Текст книги "Бургер для неверного мужа, или Попаданка берется за дело (СИ)"

Автор книги: Даша Семенкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)

43.

На встречу с магистром Бугарски меня Василь лично отвёз. Подкатил к вилле с шиком, на авто с магическим движком, одетый в стильный костюм жемчужного цвета.

– Деловая встреча, – бросила я на ходу старшей горничной.

Вряд ли поможет. Ее любопытный взгляд сверлил спину, заставляя запоздало подумать: достаточно ли прилично оделась? Хотя что толку, надень я даже паранджу. Все равно побежит сплетничать быстрее, чем захлопну за собой дверцу.

Вот Лука отпустил меня с магом без вопросов. Тот помог ему добраться к хозяину, достал для больного редкие зелья, а значит, перешёл в статус пусть не друга семьи, но человека, заслуживающего доверия.

– Ну что, как твой возлюбленный супруг? Жить будет? – с обычной своей насмешливой интонацией спросил Василь.

– Будет, да так, что многим и не снилось, – фыркнула я. – Спасибо тебе. Выручил. Надеюсь, ваши волшебные притирки помогут вернуть его лицу нормальный вид. Иначе я свихнусь.

– Вообще эффект уже должен быть заметным, – озадаченно проговорил он. – И я думал, что любят не за красоту лица.

– За всякое любят, – ответила уклончиво.

Не рассказывать же подробности наших специфических отношений. Что супруга я вижу не только полностью одетым, но в последнее время ещё и в плаще с вуалью.

– Пусть целителя вызывает, я не по этому делу и ничего не скажу, – к счастью, Василь развивать тему не стал.

– А ты, значит, по артефактам?

– Ну. Правда, я ещё ученик и не имею лицензии, но наставница говорит, что подаю большие надежды. Когда думает, что не слышу.

Мы свернули на главную улицу и сбавили ход. Двигатель басовито урчал, будто ему не терпелось заработать в полную мощность. Дорогу заливал яркий солнечный свет, и я мечтала скорее выехать из города, чтобы маг разогнал свою ласточку и нас хоть немного обдуло ветром.

– Эх и жара здесь, – согласился с моими мыслями Василь.

– Да... Сейчас бы где-нибудь в тени сидеть и пить что-нибудь со льдом. Кстати, хочешь, приготовлю тебе окрошку? С квасом, холодненькую...

Выслушав описание блюда, он поморщился и сказал, что, пожалуй, окрошка это лишнее. Для него и квас нечто дикое. Мутная жижа с отвратительным запахом и не менее отвратительным способом приготовления – это же надо было додуматься!

Я пожала плечами. Нет так нет, сам не знает, от чего отказывается. А себе обязательно приготовлю. Отправлю Жельку на рынок, пусть раздобудет отвратительной жижи, зелени какой найдет. Люблю, когда в окрошке зелени много. Редисочки... И обязательно сметаны, чтобы заправить. Можно конечно и майонезом, но к деревенскому ядреному квасу лучше всего на мой вкус подходит деревенская же сметана.

Такая, чтобы ложка стояла, не жидкая. Жидкая, когда это ещё сливки, слишком сладкая. С ней клубнику хорошо. Надо бы и ее взять, пока сезон не кончился.

– О чем так крепко задумалась? – нагло влез в мои фантазии голос Василя.

– О еде, – призналась честно.

Он не Милош, ругаться не станет. Наоборот, с удовольствием на пару со мной каких-нибудь вредных вкусняшек навернул бы.

– Да не волнуйся, нормально все будет. Всем твоя еда пришлась по вкусу. Случаев отравления или чтоб кто-то животом маялся не замечено. Вряд ли наши к тебе с претензией.

Я-то рассчитывала на деловое предложение. И в мыслях не было, что меня вызвали для чего-то другого. Но после его слов напряглась.

Вдруг и вправду магистры, или кто у них главный, по каким-то причинам недовольны. Что если тоже на диету своих подчинённых пытаются посадить, а я мешаю. Или все гораздо банальнее и хуже: у них есть свои точки общепита, а я их бизнесменам дорогу перешла.

– Очень на это надеюсь. Кстати, ты случайно не знаешь, зачем конкретно он меня позвал?

– Тоже твою картошку накануне заказывал. Наверное, понравилось, – легкомысленно отозвался Василь. – Сейчас приедем и узнаешь, чего гадать-то.

Тем временем мы миновали сонный пригород и катили с ветерком по пустой дороге. Старые деревья с раскидистыми кронами заботливо укрывали ее тенью. В траве стрекотали кузнечики.

Ехать бы и ехать. Впервые я пожалела, что автомобиль у магов скоростной.

– А он вообще какой, магистр Бугарски? – спросила, не удержавшись.

Василь был единственным знакомым мне магом. Ну и его наставница, но она скорее напоминала обычного механика. Опытную мастерицу, подрабатывающую на пенсии.

– Очень уважаемая личность. Я пока не дорос, чтобы с ним знакомство водить. Но ты особо не дергайся, маги его уровня к простым людям относятся снисходительно. Глупость тебе простят. Тем более ты даже по обывательским меркам совсем молоденькая, – выдал он, окинув меня быстрым взглядом.

– А ты, выходит, по магическим совсем сопляк? – огрызнулась я.

Он может и прав, но все равно задело. Я что, со стороны кажусь полной дурой?

– Ну, – неожиданно согласился он. – Но носителям магии глупости не прощают даже по столь уважительной причине. Очень уж неприятными могут оказаться последствия.

Мы въехали в магический квартал, и почему-то все опасения напрочь выветрились из головы. Такое уж тут место, сказочное. Казалось, даже воздух был иным, и иначе его пронизывали солнечные лучи. Здесь с лёгкостью верилось в чудо. И не верилось в плохое.

Магистр оказался мужчиной средних лет совершенно неприметной внешности. Одетый в скромный серо-зеленый костюм, аккуратно подстриженный и гладко выбритый. Никакой мантии, посоха и развевающейся седой бороды.

На его столе красовался тот же символ, что я видела на конверте. Пять элементов. Только объемный – значки были выгравированы на металлических кубах, сердце в центре сделано из кроваво-красного камня.

Он вежливо и сухо поздоровался и указал в сторону двух кожаных кресел. В одно села я, другое занял он сам. Беззвучно ступая, вошла горничная и принесла нам вишневый компот в запотевшем графине. То, что нужно в жару.

– Рад познакомиться с вами лично, азорра Лессар, – сказал магистр. – С вашей замечательной картошкой я уже знаком. И остальное тоже попробовал – превосходная идея, скажу я вам.

– Спасибо. Я так рада, что вам понравилось, – у меня от сердца отлегло. Он сдержанно, но приветливо улыбнулся.

– Очень понравилось, особенно нашей молодежи. Все жаждут ваших бургеров. Но есть один момент, по которому возникли вопросы.

– И что же? – спросила, стараясь оставаться спокойной, а у самой мысли заметались в панике.

Что не так? Котлеты слишком жирные или подгорели? Слишком много соли? Или наоборот? Невкусные соусы?

– Везти из города долго, все успевает остыть. Подозреваю, горячее вкуснее.

Я выдохнула. Всего-то! Это как раз решаемо. И я даже знаю, как. А его похвала придала мне смелости.

– Да, разумеется. Всегда вкуснее, когда с пылу, с жару. Если бы можно было готовить где-нибудь рядом, я бы смогла... Думаю, можно было бы организовать. Только вокруг магического квартала ничего нет, а мне нужна нормально оборудованная кухня.

– Вы могли бы арендовать помещение у нас. Это не проблема. Правда, затемно ваш персонал здесь оставаться не сможет, у нас особый режим. Если согласитесь на таком условии – с удовольствием вам посодействую. Поверьте, стоимость аренды вас приятно удивит.

– Мне нужно все обдумать. Но в принципе должно получиться, – я буквально вымучивала равнодушие.

А самой хотелось немедленно застолбить ту аренду и лично встать у плиты. Прямо сейчас. Пока они не передумали.

Магистр ответил, что понимает – так быстро подобные дела не решаются. Сказал, что будет ждать моего решения сколько потребуется, а пока мы просто обязаны продолжать возить заказы. Иначе маги начнут сбегать с работы, чтобы съездить в город за картошкой фри.

44.

– То есть ты хочешь сказать, что намерена жарить котлеты и продавать их в магическом квартале, лично стоя за прилавком? – лицо Милоша скрывала черная тканевая маска, но и по голосу было понятно, как шокировала его эта идея. – И не пытаешься сейчас меня разыграть?

Какое там! Мне не до шуток. Магистр лишь из вежливости сказал, что готов ждать сколько потребуется. Действовать надо быстро. Наизнанку вывернуться, но в магическом квартале закрепиться.

– Но, милый, больше ведь некому. Мы только что наняли вторую кухарку и ещё не успели обучить. А мне надо. Очень надо. Срочно надо. Я больше у тебя никогда ничего не попрошу, сама все сделаю, только позволь мне этим заниматься.

Если не позволит – все равно займусь. Через скандал, готова даже грозиться разводом, если по-другому никак. Но всё-таки надеялась избежать ссоры. Сотрудничать с ним мне нравилось гораздо больше, тем более что Милош всегда мог дать дельный совет. Да и обижать не хотелось, и так вон...

– Кажется, я понял. Ты сама собираешься вдоволь объедаться этой гадостью, – внезапно выдал он.

– Нет! На рабочем месте ни кусочка не проглочу, клянусь! Тем более я же не весь день там буду, всего несколько часов.

Милош задумался. Побарабанил пальцами по столу. Наконец вздохнул и кивнул.

– Ладно. Поезжай, раз настолько сильно хочется. Надеюсь, это временно, рано или поздно найдешь себе замену.

– Ты правда не против?

Вот так просто? Я ожидала, что придется убеждать, доказывать, ныть, если не хуже. А тут – ладно. Почти сразу.

– Для тебя ведь важно. Конечно, странное увлечение для воспитанницы школы при монастыре и азорры из старого дворянского рода, но у всех свои причуды. Кто я такой, чтобы судить.

– И даже за то, что прививаю своим клиентам вредные пищевые привычки, не осудишь?

– Так это же маги. У них все не как у людей, иногда кажется, что нарочно.

– И даже поможешь подсчитать, во сколько мне это обойдется? Примерно, так, чтобы понимать, в каких пределах могу себе позволить раскошелиться на аренду того прилавка.

Милош рассмеялся и заявил, что счетовод из меня конечно никудышный, но с умением вовремя подластиться точно не пропаду. Оказалось, что на первый взгляд затея совершенно невыгодная, да ещё связанная, по его мнению, с массой неудобств. Ведь мне придется перекраивать весь свой распорядок, а значит, распорядок всего дома.

Я бы напомнила, как нарушали тот распорядок его регата или его ночёвки непонятно где. И это лишь за тот короткий срок, что мы женаты. Но, как выяснилось, лесть, беспомощный вид и уговоры работают с ним лучше, чем скандал.

– Обещаю, что твой привычный образ жизни ничто не нарушит. Вот только... Я могу по-прежнему брать машину, которой пользуется прислуга? Заправлять буду за свой счёт.

– Спроси у Луки. Если их работе это не помеха, то бери. Но у нас всего два шофера. Авто они в случае чего возьмут мое, но кто сядет за руль?

– Но для меня сейчас нанять водителя слишком дорого...

Это пробьет катастрофическую дыру в бюджете. Автомобили хоть уже и перешли из категории роскошь в средства передвижения, но водить умел далеко не каждый. Профессия шофера считалась уважаемой и хорошо оплачивалась.

А тут цена вопроса – капризы Милоша. Запасов действительно необходимого в доме всегда хватало, и я не представляла, чего ради шофер должен дежурить целый день. Заметим, второй шофер, есть ещё и личный. А ведь он и сам водить умеет!

Впервые я прикинула, какой огромный штат содержит Милош Лессар. Прислуга в доме, включая, например, лакея, в чьи обязанности входит открывать двери, подносить сумки, встречать и провожать гостей – и все. Команда прогулочной яхты и работники, которые обслуживают обе яхты в порту. Адвокаты. Управляющие. Финансист, ведущий его бухгалтерию, и прочие, прочие... Не считая рабочих и служащих всех организаций, что ему принадлежат.

А я со своим смешным маленьким дельцем к нему пристаю. Наверное, выгляжу как ребенок, который просит поиграть с ним в магазин.

– Дорогая, ты что, обиделась? Какая ерунда, право слово! Я найму тебе собственного шофера, давно надо было это сделать. И бери любую из моих машин, что ты, в самом деле, на колымаге ездишь. В городе, должно быть, судачат, будто я в черном теле тебя держу.

– Ой, да ладно! Это мелочи на фоне твоих... – поняв, что балансирую на грани скандала, прикусила язык. – Мы и без того даем достаточно поводов для сплетен, я хотела сказать. А машина для слуг мне удобнее, в ней место для ящиков взамен задних сидений.

– Хорошо. Будем считать, что тем самым я дал тебе фору. Сократил расходы на первое время: ты ведь понимаешь, что вечно так продолжаться не может? Я беру эту затею под контроль и буду давать советы, но если результаты в конце сезона мне не понравятся...

– До конца сезона? Да ведь это три месяца всего! – возмутилась я. Так и знала, что не все так просто. Должен быть какой-то подвох.

– Почти четыре. Не спорь. Я не собираюсь потакать тебе в капризах и бесполезных затеях. Хочешь доказать свою самостоятельность? Так докажи! Для Цанева это разумный срок. Не смог в сезон – вообще не сможешь.

Я попыталась возразить, что здесь особый случай. Что у меня принципиально новый продукт, который не всегда получается раскрутить сразу, но потом вдруг оказывается, что это золотое дно. Рассказала, что мой майонез уже пользуется популярностью и его даже просили с собой, чтобы дома закуски делать. А когда горожане оценят вкус и удобство фастфуда – неизвестно до какой степени разовьётся мой скромный бизнес.

Он не понимал. За майонез похвалил и даже предложил сосредоточиться на его производстве – почуял выгоду. Но фастфуд ему принципиально претил, а я не могла рассказать о примере знаменитого Макдональдса. Как из бистро на заправке выросла целая империя.

Наверное, я просто появилась не вовремя. Мир не дорос, все ещё был слишком медленным. Но Цанев таковым способен веками оставаться. Есть ведь другие города, где жизнь кипит.

И в каждом из них – квартал магов. Или один на несколько, если города маленькие, как у нас. Но в целом по стране получается довольно много. Если они общаются...

Рискнув получить очередную порцию недоверия и насмешек, я озвучила свои мысли. Закусочные быстрого питания. Моя картошка и бургеры, приготовленные по единому рецепту, со строжайшим соблюдением технологии. Сначала в магическом квартале, потом в самом Цаневе, а там в Присте и еще где-нибудь... Про все магические кварталы королевства я говорить не осмелилась.

Милош и так расхохотался и заявил, что это одна из самых смелых идей, какую он только слышал. И что если у меня получится, готов на спор выполнить любое мое желание. Все, чего ни попрошу.

45.

В день, когда Лео должен был начать меня рисовать, в моей комнате разгорелся спор. С самого утра, я ещё толком проснуться не успела, а они уже явились. Советнички. И на удивление спелись.

– Помни, сейчас ты должна быть особенно сдержанной и строгой. Недостойно веселиться, пока твой супруг болен и лишен привычных своих радостей, – увещевал ангел. – И тем более не годится кокетничать с другим мужчиной. В вашей ситуации и вовсе бесчестно! Будь с ним холодна. Поменьше улыбайся. Говори лишь по делу.

– Не так уж он и болен, больше капризничает. И вообще, не умер же, с чего вдруг мне изображать вселенскую скорбь!

Демоница расхохоталась. Ангел едва заметно поморщился, но не удостоил ее вниманием. Его ясные голубые глаза не отрываясь смотрели на меня.

Я уже как-то замечала, что он иногда по-особенному смотрит. Если долго выдерживать такой взгляд, в нем будто тонешь. Расслабляешься как в лучах ласкового света и любуешься чистым оттенком глаз и возвышенной красотой этого неземного существа. Хочется забыть, о чем только что говорили, отринуть суетные мысли и...

– Вынуждена признать – в чем-то он прав, – голос демоницы прозвучал резко, словно удар хлыста. Прогоняя морок. – Поменьше любезничай, твой приятель из тех, кто каждый, даже самый невинный знак внимания повернет в свою пользу.

– Тебе он тоже не нравится? – спросила я.

– Нет. Слишком высокого о себе мнения. Вслух отрицает и ад, и рай, изображает просвещенного нигилиста. А у самого в чулане алтарь и целая толпа гипсовых святых.

– Какой кошмар, – поговорила я ехидно. – Но что-то я не пойму. С чего вы взяли, что я собираюсь вешаться на любого мужчину, который попал в поле зрения?

– Потому что слишком легкомысленно относишься к своему браку, – сказал ангел.

– Потому что тебе нужны поклонники, – сказала демоница. – В качестве поклонника в общем-то сгодится любой, чем их больше, тем лучше. Но подпускать ближе можно не каждого, иначе вместо славы светской красотки пойдут грязные слухи. Вот тот налоговый инспектор в качестве любовника идеально подходит.

– Прекрати! – хором воскликнули мы с ангелом.

– И вообще, спасибо за советы, но мне собираться пора. После поговорим.

Выручила ни о чем не подозревавшая Желька. Она меня одевать пришла. Дальнейший разговор стал невозможен, пришлось им раствориться и исчезнуть. А я отправилась навестить Милоша и напомнить, что сегодня у нас гость.

Идее с моим портретом он внезапно обрадовался. Даже возмутился, что не ему первому она в голову пришла. Заявил, что в приличном доме над камином должен висеть портрет хозяйки. И чуть не выхватил подзатыльник, добавив, что умелый художник сможет изобразить меня хорошенькой.

Он настоял, чтобы я сначала ему показалась в том виде, в каком собираюсь позировать.

– Неужели обнаженной? Но я стесняюсь, – попыталась ответить с серьезным лицом, но Милош шутку не оценил.

– Если рискнешь – клянусь, я повешу такую картину в холле, прямо напротив двери. Но выбранная тобой одежда может оказаться ещё более неприличной, вот чего я боюсь.

– Вообще-то я собиралась устроить сюрприз. Но раз так... Раз я и моя одежда кажемся тебе настолько неприличными, значит, нам в принципе не место в твоём доме.

Милош велел не горячиться. Сказал, что всего лишь хочет, чтобы цветовая гамма картины красиво вписалась в интерьер. Но я уже обиделась, упёрлась и ничего ему демонстрировать не стала. Хочешь – вешай, не хочешь – найду для нее другое место.

Когда Лео пришел и узнал, почему Милош дуется, высказался однозначно и категорично:

– Это не ей нужно подбирать платье под гостиную, дружище. А гостиную переделывать под ее портрет.

Из-за вынужденной потребности в полумраке Милош к нам не выходил. С приятелем они пообщались до и после. А пока художник работал, мы оставались наедине.

Мой тщательно подобранный образ он совершенно нахально высмеял. То синее платье, которое понравилось нам с Желькой, и тяжёлое драгоценное ожерелье, и высокую пышную прическу, и подкрашенные чуть поярче веки.

– Вы для всего этого слишком молоды, азорра, – выдал Лео. – Но лет через пятнадцать вам будет очень к лицу.

– Лет через пятнадцать такого уже носить не будут. А призрачный образ, о котором вы когда-то говорили, мне не нравится.

– Он бы и не подошёл этому дому. Здесь слишком много солнца и воздуха, надо что-то другое. Но не это, – он скользнул взглядом по моему ожерелью. Или всё-таки по декольте? – Что-то лёгкое, светлое. Голубое, если любите подобные цвета. И желательно без украшений, они будут отвлекать. Пусть ваше лицо останется самым ярким, что есть на картине.

– Мое? Ярким? – рассмеялась я.

Но спорить не стала. Отправилась переодеваться в нечто более подходящее по его мнению, оставив Лео ещё немного поболтать с Милошем.

Новый образ художник одобрил. Только прическу немного поправил, придав ей более естественный вид. Неторопливо прошёлся по саду – мы с дворецким, торжественно, будто трон, несущим плетёное кресло, молча наблюдали, боясь помешать. Наконец усадил меня возле куста чайных роз, в полутени, и объяснил, какую принять позу.

– Не смотрите прямо на меня. Пусть взгляд будет направлен в пространство, и слегка улыбайтесь... Нет. Не улыбайтесь, а дайте намек на улыбку. Словно задумались о чем-то приятном.

– Так?

– Да-да! Только расслабьтесь. Держитесь естественно. Вам удобно? Или такая поза для вас непривычна?

Да нет вроде бы. Сидела я вполне обычно. Наверное, вздумай почитать книжку в саду, примерно так бы и села. Но когда велят сохранять это положение, не меняя, долгое время, сразу кажется жутко неудобно.

– Ничего, терпимо. Вот только не уверена, что сумею часами изображать задумчивый вид.

– Необязательно все время, я скажу, когда потребуется, – успокоил Лео. – Но пока что изображайте, а лучше пусть оно получится само. Помечтайте о чем-нибудь. У вас ведь есть мечта?

– А у вас? – ответила вопросом на вопрос, чтобы поддержать беседу.

Мне ещё ни разу не доводилось бывать натурщицей. И сейчас, наблюдая, как художник раскладывает свои принадлежности и придирчиво осматривает холст, я нервничала.

– Нет-нет, не сейчас. Я должен настроиться. Простите, но сегодня не смогу развлечь вас беседой, моя прекрасная азорра.

– Да, конечно. Как вам удобно, – вежливо произнесла я и поспешно умолкла.

Так даже проще. Этого гостя не придется чем-то занимать, он уже занят. Погрузился в работу и, казалось, перестал замечать все вокруг. А я боялась лишний раз вздохнуть. Словно любое неосторожное движение разрушило бы особую связь между нами, когда остались только я, художник и картина.

Он смотрел на меня максимально сосредоточенным взглядом, с откровенным вниманием. Но сейчас оно не смущало. Он видел не меня, а некий образ, тот, который хотел воплотить на холсте.

А у меня как назло чесалось между лопатками. С каждой минутой все невыносимее – невозможно отвлечься, сколько ни пытайся. И ведь такое место, что незаметно почесать не получится. Придется корячиться прямо перед Лео, задевая его обострённое чувство прекрасного.

Или чесаться о спинку стула. Ещё лучше.

К счастью, в первый раз долго он меня мучить не стал. Вскоре объявил, что на сегодня закончили, и поблагодарил за терпение.

– Вам превосходно удался задумчивый вид, именно то, что нужно. Выглядели такой загадочной. А говорили, не сможете, – сказал он на прощание.

Пришлось ещё и смех сдерживать, пока не ушел.