Текст книги "Ты мне очень нравишься. Но... (СИ)"

Автор книги: Вера Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)

– Вы удивительно дерзки, как только разговор заходит о молодых слугах. К чему бы это?

– Да с пожилыми я стараюсь быть ещё любезнее! У них опыта больше, знаний и возможностей как помочь, так и подгадить… Слушайте, вы что – ревнуете, что ли? – Лара неверяще смотрела на собеседника.

Он вдруг залился краской, неровно, пятнами, и это, пожалуй, даже больше походило на гнев, а не на смущение. Тем более что губы почти сразу открыли зубы в неприятной усмешке.

– Ревную? Вы в своём уме, сударыня? Я думаю о добром имени своей семьи и о том, чтоб ваша дурная репутация не повредила моей собственной.

– Если вы не будете придумывать всякую ерунду про меня и слуг, вашей репутации ничто и не повредит, – с раздражением бросила девушка. – Право слово, вот делать мне нечего сейчас, когда я едва только здесь оказалась и ещё толком не освоилась, как искать лишние приключения на свой зад! Не говоря уж о том, что измена совершенно не в моём характере.

– Сомневаюсь, что вас может это остановить.

– А вас? Вас что-нибудь может в таких вопросах остановить? Или, учитывая, что вы мужчина, в отличие от меня, то это другое?

Эйтал зло стиснул губы, прежде чем разомкнуть их для ответа.

– Вы можете быть спокойны касательно моей верности, сударыня, при моей внешности я не могу рассчитывать на подходящую любовницу.

– Это единственное, что вас удерживает? – с горечью уточнила Лара. – В самом деле? Тогда и вам стоит полностью успокоиться. Я не такой уж любитель интимной близости. Если говорить откровенно, вообще предпочла бы обойтись без неё. Причин искать любовника у меня нет. Прошу меня простить. – И, решительно обогнув его, направилась к внутреннему двору.

Её снова душила обида. Абсолютно иррациональная. Причём иррациональность этой обиды девушка и сама отлично осознавала. Может, не особо-то она и права. Сложно сказать, действительно ли тот молодой парень пытается с ней заигрывать, или муж действительно перегнул. И на самом ли деле для её репутации болезненны слухи о том, что она «крутит с прислугой». И, разумеется, её не порадовало бы, если б супруг сразу врезал парню кулаком в нос, приказал вышвырнуть его за ворота или привязать к коновязи и хлестать кнутом за подкаты к госпоже. Она бы вряд ли смогла удержаться от того, чтоб не кинуться на защиту молодого дуралея.

Но всё равно обидно, что сорвались именно на ней. Ведь ничего плохого она, в самом деле, не хотела. Принц мог бы побеседовать с ней вежливо, кулуарно, деликатно, а потом намекнуть управляющему, что его помощник слегонца зарвался. Да много что можно было бы сделать! Зачем так резко?!

Устроившись в густых смородиновых кустах за поворотом малой части огорода, Лара съёжилась и полностью отдалась своим переживаниям. Обидно, в самом деле. Она так старается, а этот… Этот грубый мужик только рычит. Не нужны ей его подарки, в конце концов! Она хочет доброго отношения. Она, как любой живой человек, имеет полное право на уважительное обращение. И вообще – она не просила себя осчастливливать выдёргиванием в чужую жизнь и чужие нравы. Ёлки-палки!

Но постепенно гнев и ярость её отпустили, обида ослабела и, подобрав свою порцию потрёпанных нервов, убралась в глубины сердца. А усталость подтянула поближе миролюбие и предложила почву для принятия этих самых непривычных традиций.

Да, так тут принято. Чему ты удивляешься, у тебя на родине прежде были нравы и построже. Да, мужик резковат. Но ведь не позволяет себе ничего уж прямо из ряда вон. Самое большее – рявкает на тебя. Наверное, для него подобные вещи очевидны, ему и в голову не пришло, что она может просто всего этого не знать. Надо просто ему объяснить – и посмотреть на итог. Вот если не получится с объяснениями, тогда пора обижаться.

Тише, тише…

А спустя несколько мгновений она услышала голоса двух незнакомцев. Притом что в замке хватало и прислуги, и стражи, но большинство она различала по голосам и отмечала для себя. А вот этих точно ни разу раньше не слышала.

– И где она сейчас? – буркнул незнакомый мужчина, между делом смачно цыкая. После еды, что ли?

– А хрен её знает. Но точно скоро появится в своих покоях. Говорят, принц остался в замке именно зачем, чтоб как следует жену пропахать.

– Ага, и засеять. – И снова этот мерзкий чмокающий звук. Бр-р… – Ну понятно.

– А чего ты хочешь? Зачем ещё иномирянку призывать? Они, говорят, рожают бодро.

– Повезло косорылому…

– Ненадолго. – Второй фыркнул. – И хорошо бы пободрее действовать, чтоб был запас времени. Лучше всего, наверное, прямо в спальне. Нам же говорили – лучше убрать.

– Вот не пойму – иномирянку-то зачем?

– А то ты не слышал, какие у них бывают магические дары! С этой пока всё непонятно, кроме умения готовить и махать тяпкой. Убирать её надо раньше, чем она откроется.

Послышался равнодушный хмык.

– Ну если так, то предлагаю сейчас взяться за неё, а потом над её тельцем подождать её муженька. Вот тогда и решим всё.

– Ну, как вариант. Уверен, эта дура скоро закончит свои бабские дела и вернётся в покои. Надо, чтоб у нас всё было готово. Ну что, пошли?

Лара больно укусила себя за нижнюю губу и зажмурилась изо всех сил. И не потому, что как ребёнок представляла себе, будто если не видит она, то и её никто не увидит. Просто соблазн подсмотреть, кто это решает её судьбу, был слишком велик. А вот этому импульсу поддаваться нельзя ни за что. Какая ей разница? Ну что она сделает, даже если увидит их лица? Ничего. А вот то, что действительно ей нужно – выжить.

Значит, кому-то позарез нужно убить её. Интересно, кому?.. Хм… Супругу, который заподозрил её в измене? Или разочаровался, потому что она ему не по вкусу? А может, кому-то другому? Как бы цинично это ни звучало, слишком она уязвима в своём положении. Не в той ситуации, чтоб хлопать ушами, разбираясь. Она должна обеспечить себе безопасность. В замке, похоже, с этим будет трудно. Ведь она понятия не имеет, что позволяет этим двоим так свободно перемещаться по жилым помещениям замка. Кто они, учитывая, что их голоса ей раньше не доводилось слышать? Кто-то значимый, влиятельный? Вполне способный подобраться к ней незаметно и убить? Не-ет, так не пойдёт.

Надо бежать. Пусть тут разбираются со злоумышленниками, если они не принцем отправлены, а она пока побеспокоится о своей безопасности. Едва задумываясь о том, что делает, Лара дождалась, когда шаги затихнут за поворотом, и заспешила к боковому выходу из замка. Она, конечно, уже выяснила, какие тут есть ходы-выходы, в том числе и боковые, рабочие. И как сквозь них просочиться, оставив минимум следов.

Уже на переходе за воротами, затворив их за собой, она мысленно обыскала себя: одета простенько, по-рабочему, причём не так уж и легко, потому что прихватила пелеринку, когда выскочила в огород. В общем, жить можно. Денег при себе нет, принцессе они и ни к чему, зато есть кое-какие украшения, причём простенькие, не самые претенциозные. И, может быть, как-нибудь выкрутиться у неё и получится… Может быть…

Помня, что выход для прислуги открывается на хилый деревянный мостик, а потом сразу во фруктовый сад, Лара двигалась очень осторожно. Потом, когда оказалась в саду, не постеснялась нагнуться, чтоб лучше были видны ягодные кусты, окаймлявшие дорожки, чтоб не сбиться с пути. Дальше, если она верно помнила, тропка выведет на дорогу, а следом предстоит свернуть, чтоб получилось обойти село, где её знают в лицо, и уйти в сторону торгового тракта…

Эйтал Миэр

– Где её высочество? – сумрачно спросил он, промучившись полчасика и остановившись на том, что всё-таки следует мириться. Да, супруга неправа. Она себе, пожалуй, многовато позволяет. Может, и не было у неё дурного умысла, но отчего же такая неосторожность, которая выглядит откровенным легкомыслием? Может, не знает, как следует себя вести, не сообразила? Всё-таки родилась-то она в другом мире, и бес его знает, какие там нравы. Может быть, откровенное кокетство в тех краях ничего особенного и не означает. Надо попробовать снова разъяснить ей всё, спокойно, мирно. – Она спустится к ужину?

– Господин, её нигде нет, – сообщил бледный управляющий.

– В каком смысле – нигде нет? – рявкнул принц.

«Похитили!» – Первое, что мелькнуло в голове. Потребовалось совсем немного времени, чтоб заставить своих людей обежать весь замок от крыш до подвалов и убедиться, что Лары действительно нет нигде. Эйтал буквально зарычал и потребовал немедленно представить ему засёдланную лошадь. Ту моментально подвели к крыльцу – определённо сообразили, чего пожелает принц. И охрана его уже была наготове.

«Похитили? Или сбежала? Бес! Бе-ес!! Испугалась, что ли? Или наоборот, к любовнику в село, жаловаться? Но, вроде, управляющий уверял, что до нынешнего дня госпожа в сельцо не ездила и с кем-либо из тамошних жителей не общалась, разве что с теми, которые привозят в замок провизию. Да и с теми разговаривала только в присутствии челяди и строго по делу: расспрашивала о продуктах, способах выращивания овощей, обработки молочных продуктов. Может, общалась с любовником записками и тайно передавала их через возчиков? Что-то больно сложно…»

И всё же он направил коня в сторону села, где только поздним вечером завершили обряд чествования урожая. Пока торопил скакуна, его шатало от злости к решимости держаться с женой сдержанно. Если она ничего лишнего себе не позволила… Если всё-таки дело в пустом недоразумении…

Однако оказалось, что принцессы и в посёлке нет. Лично староста пробежался по домам и убедился, что её высочество ни у кого в гостях не появлялась. Пока он ковылял от домишка к домишку, его младший сын, вцепившись в гриву неосёдланного жеребца, успел слетать к околице соседнего села, поднял всех и там. И принёс известие, что её высочество в тех краях тоже не видели.

Спустя буквально несколько минут – принц ещё не успел прикинуть, какое ещё село или деревенька под подозрением – примчался стражник из замка. И сообщил то, во что Эйтал даже сперва не поверил. Как так атака «Мёртвым сном» на жилой этаж, где располагаются покои его и жены? Погибли четверо слуг, и бушует пламя, которое пока не могут унять? Всерьёз?

В первый момент его пронизал настоящий животный ужас, что жена могла просто затеряться где-нибудь в глубинах замковых подземелий, а потом подняться к себе – и попасть под удар. Эйтал заметался. Едва не вцепился в воротник стражника, срывающимся голосом потребовал немедленно вызвать магов и искать, искать, искать его супругу! Или её следы! И не дай боже окажется, что она была в своих покоях! А служанка её где? Она тоже погибла?

Оказалось, жива. Была горничная не в покоях, а в прачечной, где следила за стиркой кое-каких вещичек госпожи. И она уверена, что её госпожа в свои комнаты не поднималась, иначе ей бы сообщили, отправили к ней.

Да, пожалуй, это аргумент. Отчасти ответ принёс облегчение. Но лишь очень и очень слабое. Да и понятно: с одной стороны, супруга пропала, и теперь уже явно неспроста, с другой – существовали определённые правила. Он должен был как можно скорее связаться с императорской службой безопасности, самое меньшее немедленно поставить их в известность. И постепенно стремление рвануть дальше на поиски жены притух. Ну в самом деле – служба безопасности справится с расследованием быстрее и ловчее. Так что интересы протокола и его собственные тут полностью совпадают.

Он отправил сообщение и главе службы безопасности, и правящему брату. Хотел было отправиться дальше на поиски супруги, но ему осторожно подсказали – с минуты на минуту в замке появятся королевские следователи, и его присутствие будет необходимо. Хотя бы потому, что доступ ко многим помещениям закрыт или ограничен владельцем, да и осматривать покои хозяина и его жены необходимо в его присутствии.

А именно их и предстояло исследовать. Вернее, то, что от них осталось.

Одновременно принцу надо было определить, кто мог всё это сотворить. Кто этот диверсант? Сторонний злодей? Но как он проник в замок? Или это кто-то из своих? Или и то, и другое – свой впустил в замок чужака? Выяснив это, может быть, удастся продвинуться и в поисках жены.

И могла ли супруга быть причастна к нападению? Может быть, кто-то убедил её поучаствовать? Настроил против мужа, соблазнил какими-нибудь посулами или, скажем, обещанием после его, Эйтала, смерти пользоваться его имуществом и развлекаться с любовниками? Не зря же она так вовремя пропала… В его душе опять заклубилось ожесточение. Нет, он найдёт её и спросит с неё хотя бы за ту ложь, которой была пропитана её якобы гордая позиция.

Разговаривают с ней не так… Двуличная дрянь.

Он был настолько охвачен напряжением и злобой, что даже не обратил внимание на смертельную бледность Радая, который подоспел так скоро, как только смог. А когда всё же обратил внимание на то, с каким увлечением друг и помощник цедит ругательства сквозь крепко стиснутые зубы, лишь мельком оценил, как близко к сердцу друг принимает его беды.

Сам же торопливо поднялся на жилой этаж, когда его бойцы – те, кому он полностью доверял – всё осмотрели и убедились, что их господину тут будет безопасно. Хотя бы относительно безопасно. Задумчиво оглядел останки интерьера. Мда, можно сказать, что устояли только стены и камины. Интерьера больше не было. Даже жаль, он его ценил. От вещей по большей части осталась только размазанная по камням тонкая зола.

Подоспели и следователи, распаковали артефакторный запас. Сеть тонкой аналитической магии скоро пронизала все пострадавшие и прилегающие помещения. Эйтал устроился на покосившемся диванчике у лестничного пролёта и стал ждать первых результатов. После их получения нужно будет связаться с его величеством, да и замок уже допустимо покинуть. Принцу вообще отдыхать не хотелось, слишком его бодрило нетерпение отыскать жену и взглянуть в её наглые глаза. Да и подобные ему маги могли продержаться без сна довольно долго, причём даже сохраняли возможность прибегать к чародейству. И трезвость мысли.

Спустя час общения с ним потребовал сам король.

– Ты цел, брат? – Вот что прозвучало первым.

– Конечно, государь. – Эйтал криво усмехнулся. – Сам видишь. Что со мной будет.

– Сам мог убедиться, какая беда внезапно может случиться. Каким образом всё сложилось так удачно? Если я верно понял, на том этаже никого не могло уцелеть. Как ты додумался покинуть замок именно теперь, считай, в ночь? Ты же так привержен устоявшемуся расписанию: вечером, если возвращаешься в замок, всегда уходишь к себе в покои! Ни разу ещё своим привычкам не изменил.

Принц скривился сильнее.

– Бросился в погоню за женой. Она сбежала.

– Что-нибудь выяснилось касательно неё?

– Нет. Ни её самой, ни следов не нашли. Полагаю, сбежала, чтоб самой не пострадать. Видимо, причастна.

– Так в этом уверен? – Король поднял бровь.

– Ну а почему бы ей ещё сбегать?

– Сложный вопрос, и причин может быть много. Сам же понимаешь. Я вот не вижу причин для неё участвовать в заговоре.

– Избавиться от уродливого мужа? – Эйтал приподнял бровь. Он знал, что такое выражение лица делает его лицо ещё непригляднее. – Остаться свободной и при средствах?

– А до того так усердно устраивалась в новой жизни и старалась показать себя хозяйкой, угождала тебе, даже посылая еду в поле? Мне рассказали о таких подробностях. Такое усердие… Вот никак не вяжется с твоей версией.

– Может, отводила глаза, притворялась?

– Что-то слишком много усилий ради такой цели. Куда проще было ничего не делать, разве кто-нибудь заподозрил бы знатную даму в чём-либо нехорошем, если б она просто сидела в замке, сложив руки? В общем, мне кажется, тут всё сложнее. Не стоит заранее выносить уверенное суждение, подожди других аргументов.

– Тебе она просто понравилась, – буркнул Эйтал, злясь уже по другой причине.

– Признаю, твоя Лара показалась мне приятной девушкой. Очень открытой и искренней. А ещё меня больше убеждают первоначальные выводы моих следователей. Они говорят, что главной целью были ваши спальни, обе. То есть накрыть стремились пару, где бы вы оба ни устроились. Так скажи мне: зачем целить в сообщницу?

– Чтоб заставить её замолчать?

– И потому она быстро сориентировалась, догадалась, в результате чего сбежала, причём в такое время, чтоб все это заметили? Потому и тебя, получается, выманила из замка погнаться за ней, то есть спасла? – Эйтал лишь неопределённо пожал плечами. Он основательно запутался, но одно было хорошо – злость оставила его. Аргументы старшего брата, более опытного в интригах, показались ему убедительными. – Не находишь, что за такое скорее стоит благодарить?

– Значит, считаешь, что это похищение?

– Как вариант. Не стал бы сбрасывать версию со счетов. Я отправлю отряды на прочёсывание территории, пусть найдут следы похитителей, если дело именно в захвате принцессы. Опять же, как только тебе поступит предложение заплатить выкуп – если поступит – ты знаешь, кому сообщать.

– Я собирался сам её искать.

– Лучше отправляйся в Твердыню излома. Там будут работать мои люди, и ты окажешься полезнее.

– Это моя жена, Вальд! Я сам должен заниматься её поисками.

Но король лишь выставил перед собой ладони.

– Я понимаю твои чувства, брат. Но не забывай о том, кто ты. У тебя есть обязанности, вот и выполняй их. И ты прекрасно знаешь, что каждый из нас в случае подобной ситуации в семье должен делать. И в перечень, уж конечно, не входят самоличные метания по королевству! – Эйтал слышно скрипнул зубами. – Надеюсь, ты подчинишься приказу своего короля? Или мне отправить за тобой специально обученную гвардию? Если ты сам не желаешь думать о своей безопасности – что вообще-то тебе положено!

– Кому я нужен, в самом деле!

– И это мне заявляет брат, которого только что чуть не убили? Любопытно… Вот вроде умный член семьи, магию изощряешь, вся энергетика на тебе. А копнуть…

– Ну прекращай, твоё величество! – рыкнул Эйтал, с ужасом понимая, что, кажется, краснеет. – Я понял. Твердыня так Твердыня. Буду там к вечеру.

– Вот и замечательно. Через переход.

– После использования «Мёртвого сна» ставить переходы поблизости небезопасно.

– Как только сможешь, так и поставишь. Это приказ. Ты мне, братец мой, живым нужен. И целым. Всё, к делу. – И погасил связь.

Принц опустил голову, обдумывая ситуацию. Было не по себе – и потому, что осознание покушения конкретно на него потихоньку добиралось до мозга, и оттого, что теперь он чувствовал себя неловко. Брат прав, вот так напропалую подозревать жену в предательстве не следовало. Ничем, кроме его собственной ревности, эти подозрения на самом деле не обоснованы.

Вряд ли можно считать, что он по-настоящему справедлив с супругой. Может, она права, выражая своё недовольство их общением?

Встряхнув головой, отправился общаться со следователями. Те уже успели основательно перетрусить замок, но чему удивляться – профессионалы, да и много их. Служба безопасности королевства прислала разом два десятка специалистов всех мастей. Так что были опрошены уже и слуги, и стража, и все закуточки осмотрены с предельным вниманием.

Снова вызвали Туану, служанку Лары. Та пребывала в полном шоке, заливалась слезами, но твёрдо стояла на том, что её хозяйка ни с кем посторонним подозрительных разговоров не вела, из окрестных сёл никаких записок или иных посланий не получала и интереса к кому-либо из тамошних мужчин не проявляла. Вела себя безупречно, занималась хозяйством, следила за слугами, знакомилась с поместьем.

И на Эйтала, уточнившего все эти моменты, посмотрела с глубокой обидой. После чего заявила, что её госпожа только того и желала, что угодить супругу, только и думала, что б такое сделать, чтоб ему понравиться, и очень огорчалась, мол, у них не ладится. Плакала даже. И только потому захотела участвовать в обряде – решила, что мужу придётся по вкусу её забота о податных людях.

Слушая её, принц думал, что горничная, конечно, хочет свою госпожу представить в лучшем свете, но уж больно искренне она обижена. Слишком глубоко задета мельчайшими намёками. В её речи определённо чувствуется пылкость полной правды. Она, по крайней мере, глубоко верит в то, что говорит. А спрятать свои похождения от личной служанки даже опытная интриганка из высшего общества не сумеет, что уж говорить о девчонке вроде Лары. И не столько у неё было времени, чтоб привязать и обязать себе служанку так глубоко и крепко, чтоб она рисковала лгать в столь важных вопросах, подставляя свою шею под топор.

Значит, он всё же неправ.

Следом за этой мыслью пришли чувство вины и страх. Если это не побег виновной, значит, похищение. Что же могут сделать с его маленькой супругой? И зачем вообще она могла понадобиться? Всё-таки требование выкупа – сомнительная причина. Слишком опасно играть в такие игры с императорской семьёй. Это как дракона щекотать за язык – можешь попытаться, конечно. Но закончится такое веселье быстро и болезненно.

Ещё спустя несколько минут в кабинет-гостиную вошёл очередной следователь, вымотанный и потрёпанный. Оказалось, он как раз закончил обследовать все закоулки крепости и мог сообщить принцу кое-что о Ларе. Она покинула замок в одиночестве, через рабочую калитку, вещей при себе не имела, ушла как была, а перед тем какое-то время находилась в огороде. А вот прочесть направление её пути после того, как её высочество пересекла ров, было уже невозможно, поскольку за пределами крепости система контроля уже не действовала, а след госпожа принцесса оставляла очень слабый и стремительно исчезающий. Почему так, было непонятно.

– Значит, она сбежала? – растерянно уточнил Эйтал.

– Мы не исключаем такой вариант, ваше высочество. Но, может, и выманили.

– Но если сбежала, то где она тогда? Почему её до сих пор не нашли? Она ведь не знает, куда идти, как быть, где прятаться. Она беспомощна!

– Повторю, есть вероятность, что её высочество выманили и перехватили.

– Тогда ищите! – Принц аж взвился, чувствуя, как бешенство подступает к горлу. Ему на самом деле стало страшно за свою супругу.

Неужели он всё-таки привязался к ней? Ничего хорошего ему это не сулит.

– Безусловно, её высочество будут искать. – Следователь смотрел очень спокойно. И устало. Сам его вид говорил Эйталу: ну что ты кричишь? Неужели считаешь, что люди твоего брата и всей твоей семьи будут тут чурки обстругивать и пивко потягивать? Доверься уже профессионалам и прекращай под ногами путаться. – Ваше сопровождение готово сопровождать вас в Твердыню.

– Знаю, – буркнул принц. И всё-таки поправился, понимая, что человека, отлично потрудившегося тут, не стоит обижать. – Благодарю.