Как будто рвота вперемешку с отравой из тухлых грибов. До сих пор во рту отвратительнейший привкус.

– Выпей, – мне протянули флягу с разбавленным вином – средством, что утоляло жажду получше воды, да и промыть раны, в случае чего, им тоже было можно.

– Спасибо, – дёргано кивнул я и с некоторым трудом поймал горлышко. Алкоголь, пусть его там было и немного, смог наконец-то снять этот проклятый привкус, – фух…

– Как ты? – с беспокойством заглядывая мне в глаза, спросила Айвел.

– Лучше, – я несколько вымученно улыбнулся, – но шевелюсь с трудом. Тело плохо слушается. Пока сюда шёл, раза четыре споткнулся на ровном месте.

– Что это вообще было? От него обычные стрелы отскакивали, да и магические толком не брали!

– Честно? Без понятия… Какой-нибудь дикарский обряд перед «кровной местью» или ещё что-нибудь, да и я сглупил – надо было именно вождя бить магией, а остальных резать, а не наоборот. Вряд ли бы он смог выдержать прямое попадание «Огненного шара».

– Ну, ты и так справился, – ободряюще похлопала меня по плечу лучница, прижавшись грудью. Да, это определённо немного подняло мне настроение, но думать о фривольном сейчас не моглось, к тому же вряд ли Линвэль действительно на что-то такое намекала.

– Угу, – согласилась с подругой плутовка. – Но что будем делать дальше?

– Добьём племя, – мне хотелось понять, что было сделано с тем орком или откуда он такой взялся. Иметь возможность наложить неуязвимость к оружию если не на себя (у меня и так должно быть что-то похожее, если верить моим первым наставникам-вампирам, хоть, по понятным причинам, проверять эффективность сего таланта я не спешил), то на девушек – это очень полезно. Вот только сначала… – Но потом. Мне нужно прийти в себя… Ох, не дай Боги никому попробовать ту дрянь, что текла в его жилах.

– Дампир с пищевым отравлением, – покачала головой плутовка, – расскажи кому – не поверят.

– Ты думаешь, так много народа знает о дампирах вообще и их особенностях в частности? – вскинула бровь лучница.

– У-у-у, Линвэль, я просто поддерживаю разговор и разряжаю атмосферу! – надулась на эльфийку недовольная миниатюрная красотка. – И ты не помогаешь.

– Прости-прости, – рассмеялась девушка. – Ладно, главное, что мы живы и целы. И, раз такое дело, объявляю привал! Отдыхаем, приходим в себя, а там уже дальше решим.

– Ещё надо бы трофеи собрать, – вяло напоминаю, хоть и осознаю, что тащиться за ними самому мне сейчас не под силу.

– Соберём, не беспокойся. Отдыхай пока, Айвел постережёт, а я взгляну на место битвы, – выдала ценные указания лучница. Возражений не последовало – в округе никого, кроме мелких зверей, не имелось, так что спокойно потрофеить у девушки время будет.

– Хорошо, тогда я пока переведу дух… – так и решили, более того, пока более рослая красавица отправилась за добычей, миниатюрная авантюристка развила бурную деятельность, организовав палатку, костёр и котелок, за водой для которого сбегала до ручья, вдоль русла коего и стояло стойбище племени. А вскоре в котелке уже что-то весело забулькало и принялось источать приятные ароматы.

В итоге я сам не заметил, как был напоен густым бульоном и препровождён в палатку, где шикарная девчонка не только помогла мне избавиться от одежды, но и подарила несколько поцелуев, правда, игривого настроения не появилось, впрочем, не в том была цель, а вот как выражение заботы и приязни… мр-р-р. Так что не было ничего удивительного, что я окончательно разомлел. И задремал.

Где-то...

Знакомая комната медленно проступила перед глазами. Деревянный стол у окна, на нём старенький компьютер, рядом – красная настольная лампа. Свободных стен нет, везде книжные полки, входная дверь закрыта, в углу валяются какие-то вещи. Сон… Да, всё хоть и знакомо, но выглядит не так, как в реальности. Забавно, я уже не помню сколько не видел этой обстановки, хотя не узнать родную комнату, служившую мне куда больше десятка лет, всё равно нельзя. Раньше я очень любил этот сон, когда точно знаешь, что спишь, эта реальность становится очень податливой, позволяя творить массу немыслимых в повседневной жизни вещей, наслаждаясь сладкой иллюзией всемогущества. Так было раньше, до того, как мечты перестали осуществляться лишь в иллюзиях…

Пройдя к окну, я облокотился на подоконник и всмотрелся в силуэты соседних зданий. Странно… Людей совсем не видно, хотя обычно кто-то здесь всегда был. Мои сны вообще редко проходили в декорациях одиночества…

– Удивлён? – неожиданно раздался сбоку от меня негромкий голос.

Я обернулся. На столе, сдвинув клавиатуру, сидела девочка, судя по росту, лет тринадцати, может, четырнадцати. При взгляде на неё в груди что-то ёкнуло, пробуждая из глубин памяти образ из далёкого детства. Образ столь похожий и вместе с тем не соответствующий реальности. Её белые – или даже скорее серебряные – волосы почти касались пола. Одежда представляла собой чёрную кожаную куртку со стоячим воротником, чёрную с красными полосками юбку из плотной ткани и чёрные же мягкие полусапожки поверх того же цвета лосин. При этом у неё было отчётливо взрослое, а не детское лицо, но слишком совершенное, чтобы принадлежать реальной женщине, да и вообще человеку. Она с первого же взгляда отличалась от обычных людей даже сильнее, чем Айвел и Линвэль, хотя и не имела каких-то анатомических особенностей, резко несвойственных человеку, вроде заострённых сверху ушей. И-и-и… странное дело, я ведь её ушей не видел – те прятались в причёске, но что они не заострённые, откуда-то знал точно.

Большие серые глаза девочки смотрели на меня очень внимательно, однако никаких эмоций на её лице не отражалось. То застыло какой-то восковой маской. Бесстрастной. Совершенной. Холодной…

– Немного, – мыслей не отвечать на вопрос, врать или юлить даже не возникло. – Не думал, что окажусь здесь в ближайшее время.

– Ты сам к этому привёл, выбрав повиноваться инстинктам тела, но не расчёту разума, – сухо, без единой дрожи в интонации или намёка на обвинение сообщила мне странная гостья. Хотя себе можно не врать, я уже знал, кто находится передо мной. Всем нутром чувствовал…

– Ясно.

– Дурак, – голос, по-прежнему тихий и ровный, хлестнул по ушам не хуже выстрела.

Я с удивлением посмотрел на свою собеседницу. Кажется, я не давал повода… Ну, кроме уже озвученного, где вместо того, чтобы действовать магией, например, призвав Теневого Демона, я бросился пить противника непонятных происхождения и силы…

– Именно, – холодно подтвердила она. – Ты слишком расслабился и вместе с тем спешишь. Слишком необдуманно применяешь диаблери, не учитывая, что не все жертвы могут быть тебе по зубам. В первый раз, с тем глупым вампиром, тебе повезло. Его сила подходила, душа была слаба, а другая, старшая я, дала тебе хорошую основу. Но встреть ты этого камбиона на месяц раньше, и сейчас бы уже потерял себя.

Её лицо до сих пор не выражало никаких эмоций, только в самой глубине глаз читались злость и обида, но голос не дрожал. Ни крика, ни ярости – абсолютное спокойствие, но ощущалось оно хуже, чем удары в живот от озлобленного противника, когда ты не можешь защититься.

– Знаю, – значит, моя способность к полному выпиванию называется «диаблери», а та тварь была камбионом, то есть более мощным, чем тифлинг, отпрыском какого-то демона и смертного. – Прости… – пауза. Как разговаривать с женщиной, для которой ты – открытая книга, а сама она, вопреки внешности, не имеет с человеком ничего общего? Мотивы, логика, восприятие реальности… Я ещё помню это ощущение… Бесконечного абсолюта во время единения с Великой Тьмой, и говорить с этим… Убеждать это… – Я боюсь потерять темп и упустить возможности. А каждый выпитый таким образом сильный противник уменьшает мою чувствительность к солнцу…

Тишина. Мы оба молчим, глядя друг другу в глаза. За окном разгорается закат, и комната постепенно наполняется оранжевым светом, но это не мешает нашему молчанию. Время не имеет значения. Только этот взгляд… И тишина.

– Всё, что тебе было нужно, это лишь немного подождать, – с её голосом лица будто коснулся невесомый порыв прохладного ветра…

– Прости…

– Это уже не важно, – она прикрыла глаза, довернув лицо в сторону. – Я пробудилась, и ты выжил… – её губы тронула едва заметная улыбка, вызвавшая на душе бурю… И заковавшая её в стальной каркас монолитной брони. – Хотя и совершенно не заботился о том, насколько легко мне переваривать всю ту гадость, которую ты тянешь в рот. Постарайся в будущем побольше спать, особенно перед осуществлением очередных авантюр. Вернувшаяся молодость тела и обретённая сила ударили по твоим осмотрительности и зрелости взгляда.

– Мы можем разговаривать только здесь? – усилием воли давя вставший в горле ком, спросил я.

– Нет, – серые глаза, обрамлённые пушистыми белыми ресницами, вновь поймали мой взгляд, – но я не хочу исполнять роль безликого собеседника с той стороны телефонной линии. Если захочешь поговорить, то ты найдёшь время смежить веки.

Опять тишина. Солнце за окном закатилось, и последние его лучи нехотя уходят за горизонт, окрашивая тучи в кровавые тона…

– Ты сможешь обучать меня?

– Ты всё-таки это спросил, – она слегка наклонила голову вбок, наградив меня странной улыбкой. – Да, смогу, но только здесь и нескоро. Сперва стань сильнее и опытней. Сейчас ты лишь рабочий, которому показали, как изготовить несколько деталей, но и близко не инженер, который понимает, как такие детали проектировать. Исправь это, иначе ты не сможешь понять даже простейшие из истинных знаний.

– Постараюсь, – ни разу не покривив душой, ответил я, ибо сам всем сердцем жаждал того же самого. – Как долго я могу тут оставаться?

– Долго, но скоро ты перестанешь запоминать то, что здесь происходит, и, проснувшись, ничего не будешь помнить. Так что просыпайся, время тут и так течёт медленнее, чем в материальном мире.

– Жаль. Тогда до встречи.

– Дурак, – без малейшего упрёка констатировала она, отвернувшись и прикрывая глаза. – Мы не расстаёмся.

Будто только того и ожидало, пространство подёрнулось рябью, а я начал ощущать себя в двух мирах одновременно, наполовину бодрствуя, а наполовину ещё находясь во сне.

– Последний вопрос: ты уже придумала себе имя? – вопрос вспыхнул внезапно, но оттого являлся ничуть не менее важным. Ведь не обращаться же к ней просто «Тьма»?..

– Да… Моё имя – Юринэ…

Глава 13

Комната полностью растаяла, и в какой-то момент пришло ощущение, что я лежу с закрытыми глазами. Пробуждение вышло лёгким и приятным, совсем не таким, какого ожидаешь, засыпая в состоянии между лихорадкой, переутомлением и похмельем. Тем не менее мне было хорошо, тело – лёгкое, налитое силой, нигде ничего не болит и не кружится. Благодать. Даже поток информации от различных органов чувств, что привычно потёк в сознание, рисуя картину окружающего мира, не выявил ничего тревожного и никого лишнего, только огоньки жизни и эмоций Айвел и Линвэль. Спокойные, здоровые и находящиеся всего в нескольких метрах от меня.

В ушах ещё звенело имя, прозвучавшее во сне, а перед глазами стоял образ девочки с серебряными волосами. Её слова, предостережения, наказы… Не такие уж и объёмные, если подумать, оставляющие больше вопросов, чем ответов, но почему-то в груди, сквозь трепет, всё равно проступало ощущение умиротворённой радости, а губы так и норовили расплыться в глупой улыбке.

– Всем привет, – натянув обратно сапоги с одеждой, я вылез из палатки и довольно потянулся.

– О, утречка, соня, – отозвалась Линвэль.

– Доброго, – продолжила за подругой Айвел. – Как себя чувствуешь?

– Очень даже неплохо, но что значит «соня»?

– Ты уснул где-то в районе четырёх часов после полудня. А сейчас – час после полудня, но уже следующего дня, то есть получаются почти сутки, мы уже начинали беспокоиться.

– Хм-м… – вот тебе и «время здесь течёт медленнее», не ожидал, что настолько, хотя… а всё ли я помню из того разговора и событий? Быть может, он был длиннее, но пока эти воспоминания закрыты от меня? Возможно, но, на самом деле, несущественно. – Да, неплохо так выспался – на месяц вперёд. Было что-то интересное в моё отсутствие?

– Нет, – покачала головой эльфийка. – Я только уши срезала да собрала всё ценное с тех орков. Ну и прихватила голову той… штуки, с которой ты дрался.

– Штуки? – я вопросительно приподнял бровь.

– Пока оно было живо, оно на орка похоже было, но вот после смерти – кожа покраснела ещё сильнее, на башке рога выросли, на пальцах – когти. И крылья из спины… Ох, лучше тебе не знать, сколько пришлось мучиться, чтобы снять с той туши с крыльями кольчугу.

– Эм… – я моргнул. – А как там вообще крылья вылезти смогли?

– На спине были специальные прорези, – тут уже принялась делиться информацией плутовка, – сделано грубовато и видно, что на коленке, но довольно добротно. И где только этот тип смог раздобыть наборный кольчужно-пластинчатый доспех? Он же стоит две сотни золотых!

– Там же, где и магический меч, который стоит примерно столько же. Минимум, – мрачно ответила Линвэль. – Снял с трупа кого-то из наших собратьев по ремеслу.

– Весело, нечего сказать. Ладно, эту тварь мы упокоили, и теперь бояться особо нечего – вряд ли в том племени был ещё один камбион.

– Ты понял, что это за монстр? – навострила ушки плутовка.

– Да, это полудемон. Результат противоестественной связи выходца из Абиса или Баатора со смертной.

– Бр-р-р, – дружно передёрнули плечами девушки.

– Это что, получается… пусть даже орчанка, с какой-нибудь… Ох, меня сейчас стошнит! – скривила личико лучница.

– Скорее всего – да, – признал я. – Хотя кто их знает, как там всё устроено – я, если что, ученик старого сумасшедшего шамана-сквернослова, а не скучающего архимага-демонолога, чтобы быть в курсе всех процессов и вариантов, – развожу руками. – И давайте оставим эту неприятную тему и лучше займёмся завтраком. Ну и решим, что и как делать дальше.

– Он ещё может думать о еде в такой ситуации… Мужчины! – со странной смесью осуждения с восхищением покачала головой полухафлинг, но к мешочку с продовольствием действительно потянулась. – Подожди полчасика, сейчас что-нибудь соображу.

Пока миниатюрная красотка «соображала» перекус, её подруга торжественно вручила мне трофейный меч, мол, тебе оно будет полезно и нужно. Клинок, кстати, явно был почищен и смазан, то есть приведён в надлежащий вид. Такая забота от девушки была весьма приятна, так что я поспешил её поблагодарить. И поцеловать. И немного пощупать, пока не получил негодующий фырк от Айвел, что «вовсю тут старается, пока остальные дурью маются… без неё», и вообще фу такими быть, ведь ей тоже хочется и разгребать трофеи она тоже помогала. Короче, нужно было срочно приласкать и эту возмущённую прелесть. Ну а там и походная каша поспела, которую мы с удовольствием умяли. Ах да, ещё я заметил, что теперь солнце не то чтобы совсем не давит и не ощущается, но чувствовал я себя куда легче, чем раньше. Сожранный полудемон, при всей его мерзости и чуть было не отъехавшей в командировку моей крыше, оказал весьма полезное воздействие на мою энергетику. Но повторять подобный опыт я не буду, во всяком случае, ближайший год точно.

После завершения трапезы состоялось совещание, на котором был оценён состав трофеев и утверждено принятое ранее решение «добивать племя». Оружие и амуниция орков большей частью были низкосортной рухлядью, но в сочетании с ранней добычей всё же могли принести нам пару лишних сотен золотых. Самыми ценными, понятное дело, были вещи вождя, начиная с неплохого шлема и криво расшитой, но всё ещё ремонтопригодной кольчужно-пластинчатой брони, и заканчивая магическим мечом, исследование которого заклинанием определения магии показало, что тот зачарован на прочность и дополнительный импульс при ударе. Подобным образом работает заклинание «Усиление оружия», но оно действует лишь несколько часов, а здесь была полноценная работа артефактора, который вплёл структуру двеомера прямо в материал, что требовало особых реагентов, инструментов и навыков, о которых я имел только самое общее представление. То есть создание волшебных палочек, конечно, имеет в себе схожие основы, но только основы, а дальше это всё равно что сравнивать гончарное дело с кондитерским. В общем, с мечом повезло – на рынке такой если и найдёшь, то не дешевле четырёхсот золотых, но тут главная проблема именно найти. Делать-то их умеют много где, те же Пурпурные рыцари Кормира как раз с такими поголовно и ходят, но нужные для их создания реагенты – товар редкий, так что массовое производство просто невозможно.

Что же до племени, то пусть у нас и был некоторый соблазн просто вломиться в поселение (возможно, пустив вперёд себя призванного Теневого Демона) и добить остатки орков этаким «лихим кавалерийским налётом», но голову терять (фигурально) мы не стали и решили действовать по уже проверенной и рабочей схеме с выстрелами издалека, раздёргиванием и всем прочим. Таким образом, после утверждения плана мы спокойно собрали лагерь, увязали новые трофеи со старыми и выдвинулись к нашей цели… чтобы встретить несколько опустевшее стойбище. Не в том смысле, что орки куда-то взяли и ушли, но вот гоблины разбежались. Видимо, смекнув, что дело может принять не просто очень неприятный оборот, а дойти до натурального каннибализма, где кушать в первую очередь начнут именно их, относительно мелкие поганцы воспользовались тем, что охрана поселения сильно уменьшилась, и решили не участвовать в этом празднике жизни. Смылись ли они в полном составе или нет, по оставленным следам сказать было сложно, но беглецов было не менее четырёх десятков. Что, в принципе, делало всё только проще, ну а с беглецами можно было разобраться и потом.

Спустя две ночи стойбище было вырезано. И так пребывавшие в весьма угнетённом состоянии, орки окончательно пали духом, когда со стороны, куда ушёл их вождь, полетели эльфийские стрелы. Нет, бросать оружие или молить о пощаде никто из дикарей не думал, но их встречные атаки были судорожными, неорганизованными и обречёнными, что, скорее всего, понимали и они сами. В суматохе боя сбежать попытались только гоблины и некоторые женщины с совсем молодыми детёнышами, но их настигали или заготовленные ловушки Айвел, или стрелы Линвэль. В итоге, потратив все имеющиеся стрелы, вволю попрактиковав дальние магические атаки и окончательно измотав противника, мы всё-таки призвали Теневого Демона и окончательно решили вопрос штурмом уже, по сути, беззащитного стойбища. Не осталось никого. И если у меня ещё мелькнули сомнения касательно женщин и мелких орчат, всё-таки я год жил среди орков, то мои спутницы подобного не испытывали и уничтожили всех, как бешеных зверей. Что же, история обоюдной ненависти орков и эльфов не нова и не уникальна для множества миров. Так что ничего удивительного.

Закончив с истреблением, мы приступили к обыску стойбища, не то чтобы и в самом деле надеясь отыскать что-то ценное, но вдруг? И «вдруг» действительно случилось, но совсем не в том плане, что хотел бы лицезреть порядочный авантюрист, да и любой другой состоящий на службе у властей страны разумный. Естественно, несколько серебряных и золотых украшений с камушками, без сомнения, были прекрасной добычей, но основной проблемой было то, где мы их нашли. Это было святилище, вырытое в склоне холма. Святилище, посвящённое далеко не Груумшу или иному из орковских Богов, чью символику я, отучившись у племенного шамана, успел узнать.

– Что это за гадость? – со смесью удивления и неприязни спросила плутовка, рассматривая странные символы, выполненные кровью. Сами символы «украшали» собой стены и потолок пещеры, а также некоторую утварь и инструменты, обнаружившиеся здесь же.

– Абиссал – язык Бездны, – знал я его чуть лучше, чем никак, но как выглядит, представление имел. – У нас тут орки-культисты, что поклонялись кому-то из демонов. Причём достаточно рьяно, чтобы их энтузиазм оценили и «снизошли» в том или ином виде, породив камбиона.

– Замечательно. И что нам делать?

– Хороший вопрос, – я обошёл покрытый бурой пахучей коркой кусок скалы, расположенный в центре святилища и явно выполнявший функции жертвенного алтаря, и взял с расположенного тут же постамента нечто вроде книги, грубо сшитой из листов пергамента и кожи, с несколькими бумажными страницами, затесавшимися между ними.

На обложке обнаружился один из символов, что встречался в пещере чаще всех, возможно, герб демона-покровителя племени. Внутри же оказалась причудливая смесь из символов орочьей, гоблинской и всё той же демонической письменности, среди которой нет-нет да мелькали словечки общего языка.

– Что там? – опасливо заглядывая мне через плечо, спросила лучница.

– Какая-то летопись или священное писание. Сложно сказать, – качаю головой, медленно перебирая листы. – Страницы старые, хранились не в лучших условиях, авторов явно несколько, да и писали с ошибками.

– Как ты понял, что авторов несколько? – полюбопытствовала Айвел.

– Почерк. Общий смысл текста понять сложно, но что писали в разное время и разные орки – это точно. А ещё… – перелистываю очередную страницу. – Да, вот это ритуал, которым сделали те охранные черепа… – вчитываюсь в описание некоего ритуального умерщвления, явно с пытками, что наглядно иллюстрировали любовно сделанные зарисовки.

– Мерзость, – с искренним отвращением поморщилась Линвэль.

– Да… – соглашаюсь, закрывая дикарский фолиант. – Ладно, мы вроде бы уже и так всё сделали, святилище сейчас разграбим, и я закину внутрь пару-тройку «Огненных шаров», чтоб здесь всё сожгло и завалило. Возможно, будь среди нас жрецы или паладины Латандера, Хельма или ещё кого из добрых божеств, они могли бы подсказать или сделать что-то ещё, а так… не знаю, разве что рассказать в городе – пусть дальше голова у королевских чиновников болит.