Текст книги "Летний снег (СИ)"
Автор книги: DtPrince
сообщить о нарушении
Текущая страница: 50 (всего у книги 60 страниц)
Хирузен лишь надеялся, что Лист не заплатит слишком высокую цену в грядущем конфликте. Ведь герои никогда не рождаются в вакууме.
– То есть, он может играться с Асумой хоть целую вечность? – прервала его размышления Цуме, сложив руки на груди. – И что теперь? Давайте на чистоту – парень уже показал достаточно, чтобы в его силе не возникало сомнений. Пусть и выглядит он пущим хлюпиком.
– Сила силой, но её одной недостаточно для ранга, – возразил Шукаку. – К тому же, ещё рано подводить итоги.
Глава Нара кивнул на внезапно дёрнувшийся силуэт Хаку.
– У команды засады есть метод, чтобы спустить его с небес на землю.
* * *
Когда что-то невидимое дёрнуло меня вниз, я почти не сопротивлялся.
Я мигом опознал знакомую хватку хидэна Нара. Неестественный холодок, пробегающий по телу, клаустрофобное ощущение скованности. И кто бы это ни был, его владение тенями впечатляло. Не смотря на туман и начинавшийся снег, он сумел нащупать мою тень и потянуть. Его контроль оставлял желать лучшего, и я мог вырваться на чистой физической силе, но не стал этого делать.
Всё-таки это мой тест. Моя презентация верхушке Конохи.
А я даже толком не начал показывать свои запланированные трюки.
Я не особо тревожился на эту тему. Мои настоящие секреты останутся при мне. Всё, что я сегодня продемонстрирую, так или иначе, но раскроется через два с лишним месяца, во время вторжения в Коноху. Придержи я до того момента, например, Демонические Зеркала, и паранойя по отношению ко мне в Листе смогла бы затмить признательность.
С грохотом я влетел в заледеневшую землю, подняв снег в воздух и оставив небольшой кратер.
Моя тень вновь дёрнулась, попытавшись куда-то отвести, но на этот раз я не позволил ей, и разорвал невидимую связь. Снегопад всё усиливался, мешая установить теневую связь, и повторной попытки не последовало. Хорошо. Техники Нара помешали бы мне показать себя во всей красе.
…Постойте. А смогут ли экзаменаторы увидеть меня со всем этим снегом?
Я раздражённо вздохнул, но не стал отменять дзюцу. Наверняка среди них будут Хьюга. Или Третий со своим вуайеристским шариком. Надеюсь.
Главное, что—
Мою голову снёс удар. Моментально среагировав, я отскочил в сторону, но сначала потерял обе ноги, а после моё туловище разбилось на мелкие осколки.
Там, где я только что стоял, позировал толстобровый мужчина в красном спортивном комбинезоне, с накинутым поверх пончо. На голове он носил шляпу сомбреро, уже порядком засыпанную снегом, а на лице у него висели до невозможности фальшивые усы, которые немного отклеивались на одном краю.
– Бесчестный Красный Зверь Огня всегда нападает без предупреждения! – заявил мужчина, картинно опустив шляпу, и повернулся боком, чтобы пончо эффектно взметнулось на ветру. – Доблестный герой! Чтобы победить меня, великого и ужасного ИВИРУ, и защитить то, что тебе дорого—
– Вы в курсе, что Какаши-сана здесь уже не—
Моя фигура, только вышедшая из тени дерева, в которой восстанавливалась, тут же оказалась разбита на части.
– Я рад… То есть, я зол, что моя крутая и стильная цель ушла от моего возмездия, поэтому я вымещу свои чувства на его защитнике! – воскликнул «Ивиру». – Я – тёмная тень юности! Разрушитель мотивации! Поглотитель боевого духа!
На этот раз я не стал его прерывать, немного заслушавшись.
Его усы, я заметил, начали слегка сползать.
«Ивиру» кашлянул, поправил реквизит, и продолжил с ещё большей драмой:
– Пока вы, глупые шиноби, воспеваете Силу Юности, я избрал иной путь! Путь… Депрессивной Апатии! – Он медленно начал ходить кругами. – Там, где вы тренируетесь до рассвета – я… Ленюсь до полудня! Там, где вы поддерживаете товарищей – я… – он задумался на секунду, – демотивирую их крайне негативными речами! – Вдруг он резко указал на мою фигуру, стоявшую, сложа руки на груди, в отдалении. – Хаку-кун! Ты думаешь, что достоин стать джонином?!
– Самую малость, – улыбнулся я, распечатав Кубикирибочо.
«Ивиру» схватил кончик своего сомбреро и резко опустил, окутав своё лицо тенью.
– Хм… Мечник, значит? Тогда докажи свою доблесть, пережив… Тёмную Полночь Юности!
Джонин резко ускорился, попытавшись мгновенно сократить дистанцию.
Я тут же изменил форму Обезглавливателя на танто и рубанул по встречному выпаду кулака.
Гай среагировал, читая мои движения, и проскользнул в миллиметрах от клинка, войдя в моё личное пространство. Его резко дёрнувшееся сомбреро перекрыло мне угол обзора на шиноби, скрыв его движения.
Я среагировал, попытавшись отскочить и припасть к земле, сократив возможности для удара, но слишком поздно.
Он точно ещё не открывал Врат? Невольно подумалось мне, когда его нога выбила мне колени, а кулак пронзил печень.
Впопыхах я открыл сдерживающие печати, и еле-еле успел заблокировать выпад в лицо. Удар за ударом звенели о сталь Кубикирибочо, и я перестал играть в догонялки с Гаем, немного выровняв бой, но преимущество всё ещё оставалось за ним. Его стиль плавал, постоянно меняясь и подстраиваясь под каждое моё движение.
Когда-то я считал, что освоил кендзюцу, технику меча, до мастерства, приостановив дальнейший прогресс в пользу техник и так любимого мной Хьётона. Я счёл это правильным и рациональным решением.
Но сейчас, встретившись лицом к лицу с настоящим Мастером боевых искусств, я чувствовал лёгкий стыд. Словно схалтуривший своё домашнее задание отличник у доски.
Если я не хотел показать свой талант груши для битья, мне стоило сменить тактику. Проявить чуток креативности.
С хрустом из моего живота вырвалась ледяная рука с сжатым в пальцах кунаем. Конечность тут же оказалась разбита кулаком, но секундная замешка позволила мне вырастить ещё две.
Очередная подсечка по моим ногам цепляет лишь воздух, потому что они выгнулись, как у кузнечика. Внезапно выросший хвост оплетает чуть задержавшуюся руку Гая, а ледяная броня стойко отражает удар в корпус.
– Какой необычный стиль! – восхищённо воскликнул Гай, разбив мой хвост на осколки и отпрыгнув. – То, что ты сумел сделать своё тело продолжением стихии уже вызывает уважение, но обычный разум не способен разорвать оковы человечности и так свободно манипулировать своей формой! Части тела, дополнительные звериные конечности, иные органы чувств… Ты управляешь ими, как родными! Даже твои монстры… Это просто трансформировавшиеся ледяные клоны, верно? Поздравляю, Хаку-кун, ты прошёл!
Мужчина показал мне большой палец, сверкнув ослепляющей улыбкой. Несмотря на вой ветра и разошедшийся снегопад, мне показалось, что я услышал шум волн и крики чаек.
Я так и застыл, в странной позе, на трёх ногах, с пятью руками, парой хвостов и глупым выражением лица. Отчасти от внезапности, отчасти от того, насколько много он понял.
– А… А как же всё остальное?.. – невольно вырвалось у меня.
– Твои ниндзюцу и кендзюцу, физическая подготовка – всё отвечает высокому рангу джонина! – торжественно заявил Гай. – Хотя с мечом бы тебе не мешало ещё поработать! Особенно для кого-то с твоим талантом!
А вот это было больно…
– Я рад! Что вы! Разобрались! – донеслись до нас крики запыхавшегося Асумы. – Но если! Вам! Не сложно! Можете убрать! Этих! К чёрту! Тварей!
– Ой, а я как-то и забыл, – признался я, отозвав заранее спрятанного клона, что поддерживал технику. – Значит, с тестом всё? – спросил я слегка разочарованно. Мне хотелось разойтись ещё чуть-чуть.
– Моя миссия окончена, – кивнул Гай. – Однако твой случай особый, Хаку-кун! Джонин должен знать, как вести за собой отряды, должен быть способен назубок перечислить все коды, пароли и своды правил! Но что касается силы – считай, что ты достоин!
Ага. Понятно. А ещё он уклонился от ответа.
Я призвал рядом с собой Зеркало, и мой теневой клон, почувствовав, вынырнул из него с Какаши. Джонин моргнул пару раз, прикрыл лицо от снега, оценил обстановку.
Тут же у меня в голове мягко щёлкнуло. Сигнал от старых, фильтрующих излишки информации Историй. Гендзюцу.
Не от Какаши. Со стороны леса.
Я сделал вид, что замешкался, и повернулся в сторону угрозы. Как и ожидалось, в спину мне метнулся клинок.
Усилие воли, и История на Какаши резко сжалась и расползлась, сковав его движения прежде, чем он смог меня достать. Я повернулся обратно и посмотрел на провалившегося в сугроб пепельноволосого джонина.
Тот улыбнулся мне глазом из неловкой позиции, будто ситуация находилась под его полным контролем. Подозреваю, что он не особо старался удивить меня. Всего лишь стандартная ловушка с клиентом.
– Ха-ха-ха! Даже крутой и стильный Какаши пал ниц! – засмеялся Гай. – Каков теперь счёт между нами?!
– Это ведь не считается, Гай, – вздохнул устало Какаши.
– Теперь то всё? – спросил я, оглянувшись. Из леса медленно выполз один из моих запасных псевдо-Тиранидов, таща в зубах какого-то неизвестного мне лично Нара. Полагаю, что именно он пытался накинуть на меня иллюзию.
– Освободите меня? – попросил Какаши с невинным видом. Когда я ответил насмешливым взглядом и молчанием, джонин тяжело вздохнул. – Да, вы прошли. Как уже сказал Гай, нужно будет посмотреть вас в полноценных командных миссиях, и кое-что по мелочам, но основной тест окончен. Поздравляю.
Я отвлечённо кивнул и отозвал свою Историю, позволив Какаши встать.
Что-то такого я и ожидал. Учитывая, что мне позволена лишь миссия в месяц, и что эти миссии почти наверняка будут подстроены под проверку на вшивость… Лист планировал дёргать официальный ранг у меня перед носом ещё несколько месяцев. В лучшем случае. Полагаю, что до тех пор они просто будут закрывать глаза на мою работу с Цунаде, присвоив мне что-то вроде «временного» ранга.
Это меня вполне устраивало.
Своих целей я добился. Заранее открыл Зеркала публике, повысив свою ценность.
И глубоко проморозил землю Леса Смерти своим льдом, спрятав парочку клонов и сюрпризов.
Теперь, пока я буду прохлаждаться, живя на широкую ногу под присмотром в Конохе, мои копии займутся работой.
Я чувствовал себя просто прекрасно.
Глава 50
Очередное блеклое утро. Очередной день, что он потратит зря.
Настырное сверло мигрени продолжало вгрызаться в мозг пульсирующей болью, от которой хотелось заныть. Плата за игнорирование слов Какаши об ограниченном использовании Шарингана.
Саске знал, что слова джонина имели смысл. Даже если проблем с затратами чакры нет, объёмы информации, поглощаемые додзюцу, запросто перегружают непривычный к такому мозг.
Какаши говорил не по своему опыту, а по наблюдениям бывшего друга.
То ли из-за миссии, где они оказались на волосок от смерти, то ли потому, что Какаши, наконец-то, решил сделать хоть что-то для них помимо бесполезных «командных тренировок»… Но он поведал Саске о себе и о своём покойном напарнике-Учихе, от которого по предсмертному желанию получил пересаженный Шаринган. И даже чуть-чуть о своей первой команде.
Кто бы мог подумать, что его учил сам Четвёртый? По ленивому, вечно опаздывающему мужчине и не скажешь.
Несмотря на то, что Какаши сам начал рассказывать о своём прошлом, слова порой приходилось тянуть из него клещами. Впрочем, это того стоило.
Чего Саске точно не ожидал, так это осознания, что джонин видел в нём себя.
Саске хотел возмутиться, накричать. Хотел презрительно сплюнуть. Потому что никто не мог понять, что он пережил. Что он чувствовал.
Но глаза учителя не врали. В них отражалась знакомая боль.
Другая. Конечно, другая. В отличие от него самого, у Какаши не было, кому мстить. Кто-то из виновников давным-давно умер. Какие-то причины были слишком абстрактны, чтобы он мог с ними что-то поделать.
Саске не хотел признаваться даже наедине самим с собой, но он жутко боялся той пустоты, что он увидел. Безнадёжной, беспросветной. Что он сам бы сделал, умри вдруг Итачи где-то там, бесславно и вдалеке, без предупреждения, без последних слов, будь то проклятья или сожаление?
Какая шутка. Он заявил Какаши, что хочет возродить свой клан, но, говоря начистоту, сорвись планы Саске о мести и он сомневался, что сможет сдержаться и не вскрыть себе вены. Потому что жить с этим грузом у него не выйдет. Какая уж тогда семья?
Но, даже если этого не случится…
Невольно на него накатили воспоминания.
Каждый грёбанный взрослый считал своим долгом подойти к нему после Резни и раздавать непрошенные советы.
«Лучшая месть – это счастливая жизнь, ведь ничто не сводит врагов с ума, как видеть, как ты наслаждаешься жизнью». Что за бред. Итачи лишь посмеётся, вернувшись, чтобы окрасить его мир кровью ещё раз.
«Лучшая месть – это прощение!». Саске еле сдержался, чтобы не плюнуть в глаз медсестре, пытавшейся «пожалеть» милого сироту. Его остановило лишь то, что наивная женщина просто не могла понять океан ненависти, в котором он захлёбывался.
«Лучшая месть – забвение». …Пару лет назад, в Академии, Ино, начавшая постигать секреты своего клана, пыталась предложить ему такой выход. Пытаясь «завоевать его любовь» или что-то в этом роде, он не особо вслушивался. Саске помнил, как замешкался. Как искусился призрачным шансом убежать от постоянной ноющей боли в сердце, спрятаться от страхов и кошмаров. Но в итоге он отказался. Потому что до него дошло, что, стерев память, на которой зиждилась его нынешняя личность, он бы стёр и самого себя. К тому же, вечер Резни не получится смыть из его снов, даже если ему сотрут память, потому что кровь и остекленевшие глаза родителей высечены у него на душе. Позже, отец Ино пришёл лично извинятся за дочь и «её идиотское предложение», но к тому моменту Саске уже успел выкинуть случай из головы и мог лишь неловко поклониться в ответ.
Какаши не говорил ничего из вышеперечисленного. Он просто молча смотрел своим жутким пустым взглядом и Саске видел своё будущее, потеряй он свой шанс на месть.
Лучше сдохнуть.
Помимо депрессии, джонин не скупился и на информацию о Шарингане. Как оказалось, Учиха Обито, будучи неспособным пробудить свои глаза почти до самой смерти, постоянно собирал крупицы доступной информации о их развитии.
Когда-то Саске посмотрел бы на далёкого родственника свысока. Как же так, пробудить Шаринган только в четырнадцать лет, в два раза позже Итачи! Да у Обито отрицательный талант!
Сейчас он немного завидовал покойному. Потому что понял, как на самом деле пробуждаются глаза. У Обито было спокойное, может даже счастливое детство. Вплоть до его смерти, разумеется, потому что, как оказалось, счастливый Учиха – слабый Учиха с неразвитым улучшенным геномом.
Саске глянул чуть слезящимися глазами на часы. Полседьмого. Более, чем достаточно времени, чтобы умыться, привести себя в относительный порядок и собраться для миссии.
…Миссии. Если так можно назвать нелепые, детские поручения вроде покраски забора и поимки котов. Бессмысленная, никому не нужная, сводящая с ума трата времени.
Ему не требовались деньги – и уж тем более не те копейки, что платили за D-ранги. Его не беспокоил послужной список – как будто хоть кто-то, стоящий хоть чего-то, воспримет число выполненных D-рангов всерьёз, оценивая потенциал Саске для повышения. Он даже не мог сказать, что получал какой-то стоящий опыт. Единственное, что делали эти миссии – отнимали время на тренировки.
Холодная вода из-под крана чуть ослабила головную боль, самую малость приподняв настроение. На автомате он открыл холодильник, но тут же сморщился. Сейчас ему кусок в горло не влезет. Махнув на еду рукой, он захлопнул дверцу. Почти не глядя, Саске достал и надел свежие майку и шорты, обул сандалии и нацепил хитай-ате, после чего неспеша попрыгал к тренировочному полигону номер Семь.
Утренняя Коноха встретила его непривычным холодком, заставившим его слегка поёжится. Довольно странно, учитывая какое жаркое у них обычно лето, но он не собирался жаловаться. Жару никто не любил.
На поляне, на пеньке уже сидела Сакура, штудируя какой-то свиток. Саске скривился, задавив накатившее чувство зависти вперемешку с виной.
Самая слабая в их команде. Дурёха, что тратила своё драгоценное время в Академии на девчачьи глупости вместо тренировок. Девочка, которая умирала у него на глазах, пока он стоял столбом и ничего не мог с этим поделать.
Теперь её будет учить легендарная Цунаде. Одна из Троицы. Пусть Шизуне и Хаку говорят, что женщина всё ещё раздумывает. Пусть речь шла пока что лишь о целительстве, что самого Саске не так сильно интересовало.
Ученичество – это не шутки. Он помнил об этом ещё со слов отца. Учитель, настоящий учитель, передаёт всё самое ценное, добытые потом и кровью знания своему ученику. Не то, что джонин-наставник, что обязан лишь помочь им достичь следующего ранга и не дать умереть по пути. Некоторые не дают и этого.
А Цунаде… Цунаде умела далеко не только лечить.
Пусть Сакура отнекивалась, но даже твердолобый Наруто сумел понять, от кого девочка получает свитки.
…Что ж, по крайней мере, водолазка и брюки шли ей куда больше вырвиглазного ципао, для которого ей недоставало и вряд ли когда-нибудь хватит фигуры. Даже после операции девочка не стала менять свой стиль обратно. Результат комплимента её «Хаку-сама», не иначе. Сейчас Саске ей немного завидовал, потому что морозящие порывы ветра её явно не беспокоили.
Мальчика разрывали противоречивые чувства, когда он видел перемены в Сакуре. Он не питал каких-то «особых» симпатий к ней, как бы она того не желала, но что о нём говорил тот факт, что, как только девочка переключила своё внимание на другого, то тут же взялась за ум?
Его мучала пара вопросов.
Стоило ли ему оскорбляться? Или приносить официальные извинения деревне, что каким-то уникальным и неведомым образом он плохо влиял на одноклассниц?
А ещё, прирежет ли его во сне Хаку, если Саске спихнёт на старшего юношу свой остальной непрошенный фан-клуб?
…Нет, Саске был не совсем справедлив. Ведь он как никто другой мог понять, как травма могла поменять твои взгляды на мир.
Сакура подняла взгляд и робко улыбнулась, помахав ладошкой.
Никаких криков. Спокойная, уравновешенная реакция. Пусть с той злополучной миссии прошло уже больше двух недель, Саске всё ещё не мог привыкнуть к разительным переменам.
Он коротко кивнул и принялся разминаться. Если повезёт, то сегодня Какаши опоздает лишь на часа полтора.
Команде Семь давно осточертело каждый раз ждать джонина до посинения, и они уже как-то раз пытались «подстроиться» под его раздражающую привычку, но каким-то образом Какаши всегда узнавал о их планах и приходил вовремя, делая им официальный выговор.
Это бесило. Каждая ускользающая из рук минута, что он тратил на ожидание джонина, ощущалась до безумия отчётливо.
В его возрасте Итачи стал капитаном АНБУ. Его боялся и уважал весь клан.
Сам Саске мог лишь похвастаться лучшим результатом в своём потоке.
Его зубы заскрипели.
Как будто это хоть что-то значило!
Абсолютный двоечник Наруто мог оказаться сильнее его!
– Эй, эй, что у вас так тихо тут, кто умер?! – раздался громкий крик, заставив Саске и Сакуру повернуться к источнику.
Помяни черта и он появится.
Блондин в вырвиглазно оранжевом спортивном костюме широко улыбался, закинув руки за голову. Вот кому всё было нипочём. Правильно говорят: меньше знаешь – крепче спишь. А Наруто, верил Саске, наверняка спал очень крепко.
– Далеко не всем, как тебе, требуется заполнять тишину разговорами, Наруто, – устало вздохнула Сакура.
– Правда? Звучит отстойно, как по мне, – пожал плечами блондин. – О, Сакура, Сакура, слушай! Пойдём сегодня в Ичираку!
– Мы же там недавно ели, – наклонила девочка в замешательстве голову.
– Не, ты не поняла, я имел в виду вдвоём! Ну, как свида—
– Чё вякнул? – прервала Сакура со сладенькой улыбочкой, но от льда в её тоне даже у Саске пошли мурашки по коже.
– Ничего, простите, – сразу же сдался Наруто, побледнев и отшатнувшись. – Кхм. Саске, айда смахнёмся!
– Вчера я полопал столько твоих клонов, что от дыма кашлять начал, – лениво ответил Саске, выполняя разогревающие упражнения.
Да уж. Теневые клоны. Он свысока смотрел на технику, когда узнал, что даже Наруто смог овладеть ей в короткие сроки. Что-то настолько простое по определению не может быть полезным. Тупые болванчики, что развоплощаются с одного удара. Ведь так?
Неверно.
Вполне вероятно, что одно это дзюцу оставит Саске далеко позади худшего ученика Академии.
Подумать только, сколько времени он смог бы сэкономить с тысячей клонов. Теперь, когда он знал об их эффективности в тренировках…
Зависть душила Саске и он ничего не мог с этим поделать. Он скопировал технику при первой же возможности, но чуть не надорвался, с трудом создав двух жалких клонов. Двух. У него никогда не было проблем с объёмами чакры раньше!
По словам Какаши, джонин мог создать с десяток, если сильно поднажмёт.
Значило ли это, что у Наруто было в сто раз больше чакры, чем у джонина?!
Да кто он, чёрт побери, такой?!
Разумеется, Саске слышал о почившем клане Узумаки, но он всегда думал, что Наруто или сирота, которого назвали в их честь, или какой-то далёкий родственник. В конце концов, все известные Узумаки, о которых рассказывали учебники истории, отличались красным цветом волос.
Но, видимо, это не совсем так. Или же Наруто просто повезло с генетической лотереей.
Но в сотню раз?! Что-то подсказывало Саске, что всё далеко не так просто, как казалось.
Догадку подтверждал тот факт, что поддерживать клонов у него долго не выходило. Полдня от силы. Всё ещё полезно, но очень затратно по чакре.
Единственной радостной новостью стало то, что его клоны тоже владели Шаринганом.
Именно по этой причине его голову до сих пор простреливала боль, отдаваясь в висках. Саске отправил обоих клонов штудировать свитки с включённым додзюцу, и теперь платил за опрометчивое решение.
Отрешённо перебраниваясь со скучающим Наруто, Саске не заметил внезапно появившегося Какаши.
– Йо. Как мои милые генины себя чувствуют? – улыбнулся он глазом.
– ВЫ!.. Не так уж и опоздали? – неуверенно спросил Наруто, почесав потерянно затылок.
– Простите его, – послышался приятный голос Хаку, вышедшего, словно призрак, из тени Какаши. Саске удивлённо моргнул. Он совсем не заметил присутствие парня. – Из-за меня Какаши-семпай не смог опоздать сильнее. Надеюсь, вы не сильно в нём разочаровались.
– Моя репутация никогда не станет прежней—
– Хаку-сама! – громко прервала джонина Сакура, мигом вскочив на ноги.
Саске поморщился. То же мне, перемены. Рано радовался, просто её фокус сместился. Невольно он отправил сочувствующий взгляд Хаку, но парень лишь тепло улыбнулся девочке, от чего та чуть не растаяла на месте, издав звук, напоминающий какого-то умирающего зверька, после чего притихла.
…А что, так можно было, что ли?
Саске попытался представить, что будет, если он начнёт улыбаться фанаткам. Почему-то в голову настойчиво стучался образ его самого в цепях, на допросе, по обвинениям в подмене.
– Ооо, Хаку, привет! – крикнул подбежавший Наруто. – Что ты здесь делаешь? Только не говори мне—
– Вы говорите с новым джонином Листа, – слегка усмехнулся Хаку, подняв подбородок и щёлкнув со звоном по хитай-ате на шее под впечатлённые возгласы Наруто и Сакуры.
– Так быстро? – удивился Саске.
Хаку спас их жизни. В этом мальчик не сомневался. Он чувствовал благодарность, долг и даже, неожиданно для самого себя, приязнь. С парнем было легко общаться и ещё легче молчать, потому что он понимал тебя с полуслова. Кроме того, Хаку путешествовал с самой Цунаде, и был, несомненно, силён для своего возраста, вызывая настойчивые ассоциации с Итачи, которые Саске усиленно отгонял, владея улучшенным геномом. Хокаге не дурак, чтобы упускать такую возможность.
Но в то же время… Насколько он смог понять, Хаку никогда раньше не имел связей с Конохой. Он, вроде как, родился в стране Воды, и обучался у известного нукенина из Киригакуре.
Не слишком ли внезапно ему доверили власть и статус?
– Опуская некоторые формальности и бюрократию, Хаку-сан – официально джонин, – кивнул Какаши. – Если бы Лист сомневался в нём, то и к тесту его допустили бы не скоро, знаете ли. Мы не настолько наивны.
– Точно! – поддакнул Наруто, будто что-то понимал в подобных процессах. – Дурак Саске, таких простых вещей не понимает!
– Сам дурак, двоечник, – огрызнулся Саске. – Когда, по-твоему, последний раз Хокаге напрямую возводил в ранг Джонина человека, что не состоял на его службе до этого?
– Эмм…. Ухх, да кого это волнует! – взвился Наруто. – Это просто значит, что Хаку настолько крут!
Саске открыл было рот, чтобы возразить, но чуть подумав, закрыл обратно.
Всё-таки, вполне вероятно, что причина такой ускоренной вербовки действительно состояла в «крутости» Хаку.
– Ах, но я пришёл не только для того, чтобы похвастаться, – прервал их перепалку парень. – Ещё не забыли, что я обещал?
Саске замер. По правде говоря, он не ожидал, что Хаку сдержит своё слово так скоро. Да и то, как Какаши кривился, когда речь зашла об их обучении стихийным дзюцу, не внушало особых надежд на выполнение обещания.
– Мы как раз из офиса Хокаге, – добавил Какаши. – Хаку-сан получал свой протектор, а я подыскивал вам миссию. Слово за слово, и я вдруг вспомнил о недавнем разговоре, и подумал – почему бы не обрадовать моих подопечных? Конечно, если вы решите, что миссия важнее—
– Нет! – хором выкрикнул весь состав команды Семь. Даже Сакура вернулась из страны грёз, как только услышала о потенциальной опасности принятия ещё одной миссии D-ранга.
– За какие грехи Мудрец ниспослал мне таких непатриотичных генинов? – патетично вздохнул Какаши, повернувшись к Хаку. – Хаку-сан, не балуйте их слишком сильно, хорошо? А то совсем от рук отобьются.
– Вы не присоединитесь к нам? – удивился Хаку. – Уж кто-кто, а человек, по слухам, скопировавший тысячу техник, точно сможет помочь в вопросе стихийного сродства…
– Слухи склонны преувеличивать. К тому же, всё равно в первый день никто из них так далеко не зайдёт, – пожал плечами Какаши, прислонившись к стволу дерева неподалёку и вытащив из-за пазухи знакомую оранжевую книжку.
Саске хотел бы сказать, что разочаровался в наставнике, но к этому моменту он уже и так не ожидал от него многого.
– Хорошо, – хлопнул внезапно в ладоши Хаку, заставив команду Семь подобраться, выпрямив спину. – У меня с собой сувениры. Возьмите, – сказал он, вытащив и раздав обыкновенно выглядящие листки бумаги. – Ваша цель – провести в них чакру. По очереди, пожалуйста, чтобы без конфузов. Наруто, начнём с тебя.
– А… А как?.. – смущённо начал блондин, и Саске фыркнул, не выдержав. Хаку же смягчился:
– Ты же уже умеешь вертикально ходить по деревьям, верно?
– Ааа, я понял! Короче, то же самое, но рукой, да?
Наруто сконцентрировался, натужился, и, внезапно, под удивлённые возгласы, листок в его руке разрезало пополам.
– Ветер, – прокомментировал Хаку довольно. – Твоя стихия – ветер. Это замечательно, потому что я им хорошо владею и могу подсказать, как начать. Сакура, ты следующая, – позвал он под аккомпанемент радостных криков блондина.
Листок девочки тут же намок, заставив её вскрикнуть, чуть не выронив его.
– Вода, – кивнул Хаку. – Ещё лучше. Когда речь заходит о чакре воды, вам будет сложно найти кого-то, кто знает больше меня, – добавил он, улыбнувшись Сакуре. Девочка заторможенно кивнула, покраснев. – Саске, теперь ты.
Мальчик посмотрел на небольшой листик в своей ладони. Его сердце забилось чуть чаще.
Такой крохотный клочок бумаги решит его дальнейшую судьбу на ближайшие годы. Ещё по урокам в Академии он помнил, что освоение стихий, с которыми у тебя нет изначального сродства, занимает неприлично много времени.
Времени, которого у него нет.
Поэтому то, что ему выпадет, определит его оружие для встречи с Итачи.
Глубокий вдох.
Листок скомкался, сверкнув статическим электричеством, затем загорелся, быстро осыпавшись пеплом и приведя Саске в замешательство.
– Это, типа, огонь? – задумчиво промычал Наруто, подойдя поближе.
– Молния и Огонь, – покачал головой Хаку. – Две стихии. Повезло… Хотел бы я сказать, но, по иронии, это две стихии, что я почти не использую. Огонь так и вообще не даётся, что бы я не делал.
Саске посмотрел на всё ещё прыгающего Наруто, на сияющую Сакуру. Он почувствовал мерзкий привкус горечи на языке. В последнее время он ощущал его всё чаще и чаще.
– Но! – прервал его негативные мысли голос Хаку. – Я отлично знаю, как их тренируют. Я всё ещё не бросил мечту когда-нибудь овладеть всеми стихиями.
– Амбициозно, – протянул Какаши со своего места, не отрывая взгляда со страниц.
– Кроме того, мне известен целый набор техник для обоих, – продолжил парень.
Саске чуть выдохнул. Его плечи, что напряглись без его ведома, немного расслабились. Он мог с этим работать. Хоть и…
– А если доведёшь сродство с одной или обоими стихиями до максимума… Я обучу тебя хидэну, – добавил Хаку с опасной усмешкой.
Воцарилась тишина. Какаши, заметил Саске, в кои-то веке поднял взгляд и смотрел на Хаку ошарашенным взором.
– Эй! Нечестно! А чем мы-то хуже! – возопил Наруто. – Хаку-ниисан, одумайся! Саске и так всегда любимчик!
– Я… Мне и просто л-личных уроков хватит, – пробормотала Сакура, отвернувшись.
– Всё зависит от вас, – спокойно улыбнулся Хаку. – Я помогу, чем могу, но моя секретная техника требует идеального сродства со стихией. Может, это удастся сделать вам всем троим. Или же… никому.
– Какого сорта этот…Хидэн? – чуть хрипловатым голосом спросил Саске.
Хаку наклонил голову, будто в раздумьях, кинул взгляд на Какаши.
– Сэмпай, подсобите? – спросил парень ехидно.
Какаши вздохнул, и сделал резкое движение.
Саске сначала даже не понял, что произошло. Рука джонина просто размазалась в скорости.
С хрустом молниеносно брошенный кунай застрял в глазнице Хаку. Парень не успел и дёрнуться.
Раздался громкий вскрик. Сакура мертвенно побледнела, прижав ладони ко рту, а Наруто стоял с ничего не понимающим выражением лица, пытаясь осознать случившееся.
Саске не паниковал. Речь шла о демонстрации секретной техники, разумеется, всё не так просто. Но от него ускользало, в чём была суть—
Хаку спокойно вынул абсолютно чистый кунай из своего черепа, завертев колечком на пальце. Зияющая дыра в его черепе сверкнула льдом, прежде чем за считанные секунды зарости, оставив нетронутое лицо.
– Ну как? Хотите научиться делать так же? – улыбнулся парень задорно.
Ответ был очевиден и синхронен.
* * *
Саске отошёл от толпы усердно мычащих над листьями клонов Наруто и устало свалился на землю рядом со своим клоном. Брюнет настолько сильно выдохся, что абсолютно не помнил, о чём просил эту копию. Клон кивнул и развоплотился, наполнив голову разрозненной информацией о тренировках стихийной чакры из архивов Учиха, что у него сохранились. Сущие мелочи, гораздо скуднее, чем он надеялся.
