Текст книги "Тень темной госпожи или суккуба в Хогвартсе (СИ)"

Автор книги: Аэлика

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 42 страниц)

Гарри с Роном обернулись к ней. Алисия смотрела на вспомнившую что-то девушку. Гермиона стояла, подняв одну ногу и вообще походя на человека, которого только что саданули заклятием забвения – глаза ее явно утратили способность фокусироваться на чем бы то ни было.

– …в то время, – шепотом закончила она.

– Что с тобой? – поинтересовалась Алиса.

– Там был медальон.

– Что? – в один голос спросили Алисия, Рон и Гарри.

– В шкафчике, который стоял в гостиной. И никто этот медальон открыть не смог. И мы… мы…

– Кикимер тогда умыкнул кучу разных вещей, – сказал Гарри. Это был их единственный шанс, единственная оставшаяся у них слабенькая надежда. – У него в кухонном чулане целый склад был. Пошли.

Он полетел, перепрыгивая ступеньки, вниз по лестнице, Гермиона, Рон и Алиса с топотом мчались за ним. Шума они наделали столько, что, проносясь через вестибюль, разбудили портрет матушки Сириуса.

– Мерзопакость! Грязнокровки! Отбросы общества! – завизжала она им вслед, но они уже ворвались в подвальную кухню и захлопнули за собой дверь.

Гарри пробежал через всю кухню, притормозил, заскользив по полу, перед дверью Кикимерова чуланчика, рывком открыл ее. Старые одеяла, на которых когда-то спал Кикимер, в этом грязном гнездышке все еще валялись, а вот спасенных Кикимером поблескивающих безделушек больше не было. Остался лишь древний экземпляр книги «Природная знать. Родословная волшебников». Не желая поверить глазам, Гарри схватил одеяла, встряхнул их. Наружу выпала и грустно покатилась по полу дохлая мышь. Рон, застонав, упал на кухонный стул, Гермиона зажмурилась.

– Еще не конец, – сказал Гарри и громко крикнул: – Кикимер!

Раздался звучный хлопок, и перед холодным очагом возник домовый эльф, которого Гарри с такой неохотой унаследовал от Сириуса: маленький, в половину человеческого роста, с висящей складками бледной кожей и такими же, как у летучей мыши, ушами, обильно поросшими белым волосом. Он был все в том же грязном тряпье, какое носил при первом их знакомстве, а презрительный взгляд, которым он наградил Гермиону, показывал, что переход к другому владельцу на его принципах нисколько не сказался.

– Хозяин, – квакнул Кикимер голосом бычьей лягушки и низко поклонился, бормоча себе в колени: – Снова в старом доме моей хозяйки вместе с осквернителем крови Уизли и грязнокровкой…

– Я запрещаю тебе называть кого бы то ни было «осквернителем крови» и «грязнокровкой»! – рявкнул Гарри. Кикимер с его носом-рыльцем и налитыми кровью глазами казался ему существом на редкость непривлекательным и до того, как он выдал Сириуса Волан-де-Морту. – Я собираюсь задать тебе вопрос, – продолжал Поттер. – И приказываю ответить на него правдиво. Ты понял?

– Да, хозяин, – ответил Кикимер и снова поклонился. Алисия заметила, что губы эльфа беззвучно шевелятся, наверняка изрыгая оскорбления, которые вслух ему произносить запретили.

– Два года назад, – сказал Гарри, – в гостиной наверху был найден большой золотой медальон. Мы его выбросили. Ты после украл его?

На миг наступило молчание – Кикимер выпрямился и взглянул в лицо Гарри. А затем сказал:

– Да.

– Где он сейчас? – ликующе спросил Гарри. Лица Рона и Гермионы радостно просветлели. Алисия наблюдала за всем происходящим с живейшим любопытством. Кикимер зажмурился, похоже, реакцию на следующее его слово видеть ему ничуть не хотелось.

– Пропал.

– Пропал? – повторил Поттер. – Что значит «пропал»?

Эльф задрожал. И даже закачался.

– Кикимер, – свирепо произнес Гарри. – Приказываю тебе…

– Наземникус Флетчер, – проквакал, не открывая глаз, эльф. – Наземникус Флетчер украл все: картинки мисс Беллы и мисс Цисси, перчатки моей хозяйки, орден Мерлина первой степени, кубки с родовым гербом и… и… – Кикимер глотал воздух, его впалая грудь быстро поднималась и опускалась, потом он открыл глаза и издал леденящий кровь вопль: – …и медальон, медальон хозяина Регулуса, Кикимер поступил дурно, Кикимер не выполнил приказа!

Гарри отреагировал инстинктивно: как только Кикимер бросился к стоявшей в решетке очага кочерге, Гарри прыгнул на него и прижал к полу. Визг Гермионы смешался с воплями эльфа, однако Гарри перекричал обоих:

– Кикимер, приказываю тебе хранить неподвижность!

Почувствовав, как эльф закоченел, Гарри встал на ноги. Кикимер так и остался лежать на полу, из его глаз лились слезы.

– Разреши ему подняться, Гарри, – прошептала Гермиона.

– Чтобы он сам себя кочергой лупцевал? – фыркнул Гарри и опустился рядом с эльфом на колени. – Нет уж. Хорошо, Кикимер, мне нужна правда: откуда ты знаешь, что медальон украл Наземникус Флетчер?

– Кикимер его видел! – просипел эльф – слезы, миновав нос, влились ему в рот, полный зеленоватых зубов. – Кикимер видел, как он выходил из чулана К-кикимера с руками, полными сокровищ Кикимера. Кикимер сказал гадкому вору «Перестань», но Наземникус Флетчер засмеялся и у-убежал…

– Ты сказал «медальон хозяина Регулуса». Почему? – спросил Гарри. – Откуда он взялся? Что собирался сделать с ним Регулус? Сядь, Кикимер, и расскажи мне все, что ты знаешь о медальоне и о том, что связывало с ним Регулуса!

Эльф сел, сжался в комок, опустил мокрое лицо между коленей и принялся раскачиваться взад и вперед. Когда он заговорил, голос его звучал приглушенно, но в тихой и гулкой кухне различался достаточно ясно.

– Хозяин Сириус сбежал, скатертью дорога, он был плохой мальчик, он разбил своим беззаконным беспутством сердце моей хозяйки. А хозяин Регулус был истинной гордостью семьи, знал свой долг перед именем Блэка, знал, в чем величие чистой крови. Много лет он беседовал с Темным Лордом, который собирался вывести волшебников из тени, чтобы они правили маглами и магловскими выродками. А когда ему исполнилось шестнадцать, хозяин Регулус присоединился к Темному Лорду. Он так гордился, так гордился, так счастлив был послужить… И однажды, через год после вступления в ряды, хозяин Регулус пришел на кухню, чтобы поговорить с Кикимером. И хозяин Регулус сказал… сказал… – старый эльф начал раскачиваться намного быстрее. – Он сказал, что Темному Лорду нужен эльф.

– Волан-де-Морту понадобился эльф? – переспросил Гарри и оглянулся на Рона с Гермионой, которые выглядели не менее озадаченными, чем он.

– О да, – простонал Кикимер. – И хозяин Регулус предложил ему Кикимера. Это высокая честь, сказал хозяин Регулус, честь для него и для Кикимера, который должен сделать все, что прикажет ему Темный Лорд, а потом ве-вернуться домой.

Кикимер закачался совсем уж быстро, теперь дыхание его перебивалось рыданиями.

– И Кикимер отправился к Темному Лорду. Темный Лорд не сказал Кикимеру, что они станут делать, но взял Кикимера с собой в пещеру у моря. А за той пещерой была другая, гораздо больше, и в этой пещере было огромное черное озеро… и там была лодка… На острове стояла ча-чаша, полная зелья. И Тё-тёмный Лорд велел Кикимеру пить его… – эльфа трясло с головы до ног. – Кикимер пил, и пока он пил, он видел страшное… Кикимер горел изнутри… Кикимер кричал, молил хозяина Регулуса спасти его, молил хозяйку Блэк, но Темный Лорд только смеялся… он заставил Кикимера выпить все зелье… и бросил в пустую чашу медальон… и опять наполнил ее зельем. А потом Темный Лорд уплыл, оставив Кикимера на острове…

Оставшуюся часть разговора Алиса пропустила. Она задумалась над реакцией Поттера на слова эльфа. Он его даже почти не слушал, как-будто знал всё сам наперёд, как-будто сам был там…

А не из тех ли пещер Тиана вытаскивала Поттера?

Раздалась тишина, выведшая Алисию из раздумий. В ней отчётливо раздался ледяной голос Гермионы:

– Разумеется, Волан-де-Морт считал ниже своего достоинства вникать в особенности домовиков и на манер всякого чистокровки относился к ним, как к животным. Ему и в голову не пришло, что они могут обладать магией, о которой он ничего не знает.

– Высший закон домовика – приказ хозяина, – нараспев сообщил Кикимер. – Кикимеру велели идти домой, Кикимер пошел домой…

– Вот видишь, ты сделал, что тебе велели, ведь так? – ласково сказала Гермиона. – Значит, в невыполнении приказа ты не повинен!

Кикимер, раскачиваясь все с той же скоростью, потряс головой.

– Что произошло, когда ты вернулся? – спросил Гарри. – Какими словами ответил Регулус на твой рассказ о случившемся?

– Хозяин Регулус очень встревожился, очень, – заквакал Кикимер. – Хозяин Регулус велел Кикимеру спрятаться, из дома не выходить. А потом… это было немного позже… хозяин Регулус ночью пришел к чулану Кикимера, и хозяин Регулус был странный, не как обычно, в расстройстве ума, сказал бы Кикимер… и он попросил Кикимера отвести его в ту пещеру, в пещеру, где Кикимер был с Темным Лордом…

– И он заставил тебя выпить зелье? – спросил охваченный отвращением Гарри.

Но Кикимер лишь покачал головой и заплакал. Гермиона прижала ладонь ко рту – похоже, она что-то поняла.

– Хо-хозяин Регулус достал из кармана медальон, такой же, как у Темного Лорда, – сказал Кикимер, слезы уже текли по обеим сторонам его рыльца. – И он велел Кикимеру взять его и, когда чаша опустеет, поменять медальоны… Рыдания Кикимера обратились в подобие скрежета, Алисе приходилось напрягать слух, чтобы разобрать его слова. – И он приказал… Кикимеру уйти… без него. И он велел Кикимеру… идти домой… и никогда не говорить хозяйке… что он сделал… но уничтожить… первый медальон. И он выпил… все зелье… а Кикимер поменял медальоны… и смотрел, как хозяина Регулуса… утаскивали под воду… и…

– Ах, Кикимер! – простонала расплакавшаяся Гермиона. Она опустилась рядом с эльфом на колени, попыталась обнять его. Но он немедля вскочил на ноги и с нескрываемым отвращением отпрыгнул от нее.

– Грязнокровка коснулась Кикимера. Что сказала бы хозяйка?

– Я же велел тебе не называть ее «грязнокровкой»! – рявкнул Гарри, но эльф уже и сам наложил на себя взыскание: упал на пол и начал биться об него лбом.

– Останови его, останови! – закричала Гермиона. – Разве ты не видишь, как ему плохо? Они же обязаны подчиняться любому приказу!

– Кикимер, стой! Стой! – крикнул Гарри.

Эльф лежал на полу, задыхаясь и дрожа, вокруг его носа поблескивала зеленая слизь, на мертвенно-бледном лбу, которым он колотился об пол, набухали ссадины, налитые кровью глаза припухли, наполнились слезами. Ничего более жалостного Алисия еще не видела.

– Итак, ты принес медальон домой и попытался уничтожить его? -продолжал задавать вопросы Поттер.

– Что ни делал Кикимер, он не смог даже царапину на нем оставить, – простонал эльф. – Кикимер перепробовал все-все, что знал, и ничего, ничего не помогало – так много могучих заклятий было наложено на крышку медальона. Кикимер был уверен: чтобы уничтожить медальон, нужно его открыть, а он не открывался… Кикимер наказал себя и попробовал еще раз, потом еще наказал и опять попробовал. Кикимер не смог выполнить приказ, Кикимер не уничтожил медальон! А его хозяйка сходила с ума от горя, потому что хозяин Регулус пропал, а Кикимер не мог рассказать ей, что случилось, нет, потому что хозяин Регулус ве-ве-велел ему не говорить никому в се-семье о том, что было в пепещере…

Кикимер зарыдал так, что произносить связных слов больше уже не мог. По щекам смотревшей на него Гермионы текли слезы, однако притрагиваться к нему она больше не решалась. Даже Рон, к поклонникам Кикимера не принадлежавший, выглядел расстроенным. Гарри опустился на корточки, потряс головой, стараясь прояснить ее. Одна Алиса стояла в стороне от этого всего и думала совершенно о другом.

– Я не понимаю тебя, Кикимер, – в конце концов сказал Поттер. – Волан-де-Морт пытался убить тебя, Регулус умер, чтобы сокрушить Волан-де-Морта, и все-таки ты с радостью выдал ему Сириуса? С радостью отправился к Нарциссе и Беллатрисе и передал через них сведения Волан-де-Морту…

– Гарри, у Кикимера голова устроена по-другому, – сказала Гермиона, вытирая слезы тыльной стороной ладони. – Он раб. Эльфы-домовики привыкли к дурному, даже жестокому, обращению. В том, что сделал с Кикимером Волан-де-Морт, ничего такого уж необычного не было. А войны волшебников – что они значат для эльфов вроде Кикимера? Он предан людям, которые добры к нему, и миссис Блэк, наверное, была добра, а Регулус был добр определенно, вот он и служил им с полной охотой и разделял их верования. Я знаю, что ты хочешь сказать, – продолжала она, увидев, что Гарри собирается ей возразить, – что взгляды Регулуса изменились… Но, похоже, Кикимеру он об этом не сказал, так? И я, пожалуй, знаю почему. И Кикимер, и родные Регулуса чувствовали себя в большей безопасности, придерживаясь давних воззрений на чистоту крови. Вот Регулус и старался защитить их всех.

– Сириус…

– Сириус вел себя с Кикимером ужасно, Гарри, и не смотри на меня так, ты знаешь, что это правда. Когда Сириус перебрался сюда, Кикимер уже провел в одиночестве долгое время и, наверное, изголодался по хоть какой-нибудь привязанности. Уверена, «мисс Цисси» и «мисс Белла» были очень милы с Кикимером, когда он оказался у них, вот он и услужил им, рассказав все, что они желали узнать. Я давно говорила: волшебникам еще придется заплатить за то, как они обращаются с домовиками. Что же, Волан-де-Морт заплатил… и Сириус тоже.

– Кикимер, – спустя некоторое время сказал Гарри, – когда тебе станет немного лучше, сядь… ээ… пожалуйста.

Прошло еще несколько минут, и наконец икота Кикимера стихла. Он сел и выпрямился, потирая глаза кулачками, совсем как маленький ребенок.

– Я хочу попросить тебя кое о чем, Кикимер, – продолжил Поттер. В поисках помощи он взглянул на Гермиону: приказ Гарри хотел отдать мягко, но в то же время не притворяясь, будто это не приказ. Впрочем, его изменившийся тон, видимо, заслужил одобрение девушки – она поощряюще улыбнулась ему. – Я хочу, Кикимер, чтобы ты отыскал Наземникуса Флетчера, пожалуйста. Нам нужно выяснить, где медальон… где медальон хозяина Регулуса. Это очень важно. Мы хотим закончить работу, которую начал хозяин Регулус, хотим… мм… сделать так, чтобы его смерть не была напрасной.

Кикимер опустил кулачки и уставился на Гарри.

– Найти Наземникуса Флетчера? – проквакал он.

– И доставить его сюда, на площадь Гриммо, – сказал Гарри. – Как тебе кажется, ты сможешь сделать это для нас?

Кикимер кивнул, поднялся на ноги, а на Гарри вдруг накатило вдохновение. Он вытащил из Хагридова мешочка поддельный крестраж, медальон, в котором Регулус оставил записку для Волан-де-Морта.

– Кикимер, я, ээ… хотел бы, чтобы ты взял эту вещь, – сказал он, вкладывая медальон в руку эльфа. – Она принадлежала Регулусу, и, я уверен, он был бы рад, если бы ты владел ею, как знаком его благодарности за все, что ты…

– Перебор, дружок, – сказала Алисия, глядя на то, как эльф, взглянув на медальон, одурело и горестно взвыл и снова бросился на пол.

Почти полчаса ушло у них на то, чтобы успокоить Кикимера, до того потрясенного переходом наследия рода Блэков в его полную собственность, что он и на ногах-то стоять не мог. Когда Кикимер наконец обрел способность хоть как-то передвигаться, все четверо проводили его к чуланчику, посмотрели, как он старательно прячет медальон среди грязных одеял, и заверили, что в его отсутствие у них не будет дела важнее, чем охрана этого сокровища. Он отвесил три глубоких поклона Гарри, Алисии и Рону и даже как-то смешно дернулся в сторону Гермионы – возможно, то было попыткой уважительного прощального привета. А потом раздался обычный громкий хлопок: Кикимер трансгрессировал.

Мда… Как-то у них у англичан всё через одно место, – подумала Алисия глядя на творившийся вокруг неё кавардак. А Тиа ещё и говорила, что у нас демонов всё, не как у людей…

========== Глава 43. ==========

Потянулось время ожидания. Кикимер не вернулся и на следующий день, и на последовавший за ним. Зато на площади объявились двое в мантиях, проторчавшие там всю ночь, таращась в сторону дома, видеть который они не могли.

– Как пить дать, Пожиратели смерти, – сказал Рон, глядя на них сквозь окна гостиной.

– Как по-вашему, они знают, что мы здесь? – спросила Алисия.

– Не думаю, – ответила Гермиона, хоть она и выглядела испуганной. – Знали бы, так прислали бы за нами Снейпа, разве нет?

– А тебе не кажется, что он уже побывал здесь и у него теперь язык связан заклятием Грюма? – спросил Рон.

– Да, пожалуй, – ответила Гермиона, – иначе он рассказал бы их шайке, как попасть внутрь. Скорее всего, они следят за этим местом на случай, если мы вдруг окажемся здесь. Они же знают, что дом принадлежит Гарри.

– Откуда бы это?.. – начал Гарри.

– Все завещания волшебников проверяются Министерством, забыл? Там известно, что Сириус оставил дом тебе.

Соседство с Пожирателями смерти лишь усилило в доме номер двенадцать зловещие настроения. Со времени появления Патронуса мистера Уизли из внешнего мира никаких вестей на площадь Гриммо не поступало, и напряжение начинало сказываться на всех. Рон, беспокойный и раздражительный, обзавелся неприятной привычкой играть с делюминатором, не вынимая его из кармана. Особенно сильно это действовало на нервы Гермионе, которая в ожидании Кикимера затеяла читать “Сказки барда Бидля”, и потому то и дело гаснувший и загоравшийся свет ее нисколько не радовал.

– Да перестань ты, наконец! – закричала она на третий вечер отсутствия Кикимера, когда из гостиной в очередной раз вытянуло весь свет.

– Действительно, прекращай эту светомузыку, – проворчала Алиса.

– Извини, извини! – отозвался Рон и, щелкнув делюминатором, вернул свет обратно. – Это я машинально.

– Может, лучше найдешь себе какое-нибудь полезное занятие? – сварило поинтересовалась Гермиона.

– Какое? Детские сказочки читать?

– Рон, эту книгу оставил мне Дамболдр…

– Ну а мне он оставил делюминатор, так, наверное, я должен им как-то пользоваться!

– А ну цыц! – рявкнула на них Алисия, а Гарри облегченно выдохну, когда они оба замолчали. Всё это начинало его нервировать.

Накалённую обстановку разрядила неясная тень, метнувшаяся из угла в середину комнаты.

– Кикимер? – с надеждой в голосе спросил Гарри. Никто не ответил.

По середине комнаты оказался тёмно-серый полупрозрачный ворон с чёрными, как-будто живыми, глазами. Алисия мигом узнала в нём Патронуса Тианы и сжалась от плохого предчувствия.

– Алисия Ангелина Мор де Диабо, – начал ровных хорошо поставленный голос Тианы. Алиса вжалась в спинку кресла, на котором сидела. – Какого. Лысого. Демона. Ты. Опять. Во что-то. Вляпалась, – Тень чеканила слова. – Ты хоть знаешь, как я испугалась, когда Крёстный и твой отец вызвали меня в кабинет и сообщили, что ты пропала? Кстати, если Ветер тоже рядом, передай ему, что как только я доберусь до вас, то его ждёт серьёзный разговор. Очень серьёзный.

– Она его прибьёт, – обречённо пробормотала Алиса.

– А тебе, Алисия, я посоветую сидеть и не рыпаться. Как только я закончу кое с чем, то загляну к вам. Я ведь правильно поняла, что ты вместе с Поттером опять во что-то ввязалась? – тем временем продолжал ворон голосом Тианы. – Впрочем это собственно не важно. Я надеюсь, что у вас хватит ума не умереть, пока я занята. Надеюсь на ваше благоразумие. Тиана Умбра.

Ворон растаял сизым туманом. Все присутствующие молча таращились на то место, где минуту назад был Патронус Тианы. Алиса потёрла лицо руками и проговорила:

– Тиа в ярости, – констатировала она. – Если бы она просто злилась, то говорила бы на других языках. А на одном языке и так спокойно она говорит только, когда находиться в крайней степени бешенства. Скорее всего Тиа не смогла найти меня из-за охраняющих заклятий, наложенных на этот дом.

– Вполне возможно, – отозвалась Гермиона.

– А кто такой Ветер? – спросил Гарри.

– Ветер? – переспросила Алисия. – Помните процессию, которая забрала Тию из школы? Так это были сыновья Крёстного. Старший – это блондин по прозвищу Красавчик. Средний – это Западный. А младший – это Ветер, у него ещё волосы длинные и в хвост всё время забраны. Да вы его видели. Он на свадьбу к Биллу и Флер вместе с Крамом пришёл.

– А с чего бы ему быть рядом с тобой? – спросил Рон.

– Ну скорее всего его отправил Крёстный приглядеть за мной, – неуверенно ответила Алиса. – Но если он не объявился здесь, но при этом никто не знает, где он, иначе бы знала Тиа, то получается… получается…

– Что? – Гермиона застыла в ожидании ответа, отложив книгу в сторону.

– То получается, что Ветер тоже пропал, – сказала демонесса и нахмурилась. – Тиа точно его прибьёт. Взрослый наёмник, а умудрился во что-то влезть.

Неожиданно до слух Алисии донесся негромкий удар по двери, а следом металлические щелчки и скрежет цепи.

– Вы это слышали? – спросила она.

– Что слышали? – тут же насторожилась Гермиона.

– Там кто-то дверь открывает, – ответила Алиса и все как по команде выхватили палочки, бесшумно направляясь в сторону прихожей.

Они спрятались в тени коридора, когда дверь отворилась, Алиса мельком увидел освещенную фонарями площадь. В вестибюль вошел и закрыл за собой дверь человек в мантии. Едва он сделал первый шаг, как голос Грюма спросил: “Северус Снегг?” Затем на другом конце вестибюля поднялся и, протягивая мертвую руку, полетел на незваного гостя пыльный призрак.

– Это не я убил тебя, – негромко произнес вошедший.

Чары разрушились: пыльная фигура снова взорвалась, и узнать пришельца, заслоненного плотным серым облаком, стало невозможно. Гарри направил в середину облака палочку:

– Не двигаться!

Он совсем забыл про портрет миссис Блэк: при звуке его голоса портьеры, скрывавшие ее, разъехались, и поднялся вопль:

– Грязнокровки и мерзость, запятнавшая честь моего дома…

– Не стреляйте, это я, Римус.

– Хвала небесам, – слабо проговорила Гермиона и повела палочкой в сторону миссис Блэк – портьеры со стуком задёрнулись, наступила тишина. Рон тоже опустил палочку, но не Гарри. Алисия, по примеру Тианы, больше полагалась не на палочку, а на собственные силы.

– Покажись, – крикнул Поттер.

Люпин вышел под свет ламп, продолжая держать руки над головой, точно он сдавался победителю.

– Я Римус Джон Люпин, оборотень, известный также под прозвищем Лунатик, один из четверых создателей Карты Мародеров, женатый на Нимфадоре, известной также как Тонкс, и это я научил тебя, Гарри, как создать Патронуса, принявшего затем облик оленя.

– Да, все в порядке, – сказал, опуская палочку, Гарри, – но надо же было проверить, верно?

– Как твой бывший преподаватель защиты от Темных искусств, не могу с тобой не согласиться, проверить было надо. А вот вам, Рон и Гермиона, не следовало так быстро отказываться от обороны.

Все четверо сбежали к нему по лестнице. Люпин, завернутый в темную, плотную дорожную мантию, выглядел усталым, но видеть их был явно рад.

– Значит, от Северуса пока ни слуху ни духу? – спросил он.

– Нет, – ответил Гарри. – Что происходит? Все целы?

– Да, из наших все целы, – сказал Люпин, – только за всеми следят. Да и тут, на площади, маячит парочка Пожирателей смерти.

– Мы знаем.

– Мне пришлось трансгрессировать точно на верхнюю ступеньку крыльца, к самой двери, иначе они бы меня засекли. Они не знают, что вы здесь, а то, уверен, их было бы больше. Пожиратели расставлены по всем местам, хоть как-то связанным с тобой, Гарри. Пойдем вниз, мне многое нужно вам рассказать, да и я хочу узнать, что с вами было после того, как вы покинули “Нору”.

Они спустились в кухню, и Гермиона направила палочку на решетку очага. Немедля вспыхнул огонь, от которого темные каменные стены стали казаться уютными, а длинный деревянный стол заблестел. Люпин вытащил из-под мантии несколько бутылок сливочного пива, все сели.

– Я был тут рядом три дня назад, но пришлось стряхивать с хвоста Пожирателей, – сказал мужчина. – Так вы отправились сюда сразу же со свадьбы?

– Нет, – ответила Алиса. – Сюда мы отправились после того, как встретили в одном кафе Пожирателей смерти.

– Что? – Люпин выплеснул большую часть сливочного пива себе на грудь.

Они рассказали ему о случившемся, и под конец их рассказа оборотень выглядел сильно напуганным.

– Но как им удалось отыскать вас с такой быстротой? Проследить того, кто трансгрессирует, невозможно, если только не вцепиться в него в последний момент.

– Однако и на то, что они просто гуляли по Тотнем-Кортроуд, не похоже, верно? – сказал Гарри.

– Мы вот подумали, – неуверенно произнесла Гермиона, – а вдруг на Гарри все еще распространяется Надзор?

– Это невозможно, – сказал Люпин, и Рон гордо выпятил грудь, а Гарри почувствовал огромное облегчение. – Помимо прочего, будь Гарри под Надзором, Пожиратели смерти точно знали бы, что он здесь. И все же я не понимаю, как им удалось проследить вас до Тотнем-Кортроуд. Меня это тревожит, очень тревожит.

– Расскажите, что произошло после нашего ухода. Папа Рона сообщил нам, что семья в безопасности, но больше мы ничего не знаем, – попросила Алисия.

– В общем-то, нас спас Кингсли, – сказал Люпин. – Благодаря его предупреждению большинство гостей трансгрессировали еще до их появления.

– Кто это был, Пожиратели смерти или люди из Министерства? – перебила его Гермиона.

– Смешанная компания. Впрочем, по существу, разницы между ними теперь уже нет, – ответил Люпин. – Их прибыло около десятка, однако они не знали, Гарри, что и ты там. До Артура дошел слух, что Скримджера пытали, прежде чем убить, старались вызнать, где ты. Если это правда, он тебя не выдал.

– Пожиратели смерти обыскали “Нору” сверху донизу, увидели упыря, но подходить к нему близко не стали, а потом два часа допрашивали тех из нас, кто остался в доме, – продолжал мужчина. – Они пытались выведать что-нибудь о тебе, Гарри, но, разумеется, никто, кроме членов Ордена, не знал, что ты был там. Одновременно с их появлением на свадебном пиру другие Пожиратели вломились во все, какие есть в стране, дома, связанные с Орденом. Никто из членов ордена не погиб, – опережая вопрос, быстро добавил Люпин, – но вели они себя грубо. Сожгли дом Дедалуса Дингла, однако его, как вы знаете, там не было. Ударили заклятием Круциатус по родителям Тонкс, опять-таки пытаясь выяснить, когда ты был у них в последний раз. Оба чувствуют себя хорошо – потрясены, конечно, но живы-здоровы.

– Вы сказали никто не погиб из членов Ордена, – медленно проговорила Алисия. – А не из Ордена?

Люпин замялся, пытаясь придумать, как помягче сказать им правду.

– Ну один погибший есть, – глядя в пол сказал мужчина. – Он не из наших, да и не из Пожирателей. С ним вообще история не понятная: кто такой не известно, как оказался на свадьбе – тоже. Его даже в списках не было.

– А как он выглядел? – допытывалась девушка. Ей казалось, что узнать это жизненно необходимо.

– Мужчина лет пятидесяти, крепкого телосложения, с хорошо развитой мускулатурой, – начал описывать Люпин. С каждым его словом у Алисии всё ускоряли свой ход мысли в голове. – Из особых примет: рыжие волосы, да татуировка в форме металлического креста, разъедаемого ржавчиной…

– Ржавый… – потрясённо проговорила Алиса.

– Ты о чём? – Гермиона посмотрела на демонессу.

– Это был Ржавый, – уже более уверенным голосом продолжила Алисия. – Он приходил за мной. Скорее всего его нанял отец, чтобы вернуть меня домой. Хороший был мужик.

– Выходит, Пожиратели смерти пробились сквозь все защитные чары? – спросил Гарри, переводя тему

– Пойми, Гарри, теперь на стороне Пожирателей смерти вся мощь Министерства, – сказал Люпин. – Они могут использовать самые жестокие заклятия, не опасаясь, что их разоблачат или арестуют. Им удалось пробить всю установленную нами защиту, и действуют они теперь совершенно открыто.

– Но хоть как-то применение пыток для того, чтобы выяснить, где Гарри, они объясняют? – звенящим голосом спросила Гермиона.

– Ну… – произнес мужчина. Он помялся, потом вытащил из-под мантии сложенный в несколько раз номер “Ежедневного пророка”. – Вот, – сказал оборотень и через стол подтолкнул газету к Гарри, – ты все равно рано или поздно узнал бы. Это их предлог для охоты на тебя.

Гарри расправил газету на столе. Всю первую страницу занимала его огромная фотография. Заголовок над ней гласил: РАЗЫСКИВАЕТСЯ ДЛЯ ДОПРОСА ОТНОСИТЕЛЬНО ОБСТОЯТЕЛЬСТВ СМЕРТИ АЛЬБУСА ДАМБЛДОРА

Рон с Гермионой гневно вскрикнули, но Гарри промолчал. Он оттолкнул от себя газету, читать статью ему не хотелось. Алисия прибывала в своих мыслях, не реагируя на внешние раздражители.

– Прости, Гарри, – сказал Люпин.

– Выходит, “Ежедневный пророк” тоже теперь в руках Пожирателей? – гневно спросила Гермиона. Люпин кивнул. – Но люди-то понимают, что происходит?

– Переворот прошел гладко и практически бесшумно, – ответил мужчина. – По официальной версии Скримджер просто подал в отставку, его сменил Пий Тикнесс, а на нем лежит заклятие Империус.

– Но почему же сам Волан-де-Морт не объявил себя министром магии? – спросил Рон. Люпин усмехнулся:

– А он в этом не нуждается, Рон. По существу, он и есть министр, только зачем ему сидеть в министерском кабинете? Его марионетка, Тикнесс, занимается всеми текущими делами, позволяя Волан-де-Морту свободно утверждать свою власть за пределами Министерства. Многие, естественно, разобрались в происходящем: в последние дни политика Министерства изменилась очень круто, пошли разговоры, что за этим стоит Волан-де-Морт. Но в том-то все и дело – только разговоры, да еще и шепотом. Никто не осмеливается говорить с другими откровенно, не знает, кому можно доверять, каждый боится раскрыть рот – вдруг его подозрения верны, а родные уже намечены в жертвы. Да, Волан-де-Морт ведет игру очень умную. Обнаружь он себя – и могло бы начаться восстание, а оставаясь в тени, он насаждает замешательство, неопределенность и страх.

– Крутое изменение в политике Министерства подразумевает, что теперь волшебному сообществу говорят, будто опасен не Волан-де-Морт, а я? – поинтересовался Гарри.

– Это, безусловно, часть целого, – ответил Люпин. – И её стоит признать мастерским ходом. Теперь, когда Дамболдр мёртв, ты – Мальчик Который Выжил – мог бы стать символом и опорой для любого сопротивления Волан-де-Морту. А внушив всем, что ты приложил руку к смерти героя, Тёмный лорд не только получает возможность назначить цену за твою голову, но и посеять сомнения и страх среди тех, кто мог бы тебя защищать. А тем временем Министерство начинает принимать меры против тех, кто рождён от маглов. Посмотрите на второй странице.

Гермиона перевернула газетный лист с тем же отвращением, с каким листала “Тайны наитемнейшей магии”.

– Регистрация магловских выродков, – вслух прочитала она. – Министерство магии проводит расследование деятельности так называемых магловских выродков, имеющее целью выяснить, как им удалось овладеть магическими секретами. Недавние исследования, проведенные Отделом тайн, показали, что магическая сила может передаваться от человека к человеку только при рождении от истинного волшебника. Следовательно, так называемые магловские выродки, не имеющие магической родословной или не способные ее доказать, скорее всего, получили магическую силу посредством воровства либо насилия. Министерство полно решимости искоренить этих захватчиков магической силы и потому предлагает каждому так называемому магловскому выродку явиться для собеседования в только что учрежденную Комиссию по учету магловских выродков.