Текст книги "Летний снег (СИ)"
Автор книги: DtPrince
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 60 страниц)
Но АНБУ, использовавший дзюцу ветра, увидел там меня.
Я вылетел с бешенной скоростью, которую позволяла мне моя техника Зеркал, держа Кубикирибочо лезвием вперёд, и прошел через неудачливого шиноби насквозь.
Со смачным звуком его разорвало пополам и на несколько частей, окатив внутренностями окружающих. Я же, не теряя скорости, влетел в одно из заранее оставленных на потолке Зеркал.
Тут же пещеру вновь стал заполонять туман. Двое охотников потеряли концентрацию лишь на мгновение, но этого хватило учителю, чтобы уйти из под удара их техник и скрыться из виду. Иглы из воды и волна. Последнюю я заморозил, и, немного подумав, использовал чтобы защитить гражданских от случайных атак, старательно огораживая от шиноби и культистов. Надеюсь, не успеют замёрзнуть. Бой не должен быть долгим.
Туман никто не разгонял. Похоже, в их отряде стихией ветра владел лишь один человек. Что ж, это упрощало нам задачу.
– Так вот значит, что! Ты подобрал Юки, а, Забуза?! – закричал Райга, принявшись метать шаровые молнии по округе. Одна из них бессильно разлетелась о мою ледяную преграду. – Тебе это не поможет!
– Восемь точек. Гортань. Позвоночник. Лёгкие. Печень. Яремная и подключичная вены. Почки. Сердце. – послышалось вместо ответа.
Зловещий голос учителя начал растекаться по окружающему нас пространству. Даже я, его ученик, которого он тренировал в том числе и технике бесшумного убийства, мог лишь приблизительно сказать, откуда исходил звук. Мой слух пока что не был развит достаточно, чтобы сказать точнее.
Однако я прекрасно слышал всех остальных. Никто из присутствующих здесь шиноби не умел скрываться так же умело, как Забуза. Хотя те двое из АНБУ явно знали, что делали, и тоже попытались уйти в сокрытие. Далеко не так умело.
Учитель сумел прокрасться прямо между ними.
Одного раскроила ледяная копия Кубикирибочо… Но это был лишь водяной клон. Оригинал использовал технику замены, еле успев уйти от верной смерти, но отскочил он прямо к ждавшими этого Гозу и Мейзу. Их цепь моментально обернулась вокруг шеи шиноби, и, потянув, они разом обезглавили противника.
Второго Забуза пнул от себя в сторону мощным ударом, поднявшим охотника в воздух. Тот успел выставить блок, но не смог остановить свой полёт. В последнюю секунду он смог что-то почувствовать и немного развернуться, пропуская острие оригинального Кубикирибочо мимо себя… Но ему это не помогло.
Потому что я пропускал чакру ветра сквозь металл.
Острие из чистой чакры прошло сквозь его грудную клетку, уничтожая сердце и легкие.
Минус три.
Краем уха я услышал, что в бой наконец-то вступили генины. Это было немного странно. Они знали лишь базовые основы сражения в полном тумане, поэтому по плану в их задачу входило стояние на страже у замороженных мной входов в эту пещеру и ликвидация беглых Дзясинитов. Почему же они сражались группой?
Прежде, чем я решил пойти и проверить, меня прервал крик Райги.
– Поймал!
Чириканье электричества, и раньше мешавшее слышать, усилилось и стало скрести по мозгам. Мечник повернулся и сделал шаг в ту же сторону, где всего мгновение назад находились Братья Демоны.
Чёрт, не успею!..
Гром грянул в пещере, и многократное эхо оглушило всех вокруг. Боль в ушах пронзила голову, мешая складывать мысли в единое целое. Несколько секунд я слышал лишь звон, но постепенно слух стал возвращаться.
Туман вновь рассеялся, на этот раз по желанию учителя. Если Райга был готов к тому, чтобы сделать глухими всех присутствующих, смысл использовать технику, полагавшуюся на слух, терялся.
Забуза стоял, припав к земле на одно колено, держа мой ледяной меч-подделку перед собой вместо щита. Мощности атаки хватило, чтобы оставить оплавленные каналы на поверхности клинка, создав причудливый узор, но сам меч сохранил структуру. Более того, обратная щёчка клинка не пострадала, оставшись кристально чистой.
Гозу с Мейзу были в полном порядке, хоть и с повылезшими на лоб от испуга глазами.
Я с облегчением выдохнул.
Сам Райга слегка согнулся от боли, прижав одну из рук к уху. От неверия я уставился на него. Он сам не подготовился к последствиям?!
Забуза сорвался в спринт, подхватив меч, и почти тут же атаковал широким взмахом. Райга отскочил, засмеявшись, но в его голосе угадывалась гримаса боли.
– Бесполезно! Где ты потерял свой меч, ублюдок? Киба это острейшие мечи в мире! Я разрежу эту подделку на куски!
– Много чести меряться с тобой искусством меча, – спокойно ответил Забуза, уворачиваясь от резких выпадов охотника. Его скорость была приличной, и с их блоком у меня возникли бы проблемы, но даже я смог заметить огрехи в его технике, некоторую неуклюжесть. Кто его учил обращаться с парными клинками? Или он самоучка?
Возможно, для рядового чунина Райга и был непреодолимой стеной и непобедимым противником, но для одного из Семи… Это был несмываемый позор. И ещё один пример увядания силы Киригакуре.
– Это становится скучно. Хаку, давай, попробуем, – внезапно окликнул меня учитель.
Я удивился, но тут же нырнул в ближайшее Зеркало. Я знал, что Забуза и сам мог закончить эту спонтанную «дуэль», но раз он решил позволить мне испытать новый трюк в деле, отказываться я не собирался.
– Не недооценивай меня, шавка! Я один из Семи, а ты лишь никчёмный нукенин! – в яростном исступлении закричал Райга, собрав оба меча в один. Всё его тело начали окутывать иссиня-белые всполохи. – Броня Грома. Посмотрим, как она тебя понравится!
Какого чёрта, разве это не техника Райкаге?!
Но время для удивлений закончилось.
Вместо ответа Забуза сделал взмах для удара плашмя. Удивлённый странным ходом врага Райга замешкался, пытаясь уловить подвох, и решил просто заблокировать удар. Но прежде, чем мечи соприкоснулись, из зеркальной поверхности ледяного меча молниеносно вынырнула моя рука с Кубикирибочо, делая такой же быстрый взмах параллельно собранному Киба.
В прямом столкновении стихия молнии уступала стихии ветра. «Броня Грома» не смогла ни задержать клинок, ни зацепить меня. Кубикирибочо прошёл сквозь руку, плечо и череп Райги, не встречая сопротивления.
Неустанное чириканье наконец замолкло. Труп медленно осел на землю.
Я выбрался из Зеркала неподалёку, оглянувшись. Противников на ногах больше не оставалось. Гозу с Мейзу деловито добивали последних культистов.
Всё закончилось.
С вздохом, полным вселенской усталости я воткнул меч-шпалу в землю и облокотился на него. Мои траты чакры в бою вышли серьёзными, почти полностью опустошив меня. Тело ныло и просило о пощаде. Что самое смешное, в этом не был виноват тридцатикилограммовый меч. Моей выносливости хватало, чтобы махать им с полчаса, как минимум, а схватки шиноби обычно так долго не длятся. Разве что в случае военных действий? Погони? В любом случае, этого времени мне хватило бы с головой. Но, к моему великому сожалению, причина находилась в моём объёме чакры. Его пока чуть не хватало для выбранного мной стиля боя. Единственное, что меня утешало, это то, что он рос, и будет увеличиваться семимильными шагами на протяжении ближайших лет пяти.
Осев на холодную землю, я наконец-то вспомнил, что хорошо было бы убрать весь лёд, что я создал, пока похищенные девушки не обморозились. С ленцой проведя ладонью по полу, я начал медленно растапливать все свои конструкции. Мысли путались, вставать совершенно не хотелось.
– Хаку, – позвал Забуза, подойдя ко мне. Несколько секунд он просто всматривался мне в лицо, о чём-то задумавшись, после чего заговорил снова, аккуратно, словно подбирая слова. – Ты… Справился на отлично. Хорошая работа. Та техника, в конце… Мало кто в Элементальных Нациях смог бы среагировать или защититься.
– Учитель, не стоит так напрягаться, пытаясь похвалить меня, – измождённо ответил я, слабо улыбнувшись. – Я уже понял, насколько я крут. Лучший ученик, опаснейший шиноби…
– Лучший, потому что других у меня нет. Опаснейший? Для самого себя разве что, – фыркнул Забуза снисходительно. – Как ты будешь пытаться выжить, если сляжешь с чакроистощением посреди боя, скажи мне на милость?
– Фух, а вот и старый добрый учитель вернулся, а то я испугался.
– Малец, раздражаешь. Мадока говорила, что положительное подкрепление полезно для мотивации. Теперь я понял, что эта чушь с тобой не работает.
– Нет нет нет, хвалите меня больше!
Нашу пикировку прервали подошедшие братья. Лёгкая улыбка сползла с моего лица, как только я увидел их угрюмые выражения лиц.
– Забуза-сан, Хаку-сан… Вам стоит это увидеть.
Кряхтя, я поднялся с земли, и мы вместе прошли к одному из туннелей, ведущих из пещеры. Тут же всё стало ясно.
Лёд, перекрывавший выход, оказался разрублен. Уже само по себе это вызывало удивление, так как для этого требовались как минимум недюжинная сила и основы проведения стихийной чакры через металл.
Но главным, конечно, было не это, а три разорванных тела наших генинов у входа.
– Кто-то из вас заметил, кто это сделал? – глухо рыкнул Забуза.
Братья переглянулись и покачали головами. Я несколько секунд собирался с мыслями, прежде чем ответить.
– Перед тем, как Райга оглушил всех. Я слышал, что они с кем-то бились. Мне ещё показалось странным, что они собрались в одном месте и сражались втроём против одного, но тот гром сфокусировал всё внимание на Райге.
– Это и я слышал, – ответил мрачно учитель. – Кто-то с косой с несколькими лезвиями, сильный, быстрый… Шиноби. Когда я развеял туман, его не увидел. Подумал, разобрались. Всё-таки он был не из АНБУ.
– Культист? Среди них были и ниндзя? – удивился Гозу, переглянувшись с братом. Тот отрицательно покачал головой. – Мы никого такого не нашли. Да и бессмертных среди них не оказалось… Вроде бы. Мы их обработали на всякий случай, убежать не смогут.
– Я помогу с утилизацией тел, – сказал я отстранённо, смотря на тела бывших сокомандников.
Сложно сказать, что я чувствовал. Я ведь и не знал их толком. Что ими двигало, о чём они мечтали? Они уже никогда не смогут рассказать мне об этом. Да и разве это интересовало меня раньше?
Пожалуй, я чувствовал досаду.
И капельку вины. Это моё решение привело в итоге к их гибели. Вряд ли они встретили бы Хидана иначе. Получается, я променял их жизни на жизни похищенных женщин и будущих жертв культа.
Не знаю, что обо мне это говорит, но я бы сделал этот размен вновь.
Прибирались мы молча. Очистив себя, насколько позволяли возможности, я отправился утешать девушек и объяснять им ситуацию, так как выглядел самым безобидным из нашей команды. К счастью, тёмная одежда хорошо скрывала шальные пятна крови, но даже так, не думаю, что несостоявшиеся жертвы культа возражали бы. За последние дни они натерпелись ужаса на всю свою жизнь, и теперь были просто рады, что всё кончилось. Мне оставалось лишь раздавать утешающие объятья и позволять особо храбрым использовать меня, как мягкую игрушку.
Команда же времени не теряла. Мейзу с Гозу обыскивали трупы АНБУ на предмет добычи, пока сам Забуза искал что-то в подсумке Райги.
Закончили мы ближе к вечеру, отведя толпу спасённых в ближайшее отделение стражи. Наша процессия вызывала взволнованные и ошарашенные взгляды, слишком уж нарушала она столь привычный местным праздничный дух, но проблем не возникло. Досины, полицейские по-местному, к их чести, не растерялись, несмотря на то что почти полностью состояли из новобранцев, и быстро начали обустраивать бывшие казармы шиноби Югакуре под временное жильё. Я тепло распрощался с девушками, и последовал за учителем к нашему новому клиенту.
Разговор с ним вышел недолгим, к нашему обоюдному удовольствию. Аристократической внешности мужчина с острым взглядом просчитал ситуацию, стоило ему лишь увидеть приметную пару мечей на поясе у Забузы, и почти не торговался. Единственное, что он попросил, было использование имени учителя на случай, если за АНБУ Кири придёт кто-то ещё. Забуза не возражал. Он скорее хотел, чтобы его имя проклинал Ягура.
Следующий день встретил нас на одинокой поляне в паре километров от Дзягаимо. Густые кроны деревьев создавали ощущение камерности, словно это место было сокрыто от мира. Даже звуки леса здесь слышались слабо, приглушенно. Робкие лучи солнца падали на центр поляны, высвечивая три креста.
Мы стояли напротив свежих могил, каждый думая о своём. Забуза вышел вперёд, держа три предмета в руках.
– Дайске. Ты никогда не хотел становиться ниндзя. Мечтал о том, что станешь бродячим музыкантом. Никогда этой фигни не понимал, но… – Он аккуратно положил вырезанную своими руками из дерева флейту за землю. – Держи. Сыграешь нам что-нибудь при встрече.
– Кайто. Сколько раз тебе говорил, бросай курить, пока не выучишь стихию ветра. Угробил бы свои лёгкие к тридцати. Ты всё продолжал, украдкой, пока я делал вид, что не видел. – Следующей он положил на землю дорогого вида сигару. – Наслаждайся. Я знаю, как ты хотел их попробовать. Так уж и быть, разрешаю.
– Кента. Ты рос в бедности, и постоянно копил на драгоценный хлам. Так что я прикупил на твою долю тебе подарок, – наконец положил он последний предмет, золотую брошь. – Будет чем похвастаться перед остальными.
…Всё-таки он помнил их имена.
Поляну мы покинули молча.
Глава 12
Забуза сидел на удобном диванчике за столиком, и размеренно пил пиво из приличных размеров кружки. Делал это он больше по привычке, чем из-за алкоголя или вкуса, которые тут оставляли желать лучшего. Ресторанчик был захудалый, с грязными окнами и густым запашком, в котором угадывались старое масло, пережаренный лук и что-то затхлое, наверняка смирившееся с участью никогда не быть вычищенным. Неоновая, криво повешенная вывеска снаружи гласила название заведения, «Последний Глоток», что походило на приговор. Лица официантов – если можно так грандиозно называть этих несчастных – были изможденны, а сами они явно боялись своей клиентуры. Не без причины, впрочем.
Ведь подобные злачные места приходились лучше всего как раз для таких, как он. Отбросов общества, которым нужно тихое место, чтобы что-то обсудить.
Обычно он брезговал пить перед заказами. Не потому, что боялся опьянения, нет. Он выработал сопротивление к десяткам ядов, и алкоголь не был исключением. Просто считал это дурным вкусом.
Но в этот раз его отказывалось покидать странное предчувствие. Нечто неуловимое. Нечто финальное.
Поэтому настроение у Забузы было меланхоличным. А в таких редких случаях он привык пить. Он и сам не мог сказать, почему и как это началось. Но его это и не заботило. Привык так привык.
– Что думаете о заказе, капитан? – подал голос Гозу, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки на груди. Мейзу, сидевший рядом, барабанил пальцами по столу, подперев другой рукой голову. Оба заказали лишь жаренную картошку с какой-то шипящей бурдой. По крайней мере их здравого смысла хватило на то, чтобы не брать спиртное. Хоть к чему-то смог приучить.
– Берём. Деньги хорошие, задача простая.
Может братья и думали, что хорошо скрывают свои эмоции, но от Забузы не ускользнули слегка сдвинутые брови у одного и напрягшиеся пальцы другого.
Это бесило. Как будто ему самому хотелось слушать тот поток говна, что лился изо рта их будущего нанимателя. Или выполнять его поручения.
Крепкий, высокого роста мужчина с чересчур ухоженными усами и руками, покрытыми татуировками. Глава местечковой Якудза. Связи с аристократией. Хочет выследить сбежавшего из-под венца сына с его новой пассией, и наказать обоих.
Сына, скорее всего, ждёт ремень и ограничения свободы и бюджета. Девушка же так легко не отделается.
Забуза криво ухмыльнулся своим мыслям. Его это не касалось.
Внезапно раздался хлопок ладоней о стол, сила которого подбросила с бряцаньем столовую утварь. Он обернулся на звук. Хаку пристально посмотрел в его глаза.
«…Ах, так вот в чём дело» – пришло осознание.
Прошёл примерно год с их стычки с культом Дзясинистов. Почти год с того момента, как Хаку начал изучать печати на Киба и Кубикирибочо – печати, о существованиях которых не знал сам Забуза. Он до сих пор помнил тот безумный смех озарения, что выдал Хаку в один день.
«История! Они рассказывают историю!»
С тех пор он начал рисовать фуин на себе. Если по какой-то причине нужное место было труднодоступно, он собирал вязи иероглифов на бумаге, и каким-то образом переносил на себя, после чего те разбегались по всему ему телу.
Когда Забуза спросил его об этом, он узнал, что печати переносились не только на кожу. Они были под ней. На органах. На костях. На мышцах. Даже на сетчатке глаза.
И результат был на лицо. Несмотря на то, что часы физических тренировок уменьшились, их результаты поражали воображение. Сам Забуза не ведал, насколько Хаку усилился, ведь тот постоянно держал печати в работе, не останавливая нагрузку. Даже под ней его сила и скорость вышли на новый уровень.
А ещё он прилично вымахал в росте, хоть и сложно было точно сказать, в чём именно причина, в печатях или гормонах. Для подростков естественно испытывать скачки в росте, насколько знал Забуза. Сам он всегда превосходил сверстников в этом плане, и раньше никогда не интересовался, почему. Но теперь Хаку хотя бы походил внешне на подростка, а не на сбежавшую с Академии малявку. Самое время, учитывая, что ему должно быть уже около тринадцати.
– …Ты против? – спросил Забуза после небольшой паузы. Он понимал, что дело не в заказе. Точнее, не совсем в нём.
Они оба понимали.
– Учитель, – в голосе Хаку звенела решимость. – Я вызываю вас на бой.
Забуза прикрыл глаза. Аккуратно поставил кружку на стол. Братья напряжённо переглянулись.
– Ты считаешь, что твоё обучение завершено?
– Я знаю это. Чтобы прогрессировать дальше, мне нужно идти своей дорогой. Моя мечта ждёт меня на пути, отличном от вашего. Но я вызвал вас не только по этой причине.
– Да? Ну давай, не томи. Расскажи мне.
Хаку всегда был слишком мягким. Ему претила работа на подобный мусор.
– Если я выиграю, вы закончите маяться ерундой и отправитесь в страну Воды, помогать революционерам.
Забузу охватила злость, тягучая, взрывоопасная. С гневом он зыркнул на ученика, его сакки, желание убийства, вышло из-под контроля, согнув Гозу с Мейзу и распластав по полу служку на другом конце залы.
Но Хаку даже не пошевельнулся, продолжая смотреть ему в глаза.
– Как ты смеешь просить меня об этом? – спросил Забуза глухо. – Ты знаешь, чего я хочу.
– Да, я знаю. А вы?
Воцарилось напряженное, словно натянутая струна молчание.
Хаку продолжил: – Вы всегда были идеалистом, учитель. Хотели стереть Кровавый Туман из истории, и построить на его месте что-то лучшее. Но теперь вы просто копите и копите деньги, берёте заказы всё сомнительней и сомнительней…
– Такие заказы как этот были обычным делом в Кири, малец.
– Поэтому вы отказывались брать подобные миссии до сих пор? Или хотите сказать, что делали это ради меня? – насмешливо поднял бровь Хаку.
Забуза фыркнул, но не ответил.
– Бьюсь об заклад, вам самим это противно. Ну и что, что в Кровавом Тумане такие миссии были нормой? Никто из нас не пылает к ним любовью. Мы свободны выбирать свои миссии.
– Вот только настоящие деньги как раз в таких заказах.
– Зачем вам эти деньги, учитель? Только честно.
– Я должен объяснять такие простые вещи? Люди, провизия, оружие…
– И когда вы начнёте их тратить?
– Когда я буду готов! – рыкнул Забуза, не сдержавшись.
– Когда вы будете готовы, всё давно закончится, – спокойно возразил Хаку, не изменившись в лице. – К тому же… Вы собрались брать Кири с одними наёмниками? Вы? Даже если у вас всё невиданным образом получится, вы окажитесь в эпицентре новой гражданской войны, только на этот раз на одной стороне будете вы с наёмниками, а с другой – патриоты Кири, ненавидящие Кровавый Туман. Люди с почти одинаковыми с вами взглядами станут вашими врагами. Вам этого хочется?
Забуза скрипнул зубами. Малец серьёзно действовал ему на нервы.
– И что ты предлагаешь? Идти к рыжей суке на поклон? Лизать ей обувь, чтобы она милостиво согласилась сделать меня её ручной собачкой?
Хаку устало выдохнул.
– Вот мы и подобрались к настоящей проблеме. Гордость. У вас её столько, что можно подумать, будто вы самурай, а не шиноби, бывший АНБУ. Эта гордость выедает вам мозг, учитель. У вас есть двое из Семи Великих Мечей, вы сами один из сильнейших шиноби Кири, скорее всего вам придётся всеми силами отбиваться от приложения жениться на Теруми Мей… Но вы игнорируете здравый смысл. Это из-за того, что она может оказаться сильней вас?
– Выбирай свои слова осторожно, Хаку.
– Я вызываю вас на бой, учитель, – повторил парень, едко улыбнувшись. – Я растопчу так мешающую вам гордость в пыль. Всё, что от неё останется – лишь гордость учителя.
– Попробуй, если силёнок хватит, – ответил, оскалившись Забуза.
Странно. Он должен быть зол, он был зол!
Но почему же тогда на его лицо упорно лезла довольная улыбка?
* * *
Место для боя они выбирали не долго. Остановились на поле, неподалёку от небольшой речки, для понятно каких техник.
Птицы щебетали, солнце грело своими лучами, нос улавливал запах леса неподалёку. Стояла совсем неподходящая для момента атмосфера.
Забуза оглядел своего… Противника. Хаку оделся максимально просто. Обычные сандалии, тёмные брюки, такого же цвета кимоно. На поясе, оби, висела знакомая трубка кисеру. Малец, судя по всему, был достаточно уверен в своих силах, если не убрал её. Волосы сложил в высокий хвост, оставив пару длинных прядей, зафиксированных на концах. Забуза цокнул языком, но ничего не сказал. Хаку давно доказал своё право на длинные волосы и причёски. Того, кто полезет дёргать за них ждали неприятные сюрпризы. Забуза знал только об острой леске, но наверняка этим всё не ограничивалось.
– Начнём с кендзюцу, – предложил парень, раскрыв ладонь. Почти сразу в ней начал формироваться длинный эфес. Через пару секунд он держал ледяную копию Обезглавливателя.
– Как хочешь, – пожал плечами Забуза. Оригинал он воткнул в землю рядом. – Думаешь, твой лёд выдержит? Ты всё ещё можешь взять мой меч.
У них в запасе имелись пара обычных катан. Мужчина был не против воспользоваться одной. Ведь если Хаку хотел окончить своё обучение, он должен был в первую очередь показать своё владение Кубикирибочо. Это будет сложновато сделать, если он не сможет полноценно блокировать удары.
– Вот и проверим, насколько он прочен. Не забывайте, я хочу втоптать вас в грязь.
Вот же паршивец. Его школа.
Забуза размял мышцы парой движений. Крепко ухватился за свой меч и выдернул тот из земли, положив себе на плечо.
Хаку держал свой параллельно земле, без видимых усилий, несмотря на то что весил он почти столько же, сколько и оригинал. Левой рукой он сложил простую печать высвобождения.
Вязи слов забегали по его открытым участкам кожи, словно цепочки насекомых, направляемых волей Абураме. Глядя, как те копошились в глазных яблоках парня, Забуза почувствовал, как волосы на руках встают дыбом. Было в этих движениях что-то фундаментально неправильное, чуждое, иное.
Наконец строчки остановились, начали расплываться, сплетаясь в странные узоры. Через пару секунд всё завершилось.
И тут же Забузу окинуло волной холодной чакры.
Его глаза непроизвольно расширились. Концентрация энергии и намерения вокруг Хаку были настолько плотными, что его волосы колыхались, словно от сильного ветра, а с земли начали подниматься мелкие песчинки грязи.
Так значит, печати стимулировали и нагружали в том числе и саму чакру, догадался мужчина. Система циркуляции? Осталось ли хоть что-то в теле ученика без нагрузки? Как он только не угробил себя?
Хаку сделал шаг вперёд. Это послужило сигналом для них обоих.
Мгновением спустя их исполинские тесаки с грохотом встретились, высекая снопы искр. Земля под их ногами разошлась трещинами. Забуза нахмурился, ощутив лёгкое онемение в руке.
Этот бой может оказаться опасным.
Хаку ухватился за эфес обоими руками, резко усилив давление, заставив мужчину повторять за ним. На какое-то время между ними установился паритет.
Внезапно Забуза почувствовал, как под ним проседает земля. Его устойчивость нарушилась лишь на миг, но этого было достаточно. Крякнув, он сумел выйти из-под удара, вспарывая почву резким броском в сторону.
Тяжело дыша, он смотрел на мрачно улыбающегося Хаку.
– Похоже, я стал сильнее вас, учитель.
– Одной физической силы не хватит, чтобы победить меня, малец.
Однако её хватало, чтобы уязвить.
Они вновь сошлись, обмениваясь гремящими на всю округу ударами. С неохотой Забуза начал признавать, что парень владел клинком не хуже него. Знал, как использовать тесак как противовес, щит, молот. Даже вплетал продвинутые техники кендзюцу, которые с размерами Кубикирибочо исполнять особенно сложно. Обычно они не тренировались, как сейчас, Обезглавливатель против Обезглавливателя, потому что польза таких спаррингов вышла бы мизерной. Куда полезней было первым делом натренировать ученика искусству боя на банальных катанах и танто, так как ими будут владеть подавляющее большинство его врагов. Хаку давно доказал свой талант в кендзюцу, но ему вечно не хватало физики, чтобы схлестнуться с Забузой по-серьёзному, поэтому сейчас мужчина впервые лицезрел раскрытый потенциал ученика.
В какой-то момент они остановились, ожидая хода друг друга. Забуза усилием выровнял дыхание. Слишком давно он бился с кем-то близким к нему по грубой силе. Он совсем забыл это раздражающее ощущение.
Сам Хаку не показывал усталости, но Забуза хорошо знал ученика и умел читать его язык тела. Этот обмен не дался ему даром.
Однако мужчина оценил его новые выносливость, силу, скорость. Раз в пять выше, чем в запечатанном состоянии. Никакого сравнения с их повседневными тренировками, и даже в них назвать Хаку слабым язык не повернулся бы.
«Вырастили монстра себя на голову», – подумал он весело.
– Это всё? – спросил он нарочито безразлично.
Хаку не обманул его ожидания.
Вместо ответа парень начал формировать вторую ледяную копию Кубикирибочо.
– Амбиций тебе не занимать, – прокомментировал Забуза, качая головой. Из груди вырвался довольный смешок.
Он научил Хаку азам владения парными мечами, раз уж им в руки попали Киба. Сам Забуза не имел к ним таланта, и ученик быстро превзошел его, хоть, по его словам, единственное, что интересовало его в Киба, были печати, спрятанные в их рукоятях. Забузе даже стало интересно, кто бы вышел победителем в гонке талантов, его ученик или Мангецу. Жаль, что теперь этого уже не узнать. У них было много схожих черт. Ещё один непростительный грех в карму Ягуры.
Забуза сконцентрировал внимание на стойке парня. Размеры Кубикирибочо осложняли любой стиль кендзюцу. Два меча таких размеров доставили бы трудности кому угодно. Как с этим справится Хаку?
Как оказалось, вполне успешно.
Он стал применять больше рывков и прыжков, ещё сильней взвинтив скорость схватки.
Забуза чувствовал пот, текущий по лбу, но времени вытереть его просто не оставалось. Увернуться, отскочить, блокировать и увернуться. Ему приходилось постоянно отступать. Хаку не давал ни малейшего момента для контратаки, а скорость его атак лишь повышалась.
– Я могу сделать вам второй меч, учитель! – с напряжённой улыбкой крикнул парень, делая очередной рывок.
Забуза хотел бы ответить, но у него не было ни свободного времени, ни желания. Они оба знали, что мужчина не согласится. По многим причинам.
Выгадав момент, он закрутился волчком, держа Кубикирибочо на плечах, с силой отбивая оба ледяных тесака. Пользуясь выигранным моментом, он сложил печати для техники, вызвав двух водяных клонов.
– Ох? Это знак, что мы можем потихоньку переходить на ниндзюцу? Я только за! – радостно воскликнул Хаку, метнув один из мечей в их сторону. Забуза и его клоны рассыпались в стороны, пропуская между собой рассекающий со свистом воздух клинок. Клоны ринулись в атаку на Хаку, заходя с разных сторон, в то время как сам мужчина стал призывать туман.
Ученик быстро расправился с клонами, но вместо очередного рывка лишь выжидательно смотрел.
Забуза понимал, почему. Доказав свое мастерство в искусстве меча, ученик хотел показать, что превзошёл учителя в его же специальности, бесшумном убийстве.
Туман загустел. Забуза не стал ничего говорить. Хаку слышал большинство его запугивающих фраз, и знал трюк с голосом отовсюду. Нет, он не будет упрощать жизнь ученику.
Забуза прикрыл глаза, сосредоточился. Постепенно он начал входить в состояние полу транса, подвижной медитации. Его поступь стала легче пёрышка, его слух обострился до предела.
Многие удивились бы, узнав, что одним из его козырей являлся контроль чакры. Он позволял усиливать слух, подавая энергию к ушам, перемещаться сквозь туман и воду, не тревожа их. Даже его вес переставал оставлять следы на земле.
Забуза начал осторожно двигаться, пытаясь уловить малейшие вибрации воздуха, влаги, земли. Оставаясь на одном месте, он лишь приблизил бы поражение. Но ничто не выдавало местонахождение его ученика.
К счастью, мужчина развивал не только свой слух.
Подав чакру в нос, он глубоко вдохнул. Вот! Слабый привкус табака на северо-западе.
Забуза ужом скользнул за спину силуэта, резанул тесаком аккуратно, чтобы не убить, но серьёзно ранить. Фигура расплескалась водой. Он рванулся в сторону, пытаясь уйти из-под возможной атаки, но пара ледяных клинков не оставила ему шансов.
Уничтожив его собственного водяного клона.
Настоящий Забуза сделал резкий выпад из слепой зоны Хаку, но тот словно знал о надвигающейся опасности, и плавным движением увернулся и провёл контратаку
Нет, не «словно». Он знал.
Они оба замерли. Туман начал рассеиваться.
Забуза оглянулся. Сзади стоял ещё один Хаку. Оригинал или клон? Его клинок почти обнимал его шею выемкой у основания лезвия. Вместе с клинком того, что был спереди, они зажимали мужчину в тиски, не давая тому двинуться ни на йоту.
Вокруг них повсюду торчали из земли ледяные копии Обезглавливателя. Зеркально чистые, достаточно широкие.
Его ученик дополнил технику своим улучшенным геномом, понял Забуза. Сделал перемещение ещё бесшумней, молниеносным. С его Зеркалами атаки станут ещё неожиданней, неотвратимей.
На мужчину напал хриплый смех. Он бы не смог ответить, почему. Он проиграл, уступив в двух вещах, двух специальностях, которые считал своим коньком. Проиграл однозначно, без двоякости. У него ещё оставались трюки и козыри. Он даже не задействовал свои самые мощные дзюцу воды.
Но в чём смысл, если он знал, что, когда речь заходит о ниндзюцу, Хаку лучше него? Забуза ведь курировал его тренировки. Даже чакры для техник у него теперь было больше.
Ещё он мог бы начать проводить чаку воды через металл… Но опять же, зачем? Их бой был не об этом.
Возможно, если бы они сражались не на жизнь, а на смерть… Но нет.
