Текст книги "Радикал (СИ)"

Автор книги: Bailante

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 41 страниц)

Знал ли Смит, что этот щенок не совсем обычный, когда впервые увидел его в её руках? И может ли Рыжик, как и Смит, с легкостью обманывать её способности? Противостоять им, так же как это может делать Смит?

Искать ответ на эти вопросы Эми не хотела. Мысль о том, что бы хоть что-то изменить в Рыжике всё ещё вызывала отвращение не меньшее чем мысль принудить Вики полюбить её не как сестру. Эми не собиралась таким мерзким образом проверять свои подозрения. А старая как мир фраза «счастье в неведении» только утверждала её в этом решении. И к счастью, как бы страшно это не звучало, ей было о чем подумать и без этого.

А именно: имеет ли Смит отношение к происходящему вокруг? Он ли спровоцировал войну между АПП и Барыгами? Его ли это псы воют по ночам, и как теперь выяснилось, охотятся на паралюдей? В конце концов, ей уже не первый день не дает покоя вопрос: чем конкретно он уже месяц занимается в городе? Не может же быть так, что он сидит тут только чтобы в среднем шестьдесят минут в день трепать ей нервы?

Эми понимала, что задавать эти вопросы бессмысленно, очевидно, что Смита ей не раскусить так просто. А ещё она помнила, как она может получить ответы на эти вопросы. Нужно всего лишь согласиться работать на Смита. Всего лишь… если бы.

Это даже звучит так, будто ей предлагают, как минимум отправиться в другую страну и как максимум, разорвать все связи со знакомыми и близкими. Полностью изменить свою жизнь, начав её чуть ли не с чистого листа. Нет, Смит ничего подобного не говорил и не требовал. Но подсознание штука такая, неконтролируемая. И по этой причине ей очень не хочется соглашаться на его предложение. Вся её жизнь и все мечты связаны именно с этим городом. Мечты…

Эми поникла.

У неё есть лишь одна мечта. Мечта недосягаемая, как далёкие звёзды. Неисполнимая. И может, уйдя со Смитом, она не так и много потеряет? Нужно всего лишь отказаться от того, что итак никогда не сбудется. Не полюбит Вики её так, как она любит её. Что нужно сделать, что бы сестра полюбила её, и это чувство было естественным, Эми даже представить не могла, понимая, что это знание лежит за гранью фантастики, даже по меркам их неправильного мира. Нет, она точно знала, что нужно для этого сделать, но это решение было настолько мерзким и отвратительным в своей сути, что Эми содрогалась от одной только мысли об этом, гоня подобные идеи из головы.

А что до города…

Нет в этом городе ничего, чего не было бы в других городах. Да и Смит говорил, что они не сразу уедут отсюда. Хм, значит, он, и вправду, сидит тут не только из-за неё. А если, опять же, вспомнить о других его словах, то, есть немалая вероятность, что за всем, что навалилось на Броктон-Бей в последнее время стоит именно он, или те на кого он работает.

Эми тряхнула головой, прогоняя навязчивую идею. Незаметно для себя она едва не согласилась на предложение Смита, пусть только в своих мыслях. Но, к сожалению, она понимала, слишком хорошо понимала, что не возвратилась бы к этим мыслям, если бы не последние события.

Тейлор угрожает опасность.

Эми не знала, можно ли назвать её подругой, но в одном она была уверена – оставаться простым наблюдателем она не намерена. И если есть шанс, что Смит может помочь, то она этим шансом воспользуется, даже если придется пойти на соглашение с ним. Не просить же, в конце концов, сестру, что бы та следила за Тейлор? Не станет она подвергать сестру такой опасности. Ведь среди убитых Бродяг были те, кто превосходил Славу в рейтинге Бугая. Поэтому остается только Смит.

С уходом Тейлор, Эми вернулась за свой столик в углу ресторана, который к её удаче так никто и не занял с момента её отсутствия. Сев за него так, чтобы было видно вход, она попыталась успокоить нервы. До встречи со Смитом оставалось больше двух часов, но идти куда-то ещё она не хотела, понимая, что не сможет в таком состоянии ничем заняться. Да и занятий у неё, кроме домашней работы, не было. Но домашнюю работу за полтора прошедших дня она уже сделала. Можно было бы пойти в больницу, но запрет всё ещё действовал, и будет действовать ещё два дня. Нарушать его она все ещё боялась.

Не смотря на то, что с мотивами Смита на её счет все стало более-менее ясно, страх перед ним не уменьшился, особенно в свете того, что она не может без его разрешения воздействовать на его организм. Оставалось гадать, на что еще способен этот загадочный человек и не вышло бы так, что усилий всей её семьи будет недостаточно, если из-за её ошибки дойдет до конфликта. Тем-более впутывать в свои проблемы семью она не хотела, а мысль, что из-за неё кто-то из них может пострадать, вовсе вводила в панику. Поэтому Эми только и оставалось, что ждать автоматического снятия запрета первого февраля. Да и не сильно-то она хотела возвращаться в больницу, как оказалось. С каждым днём она понимала, что хочет этого всё меньше.

За месяц она привыкла к присутствию рядом с собой сестры более частому, чем она могла бы назвать комфортным. А понимание того, что её чувства к Вики скорей всего созданы искусственно, помогали отмахиваться от похабных образов, что она рисует в своей голове, стоит Вике появиться в поле зрения. Нет, образы все ещё были приятными и соблазнительными, но мысль, что они навеяны внешним вмешательством «агента» сестры, смывала эти образы так же эффективно, как прибой смывает замки из песка.

С одной стороны это – положительная перемена и Эми это хорошо понимает. Но с другой стороны что-то внутри неё противится этому, препятствует самой идее освободиться от этой маниакальной и противоестественной привязанности к сестре. И это что-то достаточно сильно, чтобы Эми продолжала цепляться за эти извращенные чувства как за спасательный круг, отмахиваясь от доводов разума. Эми все еще страдала из-за внутреннего противоборства эмоций и рассудка, но так же она отмечала, что за последние недели равновесие в этом затянувшемся конфликте нарушилось не без помощи чертового Смита. И из-за его прямой причастности к этим переменам внутри себя она его ненавидела и одновременно с этим была ему безгранично благодарна.

К моменту назначенной встречи заведение уже опустело и закрылось согласно договору Смита с мистером Демериком. А сам Смит появился на пороге минута в минуту. Это был второй раз, когда Эми оказывалась тут раньше него, и первый раз, когда это не было связано с его опозданием. И именно из-за этого Эми показалась подозрительной его пунктуальность. До этого она думала, что он приходит немного раньше. Всегда когда-бы она не пришла, он расслабленно ждал её. Видимо эта его уверенность и навела её на такое умозаключение.

– Здравствуй Эми. – Неизменно вежливо поприветствовал он её, занимая место за столиком прямо напротив.

– Привет. – Несмотря на то, что она уже почти не чувствует былой обиды на этого человека, но обращаться к нему со всей вежливостью было выше её сил.

– Ты выглядишь взволнованной сегодня. – Смит чуть наклонил голову, внимательно всматриваясь в её лицо. – Проблемы в семье?

– Пф, – Только и хмыкнула Эми, отворачивая лицо.

Долго смотреть ему в глаза она была и раньше неспособна. А теперь, держа в голове то, что ей необходима его помощь, сохранять уверенность стало еще тяжелей.

– И немногословна. – Усмехнулся Смит, искривив губы в намёке на ухмылку, чем вызвал волну раздражения.

И, похоже, это было последней каплей. Эми с самого утра чувствовала себя подавленно из-за неясной тревоги преследующей её уже не первый день, а потом новости о Тейлор и теперь эта насмешка… она уже была лишней.

Эми глубоко вздохнула, беря себя в руки, но, неожиданно даже для себя, раздраженно прошипела на выдохе:

– Почему ты такой говнюк?

А потом было осознание и чувство как её щеки бледнеют под взглядом его серых глаз.

Не так она хотела начинать эту встречу. Не с этих слов она хотела просить Смита о помощи.

Тишина затягивалась, что лишь убеждало её в мыслях, что она подвела Тейлор. Если до этого и был шанс, что Смит каким-то образом сможет помочь отвести беду от подруги, то теперь была упущена и эта призрачная надежда.

Эми осмелилась поднять на него взгляд.

Смит все еще молчал, внимательно рассматривая её лицо. Его губы были сжаты в тонкую линию, чего она никогда за ним не замечала, а взгляд, казалось, мог заморозить сердце. Эми опустила голову, не зная, что теперь делать.

– Мисс Даллон, я понимаю, что вам не за что меня любить. – Начал он. Растягивая слова, он чеканил каждый слог и от того каждая новая озвученная буква была словно гвоздь, вбиваемый молотком в её череп. – Но ваша наглость переходит всякие границы.

Смит замолчал, продолжая смотреть на неё. Она не видела этого, глядя на свои руки, сложенные на столе, но кожей чувствовала направленное на себя внимание с его стороны.

– Мне казалось, что на прошлых встречах мы достигли некоторого взаимопонимания. Но видимо вместе с этим вы приобрели излишнюю самоуверенность в завтрашнем дне. Мне напомнить вам, мисс Даллон, из-за чего я трачу на вас свое время?

– Нет, – Прошептала она, заполняя возникшую паузу. – Не надо.

Сердце билось, грозя проломить грудную клетку, а глаза наполнились влагой. Эми быстро вспомнила, что Смит и до демонстрации супер способностей мог пугать её до той границы, когда теряешь всякое самообладания.

– Прости. – Эми продолжала смотреть на свои руки, а затягивающаяся пауза заставляла говорить. – Не знаю, что на меня нашло. Мне очень жаль.

Эми украдкой вздохнула. Меньше чем за минуту она умудрилась всё испортить и теперь неизвестно, что будет дальше. Неизвестно, о чём думает сейчас этот человек, от которого зависит её жизнь. Внезапно вспомнилась уже позабытая фраза, что работа Смита убивать таких как она, когда они сходят с ума. Решает ли он прямо сейчас, что она безнадежна? Что больше не стоит его времени и вложенных усилий? Вряд ли так легко заставить замминистра здравоохранения столь оперативно подписать нужные ему бумаги, а значит у него может отыскаться влияние, чтобы замять убийство лучшего целителя США.

Эми снова вздохнула, нервно теребя руками. Захотелось, как в детстве, начать грызть ногти. Глупая привычка, которую она подхватила от сестры.

– Хорошо, что тебе жаль. – Произнес Смит.

Эми замерла, с одной стороны, она почувствовала невероятное облегчение от того, что он заговорил, а не ушел молча, что было бы равноценно смертному приговору. С другой стороны она с нарастающим волнением ждала его дальнейших слов. Вердикта, что определит её будущее.

– И плохо, что ты позволила себе расслабиться. – Резко закончил он.

Повисшая тишина обрушилась на её плечи неподъемным грузом.

– Прости. – Вновь извинилась Эми.

Сейчас она была готова сказать что угодно. Ответить на любой вопрос. Пойти на многое, лишь бы рассеять нарастающее между ними напряжение, чтобы избавиться от зудящего чувства, будто над её шеей в ожидании отмашки палача замерло лезвие гильотины.

Пауза продолжалась, что заставляло её только сильней нервничать. Продолжающий нарастать страх не позволял даже пошевелиться. Она, в какой-то незаметный для себя момент, перестала дышать. Сердце глухо застучало, отдавая болью в висках. Страх достигший своего пика в другой ситуации толкнул бы её на необдуманные действия, о которых многие бы потом пожалели, но этот же страх перед Смитом вынудил её смиренно ждать, сжимая свои ладони всё сильней и сильней. До нестерпимой боли.

– Так что случилось, Эми? – От голоса Смита Эми вздрогнула всем телом. Струна лопнула. – Расскажи мне.

Все так же, не дыша, она с тревогой посмотрела на Смита.

Страх медленно уходил, уступая место вине. Голос Смита больше не обещал ей мгновенной смерти, а взгляд не промораживал до костей. Но она всё равно молчала.

Эми попыталась успокоиться. Кажется, обошлось, но это никак не улучшало ситуацию. Она не отвечала на вопрос, снова навлекая на себя гнев Смита, и поделать с этим она ничего не могла. Как она теперь будет просить за Тейлор? Что-то ей подсказывало, что после её грубых слов он лишь высмеет её. Скажет, что не понимает, о чём она говорит и Эми даже поспорить с ним не сможет. Не после того как, кажется, пару минут назад исчерпала весь лимит на дерзость по отношению к этому человеку.

И что теперь делать? Как быть? Отделаться парой пустых слов? Просто молчать остаток времени? Или сразу уйти? А дальше что? Едва ли он будет доволен после такого. Но и просить, не обещая ничего взамен, она уже не осмелится. Она кожей чувствовала, что больше не достойна подобного отношения к себе с его стороны. Что-то говорило ей, что по её вине мнение Смита только-что сильно поменялось, сделалось хуже, и ничто этого не изменит. Но, даже если наплевать на все и уйти… Эми с горечью отмахнулась от этой идеи.

Уйти, не попытавшись помочь Тейлор, она не может. Что если другого шанса может не быть? Что если, уйдя сейчас, Тейлор потеряет последний шанс? Что станет с ней, если Тейлор не придет в школу ни завтра, ни послезавтра, никогда?

Не простит она себя никогда. Вот, что станет с ней. Вот весь ответ.

Эми, вздохнула, собираясь с силами, и глядя Смиту прямо в глаза, произнесла как можно чётче и твёрже ту фразу, что разделит её жизнь на до и после:

– Я согласна пойти с тобой. Но у меня будет одна просьба. Это важно.

Вот и всё. Слова сказаны. Прощай больница. Прощай Броктон-Бей. Прощай семья… Прощай Виктория.

Слова были сказаны. Но мир не взорвался. Не сгорел в ядерном огне. Его не уничтожили Губители. И Время не замерло на веки вечные. И Смит всё продолжал и продолжал сверлить её задумчивым взглядом.

Прошел миг, за тем ещё один… Ничего не менялось, только сомнения в душе Эми пускали свои корни ещё глубже. Что если это ошибка? Что если Смит не сможет или что хуже не захочет помогать?

Она бы так и продолжала накручивать себя всё сильней, но вот прошло десять секунд, и Смит отмер. Вслед за ним, казалось, замерший мир, пришёл в движение, наполняясь привычными звуками.

– Что у тебя стряслось, Эми? – С нехарактерным для него сочувствием в голосе произнес Смит.

Этот вопрос был из тех, которые Эми никак не ожидала услышать в данный момент. Она ожидала чего-то другого. Ожидала удовлетворенной улыбки на его лице, от того что он добился, наконец, своей цели. Ожидала победного крика, как это делают футбольные фанаты в фильмах. Ожидала того, что он прямо сейчас схватит её и увезёт из города. Много чего она ожидала в данный момент, но не этого. А потому она опять молчала, не зная, что сказать, что ответить. Мысли покинули её голову, оставили наедине с пустотой.

Она была способна ещё долго так сидеть и молчать, но, мир не замер и не перестал существовать в одночасье. Да и она не провалилась сквозь землю. И Смит всё ещё сидел напротив. А потому нужно было что-то отвечать, пока он окончательно не убедился в её безумии.

– Мне нужна твоя помощь. – Произнесла она, глубоко вздохнув.

Не так должен был начаться этот разговор. Совсем не так.

========== Часть 16 ==========

Комментарий к Часть 16

Январь подходит к концу. Сюжет медленно движется к развязке. Очень медленно движется. Аки черепаха.

Приятного чтения.

Глава Шестнадцатая.

Беспокойный город.

28.01.2011. 21:00.

США. Штат Массачусетс. Броктон-Бей.

– Добрый вечер, Уильям. – Произнёс Смит, когда гудки в телефонной трубке сменились коротким: «Гаррисон на связи». – Ты уже ознакомился c делом, что я переслал тебе?

– Ознакомился. – Почти сразу донесся до него усталый ответ загруженного работой человека. – Ты ведь не просто так отправил его?

– Нет, непросто так. Нам понадобятся твои люди сегодня ночью. Всё должно будет выглядеть так, будто проводится полицейская операция. В прошлый раз мы дали маху и этой ошибки не должно повториться. К тому же эта операция вполне официальна. Там о ней знают.

– Хм, то есть и сейчас работать будете вы?

– Да, – Согласился Смит. – От вас потребуется только контроль периметра. Всё остальное мы берем на себя.

– И когда запланировано начало операции?

– Через четыре часа. – Ответил Смит, мельком глянув своё запястье.

– Ещё позже сообщить не мог? Думаю, нужно встретиться, чтобы обговорить детали.

– Хорошо. Ты знаешь, где меня найти.

Смит отложил телефон и глянул на сидящего на диване Грега, упорно делающего вид, что ему интересно происходящее в экране старенького телевизора. К сожалению для Грега, из-за недавних проблем с попыткой «ограбления» уютные апартаменты отеля им пришлось сменить на стылые стены старой квартиры из заначек «конторы». Не смотря на то, что дело с тремя трупами удалось замять, им пришлось перебраться на север города, светиться в Даунтауне и дальше стало рискованно.

Перестав изображать заинтересованность в выпуске новостей погоды, водитель с немым вопросом в глазах посмотрел на работодателя.

– Ты не отвлекайся. – Бросил Смит, – А то пропустишь нападение Левиафана.

– Пф, – С недовольством хмыкнул Грег, но лицо отвернул.

Смит усмехнулся на реакцию водителя.

Он выкурил одну сигарету, другую, и вот ещё один бычок был вдавлен в прозрачное дно пепельницы, когда раздался звонок в дверь.

Смит кивнул Грегу. Тот прекрасно понимая намёки, поднялся с дивана и скрылся в коротком коридоре. До слуха Смита донеслись звуки открываемого замка, скрежет современной музыки и шум проезжающих машин. Вскоре всё стихло, остались только звуки ботинок ступающих по отсыревшим половицам. Но и они затихли, когда в комнату вошёл немолодой мужчина с бросающейся в глаза выправкой отставного военного. Грег, судя по отсутствующим звукам второй пары обуви, остался за входной дверью.

– Садись капитан, – Смит не поднимаясь, кивнул гостю в сторону дивана. – У нас не так много времени, как могло бы показаться.

Уильям Гаррисон, не проронив ни слова, уселся на диван напротив Смита.

– А я то думал, что в январе тридцать один день. – С намёком бросил Гаррисон, не скрывая своего недовольства складывающейся ситуацией. – И что у меня ещё есть время. И без того хватает проблем с «войной» двух банд.

– Проблем? – Усмехнулся Смит. – Не слышал, что бы Ящерица или его цепной Бес хоть раз вмешивались в перестрелку с момента задержания Скребка силами СКП.

– В городе хватает отребья и без чертовых масок, – Пожал плечами Гаррисон, не став вестись на легкую подначку. Сам отставной военный сомневался, что Скребка смогли бы взять, если бы его люди к тому моменту не связали боем «Барыг» и людей Лунга. – И такое ощущение, что на месте одного убитого уже к вечеру вылезают двое.

Гаррисон дернул плечом и продолжил:

– Пока не найдем их ухоронки о победе и речи быть не может. И если с Барыгами всё более-менее ясно уже сейчас, то Лунг – та ещё загадка. Мы не знаем ни сколько у него оружия, ни кто ему поставляет его.

– С его оружием мы и сами не вполне разобрались, но зато у нас появился шанс пресечь торговлю людьми на всём северо-востоке США.

– Ты про сегодняшнее дело?

– Да, – Кивнул Смит. – Рейд на Рынок принёс свои плоды. Кое-кто раскололся, мы потянули за ниточку… сегодня мы ударим одновременно в нескольких городах.

– Лунг похищает людей не только в Броктон-Бей?

– Нет. – Смит достал третью сигарету. – Тут у него только транзитная база. Остатки местного порта он использует как способ вывоза людей в Канаду. Оттуда их перевозят по всему миру.

– А когда его самого ликвидируете? И разве не правильней было бы оторвать голову этой змее, вместо того, чтобы рисковать, бросаясь на её хвост?

– Не в этот раз. Лунг сдохнет в первых числах февраля. Если он не вздумает помешать нам сегодня лично. Но это нежелательно.

– Империя 88. – Понимающе кивнул Гаррисон.

– Да. Кайзер и Лунг должны сдохнуть одновременно. Я так решил. Жили они долго и счастливо, и умерли, блядь, в один день. – С ненавистью в голосе согласился Смит. – Впрочем, если Лунг хочет подохнуть сегодня, я не стану его отговаривать.

– Он в одиночку дрался с Левиафаном, – Заметил Гаррисон. – Уверен в том, что сможете его завалить, не разрушив город?

– Он пикнуть не успеет. – Уверенно ответил Смит.

– Да и Кайзер не так прост. – Продолжил Гаррисон.

– И Кайзер сдохнет в тишине. – Не теряясь добавил Смит, хорошо зная, что его сегодняшние враги не жили бы так долго, если бы правительство США хоть раз всерьёз задумалось над их ликвидацией, а не тянуло кота за хвост. – И жену его прихлопнем, если сунется в город. Мы тоже не так просты, капитан. – Закончил Смит.

Гаррисон вежливо промолчал. Вместо этого, выдержав паузу, он решил, что пора перейти к делу…

– С планом операции можно ознакомиться? Хочу понять, чего ожидать моим людям.

– Вот, – Смит указал на папку, терпеливо дожидающуюся Гаррисона под пепельницей. – Ознакамливайся.

Смит не стал выходить из машины, когда длинная колонна одинаковых автомобилей остановилась. Подготовка к началу операции проходила штатно, несмотря на ожидания того, что на них обратят внимание, когда они будут пересекать весь город. Но либо вражеских наблюдателей не было, либо они не успели поднять тревогу. Все же ищейки не только паралюдей выслеживают, когда рыщут по улицам днями и ночами. И если бы ищейки нашли кого подозрительного, то ему бы уже дали знать. Но пока что, всё проходит тихо. А значит, у них есть чуть больше времени на подготовку.

Операция началась буднично. Без спешки, без суеты. Люди, участвующие в ней, знают что делают. Знают куда идут и знают, что их ждёт. И началась она с вереницы докладов о готовности. Вот доложили о готовности снайпера на крышах. Их задача сегодня оказывать поддержку полицейским, оставшимся в оцеплении. Если Лунг успеет опомниться, они будут незаменимы. По той же причине где-то там, на крышах высотных домов замерла в ожидании Охотница. У неё лишь одна задача – выбить мозги вместе с «Короной Палента» Лунгу и Демону Ли, если те успеют вмешаться. Впрочем, если они вмешаются, ими займутся и остальные снайпера, а сегодня их очень много вокруг. Две дюжины снайперских пар – все кого он успел собрать в городе за неделю подготовки, только и ждут того момента, когда Лунг заявится на вечеринку. С Демоном Ли будет сложнее, но и на него есть управа.

Вслед за Охотницей о готовности доложили штурмовые группы. Три группы, по дюжине человек в каждой, по команде должны будут как можно быстрей захватить здание старого кирпичного цеха, в котором помимо азиатов Лунга куча заложников, которыми те могут попытаться прикрыться, если штурмовики промедлят, и тревога поднимется раньше времени. Чтобы тревога не поднялась, нужно снять внешнюю охрану и отключить систему наружного наблюдения и это нужно будет провернуть одновременно. Этим займется отдельная спецгруппа. Сохраняя тишину в эфире, о своей готовности они не доложили. И о том, что они уже работают, можно было понять, только наблюдая за территорией цеха с зависшего над городом разведывательного спутника, одного из немногих, которыми ещё не заинтересовалась Симург. Мелочью она никогда не интересовалась, а спутник этот не только некрупный, но и летает не так и высоко.

Сигналом для начала операции стал короткий доклад спецгруппы о захвате всех постов охраны, включая центральный пульт наблюдения. До этого Смит видел, как один за другим замирают тепловые метки немногочисленных патрулей. В какой-то момент Смиту даже показалось, что они захватывают не бандитскую базу, а военный объект. Но иллюзия продлилась недолго. Качество охраны этого объекта желало лучшего, а потому никто так и не всполошился, когда диверсанты резали внешнюю охрану.

– Начали! – Дал отмашку Смит.

Лунг так и не появился в перекрестии оптики Охотницы. Демон Ли не обозначил своё присутствие короткой серией подрывов и никто другой не решился проверить на прочность полицейские кордоны. Операция прошла штатно, но без неприятных сюрпризов не обошлось. Единственное, что могло порадовать Смита, это то, что сюрпризы эти не оказались смертельными для его людей. Не сказать, что азиаты не пытались. В какой-то момент их последним шансом отсрочить неизбежное стали те, из-за кого эта операция была санкционирована – преступники начали прикрываться заложниками, из числа накачанных наркотой девушек. Это имело бы шанс на успех, будь этот штурм действительно полицейской операцией. Но полицейских тут не было, и азиаты падали замертво, нередко вместе со своими живыми щитами. Неприятное чувство гнили на языке Смит не без усилий проигнорировал, озвучивая тот приказ. Не первый и не последний грех тянущийся за ним. Уже привык.

Спешащий вперёд по узким коридорам переоборудованного в притон цеха, Смит старался не смотреть в остекленевшие глаза невинных жертв сегодняшней акции. Не всегда удавалось ликвидировать террориста, не задев при этом заложника. Смит пожалел, что вошёл на территорию цеха, когда стрельба прекратилась. Он дал бы волю просящемуся наружу гневу, если бы смотрел на ход операции своими глазами, а не через нательные камеры бойцов. Но это было тогда, когда всё происходило. Сейчас, уже после, осмотрев притон лично, Смит спешил оказаться на свежем воздухе, чувствуя, что не готов общаться с захваченными в плен азиатами.

Покинув цех, он шумно выдохнул. Всякое он видел в жизни. Он был там, где ступала «Бойня 9», и видел итоги их игрищ. Он видел, на что способен больной разум «Павших». Он сам творил всякое дерьмо как по приказу, так и по велению сердца и разума. Но этот цех… то чем тут занимались азиаты… Этим занимались не любимчики Джека Остряка. Этим занимались не паралюди, в каком-то смысле рабы желаний «паразита». Люди, люди создали это место. Люди. Это всё сделали люди. Во всей этой возне с паралюдьми он слишком быстро запамятовал, что для свершения зверств людям не нужен придаток в черепную коробку. Забыл, что людям не нужны никакие сверхспособности, рога или копыта, чтобы быть чудищами.

Ладонь сама потянулась к портсигару. Снова захотелось курить. Унять злобу и гнев, что тянутся завладеть его мыслями. Но Смит вдруг замер, так и не прикоснувшись к зажигалке. Едва заметный шёпот в его голове подал ему идею, и эта идея показалась ему уместной.

Сигарета ещё была зажата между его пальцами, когда он прикрыл веки, задержав дыхание. Время замерло вокруг. Но прошел один миг, одна секунда сменила другую, и человек открыл глаза, что с этого момента смотрели на мир чужим взглядом.

Выдохнув так, будто для него это что-то новое и непривычное, мужчина обратил внимание на сигарету, что он все ещё сжимал между своих пальцев. Грустная полуулыбка на мгновение исказившая черты его лица сменилась мрачной сосредоточенностью.

– Быть по сему. – Молвил он, ни к кому не обращаясь.

Кончик сигареты вспыхнул под его колким взглядом. Сделав быструю затяжку, он развернулся и направился обратно в притон.

– Боец! – Сухо обратился он к одному из двух солдат, дежурящих на входе в цех в качестве охраны. – Бегом найди мне канистру бензина!

– Будет исполнено! – Солдат мигом умчался в сторону колонны машин, занявших сейчас всю территорию вокруг цеха.

Он, не став дожидаться возвращения своего слуги, направился вглубь здания, не задерживая своего взгляда на телах девушек, что когда-то похитили и сделали безвольными проститутками, не вылезающими из трипа. Не смотрел он и за засаленные занавески, за которыми проходило существование потерявших волю к спасению и всякую надежду девушек, жизнь которых была медленно превращена в нескончаемый ад через чудовищные испытания. Не смотрел он в подернутые дымкой глаза несчастных, кои разумом находятся где угодно, но не в реальности. Идя по коридорам, он смотрел только вперёд, отсекая всякие лишние думы.

Его путь завершился у лестничного пролета, ведущего в подвалы. Он уже знал, что там была организована тюрьма для содержания тех, кого уже к утру должны были переправить в Канаду. Девственницы. Цена на них перевесила любую похоть. Их не накачивали наркотой, не насиловали и даже кормили больше одного раза в сутки. Они должны были сохранять товарный вид до самого конца.

Когда человек спустился в подвал, их тут уже не было. Девочек вывели из цеха до того как он вошел туда в первый раз. Но и шёл он сюда не затем, чтобы справиться о здоровье несостоявшихся рабынь.

– Евдор! – Окликнул он офицера, что руководил выводом заложниц, поиском важных улик и допросом пленных. – Узнали что?

Он мотнул головой в сторону клеток, за прутьями которых сейчас на коленях стояли пленники. Их было немного. Семеро всего, но в большем числе пленных он не был заинтересован. Скорее наоборот, пленных, по его мнению, оказалось слишком много.

– Пока немного. – Мотнул головой офицер. – Но мы ещё не начинали. Я подумал, что лучше перевести их в Центр, а там уже взяться за них всерьёз.

– И правильно. – Кивнул он, внимательно осматривая азиатов. – Кто из них главный?

– Вон тот. – Евдор указал на крайнего справа.

Человек, проследив за пальцем слуги, посмотрел на азиата, кивая своим мыслям. Этот азиат отличался от остальных не только внешним видом. Был в нём какой-то внутренний стержень, видимый даже со стороны. Это, да изгаженное татуировками тело, отличало его от сжавшихся в страхе подельников.

– Передашь дознавателям, чтобы не церемонились с ними. – Произнес он. – Один мой “добрый друг” пожелал, чтобы даже Джек Остряк со своей сворой подивились их мастерству.

Он кивнул, пара пленных вздрогнули, сжавшись ещё сильней, а азиат, на которого пальцем указал человек, бросил на мужчину убийственный взгляд. Он ответил ему не обещающей ничего светлого улыбкой.

– Ваш приказ выполнен.

Человек обернулся, бегло оглядев бойца, которого он отправлял за бензином несколькими минутами ранее.

– Свободен. Вернись на свой пост. – Выхватив протянутую ему канистру он посмотрел на своего слугу. – Открывай клетку. Открывай немедленно! – Нетерпеливо приказал он, отворачивая крышку канистры.

Солдат подчинился, человек сделал шаг в клетку и остановился, осматривая азиатов и давая время присутствующему внутри дознавателю покинуть камеру.

– Вы все подохнете. – Произнес он, переводя взгляд с одного азиата на другого. – Подохнете в муках, – человек вперился взглядом в главного азиата. – И сам дьявол проникнется к вам жалостью, когда бог смерти сбросит вас в царство мёртвых.

Он начал поливать голову крайнего справа азиата бензином. Тот отплевывался, пытался встать, уклониться от струи, но у него ничего не вышло. Кандалы на руках и на ногах не позволяли ему этого. Азиат смог добиться только своего падения на плечо своего соседа, что тут же попытался отпрянуть в сторону, догадываясь о плане человека с канистрой.

Он вытащил зажигалку из кармана. Глядя в глаза главарю, он театральным жестом поднес её поближе к пленнику. Чиркнул кремний. Под мольбы показательной жертвы зажигалка упала в лужу бензина.

Скоро одежда азиата занялась огнём. Скоро испуганный крик сменился воплем, полным нестерпимой боли, когда его плоть начала плавиться и пузыриться под натиском беспощадной стихии. Человек к тому моменту уже вышел из клетки, когда огонь, бросившись, было к нему, отпрянул в сторону от лакированных туфель, словно напуганный зверёк.