332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Яромир Тишинский » Вечная осень нового мира (СИ) » Текст книги (страница 20)
Вечная осень нового мира (СИ)
  • Текст добавлен: 6 ноября 2017, 15:00

Текст книги "Вечная осень нового мира (СИ)"


Автор книги: Яромир Тишинский






сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

– Вон там... мы почти у цели, – но слова его потухли в резком и звучном грохоте, раздавшемся где-то под сиденьем водителя.

С корнем вырвав правое колесо, снаряд разлетелся на мелкие куски. Машину слегка подбросило и повело из стороны в сторону. Скрежеща сталью по асфальту и высекая искры металлическим плугом на капоте, машина начала заваливаться набок.

Рассел старался вцепиться руками во что угодно, лишь бы не вылететь из кузова броневика под перекрестный огонь противника. Но в ту же секунду, уже вспахивая асфальт своим правым боком, машина получила сильный удар сзади. Повернувший на все сто восемьдесят градусов, броневик завертелся как волчок и через несколько секунд неожиданно замер, как будто в ожидании еще одного толчка.

Почти как игрушку откинув впереди идущую машину в сторону, бронированный грузовик, следовавший за автомобилем Рассела, кинулся напролом, разметая все преграды на своем пути и поливая врага кучным огнем из четырех пулеметов. Так или иначе, но маленький караван достиг своей цели, выехав наконец-то на широкую площадь, заставленную разнообразным хламом, побитой техникой и ржавыми машинами.

Семиэтажный кирпичный куб был единственным относительно целым зданием в округе. Вдоль его стен зияли пустые окна, на первых двух этажах заваленные и перекрытые разнообразным металлическим хламом. На обугленной широкой бетонной крыше что-то тускло горело, и поднимался густой столб черного дыма.

На полном ходу бронированный грузовик таранным ударом врезался в первый попавшийся ржавый каркас неизвестного автомобиля. Наполненная гибридами и оружием бронированная многотонная махина подпрыгнула от удара, но все же смогла устоять на колесах и даже не завалилась набок. А вот следовавшей позади легковушке повезло меньше.

Стараясь не протаранить первый грузовик, водитель «технички» резко вывернул руль и принялся тормозить. На ходу, из ее бронированного кузова чудом успели выскочить Нил и Брукс, которые стреляя из автоматов во все стороны, трусцой побежали за спасительные укрытия. Оставленная стрелками машина, скрипя шинами на побитом асфальте, неудачно подставила свой бок под огонь врага. Раздался уже знакомый хлопок, и еще одна пылающая точка метнулась в ночном небе. Проделав короткий полет, снаряд угодил точно в цель.

От взрыва машину и оставшихся в ней мутантов высоко подкинуло, нелепо перекувырнув в воздухе. Долю секунды спустя огромная пылающая масса железа с грохотом шлепнулась на землю. Вслед за ней на полном ходу в центр заваленной хламом площади вылетел второй «гантрак», единственный из всех четырех машин умудрившийся доехать относительно целым. Зашипев шинами на побитом асфальте, он помчался к многоэтажному зданию, стараясь найти защиту у его бетонных стен.

Но затем произошло то, чего не ожидали ни бойцы маленького спасательного отряда, ни их враги – сектанты Братства Аэрона. В торце единственного на всей улице каменного строения распахнулось маленькое окошко, до этого прикрытое листом железа. Из чернеющей впадины на теле разваленного дома вылетела струя огня. Поливая всю округу кучным пулеметным дождем, неизвестный стрелок всячески старался поддержать выживших из отряда спасателей и прикрыть их отступление. Затем огонь был открыт и из других окон дома.

Не теряя лишнего времени, из кузова бронированного грузовика, вперившегося тупой мордой в груду ржавого железа, стали выбегать люди. Вытаскивая ящики с патронами, и отвинчивая с турелей пулеметы, гибриды под предводительством Хамида гуськом направились к семиэтажному дому. По пути к ним присоединились ополченцы из экипажа второго грузовика, также похватавшие свое самое действенное крупнокалиберное оружие.

Рассел очнулся внутри заваленного набок броневика. Он не впадал в беспамятство и не терял сознание. Просто все это время он лежал неподвижно и, затаив дыхание, выжидал какого-то более удачного момента, чтобы подняться. Молча и вдумчиво слушая пульсацию крови в своих висках. Вернуться к реальности его заставил скрежет шарниров в износившемся протезе Грегори. Старик, постанывая, переворачивался на другой бок, ощупывая свой разбитый окровавленный нос.

Клерк-неудачник, не знавший до недавнего времени ничего о военном деле, попытался подняться на ноги. Параллельно он нашаривал рукой хоть какое-нибудь оружие, валявшееся в перевернутом кузове.

Суставы болели, повсюду были ушибы и царапины, над правым глазом оказалась рассечена бровь и что-то красное, замеченное боковым зрением, стекало по его щеке. Брожение холодных пальцев по днищу автомобиля дало слабый результат. Под рукой Рассел нащупал только несколько дисков для пулемета, уже совершенно бесполезных, и горку пустых гильз. Развинчивать главное орудие броневика уже не было времени. Поэтому пользоваться приходилось единственным доступным оружием – упрятанным за пояс армейским пистолетом с удлиненным стволом.

Грегори поднялся, тяжело дыша и совсем потеряв ориентацию в пространстве. Он с трудом мог стоять на ногах и постоянно норовил упасть, глупо выставляя вперед руки и балансируя ими. Непонимающе вертя своей головой, старый вояка все-таки вынес самое главное из останков перевернутого автомобиля – штурмовой автомат, закинутый за плечо.

Наверно эта сцена выглядела очень нелепо со стороны, но Расселу в тот момент так не казалось, да и попросту было плевать. Стреляя наугад из пистолета, скорее ради воодушевления, чем для пользы, Рассел, пригибаясь и хромая, бежал впереди. Держа его за руку и закинув голову с разбитым носом к безмятежному звездному небу, за ним следовал седой старик, скрипя на каждом шагу поношенными шарнирами и волоча позади себя бессмысленный автомат.

Эти двое то бежали трусцой, то просто шли быстрым шагом. Петляя из стороны в сторону, как зайцы, между разрушенных и ржавеющих остовов машин, заполнявших эту широкую площадь. Они огибали одно препятствие, пригибаясь как можно ниже к земле, затем быстрым рывком пробегали меж двух других. А над всем этим безобразием, мечущимся среди кладбища подбитой техники, разлетались красные огни пулеметных пуль, которые то и дело проносились в опасной близости от их голов.

На мгновение Рассел понял, что кроме звучного баса дружеских орудий, он не слышит больше никаких выстрелов. Скорее всего, сектанты из Братства просто не стали рисковать и размениваться на такую жалкую цель как они. А может, вооруженные до зубов мутанты весело наблюдали за этой нелепой сценой, двумя бегущими неудачниками тщетно пытавшимися спасти свои жизни. Наверняка сектанты очень живо обсуждали это зрелище, громко смеясь, а еще они ждали какой-то совершенно нелепой и фееричной развязки полуночной комедии.

Еще спустя пару длинных очередей пулемета над двумя отставшими наемниками уже нависло широкое кирпичное строение, разинувшее двустворчатые железные ворота в центре. Рассел, дотащивший все-таки за руку своего престарелого соратника, и израсходовавший по пути всю пистолетную обойму, не задумываясь о последствиях, кинулся в черноту открытых дверей.

Внутри здания не было электричества, и даже уличный свет здесь являлся непозволительной роскошью, так как большинство окон на первых трех этажах были наглухо заколочены. Беженцы, скрывающиеся здесь, пользовались только свечами и керосиновыми лампами. Всего тут находилось не больше сотни человек, включая женщин и детей, которые занимали просторные, но при этом сырые и холодные помещения на первом этаже. Стены там были наиболее крепкими и почти не тронутые временем, так что приходилось жертвовать комфортом ради спасения их жизни. Огромный пустой бокс с высокими потолками был заполнен десятками изможденных и больных людей.

Стройные ряды лежанок, расставленные, будто койки в военном госпитале. Одиноко пылающие свечи и керосиновые лампы, на подставках из жестяных ящиков. Женщины с исковерканными и уродливыми лицами, укутанные в многослойное тряпье и их уродливые дети, бесконечные котомки, сумки, мешки. Все, что мутанты сумели увезти с собой из пустошей.

Вряд ли эти люди догадывались, что прибрежные районы, где они рассчитывали спастись от разъяренных сектантов, мало чем отличаются от этого мрачного полуподвала, в котором у них хотя бы было надежное укрытие от непогоды и многочисленных врагов. Конечно, здесь они были отрезаны от остальных жителей резервации, находясь в плотном кольце окружавших их сектантов, и периодически подвергались обстрелам. Но при этом они были в относительной сытости, имели надежную бетонную крышу над головой и не рисковали при этом подхватить чуму.

В дальнем углу этого огромного зала были навалены груды коробок с едой и медикаментами. У противоположной стены двое мужчин-мутантов пытались соорудить небольшую печку из ржавой жестяной бочки. Они умело орудовали молотком и ножовками, постоянно что-то радостно выкрикивая и сдавленно ругаясь.

Соседний зал, который был почти вдвое меньше первого, беженцы переоборудовали в загон для своих животных. Примерно три десятка огромных уродливых свиней, покрытых клочками черной шерсти, постоянно напоминали о себе длинным и протяжным воем. Мутанты называли этих зверей вепри и периодически подкармливали объедками. Смрад и вой от этих созданий стоял такой сильный, что Рассел не понимал, как мутанты могут просто находиться по соседству с этими тварями, не говоря уже о продолжительной жизни рядом с ними.

Хотя, если задуматься, то и сами «люди», как себя именовали беженцы-мутанты, мало чем отличались от животных, которых они выращивали. Эти мьюты не родились здесь, да и вообще не были жителями Мусорного города. Они пришли в резервацию всего несколько недель назад, из северных пустошей, когда бои уже полным ходом шли в центральных районах города. В тот период зеленый квартал на востоке резервации еще оставался одним из наиболее безопасных и спокойных мест во всем мусорном городе.

Первое время местным обитателям удавалось поддерживать жидкий нейтралитет в развязавшемся конфликте. Но когда эта странная гражданская война докатилась и до восточных окраин города, их миролюбивой общине пришлось обороняться. Небольшая часть мутантов, в основном это были представители пришлого из северных пустошей племени и несколько семей обитавших ранее в этом районе, решили занять самое крупное и крепкое здание в квартале и ждать помощи. Остальные же обитатели зеленого квартала попытались прорваться на юг, на территории, подконтрольные Совету. Но лишь немногие из тех, кто с боем умудрился выйти из окружения, смогли добраться до своей цели. Именно они и рассказали об оставшейся в зеленом квартале общине пришлых мутантов, и про многочисленный отряд боевиков Братства, взявших их в блокаду.

Эти несчастные мьюты, прибывшие в Мусорный город в поисках лучшей жизни из мертвых и опасных пустошей, сами того не ведая, оказались в центре настоящей войны. Вместе со своими женщинами и детьми, со своим скотом и скудными пожитками, они были вынуждены ютиться в этом старом здании, постоянно рискующем обвалиться, и держали каждодневную оборону от многочисленных врагов.

Стараясь не смотреть на окружавших его мутантов, Рассел сидел на узкой металлической кушетке у самого выхода из помещения. Подолгу разглядывая сырой и грязный потолок, он прокручивал в голове различные варианты дальнейшего развития событий, каждый раз придумывая что-то более устрашающее. Он не хотел сидеть в этом затхлом и мрачном зале, в окружении столь омерзительных созданий, но и уйти прямо сейчас он не мог. Рассел ждал, когда женщины мтюты заштопают раны Грегори. Одна из них уже осмотрела самого Рассела, сделав несколько стежков над глазом и выдав ему пузырек с обезболивающим – пахучей и горькой жидкостью.

Приближающиеся шаги старика он услышал еще издалека по знакомому скрипу шарниров. Улыбающийся и радостный Вильсон, который был слишком уж весел и беспечен для их незавидного положения, появился в дверном проходе. Нос был замотан бинтом, проходившим через все лицо, сквозь который слегка проступал кровавый развод. Следом за стариком в общий зал вошли еще двое: лидер местных мутантов, гибрид которого все называли доктором и Хамид, громко споривший с главой здешнего племени.

– Меня не волнует ваше мнение, у меня есть приказ, – разгорячено говорил Хамид, почти переходя на крик. – Здесь должен быть выход на крышу, нам необходимо подняться туда, любой ценой.

– Поймите, это опасно, – объяснял свою позицию доктор. Он был невысоким и худым стариком, с темной кожей и овальным лицом. – Вы окажетесь легкой мишенью для снайперов на соседних крышах…

– Мы и так уже попали под обстрел, а весь транспорт выведен из строя, так что эта излишняя осторожность в сложившейся ситуации совершенно бессмысленна. Мне обязательно нужно подать сигнал нашим войскам, они должны видеть, что отряд добрался до цели.

Потеряв всякое желание дальше перечить командиру экспедиционной группы, доктор обреченно вздохнул и знаком руки повел всех желающих на широкую бетонную лестницу, спиралью ведущую наверх. Грегори отказался от сложного для него подъема, зато кроме пары ополченцев, вслед за Хамидом отправились Брукс и Нил, которые хотели осмотреть район с крыши. Рассел пристроился в конце всей этой процессии.

Миновав шесть лестничных пролетов и чердачные помещения, они оказались на большой и плоской бетонной крыше, на которой было расставлено несколько железных бочек, с тлеющим в них огнем и пара мьютов в лохмотьях и с оружием, которые держали здесь дозор по приказу доктора.

Хамид выбежал в центр крыши, даже не подумав немного пригнуться и забыв о потенциальной опасности, которую представляли стрелки Братства, прятавшиеся в округе. Практически не целясь, он вскинул вверх свой автомат и выстрелил из подствольного гранатомета. Раздался сдавленный хлопок и красная сигнальная ракета рванула к светлеющему небу покрытому пеленой дождевых облаков, через тонкие разрывы которых уже занималось утреннее солнце. Как будто ответом на появление красного зарева, в течение нескольких секунд накрывшего весь район, в соседнем квартале среди бесконечных лабиринтов жестяных лачуг раздались одиночные выстрелы.

Нил толкнул в плечо Брукса, указав на возвышавшуюся у восточных окраин серую бетонную стену, которую было хорошо видно с крыши этого здания. От места их новой дислокации до стены резервации оставалось меньше одного километра и наемники стали обсуждать возможный способ добраться до нее.

Не обращая никакого внимания на их разговоры, Хамид словно вкопанный замер на месте, упрямо вглядываясь на юг, где над безмятежными водами реки возвышалась сияющая громадина гидростанции. Он заворожено ждал ответного сигнала, от которого зависела судьба всех его соплеменников и возможный исход гражданской войны в резервации.

Минуты потянулись тягучей лентой. Некоторое время спустя, ополченцы, уставшие ждать неизвестного ответа, покинули своего командира и расположились возле одной из жестяных бочек, греясь у дымного огня. Доктор скоро исчез в дверном проеме, отправившись на нижние этажи, к своим каждодневным обязанностям. Брукс и Нил устало присели возле кирпичной будки, где начиналась чердачная лестница, умиротворенно разглядывая серое дождливое небо. Утренний свет все сильнее пробивался сквозь небесные прорехи, наполняя собой всю округу и делая более различимыми многокилометровые сети жестяных хижин и каменных развалин.

Прошло еще около получаса, когда вдалеке над прибрежным районом раздался шум. Ответный сигнал, которого так долго ждал потерявший всякую надежду Хамид, наконец-то проявил себя, хоть и в несколько иной форме. Со стороны сверкающей цитадели гидростанции раздались первые выстрелы орудий, где-то вдали послышался грохот взрыва от упавших снарядов и крики людей. Затем утреннюю тишину разрезала канонада первых выстрелов. Вместе с этим, сквозь крики и шум стрекочущего оружия, был отчетливо уловим нарастающий гул, доносившийся с южного берега реки. Несколько секунд спустя, в небе над водозабором показался черный силуэт летающей машины

Огромная железная птица, расправив четыре заостренных узких крыла медленно плыла вверх, упрямо приближаясь к свинцовым тучам. С ее корпуса короткими всполохами голубого цвета вырывались струйки пламени из сопел двигателя. Спустя еще несколько секунд, боевой дрон, подобно чудовищной хищной птице рванул вперед, очертив под сводом серого неба длинную белесую дугу.

От его корпуса отделился один из снарядов. Отлетев всего на несколько метров в сторону, железное тело ракеты распалось на множество малых частей, которые веером рассыпались на полотне небосвода. Каждый из кассетных зарядов, с удвоенным ускорением рванул к земле, оставляя после себя тонкий горящий шлейф. В эту же секунду над горизонтом каменных развалин раздалась серия взрывов. Один за другим, по рядам нагроможденных жестяных лачуг поднимались столбы пламени, зарождавшие внутри себя едкие облака черного дыма. Грохот был такой силы, что его отголосок даже почувствовали те, кто наблюдал за ходом сражения с крыши кирпичной крепости.

Увидев как дрон, всего с одного залпа уничтожил первую линию баррикад в обороне сектантов, Хамид и его подручные солдаты тут же радостно закричали, сопровождая этот возглас пальбой из винтовок в воздух. Наемники молчали, сдержанно наблюдая за развитием событий. Выдав две длинные очереди по останкам баррикад из своих пулеметов, железная птица рванула к западной границе, готовясь к следующему заходу.

На земле раздались новые залпы орудий. Рик со своим отрядом наемников расчищал остатки обороны противника, не решаясь раньше времени прорываться в ближний бой. Однако со стороны бывшего квартала беженцев, показались первые броневики и несколько групп ополченцев, в желтых одеждах. Нестройными рядами они неожиданно кинулись в атаку на позиции противника, рискуя попасть под обстрел орудий наемников либо ракеты боевого дрона.

– Куда они поперлись? – тут же грубо крикнул Брукс, не отрывая взгляда от развернувшегося сражения.– Твои придурки, Хамид, твои критины. Почему они полезли в бой раньше времени? Что они делают?

– Я не знаю, – командир отряда был разгневан не меньше его и озлобленно отбивался от нападок наемника. – По плану, они должны были выступать только через полчаса. Я не отдаю им больше приказов и не могу знать, кто потащил людей в эту тупую атаку.

Но их спор был прерван вторым появлением небесного хищника. Пройдя гораздо глубже в оборону противника, дрон начал сыпать на своих врагов все имеющиеся у него запасы снарядов. Он почти не замирал на одном месте, стараясь постоянно описывать круги над центральными кварталами.

С земли тут же стартовали две ракеты, черными точками, оставляя после себя дымный шлейф, они понеслись на встречу к стальному чудовищу, истреблявшему десятки сектантов прямо с воздуха. Но дрон легко уклонился от них и ракеты ушли по навесной траектории дальше в небо. Под куполом свинцовых туч раздалось два коротких хлопка. Еще несколько секунд спустя, с земли полетела очередная бесполезная ракета, которая также промахнулась.

Уже не обращая никакого внимания на выступивших раньше времени ополченцев, Хамид радостно кричал, приветствуя успехи железной птицы – главного оружия в армии Совета Старейшин. Гибриды громко ликовали, размахивая винтовками и ликуя, теребили друг друга за плечи. Из кирпичной будки, ведущей на чердачную лестницу, высыпала группа мутантов, во главе со своим лидером и остатки экспедиционного отряда. Все они также приветствовали успехи железной птицы в развернувшемся воздушном сражении.

Но тут случилось неожиданное. С дальней окраины центрального района, в небо по очереди поднялись еще две ракеты, которые летели гораздо быстрее предыдущих, оставляя после себя густой хвост белого дыма. Обе этих ракеты направились точно по направлению к дрону, совершив крутую дугу под свинцовым куполом дождевых облаков. Четырехкрылая птица рванула в сторону, уходя дальше в глубины западных кварталов, но преследовавшие ее ракеты также изменили траекторию.

Боевой дрон рванул вверх, с бешеной скоростью начиная набирать высоту. Позади себя он оставлял снопы разлетавшихся в стороны горящих точек, веером падающих на землю. Но выпущенные сектантами ракеты не среагировали на ложные цели, и также устремились к серому небосводу, преследую железного хищника.

Поравнявшись со своей целью, одна из ракет взорвалась в небе гулким хлопком, оставив вместо себя сноп горящих искр и дымное облако разлетевшихся осколков. Дрон сильно дернуло в сторону, на мгновение, потеряв управление, он замедлился в полете, и в этот момент вторая ракета настигла его, ударившись в днище. По небу подобно раскату грома пронеслось эхо сильного взрыва. Из днища железной птицы сочился черный столб дыма. Закрутившись в воздухе как волчок дрон начал стремительно терять набранную высоту. Еще несколько секунд спустя он почти беззвучно упал на дальних окраинах резервации, навсегда скрывшись из поля зрения.

Еще несколько минут назад ликовавшая толпа мутантов погрузилась в гробовое молчание. Вдалеке по-прежнему слышались взрывы от артиллерийских снарядов и глухой клекот автоматных очередей.

– Нет, – из пересохшего рта Хамида с трудом вырывались слова, – этого не может быть. Откуда? Откуда у них эти ракеты?

Он обернулся к стоявшим позади него людям. Глаза командира экспедиционного отряда были мертвенно стеклянными, он непонимающе смотрел в лица своим солдатам, надеясь найти в них ответы на все мучившие его вопросы.

– Ты дурак, – слишком спокойно протянул Брукс, делая тяжелый выдох. – Ты еще не понял? Они кинули тебя, твои гвардейцы, они вас всех поимели.

– Но зачем? – искренне недоумевал гибрид. – Зачем они сделали это?

– Наверняка этот мудак майор сообщил сектантам о ваших планах наступления. О том, что у вас будет дрон, и о времени, когда вы станете его использовать. Он поимел вас всех, обе враждующие армии. А ты повелся на его рассказы, уши развесил, как уличная девка.

– Но для чего? Зачем они это сделали?

– Потому что ему наплевать на ваши жизни, я ведь тебе говорил. Гвардейцы стравили вас, чтобы было как можно трупов с обеих сторон. Не исключено что они сами и поставляли оружие сектантам, поэтому и не предупредили вас о наличии у них ракетной установки. Сегодня сектанты перебьют всех твоих и наших людей, а завтра захватать водозабор и Цитадель. А все что останется от их армии, потом вырежут сами гвардейцы. Или просто перекроют поставки еды в резервацию навсегда. Ты дурак, – после короткой паузы вновь повторил оскорбление наемник. – Ты подставил нас всех, мы все теперь трупы из-за тебя. Рик оказался прав, нельзя было никому верить.

Люди и мутанты, которые всего несколько минут радостно толпились на крыше каменной крепости, теперь длинной веренице побрели назад, сохраняя обреченное молчание. Со своего поста ушли даже часовые выставленные доктором. Ошарашенный произошедшими событиями командир отряда остался в полном одиночестве.

Он медленно сполз на холодный бетон, устало сев на колени. Его стеклянные глаза наполнились тонкой влажной пеленой.

– Я подвел их, – даже слова произнесенные шепотом тяжело давались его потрескавшимся губам. – Я подвел их всех. Мы проиграли, проиграли войну… и все из-за меня… это я во всем виноват…

Хамид повторял эти фразы снова и снова, не желая больше подняться с колен и не слушая канонаду ракетных залпов, которая донеслась со стороны центрального квартала и громогласной серией взрывов завершилась у самого берега реки Лисс. Его рука рефлекторно потянулась к рукоятке армейского пистолета, висевшего на поясе. У него еще оставались патроны. У него еще оставался последний выход.

***

Брукс назначил сам себя новым командиром, его кандидатуру поддержал Паттерсон, а Грегори и Рассел безмолвно приняли такое положение дел. После смерти своего прежнего лидера, пятеро оставшихся гибридов были вынуждены подчиняться людям, как наиболее ценным кадрам в сложившейся ситуации. Хотя надо отметить, что делали они это без явного сопротивления и даже излишне покорно. Все же матерые наемники, с механическими имплантатами на теле, вызывали у мутантов определенную степень уважения и страха.

К вечеру, когда стихла канонада взрывов и выстрелов, раздававшихся около водозабора, внутри кирпичного дома-крепости повисла и без того тяжелая атмосфера неизбежной катастрофы. Отчетливее всего, надвигающуюся страшную развязку ощущали наемники и оставшиеся в живых гибриды из отряда. Они прекрасно понимали, что как только сектанты покончат с сопротивлением последних бойцов ополчения, то смогут перебросить дополнительные силы, чтобы окончательно стереть этот дом в порошок, вместе со всеми прятавшимися в нем беженцами. Крепость, которая должна была стать долгожданным спасением, для десятков мутантов нашедших в ней пристанище, всего через несколько часов могла превратиться в их общую могилу.

Вы уверены, что другого выхода здесь нет? – как-то слишком спокойно для сложившейся ситуации спросил Брукс. – Нам нужно еще раз осмотреть все коридоры и подвалы, ведь здание очень большое. Здесь наверняка был какой-нибудь подземный ход или, может, спуск в канализацию.

Доктор был одет в белый потрепанный халат, поверх которого носил наброшенную на плечи серую офицерскую шинель, с ее рукавов и плеч были сорваны погоны и все знаки отличия. Его правая кисть оказалась забинтована, но он активно продолжал пользоваться ею, видимо ранения было не серьезным. Взгляд этого престарелого мутанта был холоден и спокоен.

– Поверьте мне, – также сдержано ответил доктор, – мы и сами вначале так думали. Но здесь совершенно ничего нет. Единственный доступный для нас выход наружу – это ворота на первом этаже, через которые вы и вошли в это здание. Больше мы никак не сможем покинуть его, других путей здесь попросту нет.

– Тогда мы здесь не в крепости, а в ловушке, – пессимистично заметил Брукс. – Даже если попытаемся проскочить ночью, все равно попадем под обстрел сектантов. Хотя, даже на такую безумную авантюру мы больше не способны, у нас попросту не хватит сил для осуществления прорыва. Все оставшиеся машины во дворе наверняка уничтожены, из тридцати солдат, что выехали из лагеря утром, нас осталось только девять. А у вас наберется, от силы человек десять-пятнадцать, способных оружие в руках держать…

– В нашем племени осталось шестнадцать охотников, – констатировал доктор.

Этот необычный гибрид с очень спокойными и умными глазами, казалось, совсем не был расстроен сложившимися обстоятельствами. По всей видимости, у него был свой собственный взгляд на их незавидное положение:

Но посмотрите на это с другой стороны, – тут же начал доктор. – У нас очень много запасов еды и воды, много оружия и патронов. Тем более что и качественных солдат у нас теперь стало значительно больше. Конечно, за счет вас и ваших людей прибавилось несколько лишних голодных ртов. Но, в конце концов, если разумно расходовать наши запасы еды, то здесь их хватит на несколько месяцев или даже год.

– Месяцы, – усмехнулся Брукс. – Но через несколько часов уже все может быть кончено. Вы наверняка даже не понимаете, что это был последний бой нашей армии, всей войны. Вы хоть представляете реально положение дел в Мусорном городе?

– Разумеется, нет, – с улыбкой легкой иронии ответил доктор. – Мы были заперты тут почти месяц и оторваны от всего, что происходит снаружи. Буду очень признателен, если вы посвятите меня в последние события.

Брукс посмотрел на доктора с легкой долей сожаления. Это было не свойственно жестокому наемнику, но в сложившейся ситуации он даже немного позавидовал, наивной неосведомленности лидера общины об их реальном положении.

– Последние новости предельно просты – все полетело к чертовой матери, – глубоко вздохнув начал Брукс. – Мы перестали слышать выстрелы у водозабора, а это значит, что последняя линия обороны перед дамбой пала и к утру, сектанты из братства займут южный берег реки и захватят гидростанцию. Фактически, уже весь Мусорный город оказался в их руках.

– Значит, нам уже некуда эвакуировать наших людей, – задумчиво произнес доктор, видимо, до конца еще не понявший смысл рассказа наемника. – И другой помощи извне нам ждать не придется.

– Откровенно говоря, – Брукс немного замялся, произнося эти слова. – Вам и прежде не оказали бы помощь. Целью нашей операции было не спасение вашей общины, вы уж извините... Нас интересовало другое. От тех немногих людей из зеленого квартала, которые добрались до берегов реки живыми, Совету стало известно о вашей общине, которая прибыла из пустошей, а также о том, какой ценный груз вы привезли с собой.

– Значит, вас интересовало только наше оружие, я так полагаю, – совершенно равнодушно проговорил доктор. – Не скрою, оружие редкое и очень мощное, достать такое сейчас крайне сложно. Оно из довоенных запасов. Это вам наверняка тоже известно?

– Верно, – кивнул Брукс. – Задачей нашего отряда было вывезти как можно больше оружия и боеприпасов для нужды ополчения, по возможности забрать съестные припасы и медикаменты, если они погрузятся в машины. Все остальное, что мы не смогли бы вывезти из этого места, необходимо было взорвать. Эта цель была первичной задачей нашего рейда на север. Но теперь, когда весь транспорт уничтожен, а контратака ополчения захлебнулась, это все уже не имеет никакого значения.

– И что вы намереваетесь делать теперь? – тут же спросил его доктор.

Брукс задумчиво посмотрел на трех человек стоявших позади него, возможно последних живых людей в резервации мутантов:

– Уже ничего нам не остается, мы будем до последнего обороняться здесь. И когда они захватят это здание, я приложу все возможные усилия, чтобы выполнить последний приказ нашего отряда до конца. Придется взорвать тут все запасы оружия и боеприпасов, другого выхода я не вижу. Никому из ваших людей сектанты не дадут выбраться из этой западни живыми.

Последняя фраза наемника прозвучала слишком обреченно, но в решительность его действий поверили все. Каждый солдат, кто стоял в этот момент рядом с Бруксом, понял, что тот не станет блефовать. Помрачнел даже ранее спокойный доктор. Судя по всему, он только сейчас начал по-настоящему осознавать всю безысходность их положения. Двое охотников-мутантов стоявших все время поблизости переглянулись и вопросительно посмотрели на своего лидера. Тот сделал несколько коротких шагов назад, задумчиво отойдя от наемников, и тут же резко обернулся вновь:

– Все на самом деле так плохо как вы говорите, это точная информация? У нас действительно нет никаких шансов выжить? – с последней надеждой в голосе спросил доктор.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю