Текст книги "Иной путь хищника (СИ)"
Автор книги: Анатолий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)
Глава 32
Прошло ещё четыре года, чего только не происходило за это время. Столько сложностей, сколько им приходилось преодолеть, Кай и за всю свою прошлую жизнь не проходил. В университете он уже готовился к выпуску, писал дипломную работу. Авторитета, которого он достиг в своей среде, хватало на то, чтобы даже некоторые профессора обращались к нему, желая услышать именно его мнение. Что уж там говорить, если он уже сейчас имел несколько патентов, которые ему помогло оформить патентное бюро университета. Практически все патенты были на темы, относящиеся к сборкам сооружений из СИП‑панелей, что дало их компании весомое преимущество, так как позволило быть на шаг впереди конкурентов.
Сама компания из поначалу небольшой линии, которую Кай сам настраивал, выросла в целый промышленный комплекс на окраине Монреаля, ближе к Лашинскому каналу – место выбрали не случайно: по воде удобно подвозить сырьё, а железная дорога рядом позволяла отгружать готовые комплекты панелей даже в другие провинции. Как только они смогли запуститься и выпустили первые готовые дома, так сказать, на рынок, количество заказов начало увеличиваться так быстро, что они кое‑как успевали наращивать производственные мощности.
Параллельно с этим, как только они обросли «денежным мясцом», Кай предложил заняться производством пены для утепления домов. Плюс у них был открыт большой цех по производству стеклопакетов, что в это время было весьма солидно и актуально. Когда они начали объединять все технологии в один продукт, их компания стала выгодно отличаться от всего, что было на рынке, именно в Канаде. Нет, у американцев тоже было нечто подобное, но не цельный продукт, плюс за счёт логистики из США выходило дороже, поэтому основной поток заказов замкнулся именно на них.
Помимо основного комплекса производства, который они основали в Монреале, Кай, после того как припомнил, насколько популярны будут дома «по канадской технологии», на общих собраниях настаивал на том, чтобы расширяться: им нужны филиалы, желательно недалеко от портов, – выбрать места с оптимальной логистикой, так как понимал, что наступит момент, когда не только Канада начнёт покупать их продукт, но и другие страны заинтересуются, и к этому нужно быть готовыми, на чём он настаивал. Девушки, а особенно Эмма, выслушав его, согласились. Это перекликалось с её знаниями, которые она получала в университете. Также Кай настаивал, что нужно всячески вкладываться в землю, потому что земля – это имущество, которое с годами лишь дорожает, и часть нужно скупать в местах, в которых можно построить гостиничные или коттеджные комплексы с прицелом на туризм – вплоть до того, чтобы выкупать целые лесные районы, делая их частными местами для туризма. Всё это было расписано как стратегия на годы – своего рода план, по которому будет развиваться их коммерческая империя.
К слову, забавный факт: его бывший работодатель Сэм теперь был его подчинённым. Да, он не бросил когда‑то сильно выручившего его деда, а без задней мысли позвал главным бригадиром в цех по производству панелей и сборки готовых домов, где Сэму очень даже понравилось: тот явно чувствовал себя на своём месте и занимался делом, которое ему нравилось.
Постепенно, когда поток денег более или менее наладился, Кай начал отодвигаться от всех этих управленческих дел. Он как был работягой в душе, так им и остался. Благо у него была Эмма, которая с удовольствием перехватила большую часть нитей управления на себя. Ей в этом помогал как её природный талант, так, чего уж греха таить, и особые способности, а образование, которое она получала, гармонично дополняло все её таланты. Так что, как и хотел, он занимался учёбой и думал, где, чего и как можно органично подкинуть и, так сказать, изобрести. То есть, по большому счёту, он сейчас следил за тем, где в мире изобретается что‑то значимое, что можно перехватить, а что и самому использовать.
Были у них на самом старте их бизнес‑карьеры и проблемы: им пытались их устроить как местные бандиты, с которыми помог Реми, так и некоторые власть имущие. И везде они решали проблемы по‑разному. С точки зрения теневой стороны: поначалу их тупо «крышевал» Гамбит. Позже, когда объём денег увеличился, они решили переходить из тени на свет. Реми преобразовал большую часть своих активов, как финансовых, так и людских, в ЧОП и, официально его зарегистрировав, ввёл его в структуру их компании. Это позволило им действовать более официально, и вопросов к ним от властей стало поменьше.
С властями же они решали вопрос иначе: там вовсю орудовала Кайла. Она, по совету Кая, организовала для себя некий юридический отдел, а сама она, к слову, тоже была юристом и рвала все претензии в клочья. В особо сложных моментах она не стеснялась использовать все свои таланты, так что со временем все привыкли, что докопаться до них либо очень сложно, либо невозможно, и отстали.
Стоит также упомянуть и их тренировки. Да, они не только деньги лопатой гребли и пахали как не в себя – они всё‑таки решили, что если уж слушать Кая, то слушать до конца, так что тренировки проводили регулярно, старались каждую неделю по возможности, совмещая все свои графики. Первые тренировки проводились на местах старых вырубок в лесу. Кай лично подготовил некий спортинвентарь: что‑то сварил из металла, какие‑то препятствия, какие‑то снаряды. Логан ему говорил, что нужно, плюс он сам из своей подготовки вспоминал.
Место было идеальное: глухое, в тридцати километрах от города, окружённое густым лесом, с поляной, достаточно большой, чтобы разместить сразу несколько «зон» для спарринга. Сами зоны обозначали просто: врытые столбы с натянутыми верёвками, несколько пеньков, мешки с песком, подвешенные на ветках, и – гордость Кая – сваренный им из стальной трубы и троса набор «крестовин»: вращающийся барьер, который нужно было перепрыгнуть, пригнуться под ним – и тут же увернуться от следующего. Грубо, но функционально.
В общем, была у них своя полоса препятствий, где они отрабатывали как личные навыки, так и спарринги друг с другом. Групповому взаимодействию их учил, конечно же, Логан – как самый опытный вояка, который прошёл не один военный конфликт. Поначалу в спаррингах он выяснил, кто из них что может и кто кого в чём может подтянуть. Тем они поначалу и занимались. Часто он занимался именно с Каем, потому что там они могли разгуляться на всю катушку. Именно эти бои позволили и Логану вспомнить многое из того, что он уже начал подзабывать за ненадобностью, и Каю поднять свой уровень, потому что, несмотря на всю его крутость и обучение, опыта реальных боёв у него было мало, а таких, чтобы он прям выкладывался, – ещё меньше. И Логан смог его потенциал если и не раскрыть полностью, то приоткрыть достаточно широко.
– Ты опять начинаешь с ноги, – буркнул Логан, едва увернувшись от кругового удара. Его рефлексы, отточенные десятилетиями – нет, веками – боёв, позволяли ему читать противника, как открытую книгу. Кай это знал и потому каждый раз менял комбинации.
– А ты опять блокируешь корпусом, потому что тебе не больно, – ответил Кай, скользнув влево и попытавшись зайти сбоку. Логан развернулся, и его кулак – тяжёлый, как кувалда, с костяшками, покрытыми адамантием, – прошёл в сантиметрах от виска Кая. Воздух от удара ощутимо дунул в лицо.
– Мне не больно – это моя фишка, – Логан хищно оскалился. – А вот тебе будет.
Кай нырнул под следующий удар, прошёл в ноги – подсечка, которую он заимствовал из дзюдо, – и зацепил Логана за голень. Но тот даже не качнулся: сто тридцать килограммов адамантия и мышц не сдвинешь подсечкой, как обычного человека. Зато Кай оказался на земле, и Логан, не теряя ни доли секунды, наступил ему на грудь.
– Готов?
– Почти, – он добавил мышцы ци и выбросил тело под углом вверх, вкладывая энергию в ногу и одновременно ею нанося сокрушительный удар.
– Ты серьёзно? Обязательно ци пользоваться?
– Ну так ты же пользуешься скелетом из металла: «хер пробьёшь».
– Это моя особенность, я не могу ей не пользоваться.
– Что же ты, батя, на мою «особенность» тогда жалуешься?
Пока они резали друг друга на ленточке, Гамбит давал начальную, так сказать, боевую подготовку девочкам. К слову, Кайла оказалась примерно на том же физическом уровне, что и Эмма. Нет, они не были так же сильны, как Логан или Кай, – они были ближе к Гамбиту, раза в три‑четыре сильнее обычного человека, что было немало, особенно у Эммы, когда она включала свою броню. Физическая сила, помноженная на несокрушимость, давала весьма мощный эффект. Было, правда, и одно «но»: в броне она не могла использовать свою телепатию. Однако всё равно вариативность была достаточно высокой: она могла быть как бойцом ближнего боя, так и «контрольщиком» с дистанции.
После того как отец с сыном достаточно выпускали пар, они уже начинали заниматься по отдельности с каждым из команды: либо девочки занимались и отрабатывали друг с дружкой то, что показывал Гамбит, либо «росомахи» тренировали своих женщин. Ах да, своих женщин. Да‑да, это случилось: блондинка всё‑таки своего добилась. Не сразу: был момент, когда Кай искренне сопротивлялся, воспринимая Эмму как девочку. Ему было тяжело принять тот факт, что девочка выросла и превратилась в ослепительную женщину. Но упрямства девушке было не занимать, и в какой‑то момент крепость пала. Да и Кай, по большому счёту, если задуматься, не видел своей жизни без этой ставшей ему искренне родной блондинки. Он давно понял для себя, что девчонка ему полюбилась, просто из некоего упрямства или «дебилизма» всё откладывал этот момент.
Так вот, вернёмся к тренировкам. За эти годы упорство и труд дали весьма стоящие плоды: все они были в прекрасной форме, отлично владели своими способностями и могли эффективно взаимодействовать друг с дружкой. К тому же и Эмма, и Кайла подняли свой боевой потенциал за счёт понимания собственных способностей и физических тренировок в освоении боевых искусств. Поэтому сейчас они чувствовали в себе уверенность, что, случись что, противнику мало не покажется.
Так как они теперь жили в одном городе, да даже не так: они теперь жили не просто в одном городе – они жили в одном доме. Уж с их‑то возможностями да не построить себе дом с «блэкджеком и шлю… Кхм, это не из той оперы». В общем, в какой‑то момент ребята поняли, что лучше им держаться вместе, и, построив большой дом, заселились в него. Это был особняк в весьма интересной форме: эдакое здание, к которому прилегали несколько жилых крыльев. В одном жил Джеймс с Кайлой, в другом – Кай и Эмма, в следующем обитал Реми, ясное дело. Было ещё несколько крыльев для обслуги и гостей.
В центральном здании были столовая, библиотека, спортзал и прочие «крутые комнаты», не во все из которых жители дома даже часто ходили. Были там и, как положено, подземные этажи. Да, не подвал и не один этаж, а именно этажи. Тут была блажь Кая: он хотел там чего‑нибудь эдакое оборудовать, но так и не придумал что… М‑да, ну пусть будут, мало ли.
Однажды Логан с Каем сидели с сигарами в садике поместья и наслаждались каким‑то дорогим вином. Толку от которого не было никакого для двух регенераторов: они не для опьянения пили, а самим вкусом наслаждались.
– Сын, я давно живу. Я вижу, что ты куда‑то спешишь. Куда?
Кай выдохнул облачко, посмотрел куда‑то в звёздное небо и сказал:
– Ты сильно удивишься, если я скажу, что точно знаю о том, что нам всем грозит смертельная опасность, от которой мы нигде не сможем спрятаться? Только или попытаться остановить, или жить с последствиями, если выживем.
– Я не столько удивлюсь, сколько поинтересуюсь: когда, где? И откуда ты знаешь?
– Откуда знаю – это самое сложное. Да и остальные вопросы тоже – такое себе. Я не знаю точно наш с вами сценарий, лишь варианты. Но они все – дерьмо.
Логан долго и внимательно всматривался в сына: он видел, что сейчас тот совсем не шутит.
– Но ты готовишься.
– Да. Не могу я ждать, раздвинув булки. Ближайшая вероятность может преподнести нам очень древнего и сильного мутанта. Нет, не дедулю, – сказал он, увидев взгляд отца. – Древнее и сильнее. Хотя и этого козла нужно достать.
Я хочу открыть ещё одну компанию, когда Эми доучится, но уже в Нью‑Йорке. Использую уже свои изобретения, но там, пока вы будете копить силы тут. Это нужно для того, чтобы увеличить наш охват и собирать союзников. Сами мы не справимся.
Я вижу ближайшее будущее так: мы открываем компанию в США, и, пока Эмма с моей и вашей помощью будет превращать её в империю, сам я буду собирать и тренировать команду «суперов», которые смогут хоть что‑то сделать. Плюс организую техотдел для военных разработок. А тебе бы что‑нибудь подобное здесь сделать: так в критический момент у нас будет больше сил. Реми же я попрошу создать что‑то вроде секретной службы – нам нужны глаза и уши. Хватит ждать удара, нужно найти врага раньше, чем тот станет проблемой.
Логан докурил, поднялся, посмотрел на небо и протянул:
– Даже если у тебя кукуха улетела, оставив после себя паранойю, хуже от того, что мы это сделаем, не станет. Так что лучше сделать и не пользоваться, чем потом жалеть, что не сделал.
На следующее утро Кай проснулся от сладкого поцелуя. Он втянул запах и улыбнулся, сграбастав свою красотку и устраивая шутливую борьбу с «эротическим» оттенком. Чуть успокоившись и лёжа в обнимку с девушкой, он наслаждался моментом. Однако Эмма нарушила молчание:
– Кай, мне нужно, чтобы вы с Логаном внимательно осмотрели фабрику.
– Что‑то случилось?
– Не знаю. Поначалу мелочи: сторожа жаловались, что их псы пропадают, а сегодня были обнаружены смятые, как фантик, здоровенные железные ворота в один из наших цехов. Ничего больше не пострадало, но это ведь уже не мелочь.
– А камеры что‑нибудь видели?
– Нуу, тут как бы да, но как бы нет. Кайла у нас мониторит всё, что связано с безопасностью. И она подняла записи с камер. На одном из них, в три часа ночи, мелькнуло что‑то большое, быстрое и явно не человеческое. Размытое пятно между складами – и всё. Чисто. Как будто растворилось.
– Так, для начала я тоже хочу посмотреть камеры.
Они уже всем составом собрались у «домашнего терминала», который дублировал такой же, что был у службы безопасности.
– Вот это вот «что‑то» меня и зацепило, – Кай стоял у монитора, прокручивая запись третий раз. – Смотрите: тень проходит между третьим и четвёртым цехом, и ни одна камера по периметру его не ловит. То есть оно не ушло – оно исчезло. Внутри зоны.
Логан рядом молча смотрел, а потом нехотя выдал:
– Я этот запах чую уже неделю, – процедил он. – Думал, где‑то дохлятина в канаве сдохла. А это, судя по всему, не дохлятина, а какая‑то тварь. И она, бл*дь, большая.
Кай посмотрел на отца.
– И какого хрена? Ты молчал неделю?
– Я думал, мне кажется. Я, знаешь, не первый век живу, и нос у меня ни разу не подводил. Но тут… Запах был, а следов – ноль. Решил, может, гон какой. А теперь вот – не гон.
Кай раздражённо хлопнул ладонью по столу и повернулся к Реми, который вальяжно развалился в кресле, ковыряя в зубах зубочисткой.
– Реми, подними своих. Мне нужны все записи с периметра за последние две недели. Все. И надо натыкать патрули – двойные, с оружием. Не хватало ещё, чтобы кого‑нибудь чавкнули.
Реми кивнул, не меняя позы, но это лишь внешне он был спокоен. Как человек, ответственный за безопасность, он понимал, что на нём «косяк», и надо его исправлять.
– Думаешь, кто‑то из старых друзей?
– Думаю, что кто бы это ни был, мы должны быть готовы, – отрезал Кай. – И что нам нужно перестать гадать, а пойти посмотреть своими глазами.
Они решили идти вдвоём с Логаном. Их особенности идеально подходили для того, чтобы что‑то найти и выследить. А также не сдохнуть, если то, что найдут, окажется слишком сильным для них. След шёл от фабрики на северо‑восток, через старую вырубку, дальше – вглубь леса, к болотам. Запах был тяжёлый, какой‑то звериный мускус с кисло‑сладким привкусом, как от гниющего мяса, смешанного с озоном после грозы. Это явно не зверь: Кай уже хорошо изучил всех местных на запах, а это было что‑то, что вообще в башку не укладывалось, что‑то… не от мира сего.
– Вот скажи мне, – Кай перешагнул через поваленное дерево. – Ты такое раньше чуял?
– Один раз, – ответил Логан, не оборачиваясь. – В Сибири. Давно. Когда мне было… хрен знает сколько. Мы шли на отряд, и я почуял точно такой же запах. Тогда я не понял, что это было. Просто что‑то огромное прошло мимо и ушло. Следы – как от медведя, только в три раза больше и с когтями длиной в палец. Мы списали на йети или какую‑то хрень. Но этот запах я не забыл.
– И?
– И всё. Мы ушли оттуда. Эпичных боёв с превозмоганием не было. А та вонючка осталась. И, видимо, мы с ним тогда разминулись. Повезло. А как оно сейчас будет – посмотрим.
Шли ещё минут двадцать, когда Логан вдруг остановился, вытянул руку в сторону и тихо, очень тихо сказал:
– Слышишь?
Кай прислушался. Сначала – ничего. Потом: треск? Да, деревья трещали. Они ускорились. Стало лучше слышно звуки боя: трещал словно целый пласт леса, как будто по нему катался бульдозер. И рёв, да не один, а много, и разные. Рычала явно стая: звуки были похожи, но один выделялся сильно – явно другое существо, и они там междусобойчик устроили.
– Что там за бордель творится? – Кай стянул куртку, раскатал плечи. – Вот тебе и сходили «за хлебушком».
– Пошли, – Логан выдвинул когти, и они блеснули в полоске света между деревьями. – Только не лезь без оценки противника, как ты любишь.
Они двинулись через подлесок, стараясь не хрустеть, хотя при том грохоте, что творился впереди, это было уже до фени. Через пару минут деревья расступились на небольшую поляну, вернее, на то, что от неё осталось, – потому что поляна была разрыта, как будто по ней прошёлся артобстрел. Воронки, поваленные стволы, земля, перемешанная с глиной и мхом.
И посреди этого месива – бой.
«Это что ещё за едрен батон? Марвел не перестаёт удивлять», – Кай впился взглядом. Пять… Здоровые? Нет, не здоровые, огромные – твари, покрытые чем‑то вроде чешуи и шерсти одновременно, на четвереньках, с длинными, изогнутыми когтями и жуткими мордами с пастями, как у аллигаторов. Глаза – мутно‑жёлтые, слегка светящиеся тусклым светом. Они довольно быстро для своего размера перемещались по поляне. Причём им было насрать: земля это или дерево, камень – твари одинаково хорошо перемещались по всем плоскостям, атакуя одинокую фигуру. Им противостоял какой‑то «вуки» на стероидах. Огромный, два с половиной метра, может, больше, покрытый густой оранжевой шерстью, с ручищами, как брёвна. Однако лицо (или морда?) было вполне разумное, хоть и обросшее шерстью тоже. «Вуки» ярился и рычал, он хватал тварей руками и швырял, как мешки с дерьмом. Но убить не успевал: стоило сосредоточиться на одной твари, как на него кидались остальные, раздергивая.
– Сасквоч, – тихо сказал Логан. Кай повернулся к нему.
– Ты знаешь, кто это?
– Знаю. Видел. Давно. Это Ланговски. Доктор Уолтер Ланговски. Он… Вроде учёный. Ну, то есть был. Не знаю, что там и как точно, потом разберёмся, сейчас надо помочь, иначе его разорвут.
Кай не стал спорить. К этому моменту он уже раскочегарил «центры силы»: оба дракона на руках светились и извивались, показывая, что готовы. «Чёрный» напитывал когти и помогал формировать боевые импульсы, «сохраняя их в себе». Кай недавно этому научился: оказалось, дракоши могут не только помогать создавать, но и позволяют хранить в себе техники, что сильно экономит время в бою и снижает нагрузку на мозг. «Белый» помогал с наложением щитов и также запоминал щитовые и целебные импульсы. Так что он просто шагнул из‑за деревьев.
Первая тварь заметила его мгновенно – развернулась и бросилась, но Кай уже двигался, вкладывая энергию в ноги, уходя с линии атаки и нанося удар в бок импульсом, разрывающим чужое ци. Чёрный полыхнул, и тварь, перерубленная пополам, отлетела в деревья. Фонтан крови, вырвавшийся из туши и разлившийся по поляне: всё, на что попала кровь, начало шипеть и оплывать, растворяясь.
Логан в это же время зашёл с другой стороны, и тут уже было не до изящества: он просто влетел в ближайшую тварь, как торпеда, и начал рвать. Когти адамантия проходили через чешую, как через масло, и тварь завыла – тот самый утробный вой, только теперь в нём была боль. Кровь брызнула – тёмная, почти чёрная, воняющая так, что даже Логан скривился и отшатнулся.
– Бл*дь, вонища! – заорал он, отсекая твари лапу, и тут же увидел последствия атаки сына, а потом и сам почувствовал, как попавшая на руки кровь начала жечь. – Оно ещё и ядовитое, сука!
Третья тварь бросилась на Кая сверху, с дерева. Он едва успел увернуться, и когти прошли по спине, слегка продавив щит. И сразу же продолжила атаку, но уже на Джеймса. На спину как кипятка хлюпнули: жар, как от ожога. Рана тут же закрылась, но чувство было, будто в рану налили кислоты.
– Батя, слева! – предупредил он отца о твари.
Логан развернулся и встретил тварь ударом кулака в морду – звук был как от удара кувалды по рельсе. Хруст, ещё рёв, и тварь откатилась под ноги лохматого великана.
А Ланговски – Сасквоч – в этот момент схватил эту тварь и просто разорвал. Вдоль. Обоими руками. Как тряпку. Кишки и тёмная кровь хлынули на землю, тварь дёрнулась и затихла.
Кай на секунду залюбовался – это была сила. «Вот это дур‑машина! Нихера себе, профессор! Хорошо, что мы с ним в университете разминулись, а то с таким вообще не забалуешь». Это была первобытная, тупая, сокрушительная мощь, от которой деревья качались.
Оставшиеся две твари, видя, что их товарища только что превратили в лоскутное одеяло, попытались уйти. Одну Логан догнал и насадил на когти, как на вилы, – проткнул насквозь и швырнул об землю, добив ударом ноги по черепу. Вторая нырнула в какую‑то щель в воздухе – Кай успел заметить, как пространство мерцает и смыкается, и всё: твари нет. Совсем.
Тишина. Они замерли, разглядывая друг друга, оценивая и решая, как дальше быть. Ланговски тяжело дышал, стоя над тушей разорванной твари. Шерсть на нём была слипшейся от крови – чужой и, судя по запаху, своей. Он повернулся к ним, и в его глазах – человеческих, осмысленных, несмотря на весь этот звериный облик, – мелькнуло что‑то похожее на усталое узнавание.
– Логан? – голос был хриплый, низкий, но вполне человеческий.
– Ланговски, – кивнул Логан, вытирая когти о растительность, что, конечно же, не помогло. – Ты в курсе, что этот кусок леса – частная территория? Ты мог бы и предупредить, что у тебя тут намечается такой пи**ец.
– Да я и не планировал! И не знал, что вы рядом, – Ланговски выдохнул и медленно, тяжело начал меняться. Шерсть втягивалась, тело уменьшалось, и через минуту перед ними стоял уже не зверь, а крупный, измотанный мужик в разодранных штанах, с кровоподтёками и глубокими царапинами, которые на глазах затягивались. Не так быстро, как у росомах, но всё же.
Он сел прямо на землю, привалился к стволу, закрыл глаза на секунду, потом достал из кармана, не иначе как чудом уцелевшую, мятую пачку сигарет, закурил, сделав с наслаждением несколько глубоких затяжек, и заговорил:
– Я физик. Был физик. Доктор Уолтер Ланговски, специализация – ядерная физика и радиационная биология. Много лет работал в Макгиллском университете, потом на госзаказе, потом… Всё полетело в жопу. Ошибка в эксперименте – и я здоровенный кинг‑конг, который может швырять грузовики. – Он хмыкнул, но без веселья. – Я поначалу думал, что повторил подвиг Бенера, однако нет: это не просто мутация. Я не мутант в привычном смысле. Моя сила из другого источника. Из измерения Великих Зверей.
Кай молча слушал, сидя на поваленном дереве рядом. Логан стоял, курил свою сигару, не перебивая.
– Великие Звери – это не сказка и не байка, – продолжил Ланговски. – Это древние сущности, живущие в параллельном измерении. Представьте себе мир, в котором сила – это не энергия, а материя. Там существа состоят из неё, дышат ею, питаются ею. Вот только иногда граница между мирами истончается. И они просачиваются. Эти твари, – он кивнул на туши, – мелочь. Разведчики или щенки, если угодно.
– Щенки, – Кай посмотрел на то, что осталось от одной из тварей, размером с небольшой автомобиль. – Если это щенки, то кто, бл*дь, тогда взрослая особь?
– В точку, ты уловил суть, парень! – Ланговски затушил сигарету, бросил окурок в грязь. – Взрослая особь – это то, чего в нашем мире не должно быть. Они слишком сильные. Я сталкивался один раз. Едва унёс свою лохматую задницу. И то потому, что оно меня не воспринимало всерьёз: что слону муха? Но сейчас происходит полная херня.
– А именно? – Логан скрестил руки на груди.
– А именно – кто‑то целенаправленно открывает порталы. Систематически. Тут и не пахнет случайно размытой границей: кто‑то буквально пробивает дыры. И эти щенки – проверка, как наши миры стыкуются, есть ли отпор. И если «это» откроет большой портал – настоящий, устойчивый, – через него пойдёт не эта «мелочь», а какая‑нибудь лютая «хатонь». – Ланговски помолчал, потёр лицо ладонью, оставив на щеке разводы тёмной крови. – Я отслеживал всплески гамма‑излучения вдоль побережья: Лабрадор, Гудзонов залив, а теперь – вот, ваш Монреаль. Сначала думал – природные аномалии. Потом мне дошло: это сеть. Кто‑то расставляет точки, как проколы в бумаге на карте, и когда их будет достаточно, они дадут разрыв побольше.
Кай молча смотрел на него, и в голове крутилось: «Это вообще что за нахер? Я не помню ничего похожего. Никаких зверей и волосатых халков. Это что, из‑за меня эффект бабочки? Я вчера только про Эл Сабах Нура Логану начал намекать, а тут прямо под жопой кракозябра вылезла…»
– Ты знаешь, кто это делает? – спросил он.
– Нет, – Ланговски покачал головой. – Но предполагаю, что это не человек. И не мутант в обычном смысле. Это кто‑то, кто понимает Великих Зверей, кто умеет работать с границей миров. Древний. Очень древний.
Логан молча кивнул, потом повернулся к Каю:
– Нострадамус, бл*дь. – А потом спросил уже у Ланговски: – Ты один работаешь?
– Один, – Ланговски криво усмехнулся. – Представьте, как я расскажу кому‑нибудь про Великих Зверей и порталы? Меня сразу постараются упечь в дурке. Ну нахер.
– Ну, – Кай поднялся, отряхнул штаны, – у нас как раз подобралась весьма интересная компания, тоже не совсем стандартная. И нам тоже не улыбается, когда к нам лезут древние уродцы через порталы. Пошли к нам. Поболтаем нормально, без крови и вони. Нам нужен план и понимание ситуации, тебе – помощь. Мужик ты умный, думаю, сработаемся.
Ланговски посмотрел на него долго, внимательно, потом на Логана, потом снова на Кая. И кивнул.
– Парни, а у вас штанов не найдётся? Моим, кажется, уже всё…
