Текст книги "Сделка с вампиром (ЛП)"
Автор книги: Жасмин Уолт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)
Моя голова была так переполнена мыслями, когда я покидала пентхаус12 Максимиллиана, что я была уверена: остаток ночи проведу, меряя шагами комнату и снова и снова прокручивая всё, что узнала этим вечером.
Но стоило мне сесть на кровать, как волна усталости накрыла меня с головой. И, прежде чем я успела осознать это, я уже опускалась на подушки, веки тяжело сомкнулись, а тело утянуло меня в глубокий, исцеляющий сон.
Не знаю, сколько времени я проспала, но вернулась к реальности от ощущения тяжёлого веса на груди. Сначала я решила, что это просто остатки усталости. Но когда попыталась снова провалиться в сон, сквозь мутную пелену сознания прорезалось острое, колющее ощущение.
Когти, – вдруг ясно поняла я.
Глаза распахнулись, и я уставилась в пару больших глаз цвета бутылочного стекла. На моей груди восседала кошка – с королевским достоинством, сочащимся из каждой шерстинки. Она смотрела на меня так, будто я – предмет мебели, на котором ей вздумалось устроиться. Её лапы продолжали ритмично переступать по моей груди, не обращая внимания на крошечные уколы боли, которые причиняли. Чёрная шерсть будто поглощала скудный свет комнаты, делая её похожей на существо, вылепленное из самой тьмы.
В каком-то смысле так оно и было.
– Джинкс! – я резко села.
Кошка возмущённо взвыла, кувыркнулась в воздухе и приземлилась на подоконник. Спина выгнулась дугой, шерсть на загривке встала дыбом, пока я прижимала ладонь к колотящемуся сердцу. Мы долго смотрели друг на друга: кошка – злобно, я – ошарашенно.
– Это по-настоящему? – наконец прошептала я. – Ты… ты не плод моего воображения?
Кошка демонстративно повернулась ко мне спиной.
А затем подняла хвост, красноречиво показывая, что именно она думает о моём вопросе.
Ну да. Именно так Джинкс и поступила бы.
Она была моим теневым фамильяром – существом, которое я создала собственной теневой магией, когда мне было всего семь лет. Я завидовала Вайе и её волчьему фамильяру. А раз я не принадлежала к Фераэ, я решила создать себе спутника сама – с помощью магии.
Мама ожидала, что Джинкс рассеется через несколько часов – ведь теневые конструкты13 недолговечны. Но по причинам, которых никто толком не понимал, Джинкс осталась. Она была рядом со мной всю жизнь – вплоть до того момента, когда Себастьян запер меня.
С опаской я спустила ноги с кровати и подошла к ней. Кошка уселась на задние лапы и принялась вылизывать одну из передних, полностью игнорируя меня.
Я вздохнула и опустилась на колени, протягивая к ней руку.
– Ну перестань, – немного раздражённо сказала я, когда она демонстративно отодвинулась от моей ладони. – Я не хотела так тебя подбросить. И вообще, ты прекрасно знала, что я испугаюсь, если проснусь вот так – особенно после того, как тебя столько времени не было. Ты нарочно это сделала!
Джинкс подняла голову, лапа опустилась. В груди у неё тихо заворчало – будто она меня отчитывала. А затем, решив, видимо, что этого достаточно, она вытянула шею и боднула меня лбом в нос.
У меня защипало в глазах. Я провела ладонью по гладкой линии её спины. Джинкс замурлыкала и прижалась сильнее. Я подхватила её на руки и прижала к груди.
Она была создана из теней – но в моих объятиях ощущалась настоящей, тёплой, плотной. Я сжала её крепче, наконец позволяя себе ту физическую близость, в которой так отчаянно нуждалась. Слёзы пропитывали её шерсть, но она не возражала.
Она просто прижалась ко мне и позволила взять то, что мне было нужно.
Наконец, когда слёзы иссякли, а дрожь постепенно отступила, Джинкс боднула меня макушкой под подбородок, требуя отпустить её. Как только я разжала руки, она проворно метнулась к двери и принялась настойчиво мяукать.
Я нахмурилась и поднялась на ноги.
– Подожди. Я не могу выйти в таком виде.
Я опустила взгляд на ночную рубашку. Похоже, я проспала долго – и крепко – раз кто-то успел меня раздеть и уложить в постель. Потянув за шнур, свисавший с хрустальной люстры, я зажгла мягкий жёлтый свет, и комната озарилась тёплым сиянием. На стене показались часы.
– Десять утра.
Я подошла к шкафу и распахнула дверцы. К моему удивлению, внутри уже висел новый гардероб – наряды в различных оттенках синего и чёрного, с гербом Дома Максимиллиана, вышитым на груди и лацканах.
– Если ты собираешься остаться здесь, тебе придётся сливаться с окружением, – сказала мне вчера Найра, когда провожала обратно в комнату. – Разгуливать в одежде охотницы на вампиров – верный способ снова нарваться на неприятности. Я позабочусь, чтобы твой шкаф наполнили одеждой, подходящей для человеческой служанки в услужении лорда Старкло.
Что ж. Либо она сработала удивительно быстро, либо я проспала куда дольше, чем думала.
Я перебрала вещи и в итоге выбрала чёрные брюки и блузу с оборчатым воротником. На вешалке висело несколько жакетов, но я проигнорировала их и предпочла свой плащ.
Пусть он и не соответствовал местной моде – ткань была усилена нитями амуреля, редкого шелкопряда из Долины Туманов, чьи нити можно было сплести в ткань, устойчивую к уколам и порезам. Абсолютная необходимость, если имеешь дело с вампирами – по крайней мере, по моему мнению.
Я сунула четыре кола в карманы, надела мягкие чёрные сапоги и направилась за Джинкс к двери. Но замерла, заметив накрытую корзину на низком столике. Из-под крышки доносился восхитительный аромат, и мой желудок предательски заурчал.
В корзине оказались свежие булочки. Пахли они картофелем, а не пшеничной мукой, но, когда я откусила, мякоть оказалась мягкой и маслянистой. Желудок не взбунтовался так, как после овощного пюре, поэтому одну булочку я сунула в карман, а другую медленно жевала, следуя за Джинкс в коридор.
Эфирные кристаллы, встроенные через равные промежутки в стены, заливали проход мягким рассеянным сиянием, освещая ряд дверей. Между ними висели картины – одни изображали пейзажи человеческого мира, другие – Ноксалиса.
Я остановилась перед особенно выразительным полотном: женщина на золотом скакуне мчалась по открытой равнине. Рыжие волосы струились за ней, как знамя, боевой раскрас на щеках подчёркивал дикую, первобытную красоту её лица. Вдали неслись другие всадники, обгоняя заходящее солнце, которое скользило за горизонт и разбрасывало по небу ленты пурпурного, алого и фиолетового света.
В груди встал ком – нахлынули старые воспоминания.
Это были Эквинокс – одно из трёх племён Фераэ. Благословлённые даром повелевать зверями, каждое племя обладало собственной особой склонностью.
Мы с матерью провели большую часть моего детства среди племён Фераэ и не раз бывали у Эквинокс – обычно чтобы лечить какого-нибудь несчастного всадника, сорвавшегося с лошади. Именно среди Фераэ я освоила основы целительства и приготовления зелий. И это были одни из самых счастливых лет моей жизни.
Джинкс снова настойчиво мяукнула. Я отвела взгляд от картины и последовала за ней в общую гостиную.
Помещение оказалось гораздо просторнее крошечной комнаты при моих покоях. Повсюду стояли мягкие диваны и кресла, у стены зиял камин, в который при желании можно было бы войти целиком, а рядом высился шкаф, набитый всевозможными безделушками и диковинами.
Под окном на столике стояла шахматная доска с незавершённой партией, а подушки на одном из диванов лежали неровно – знак того, что кто-то был здесь совсем недавно.
Мне хотелось исследовать шкаф с диковинами, но Джинкс повела меня к книжному стеллажу, стоявшему между двумя креслами. Она запрыгнула на четвёртую полку и принялась лапой толкать тонкий том в красной кожаной обложке.
– Книга?
Я поддела пальцем верх корешка и потянула. Но вместо того, чтобы выйти, книга откинулась вперёд, повисла на краю полки – и в тишине раздался тихий щелчок. Стеллаж сдвинулся в сторону, открывая потайную лестницу.
Кошка спрыгнула вниз и юркнула в проём, хвост изогнулся в недвусмысленном жесте «иди сюда».
– Как ты вообще находишь такие места? – бросила я, поспешив за ней.
Книжный шкаф скользнул обратно, захлопываясь за моей спиной и погружая нас в кромешную тьму. Но уже через секунду вдоль стены вспыхнули новые эфирные кристаллы, заливая лестницу мягким светом.
Покачав головой, я начала спускаться по винтовой лестнице вслед за Джинкс. У моей теневой кошки был настоящий талант находить скрытые входы и тайные проходы – и не раз это спасало мне жизнь во время охоты.
Мы миновали несколько дверей, прежде чем она остановилась у одной, явно реже других используемой. Я смахнула паутину с ручки, взялась за неё и осторожно толкнула дверь.
Внутрь лился лунный свет – сквозь высокие окна он разливался призрачными лучами по рядам и рядам книжных полок. Потребовалось мгновение, чтобы осознать: я стою на втором уровне библиотеки. И неожиданная, почти детская радость пронзила меня, когда запах кожи и старой бумаги щекотнул ноздри.
Отойдя от стеллажа, из которого вышла, я подошла к балюстраде и посмотрела вверх, затем вниз. Надо мной простирался ещё один уровень, а подо мной – ещё один. Кованые винтовые лестницы соединяли этажи по противоположным углам, а в дальнем конце первого уровня я заметила ряд письменных столов с кристальными лампами.
– Ладно, – сказала я Джинкс, которая выжидающе смотрела на меня. – Что именно ты хотела, чтобы я здесь нашла?
Кошка ответила тем, что обвилась вокруг моих ног с глухим мурлыканьем…
А затем рассыпалась в облачке тени.
Я закатила глаза. Типично. Как и большинство кошек, Джинкс была переменчива, как приливы, появляясь и исчезая по собственной прихоти. Стараясь не раздражаться, я спустилась по лестнице и подошла к стойке у входа.
За столом не было библиотекаря, зато вдоль стены тянулся длинный ряд ящиков с карточным каталогом – каждый помечен буквой алфавита.
Хотя Джинкс не оставила мне никаких указаний – она никогда не оставляла, ведь говорить не умела, – не нужно было быть гением, чтобы понять, зачем она привела меня сюда. У неё была привычка выводить меня к людям и местам, когда я искала ответы. А где ещё искать ответы о том, что случилось с миром за время моего отсутствия, как не в королевской библиотеке?
Около получаса ушло на перебор карточек, и ещё примерно час – на блуждание между полками и подъём по лестницам. В конце концов я устроилась за одним из письменных столов, сложив перед собой стопку книг и целую охапку свитков.
Я развернула первый свиток – карту Валентаэры – и прижала его края двумя книгами: одна была трактатом о территориальном делении расширенной вампирской империи, другая – хроникой Вечной Ночной Войны.
Мой взгляд скользнул по детализированной карте, охватывая три великих царства и выискивая изменения.
Западный край Валентаэры занимал Ноксалис. На его северной границе зубчатыми пиками поднимались горы Каэлум-Крест, принадлежащие Дому Стелларис.
К востоку, по ту сторону долины, раскинулись Гравитон-Хайтс – суровые нагорья, где обосновался Дом Инвиктус.
Я провела пальцем по крошечному рисунку Железного Шпиля, престола короля Владимира, затем проследила горный перевал между двумя хребтами, ведущий к Элизиумской Долине, территории Дома Психорос.
Ниже, вдоль побережья, тянулись Багряные Утёсы, земли Дома Сангвис Ноктис.
Гравитон-Хайтс граничили с Хелиарисом на востоке, тогда как Каэлум-Крест примыкал к юго-западной границе Тривэи.
Меня захлестнула острая, почти болезненная тоска, когда я всматривалась в серповидное королевство, занимавшее северную часть Валентаэры. Его вогнутая сторона смотрела на океан, а выпуклая соприкасалась и с Хелиарисом, и с Ноксалисом. Я провела пальцем по внутреннему изгибу серпа – там, где была обозначена Бухта Полумесяца, – и над ней, с тщательной прорисовкой, развевалось знамя клана Ноктюрн: полная луна, опоясанная лентами тени.
Я перевела взгляд на остальные территории кланов и с облегчением выдохнула, увидев, что их знамёна по-прежнему стоят на своих местах.
Чего нельзя было сказать о Хелиарисе.
Сердце ухнуло вниз, когда я провела пальцем от Гринвардена, расположенного в юго-восточной части тривейского серпа, к королевству Эферион, граничившему и с Ноксалисом, и с Тривэей. Ниже раскидывалось пышное лесное королевство Фераэ, а ещё южнее, вдоль побережья, – Марис, с его протяжёнными берегами и архипелагами.
Все три королевства были усыпаны вампирскими знамёнами.
Чаще всего повторялся герб Дома Инвиктус – железный меч, пронзающий кроваво-красное сердце. Но встречались и штандарты трёх других Домов. Астральное око Дома Психорос парило над Люминой, которая находилась всего в восьмидесяти километрах от Гравитон-Хайтс – и примерно в трехстах от границы Тривэи. Слишком далеко, чтобы добраться за один день.
Я снова окинула взглядом человеческие королевства – и зацепилась за одно знамя, отличавшееся от остальных.
На нём была изображена волчья голова.
Меня словно током ударило, когда я поняла, что оно стоит над Лесом Уайлдвуд – домом Волчьего клана Фераэ.
Не под контролем вампиров.
Сердце забилось быстрее. Я снова пробежалась взглядом по карте, выискивая другие человеческие очаги сопротивления. Среди земель Фераэ больше ничего не обнаружилось, но вдоль побережья Мариса один архипелаг был отмечен иным знаменем – русалочий хвост, переплетённый с чёрным якорем. Чёрноводные Острова.
Мои губы изогнулись в мрачной усмешке.
Ну, конечно. Пираты нашли способ не подчиниться Владимиру. Эти безбашенные ублюдки принципиально нанимали в команды и ведьм, и вампиров, и наводили ужас на каждый порт Валентаэры – даже в Тривэе. Их бы не остановила такая «мелочь», как Вечная Ночь.
Глухой стук тяжёлых сапог по паркету прокатился по библиотеке. Я резко вскинула голову, когда из-за ряда стеллажей вышла кудрявая блондинка.
– А вот и ты, – сказала она недовольно, скрестив руки на расстёгнутом рабочем комбинезоне. – Я тебя повсюду ищу.
Я поморщилась, узнав Элизу. Ту самую, которую я на днях отправила в бессознательное захватом.
– Привет, – я почесала затылок, чувствуя себя неловко. Тогда я была полностью уверена в своей правоте, но мысль о том, что она почти неделю выхаживала меня, возвращая к жизни, вызывала довольно ощутимое чувство вины. – Эм… как ты себя чувствуешь?
Элиза фыркнула.
– Отлично. Неплохо вздремнула – благодаря тебе.
Она скользнула взглядом по карте и стопке книг, приподняв брови.
– Занимаешься домашкой?
– Пытаюсь наверстать, да.
Я свернула карту и отложила её в сторону, потянувшись к свитку с подробным описанием распределения «человеческих ресурсов» по вампирским законам.
– Похоже, я многое пропустила.
– Угу. – Элиза оглядела меня с головы до ног, прищурившись. – Знаешь, ты куда мельче, чем я ожидала.
Я нахмурилась, свиток выскользнул из рук и снова раскатился по столу.
– Во имя Гекаты, это ещё что должно означать? – потребовала я.
Элиза пожала плечами.
– Просто я представляла тебя повыше. После всех этих историй о том, как ты крошила вампиров, как растопленное масло, я думала, ты какая-нибудь гигантская богиня-воительница. А ты – маленькая. – В уголках её губ мелькнула улыбка. – Как я.
Узел напряжения в животе медленно распустился, и я невольно улыбнулась в ответ. Если присмотреться, мы с Элизой и правда были почти одного роста – может, она всего на сантиметр выше.
– Твой… хозяин назвал меня коротышкой.
Элиза сморщила нос.
– Хозяин? Фу. Не называй его так.
Я приподняла бровь.
– Разве слуги обычно не называют вампиров, к которым они привязаны, «господином» или «госпожой»? Насколько я знаю, обращённые вампиры называют того, кто их создал, «Сир», а слуги – «Мастер» или «Мистресс». Люциус и Найра обращались к Максимиллиану как к Сиру, так что я удивлена, что ты не используешь положенный термин.
– Другие слуги – может быть. – Элиза фыркнула. – Но у нас с Максом не такие отношения. А теперь пошли. Он попросил меня показать тебе город, и у меня не весь день в запасе.
Макс?
Я ошарашенно уставилась ей вслед, когда она развернулась на каблуках и направилась к выходу, затем поспешила догнать.
– Подожди! Мне нужно куда-то убрать книги, пока их кто-нибудь не утащил или не расставил обратно.
– Не переживай. – Элиза махнула рукой через плечо, даже не оборачиваясь. – Королевской библиотекой почти никто не пользуется. С твоими книгами всё будет в порядке.
Смирившись, я вышла за ней из библиотеки.
– Здание, в котором мы находимся, называется Центральная Крепость, – объяснила Элиза на ходу. – Первый этаж – тот, где мы сейчас, – занимает королевская библиотека и оружейная. Этажом выше находятся Большой зал и залы совета, на третьем – гостевые покои и приёмные. А все остальные уровни – это частные апартаменты.
– Оружейная? – я оживилась. – Можно её посмотреть?
– В своё свободное время, – отрезала Элиза, когда мы проходили мимо распахнутой двери.
Я успела мельком увидеть ряды отполированных мечей, боевых топоров и что-то похожее на эфирные щиты, прежде чем она схватила меня за руку и потянула дальше.
– Если ты хоть немного похожа на Люциуса, застрянешь там на часы. А у нас нет на это времени.
Люциус. В памяти вспыхнуло лицо массивного темнокожего вампира.
– Он воин?
Элиза кивнула, и мы прошли через главный вестибюль.
– Он личный телохранитель Максимиллиана во всех поездках и отвечает за безопасность. Он курирует подготовку городской стражи и стражи Башни.
Двустворчатые двери распахнулись, и Элиза вышла во внутренний двор. Я замерла на пороге, кожа покрылась мурашками, когда я подняла взгляд к небу. Не могла избавиться от ощущения, будто мерцающие звёзды наблюдают за мной.
Элиза обернулась, нахмурившись. Потом её лицо прояснилось – она поняла.
– Эм… тебе нужно немного времени? – спросила она неловко. Похоже, она не совсем понимала, как обращаться с моим состоянием. – Если хочешь, можем сегодня остаться в Башне.
– Нет.
Я расправила плечи. Нужно было переступить через это. Нужно было снова привыкнуть к открытому пространству, иначе страх укоренится во мне навсегда.
Я накинула капюшон плаща, и ощущение чужого взгляда немного ослабло. Конечно, это было из серии «если я тебя не вижу, значит, и ты меня не видишь», но мне было всё равно. Всё, что угодно, лишь бы справиться.
– Пошли.
Элиза кивнула и снова зашагала вперёд. На этот раз я последовала за ней, упрямо глядя прямо перед собой и избегая неба.
В течение следующего часа она показала мне остальную часть комплекса: казармы стражи, прилегающие к стене Крепости; тренировочные площадки за ними; королевскую кузницу; и часовню, которая когда-то принадлежала Фаэросу, но была разрушена и посвящена Тенебросу.
Готическое сооружение из чёрного дерева и обсидиана, украшенное резьбой из переплетённых тёмных корней и воронов – символов владыки Подземного мира, – выглядело почти кощунственно, притаившись в тени Башни. Казалось мелочным воздвигать его здесь, в месте, которое изначально явно строилось в честь солнечного бога.
Впрочем, у Тенеброса были причины для мелочности по отношению к старшему брату. В конце концов, если бы не Фаэрос, он до сих пор был бы жив и правил Небесными Чертогами14. А не оказался бы заперт в Подземном мире, вынужденный властвовать над мёртвыми.
Я как раз собиралась спросить, позволят ли мне пользоваться тренировочной площадкой – мысль о том, чтобы выместить часть ярости на манекенах, казалась заманчивой, – когда северные ворота комплекса распахнулись, и во двор влетел всадник.
У меня отвисла челюсть – не от вида Найры, хотя в своих кожаных доспехах для верховой езды она выглядела впечатляюще, – а от существа, на котором она сидела.
Оно имело величественный облик коня с золотистой, блестящей шерстью, напомнившей мне утреннюю картину. Но его мощное тело было переплетено с явными механическими элементами. Каждый шаг был воплощением грациозной силы, а звук – не совсем конский: знакомый ритм копыт по камню, поверх которого накладывался мягкий гармоничный гул, словно внутри металлических деталей что-то тихо пело.
Найра осадила своего скакуна прямо перед нами, и существо – зверь? машина? – фыркнуло, тряхнув тёмно-каштановой гривой. Вампирша ухмыльнулась, заметив, как я уставилась, но я не могла сдержать изумления.
Безупречное сплетение мускулов и металла было одновременно жутким и завораживающим. Тонкая металлическая филигрань тянулась вдоль ног и спины, вплетаясь в плоть так, словно они родились единым целым. По груди животного шли искусно подогнанные металлические пластины, исчезающие под брюхом, а в центре сиял эфирный кристалл размером с крупный кулак.
Я подняла взгляд и встретилась с глазами существа.
– Кто ты? – выдохнула я.
Несмотря на механические части, это было живое создание. В его взгляде теплилась глубина и сознание – внутренний свет, который не мог принадлежать обычной машине.
– Её зовут Зефира, – сказала Найра, и её усмешка смягчилась, когда животное ткнулось мордой мне в плечо.
Очарованная, я провела ладонью по металлической переносице, затем большим пальцем коснулась бархатисто-мягких ноздрей.
– Она эфирный скакун. Элиза разработала её для меня.
Что ж, имя ей подходит, подумала я. У неё были длинные ноги и сухая, мощная мускулатура чистокровной верховой лошади, крепкая спина, созданная для стремительного галопа.
– Ты… изобрела это? – я покосилась на Элизу.
Губы Элизы сжались.
– Нет. Эта сомнительная честь принадлежит Икару Штормвельдеру, личному изобретателю императора Владимира. После исчезновения солнца лошади начали вымирать – нам не хватало зерна, чтобы их кормить. Владимир приказал Икару найти решение, и тот создал механизированное животное с эфирным ядром, которому не нужна пища.
Она почесала Зефиру под подбородком, и та наклонила голову, подставляясь.
– Я лишь усовершенствовала модель. С небольшой помощью Найры.
Найра фыркнула.
– Ты сделала куда больше, чем просто «улучшила». Конструкция Штормвельдера была варварской – его интересовали лишь мощность и производительность. Его эфирные скакуны были почти полностью машинами с жалкими органическими вставками.
Она изящно спрыгнула на землю и ласково похлопала Зефиру по шее.
– Благодаря Элизе Зефира обладает всей грацией и разумом своих предков.
Я прищурилась, заметив, с какой нежностью вампирша гладит зверя.
– Ты ведь была из Фераэ до обращения, да? – спросила я.
– Из племени Эквинокс.
Значит, картина в коридоре принадлежала ей.
Взгляд Найры мгновенно закрылся, словно ставни опустились.
– Спрашивать вампира о его человеческом прошлом – невежливо, – коротко сказала она, беря поводья Зефиры. – Элиза, тебе пора на фабрику. Инспекция должна закончиться до прибытия коменданта.
– Не обращай внимания, – сказала Элиза, когда мы наблюдали, как Найра ведёт эфирного скакуна к стойлам. – Найра болезненно относится к прошлому. Её человеческая жизнь закончилась не так, как ей хотелось.
– Поэтому она и оказалась на службе у Максимиллиана? – спросила я.
– Так оказались здесь все мы.
Тон Элизы стал сухим, и она резко сменила тему.
– Мне правда нужно на фабрику. Давай убьём двух зайцев одним выстрелом. Поедешь со мной, а по дороге я быстро покажу тебе город.
Мне хотелось расспросить её дальше – особенно о том, почему она так охотно служит Максимиллиану, несмотря на то что он завоевал её народ, – но я поняла, что разговор закрыт. Поэтому отступила.
– Значит, мы поедем на одном из эфирных скакунов? – спросила я чуть более воодушевлённо, чем собиралась.
– Чёрта с два, – Элиза передёрнулась. – Они, может, наполовину машины, но слишком уж… живые для меня. Поедем на моём байке.
