Текст книги "Ты мне очень нравишься. Но... (СИ)"

Автор книги: Вера Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 29 страниц)

Неправильно это. Недолжно. Неприлично.

Ему стало стыдно за своё поведение. Ведь можно попытаться договориться с женой – попросить её не спешить с любовниками, сперва подарить законных детей ему, своему мужу. С чего он вообще взял, что она захочет поиздеваться над его чувствами? Да, так поступали почти все женщины в высшем свете с теми мужчинами, которые имели неосторожность показать им, насколько они зависят от них. Так первая возлюбленная обошлась с ним самим. Но ведь Лара-то и не из высшего света. И вела она себя совсем иначе, чем классическая аристократка.

Между прочим, и с прислугой тоже. Вон какими обеспокоенными выглядят управляющий, экономка, кухарка – все те, кто общался с молодой госпожой постоянно. А личная горничная так и вовсе постоянно льёт слёзы и смотрит на принца умоляюще, не решаясь дёргать его вопросами. А ведь служанка зависит от госпожи куда сильнее, чем её муж. И если супруга обращалась с ней так, что деревенская девушка искренне боится за неё и ждёт её возвращения с нетерпением, то, может, и к влюблённому мужу будет относиться достойно?

Эйтал понял, что готов сдаться. Вот сейчас, когда местонахождение и состояние его супруги неизвестно, он ощущал в груди болезненную пустоту, и невозможно было думать ни о чём другом, кроме как о жене. Только бы с ней всё было хорошо. Только бы она уцелела, не слишком пострадала. Только бы не перестала делать шаги ему навстречу, когда всё-таки удастся её вернуть.

И нельзя думать, что не удастся. Он должен верить в лучшее.

Чтоб хоть как-то уйти от страхов, навалившихся на него снежной лавиной, он погрузился в работу: метался по стране, отслеживал каждое проявление магической нестабильности, и ни разу не задерживался в одном месте дольше, чем на одну ночь. Правящий брат потребовал, чтоб Эйтал следовал всем принципам безопасности, тем более что пока так и не выяснилось, кто из ближних мог сообщить злоумышленникам важную информацию. Или сам был злоумышленником? Глава службы королевской безопасности пока избегал радовать принца сведениями, да тот и не настаивал. Меньше знаешь – меньше выдашь, если вдруг что. Ведь можно бросить значимый намёк и совершенно случайно, того не желая. Лучше пребывать в незнании, пока ситуация позволяет.

Он лишь ненадолго вернулся в Карнеол Аптеру – чтоб проверить, как там восстановили систему защиты и контроля, как идут работы над господскими покоями, и снова поговорить со служанкой жены. Туана, совершенно поникшая, занималась пока лишь вещами госпожи и её посадками: поливала, пропалывала, подрезала. Своё усердие она объяснила тем, что не хочет огорчить её высочество, когда та вернётся. Она явно верила в лучшее, но боялась худшего, а потому заметно побледнела и осунулась за прошедшие дни.

– Скажи мне, говорила ли госпожа что-нибудь о своих намерениях, мыслях о будущем?

Горничная залилась слезами.

– Я ведь уже говорила вам, господин! Госпожа говорила только о том, что можно сделать в замке, а ещё о нарядах. Она хотела, чтоб ей и мне пошили подобающие туалеты. Её высочество хотела, чтоб я сопровождала её ко двору, даже хотела приобрести для меня украшения. Госпожа была так добра и ласкова! Поверьте, если бы я знала хоть что-то, если б только могла догадываться, что помогло бы отыскать её, я бы сразу сказала! Сразу! Да и все остальные слуги тоже. Все очень любят нашу хозяйку, очень ценят её.

– Я ни в чём тебя не подозреваю и не обвиняю, – мягко сказал принц. – И никого другого из прислуги. Я всего лишь пытаюсь сам разобраться. Если её высочество думала только о делах замка, то почему же она решила участвовать в сельских празднованиях?

– Её высочество просто хотела быть хорошей госпожой! – взвыла Туана. – Она обо всех заботилась и думала, что должна проявить внимание и к крестьянам герцогства. Разве она была не права? Я поддерживала её в этой мысли, простите, ваше высочество, если я была не права!

– Ну что ты. Ты права, хорошая герцогиня всегда уделяет внимание окружающим замок сёлам. И я помню её внимание к тому, чтоб крестьян кормили лучше. Но не могли ли недруги там подстеречь госпожу и как-то обмануть её? Или, может быть, испугать?

– Не знаю, господин. – Туана растерянно похлопала ресницами. – Госпожа ни с кем, кроме старосты и его жены, не общалась. Ну, ещё с женщинами на поле, наверное. Там-то они разговаривали, я думаю, не только пели песни.

– Может, и так. Но ведь были и мужчины поблизости от поля. Как считаешь, мог ли кто-то из деревенских умышлять против принцессы?

– Я не могу себе даже представить, чтоб такое произошло. Почему бы крестьянам желать зла госпоже? – Горничная задумалась, даже приуныла. – Но, говорят, предать за деньги может почти кто угодно, даже член собственной семьи.

– Это верно, – процедил Эйтал сквозь зубы. – Может… Но ты никого из сельчан бы не заподозрила?

– Никого, господин.

– Ладно, пообщаюсь со старостой. Хотя бы…

Лара

– Ай-яй-яй!

– Дыши, мамочка, дыши! Ровнее, спокойнее! Уже почти… Почти…

– Кто у меня родился?

– Головка у тебя родилась! Ещё надо плечики родить и всё остальное. Ну-ка лежим и рожаем спокойно! – Лара прижала подопечную к постели. – Дышим и не орём… Та-ак… Почти всё.

– Кто у меня?

– Смотри сама. Кто родился?.. Да не вскакивай пока! Говорю же: лежим! Тебе ещё плаценту рожать.

– А это что такое? – пролепетала ошалевшая роженица, разглядывая измазанного в крови и всяких прочих жидкостях крохотного мальчишку, обмякшего в руках акушерки.

– Детское место. И его тоже надо родить. Причём полностью… Так кто у нас, мамочка?

– Ма-альчик…

– Правильно, мальчик. Держи малыша. Надо его к груди приложить. А я пока закончу. Крепко держи!

– Я так хотела девочку…

– Главное, что ребёночек здоровенький. Мальчик тоже станет помощником. Ну-ну, корми же его.

Роженица была измучена и с трудом понимала, что происходит. Это ещё хорошо, что ей помимо Лары помогали две женщины из гарнизона, обе опытные мамы, но всё же не настолько, чтоб пытаться лезть вперёд умелицы-повитухи. Они слушались её указаний, хоть могли и не во всём быть согласны. И чем дальше, тем охотнее уступали её настояниям. Ларе пока везло, роды пациенток проходили благополучно, да и что сказать – местные женщины были по большей части молодые и здоровые.

Зато убедилась, что верит она или не верит в магию, та всё же в ней присутствует. Причём позволяет рассмотреть малыша в утробе матери без всяких УЗИ и рентгенов, отследить ток крови в венах женщины и в пуповине, также иногда частично, а порой и полностью снять родовую боль. Были и другие возможности, которые Лара постигала с натугой и теперь очень жалела, что в своё время уделяла мало внимания анатомии и физиологии. То, что смогла, вспоминала, а остальное додумывала логически, наблюдая за тем, как в теле движутся жидкости, проскакивают импульсы нервных сигналов, сокращаются мышцы, сосуды и что только ещё ни происходит.

Сейчас она подождала выхода плаценты, тщательно её проверила на целостность, потом убедилась, что в организме молодой мамочки запустились процессы сокращения мышц матки и прочие, необходимые в её положении. И попросила её мужа, молодого офицера, переложить супругу поудобнее. Тот, кстати, был очень доволен рождением сына, то и дело украдкой с нежностью поглядывал на люльку, где тихонько поскрипывал и копошился новый человечек. Хотя, может быть, ему просто без разницы, кто от него родился, лишь бы своё, родное и здоровенькое…

– Уважаемая повитуха. – В комнатку заглянула одна из помощниц. – Там вас просят подойти.

– Ещё кто-то рожает? – Лара нахмурилась. Вроде, из обитательниц военного городка пока ни у кого не подходил срок. Или случилась какая-то беда?

– Нет, кажется, просто хотят пообщаться. Это отчётник из города, помните, говорили, что ждут чиновника?

– А-а, да. Слышала.

– Он просит вас с ним поговорить.

– Ему-то я зачем? Он же не женщина! – Но всё же Лара тщательно вымыла руки и, вытирая их полотенцем, вышла на крыльцо.

Мужчина, ждавший её там, выглядел совсем молодым и очень скромным, даже странно, почему его так опасались высшие военные чины в их гарнизоне. Он вежливо улыбнулся и наклонил голову, обозначая любезное приветствие.

– Сударыня повитуха. Простите, не расслышал толком ваше имя.

– Лариса.

– Ла-арисса. Очень рад. Оител Раменци Младший. Мне рассказали, вы очень умелая и опытная повитуха, к тому же владеющая целительской магией. Видите ли, сейчас решается вопрос о том, чтоб прикомандировать к гарнизону дипломированную дамскую целительницу. Уверен, решение будет положительным, и она уже скоро прибудет сюда. Только поэтому я надеюсь, что, может быть, вы согласитесь принять моё предложение.

– О… И какое же предложение?

– Видите ли, моя жена, к сожалению, ни разу не смогла выносить беременность. Она скидывала, не доносив. А сейчас снова в положении, и я очень хотел бы, чтоб при ней была опытная женщина, знающая толк в этих делах. Я думаю, не потому ли она скидывала всё время, что очень нервничает. – И посмотрел с надеждой.

Лара напряглась. Привычное невынашивание – это очень серьёзно, и уж точно не акушерка должна этим заниматься. С другой стороны, судя по тому, что явно обеспеченный мужик припёрся с проблемой к «повитухе», а не нанял какого-нибудь хорошего медика, опытного в вопросе, намекает, что медики либо не смогли помочь, либо их тут, толковых, просто нет. Да ещё и эта перспектива остаться в гарнизоне без работы. Мда…

– А если и у меня не получится? Вы же понимаете, можно приложить любые усилия, но человеческий организм или несчастная случайность сведут на нет все усилия специалиста и надежды родителей.

– Я всё понимаю, всё понимаю. Но и я, и в особенности моя супруга очень надеемся, что хотя бы в этот раз моей любимой удастся выносить. Я боюсь, это последняя надежда. – Мужчина качнул головой. – Я готов был бы взять на воспитание малыша или двух, но супруга жаждет своего. Я боюсь, нынешняя неудача может убить её. Меня очень беспокоит её состояние, но я, боюсь, не смогу как следует поддержать её. Так, как умеют это сделать женщины. Увы, моя жена сирота, а с моей матушкой и сёстрами у неё не самые лучшие отношения.

– Понимаю…

– Я буду очень обязан, если вы согласитесь стать личной повитухой и лекаркой моей супруги и останетесь у нас в доме до родов или… – Он помялся. – Или иного исхода. Клянусь, что не буду иметь к вам претензий, если только вы сделаете всё возможное. И когда всё завершится, дам вам характеристику и помогу устроиться либо в семью кого-то из знакомых, у кого будет супруга в положении, либо в клинику. – И посмотрел с надеждой. – Разумеется, проживание, все нужды и оплата ваших услуг с меня. Вы согласны?

– Давайте обсудим условия, – вздохнула Лара, мысленно прикидывая, на что она сейчас может быть способна.

Ободрившийся мужчина повёл её на постоялый двор кормить и угощать самым лучшим ягодным взваром. В итоге они обсудили и ежемесячную плату, и проживание, и одежду-обувь, которую наниматель гарантировал за свой счёт, и даже инструменты (тут он тоже не собирался скупиться), и проезд. И чиновник даже согласился подождать, потому что роженицу предстояло наблюдать ещё хотя бы пять дней, бросать её Лара не собиралась.

Пять так пять. Наниматель не возражал. Кажется, он вообще почти на всё был согласен от радости, что «сударыня повитуха» согласилась.

Удивительно, с чего бы такое доверие. Но Лара побоялась расспрашивать.

Спустя шесть дней она поднялась в просторный экипаж Раменци Младшего, поудобнее устроила ноги под тёплым пледом и приступила к сбору анамнеза. Весь путь до нужного города девушка расспрашивала спутника, старательно записывая каждую мелочь: о семьях его и супруги, об их родственных связях, даже если они дальние (к счастью, даже таковых мужчина отыскать не смог), о всяческих наследственных заболеваниях, о том, как проходили выкидыши в прошлые разы.

Мусоля между губ писчий стерженёк, завёрнутый в плотную бумагу, Лара осторожно и предварительно пришла к выводу, что вряд ли тут проблемы близкородственного брака, да и наследственные хвори со стороны мужа, похоже, исключаются. Заочно женщина не из тех крестьянок, которые в поле рожают и дальше идут сгребать сено, но и хрупкой трепетной аристократкой, которую уносит дуновением ветра, похоже, не является. Обычная женщина, ничем особо не примечательная.

С другой стороны, даже внешне здоровые дамы могут оказаться «с сюрпризом». Тут всё упрощал факт, что супруги, похоже, были принципиально верны друг другу. То, что жене чиновника не так-то просто было б гульнуть на стороне, Лара верила. Иное было бы странно. А сам мужчина, приятно пламенея, признался, что даже если б и хотел позволить себе лишнее (но он не хотел), то не сумел бы так просто. Он под строгим надзором. Чиновников его уровня держат под присмотром, чтоб никто лишний не получил доступ к телу и, возможно, бумагам. Всё-таки они проверяют государственные денежные потоки, тут важно, чтоб при случае и любовница оказалась, в идеале, «из своих».

А господин Оител был ещё слишком молод и стеснителен, чтоб относиться к подобным вопросам с таки́м цинизмом – чтоб и любовница была подобранная, и любая связь тут же оказалась известна департаменту, зафиксирована и завизирована в соответствующих бумагах!

Лара понимающе покивала головой и погрузилась в свой список вопросов и предположений.

Чёрт, ей бы Центральную научную медицинскую библиотеку Первого МГМУ! Или доступ в ФЭМБ! Или хотя бы медицинский справочник с дополнениями… Чёрт, вот что нужно было зубрить, а ещё хоть время от времени одним глазом посматривать в конспекты по физиологии, патологии, фармакологии и генетике человека! А-а-а!!!

Надо успокоиться. Первым делом успокоиться. Остальное приложится. Маг она нынче или не маг! Да, анализов она беременной не сделает. Значит, надо напрягать память и вспоминать, какие изменения в организме женщины, например, производит избыток тестостерона, разного рода мутации генов, диабет и прочее. А инфекции? Вспоминай, Ларка, вспоминай! Ты всё это учила. Если можешь рассмотреть, как в теле человека течёт кровь, как она насыщается кислородом, значит, сумеешь разглядеть и погрешности нормального функционирования организма.

– Вы устали? – обеспокоенно уточнил Оител.

– Нет, я думаю. Понимаете, у меня на родине… одни специалисты умели определять разные особенности организма, а другие – делать выводы по тому, что первые увидели. И я сейчас пытаюсь вспомнить, как обойтись без помощи первых. Понимаете?

– Кажется…

– Как в целом чувствует себя ваша жена? – со вздохом уточнила Лара, отодвигая свой блокнотик. – У вас есть ощущение, что ей немедленно нужна помощь? Срочно?

Мужчина серьёзно задумался. Он производил впечатление вполне адекватного, понимающего человека, и это подкупало.

– Пожалуй, нет, – без уверенности ответил он.

– Хорошо. Тогда я смогу приступить к осмотру только утром, после отдыха.

– Уверен, что так! – немедленно приободрился её собеседник.

Похоже, он ожидал худшего. Но ответ новой работницы его воодушевил.

У его особняка – кстати, приятный двухэтажный дом с великолепным каменным крыльцом, окна нижнего этажа залиты ярким светом, а наверху лишь пара окон светятся – стоило экипажу остановиться, к нему сразу подскочила прислуга. А потом к замершей у ворот карете бросилась женщина в строгом бежевом платье, в платке, под который строго были убраны волосы. Она повисла на шее у господина Раменци Младшего, и Лара невольно заулыбалась и закивала, видя такое согласие между супругами.

Нет ничего лучше для благополучного вызревания младенца. Уже хорошо.

Женщина перевела испытующий взгляд на неё.

– Ты представишь меня, супруг?

– Конечно. – Оител даже встрепенулся. – Позволь познакомить тебя, любимая, с лучшей повитухой севера, сударыней Риссой. Она не так давно работает в северном гарнизоне, но все малыши, родившиеся там, здоровы и крепки. И все дамы, имевшие с ней дело, очень довольны результатом. Также сударыня владеет магией.

– Н-но…

– Сударыня согласилась вести твою беременность! – Мужчина чуть повысил голос. – Я очень рад. Ты, полагаю, тоже?

Женщина перевела на Лару оценивающий взгляд. Та постаралась радушно улыбнуться, одновременно оценить взглядом фигуру потенциальной пациентки. Так, не истощена, живота пока не видно, видимо, время есть. Волосы, ногти, кожа в приличном состоянии – уже неплохо. Глаза испытующие, живые. То есть не измождена до полного равнодушия к происходящему – отлично! Нервная система, похоже, по крайней мере в относительном порядке.

– Добрый день. Позвольте представиться – Лариса. Предлагаю завтра сесть и обстоятельно пообщаться, обсудить ситуацию.

– Рисса – знающая повитуха. Мне рекомендовали…

– Я поняла. – Супруга прервала объяснения мужа. – Прошу, проходите. Думаю, вы утомились.

– Признаюсь, устала за предшествующие дни. Двое родов подряд принимала. Если позволите, сразу лягу спать, а завтра мне бы с вами пообщаться. – Лара демонстративно не обращала никакого внимания на чужого мужа. Всею собой показывала, что он ей интересен не более чем объект, значимый для новой клиентки. Для себя Лара чётко обозначила – ей следует всеми силами показывать, что муж дамы ей неинтересен в любом приближении, вести себя строго и сдержанно. И это окупится, в том числе и результатами труда. Любезно кивнула, не поднимая глаз, и сразу шмыгнула в дом, ухоженный, буквально вылизанный, идеальный до последней крохотной детали.

Стоило отдать должное его хозяйке – сил и времени она на это произведение искусства и мастерства потратила немало.

Ей отвели уютную, чистую комнатку под крышей, доставили всё необходимое. На чистых, ароматных простынях девушка растянулась с огромным облегчением. Комнатушка, хоть и выделенная под крышей, была ухоженной, уютной, снабжена всем необходимым, и до душа с туалетом (стоило отдать должное местным достижениям – почти современным) оказалось недалеко. Поесть принесли целую груду различной еды, и даже прачка заглянула уточнить, есть ли что в стирку… Так мало? Следует ли хозяину намекнуть, что сударыня повитуха нуждается в белье?.. Да всё будет сделано деликатно, пусть сударыня даже и не сомневается!

Лара едва протолкнула в себя мясо с овощами и хлеб – так хотелось спать. Она измучилась в ожидании проблем и только теперь согласилась с внутренним голосом: да что бы ни было, разумнее расслабиться и наслаждаться сиюминутными благами жизни, которые у неё есть. Вот комната, чистое бельё, вкусная сытная еда и прочее такое – ну зачем мучить себя терзаниями, как оно сложится дальше и что получится?

Она отдохнула, а с утра, едва хозяин отправился по своим делам (специально уточнила у прислуги), хозяйка дома пришла к ней сама – невиданное дело. Изящная, затянутая в строгое коричневое платье, она поднялась на верхний этаж особняка, обменялась с Ларой любезными фразами, обсудила проживание, погоду и бархатцы с настурциями в горшках за окнами, после чего пригласила на общий завтрак. Следом уже началось общение по делу. Утолив голод, Лара взялась за дело:

– Так, давайте поговорим. Мне сообщали, что у вас есть проблемы, с ними надо будет разбираться. – Она напоказ морщила лоб над своим блокнотом и изображала вдумчивость. – Потребуется серьёзное обследование.

– Мой муж сказал… – И замялась.

– Он сообщил, что у вас проблемы с вынашиванием. Я уверена, что всё решаемо. Давайте для начала выдохнем и расслабимся. Для начала мы с вами просто поговорим, пообщаемся, дальше займёмся исследованиями, которые я смогу сделать, и, уверена, так или иначе найдём выход.

– Вы думаете, можно спасти моего малыша? – Женщина смотрела с надеждой.

– Я уверена, что в любом случае следует пытаться. Вы знаете, работа медика – вещь значимая, но куда важнее ваш собственный настрой. Покой, безмятежность, отдых. Да что там говорить! Отдых для будущей мамочки – самое важное. Поверьте моему опыту…

Она расспросила хозяйку дома обо всех оттенках её самочувствия на протяжении всех её трёх беременностей, уточнила, как та чувствует себя сейчас, о чём думает, в чём видит общие черты, какие различия. Объяснила, что далеко не все зародыши в принципе выживают, поскольку природа сама отбраковывает тех, которые не способны выжить и вырасти здоровыми. Растолковала, какие бывают заболевания женщин – об этом, впрочем, она говорила очень осторожно. Не стоило зарождать в воображении будущей роженицы образы, которые могут поколебать её душевное спокойствие.

– Так вы думаете, я могу выносить?

– Мы с вами именно этим и займёмся. Понимаете, если бы я наблюдала вас в прошлых случаях, было бы проще. Я не знаю, в чём причина предыдущих выкидышей. Если б точно знала, было бы проще, смогла бы построить алгоритм дальнейших действий. Но постараемся разобраться. Ещё раз повторю: для начала вам следует успокоиться. Знайте, что спокойствие матери – самое верное средство, которое может помочь вашему будущему ребёнку. Думайте о кроватке, коляске, приданом, да хоть о гимнастике, которую будете делать после родов! Только не нервничайте.

– Легко было бы сказать, – вздохнула женщина. – Но можно ли сделать?

– Постараемся.

– Я тоже. Но…

– Понимаю. Трудно. Однако давайте начнём раздумчиво, не торопясь, и, глядишь, спокойствие придёт. Само собой. Удастся ли нервничать, когда без тревог, привычно, умиротворённо занимаешься делом, таким же, как вчера и какое будет завтра?

– Пожалуй. – Женщина с любопытством смотрела на Лару. – Может получиться.

– Вот и замечательно. Давайте поговорим обо всех возможных затруднениях.