Текст книги "Ты мне очень нравишься. Но... (СИ)"

Автор книги: Вера Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

– И откуда они? Из каких городов?

«Этого не могу сказать. Я бытую здесь, не там, вашу землю я не знаю».

– М-м… А сколько вообще моих бывших соотечественниц тут есть? Много?

«Около десятка. Но лишь две приняли на себя бремя магического взаимодействия».

– И кто они?

«Королева Высокогорья и её невестка, супруга принца-дракона».

– А-а, слышала! – Лара задумалась. – Эта супруга дракона – она же состоит в браке с Кристальным принцем Иоилем?

«Королева – тоже в браке с драконом. Король Высокогорья – дракон. Именно твои бывшие соотечественницы дали своим мужьям возможность вернуть себе истинный облик и произведут на свет юных драконов. Помимо уже родившихся принца-наследника и принцессы-драконицы».

– Оу! – заинтересовалась она. – И как проходят роды драконят?

«Ты сможешь обсудить это с королевой, если пожелаешь. Она надеется познакомиться с тобой. И её невестка, дочь Серебрящегося Древа, тоже. Она пыталась отыскать тебя по просьбе твоего мужа и его семьи. Но пока ты не покажешь ей себя, она не сможет найти. Мы с Древами не идём против воли наших дочерей, против их воли. Их выраженной воли. Ты хотела скрыться – твоё право. Но, думаю, ты должна знать об этом».

– Ты тоже Древо?

«Нет. Я – Родник. Я – вода, та энергия, которая даёт жизнь, та, в которой и зарождается жизнь».

– Ой! – Лара уткнулась взглядом под ноги. – И я по тебе топчусь?!

«Вы, люди, так непосредственны! С тобой очень приятно общаться. Я оттого и люблю людей – их сознание поразительно живо. Только в большинстве своём никто из вас не способен со мной общаться».

– Я что, такая уж уникальная?

«Не вполне. Но ведь и мне должно быть удобно взаимодействовать с человеческим сознанием. Ты комфортна для меня, а я – для тебя. Мы можем работать вместе».

– И что я должна делать?

«Об этом пока рано говорить. Живи, чувствуй, воспринимай, вживайся в свою новую родину и думай о том, чего бы тебе хотелось и что бы ты в свою очередь хотела сделать для мира. А когда надумаешь, побеседуем».

– Но разве моей готовности помогать местным деткам появляться на свет недостаточно?

«Только тебе решать, дочь Родника. И да – реши, хочешь ли ты позволить Вевее, Серебряному солнышку, почувствовать тебя. Думаю, не надо уточнять, что уж она-то тебе точно не несёт угрозы».

– Она-то, положим, нет. А её муж?

«Опять же – только тебе решать. Ставить условия – также твоё право. И будь уверена, дочь Серебрящегося Древа примет твои условия. Её куда больше интересует твоё благополучие и спокойствие, чем политика Высокогорья и Империи. Пока».

– А потом?

«А никакого «потом» не будет, ситуация, при которой выдача сведений о тебе окажется важной для сохранения мира или чьей-то жизни, попросту не возникнет. Но ещё раз повторю – тебе решать. Я помню, людям иногда важно услышать повторение одного и того же».

– Да я вообще-то с первого раза поняла, – промямлила Лара, ёжась под тонкой пелеринкой. Не то чтобы ей было холодно. Просто как-то… странно.

«Но не успокоилась».

– Мда… Не успокоилась, это верно. Я подумаю. У самой-то меня есть возможность связаться с этой… Вевеей?

«Нет. У каждой из вас свой талант, и возможность видеть сквозь пространство, время и преграды имеется только у Серебряного солнышка. Ты лишь можешь дать ей согласие что-то увидеть, или же воспротивиться».

– А какие таланты у меня?

«Ты поймёшь всё до конца со временем. Ни к чему сейчас об этом говорить. Всё постепенно. Договорились?»

Лара вздохнула и растерянно кивнула. Она всё так же смотрела себе под ноги, пытаясь понять, что вообще случилось. Кажется, её тут немного мобилизовали на службу миру. Ну, то есть его магии. В целом, не так и плохо. А ещё ей было сказано, что принц и его родственники не желают от неё избавиться. Хорошо, если так. Но откуда бы взяться уверенности, что это правда, а не её собственная шизофрения?

Вообще по ощущению она уверена, что дело не в её фантазии или психическом заболевании. Нет у неё никаких заболеваний. Но мало ли – ощущение! А если она ошибается? Не-ет, лучше поосторожничать. Если, например, донесутся слухи о предполагающемся браке младшего принца с какой-нибудь высокородной бабцой, значит, правды в том, что она услышала, маловато. Ну, и ещё можно отыскать другие признаки, словить краем уха другие новости, а может быть, просто созреть до того, чтоб попросить помощи у бывших, как выразился голос, соотечественниц. В их добрую волю как-то легче верится, чем в интерес мужа к себе.

Да уж…

Кристальный Иоиль, принц Высокогорья

– Заходи, – пригласил Арий. – Будем долго и обстоятельно разговаривать.

– М, даже так? Чем тебя настолько «обрадовали», что ты рвёшь и мечешь даже со мной наедине?

– Пока не рву. И не мечу… Но идея провести лёгкий поединок в небе мне нравится. Или ты о другом? – И король сощурился.

– О другом, – смело ответил Иоиль. – Однако и от поединка не откажусь. Давненько мне правящий брат не устраивал трёпку. Ты ведь этого хотел?

– Буду доволен и в том случае, если победишь ты… Ладно, отложим на потом. Сперва побеседуем.

– Местные проблемы или соседские?

Арий усмехнулся.

– Соседские, конечно. Ты же дипломат, твоя сфера. И снова речь пойдёт об Империи.

– М?

– Они просят символической помощи. Так они обозначают появление на их стороне истинного дракона. Уверяют, что одного явления дракона будет вполне достаточно.

– А что считает Меней?

– А он с глубокомысленным видом выдал мысль, что император попросту хочет воспользоваться плодами первой своей, весьма крепкой победы, увенчать успех видимостью мощного союзничества и одним махом завершить войну. И тут брат, пожалуй, прав. Да и император в своём расчёте – тоже. Любая война полна превратностей, а победами, тем более на начальном этапе, надо пользоваться по полной. Чем дальше, тем труднее будет добиваться блестящих результатов, когда страна начнёт изнемогать под гнётом продолжающегося гражданского противостояния.

– Ну да, пожалуй. Соглашусь с Менеем.

– И тут остаётся вопрос, что конкретно выгоднее нам.

– Но ты ведь уже определил для себя выгоду Высокогорья.

– Разумеется, и мнения своего не меняю. Императорская семья – вполне адекватный сосед. Ни к чему менять шило на мыло. Вопрос лишь в том, стоит ли она того, чтоб поддерживать её настолько.

– Чтоб самому лично отправиться на выручку?

– Не-ет, о таком даже речи не идёт. Ну что ты. Как ты себе представляешь, чтоб я являлся по вызову императора, будто это мне от него что-то нужно? Не по статусу.

– Вот я и удивился… Подожди – ты намекаешь, что придётся лететь мне?

– Да я не намекаю. Я прямо говорю.

– Но я, как бы, не военный, ну совсем! Меня даже учили кое-как, сам же помнишь.

– Не прибедняйся, тебя очень хорошо обучили обращаться с мечом.

– Вот только в драконьем облике я мечом махать не буду. А вот в смысле магии я и сейчас серединка на половинку.

– Опять же – к чему преуменьшать? Да и не потребуется от тебя сражения. Речь о том, чтоб полетать, может, где-нибудь подышать огнём, постараться не попасть под арбалетный или баллистный болт.

– Вот именно. – Иоиль задумался. – В смысле это ведь тоже уметь надо…

– Слушай, ну не мне же, в самом деле, туда лететь! Политически немыслимая ситуация. Не говорю уж о том, что тогда за мной ещё и Агата, глядишь, увяжется, в стороне её уже будет не удержать.

Принц поморщился.

– Ага, а о том, как держать подальше от приключения Вею, мне придётся думать самому.

– Она, по крайней мере, не обзавелась собственными крыльями. Так что тебе будет легче. Ну в самом деле – а кому ещё? Дий ещё слишком мал.

– Да никто его кандидатуру и не принимает в расчёт. Хотя, поспорю, ещё лет через двадцать его и за хвост будет не удержать.

– Посмотрим, – буркнул Арий, впрочем, очень даже довольный мыслям о сыне и наследнике. – Пока же так. Отправишься для начала один, своим ходом, а корабль с отрядом, которым будет командовать Меней, прибудет следом. Так быстро, как только сможет. Теперь об условиях. Те, на которых ты будешь стоять твёрдо: передача Высокогорью Драконьего архипелага, свободный допуск в их порты наших торговых кораблей, содействие нашим чародеям в работе в общими энергопотоками, брак одной из принцесс правящего семейства с Павлом Сверадом с учётом традиций Империи.

– О! При которых он будет единственным мужем?

– Именно так. Должен же мальчик получить какие-то преимущества по договорному браку. Всё остальное: размер пошлин, приданого за принцессой, масштабы магического содействия, выбор кандидатуры принцессы – обсуждаемы. Тут работа на твоё усмотрение, дерзай.

– Примерно понял. Тогда, если с поручениями всё, мне нужно будет наведаться в предгорное имение.

– А стоит ли прощаться с Веей? Может, если она не будет знать, куда ты в одиночку собрался, и рваться вместе с тобой не будет? Я сообщу ей всё, когда ты уже отбудешь. Покипит, но простит.

Иоиль качнул головой.

– Не пойдёт. Мне нужен её совет. Ты сам прекрасно понимаешь, в моём деле любая информация не лишняя. А Вея способна подкинуть таких козырей, что труд дипломата из каторги превратится в курорт. Возможностью нужно пользоваться.

– Мда, согласен… Если она сможет углядеть что-нибудь полезное…

– А об остальном я постараюсь с ней уговориться, как это она выражается, «цивилизованно». Не знаю, что это, но звучит солидно и красиво.

– Что-то из магической области?

– Да вроде нет, в словаре, помнится, не отыскал.

Оба подождали, пока секретарь внесёт закуски и напитки, всё расставит на столе, после чего поспешно уберётся из кабинета. Арий, дождавшись, когда будет прикрыта дверь, жестом пригласил брата наливать себе самостоятельно.

– Но ты ведь не отправляешь меня туда авансом? – остро взглянув на короля, уточнил Иоиль.

– Разумеется, нет. Император первым прислал мне письмо с предложениями. Они щедры лишь относительно (как и следовало ожидать в подобной ситуации), но с ними можно работать. Хорошая основа. Кстати, предложение о браке прозвучало с их стороны, а это о многом говорит, сам понимаещшь. Словом, уверен, ты справишься. Само собой, мои секретари ознакомят тебя с этим письмом и всей остальной корреспонденцией, которая имеет отношение к вопросу. Ну, и есть у них свои наброски возможных пунктов договора. Надеюсь, на их основе твои драки смогут составить что-нибудь звучное и весомое.

– Не надо надеяться, будь уверен, – с внутренним самодовольством ответил Иоиль.

Он знал себе цену.

Отпущенный королём, он лишь ненадолго задержался у его старшего секретаря, бегло просмотрел папку с копиями писем, что убедиться – всё нужное есть – после чего заглянул в к себе в отдел. Там его уже ждали с парочкой дельных набросков, но и принесённое приняли охотно. Словом, денёк – и нужный документ, глядишь ещё и в двух вариантах, будет готов набело. Большее и не требуется, всё равно торговля предстоит долгая.

А после направился уже к своим покоям, чтоб переодеться в удобное перед долгой дорогой в небе.

Вот тут-то его и подстерегла малышка Ева. Она выскочила на принца из закутка, где, похоже, и дожидалась момента, и он с удивлением обнаружил, что девочку не сопровождает ни няня, ни горничная, ни охрана. Собственно, то, что охраны не было, не суть важно, всё-таки во дворце безопасно. А вот отсутствие женского сопровождения странно.

– Дядя Иоиль! – Кинулась ему на шею.

Пришлось нагнуться, принять пылкую кроху в объятия. Принц ласково прошёлся ладонью по детской спинке.

– Доброго дня, маленькая.

– Я не маленькая! – возмутилась Ева, повиснув на родственнике. – Не маленькая!

– Хорошо, ты очень большая. Куда подевала няню, племяшка?

– Ой, пусть поспит! – Девочка махнула рукой с таким деловитым видом, что Иоиль с трудом удержался от смешка. До чего ж потешная. – Ты уезжаешь, дядя Иоиль?

– А ты откуда знаешь? – насторожился он. – Та-ак… Подслушивала маму с папой?

– Я не подслушивала! Не подслушивала! Я просто услышала. Я никому не скажу. Я знаю, что нельзя!

– А мне тогда почему говоришь?

– Дядя, ну ты же летишь, значит, ты точно знаешь! – На принца посмотрели снисходительно. Это тоже было очень потешно, но Иоиль был слишком собой, чтоб отвлечься от основной мысли – об утечке довольно важной новости за пределы кабинета, где она должна была остаться.

– Малыш, нельзя подслушивать маму с папой. И тем более нельзя никому рассказывать об услышанном. Даже если ты уверена, что можно. Поняла?

– Поняла. Я не буду.

– Вот и хорошо. – Он попытался спустить её с рук, но девочка вцепилась в него. – Что такое?

– Дядя, возьми меня с собой!

Иоиль опешил.

– Зачем?

– Я тоже помогу!

– Кому?.. Подожди, ты куда это собралась – в гости к тёте Вее?

– Не-е… С тобой через океан! – И посмотрела на него уверенно, твёрдо. – Я тоже могу на войну!

– Малыш, на войну не берут маленьких девочек.

– А я буду договариваться! Мама говорила, принцессы могут договариваться! Что они – важные! Мама говорила, принцесса – это га… га…

– Гарант?

– Да! Я будут гарант! – И топнула ножкой.

Он смотрел на неё круглыми глазами. Потом присел перед племяшкой на корточки.

– Нет, девочка моя, ты гарантом не будешь ни в коем случае.

– Но почему?! – Снова отчаянный топ. – Я много умею! Я вот что умею! – И стиснула в кулачок крохотные пальчики.

Принц мягко принял их в ладонь и поднёс к губам.

– Конечно, ты уже многое умеешь, – ласково кивнул он. – Но в нынешнем случае гарантом договора придётся быть не нашей принцессе, а кому-то из их семьи. На этот раз мы сильнее, и нам ни о чём не нужно просить. Мы можем требовать. – Он посмотрел в её озадаченное личико. – Хорошо учись, малыш, и я уверен, что со временем ты тоже научишься правильно ставить условия правителям.

Девочка взглянула на него с заметным огорчением.

– А ты никак не можешь мне сейчас объяснить?

– Нет, никак.

– Я бы смогла тебе помочь…

– Ты могла бы. Но пока тебя рано брать к имперскому двору.

– Но я быстро всё запоминаю, правда! Дядя, я буду очень-очень внимательно всё слушать! – Он улыбнулся и отрицательно покачал головой. Ева заметно приуныла. – Всё потому, что ты торопишься?

– Именно так, моя дорогая. Время поджимает. Идём, отведу тебя к маме.

Она вздохнула и послушно вложила ладошку в пальцы Иоиля. Потом трогательно посмотрела снизу вверх.

– Ты на меня пожалуешься, да?

– Ни в коем случае. Разве ты сделала что-нибудь плохое?

Кроха опасливо покосилась на принца. Но лишь мимолётно – можно было сделать вид, будто не заметил.

– Не-а! Ничего плохого.

– Тогда просто пойдём к маме. Пойдём. – И повёл по коридору в сторону королевских покоев.

Навстречу уже бежали обе встрёпанные няньки и гувернёр принцессы, но принц сразу сделал им жест, мол, всё в порядке, давайте пока без выговоров. Да и Ева, чувствуя, что за её воспитание вот-вот возьмутся, с притворным испугом приникла к дяде. Уж при нём её не будут распекать, это хитрюга знала наверняка. А потом – ну что ж, оно наступит потом. Не так страшно.

И к маме в объятия по этой же причине кроха кинулась с особенным пылом. Наблюдая, как она щебечет, ласкаясь на руках у Агаты, Иоиль с одобрением думал, что эта детская хитрость и в самом деле может вырасти в умение вести переговоры. Почему бы и нет? Он плохо помнил себя в детстве, да и мальчишек воспитывали по-другому, чем девочек. Но был совсем не прочь в будущем обучить Еву своему искусству. Но захочет ли она в самом деле осваивать основы дипломатии, когда подрастёт! Кто знает…

Невестке-королеве хватило лишь беглого намёка, чтоб она поняла, в чём проблема, наморщив носик, укоризненно посмотрела на дочку и жестом показала деверю, мол, не волнуйся, выводы сделала, с мужем поговорю. Причём так, чтоб никто из проныр-отпрысков не пристроил свои ушки туда, куда не следует.

Так что можно было возвращаться к себе, менять придворный охабень на короткую плотную свиту, отлично подходящую для высоты. Само собой, тело человеческое, оказавшись в магической структуре неуязвимой драконьей плоти, мёрзнуть не могло, но принц всё равно, как ему казалось, в долгом полёте мёрз. Агата как-то объясняла ему это особенностями влияния психологии – мол, сознание считает, что под облаками телу положено коченеть, вот и приходит ощущение холода. Он не особо понял и не вполне поверил. Но заметил, что если перед вылетом накинуть плотную суконную одежду, в воздухе вроде как легче.

К тому же Вея за него в драконьем облике постоянно волновалась. И было приятно радовать её, демонстрируя, с какой охотой он носит сшитую её ручками традиционную дракскую свиту из отличной ткани, которую супруге однажды подарила паломница. Оказалось, Вевея замечательно шьёт, неплохо вышивает, и из её рук в итоге вышла симпатичная вещица, вполне достойная принца. Правда, узор на ней показался ему необычным. Но жена объяснила, что эти символы традиционны для её родины: вот эти птицы означают небо и также заклинание на супружеское счастье, а вот эти фигуры барса обозначают мощь и власть.

Принц вполне оценил такой символизм, одобрил и охотно надевал настолько удобный и тёплый подарок. А ещё со сдержанной снисходительностью поглядывал на единосупружников, которые теперь тоже хотели себе рубашку или свиту, сшитую их женой.

Вея не отказывалась, но просила хоть чуток подождать.

Перейдя в облик дракона, Иоиль взмыл в воздух и, поискав нужный поток воздуха, сбалансировал в нём гибкое хищное тело. Он уже очень уверенно держался в воздухе, ловко закладывал разные фигуры, осваивал воздушный бой (тут ему здорово помогал брат и его гвардия, готовая тренировать истинных драконов в удобном им режиме) и даже вполне представлял себя как в роли серьёзной атакующей силы, так и наставником юного принца. Всё-таки Дия скоро придёт время обучать тому же, а король слишком часто занят неотложными делами. Так что придётся дяде постараться и изобразить из себя пристойного драконьего тренера.

Но всё же его высочество понимал, что по натуре своей не боец и совершенно не одарён талантами военачальника. Вот если бы драконье обличие получил Меней, их с Арием старший брат, всё сложилось бы просто идеально. У Менея нрав боевой, он может уверенно возглавить армию при необходимости, и даже драконий облик не помешал бы ему эффектно и успешно вести её в бой.

А вот Иоиль – нет.

И идея хотя бы даже и на три-четыре дня стать единственной силой, представляющей Высокогорье в Империи, да ещё и с предельным достоинством, и с полным успехом, обескураживала его. Да, он сделает, раз надо (само собой, принц согласен, что надо). Но ощущает неуверенность и даже что-то, отдалённо напоминающее страх. А что если его собьют каким-нибудь мощным болтом? Дротиком? Камнем, запущенным из катапульты? Их мир слишком давно не видел истинных драконов, и сейчас, когда они только появились, все вокруг верят в их неуязвимость. Но дай лишь в этом усомниться… Ох.

Нужно было со всех сторон продумать собственную защиту – даже не ради собственной шкуры, а во имя безопасности правящего Дома Высокогорья и всего Высокогорья в принципе. И обращаться за этим стоило бы к королеве. Увы, обожаемая Вевея вряд ли тут сможет помочь.

Зря он не оговорили всё в деталях перед отлётом к супруге. Ну ничего, возвращаться всё равно придётся – за текстом договора и верительными грамотами.

И дело идёт (1)

Его величество Ариавальд Миэр

Сон почти оставил его, и это было плохо. Император и раньше страдал от бессонниц, едва только в государстве наступал очередной кризис. А ведь правление с кризисами связано так же тесно, как тонкая кулинария – с использованием специй. То и дело накатывал новый вал проблем, и опять его ждали бессонные ночи в постели, сбиваемые телом простыни, неотвязная попытка отыскать выход из ситуации, невозможность отвлечься ни на минуту. И усталость, наслаивающаяся с каждым днём.

Когда что-то опасное опять начинало клубиться над головой наподобие грозовой тучи, император отправлял супругу ночевать в её спальню, чтоб не мешать ей, и снова сдавался во власть ночного бдения. Да, можно было вызвать лекаря, но его настойки ему не нравились, да и сон, вызываемый ими, цеплялся к сознанию слишком крепко, утром было не привести себя в порядок – глаза слипались, сознание заливало маревом. А ведь требовалось хорошо соображать.

Так что к настойкам он прибегал лишь в крайнем случае, если за спиной было уже две-три бессонных ночи.

Даже семья пыталась чем-то помочь ему в таких случаях. Одно время супруга даже упрямилась, оставалась с ним рядом в надежде, что её близость всё же позволит мужу расслабиться. Но не получалось, он лишь сильнее нервничал. Так что императрица смирилась и послушно переселялась в спальню к детям, едва наступал государственный кризис.

Вот и сейчас, пока столица находилась в частичном окружении, государь снова мучился инсомнией. Помимо прочего он всё думал, стоило ли оставлять при себе жену. С одной стороны, тот факт, что его величество придержал при себе семью, положительно выглядело в глазах гарнизона столичной крепости и горожан. Императрица активно посещала госпитали, возила туда сыновей и дочь, принимала граждан, общалась с представителями гильдий – не пренебрегала никакими общественными обязанностями. И это помогало подбодрить сторонников правящего семейства.

Сам же император, ворочаясь на постели, метался от самоободрения к отчаянию. С одной стороны, всё было не так уж плохо. Заметная часть войска осталась верна присяге, младший брат сумел перехватить контроль над магической системой государства, никто из представителей семьи или значимых сановников не попал в плен… Лишь судьба принцессы Лары непонятна, но поскольку до сих пор не прозвучало угроз в её адрес, можно рассчитывать, что либо она не у мятежников, либо же её удерживают не с целью шантажа. И народ в целом не настолько уж настроен на смену государя, чтоб императору стоило всерьёз опасаться за перспективы своей борьбы.

С другой же стороны… Война ещё может повернуться как угодно. Тех, кто идёт за желающими сменить императора, хватает. Супруга младшего брата попросту пропала, и скрывать этот факт больше не получается. А то, что правящая семья не может позаботиться об одной из своих – серьёзный удар по репутации. Не говоря уж о том, что брат, сперва бывший, вроде, таким равнодушным к жене, словно с цепи сорвался. В его глазах уже проскальзывал огонёк безумия, и можно было ожидать, что рано или поздно он сорвётся, бросится её искать.

А этого допускать было нельзя. И потому, что ему надлежало сейчас крепко держать в руках магическую структуру государства, и потому, что не дело принцу носиться, выпучив глаза, по стране в поисках жены. Тогда слухи о бессилии правящей семьи в таком важном вопросе, как обережение своих женщин, уже точно не удастся удержать.

Отчаявшись уснуть, правитель поднялся и подошёл к окну. Собственноручно распахнул створки, вдохнул прохладный ночной воздух. Нужно было успокоиться. Пока ничего трагического не случилось, и, хотя он мог предположить множество ужасов, потенциально ожидающих его семью, и закрыть от этих предположений своё сознание был не в состоянии, это следовало сделать. Обязательно. Он же просто сойдёт с ума, представляя, что мятежники сотворят с его супругой, сыновьями и обожаемой дочкой.

Ещё и Высокогорье не торопится присылать ответ на его послание. Думают? Или старательно выкручивают ему нервы, чтоб был сговорчивее и побольше уступил? Что ж, их можно понять. Он бы в подобной ситуации сам так поступил. И то, что сейчас ему при подобной мысли хочется рвать и метать – лишь чисто человеческая слабость.

Утром, уже после первого совещания он так же точно стоял у окна, когда в кабинет совершенно бесцеремонно ворвался старший гвардеец – а это означало чрезвычайную ситуацию.

– Ваше величество! Над столицей дракон.

– Дракон?

– Кружит. Пока не атакует.

Император подался ближе к оконному проёму, но ничего не увидел – видимо, гостя как раз отнесло ветром в другую сторону.

– Развернуть флаги в самом большом внутреннем дворе! – отрывисто приказал он. – Чтоб было видно, куда можно приземляться. Подать мне мантию. Немедленно сообщить её величеству, чтоб спускалась. Неважно, во что она там одета – немедленно должна быть во дворе, в мантии и тиаре. Живо!

И бросился к выходу из покоев. За ним гнался камердинер с парадной мантией, но это не имело значения – нагонит, успеет накинуть на плечи, в этом правитель не сомневался. Куда важнее было встретить посланника Высокогорья на месте, оказать ему полное уважение. Сейчас от этого, вероятно, зависела судьба страны.

Но даже если и нет – себя одному из двух истинных драконов следовало показать должным образом.

Пока бежал, Ариавальд успел уточнить у гвардейца, как выглядит дракон, которого увидели над столицей. По пояснения ему мало чем помогли. Он знал, что оба дракона – братья из одного рода Кристальных, чешуя у них приблизительно одного цвета. Вроде бы, один из них чуть меньше размерами и более поджарый, да ещё с огненными искрами по крыльям, но поди на такой высоте разберись, есть там искры и что с размером.

Намёк в виде огромных ярких полотнищ гость понял правильно, пошёл на снижение. Её величество подбежала к супругу едва ли не в самый последний момент. Тиара сидела у неё на голове немного кривовато, но горничная, гнавшаяся за нею почти так же бойко, как камердинер за её супругом, подскочила и моментально привела всё в порядок. И спряталась за спинами фрейлин, которые тоже подоспели.

Император любезно шагнул навстречу Иоилю – тот как раз обернулся человеком и раздумчиво оправлял на себе парадный охабень, накинутый поверх тёплой свиты.

– Ваше высочество, очень рады вас видеть.

– Благодарю, это вполне взаимно.

– Полагаю, после такого путешествия на собственных крыльях вы нуждаетесь в отдыхе. – Ариавальд сделал вежливый жест, и придворные поспешно расступились перед драконом. – Вам немедленно подготовят покои. И буду счастлив, если вы найдёте в себе силы поужинать в узком кругу нашей семьи.

– Почту за честь. – Принц слегка наклонил голову. – Благодарю.

Гость не капризничал, лишь сдержанно улыбался и соглашался со всем. Император сразу распорядился, чтоб не только удовлетворяли пожелания Кристального принца, но и ему самому докладывали, о чём он просил и чем остался недоволен. Сразу приставил к нему самого подходящего придворного и намекнул, что его высочеству Иоилю надлежит всячески угождать. Убедился, что все его поняли правильно.

Разумеется, ужин был приготовлен наилучший, какой только мог выйти из рук дворцовых поваров, служить за столом поставили самых опытных лакеев, и государь велел привести к столу не только своих детей, но и двух племянниц, дочерей Ульриха. Он не сомневался, что его предложение о браке было воспринято той стороной на «ура» (ещё бы, подобных инициатив императорская семья не проявляла уже многие сотни лет), а значит, «товар» надлежало представить лицом.

Само собой, вряд ли Иоиль намерен выбирать потенциальную невесту для своего племянника прямо сейчас. Но следовало показать, что предложение действительно, и он, Ариавальд, к своему слову относится серьёзно.

Так что императрица явилась к столу не только при полном параде, но и в сопровождении трёх девочек, разодетых и разукрашенных драгоценностями, словно куколки. Принцы, сыновья императора, шагали следом, храня на лицах только одно выражение – любопытство. Им обоим, хоть старшему, хоть младшему, был интересен только драконий облик гостя. Они, конечно, понимали, что на ужине тот будет присутствовать в человечьем обличье, но какая разница! В прошлый раз за стол с Кристальным Иоилем их не звали.

Правда, накинуться на посла с вопросами им не дали. Разговор за столом шёл размеренный, не обязывающий, лёгкий светский разговор. Юные принцессы благовоспитанно помалкивали и лишь изредка с искоркой в глазах обменивались взглядами, императрица, присматривая за ними, изредка предлагала то одну тему, то другую, чтоб помочь супругу. Супруг тоже не терялся, мягко интересовался погодой в океане и состоянием дел в портах Равнины.

И только после ужина пригласил Иоиля к себе в кабинет. Сопровождал его только один секретарь, а не так, как обычно бывает на переговорах такой значимости и уровня. Кристальный принц был один, и последнее, чего император хотел, это давить его присутствием множества опытных говорливых царедворцев.

Он надеялся пообщаться с гостем по-дружески.

Иоиль держался сдержанно и спокойно, усталым он не выглядел, любезно отреагировал на предложение поговорить «на троих», согласился на простенькое угощение, которое лично секретарь сервировал на маленьком столике рядом. Но даже не притронулся к нему, показывая, что и так наелся за императорским столом.

– Очень рад, что вы всё-таки нашли возможность прибыть, тем более в одиночестве, без свиты.

– К сожалению, свиту мне было не прихватить, – улыбнулся принц. – Ещё супругу возить на спине допустимо. А вот помощников и референтов – уже нет.

– Понимаю. И, поверьте, я ценю то, что вы сделали настолько значимый шаг нам навстречу. Империя будет рада налаживанию добрых отношений между нашим и вашим государством. – И Ариавальд плавно приступил к обязательной дипломатической преамбуле.

Они преодолели её легко, принц охотно дал понять, что готов перейти к более или менее неформальному обсуждению договора. Он даже не извлёк бумаги из чехла (верительные же грамоты уже вручил раньше, ещё до ужина). И рассуждал легко, свободно, будто бы не от лица огромного департамента вещал, а от собственного сердца и собственного разумения.

И, хотя в пожеланиях касательно всех тех уступок, на которые предстояло пойти Империи, Иоиль нисколько не стеснялся, правитель, слушая его, всё же мысленно выдохнул с откровенным облегчением. Все эти изобильные запросы, как ни крути, касались торговых преференций, территорий, прочих уступок – но не приближались даже на шаг к вопросам независимости государства как такового. Высокогорье явно готово было обозначить конкретную цену своей помощи, и цена эта была обсуждаема. Может, она и окажется тяжеловатой. Но самое главное – она относительно приемлема даже сейчас, на старте спора. Здесь именно то, что платит равный партнёр, а не приглашение стать вассалом.

Кристальный Иоиль, принц Высокогорья

– Так понимаю, брак вашего наследника с нашей принцессой заинтересовал Высокогорье, – осторожно произнёс император.

– Его величество предлагает в качестве жениха для принцессы кандидатуру Павла, старшего сына своей семьи, но не наследника престола Высокогорья.

– Полагаю, Павел Сверад не имеет титул принца. Боюсь, такой брак нельзя признать равным.

– Почему же, титул он имеет. Титул учтивости, поскольку является сыном королевы, и его величество Кристальный Арий признаёт его своим сыном. Как и всех остальных детей своей супруги, рождённых в их браке. Хоть и не всех из них он вписал в линию наследования. Что не помешает юному Павлу занять достойное место в иерархии Королевства.