Текст книги "Экзобарон. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 31 страниц)

Глава 15

Катерина покинула мою опочивальню около полуночи, так что я отлично выспался и прямо с утречка, едва приняв ионный душ и позавтракав, занялся делами.

Прежде всего – документами, которые подготовил на рассмотрение и подпись Котов. В основном, они касались различных выплат и доходов. Прибыль постепенно увеличивалась, но и траты росли. Впрочем, главное не накопительство, а целесообразные вложения, идущие на пользу развития инфраструктуры.

Затем явился Садко и отчитался о строительстве новых зданий. По большей части, заводов. Особенно меня интересовали сроки возведения сталелитейного. Ну, и оборудование требовалось, конечно.

Помимо этого, я выслушал рассказ о том, сколько новых специалистов было куплено, нанято и принято на военную службу. Приятно удивляло, что поток желающих связать судьбу с бароном Коршуновым не иссякал. Не то чтобы был прямо ажиотаж, но на пока ещё скромные нужды претендентов хватало.

– Это всё здорово, – проговорил я, когда ИскИн закончил доклад по персоналу. – И я рад, что у нас прибавилось техников, однако как обстоят дела с освоением технологий нападения? Мы ведь должны не только защищаться. При большом численном превосходстве противника преимущество в силовых полях сойдёт на нет.

– Боюс‑сь, Млада Георгиевна и её с‑сотрудники пока на начальном этапе ис‑следований. Мне поторопить их?

– А это имеет смысл?

– С‑сомневаюс‑сь, мой барон. Нас‑сколько я могу с‑судить, техники работают в лаборатории на пределе возможнос‑стей.

– Тогда не нужно. Но как только первые образцы нового вооружения будут готовы к серьёзным испытаниям, сообщи.

– Непременно, барон.

Таким образом, до половины третьего я не покидал кабинет. Даже на перекус не прерывался – прямо за письменным столом выпил зелёного чаю с бутербродом.

После обеда за пиратскими сокровищами должен был отправиться один из моих кораблей. Всего шесть капитанов, не считая Хана Чжоу, согласились обменять награбленное на комфорт и безопасность, так что именно столько схронов, раскиданных по разным секторам внешнего космоса, предстояло обчистить.

Хорошенько всё обдумав, я решил, что нельзя посылать сразу за всеми – это лишит планету большей части флота. Да, прямо сейчас опасаться, вроде бы, нечего. Но кто знает? Я ведь не могу предугадать шаги всех своих врагов. Лучше оставаться настороже и подстраховаться.

Так что в путешествие за золотым руном пока предстояло отравиться только одному кораблю.

Я лично проследил по переданному с камер изображению, как судно вошло в бран‑пространство и исчезло из системы Артемиды.

Вернулся корабль поздним вечером следующего дня. Не с таким знатным уловом, какой мы забрали с планеты, где находился тайник Хана Чжоу, но тоже весьма приличным. К моему приятному удивлению, среди сокровищ обнаружились сосуды с концентратом Эликсира Причастия. Очевидно, пираты либо напали на судно Синода, либо на другое, перевозившее его вместе с другими товарами. Именно в виде концентрата Эликсир доставляют на различные хабитаты Империи, где священники разводят его и дают пастве.

Что ж, будет, чем отдать Церкви десятину. Такие вот сосуды ничем не хуже самих желёз кайдзю.

Я поручил Садко рассортировать сокровища и немедленно выставить на продажу те, которые не могли пригодиться мне.

На следующий день корабль снова отправился в путь. Да, такие путешествия расходовали хронид, но эти траты с лихвой окупались тем, что припрятали пираты. Кроме того, среди сокровищ попадались любопытные вещицы, которые ИскИну предстояло исследовать на предмет выявления новых технологий.

Ближе к вечеру я отправил Садко уведомить наложниц, что жду их в бассейне. Пришло время выбрать ту, которая отправится со мной на бал.

* * *

– Господин, вы уже приняли решение, кто победил? – спросила меня Арина, когда мы лежали на одной из огромных кроватей, застеленной чёрным шёлком.

Два такие специально принесли в зал с бассейном. Так же, как диван, плетёные стулья, стол и несколько изысканных блюд, а также прохладительные напитки.

Катерина плавала на спине, плавно загребая то одной рукой, то другой. Её великолепное тело в свете искрящихся хрустальных люстр выглядело слепленным из чистого мёда.

Цао Фэн каталась на одной из пантер. Будучи невысокого роста, она выглядела на мускулистом животном настоящей наездницей, хоть и крепко держалась за белую шерсть. Поначалу девушки опасались оседлать хищников, но постепенно осмелели, и теперь с прелестного личика Цао Фэн не сходила по‑детски восторженная улыбка. Поскольку она была полностью обнажена, как и две другие наложницы, то практически полностью иллюстрировала картину «Вакханка на пантере» Адольфа Уильяма Бугро. Только была куда стройнее дамы, изображённой на том полотне, и её прелести не скрывала никакая ткань, целомудренно наброшенная на бёдра автором картины.

– Принял, – ответил я. Наши эротические игры длились не один час, и мы малость притомились. К тому же, были несколько отягощены едой и питьём. – Думаю, вам понравится моё решение.

– Ну, одной из нас точно, – сказала Арина.

– Вы все пойдёте со мной.

– Все, господин⁈ – поразилась девушка.

– Почему нет?

– Но… так не принято.

– Знаю. Но к чёрту условности. Это моя планета, мой замок и мой бал.

– О, Боже! Господин, я… даже не знаю, что сказать!

– А я не могу отдать предпочтение ни одной из вас.

Вскочив с постели, Арина замахала руками, привлекая внимание подруг.

– Девчонки, господин сказал, что мы все пойдём на бал!

Когда возгласы, удивление и хлопки в ладоши малость стихли, я сказал:

– Вам понадобятся платья. Завтра отправитесь в город, пройдётесь по магазинам и купите то, что подойдёт для бала. В этом я полагаюсь на ваш вкус.

После этого, само собой, пришлось выдержать ещё один шквал восторга. А потом – последний раунд плотских утех. Уже не знаю, придала ли девушкам сил новость о том, что их ожидает шопинг, или то, что они все отправятся бал – а может, и то, и другое – но они были в ударе. Прямо словно второе дыхание открылось. Словом, если в зале и были истинные пантеры, то звали их Арина, Цао Фэн и Катерина.

Начало следующего дня я провёл, занимаясь каллиграфией. Пока Садко не нарушил моё уединение сообщением о появлении кайдзю.

– Второй уровень, мой барон, – добавил он. – Будет возле нас‑сос‑сных с‑станцией через девять минут.

– Не будет, – ответил я, споласкивая кисточку.

Чудовище я заметил практически сразу, как вылетел из замка.

Огромная туша двигалась к краю рифта, покачиваясь на двенадцати непропорционально тонких, длинных ногах. С его головы свисали и медленно извивались шесть отростков, напоминавших слоновьи хоботы. Из хребта торчали острые кривые шипы, а на выпуклых боках виднелись бледные разводы, испускавшие призрачное сияние, заметное даже среди бела дня. Издалека кайдзю напоминал слонов с картин Сальвадора Дали.

– Иолай, есть советы, как разделаться с этой тварью поскорее? – спросил я.

– Ждал, что вы спросите, о, великолепный витязь! – немедленно откликнулся арсенал. – И счастлив поделиться имеющейся информацией. Этот тип кайдзю называется «ходульник» и кажется не слишком опасным, однако его хоботы представляют немалую угрозу. Каждый из них способен выбрасывать едкую слизь, быстро разъедающую даже металл. Органика же разрушается практически мгновенно. Рекомендую не попадать под выстрелы этого чудовища.

– Садко, ты слышал?

– Так точно, мой барон, – раздался в салоне глайдера голос ИскИна.

– А как его прикончить? – поинтересовался я, вставая, чтобы пристегнуться в проёме бокового люка. – Желательно побыстрее.

– Полагаю, это не составит труда, мой отважный повелитель, – ответил Иолай. – В теле ходульника органы способны перемещаться, так что попасть в них непросто. К тому же, они почти все продублированы.

– Это меня не удивляет.

– Я бы рекомендовал, прежде всего, обездвижить монстра. У него много ног, однако с вашим Даром перебить их не проблема, не правда ли?

– Сейчас и узнаем, – ответил я. – Давай клинок.

Палить по каждой конечности в отдельности – слишком долго. Этак тварь успеет добрести до станций. Лучше попробую лишить её всех ног разом.

– Когда чудище будет обездвижено, вы сможете его спокойно хоть нашинковать, о, воин всех времён, – закончил Иолай, передавая мне по воздуху клинок.

– Чуть пониже, Садко, – сказал я. – Мне нужно выйти на линию атаки. Зависни на уровне коленей этого урода.

Как только глайдер выполнил озвученный маневр, я взмахнул мечом, хорошенько напитав его магией. Синий сверкающий полумесяц сорвался с него, стремительно пронёсся по воздуху, рассекая пространство, и прошёл сквозь все двенадцать конечностей чудовища. Обрубки начали падать в разные стороны, словно разом поваленные деревья. Массивная туша рухнула в кипящий зелёный газ. Кайдзю издал трубный вопль и заворочался, пытаясь подняться. Его культи были достаточно длинны, чтобы оторвать тело от поверхности рифта, но тварь могла лишь копошиться и почти не продвигалась вперёд.

– Отличный совет, Иолай! – сказал я и провёл следующую атаку.

На этот раз синяя дуга рассекла тушу монстра вдоль хребта, развалив её на две огромные части.

– Рад служить, светозарный рыцарь! – отозвался арсенал. – Но не забывайте о регенерации, умоляю!

И правда: на местах рассечений быстро появлялись тугие и толстые жгуты растущей плоти, которые тянулись друг к другу, чтобы соединить изувеченное тело воедино.

Допускать этого было нельзя. Так что я вовсю заработал клинком, разделяя монстра на куски, которые падали в рифт.

– Садко, проведи глайдер ближе, чтобы я видел внутренние органы этого урода.

Машина плавно двинулась вперёд, увернулась от выброшенного одним из хоботов сгустка вязкой чёрной слизи и промчалась над телом кайдзю, пока не зависла примерно посередине его останков. С этой позиции отлично были видны цели, которые предстояло поразить.

– Иолай, винтовку!

Как только оружие оказалось в моих руках, я принялся поражать органы кайдзю один за другим.

Это заняло несколько минут. Наконец, Садко остановил меня:

– Мой барон, я наблюдаю прекращение попыток регенерации чудовища. С‑смею предположить, что оно мертво.

Опустив винтовку, я секунд десять внимательно смотрел на останки колоссальной туши, пытаясь уловить хотя бы малейшее движение.

Но его не было. ИскИн был прав: кайдзю отдал концы.

Что ж, это оказалось проще, чем я ожидал. Но, возможно, другие чудовища будут опаснее, чем это.

Как ни крути, а я потратил почти двадцать минут, чтобы разделаться с этим кайдзю. И это имея разблокированный Дар. Что же будет со следующим уровнем чудовищ? Наверняка убивать из окажется ещё труднее. Право, с космическими кораблями было, в каком‑то смысле проще.

Так что рифт нужно увеличивать постепенно и не торопиться. Не замахиваться на кусок, который не можешь проглотить. Рассечь гиганта – полдела. Нужно ещё поразить его жизненно важные органы, да успеть до того, как он регенерируется. А насколько мне известно, у более высокоуровневых чудовищ этот процесс происходит куда быстрее.

– Иолай, забери оружие, – распорядился я. – Садко, вызывай бригаду ботов.

– Она уже в пути, мой барон. Вам угодно получить часть этого с‑существа?

– Да, как обычно.

Наблюдать за тем, как роботы вырезают из тела монстра железы, Зерно и светящуюся секрецию, я не стал. В этом можно было целиком положиться на Садко. Тварь я порубил на такое количество частей, что с доступом внутрь тела никаких проблем у ботов возникнуть не могло. Так что я отправился в замок, стараясь не вслушиваться в дифирамбы, которые арсенал пел мне с неутомимостью и энтузиазмом, достойными куда лучшего применения.

Спустя полчаса в мои покои был доставлен кусок кайдзю, из которого я извлёк ДНК и встроил в свой геном. Ещё несколько таких тварей, и у меня будет регенерация. Убивать чудовищ она мне не поможет, но в жизни пригодится. То есть, конечно, лучше бы нет. В смысле – надеюсь избежать ранений. Но иметь такую способность никогда не лишне.

Вечером вернулся корабль, посланный забрать пиратские сокровища.

Я лично просмотрел составленную ИскИном опись, выслушал его соображения насчёт их распределения и внёс пару небольших корректив. Некоторые ресурсы могли пригодиться в будущем, так что их я велел оставить.

Особенно же меня заинтересовала одна позиция в списке.

– Это действительно то, что ты указал? – спросил я, ткнув в неё пальцем. – Уверен?

– Так точно, мой барон. С‑сомнений быть не может. Полагаю, вы захотите ос‑ставить её с‑себе.

– Даже не сомневайся!

– Я так и думал. С‑считаю с‑своим долгом напомнить, что владение машиной Шварценбергов противозаконно.

– Да‑да, знаю. Надеюсь, ты не размахивал этим списком перед носом у всех подряд?

– Нет, мой барон. Его с‑содержание с‑сохранено в с‑секрете.

– Отлично. Я хочу взглянуть на эту машину.

В конце концов, одна такая была использована при попытке убить меня. Было любопытно разобраться, как она работает и настраивается.

– Бот с‑сейчас‑с дос‑ставит её, мой барон, – произнёс Садко. – Я был уверен, что вы заинтерес‑суетес‑сь этим предметом.

– Сообразительности тебе не занимать.

– Благодарю, мой барон.

Через несколько минут явился маленький робот из числа обслуги замка и приволок жёлтый пластиковый ящичек, который положил на стол.

Отстегнув защёлки, я поднял крышку и уставился на маленькое устройство, больше всего напоминавшее механического паука.

– Я так понимаю, инструкции к этой штуке нет?

– Нет, мой барон. Но я позволил с‑себе разобратьс‑ся в принципах её экс‑сплуатации.

– Это радует. Просвети же меня, как натравить её на цель.

– Вы планируете ус‑странение кого‑то конкретного, мой барон?

– Нет. Просто хочу знать, как машина работает. На всякий случай.

– Понимаю. Прежде вс‑сего, её необходимо включить. Для этого нажмите вот на эту кнопку, – аватар указал на едва различимую деталь устройства, расположенную у него на спине.

В течение следующего часа я разбирался с новой игрушкой, следуя советам Садко. В принципе, оказалось, что в настройке машины нет ничего сложного. Явно она создавалась в расчёте на то, что любой сможет ею пользоваться.

– Храни её и береги, – велел я, когда закончил. – Не думаю, что пригодится, но мало ли. Жизнь – штука непредсказуемая.

– Мудрые с‑слова, мой барон.

– Ну, это не я придумал. Ладно, пусть бот это унесёт.

Жаль, конечно, что «паук» самоликвидируется при попытке его вскрыть и изучить. С другой стороны, иначе Империю уже наводнили бы такие вот устройства, и никто не чувствовал бы себя в безопасности.

– Ещё кое‑что, мой барон, – проговорил Садко. – Ес‑сли позволите.

– В чём дело?

– Вы велели с‑сообщить, когда будет обус‑строена больница. Могу уведомить, что доктор Герц, с‑следуя вашему приказу, рас‑спределил назначения между нанятым медперс‑соналом. Также гос‑сподин Котов заказал недос‑стающую час‑сть оборудования. Его должны дос‑ставить в течение трёх‑пяти дней.

– Прекрасно. И чем сейчас занят доктор?

– В данный момент он на кухне.

– Неужели? Готовит?

– Да, мой барон. Они с‑с вашим поваром проверяют рецепты, которые доктор с‑сос‑ставил для бала в чес‑сть тезоименитс‑ства.

– И как их успехи?

– Затрудняюс‑сь с‑судить. Мне кажетс‑ся, они не с‑совс‑сем нашли общий язык.

– Ну, это меня не удивляет. Повар бунтует?

– Полагаю, он недоволен, что на его кухне обос‑сновалс‑ся не профес‑сионал.

– Понимаю его. Мне бы такое тоже не понравилось. Схожу‑ка посмотрю, что они делают. Заодно познакомлюсь, наконец, с тем, кто меня кормит, – я двинулся к двери, но тут же остановился. – Думаю, тебе придётся меня проводить. Я понятия не имею, где в замке кухня.

– Разумеетс‑ся, мой барон. Прошу, с‑следуйте за мной.

Добираться пришлось недолго. Правда, оказалось, что кухня расположена парой этажей ниже, так что я воспользовался лифтом. Кабина поднималась и опускалась безо всяких тросов – исключительно с помощью контроля гравитации.

Когда я вошёл в большое, чистое и светлое помещение, облицованное белым кафелем и сверкающее сталью, то сразу увидел доктора Герца и невысокого, плотного человечка с пышными чёрными усами. Оба были в фартуках и поварских колпаках.

Склонившись над столом, где были разложены продукты в разной степени разделки, они увлечённо спорили.

– А я вам говорю, Леопольд Демидович, что нельзя класть чёрный перец горошком! – возмущённо говорил усатый, потрясая бумажным кульком. – Это совершенно неприемлемо! Только молотый! Жан‑Поль знает, что делать! Он учился в лучших заведениях Империи! А что знаете вы, господин доктор⁈ Я вас спрашиваю! Вы любитель. Таланта мало – тут нужно знать!

– Господин Арно, – не менее эмоционально ответил Герц, – я ни в коем случае не умаляю ваших знаний, но это мой рецепт, и мы должны опробовать его! Если я окажусь не прав, сделаем по‑вашему!

– Если! – всплеснул руками повар. – Жан‑Поль и так вам скажет прямо в глаза, что получится плохо! Я отказываюсь переводить продукты! Эксперименты – это, конечно, хорошо, но очевидно, что вы совершенно не понимаете принципы аристологии!

– А вы, господин Арно, относитесь к аристологии всего лишь как к науке!

– Это и есть наука, Леопольд Демидович!

– Нет, это искусство!

– Так вы, значит, творец⁈ – в голосе повара появились откровенно саркастические нотки.

– Именно, господин Арно! А вы… вы просто…

Пришлось кашлянуть, чтобы привлечь внимание и остановить растущее противостояние. Ещё не хватало, чтобы кулинары устроили драку прямо среди птичьих окорочков и баклажанов.

Доктор и повар резко обернулись и застыли, словно истуканы, оторопело глядя на меня.

– Прошу прощения, господа, – проговорил я. – Могу я прервать ваш спор и узнать, как продвигается подготовка к грядущему празднику? Если это не слишком нарушит ваши планы вцепиться друг другу в глотки, конечно.

Глава 16

Первым отреагировал доктор Герц. Вероятно, потому что уже знал, кто я такой. Он быстро поклонился и сказал:

– Ваше благородие, мы не ожидали увидеть вас здесь!

Повар взглянул на него, потом – на меня и тоже поклонился.

– Господин экзобарон! – проговорил он. – Прошу простить за эту сцену!

– Ничего. Главное не поубивайте друг друга. Мне бы не хотелось лишиться ваших прекрасных блюд, господин Арно.

Повар немедленно просиял.

– Ваша оценка слишком лестна для скромного Жана‑Поля!

– Вы чудесно справляетесь со своими обязанностями. Надеюсь, вас не оскорбляет, что я попросил господина доктора внести свой вклад в меню бала?

– О, нисколько! Леопольд Демидович обладает… весьма любопытными идеями. Полагаю, это будет полезный эксперимент.

– Рад слышать. Расскажите, над какими рецептами вы сейчас работаете, и что в планах. Я не собираюсь вас контролировать – просто интересуюсь.

– Господин барон большой ценитель хорошей пищи, – сказал Герц.

– Разумеется! – кивнул Арно. – Прошу, ваше благородие, подходите ближе. Сейчас мы обсуждаем жаркое из мяса с картофелем.

Некоторое время повар и доктор наперебой объясняли мне, что они собираются делать и как. Рецептов Герц составил штук двенадцать. Почти все они вызывали у Арно нарекания.

В конце концов я понял, что нельзя оставлять их вдвоём. Переругаются и ничего толком не сделают. Поэтому я сказал:

– Что ж, господа, вам удалось меня заинтересовать. Пожалуй, я покулинарю вместе с вами. Очень уж хочется опробовать рецепты доктора. Если, конечно, вы, господин Арно, не возражаете.

– О, Жан‑Поль почтёт за великую честь, ваше благородие! – волнуясь, воскликнул повар.

– Найдётся у вас лишний фартук?

На эксперименты ушёл весь остаток дня. Надо отдать доктору должное, его рецепты, по большей части, себя оправдали. Разумеется, мы не могли принять все. Выбрали только те, которые получили одобрение каждого участника.

– Господин барон, – сказал Арно, когда я начал снимать фартук. – Мне нужно вам кое‑что сказать насчёт бала.

– Попробую угадать. Вам потребуется персонал?

– Да, ваше благородие. Предстоит много работы, но, когда речь идёт о том, чтобы отстоять честь своего господина, Арно забывает о себе! Тем не менее, приготовить нужное количество еды одному к такому событию, как бал, просто невозможно.

– Я передам советнику, чтобы он озаботился этим вопросом, господин Арно.

– Это будет просто замечательно, ваше благородие!

Собственно, я поручил Садко запрячь Котова, как только покинул кухню. Праздник не за горами, и откладывать такое дело было нельзя. В том, что поверенный справится, я не сомневался. В городах Авроры, конечно, часто устраиваются балы, а значит, должны быть и агентства по подбору персонала.

Была у меня также мысль нанять официантов, но я от неё отказался. Хватит и стюард‑ботов. В конце концов, лишних денег нет, а выпендриваться незачем. Пусть местные аристократы видят, что барон Коршунов не из тех, кто пускает пыль в глаза. Они тут сами деловые – на планетах‑губках других не бывает – так что должны оценить экономию куда больше транжирства.

Третий посланный за пиратскими сокровищами корабль на следующий день не вернулся. Пришли только координаты его последнего местопребывания (ИскИн должен был передавать их после каждого прохода через мост Эйнштейна‑Розена).

Само по себе это не вызывало бы тревогу – путь до схрона и обратно мог занять и не одни сутки. Однако Садко не смог выйти с кораблём на связь. И это было странно.

Я решил, что, если судно не прибудет и на следующий день, а связь не восстановится, то отправлюсь его искать.

* * *

Кайдзю был покрыт косматым грязно‑белым мехом, из которого на непропорционально большой голове торчали чёрные блестящие шипы – словно она представляла собой гигантскую средневековую палицу. Короткие толстые лапы двигались медленно, передвигая по рифту могучее тело.

– Что любопытного расскажешь про этого красавца? – поинтересовался я у арсенала, наблюдая за величественным шествием колоссального чудовища, рассекавшего зелёный газ подобно айсбергу. – Желательно сразу по делу: чем опасен, и как побыстрее убить.

– Понимаю, храбрейший из храбрейших, – отозвался Иолай. – Данный вид кайдзю называется «змеязык». Дело в том, что он умеет выбрасывать из пасти нечто вроде щупалец, которые…

Именно в этот момент чудовище раскрыло широченный рот (при этом башка словно распалась на нижнюю и верхнюю половины), и из него вылетели четыре ярко‑красных «каната» плоти, которые совсем не походили ни на щупальца, ни на языки – это были толстые, перевитые мускулами жгуты плоти. Монстра и крайние насосные станции разделяли метров двести, но длины этих жутких отростков хватило, чтобы достать до них! Раздался грохот, и постройки, в которые вонзились «щупальца», начали разрушаться прямо на моих глазах. Атака заняла всего несколько секунд: жгуты втянулись в пасть кайдзю так же быстро, как вылетели. Невольно вспомнилась лягушка, ловящая языком насекомое.

– Вот об этом я и собирался сказать, – заявил Иолай. – Полагаю, это максимальное расстояние атаки кайдзю. Обычно они тонко чувствуют такие вещи.

– Да неужели? – отозвался я, глядя на то, как две станции превращаются в руины. – Давай сюда клинок.

Мне в ладонь легла покрытая чёрным эластомером рукоятка.

– В целом, змеязыки ничем особенным не отличаются, – сказал арсенал. – Как у большинства тварей второго уровня, у них есть не слишком быстрая регенерация и удвоение органов. Полагаю, вам стоит…

В это миг кайдзю раззявило гигантскую пасть, в которой легко уместилась бы пара автобусов, и выбросил красные щупы.

Я резко взмахнул клинком, посылая им наперерез синий полумесяц магической энергии. Он летел вертикально и прошёл сразу сквозь все отростки чудовища.

Обрубки рухнули в кипящий хронид, а то, что осталось в пасти кайдзю, затрепетало, разбрызгивая кровь и слизь. Монстр издал протяжный вопль, запрокинул голову и присел на задние лапы. Можно было подумать, что он пытается заглотить гигантского осьминога.

Я ударил горизонтально, срезав верхнюю часть покрытой шипами головы. Месте с ней в рифт рухнули несколько «языков».

Кайдзю забилось в конвульсиях, белая шерсть встопорщилась, будто по ней пустили ток. Тварь подскочила и рванула вперёд, мотая обрубком башки.

Я рассёк её вертикально, развалив на две огромные части.

Садко подвёл глайдер ближе – так, чтобы стали видны внутренности монстра. Я сразу заметил пару здоровенных сердец, продолжавших сокращаться, перегоняя кровь.

– Винтовку!

Иолай заменил клинок на пушку. Уперев покрытый искусной резьбой приклад в плечо, я навёлся на правое сердце и выстрелил. Синий заряд вонзился в него, разнеся на ошмётки.

Садко развернул глайдер, чтобы я мог поразить второе сердце.

И в этот момент один из обрубков щупалец метнулся к нам. ИскИн едва успел накренить машину, чтобы избежать попадания. Меня мотнуло так, что, не будь я предусмотрительно пристёгнут, переломал бы половину костей. А так пришлось только покрепче сжать пальцы, чтобы не выпустить винтовку.

– Выше! – велел я.

Глайдер взмыл над останками кайдзю. Щупальце потянулось следом, но то, что от него осталось, было коротковато.

Взяв второе сердце на прицел, я нажал на спусковой крючок.

Спустя полчаса мне доставили в пробирке кусочек кайдзю. Как только я интегрировал его гены в свою ДНК, стало ясно, что скоро паззл катушки тварей второго уровня будет собран.

Конечно, скорость восстановления у кайдзю второго ранга невысокая. Но я полагал, что её можно будет увеличить, поглощая ДНК тварей более высоких уровней.

Кроме того, я рассчитывал завладеть геномами чудищ, обладающих особой атакой, которую обычно называют «выброс». Кайдзю третьего ранга и выше продуцируют что‑то вроде фиолетовой молнии огромной разрушительной силы. Конечно, чем выше уровень твари, тем мощнее её атака, но даже действие монстров третьего ранга впечатляло.

Вот такая способность мне бы пригодилась. Правда, её появление будет трудно объяснить. Но ведь свидетели не всегда есть. А иметь козырь про запас – иногда залог твоей жизни.

В общем, овладеть «выбросом» было бы очень недурно. Так сказать, про запас. Не мне упускать возможности‑то.

Правда, учёные‑ксенобиологи установили, что для подобной атаки кайдзю требуются особые кристаллы, которые производятся самим чудовищем. Примерно как устрицы растят внутри себя жемчужины. На каждый «выброс» расходуется один кристалл. Поэтому количество атак ограничено и зависит от уровня кайдзю.

Если мне удастся заполучить данную способность, то, видимо, придётся собирать кристаллы и учиться их использовать. Пока не представляю, как.

Ну, да буду решать проблемы по мере их поступления.

Ещё меня весьма интересовали кайдзю седьмого и восьмого уровней, которые обладали различными магическими способностями. Увы, чтобы собрать паззл такого генома, нужно истреблять тварей конкретного типа.

Кроме того, интегрировать слишком много чужих ДНК опасно. Знавал я случаи, когда генокрады жадничали. Ничем хорошим для них это не кончилось. Теряли контроль над телом и превращались в монстров. Большинство при этом сходило с ума, и их приходилось ликвидировать. Так что быть метаморфом – та ещё задачка. Лучше иногда избавиться от лишних моделей, чем рисковать. Ну, и постоянный самоконтроль, конечно. Без этого никак. Недаром в Кодексе Веры говорится, что владеющий собой сильнее завоевателя города. Ведь, и правда, для победы над врагами внутренними почти всегда требуется больше сил, терпения, усердия и мудрости, чем над внешними.

Тем не менее, этих последних сбрасывать со счетов тоже нельзя.

Посланный за пиратскими сокровищами корабль так и не вернулся, связи с ним по‑прежнему не было. В моём распоряжении имелись только координаты его последнего выхода из бран‑пространства. Негусто, если честно. Отыскать судно по таким скудным данным будет не так‑то легко. Но я не собирался бросать корабль и команду. Что бы с ними ни случилось, нужно приложить все усилия, чтобы их отыскать.

Пришло даже в голову, что судно могла постичь та же участь, что фрегат‑разведчик Синода. Но я усомнился, что такие совпадения вероятны. Тем более, что корабль отправился совсем в другой сектор внешнего космоса. Впрочем, исключать ничего нельзя.

Я лишь наделся, что не попаду под воздействие психической атаки. С другой стороны, едва ли мне удастся ей противостоять.

Если бы вопрос был только в сокровищах, никуда бы я не попёрся. Соваться в воду, не зная броду – так себе решение. Но на корабле были люди. Которых я отправил забрать награбленное пиратами. И бросить их было бы неправильно. Ни один правитель, пренебрегающий подчинёнными, не может рассчитывать на преданность.

Так что через час после интеграции генома змеязыка, я уже поднимался на борт присланного за мной парома «Иерихона».

Корабль был загружен автоматическими истребителями, боеприпасами, сателлитами, ловушками и мехарыцарями. Если на первое судно напали, нужно быть готовым к стычке. Кто знает – быть может, оно встретилось с пиратским отрядом. Или еретиками. Да мало ли во внешнем космосе всякой шушары.

«Иерихон» покинул систему Артемиды в половине четвёртого по времени Авроры. Поскольку у нас имелись данные обо всех перемещениях «Сирина» (так назывался пропавший корабль), ИскИн построил мост Эйнштейна‑Розена сразу к конечной точке, минуя промежуточные.

Путешествие заняло почти одиннадцать часов, и, наконец, «Иерихон» вышел из брана в секторе, на официальные астрокарты не нанесённом, а потому названия не имеющем.

Я всматривался в усыпанную звёздами холодную тьму, застывшую на экране капитанского мостика. Вдалеке виднелось жёлтое светило, вокруг которого вращались планеты этой системы. Просто каменные глыбы и газовые гиганты, лишённые имён. Даже у звезды его не было.

И где тут может быть «Сирин»? Насколько далеко он удалился от точки выхода из брана? А что, если его угнали?

Следовало признать, что в таком случае обнаружить корабль не удастся.

– Господин экзобарон, – раздался голос ИскИна. – Сканирование ближайшего пространства обнаружило сигнал чёрного ящика. Он исходит с третьей планеты. Будут ли какие‑то распоряжения?

– Прямо с планеты? – спросил я.

– Не могу ответить точно, барон. Возможно, с орбиты. Нужно подойти ближе, чтобы это понять. Но визуально определить присутствие возле планеты корабля мне не удалось.

– Хорошо, – сказал я, чуть подумав. – Полная боевая готовность. Предупредить мехарыцарей. Курс на сигнал.

«Иерихон» двинулся сквозь чёрную пустоту на выручку своему собрату.

* * *

Николаевск‑12 Максу фон Крамму не понравился. Как и почти все небольшие города на планетах, где, в основном, добывали ресурсы. Даже пребывание в роскошном отеле знаменитой на всю Империю сети «Любава» не скрашивало посланнику пребывания на Авроре. Его раздражала духота, царившая под куполом, раздражало отсутствие даже слабого ветерка. Раздражал даже портье, который слишком много болтал, прежде чем убраться из номера, в надежде получить чаевые побольше.