Текст книги "Летний снег (СИ)"
Автор книги: DtPrince
сообщить о нарушении
Текущая страница: 59 (всего у книги 60 страниц)
Цунаде ничего не ответила, молча смотря на свои руки под обеспокоенным взглядом Шизуне.
– А Джирайя? – продолжил нукенин, не переставая улыбаться. – Только представь его лицо! Увидь он тебя с Хаку-куном, увидь он меня… Как думаешь, учитель призовёт его скоро? Возможно, мы даже скрестим оружие в битве. Ах, я начинаю вспоминать старые добрые времена…
– …Хорошо, – тихо сказала Цуна. Одно слово прозвенело в внезапно упавшей тишине.
– …Что, прости? – моргнул нукенин.
– Я не испытываю слепой любви к учителю, что бы ты не думал, Орочимару, – хмыкнула девушка. – Почему ты так удивлён? Думаешь, я не понимаю, в какой грязи он измазался со своим старым дружком? Не только ты изучал секретные документы. Не только из-за Дана и Наваки я покинула Коноху. Мне будет неприятно, но я переживу его смерть. Но запомни вот что, – она легко ударила сжатым кулаком по столу, заставив дорогое, прочное дерево жалобно крякнуть. – Я буду пристально наблюдать за твоими действиями. Насколько аккуратно ты ведёшь себя. Сколько смертей после себя оставляешь. И если мне покажется хоть на мгновение, что ты переступил черту? Ты узнаешь, что чувствовал Какузу в момент своей финальной смерти.
– …Ох, ты меня прямо засмущала, – помахал себя ладонью Орочимару – Так ли себя чувствуют простые люди после признания в чувствах? Кажется, у меня аж закружилась голова от переполняющих меня эмоций. Принцесса, как я рад, что увидел тебя такой…
– Тьфу. По тебе всегда рыдал театр Кабуки, – скривилась куноичи. – …Пусть Якуши принесёт нам технику и останки. До Экзамена.
– Подожди-подожди, – засмеялся Орочимару, – Жадность – всякому горю начало. Если я так просто всё отдам, то у вас не останется причин мне помогать! Кабуто-кун, меня хотят облапошить!
– Как страшно жить, Орочимару-сама, – спокойно ответил парень, поправив очки.
– Мы согласны и просто на останки Узумаки, – произнёс я.
– Ну конечно вы согласны. Тогда вам останется выбить технику из не особо сопротивляющегося Хокаге и твои цели окажутся достигнуты. Я могу предложить вам лишь сам Эдо Тенсей, исключительно в качестве жеста доброй воли.
– Модифицированный? – уточнил я.
– Интересуешься моими скромными усилиями, Хаку-кун? – лукаво улыбнулся Орочимару. – Однако, вынужден отказать. Мне ведь и самому потом использовать Нечестивый Призыв. Кто знает, что сможет подготовить ужасный Мастер Печатей, если увидит его структуру?
– Тогда передашь нам оригинальное киндзюцу в течение недели, – хмыкнула Цунаде. – Раз уж у тебя уже готова твоя особая версия.
– Ожидайте ещё одного визита Кабуто-куна. Может, он даже не будет стесняться моего присутствия, и вы сможете вдоволь наговориться о чудесах медицины. Разве не замечательно?
– …Мы и так работаем вместе в госпитале, Орочимару-сама.
– Ох? Ну ладно, – разочарованно пожал плечами нукенин. – Если вам нужно будет со мной связаться, ты знаешь, как, Цунаде. Было приятно увидеть тебя вновь.
С этими последними словами его фигура исчезла в облаке дыма. Обратный призыв.
Слизь, однако, никуда не исчезла.
– Я провожу тебя наружу, Кабуто-кун, – холодно произнесла Шизуне, пристально уставившись на парня. Тот лишь скромно улыбнулся, сверкнув очками.
– …Якуши, – подала голос Цуна. – Как умерла Ноно?
Парень замер на секунду. Спустя мгновение он тихо ответил.
– Несколько ножевых ранений в брюшную полость. Хоть к тому моменту я уже достиг определённых высот в медицине, боюсь, что момент смазался в моей памяти, и я не могу сказать конкретно, какое именно послужило её быстрой кончине. Мы оба были под прикрытием. И она не узнала, кем я являлся, до самого конца.
Слова падали аккуратно, выверенно, будто он читал отчёт.
– Ты знаешь, что Орочимару работал с Данзо. Как ты можешь служить ему?
– Потому что Орочимару-сама видит меня настоящего, – ответил парень лаконично.
– У него кризис идентичности, – подал голос я, заставив Кабуто повернуться ко мне с прищуренным взглядом. – Такое часто бывает у шпионов и двойных агентов. Когда в ролях и масках теряешь самого себя. Я знал одного такого человека.
– И что же с ней случилось? – в голосе парня проскользнул лёгкий интерес.
– Фокус не в вопросе, «кто ты такой». Самый важный вопрос – «чего ты хочешь?» – уклонился я от прямого ответа. – Что в тебе вызывает эмоциональный отклик? Какого окраса? Почему? Найди ответ, который станет твоим якорем. Что-то простое и понятное, что-то, что помогает тебе вставать по утрам.
– Я учту твои слова, – вежливо поклонился Кабуто, но я видел, что он пропустил их мимо ушей. С одной стороны, вполне возможно, что я избавлю себя от головной боли, просто убрав угрозу в его лице сейчас. С другой… Его помощь может оказаться неоценимой, когда наступит время Ооцуцуки.
– Ты ведь не всегда был шпионом, – добавил я ему в удаляющуюся спину. – Что ты чувствовал, когда ты был просто Кабуто, сыном Якуши Ноно? Вместо того, чтобы продолжать лепить себе новые маски, почему бы не попытаться вспомнить, что ты делал до этого?
Он не ответил мне.
– Данзо всегда любил играться со сломанными куклами, – устало качнула головой Цуна спустя какое-то время. – А Орочимару, сколько его помню, восхищался искусством кинцуги. В какой-то степени им было суждено сойтись.
Шизуне вернулась к нам с неуверенным выражением лица. Она с какой-то опаской бросала взгляды то на меня, то на Цунаде. Наконец, она набралась решимости:
– Мы… Мы действительно позволим ему?..
– Это ты у Хаку спроси. Он, похоже, всё уже решил, – едко бросила девушка.
– Скажи одно слово, и я отброшу всю идею целиком. Мы можем поискать другие пути получить желаемое. Но Цуна… Орочимару нападёт на Лист в любом случае, – мягко напомнил ей я. – Он будет готов, он будет знать, что мы знаем, и он будет не один. Вопрос лишь в том, сможем ли мы справиться своими силами? К тому же… Я подозреваю, что он не совсем в своём уме, и держится лишь за счёт своего гения.
– Постой… О чём ты? – удивилась блондинка, позабыв на мгновение о своей обиженности. – Что ты имеешь в виду, «не в своём уме»?
– Он буквально отрывает куски от своей души, запечатывая их в других людей, – вздохнул я тяжело, припоминая забавную параллель с хоркруксами из одной серии книг. – Он продолжает эксперименты над собой, и… Ты заметила? Его тело, в смысле.
– Что он носит тонну макияжа? Сложно не заметить, – фыркнула Цуна. – И теперь, когда ты об этом говоришь… Его центр тяжести изменился. Я думала это из-за его техник модификации тела, но…
– Оно принадлежало не ему. Женщине, скорее всего, – огорошил я их новостью. По правде говоря, не уверен, что смог бы заметить это, не знай о его технике заранее. Слишком он изменил свою сущность, превратившись в духовное чудо-юдо, чтобы я мог почувствовать какую-то конкретную неправильность в той мешанине.
– Вот, значит, какой путь он выбрал? И всё ради того, чтобы начать сходить с ума… Хотя, сомневаюсь, что он хоть когда-нибудь был нормальным.
– Нестабильность эмоций и поступков вполне может убить его сама по себе, – пожал я плечами. – Но я предлагаю другой вариант. Мы можем… Вернуть его к заводским настройкам, так сказать. А затем восстановить из раннего бэкапа. Кто знает, возможно это немного вправит ему мозг.
– Хмм? – подняла скептически бровь Цуна. – Я чего-то не поняла. Что именно ты предлагаешь?
Моя широкая улыбка отчего-то развеселила её и испугала Шизуне.
Глава 58
– До сих пор не могу поверить, что такое место реально существует. Надо будет при случае пофлексить остальным! Ты – наш счастливый билет в радужное будущее, бро! – сходу заявила мне громадная бронированная жукоподобная фигура. Его голова напоминала шлем с забралом, из-под которого отсвечивали оранжевые глаза, а из плеч торчали шипы. Заканчивайся всё его туловищем и верхними конечностями, и он бы походил на странное насекомое, но всё портил длинный стебель, росший из его брюшка, переходя позади Биджу в шесть хвостов-крыльев. Сам стебелёк, похоже, тоже являлся хвостом. На выходе получалось несусветное чудо-юдо, лишь отдалённо напоминающее насекомых. Среди своих родственников Чоумей выглядел самым чужеродным, настоящим пришельцем из далёкого космоса, в отличие от напоминавших внешностью обычных людей Ооцуцуки.
Однако, по иронии, его характер оказался чуть ли не самым дружелюбным и позитивным. Пусть и… С некоторыми нежданными лингвистическими причудами, от которых порой вяли уши.
Биджу выполнил бочку, подняв порывы ветра, что могли бы снести меня, если бы мы не находились у меня в подсознании и я бы не мог игнорировать здесь законы физики.
– …Я рад, что тебе понравилось… Бро, – выдавил я, внутренне содрогаясь. – Но скажу сразу: моя бедная голова не выдержит всю вашу братию скопом. Половину – вполне. Шесть-семь, на короткий визит? Может быть. Заявись вы вдевятером? Ну, надеюсь помянете добрым словом над моей могилкой.
– Ох. Какая неудача… И с этим ничего нельзя сделать? – глубокий, с хрипотцой бас пропащего курильщика не очень подходил болтливому и беззаботному Чоумею, особенно в такие моменты, как, например, сейчас, когда он откровенно ныл. – У нас с братушками и сеструшками есть, конечно, одно местечко, ну, знаешь, чтобы почилить в уединении! Но прикинь, там ничего нет! Вот совсем! Криповое, тёмное и пустое пространство! Если попытаться взлететь, то стукаешься башкой о чёрное ничто! Очень больно. И обидно! Но если что, это не я сагрился. Кто-то другой, неудачливый, проверил и ударился.
– Конечно, Чоумей…
– Бро, я же просил! Зови меня Счастливой Семёркой, бро! – пробасил Биджу, каким-то образом передавая подрагиваниями хвостов-крылышек свои едва сдерживаемые эмоции, в которых преобладали детское возбуждение и игривость. – Но ты, как и сис Фуу, наверное, не вдупляете. Чувствовать солнце, ветерок на хитине, ощущать свежий воздух… Даже этот твой снег не так сильно раздражает, по сравнению с тем, что я помнил. Летай – не хочу! Прикинь, я взлетел до стратосферы и не ударился ни о какую глупую черноту!
– Создавать пустое пространство мне не слишком сложно, – пожал я плечами, – но прошу, не пытайся бить рекорды. Как бы натуралистично не выглядел мир вокруг, это, прежде всего, моё воображение, с подкрученной правдоподобностью. Я не имею ни малейшего понятия, что произойдёт, если я не поспею за тобой и ты провалишься куда-то в мою голову. Возможно, тебя просто вытолкнет обратно. А может наши подсознания объединятся и мысли перемешаются в одну кучу. Мы потом не оберёмся проблем.
Я не переживу, если начну всех звать на «бро».
– Глупого старшего брата вечно заносит, – фыркнула Кокуо, галопом проскакав по бескрайним, как казалось, полям, пропахивая огромный след в толстом слое снега. – В самые первые годы нашей жизни он поспорил с Курамой и попытался долететь до Луны. Даже когда знал, что ничем хорошим это дело не закончиться.
– Кокуо, сис, прошу… Я потеряю весь респект… Моя аура упадёт в негатив…
В голосе Семихвостого прозвучали отчётливые капризные нотки, что, вкупе с внушительной глубиной голоса звучало особенно жалко, и точно убавило ему «ауры» в моих глазах.
– Не волнуйся, Чоумей! Я считаю, что у тебя всё ещё очень позитивная аура! – донёсся до нас голос Фуу. Она исследовала мой псевдо-мир внизу, ныряя в озеро вместе с Исобу, но мысленная связь между нами всеми работала вне зависимости от расстояния. – И я помогу тебе найти твой респект, если ты его потеряешь! Я неплохо умею находить потерянные вещи!
– Спасибо, сис, – шмыгнул… носом?.. Чоумей. – Мне сильно повезло с тобой. Не то, что черствый, меркантильный старпёр, в котором я сидел до тебя, что пытался пользоваться мной при игре в кости, как каким-нибудь талисманом. Фиг тебе, а не удача! То есть, ему фиг, а не тебе, сис, ты же знаешь, меня порой заносит…
– И как? – спросил я заинтересованно. – Долетел?
– Хм? Куда? – наклонил шлем-голову в недоумении Чоумей.
– До Луны же.
– Ох. Ну…
– Его чуть не развоплотили, – засмеялся Исобу. – После чего брат шмыгнул домой… Но перепутал направление! Ха-ха-ха!
– Смейся, смейся, – скуксился Чоумей. – Ты просто не знаешь, насколько космос огромный. И пустой. Мне просто не повезло, вот я и потерялся!
– Как ты мог пропустить огромный голубой шар? Признайся, ты просто ничего не видел со страху!
– Стойте, луна обитаема? И как ты вообще вернулся? – спросил я недоумённо. Конечно, я знал о клане Зайцев, и о Кагуе, но одни не стали бы высовывать носа из-за Биджу, а другая ничего бы не смогла сделать в запечатанном состоянии. Опять что-то из сиквелов? Из концовки, которую я так и не досмотрел?
– Луна действительно обитаема, но нам мало известно о тамошних жителях. А Чоумей… Мы телепатически звали его, и он летел навстречу, корректируя маршрут, – пояснила Кокуо. – Но слушать он стал далеко не сразу. После этого путешествия в пару месяцев он больше никогда не покидал атмосферу планеты, большой трусишка.
– Космос глубок и страшен… Нужно быть супер везучим, чтобы не потерять голову…
– Меня больше интересует не твои фобии, а когда ты вернёшься себе в печать, – заворчал Исобу. – Сколько можно гостить? Ты вообще собираешься возвращаться?
– Мне что, погостить нельзя? – возмутился Чоумей. – Ты разве не сам гость тут, бро? Если бро Хаку сказал, что можно, значит можно! Это его хата! Не душни!
– Что творится с нашим девственно чистым уголком мира… Понаехали чужеземцы, разговаривают на непонятном языке, отняли досуг, отняли жилое пространство…
– Исобу, я тебе не нравлюсь? – послышался печальный голос Фуу.
– Ааа, я не имел в виду тебя, малышка! Ты милаха, миниатюрный клубок позитива и любопытства. Это брат – огромный балабол и нытик!
– Бро! Совсем не круто!
– Вы оба идиоты, – фыркнула Кокуо. – Один ударился в детство, другой понахватался дурацких словечек… Стой. Это же Гьюки виноват, да?
– А? Ч-что ты, сис, бро не при чём! – завилял Чоумей.
– Всё с тобойпонятно. Его Джинчуурики, значит?
– Как ты– Кхм-кхм. Бро Хаку, раз уж нам так с тобой свезло, я хотел спросить, – попытался перевести тему Биджу. – Вы с Исобу, вроде как, уже реальные кореша. Он наверняка успел рассказать тебе о пророчестве—
– Чоумей, балабол проклятый, захлопни жевала! – рыкнул Трёххвостый. – Хаку, это всё мелочи, не слушай его.
– Бро, ну ты и токсичный. Что мне так с роднёй не свезло?
– Ты не рассказал ему последние слова Старика? – спросила удивлённо Кокуо. – Брат, о чём ты думал? Конечно, я сама поначалу сомневалась и не хотела верить, но теперь—
– Вы не понимаете. Судьба – больное место для нас обоих, – буркнул Исобу.
– Если вы о пророчестве одной старой жабы, то я слышал его, – спокойно заявил я под удивлёнными взглядами. Повисла тишина, нарушаемая лишь напевающей какую-то мелодию себе под нос Фуу.
– Откуда… Стой. Бро! Броо… Это буквально самый везучий момент в истории! Ты что, тоже пророк?! – воскликнул Чоумей. – Я знал, что чувствовал лютые вайбы пророка от тебя!
– И что тебе известно, партнёр? – устало, почти что обречённо поинтересовался Исобу. Я не понимал, что его так удручало в контексте пророчества. Что-то здесь было не так. – И сколько правды в догадке брата? Это бы объяснило некоторые моменты.
– …И точно. Ты говорил так, будто видел некоторые события будущего собственным глазами. Как, например, когда упомянул ту организацию и Риннеган, – задумчиво произнесла Кокуо. – Значит ли это, что ты спланировал нашу встречу?
– Хаку знает будущее?! – восторженно воскликнула Фуу. – Хаку, Хаку, расскажи, что ты видел! Что с нами будет?!
– Для начала: нет, я не вижу будущее, – вздохнул я тяжело. – Я видел лишь один статичный вариант будущего. Который, скорее всего, уже никогда не повторится в реальности. Потому что в том будущем я умер почти сразу. Поэтому нет, Кокуо, я не планировал никаких встреч между нами… По крайней мере, до встречи с Ханом.
Биджу наклонила голову, посылая виноватые эмоции. Связь, созданная Ниншуу, не допускала лжи и держала нас, как открытые книги друг для друга. К счастью, мне нечего было скрывать перед присутствующими. Даже Фуу, поскольку она мало интересовалась интригами и глубоким лором. Ей больше нравилось узнавать интересные факты.
– …Что же касается пророчества, то, насколько я помню, старая жаба поведала Хагоромо, который, в свою очередь, поведал всем вам, что однажды придёт голубоглазый шебутной мальчик, что объединит вас, но не в Десятихвостого, и изменит мир. Это про Наруто, если что.
– Наруто?! Правда?! – воскликнула Фуу. – Ох, как я рада! Чоумей всегда жаловался, что они ждали сотни лет, и… Чоумей?
Биджу молчали. Их взгляды, обращённые на меня, я ощущал почти физически. Как и их эмоции. Удивление. Смятение. Что-то чесалось у меня на задворках сознания, что-то донельзя очевидное, но я, как назло, не мог уцепить эту мысль.
– Хаку, бро… Тебя заскамили, – пробасил Чоумей.
– Ась?
– В пророчестве, что мы слышали от старика, не было ничего о голубоглазых мальчиках, шебутных или нет… Там говорилось о чёрно-белом чужаке.
Настала моя очередь замереть.
Кровь громко стучала в ушах. Слова застряли в горле.
– Прости, партнёр… Я подозревал, что ты так отреагируешь, – пробубнил Исобу мягко, аккуратно. – Чем дольше я узнавал о тебе, наблюдая, как ты начал внешне меняться… Я догадался почти сразу. Но поверь, Гамамару не пожелал бы тебе зла. В конце концов, он ведь дружил со Стариком, что, хоть и родился в этом мире, шёл родом из чужого. Даже вкупе с тем, что мы обсуждали… Мы все тоже «чужаки» для этого мира.
Я был признателен своему неловкому другу за попытку подбодрить и успокоить. Хоть его слова и не были особо убедительны, поскольку и Хагоромо, и Биджу, так или иначе, но родились в этом мире. Я же пришёл в него извне, подобно паре Ооцуцук и Усагину.
Но Исобу немного ошибся в том, что заставило моё сознание замёрзнуть в параличе.
…Насколько моё попадание было случайным? Почему вообще я решил, что это именно тот самый мир, до мельчайших деталей?
Кто ещё знал обо мне и мог подготовиться к событиям будущего? Подготавливался ко мне Хагоромо?
Что насчёт Наруто? Получил ли Джирайя своё собственное пророчество, если блондин больше не являлся предсказанным Мессией? Или их теперь двое?
Нет, я не слышал ничего такого, что бы заставило меня подозревать в изменившемся каноне. Отшельник всё ещё писал свои эротические романы, всё так же безуспешно ухлёстывал за Цунаде, учил Минато, пытался дружить с Орочимару и отправился в путешествие, из которого редко возвращался в Коноху. Значит, какая-то часть пророчества всё ещё верна? Раз он остался таким, каким я его помнил?
Или что-то всё же изменилось?
Моя голова раскалывалась.
– Как… Как звучало пророчество, что вы услышали? – хрипло спросил я.
– Хм… Тебе повезло, что я запомнил слова Старика наизусть, бро. Кхм-кхм. «Однажды, из-за Грани, к вам придёт заблудший юноша. Половина его будет окутана непроглядной чёрной тенью, а другая половина – ослепляющим белым светом. Он даст вам выбор, и выберет сам. Но, так или иначе, ваши мечты исполнятся, и весь мир изменится, к добру или худу. Под взглядом чёрно-белых глаз.» Во. Красиво, да? Старик прям ультанул!
Мысли путались.
Вспомнился давний разговор, самый первый, что у меня состоялся с Усагиным. О детерминизме. Если бы у нас была возможность, как у теоретического демона Лапласа, узнать абсолютно все переменные, то перед нами открылось бы будущее, не способное таить какие-либо секреты.
…Но детерминизм давно отбросили в моём мире. Квантовая, фундаментальная неопределённость мира, и физическая невозможность сделать расчёты абсолютно точными похоронили основные постулаты этого течения. Что будущее предопределено и его теоретически можно предсказать.
Вот только… Насколько эти препятствия актуальны для Ооцуцуки и их способностей?
Я не знал.
Но, кажется, далеко не так актуальны, как я надеялся.
* * *
Несколько дней спустя я неспеша ступал сандалиями по высокой траве на полигоне номер Семь, сопровождая весело щебечущую о своих впечатлениях о Конохе Фуу. Как она посетила зал с аркадными играми, как её выгнали из кинотеатра за громкие комментарии, как она распробовала Ичираку Рамен. Девочка жила в своё удовольствие, и это было довольно заразительно. Её не смущали редкие любопытные взгляды окружающих или чьи-то реакции на её действия.
Поддавшись порыву, я купил нам обоим по мороженому, так что мы сейчас пребывали в хорошем, приподнятом настроении.
Что сильно контрастировало с хмурыми лицами генинов, что нас встретили.
– Хаку-ниисан! – серьёзно сказал Наруто, выступив вперёд. – Ты – наша единственная надежда!
Приплыли.
Интересно, Какаши тоже испытывал это чувство подкатывающей лени и нежелания напрягаться? Поэтому я его нигде не видел?
– С чего бы? – удивился я вслух. – Ты здорово освоил своих клонов, разве нет? Я кажется, даже видел парочку по пути сюда, бегущих по своим делам. А как твои успехи с Ветром и техникой Тарана? Саске, я видел, что ты уже можешь создавать пламя в ладони и контролировать его. Я понимаю, что процесс небыстрый, и второй этап займёт ещё больше времени, но в крайнем случае ты всегда можешь попросить Какаши-семпая о услуге и скопировать его дзюцу. Сакура, Цунаде говорила мне, что твой прогресс её впечатлил, и вы начали практиковать Мистическую Ладонь. Так в чём проблема, ребята?
– Проблема в Экзамене! – паника Наруто и не собиралась утихать. – Мы не готовы! То есть, готовы, но!..
– …Нам не хотелось бы убивать направо и налево. Поскольку Экзамен будет проводиться в Листе, участвовать в нём будут, по статистике, большинство команд генинов из Листа, – тихо пояснила Сакура мне, посмотрев своими пронзительно зелёными глазами. Полагаю, она хотела отвлечь меня от того факта, что она пыталась маленькими шажками сократить между нами дистанцию. Фуу, стоявшая рядом, с любопытством наблюдала за розоволосой девочкой, неторопливо жуя мороженное.
– Ах, я понял. Но прежде, чем поднимать ваши надежды, позвольте я немного вас огорчу. Для начала, до Экзамена осталось меньше двух месяцев. Это ограничивает наши варианты. Однако, в то же время, вы находитесь в том возрасте, когда физическое развитие довольно просто форсировать без вреда для организма. У меня даже есть для этого специальные печати…
– …Не взрывные? – с опаской спросил Наруто. Я заметил, что даже Саске чуть вздрогнул при их упоминании, не говоря уж о Сакуре, которая мертвенно побледнела.
– Нет, не взрывные, – успокоил их я. – Хотя я могу подкинуть вам и их, если хотите. Нет, речь о нагрузочных. Думайте о них, как об усложнённых грузах для тренировок. Долгое время я сам их носил, но… Есть пара проблем. Первая – вряд ли мне сейчас кто позволит ставить на вас ещё одни не протестированные печати… Разве что на Сакуру. Прости, Сакура, но ты понимаешь, почему.
– Конечно, Хаку-сама, – склонила голову девочка, мельком глянув на сокомандников. – …Но если вы сами не против, то я согласна на всё.
Ох? Кажется, после миссии в Водопаде Сакура решила, что больше ничего не боится, раз разбрасывается такими недвусмысленными намёками. И это зная, в каких мы отношениях с Цунаде. Вон как Саске с Наруто косят на неё взгляд, но ей хоть бы хны. Девочка явно чувствовала себя куда уверенней в собственном теле, чем раньше.
К её сожалению, меня привлекали девушки постарше. Пусть мне лишь с трудом получалось ассоциировать себя с прошлым «я» из прежней жизни, поскольку тот, по сути, умер как личность, потеряв все личные воспоминания… Я перенял от него слишком многое. Не только страхи, но и определённые взгляды, предпочтения.
Пока что при взгляде на Сакуру мне хотелось лишь взъерошить ей волосы, накормить и уложить спать. Может, когда она подрастёт, это и изменится, но не сейчас.
Впрочем, сообщать ей это я не собирался. Всё-таки её влюблённость мне ещё пригодится. Тем более, что девочке это, кажется, шло только на пользу.
– Отлично. Тогда подойдёшь сегодня вечером к нам, в квартал Сенджу. Адрес знаешь?
– Да, Хаку-сама. Цунаде-сама рассказала, на крайний случай.
– А мне можно? – поинтересовалась скромно Фуу, посмотрев на меня щенячьим взглядом. В который раз я удивился её инстинктивному пониманию социального кун-фу. Она очень быстро раскусила, как и под каким углом нужно что-то просить у меня, Цуны или Шизуне. Никаких сознательных планов отыгрывать маленькую милую сестричку или дочку, она просто знала, как себя вести в той или иной ситуации.
– Тебе, как и Наруто, это не сильно поможет на первых порах, – улыбнулся я, взъерошив её зелёные волосы. С ней я мог насытить эту нужду без ненужных осложнений. – Биджу пассивно улучшает организм и регенерацию куда эффективней и быстрей. Может потом, когда я придумаю что-то специально для Джинчуурики.
– Оки-доки! Ты пообещал! Сделаешь мне также, как и Сакуре!
– Нечестно, нечестно! – возопил возмущённо Наруто, скрестив руки на груди. – Почему девчонкам можно, а нам нет?! Нам-то что делать?! И вообще, Хаку-ниисан, вы же ставили нам эти, как его, мочалки! Почему их можно, а другое нельзянутыпонял?!
– …«Молчалки», ты хотел сказать? – вздохнула Сакура. Её рука бессознательно коснулась воротника синей водолазки, под которой на её горле, как и у остальных участников нашей последней злополучной миссии прятался узор моих Историй.
– Никто не может говорить мне, что я могу или не могу делать со своим телом, – глухо рыкнул Саске. Его глаза на миг покраснели. – Учиха не собственность деревни… Даже если это один лишь я.
– Саске – свободный! – поддакнула Фуу мудро, заставив парня удивлённо поперхнуться. – Скажи мне, если тебе будут что-то запрещать, и я помогу! За друзей и двор стреляю в упор! Как ты и учил, Хаку!
– …Чему ты там учишь Фуу, братишка? – покосился на меня блондин.
– Хаку учит меня понятиям!
– Что ещё за понятия?
– Ммм… Молодец Фуу, – вмешался с улыбкой. – Но всё же, спроси у меня сначала, прежде чем «стрелять», хорошо? Что насчёт тебя, Саске, то я подумаю, – кивнул я спустя пару мгновений. Это поднимет бучу, но Саске был прав. В отличие Наруто, чей статус Джинчуурики делал его оружием деревни, и в какой-то мере не позволял ему делать, что вздумается, Учиха, как и любой другой шиноби в Конохе, имел право принимать собственные решения, касайся те опасности его тренировок. Хокаге старались не вмешиваться даже тогда, когда такие особые тренировки угрожали жизням их пробующих.
– Зазнайка, ты предатель! – возопил Наруто, тыкнув указательным пальцем почти в нос хмыкнувшему брюнету. – Пытаешься оставить меня за бортом, да?!
– Кто успел, тот и съел, двоечник.
– Чё? Ааа, ты сейчас меня попросил делать побольше клонов со взрывными печатями в наших спаррингах, да? Понял-понял!
– Тихо, тихо, дай мне договорить, Наруто, – засмеялся я, прервав угрозы начинающего террориста. – С печатями или без, вам будет нужна база и нагрузка. Я, конечно, кое-что знаю и сам, но зачем соглашаться на среднее, если можно получить лучшее? Если, конечно, вы не боитесь трудностей.
– Да мы едим трудности на завтрак!
– Я не знала, что ты зовёшь Ичираку «трудностями», Наруто.
– Сакура-чаааан… Когда ты стала такой колкой?.. Может, ты лучше снова станешь меня бить?..
* * *
– Хаку-ниисан… Это чё, шутка такая? Признайся, ты над нами прикалываешься? – спросил монотонно Наруто, глядя на команду номер Три и их наставника. В особенности его взгляд упирался в два зелёных, плотно лежащих на теле спортивных комбинезона и пару причёсок горшком. Саске держал нейтральное лицо, но я подозревал, что и он питал некоторые сомнения, увидев мой «секретный план» воочию. Даже Фуу с восторгом наблюдала за новыми «необычными людьми». Для неё это был большой спектакль. Лишь одна Сакура покорно ждала моих объяснений без тени каких-либо сомнений. Ах, какая послушная девочка… Это твоя выбранная линия поведения, верно? …Надеюсь, я не наступил ненароком на яндерную мину.
– Хаку-кун! Я вижу, огонь твоей неукротимой Юности привёл тебя к нам! – воскликнул Гай, за мгновение преодолев разделявшее нас расстояние. – Неужели тебе уже выдали свою собственную команду генинов? Если так, то прими мои пламенные поздравления!
Мужчина сверкнул мне своей блестящей улыбкой. Её свет, должно быть, ослепил бедных Наруто и Саске, потому что их лица скорчились, будто в муках боли. Команда Три стояла вдалеке и наблюдала за нашим разговором со смешанными эмоциями, в которые затесались восторг, порицание, презрение, жалость и интерес. Похоже, не только Фуу воспринимала Гая и Ли как ходячее шоу.
– Здравствуйте, Гай-сан. Нет, это щенята Какаши-семпая и моя подопечная, – улыбнулся я, услышав позади кашель и неверящее «щенята?..». Я коротко представил их по имени. – В связи с их последними миссиями, им грозят повышением, но ребята не до конца уверены, что достаточно подготовлены к рангу Чуунина. Я знаю, что вы заняты со своей командой, и мы не обидимся, если вы откажетесь… Но, если у вас есть время, могли бы вы подтянуть их физически до нужного уровня? Я, разумеется, готов помочь, чем могу, и ответить обратной услугой.
– Что ты, Хаку-кун, какие могут быть долги между товарищами! – заявил Гай, упёршись руками в бока. – И как я могу не подкинуть дров в яростный костёр Юности подрастающего поколения?! Особенно, когда меня об этом просят?! Разумеется, я помогу! А Какаши в курсе?
Какаши действительно был в курсе. Джонин встретил нас по пути сюда, чтобы сказать пару пространных слов и вновь смыться. Я его не винил. Разве что чуть-чуть.
– Какаши-сенсей сказал что-то вроде «земля вам пухом», – сконфуженно сказал Наруто, ковыряясь в носу. – Я так и не понял, что это должно значить. При чём тут пух? Я нигде не вижу пуха. Ай, не важно! Толстобровик-сенсей! Хоть вас и порекомендовал Хаку-ниисан, но мне нужно стать как можно сильнее, как можно быстрей! И те ребята чёт совсем не выглядят внушительно! Я лучше попробую снова убедить братишку Хаку или Какаши-сенсея!
– Как ты смеешь порочить учителя Гая?! – не выдержал подскочивший с земли Рок Ли. – Да ты хоть знаешь!..
– Остынь, Ли, – спокойно сказал Гай, улыбнувшись Наруто. На лице джонина была лишь мягкая уверенность в себе. – Узумаки Наруто, верно? Как насчёт спарринга с моим учеником? Если ты выиграешь, то, так уж и быть, я помогу тебе уговорить Хаку-куна. Если нет, что ж, возможно ты изменишь своё мнение?
У Рока Ли загорелись глаза, а его забинтованные пальцы сжались в крепкий кулак. Ой-ёй-ёй. Сейчас кому-то будут ломать гордость.
– По рукам! – бодро заявил Наруто, усмехнувшись. – Ну, держись, толстобровик! Сейчас я тебе—
* * *
Пару минут спустя я выудил побитого Наруто из кратера, тихо посмеиваясь. В глазах блондина читалось вселенское недоумение… А точнее, в одном глазу, так как фингал на другом мешал тому открыться как следует.
Не мудрено. Он толком не успел ничего сделать, попав в «бесконечное комбо». Слишком большая разница в скорости и реакциях.
