Текст книги "Радикал (СИ)"

Автор книги: Bailante

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 41 страниц)

Смит кивнул Виктории Даллон. Многое из того, что она сказала, звучало как правда, и это было правдой на самом деле.

– Что там было на ближнем востоке меня не сильно заботит. – Пожал плечами Смит, не покривив душой.

Он – не Пелид, его не заботят судьбы всего мира. Ему были бы не интересны тайны конца света, если он, в конце концов, не затронет его страну. И ему было бесконечно жаль, что это не так.

– Но всё остальное озвученное тобой – это и есть плоды прошлых ошибок правительства, которые я пытаюсь исправить. Этот город тоже в числе тех самых ошибок. А что до Империи-88 и Лунга… ну этому городу вскоре доведётся увидеть, как правительство решает подобные вопросы. Я ответил на твой вопрос, Эми?

Взглянув на Эми, Смит с жалостью отметил, что ей уже вряд ли удастся увидеть итоги его работы. Поверив, откинув сомнения, допустив мысль, что девочку удалось заполучить, он слишком много ей рассказал и показал из того, чего знать ей не стоило. Сейчас она знает то, чего не знают даже самые доверенные люди на вроде Грега.

– Почти, – Кивнула девочка, задумчиво глядя сквозь стол. – Значит, у тебя есть паралюди в подчинении?

– Есть, – не стал врать Смит.

В его памяти вспыхнул и угас образ Лили.

– БиоКинетики тоже есть?

– БиоКинетики слишком редки. – Покачал головой Смит, не совсем понимая, к чему клонит Эми. – И ты первый биоКинетик, у которого более-менее в порядке с головой и который не является преступником. Нет, Эми, у меня нет биоКинетиков.

– Эми целитель. – Влезла Виктория. Она положила руку на плечо сестры. – И у неё все в порядке с головой. Не «более-менее», а полностью в порядке.

Смит одарив Викторию скептическим взглядом, вернул внимание на Эми.

– Вики… пожалуйста…

– Почему ты спросила об этом? – Смит предпочел пресечь спор сестёр на стадии зарождения.

– Рыжик, мой пёс… – Будто нехотя начала пояснять девочка. – Он обычный, я проверяла. Много раз проверяла… но он не обычный. Вики может подтвердить это, если тебе будет мало твоих слов. Я подумала… может если другой БиоКинетик посмотрит его… Может ему удастся что-то обнаружить…

– Эми, ты плохая лгунья. – Прервал её Смит, наконец, поняв, к чему был задан тот вопрос. – Что до твоего пса… если ты говоришь, что он обычный, то значит, обычный.

Эми первый раз за несколько минут подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Ты тоже обычный. Был обычным. Кажешься обычным. Но дальше… то я не могу даже волосок у тебя на руке вырастить, то и вовсе вижу умирающий организм. Это ненормально. Десять раз ненормально. И либо я чего-то не понимаю, либо вы с Рыжиком – плод искусной работы биоКинетика… мне отвратна мысль, что мой друг появился в моей жизни не случайно, но вы с ним слишком схожи, чтобы я и дальше могла спокойно закрывать глаза на все подсказки.

Смит откинулся на спинку стула. Пронзив задумчивым взглядом потолок, он обдумывал ситуацию, продолжая попытки отыскать тот выход из сложившейся ситуации, в котором будет меньше потерь, но, как ни пытался, он не находил его. Причина сговора сестёр открылась ему, но способ сохранить девчонке жизнь таился в тенях…

Смит неожиданно оживился. Уцепившись за последнюю мысль, он, пронзив Эми взглядом, выпалил вопрос, прозвучавший в его голове:

– И чего такого необычного ты нашла в своём псе?

Смит не смог скрыть гнева, Это не укрылось от Эми, она дёрнулась всем телом. Нет, гнев был направлен не на неё, но на одного своевольного пса, к глубокому сожалению ему полноценно не подчиняющемуся.

Мир остановился. Прежде чем уйти в небытие Смит уловил то, чего раньше не был способен видеть. Он увидел, как реальность пошла рябью, прежде чем разбиться вдребезги, против воли впуская в мир нечто чуждое и отвратное ему.

Пелид обвел взглядом присутствующих, перебирая в памяти Смита последние минуты его «бодрствования». Он также уловил остатки злости, направленной на бывшую ищейку, и он бы солгал, если бы сказал, что не разделяет этого чувства. Но, также, он не был удивлен действиями своего слуги. Чего-то такого можно было ожидать от его непутёвого брата… многие тысячи лет назад.

Это никоим образом не умаляло вины и тяжести проступка слуги и последствий, но объясняло ситуацию, нашептывая на ухо, о её неизбежности. В глубине души Пелид знал, что так оно всё и закончится, чувствовал сомнения, когда с легкой руки отправлял того на задание.

«Один – один, Смит, – Пронеслась в голове Пелида мысль, обращенная к затухающему сознанию друга. – Но, моя ошибка все же помельче твоей. Ты убил себя, я же убил… всего лишь пару девиц».

Сёстры не заметили перемен в человеке напротив. А то, что заметили, списали на нечто другое, бесконечно далёкое от правды.

– Он появляется там, где никак не мог появиться, – Начала девушка по имени Виктория Даллон, взяв первое слово. – И Эми говорит, что он очень умный. Вынуждена с ней согласиться.

– И это заставило тебя подумать, что он творение биокинетика? – Спросил Пелид, по привычке копируя манеру поведения Смита.

Эми кивнула.

– И мои «аномалии» провели знак равенства между мной и твоим псом? – Пелид интонацией высказал свой скепсис по этому поводу.

– Да, и то время, когда он появился. – Кивнула Эми, – Слишком необычно, и ты и он. И слишком большое совпадение, чтобы продолжать считать это случайностью. Это ведь твой пёс? Ты подбросил его мне? Зачем? Следить за мной?

Голос Эми сорвался в конце, её попытка скрыть свои эмоции провалилась.

Пелид порывисто выдохнул.

– Задавая эти вопросы… что ты хотела услышать, Эми?

Эми замерла с открытым ртом, а потом её взгляд потускнел. Она проглотила застрявшие в горле слова.

– Что угодно… – Бросила она на выдохе, пряча глаза. – только не этого.

Ложь в словах девочки не укрылась от Пелида, как не укрылась бы и от Смита.

Он терпеливо ждал продолжения, понимая, что планы Смита на девочку окончательно рухнули. Также он чувствовал ту борьбу, что сейчас развернулась в её душе. Видел сочувствие во взгляде Виктории, направленное на сестру. Увидел злобу в глазах, когда она перевела внимание на него.

– Почему? – Спросила Эми.

Голос звучал глухо и почти не слышно. Вопрос сорвался с её губ тихим, сухим шелестом пожолклых листьев.

– Почему ты дал мне эту насквозь фальшивую дружбу? – Отчаянно крикнула она, почти плача.

Теперь она не врала, не притворялась.

Пелид не спешил с ответом. Планы Смита на девочку окончательно погибли, но надежда всё исправить теплилась. Он видел надежду в памяти Смита. И только поэтому он решил попытаться ещё раз.

Не для девчонки. Не для её сестры. Для Смита.

– Для начала. – Бросил он, натянув на лицо маску безразличия. – Приказа дружить с тобой ему никто не отдавал. Да и само по себе это слово звучит… странно, если вспомнить, что речь идёт о собаке. Да, на это и был расчет, признаюсь, я ожидал, что ты не останешься безразличной к нему. Потому, он появился перед тобой в образе щенка, крошечного и беззащитного. Ты пожалела его, не осталась к нему равнодушной… как и было задумано. Почему я так поступил? Вспомни причину, первостепенную причину, из-за которой я обратил на тебя внимание.

– Я помню. Ты думал, боялся, что я уничтожу город. – Не поднимая глаз, ответила девочка. – Понимаю. Ты не хотел терпеть рядом второго Нилбога.

Эми больше не пыталась прятать ни своей обиды, ни своих слёз.

– Я понимаю, – Кивнула она своим словам. Её голос дрожал, иногда он терял силу, и тогда она проглатывала целые слова. – Я действительно понимаю, почему ты так поступил. Но неужели ты не мог сделать это… менее подло. Почему? Почему ты так меня ненавидишь?

– Не мог.

Пелид прикрыл глаза, ища след своего слуги в окружающей реальности. Найдя его, он послал импульс в его сознание. Почувствовав, что тот откликнулся на зов, Пелид вернул внимание на Эми Даллон.

– Ни я, ни твой пес, мы не творения БиоКинетиков. У меня их действительно нет.

Дверь в кабинет приоткрылась, впуская гончака. Ещё не такого крупного, как прочие, но размеры этого пса уже вызывали уважение и подспудный страх у любого человека. Пелид положил руку на макушку слуги, считывая и окончательно пробуждая его память. Прошла секунда и он убрал руку, одарив того многообещающим взглядом.

– Свободен. – Выплюнул Пелид, выяснив, почему всё так обернулось и кто повинен в том, что сейчас произойдёт.

– Теперь ясно, почему у тебя возникли вопросы… – Когда дверь за псом закрыла рука дежурного, он перехватил взгляд Эми Даллон. – мне жаль, но сейчас, именно сейчас, у этого разговора может быть только один исход…

Сёстры не увидели, как у них под ногами расцвела клякса перехода, они осознали себя уже по ту сторону.

Эми осознала себя посреди бесконечной тьмы, среди нестерпимого холода. До того, как невыносимая боль затопила её, до того, как она потерялась в ней, до мысли о том, что Вики наверняка разделила с ней незавидную судьбу, она узнала это место.

Чувство вины кольнуло тонкой иглой, затерявшейся среди мириадов иголок, впившихся ей под кожу, и погасло вместе с её разумом.

Эми тонула в вязкой бездне, среди безграничной тьмы и нестерпимого холода.

***

Пелид ушёл, оставив вместе с тенью своих воспоминаний горький привкус сплошных сожалений. Смит ещё долго сидел за своим столом неподвижно, не зная, что будет правильней: надеяться, что судьба будет милостива к девчонке, или же забыть её; идти вперёд, оставив позади даже память о ней.

Смит ещё пытался вернуться к работе, вернуться к мыслям, на которых его прервали сёстры, попытаться понять, отыскать связь между пропавшим Кальвером, так и не явившемся сегодня ни в собственный офис, ни в СКП, и главарями банд города. Но мысли то и дело возвращались к Эми Даллон.

– Прикипел. – Озвучил очевидное Смит. – Мало мне других забот.

Отложив отчеты в сторону, он вновь уставился в пол, туда, где клякса перехода поглотила сестёр. Судьба Эми Даллон больше не зависит от него. А если верить обрывчатым воспоминаниям Пелида, то можно было догадаться, что теперь всё в руках самой девчонки. Либо она выкарабкается, либо сгинет бесследно. Иного не дано.

Это не принесло покоя в мысли Смита, напротив, он бы и сам не смог дать ответа, к какому бы решению пришёл, если бы его не отвлёк стук в дверь.

– Войди!

По характеру стука Смит уже понял, кто стоит за дверью.

Евдор не стал медлить, тут же воспользовавшись предложением. Пока посетитель шёл к столу, хозяин кабинета неохотно бросил в рот горсть обезболивающих таблеток, уже не считаясь с нормами. Океаны силы Пелида, ранее сочившиеся тоненьким ключом, раз выпущенные, непрерывно продолжали травить его организм, разрушая разум. Такой исход не был для Смита сюрпризом, он всегда знал, насколько поганая ждет его смерть, если чужая пуля не найдет его раньше. Неприятным открытием стала нынешняя скорость прогрессии этой «болезни». Ошибкой было поддаваться эйфории и идти убивать этих тварей лично. Пелид бы справился лучше и качественней, да даже Лили убила бы их не многим хуже.

Но, совершенного не исправишь, а собственные мысли всё чаще заняты сожалениями. Не по содеянному, свои ошибки он знает, свои грехи принимает. По тому он сожалел, чего уже не успеет сделать. И тот список слишком длинен, чтобы просто отмахнуться от планов, которые не увидят реализации.

– Выглядишь хуже, – Сухо бросил Евдор, не отводя от лица Смита своего взгляда.

– Радуешься? – Криво усмехнулся Смит, – Скоро между тобой и твоим хозяином не останется посредников.

Евдор не сразу ответил. С минуту он сверлил Смита взглядом, изредка поигрывая желваками на скулах.

– Ты был хорошим командиром. – В конце концов, произнес он. – Несмотря на то, что расклеился. Жрешь эту… мерзость. – Евдор кивнул, бросив взгляд на футляр с таблетками, оставленными Смитом на столе, – Даже последнему дураку ясно, что тебе осталось недолго. Этого не изменит никто. Ни люди, ни эти мутанты, ни Боги. И если позволишь, дам тебе совет.

Приняв молчание за согласие, Евдор продолжил:

– Уйди на своих условиях. Сделай так, чтобы о твоей смерти слагали сказки и легенды и через тысячи лет. В этом мире это сделать… сложно. Но в свой последний час, корчась в муках на полу, ты точно никому не сделаешь лучше.

Смит усмехнулся, без огонька, скорее по привычке, в желании выдать хоть какую-то реакцию.

– Уйти на своих условиях, говоришь…

– Так, чтобы твое имя стало собственным. Чтобы произнося его, все люди на Земле думали только о тебе и о подвиге, что ты свершил. – Кивнул Эвдор. – Чтобы даже Боги прониклись к тебе уважением и страхом. Увидели в тебе не только инструмент Пелида.

Смит посмотрел на свою ладонь. Сжав её в кулак, он криво улыбнулся.

– Возможно, я соглашусь с тобой, позже. – Смерив себя, качнул головой Смит. – Зачем явился? Нашли Кальвера?

– Нет, Кальвер пропал. Ни мы, ни СКП не можем отыскать его следов.

– Пустите по следу ищеек. Где-то должны были остаться его личные вещи. Пусть гонятся за ним всюду, если потребуется, даже за океаном.

– Хорошо. Подпиши.

Евдор вынул из кейса лист бумаги. Смит с вялым любопытством притянул его к себе, без труда узнавая в нём приказ на убийство.

– Даже тут от этой бюрократии не сбежать. – Бросил он, ставя на документе свою подпись, прямо над подписью президента страны. – Затрахали уже эти формальности.

– И не говори. Знали бы они всю правду… на дерьмо бы изошли. – Евдор оскалился в улыбке.

– И пришлось бы нам со всей страной воевать. – Покачал головой Смит. – Нет, пусть остаются в неведении.

Евдор оскалился ещё шире, в глазах его поселилось веселье.

– Вот вроде многое уже знаешь о нас, а так и остался невежей. – Эвдор продолжал скалиться. – Не было бы никакой войны. Неужели тебе все ещё нужно пояснять эту истину? Ваши ракеты, танки, пулеметы и артиллерия… всякие мутанты – все они лишь задержат нас. Оттянут неизбежное поражение. Наш Господин, окончательно войдя в этот мир, раздавит его, словно переспелый плод.

Смит отвёл взгляд. Иногда он и вправду забывал, с чем имеет дело, так же как и причины, по которым ему самому позволено колесить по Америке, решая вопросы, порою, не считаясь ни с какими законами. Всё это не только личная заслуга Пелида, но и прочих сил, имеющихся у него в руках. И тут, заговорщикам в верхах правительства остаётся лишь радоваться, что Пелид предпочел ждать и договариваться.

У Смита никогда не было иллюзий. Искать ответы на свои вопросы Пелид мог и в выжженной войной пустоше.

– И всё-таки, Евдор. – Смит перевёл тему. – Ты ведь пришел ко мне не только за подписью на этой писульке.

Смит перевёл взгляд на кейс, в недрах которого исчез приказ на убийство бывшего советника директора СКП Восток-Северо-Восток Томаса Кальвера. В иной ситуации, с иными людьми… совершенно незаконно подписанный документ. Но Смит давно уже привык пользоваться своими привилегиями, чтобы его заботило незаконное убийство человека. Лишь изредка смущали методы, коими он пытается привести свою страну в рамки закона, но и этих иллюзий он уже давно лишен. На пути, которым он идет, нельзя было не замараться по самые ноздри. Не в его ситуации, не с теми рамками, не с выпавшими ему картами.

– Нет. Я пришёл сказать о том, что наблюдатели доложили, что наши бритые мутанты решили собраться на сходку в точке 13-Б. Там будут присутствовать все, даже командиры ячеек из простых людей. Аналитики считают, что там будут обсуждаться варианты нападения на наши объекты, возведённые вокруг города.

– Это было ожидаемо. – Кивнул Смит. – Странно было б, если бы они не попытались огрызнуться.

– Да. Мы загнали этих крыс в угол, и не стоило думать, что они настолько тупы, чтобы не понять этого.

– Что по Лунгу?

– Сидит на своей территории. Там тоже начались нездоровые шевеления.

– Лунг может стать проблемой. – Задумчиво отозвался Смит. – Его нужно будет убрать быстро и наверняка. Ошибка во время его ликвидации обернётся катастрофой для города.

– Всё можно сделать проще. – Пожал плечами Евдор.

– Пелид немного занят. – Покачал головой Смит, прекрасно зная, к чему клонит его подчиненный. – Я не стану звать его этой ночью.

– Но ты не занят. – Пожал плечами Евдор.

Смит посмотрел ему в глаза, перевел взгляд на футляр с таблетками.

– Лунг не тянет на легендарный подвиг…

– Ну, даже Геракл начинал лишь со змей. – Беззаботно заметил Эвдор. – Не всё сразу.

– Уверен, что справитесь с уничтожением Империи без Пелида?

– Справимся. Время зря не теряем. На каждого мутанта у нас есть управа. Разве что Кайзер может доставить неприятности, но и он, в конце концов, всего лишь человек. И какой-бы крепкой ни была его броня… он сдохнет сегодня ночью. Нужен лишь твой приказ.

– Тогда иди, выполняй мой приказ. Империя-88 в Броктон-Бей этой ночью должна исчезнуть. – Смит внимательно посмотрел на Эвдора. – Никого не щади.

– А если будут сдаваться?

Смит повёл плечом, с равнодушием посмотрев на Евдора.

– Сделай так, чтобы они не успели сдаться. Считай это приказом. Но ежели чудо случится – ты знаешь, куда пересылать пленных. И предупреди Пиггот. Пусть её мутанты помогут с оцеплением территории операции. Мало ли, вдруг кто-то умудрится сбежать… тот же Кайзер вполне способен удивить.

***

– Родители приходили… пока тебя не было. – Пытаясь развеять неловкое молчание, произнесла Виктория Даллон, – ты знаешь, что тебя потеряли в больнице?

Эми замерла, её щеки побелели, но длилось это лишь секунду. Спустя обозначенный срок, она, встрепенувшись, продолжила прерванное действие – села за стол, напротив Виктории.

Это было настолько не похоже на её обычную сестренку, что Вики не смогла скрыть удивления. Раньше подобные новости как минимум бы выбили Эми из колеи, но теперь… что же изменилось в жизни Эми, раз она так реагирует на скорый и неизбежный разнос от матери?

– И мне досталось, в том числе и за тебя…

Нет, она не была обижена на сестру, но и не сказать этого не могла, помня ту обжигающую пощёчину матери и её взгляд, преисполненный ледяной ненавистью. С тех пор прошли часы, но щека всё ещё горела, мешая выкинуть этот момент из головы.

– За меня? В смысле за меня? – Эми окинула сестру непонимающим взглядом.

Виктория повела плечом.

– Ну… мне наверное не стоило заикаться о том, что я знаю где ты. – Скривилась Вики, неохотно начиная рассказ. – И… возможно мне стоило позвонить хоть кому-то, и сказать, что тебя не похитили из больницы.

Эми, выдержав секунду, фыркнула, пытаясь не засмеяться.

– В общем, все с ног сбились в твоих поисках. – Поджала губы Виктория. – А ты разве их не видела? Когда мама уходила, она горела желанием задать тебе трёпку.

– Нет, не видела. – Эми покачала головой. – Ко мне никто не приходил.

Эми пожала плечами.

– Либо её ко мне не пустили.

– Хотела бы я посмотреть, как её куда-то не пускают к дочери. – Вяло усмехнулась Виктория.

Эми подняла взгляд на сестру, и помедлив, отзеркалила её смешок.

– Ты ведь помнишь, что я приемная? Ты можешь мне не верить, но я сильно сомневаюсь, что мама стала бы из-за меня ссориться с этими людьми.

Вики открыла было рот, чтобы возразить, но подумав, произнесла другое.

– Думай, как хочешь, у вас с мамой всегда всё было сложно. – Она упрямо смотрела сестре в глаза, всеми способами пытаясь убедить, вбить в её голову свои слова. – Но спорить с тем, что мы не сестры я тебе не позволю.

Эми отвела взгляд, пряча едва заметную, кривую улыбку. Виктория решила воспользоваться тишиной.

– И ты мне так и не сказала в прошлый раз, что это за люди такие, с которыми ты теперь работаешь. Говорят, что это военные. И что они уже практически обнесли город Карантинной стеной.

– Нет никакой стены, – Будто нехотя отозвалась Эми.

Сама не видела, но, по словам Агаты, периметр будут составлять какие-то блокпосты или что-то вроде этого, я так и не поняла полностью.

– Откуда ты знаешь? Они тебе сказали? – Не то чтобы Виктория не верила словам сестры, но не спросить она не смогла.

– Да, и если не веришь… – Эми поджала губы, гася обиду, – могла бы слетать да посмотреть. Только осторожно. Полёты у границы периметра запрещены.

Вторую часть про полеты, Вики предпочла проигнорировать, и потому, что теперь сомневалась в способности тех людей пробить её новые щиты и потому, что это мало её беспокоило; совершенно не беспокоило в сравнении с иной своей заботой, сидящей сейчас напротив неё.

– И оставить тебя без присмотра? – Вики недобро прищурилась.

Эми в голос фыркнула.

– Уж поверь, для меня сейчас это самое безопасное место в мире. – Пояснила она свою реакцию.

– Поверю, но ты можешь ошибаться. – Виктория не собиралась отступать. – Так кто же эти люди? Военные? Федералы? Не СКП и не Протекторат точно. И не Нацгвардия.

Виктория ожидала любого ответа, ожидала подтверждения своих слов, ожидала, что Эми по какой-то причине начнет увиливать от ответа, такое у её сестры водится, но она не ожидала, что её сестра смутится и пожмет плечами, бросив тихое «не знаю».

– Не знаешь? – Удивленно отозвалась Виктория. – Это как?

– Это точно военные, – Смутившись еще сильней начала отвечать Эми. – Какое-то ответвление, занятое внутренними делами. Большего я пока сказать не могу, да и не знаю я ничего больше.

– Пока сказать не можешь? – Вычленив суть, Виктория придержала при себе слова о том, что её сестра круглая дура и наивная идиотка, которую вероятней всего придётся силой выдергивать из лап этих то ли военных, то ли не пойми кого ещё. – Что значит это твоё «пока»? Эми, ты ведь не подписывала никаких бумаг? Ты, конечно, несовершеннолетняя, и силы они имеют мало… но… пожалуйста, дай мне надежду, скажи, что моя сестра умнее табуретки.

Виктория сжала кулаки, злая на себя, на сестру и на выблядков, впутавших Эми в мутную тему. Она сосредоточилась на собственном контроле, надеясь, что в худшем случае пострадает лишь этот стол.

Стол выдержал, затрещал, но выдержал. О том, что Виктория не справилась с собой, расскажут лишь едва заметные вмятины от её рук на его поверхности.

Эми, казалось, не заметила конфуза сестры, продолжая тусклым взглядом изучать свою половину стола.

– Я бы хотела тебе рассказать всё… – Произнесла она тихо, выдержав длинную паузу, – почему связалась с ними, почему сегодня занимаюсь проверкой сотрудников СКП на наличие Короны Паллента…

– Но? – Вклинилась Виктория, понимая к чему всё идет. И нельзя сказать, что она была довольна таким поворотом.

– Но, не могу… – Эми бросила на сестру виноватый взгляд, наполненный горечью. Это длилось лишь мгновение, а потом она снова опустила голову. – Почему всё так вышло, я тебе никогда не расскажу. И закончим на этом.

Виктории потребовалось сделать усилие над собой, чтобы не вздрогнуть. Её сестра изменилась, убежденность в её словах говорила это лучше любых других доказательств. Бросалась в глаза, кричала об этом на весь окружающий мир, напоминая, что раньше Эми была не способна на подобную бескомпромиссность.

– Выходит, ты ничего не можешь мне сказать. – Вики также не собиралась отступаться. С помощью сестры или без неё, она доберется до правды. Доберется до неё, а потом накажет виноватых. Сильно накажет, больно накажет.

“И будь что будет”.

Вики кивнула, соглашаясь с последней мыслью. С той же мыслью к ней пришло странное спокойствие, позволившее принять позицию сестры. До времени она смирится с этим. А когда наступит час, когда она во всём разберется… она ударит со всей своей силой. Кем бы ни были те люди, им не следовало принуждать её сестрёнку к чему бы то ни было. А то что её принудили к сотрудничеству сомнений не вызывало, молчание сестры наоборот лишь утверждало её в верности сделанных выводов.

– Тебе угрожают? Они тебе угрожают?

Вики не могла не попытаться, не могла не задать этот вопрос. И пусть даже она знает, что сестра будет все отрицать, она обязана была спросить об этом.

– Чем они тебе угрожают?

Эми кисло усмехнувшись, посмотрела в глаза сестры, а затем произнесла, будто кого-то копируя:

– «Эми… Принуждать кого-то к службе – прямой путь в могилу». – Произнесла она не своим голосом. – Нет Вики…. Мне никто не угрожал. Не заставлял. То, что я сейчас тут, а не в школе – только мой выбор.

– Ты можешь так думать, но это не так. – Поджала губы Виктория. – Не знаю как, но уверена, что тебя заставили так думать.

– Вики замолчи. – Виктория заткнулась, снова не узнавая своей сестры в человеке напротив. – Успокойся. В тебе говорят эмоции. И убери, наконец, свою ауру! Последние десять минут всё что я делаю – только борюсь с этим давлением. Когда ты уже поймёшь, что это не игрушка?!

– Да причем здесь моя аура! – Не сдержалась Виктория, – Чуть что – сразу аура! Проблемы у тебя не из-за ауры, чёрт подери!

Эми дёрнулась, словно от удара. Посмотрела секунду Вики в глаза, а затем отвернулась, пряча глубокую обиду.

Вики, осеклась. Не понимая, что случилось, что стало причиной такой реакции Эми, она заставила себя сесть обратно за стол, почувствовав стыд за свою вспышку. Много больше времени ей потребовалось, чтобы свернуть ауру.

– Прости, – Выдохнула Виктория, – Мне не следовало кричать. Просто я пытаюсь понять, что происходит, и как тебе помочь выбраться из этого болота.

– Мне не нужно помогать. – Эми покачала головой, её слова излучали горечь. – Я сделала выбор и не отступлюсь. Ты ничего с этим не сделаешь. Только усложнишь всё.

Виктория предпочла за лучшее промолчать, оставив рвущиеся наружу резкие слова при себе. Но даже если Эми не соврала ей и действительно так сильно верит в свои слова, она узнает правду. Она всё проверит, всё выяснит, а потом решит, принимать выбор Эми или сделать его за неё.

========== Часть 25 ==========

Комментарий к Часть 25

Ошибки, они как тот суслик. Я их не вижу, но они есть.

Глава Двадцать Четвертая.

Часть Вторая. Спусковой крючок.

31.01.2011. 17:41.

США. Штат Массачусетс. Броктон-Бей.

… – Я сделала выбор и не отступлюсь. Ты ничего с этим не сделаешь. Только усложнишь всё.

Эми изо всех сил пыталась не показывать своих чувств, но брошенные сестрой слова: «Проблемы у тебя не из-за ауры» не давали покоя. Как же ей хотелось в этот момент донести до неё правду. Рассказать, насколько сильно её аура невиновата. Но это было невозможно. Эми не до конца понимала, чем всё это кончится, но в том, что её жизнь после этого снова разделится на «до и после» сомневаться не приходилось. И кому от этого будет хуже, она не знала, лишь предполагала, что плохо будет всем.

– Пусть будет так, как ты говоришь, – После длительного молчания выдавила сестра.

Эми отчетливо понимала, что та не приняла, не поверила и не смирилась. Всего пару минут назад об этом кричала её аура. Все же было что-то хорошее в этой проклятой ауре. Когда Вики переставала её контролировать, открывалась возможность читать саму Викторию. Дело оставалось за малым – пробиться через навязанные эмоции, проецируемые аурой.

– «Неужели все силы всех Властелинов такие…»

Случайная мысль не задержалась надолго в голове Эми, так и оставшись без ответа. В данный момент её тревожили иные думы, далекие от классификаций паралюдей и прочей около научной чепухи, а ещё более ранняя мысль показалась смехотворно бесполезной. Ей нужно приложить невероятные усилия, чтобы игнорировать ауру сестры, и чего в этом больше, понимания того, что Аура буквально влюбила её в Вики, или же собственной силы воли, она не знала, подспудно понимая, что второй вариант не менее смехотворен, чем последние мысли. Будь у неё такая сильная воля, она бы, возможно, поняла всё без помощи Смита. Но она не поняла, а значит дело в чём угодно, но не в собственных внутренних силах.

– Замнем пока что эту тему. – Продолжала сестра. – И раз никто тут не хочет бросать меня в тюрьму, то, думаю, нам пора домой, пока мама не вернулась. Мне что-то не хочется знать её реакцию, если мы задержимся до позднего вечера.

Эми ничего не оставалось, кроме как обреченно вздохнуть.

– Я не поеду домой. – Выдавила она, разглядывая собственные ладони.

Смотреть в глаза сестре, прекрасно понимая, о чём та думает, ей не хотелось. Теперь Вики точно убедится в том, что она тут не по своей воле. Да, в какой-то мере оно так и есть, если забыть, что окончательный выбор она сделала сама. И сама себе признавалась в том, что ощущает легкое предвкушение перед открывшимся будущим. Перемены в до-невозможности опостылевших буднях будоражили и волновали. И оглядываясь назад… она не хотела возвращаться в больницу. Она не хотела возвращаться в школу. Этот день был труден, и он не окончился, и от неё требовались пустяковые действия, не бросающие ни малейшего вызова её способностям… всё-равно это было лучше бесконечного потока пациентов в больнице. А ещё Эми надеялась, ожидала, что это была всего-лишь проверка Смита, после которой её ждут действительно интересные вещи. Она, пожалуй, сейчас согласилась бы не только на лечение людей, но и на… модификации тела, пусть того же Смита, которому просто необходима помощь. Конечно, для начала неплохо было бы понять, что с ним не так и почему он умирает.

Да и без всяких причин, сама по себе, эта загадка люто интригует.

«Интересно, ожидает ли он от меня лечения? И как отреагирует, если я разберусь с его проблемой?»

Эми улыбнулась, представив на краткий миг, что лицо Смита умеет выражать не только безразличие, презрение и насмешку, а, скажем, ещё и благодарность.

– Ты не поедешь домой, и это тебя радует? – Виктория прищурилась, и этот прищур обещал много всякого нехорошего. – Ладно, допустим, я могу это понять, я тоже не горю желанием попадаться на глаза маме ближайшую неделю. Но будь добра ответить, почему ты не поедешь домой?

Голос сестры был ровен и спокоен, но всё остальное в ней, начиная от закаменевшего выражения лица и заканчивая неосознанными движениями тела, говорили о скрываемой злости. Эми вновь вздохнула, понимая, что сейчас характер сестры может сыграть с ней дурную шутку и всё так или иначе закончится трагедией, если не вмешаться.

«Твоя сестра оказалась безумной, я не мог ей доверять».

Эми вздрогнула.

Мысль показалась ей до ужаса правдоподобной.

– Потому, что у меня перерыв, я ещё не закончила.

– Закончишь завтра. – Вики резанула рукой воздух, обдав Эми ощущением злости, вновь перестав контролировать свои силы. – Они не могут тебя заставлять работать до ночи! И тут не больница, тебя не ждут умирающие пациенты или даже плачущие от колик младенцы, так что у тебя нет никаких оправданий. Мы едем домой. Сейчас!

– Нет. – Эми сжалась всем телом, готовясь к длительному спору с сестрой. – Я сказала, нет.

Эми задрожала, не понимая чего в этой реакции было больше: злости, страха или обиды.

Так всегда было. Все всегда стремились делать выбор за неё. Из раза в раз принимали её согласие как нечто само собой разумеющееся и неподлежащее обсуждению. И видя, как опешила её сестра, она в очередной раз убедилась в верности своих наблюдений. Ни мать, ни сестра, никто из них никогда по-настоящему не интересовался её собственными желаниями. Так было во всём, разве, что одежду за неё никто не выбирал.