Текст книги "Бургер для неверного мужа, или Попаданка берется за дело (СИ)"

Автор книги: Даша Семенкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

Бургер для неверного мужа, или Попаданка берется за дело
Даша Семенкова

1.

– То есть вы утверждаете, что я умерла.

Я недоверчиво посмотрела на девушку напротив.

Девушка как девушка, блондинка в белом. Симпатичная даже. Вежливая. Все бы ничего, если бы не маленькая деталька. Нимб. Самый настоящий. Колечко золотистого света висело четко над макушкой и двигалось, когда она кивала или качала головой.

– Сожалею, но это так, – ответила блондинка с выражением сочувствия на хорошеньком личике.

– Насовсем умерла, с концами? И это не сон, не галлюцинация, я не в коме и не под наркозом?

Глупый вопрос. Разве уважающая себя галлюцинация признается? Нет конечно! Будет врать до последнего.

– С прискорбием сообщаю, что вы умерли. Примите мои соболезнования, – состроив подобающую мину, она придвинула ко мне бланк и ручку. – Распишитесь здесь, здесь и тут. Подпись, расшифровка. А тут – фамилию, имя, отчество целиком. Под согласием на полное и окончательное аннулирование персональных данных.

Я взяла ручку – обычную, пластмассовую, из самых дешёвых. Пробежала страницу глазами.

– Как это претензий не имеет?! Очень даже имеет! Я на такое не подписываюсь!

– Но операция... Вы же дали согласие...

– Процент успеха был гораздо выше, чем неудачи. Если только никто не накосячил, – я покосилась на нее с подозрением. – И вообще, сейчас-то зачем все эти бумажки? Что, и в раю теперь бюрократию развели?

– О, ты даже не представляешь, какую! – раздался за спиной жизнерадостный мужской голос. – Только это не рай. И ты права. Именно что накосячили. Просто бюрократы из небесной канцелярии признавать свои ошибки ой как не любят.

Я оглянулась через плечо. Ну да. Конечно.

По широченной лестнице поднимался черт. Смуглый, чернявый, с острыми рожками, торчащими из буйных кудрей, и хвостом. Последние несколько ступеней он преодолел бегом, обошел стол ангелицы и встал возле нее, даже руку ей на плечо положил. Девушка поморщилась от такой фамильярности, но промолчала.

Оба уставились на меня. Она виновато, он с лучезарной улыбкой.

– Так, – выдохнула я, теряясь, о чем бы спросить в первую очередь. На языке крутилось: а как это у вас нимб держится? Но нельзя, чтобы они перестали воспринимать меня всерьез, поэтому решила от дурацких вопросов пока воздержаться. – Давайте по порядку. Мы ведь никуда не торопимся? Уже.

– Мы оба в полном твоём распоряжении, – ответил вежливый чертила, растянув улыбку ещё шире, хотя казалось, что некуда. – Тем более здесь пространство без времени, чтобы не тратить его на бумажную волокиту. Так что не переживай, состариться не успеешь... – он наморщил нос в притворном сожалении. – Ах, да. Ты и так не успеешь.

Наверное, услышав это я должна была пригорюниться. Пожалеть об упущенных возможностях, вспомнить лучшие моменты. Но почему-то собственная смерть не воспринималась всерьез, то ли из-за абсурдности ситуации, то ли не осознала ещё.

Гораздо больше эмоций вызвало загадочное пространство без времени. Я осмотрелась ещё раз, повнимательнее.

Оно выглядело огромным как футбольное поле, с высоченными как небо потолками. Пустым – из обстановки лишь подобие кабинета, где мы сидели – и в то же время каким-то загроможденным. Бесконечные лестницы, ведущие в никуда галереи, непонятно откуда взявшиеся углы, колонны... Все молочно-белое, ни намека на декор. Взгляду не за что зацепиться.

Только на стене за спиной ангелицы – изображение весов, заключённое в круг. Наверное, тех самых, на которых грехи и добрые дела взвешивают, прежде чем определить, куда душу отправить. На плече белой униформы ангела и черной черта был вышит тот же символ.

И главное, я совершенно не помнила, как здесь оказалась. Только что лежала на операционном столе под лампами, считала от десяти до одного, ожидая, пока наркоз подействует, и вдруг бац – поднимаюсь по этой лестнице. Кстати, странно. Так много ступеней прошла, но ничуть не запыхалась. И не болело больше ничего.

– Прошу прощения, но все же желательно не откладывать решение вашей проблемы надолго, – напомнила о себе бюрократка с нимбом.

– Моей проблемы?

– Нашей проблемы, – неохотно признала она и наконец соизволила объясниться.

Место, где мы сейчас находились, хоть и потустороннее, не относилось ни к аду, ни к раю, ни даже к чистилищу. Душам смертных вообще не полагалось здесь бывать, несмотря на то, что этот отдел занимался непосредственно ими.

– Мы следим за живыми, – пояснил черт. – Ангел хранитель, демон искуситель, наверняка что-то такое слышала. Вот это мы и есть. Тебе выпал счастливый случай лично с нами познакомиться.

Предварительно умерев на операционном столе. Да уж, счастья полные штаны. Но я начинала понимать, почему девица мямлит и смущается.

– Вот значит как! Значит, я могу предъявить претензии, что мой ангел-хранитель настолько некомпетентен, что позволил мне скоропостижно скончаться при высоком шансе выжить? – возмутилась я, уперев руки в бока. – Ну, куда жалобу писать?

– Эй, но я-то? Я ведь достаточно хорошо тебя искушал? – вмешался демон и состроил умильную гримасу.

На его смуглом лице с острыми чертами она смотрелась настолько чужеродно, что я невольно улыбнулась.

– Нуу... Можно было и побольше, но в целом достаточно.

– Подождите, мы опять ушли не туда. Давайте вернём разговор в конструктивное русло, – перебила ангелица. – В нашем ведомстве произошла некоторая... Ситуация. А вы можете помочь. Не спешите нас обвинять, ошиблись не в вашем случае.

– Да ладно, брось, – перебил демон и подмигнул ей.

Она отвела глаза. Милые щёчки порозовели. Не будь оба сверхъестественными существами, подумала бы, что у них служебный роман.

– Короче. Жить хочешь? – спросил он у меня.

2.

– Кто ж не хочет. Но зачем тогда вот это подписывать? – кивнула я на согласие на уничтожение персональных данных.

В ответ он радостно сообщил, что жизнь мне предлагают чужую. Некая девица в другом мире отдала богу душу по ошибке небесной канцелярии, и вернуть ту душу уже никак нельзя. Дальше отправили. А тут я так удачно подвернулась. Смерть моя была предопределена, но переход моей души в тело той девицы все исправит.

– Ты получишь шанс вернуться в мир живых, мы поможем коллегам, баланс предначертанного не нарушится...

– А что конкретно той девице предначертано? – перебила его деловито.

Предложение заманчивое, но соглашаться я не торопилась. Они явно заинтересованы, стоит прощупать возможность поторговаться. К тому же вдруг там окажется такая жизнь, что лучше смерть. Моя-то хоть лёгкой была, под наркозом, но от болезни успела помучиться, хватит с меня.

– Нас в божественный замысел не посвящают, ранг не тот. Но она молода, здорова, умереть должна была ещё не скоро. Остальное зависит от вас, никто не может ограничивать человеческую волю, – охотно ответила ангелица, тоже почуяв мой интерес.

– Отчего она умерла? Я бы не хотела очнуться калекой.

– Несчастный случай. Видите ли, у нее была чрезмерно тонкая душевная организация, и от сильных волнений она потеряла сознание... Неудачно.

Ее щеки снова порозовели. Черт ухмыльнулся и уточнил пикантные подробности:

– Ее настолько строго воспитывали, что дурища до смерти перепугалась в первую брачную ночь. А после молодой супруг ненадолго ее оставил, в этот момент она в обморок и хлопнулась. И пока все суетились, умудрилась задохнуться, подавившись собственным языком. Но не волнуйся, мы не собираемся делать из тебя зомби. Отмотаем время назад, перенесем в тот самый миг, как другая душа покинула тело, никаких трупных изменений...

– Достаточно, я все поняла. Это что же, мне и муж ее достанется?

– Ага! – кивнул черт. – Правда, здорово?

Вообще-то нет. Я всегда была разборчива в связях и крайне нерешительна. Замуж выйти так и не успела, хотя претендентов хватало. Но одно дело просто встречаться, другое дело брак. Это ведь серьезно, в идеале на всю жизнь. У каждого кандидата находились недостатки. А тут...

– Вы мне подсовываете кота в мешке на непонятных условиях. Может в том мире разводы запрещены и вообще домострой!

– Мой напарник вам все продемонстрирует, правда же, демон? – сказала ангелица.

– Ну конечно! Лучше один раз увидеть, да? Пойдём смотреть кино, – он жестом пригласил следовать за собой вниз по лестнице.

Эх и длиннющей же она оказалась! Куда там питерскому метро. Лишь начав спуск я заметила, что конец ее теряется во мраке. Мы все шли, и шли, и шли, но ничего разглядеть так и не удавалось. Физической усталости я не ощущала, наоборот, лёгкость – хоть сутками туда-сюда по лестницам бегай.

– Извините, не знаю, как вас по имени... Нам долго ещё? – спросила, заскучав, когда начало казаться, что мы никогда не дойдем.

– Что же вы, люди, вечно куда-то торопитесь... Хотя, будь мой век так же недолог, я бы тоже наверное спешил. Ко мне на "ты". А имен у нас нет, это обычай низших созданий.

– А как же Люцифер?

– Вы его так назвали, не мы, – пожал он плечами на ходу. – Не суть. Тебе этого знать не полагается. Лучше что-нибудь по делу спроси. Про свою будущую новую жизнь, например.

– Мне про вас интересно. Когда ещё встретимся!

– Надеюсь, никогда. Мы тебя передадим коллегам из соседнего отдела, ты ведь уйдешь в другой мир. А мы работаем в этом.

Равнодушие, с которым он это сообщил, почему-то задело. Если он мой демон-искуситель, значит, мы с моего рождения вместе. Допустим, я его не знала, но он-то! Неужели совсем не привязался?

– Что, и скучать не будешь?

– Душечка, мне скучать некогда. У меня пятьдесят подопечных... Сорок девять, но как только с тобой закончим, нового дадут. И каждого нужно искушать, день и ночь, не покладая рук. А у напарницы и вовсе сотня.

– Что так? Должность выше?

– Специфика работы. Вот мы и на месте. Нам налево.

До самого низа мы так и не добрались. Полагаю, это и к лучшему. Зашли в скромную белую дверцу и попали в комнату, посреди которой возвышался постамент с чем-то вроде сложной панели управления. Напротив стоял ряд мягких кресел, как в кинотеатре. Черт предложил устраиваться поудобнее, поколдовал над пультом, и свет погас, а передо мной развернулся экран, прямо как в фантастических фильмах.

– Ого, – воскликнула я, вглядываясь в отличного качества изображение.

– Идём в ногу со временем, – отозвался довольный черт, присаживаясь по левую руку.

На экране показывали жизнерадостный летний пейзаж. Синее небо, синее море, чайки, сочная зелень южной растительности. Уютно устроившись у подножья горы, дремал на солнышке прибрежный городок с рыжими черепичными крышами. Извилистые улочки манили тенью. Разноцветные ставни казались нарисованными мелками на белых стенах. Флегматичные жирные чайки лениво парили над спокойной гладью воды.

– Только взгляни. Теплый морской климат, приветливые жители. Три часа пути до столицы. Мир довольно развит, чем-то похож на ваш начала двадцатого века, но с магией и безо всей этой кровавой резни. По крайней мере, в государстве, где будешь жить, все благополучно. А виды! Курорт. Магическая Черногория.

– Ух ты! А там есть Старбакс? Я коллекционирую.

– Нет. Предвосхищая следующий вопрос: Кей-эф-си тоже нет, и Бургеркинга, и доставки пиццы.

– Ну хотя бы Макдональдс?

– Да хорош! С чревоугодием план мы уже перевыполнили, оно свело тебя в могилу. Пора бы уделить внимание и другим грехам. Взять, к примеру...

– Вы попадете на место очень достойной благочестивой девушки из высокопоставленной семьи, – поспешно перебила ангелица. Я и не заметила, когда она села справа. – К тому же накануне вступившей в брак с наследником огромного состояния. Увы, известным в столичном обществе не только своими достоинствами, но и склонностью к кутежу. Но уверена, брак избавит его от дурных привычек. Вот, взгляните. Ваш дом.

3.

Камера приблизилась к роскошному особняку на первой береговой линии. Здесь даже собственный причал имелся с припаркованной парусной яхтой. На борту курил парень в тельняшке, загорелый до черноты. За чугунной изгородью, окружающей дом, садовник поливал из шланга розы.

– Ну и где же мой высокопоставленный супруг, которого еще и воспитывать придется?

– Скоро появится. В это время года он предпочитает завтракать на веранде, – сказала ангелица.

– Видишь, стол уже накрыт. Ещё минуту... А вот и он! – черт пихнул меня локтем в бок. – Ну как, уже чувствуешь зов греха? Или сначала надо обрести плоть? Разве не красавец!

Упомянутый красавец неторопливо вышел на открытую веранду, и солнце зажгло золотые искры в его волосах. Даже сейчас, небрежно одетый в черный шелковый халат, заметно бледный и помятый, он выглядел восхитительно. Идеальный греческий профиль, ямочка на подбородке, манящие чувственные губы, пушистые ресницы и локоны. Тонкий шелк не скрывал, что сложен он как Аполлон.

Нехотя расправив плечи, Аполлон откинул свесившуюся на лицо прядь, обвел ленивым взглядом пригожий утренний пейзаж, горестно вздохнул и поплелся к своему столику. Уселся, принял красивую позу, хотя никто кроме невидимых нас на него не смотрел, и начал помешивать черный кофе в маленькой чашке.

– Что-то он какой-то вялый, – протянула я. – А я темпераментных мужчин люблю.

– Эй, он только что потерял молодую супругу. Не придирайся, – одернул мой чертила. – К тому же выбор у тебя невелик, либо да, либо нет. Либо жизнь рядом с вот этим сладким красавчиком, либо...

– Либо вам двоим прилетит от начальства, – закончила я за него. – На жизнь я может и согласна, но за довесок в виде вот этого вашего... мужа требую компенсацию.

– Ты погляди! Она требует, – развеселился он, но ангелица жестом велела замолчать.

– Ваши требования понятны, все должно быть в балансе. Я посмотрю, что мы можем предложить. К сожалению, рассмотреть ваш запрос всесторонне и основательно не получится, но...

– Дай ей уже что-нибудь. Или я дам, – пригрозил черт.

На экране мне по-прежнему демонстрировали Аполлона, то и дело меняя ракурс. Но он ничего интересного не делал, в отличие от моей ангела-хранительницы. Поджав губки, она немного подумала, затем тонким пальцем прочертила в воздухе квадрат, внутри которого разлилось голубое сияние. И сунула туда руку.

– Это что, портал? Круто! – не удержалась я от комментария. Но когда она с улыбкой вручила мне извлеченный из портала ящичек, не смогла скрыть разочарования. – Набор ножей? Спасибо, конечно, но я думала, что решение своих проблем за мой счёт вы всё-таки оцените дороже.

– Не капризничай, бери. Они волшебные. Так как отправляешься в магический мир, это допустимо, – сказал черт.

– Сегодня мы простимся, и я не смогу больше вас оберегать. Так примите этот дар. Одиннадцать ножей из прочнейшей в мирах стали, выкованных в кузницах преисподней и зачарованных росой с райских врат. Смерть не возьмёт вас до тех пор, пока последний из них не затупится, – торжественно изрекла девушка и добавила вполголоса: – Они к нам случайно попали. Самим не нужно, а передать некому – наш мир не магический. Видите, как все удачно сложилось. Так что же, берете?

– Ладно, беру.

В сказанное не верилось, но ножи-то хорошие. Готовить я люблю, знаю толк. Такие действительно до конца жизни не затупятся. К тому же хотелось получить что-то по-настоящему волшебное.

– И на новую жизнь согласна? – вкрадчиво промурлыкал черт.

– Черт с тобой! Согласна. Но пока не выясню всех-всех подробностей, ничего не подпишу.

– Я же говорил, все утрясется, – воскликнул он, подрываясь с места и помогая подняться своей напарнице. – Она у нас особа хваткая, да, душечка? Ну, тогда будем прощаться. А подробности тебе новые хранители объяснят, они лучше знают. – Он хлопнул в ладоши. – Эй, ребята! Входите, она согласна!

Экран свернулся, зажёгся свет, и появились двое. Сначала вошел он, затем она, и встали на расстоянии, чтобы даже случайно друг друга не коснуться.

Ангел и демон. Вернее, демонетка. Вроде похожие на моих, но в то же время другие – сразу видно, что из разных миров.

На моих была униформа простого кроя, отличавшаяся цветом. На этих – совершенно разная по стилю одежда: расшитая золотом мантия на ангеле и вызывающее платье на чертовке, сплошь из алых лент, кожаных ремней и цепочек. Только символ весов на плече, обязательный для каждого, подчеркивал, что они на одну и ту же организацию работают.

Мои вели себя как дружные коллеги и даже больше. Эти всем видом подчеркивали, что друг другу не ровня. Мои общались со мной запросто. Эти смотрели свысока.

Хуже – прицениваясь. Как будто корову на базаре выбирали.

– Было ли твое согласие добровольным и данным не под воздействием заблуждений, человеческая душа? – пафосным тоном спросил ангел.

Стройный, голубоглазый, с длинными белыми волосами – утонченно красивый, прямо как Леголас, эльфийский принц.

– Да, – ответила я.

– Бумаги, – продолжая сверлить меня взглядом, демонетка протянула руку ладонью вверх.

Мой чертила отдал ей документы. Они были похожи словно брат и сестрица. Роковая, дьявольская красота. Никогда такой типаж не нравился.

– Ты нас здорово выручила, душечка. Удачи в новой жизни, – сказал он на прощание и шагнул назад.

Пол под ним и моей ангелицей дрогнул, между нами пролегла трещина. А потом они развернулись, будто на сцене в театре, и исчезли за стеной.

– Здесь ничего не подписано, – капризно фыркнула демонетка. – Немедленно подпиши, иначе не пойдет!

– Прежде чем командовать, может, сначала познакомимся?

– Мы слабо знаем приветственные ритуалы вашего мира, человеческая душа, – вмешался ангел. – Полагаю, нужно называть имена. Здесь так не получится.

– Чего это? Меня зовут... Зовут... Моё имя... – в панике я поймала его спокойный взгляд. – Ой. Забыла.

4.

Дальше все произошло так быстро, что я совершенно растерялась. И расспросить толком ни о чем не успела, да и как за несколько минут о целом мире расспросишь. О целой жизни... Ведь у моей предшественницы она была, со всеми знакомствами, родственными связями, воспоминаниями и привычками. Не говоря о специфических знаниях. Какая у нее была профессия?

– Тебе повезло. Девица воспитывалась в закрытой женской школе при монастыре, в исключительной строгости. Родители умерли, опекуном был дядя, скряга и ханжа, отослал ее от себя немедленно и при первом удобном случае выдал замуж. В свете ещё не вращалась, знакомств завести не успела, – пояснила демоница в ответ на мои вопросы и вложила в руки ручку. Тяжёлую, в золотом корпусе. – Везде только подпись, имя уже стерто. Сами впишут потом по архивам.

– В смысле стерто? Моё имя? Как же я... – воскликнула, панически перебирая в памяти имена. Ни одно не откликалось.

– Успокойся, это просто имя. Лишившись его, душу не теряют, хотя в нижних мирах встречаются подобные суеверия, – сказал ангел. – Ты получишь новое, когда все подпишешь. А бумаги для тебя просто формальность, факт твоей смерти ничто не отменит.

– Ладно. Вот, довольны? – я демонстративно подмахнула все разом, не глядя.

Он ведь прав, нечего терять. А ссориться с ними не хотелось. Всё-таки чужие, в отличие от предыдущих, те хоть меня опекали с младенчества. Эти же присматривали за своей...

– Как меня, кстати, теперь звать будут?

– Николина Лессар, урождённая Ризман. Единственная дочь одной из двоюродных кузин короля, фигура в обществе весьма значительная. Пусть не сама по себе, а только имя, – сообщил ангел.

– Папаша Лессар в свое время потратил уйму денег, чтобы тебя в его семью сосватали. Жаль, не дожил, – дополнила демонетка. Судя по ее тону, на самом деле ей было вовсе не жаль. – Слияние аристократии с капиталом... Впрочем, капиталист из него такой же, как из тебя аристократка. Думаю, споетесь.

– Прошу, не перебивай, – высокомерно скривился ангел. – Сейчас слишком важный момент, не до твоих штучек.

В ответ она фыркнула и смахнула хвостом бумаги, чтобы он вынужден был с пола их подбирать. Надо сказать, стол был тяжёлый, старинный, а на полу паркет. Тут все выглядело совершенно иначе, будто уже в другой мир перенеслась. Вместо простора, лаконичности и спрятанных высоких технологий – солидная роскошь классического стиля. Темное дерево, бордовый бархат, бронзовые светильники и полумрак. Черный и красный – не трудно догадаться, чей это кабинет.

– А почему мы на территории демонов документы подписываем?

– Потому что это грязные делишки. Небесная канцелярия обычно обстряпывает их чужими руками, – осклабилась чертовка и покосилась на коллегу с явным презрением.

– Это не территория демонов. Тебе бы там не понравилось. Но по удачному для тебя стечению обстоятельств есть шанс все исправить и туда не попадать. Целая жизнь, ранее праведная, – нарочно ее игнорируя произнес ангел. – Не упусти этот шанс.

Я вспомнила, как мой бывший демон сказал, что меня сгубило чревоугодие. Да уж, вряд ли пустили бы в рай. Что там в аду, решила не спрашивать, и так ясно, что ничего хорошего. А вот напряжённые отношения между теми, кому перепоручили мою душу, не внушали оптимизма.

– Мне кажется, или вы между собой не очень-то ладите?

– Что за странный вопрос? Я исполняю божественную волю, а эти создания, – он снисходительно взглянул на напарницу, – служат тьме и пороку. Мы, разумеется, испытываем сострадание ко всем существам, но...

Он вздохнул и развел руками. Ну-ну. Знаменитое "мне вас жаль". Она оскалилась и что-то пробормотала на неизвестном языке.

– Странно, мне показалось, что мои бывшие хранитель и искуситель дружат, и даже больше.

– Земные миры, – отмахнулся он. – Там сейчас курс на толерантность. Уважение к каждому, никакой дискриминации... Слышал, дошло до того, что и вправду между ангелами и демонами возникают... недопустимые связи. Но это всего лишь грязные сплетни.

– А у вас и сплетни бывают? – развеселилась я. Ну надо же, все как у людей!

– Конечно. Очень-очень грязные, недостойные непорочных ушек, но почему-то вся небесная канцелярия их знает и с наслаждением передает, – промурлыкала чертовка. – Однако это не сплетни. Вернее, не только сплетни, ещё и анекдоты. Особенно после официального разрешения смены идентичности.

– А это как?

– Это если наш приятель решит сменить нимб на пару хорошеньких рожек.

Приятель так возмутился, что дар речи потерял. Кажется, я начинала ее понимать. Просто невозможно удержаться, чтобы не поддеть этого сноба. Я бы на ее месте не удержалась бы.

– Да, в реальности, или мире людей, не знаю, как у вас правильно называется... Короче, у нас тоже существует что-то подобное. Идентичность у всех одна, все мы люди, так что извращаются кто во что горазд. И про это тоже есть шутки, всякие поговорки. Вот, например: если бы у бабушки был...

– Прекратите наконец! – вернув способность говорить, перебил меня ангел. – И я надеюсь, что ты не станешь нести в новый мир всякие гадости из прежнего. Очень, очень на это рассчитываю.

– Обещаю, никаких гадостей, только радости. Если, конечно, моя новая судьба не будет полна невзгод и лишений, тогда могу и озлобиться.

– Каких ещё лишений?! Демон разве не показал тебе твой дом? – взвилась чертовка.

– Показал.

– Твоего мужа?

– Показал, – ответила со вздохом.

Второй раз что-нибудь за него выторговывать я не решилась. Вдруг они в курсе, неловко получится. А жадность это грех, так можно окончательно расположение своего ангела хранителя утратить.

– Чего тебе ещё-то? Все, довольно болтовни. Вперёд, в новую жизнь. На месте разберёшься, а если не разберёшься – я подскажу.

– Да, чуть не упустили важное, – вмешался ангел. – Раз вышло так, что ты узнала о нашем существовании, мы сможем подсказывать тебе иногда. Не знаками и внезапными озарениями, а открыто. Правда же здорово?

– Замечательно просто, – пробормотала я, догадываясь, что моего согласия все равно никто не спросит. – Ладно. Чем дольше думаю, тем больше сомнений. Давайте. Что мне надо делать?

– Расслабиться и закрыть глаза. Малышка Николина лежит без сознания и вот-вот задохнётся. Спустя несколько минут в ее покои войдёт молодой супруг – и героически вернёт ее к жизни! Благодаря нам на самом деле, но об этом никто никогда не узнает. Кстати, его имя Милош. Удачи тебе, душа. Будь чиста, добродетельна и праведна, и врата Рая откроются для тебя.

– Спасибо. Надеюсь, они откроются нескоро, – усмехнулась я и зажмурилась. – Ну, погнали.