Текст книги "Ты мне очень нравишься. Но... (СИ)"

Автор книги: Вера Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

Уже после застолья к Ларе подобралась Агата и раздражённо отмахнулась от своей свиты. Её намёк первый супруг явно понял правильно, потому что сам взялся отгонять всех. И отогнал. После чего подмигнул супруге, мол, не волнуйся, можешь спокойно разговаривать, никто не помешает.

– Отличный артефакт получился, – сказала она. – Ты молодец. Очень удобно.

– Я рада.

– Мне кажется, тебе бы поучиться артефакторике, и ты такие предметы будешь делать, что во всех краях мира передерутся за них.

– Я не очень-то хочу, чтоб все передрались.

– Ну да. – Агата вздохнула и передёрнула плечами. – После моего прокола я тебя очень хорошо понимаю. Кстати, мы выяснили, кто стырил мои разработки и кому потом продал. Императору Арий пришлёт официальное сообщение на этот счёт, просто хотела тебе сказать, что опасности больше нет, все кристаллы мы нашли и все детали выяснили. Но если ты хочешь, я покажу тебе, как защитить магическую систему империи от подобных… приколов.

– Наверное, было бы очень здорово.

– Договорились. Теперь-то удобно, можем друг к другу хоть каждый день на чаёк заглядывать.

– И не только благодаря перемещениям, кстати, – улыбнулась Лара. – Оказывается, я теперь могу летать. Обнаружила после того, как и мой муж обрёл облик. Правда, полёт мне доступен только над водной поверхностью – любой: река там, море, озеро – но как раз перелететь с материка на материк хватит.

– Да что ты?! Никогда о таком не слышала… Очень интересно.

– Да. Причём у меня есть ощущение, что это возвратный дар от мужа. По крайней мере, не только подарок от Родника, а нечто большее.

– Ну, это справедливо. – Агата слушала с интересом. – Ведь и ты даровала Эйталу многое… Кстати, что ты решила насчёт вечеринки? Мы договорились?

– Конечно. Но, может быть, всё-таки устроим её в Карнеол Аптере? Я хотела вам показать моё обиталище, и там уже почти созрели помидоры.

– Помидоры! А-а, хочу! Договорились! Будем в Аптере, как и оговорено. И платье мне уже почти пошили. Моя портниха только что об стену головой не бьётся. «Ах, как такое возможно, ах, неприлично, недопустимо, ах, ваше величество, но ведь такое не носят!» Просто заколебала меня уже.

– Но шьёт? – Лара не сдержала смешок.

– Шьёт, конечно. Причитает, но шьёт. А куда ей деваться? А вот Вевея вообще взялась сама изготавливать наряд.

– Неужели ей с портнихой совсем уж не удалось договориться?

– Да она, кажется, и не пыталась. Сразу махнула рукой. Оказалось, она чудесно рукодельничает… А ты сама? Смогла договориться с мастерицей?

– Представь – да. Но только с той, которая мне шьёт наряды попроще. Она на удивление охотно идёт мне навстречу и выслушивает все пожелания. Сперва опешила от просьбы сшить бальное платье, но согласилась попробовать.

– Ну надо же… А какой цвет ты выбрала?

– Чёрное простенькое кружево на тёмно-зелёном чехле. А у тебя?

– Алое, – вздохнула Агата. – Алый – мой цвет. Я уже привыкла… Уф, пойду присматривать за Пашкой. Он, конечно, мальчик воспитанный, но моё участие не помешает. Увидимся! – И, помахав рукой, поспешила к главному столу.

А место рядом с Ларой тут же занял Эйтал.

– Ты планируешь приём в Аптере?

– Да. Если ты не против, конечно.

– Ты – моя жена, хозяйка, герцогиня. Тебе решать, когда и где устраивать приём в любой из наших резиденций. Если Аптера подходит, только скажи слугам, что тебе потребуется. Если нужно будет что-то сверх имеющегося, прикажи управляющему, он свяжется с казначеем. Я отдал все распоряжения, мои средства к твоим услугам.

– Балуешь меня? – Она прильнула к нему на пару мгновений – большее не допускалось дворцовым этикетом.

– Если такой мелочи будет достаточно, чтоб тебя побаловать, я рад буду делать это каждый день, – пробормотал он, улыбаясь ей. – Меня допустят на твой приём?

– Конечно. Если пожелаешь. Но тебе сразу придётся мысленно приготовиться – наряды у нас будут непривычные.

Принц скруглил брови.

– Насколько непривычные?

– Мы втроём с девочками шьём себе платья по моде нашей прежней родины. Ну, и Туану наряжу во что-нибудь подобное. Открытые плечи, руки, глубокое декольте. – Она заметила, как стремительно он покраснел, и сама смутилась. – Ну-у, ничего настолько уж откровенного не будет. Чуть более открытое, чем моё свадебное платье. – Судя по лицу Эйтала, он судорожно попытался вспомнить, как выглядел её подвенечный наряд. – Милый, если ты не запомнил, значит, ничего из ряда вон выходящего ты тогда не увидел.

– Но на тебе ведь ещё была вуаль… А мне тоже придётся надеть что-то такое? Эдакое, по моде твоей родины?

– Даже если бы и пришлось, ты не был бы так уж сильно шокирован. Бальные наряды мужчин у нас очень закрытые. И очень строгие. Строже, чем у вас.

– Строже? – Он удивлённо оглядел себя.

– Не в смысле закрытости. В смысле цвета. Обычно их всего два – светлая рубашка и тёмный костюм.

– Как любопытно… Мужчины твоего родного мира украшают своих женщин, а не себя?

– Примерно так.

– Понятно. И достойно. – Он огляделся. – Если хочешь, сможем чуть погодя потихоньку уйти, чтоб ты отдохнула и смогла подготовиться к балу.

– Давай. – Лара с облегчением вздохнула. – Я тоже не особенно люблю все эти церемонии.

Она бы и на бал не пошла, как бы ни хотела ещё немного пообщаться с Агатой. Соотечественница оказалась на удивление приятным собеседником, с ней можно было поболтать о чём угодно. Вот только здесь и сейчас она выступала в первую очередь официальным лицом, представляющим Высокогорье, и к тому же матерью самого главного участника торжества. Тут уж о болтовне на различные темы не приходилось особо мечтать.

А вот позже, когда они все втроём встретятся в Аптере, повеселятся на балу попроще, чем дворцовые, уже вполне можно будет где-нибудь устроиться и всласть поболтать обо всём на свете. Именно к такому досугу она и собиралась подготовить крепость мужа, тем более он так охотно разрешил ей творить на своей территории буквально всё, что ей только в голову взбредёт.

Приятно.

– Потанцуешь со мной? – тихо спросил Эйтал, снова оказываясь рядом. – А то тебя вот-вот перехватит его величество. Он тоже захочет провести в танце новую даму из своей семьи.

– Ой, лучше сперва с тобой, – охнула она. – Я ведь совершенно не умею танцевать ваши танцы.

– Не волнуйся, следующий – простой. Я тебя направлю.

Он подхватил её почти в объятия и, потихоньку подсказывая на ушко, мягко повёл в танце. Лара осторожно вдыхала аромат его колета, немного цветочный и отчасти уже насытившийся запахом его кожи, и старалась не наступить мужу на ногу. Впрочем, он, наверное, ей простит. Было что-то особенно приятное в таком танце, когда женщина толком не знает шагов, а мужчина, уведя её чуть в сторонку, изо всех сил оберегает.

– Ты себя хорошо чувствуешь? – спросил он, и снова едва слышно.

– Да. А почему ты спрашиваешь?

– Брат рассказал, что теперь ты представляешь и направляешь магическую силу материка. Он сказал – Родник?

– Да, всё так.

– Я подумал, что для тебя осваиваться с новой магией утомительно. Если ты не слишком хорошо себя чувствуешь, могу прямо сейчас увести тебя, объяснив брату, что ты переутомилась.

Лара тихонько рассмеялась.

– Я отлично себя чувствую. Мне нетрудно общаться с Родником, я какое-то время уже с ним взаимодействую. Но знаешь, что? Буду тебе очень благодарна, если ты меня отсюда спасёшь. Чудесный бал, очень красивые залы, украшения, дивная музыка, угощения и даже танец приятный… Но хорошенького понемножку.

– Понял. – Мужчина на миг скроил свирепую физиономию, и его супруга прыснула в ладошку. – Сейчас всё устроим!

Лара

В Карнеол Аптере буквально всё подготовили для приёма уважаемых гостей – королевы Высокогорья с детьми и двумя супругами из трёх, символической королевы Равнины, с дочкой и мужьями, а также принцессы Акесты, сестры короля Высокогорья, с мужем и Таяты, жены одного из Сверадов, которая очень хотела посмотреть новый материк. Управляющая и её помощницы носились по этажам, как электровеники, но результат, которого они смогли добиться, Лару порадовал от души. Всё было просто идеально, и более того – вовремя оказались завершены приготовления к необычному приёму в духе её родного мира. Как там всё устроено, местные слуги, конечно, не знали, но по пояснениям госпожи вполне справились.

Ещё одно затруднение составило меню мероприятия. Но в конечном итоге удалось добиться нужного результата: салатики всех видов, форм и размеров, брускетты, канапе, морепродукты, рыба в соусе, заливное и закуски в корзиночках из хлеба и слоёного теста получились на славу. Недоумевающие работники кухни смотрели на принцессу-герцогиню вопросительно, но делали как сказано, и в конечном итоге столы украсились именно теми угощениями, которые Лара хотела видеть.

Так что она с удовлетворением увидела на столе и салаты с огурчиками и красными помидорчиками, о которых так долго мечтала, и бутерброды на обожаемом кислом хлебе, и нужную ей зелень, и крохотные бисквитные пирожные, прослоенные масляным кремом. Может, не стоило дамам предлагать такое угощение, наверняка они блюдут фигуру, но… Как же хотелось! Да и детей, и мужчин на приёме будет предостаточно – уж этих-то ничто не остановит от стремления полакомиться.

Причёсываясь и делая себе макияж перед балом, Лара обдумывала нынешнюю странность. Ведь, получается, сегодня она собирается поиграть в то, что раньше было её обыденной жизнью. Даже нет – редким событием обыденной жизни, но той, прежней. А в этой, если учитывать её статус, полученный по праву брака, балы и приёмы могут стать и вполне привычным явлением. Почти таким же, как работа.

Эйтал объяснил, что теперь, раз магическая система мира перестанет регулярно выходить из баланса, ему не придётся постоянно мотаться от замка к замку. Он сможет два раза в год предпринимать короткий профилактический рейд, а остальное время жить там, где захочет супруга – хоть при императорском дворе, хоть в главном городе их герцогства, хоть в любом из приморских. Лишь бы она была довольна.

Лара поспешила заверить, что её совершенно не интересует возможность посещать балы и устраивать приёмы всех видов, форм и размеров. Жизнь в замке супруга её полностью устраивает, и если он не возражает, она предпочла бы спокойный быт в провинции лишь с самыми необходимыми посещениями двора. Принц тогда очень удивился, но заверил, что не желает принуждать её хоть к чему-либо. Захочет провинции – будет ей провинция. Сколько угодно.

Правда, есть одна проблема… Она – предстательница. Пока непонятно, какова будет воля той силы, что взялась покровительствовать империи, и как можно будет к ней обратиться с помощью Лары. Но он надеется, что новые обязанности не слишком сильно её обременят.

Она тогда в ответ лишь вздохнула. Ведь и сама пока ещё толком не понимала, каковы дарованные ей возможности, и может ли она ещё хоть что-то, кроме построения переходов в любом направлении, в любую точку мира и без ограничений, а ещё удара водой по врагу, но строго под контролем Родника. А раз так, то лучше помолчать. Вероятно, она просто вынуждена будет и при дворе торчать почаще, и по своим делам ездить из города в город.

В бальный зал она явилась первой из дам-иномирянок – проверить, всё ли готово, и подбодрить слуг кивками, мол, молодцы, всё сделали правильно. Следом в залу осторожно заглянул Эйтал, уже одетый в тот колет, который супруга подобрала для него, опасливо поискал жену взглядом и, похоже, принялся прикидывать, в допустимой ли она степени полураздета.

Облегчение, отразившееся в его глазах, вполне показало, что Лара в своих предположениях была права. Она улыбнулась и поспешно оправила складки юбки.

– Что скажешь?

– Ну и зря ты меня пугала. Что же в этом платье такого уж вызывающего? Да, непривычно. – Он ещё раз оглядел её с ног до головы. – Обнажённые плечи – очень ново, но… Тебе идёт. А твои подруги будут одеты так же?

– Не представляю. Они пока не показывали мне свои наряды.

– Кхм… Побаиваюсь, как бы мои офицеры не позволили себе слишком внимательно смотреть на гостий из Высокогорья. Только недоразумений с их мужьями мне не хватало. Пойду пообщаюсь с ними. – И развернулся к двери.

Именно в этот момент в него уверенно влетел крохотный белокурый метеор в симпатичном розовом одеянии с пышной кружевной юбкой. Бальное платьице шло Еве Сверад, дочери Агаты и Ардиса, до чрезвычайности. Врезавшись в принца, она нисколько не растерялась: ловко отскочила и немедленно изобразила чудесный книксен. Сразу видно, тренировали её долго и продуктивно.

– Я приношу свои извинения, ваше высочество! – зачирикала она. – Не волнуйтесь, вы совсем не виноваты, вся вина лежит только на мне. Ваш дворец настолько красив, что мне не терпелось полюбоваться на бальный зал, я была уверена, что он просто поразителен! – Кроха восторженно оглянулась. – Мне хотелось как можно скорее отдать должное вашему гостеприимству.

– Вы слишком добры, леди, – растерянно ответил Эйтал, галантно наклоняясь и протягивая руку дочери королевы. – Позвольте, я покажу вам, где здесь можно будет удобно присесть и попробовать кое-какие угощения, приготовленные специально для вас.

– Вы так любезны! – восхищалась девочка, с любопытством вертя белокурой головой. Похоже, тарталетки, шоколадные трюфели и пирожные привлекали её больше всего, но она не пыталась настаивать на своём. Судя по всему, правила поведения при дворе в неё вложили одновременно с умением стоять и говорить. – Я очень благодарна вам за помощь, ваше высочество! – И уже ласкала восторженным взглядом расписные фарфоровые блюда-этажерки с золочёными ножками, уставленные конфетами ручной работы и крохотными птифурами с кремом.

В залу вбежала Агата. Она уже была наряжена в ало-багряное платье на тонких бретельках, с густо расшитым лифом и сравнительно скромной юбкой. Волосы были уложены с намеренной небрежностью, их украшал бриллиантовый гребень, на груди, в ушах и на запястьях также сияли бриллианты, и чистейшие. Но всё это королева несла на себе, словно простенькую бижутерию. И вообще её сейчас интересовало совершенно другое.

– Ева! – воскликнула она. – Ты уже здесь! Да что ж такое! Ты ведь обещала! – И, повернувшись к Ларе, пылко пожаловалась: – Нет, просто представь – она снова усыпила няню и гувернёра и тут же помчалась в зал. Вот что с ней делать?!

– Ничего страшного, к счастью, не произошло, – попыталась успокоить Лара, краем глаза наблюдая, как ребёнок ловко прячется от грозного взора матери под фуршетным столиком. Можно подумать, это поможет… – Девочка здесь, и она просто интересуется пирожными.

– Ах, если бы! – Королева закатила глаза.

– Подожди… Усыпила? Но разве деток в таком возрасте обучают магии?

– Конечно, нет! Их магия в младенчестве нестабильна, даже основы стараются не преподавать. Хотя Ева очень настаивала. Просто она всё-таки умудрилась добиться, чтоб ей показали несколько приёмов работы с артефактами – и вот, полюбуйся! – Её величество с достоинством простёрла руку. – Теперь она усыпляет своих слуг! Да ещё так, что они даже не успевают понять, что с ними случилось!

– Мам, но это не так! – Из-под столика показался нетерпеливый носик. – Я просто забочусь о них, что им не приходилось бегать…

– Ева! – рявкнула её величество. – Чтоб это было в последний раз! Иначе больше тебя в гости к тёте Ларе не возьму! И к тёте Вее тоже!

– Ма-ам! – детский голосок моментально изменился, в нём появилось столько плачущих ноток, что лучшие актёры императорского театра от зависти удавились бы. – Так просто нельзя! Я слишком люблю тётю Вею.

– Так веди себя прилично!

– Я больше не буду.

– Что случилось? – В зале появилась и Вевея, сопровождаемая двумя своими мужьями – первым, Азибулом Сверадом, и последним, Радилем, который по-прежнему носил ошейник раба, что приводило имперцев в полное недоумение. – О, Ева! Ты опять безобразничаешь?

– Нисколько, тётя Вея! – тут же нашлась малышка и, схватив блюдечко с пирожным, бросилась навстречу рыжекудрой красавице в белом туалете, отделанном прозрачными кристаллами и складками тончайшего подвижного шёлка. – Вот, попробуй! Это так вкусно!

– Спасибо, моя маленькая хитрюга, – заулыбалась предстательница Серебряного Древа и приняла блюдце. Посмотрела на Лару извиняющимся взглядом. – Детка так непосредственна…

– Я понимаю.

– Малыш, это очень красивое пирожное. Но огорчать маму всё равно нельзя.

– Я понимаю! – Кроха моментально переключилась и изобразила крайнюю степень смущения. – Мамочка, но ты ведь не сердишься?!

– Маленькая манипуляторша, – пробормотала Агата с ощутимым раздражением. Но тут же смирила себя и решительно протянула руку. – Идём.

– Ма-ам! Но ты ведь не оставишь меня без бала?! – Ева сложила складочки лобика в жалостную гримаску. – Из-за такой сущей ерунды?

Королева обратила на старшего супруга свирепый взгляд; тот лишь увёл глаза в сторону. Похоже, это было продолжением их давешнего спора.

– Идём, – настойчиво сказала она. – Сперва надо побеседовать. Будешь или не будешь ты присутствовать на мероприятии, зависит от результата. – И, извинившись, настойчиво увела дочь.

Эйтал с огромным любопытством проводил малышку взглядом. Похоже, развернувшееся зрелище больше повеселило его, чем вызвало какое-либо беспокойство. Обихаживая супругу и тогда, и чуть позже, когда оркестр уже занял своё место, а почти все гости стянулись в залу, он именно интереса к происходящему и был полон. Действо совершенно его не напрягало, хотя обычные балы быстро начинали тяготить.

Он сам предложил супруге потанцевать и быстро освоил то, что она назвала «вальсом» – нечто очень похожее на тан-ге-таг, набирающий популярность в империи. Потом с любопытством наблюдал за тем, как в примыкающей зальце специально нанятые циркачи из ближайшего города с полной отдачей развлекали деток. Необычное новаторство – на придворные балы детей обычно не допускали, но если и приводили по каким-то причинам, тем надлежало вести себя как взрослым, соблюдая все те же нормы и правила.

Здесь же для малышей устроили что-то вроде игровой комнаты. Там деткам позволили бегать, кувыркаться на груде подушек и мягких перин, сваленных у одной из стен, лакомиться угощениями со столиков у другой стены и восторженно визжать, когда циркачи устраивали для них короткие представления. Агата лично выстроила отличный звукоизолирующий купол, так что вопли расшалившейся ребятни не беспокоил их родителей в соседней бальной зале. Зато сами родители могли спокойно наблюдать за своими чадами и убеждаться, что те никуда не делись, не расшиблись и остаются под присмотром.

Гостям бала из местной знати (их было немного, но всё же присутствовали) такое нововведение показалось странным, однако понравилось. Довольные матери время от времени посматривали туда, где бесились их птенчики, и то и дело подходили поблагодарить хозяйку дома за такое удивительное удобство. Интересовались и тем, что за необычную еду предложили их деткам, раз те поедают угощение с таким удовольствием. Лара принялась объяснять, что такое пицца и картофель фри, а Эйтал в недоумении присмотрелся к подносу, который один из слуг как раз нёс к детскому столику, заметно опустевшему. Какие необычные названия у блюд. И неужели детям предложено что-то другое, чем взрослым гостям?

– Конечно, – заулыбалась его супруга. – Разве малыши будут есть моллюсков в кислом соусе, тартар или рыбу с апельсином? Ну что ты. Единственное, на что они точно согласятся – это сласти. Но деткам необходимо питаться сбалансированно. Сперва они должны покушать хоть немного горячего, мясного и овощей. Вот я и выбрала блюда, которые деткам будут интересны.

– Хм…

– Устал? – Она мимолётно коснулась его щеки. Её прикосновение показалось принцу сладостным, он даже глаза слегка прикрыл.

– Ну что ты. От чего?

– Если захочешь, сможем скоро сбежать. Тут уже начнётся спокойное шатание, все разобьются по группкам, начнут болтать о своём. В таких условиях хозяева вечера уже не особо нужны. Попрошу Вею и Агату меня заменить, если вдруг что.

– Если ты хочешь, – улыбался Эйтал.

– Мне тут пришла в голову мысль показать тебе один из родников. Точнее, там и родник, и небольшой водопад, и речка, и два ручья…

– Ты там общаешься с Силой?

– Не всегда. Мне там просто хорошо.

– Тогда тем более хочу посмотреть. – И приобнял её за талию.

– Тогда сбежим? – шепнула она, потянувшись к нему. Приложилась губами к его щеке, а потом потянула мужа за собой, за створку двери, ведущей в бальный зал.

Под прикрытием дверки и стенки принцесса быстро распахнула переход. Тот буквально втянул Эйтала и Лару в себя, мужчина даже толком понять не успел, что происходит – и вот он уже на плоскогорье, на чудесной, заросшей цветами лужайке, слуха его коснулось журчание горного ручья, бодро скачущего по валунам и уступам скалы. А чуть дальше приглушённо рокотал водопад – умеренной высоты, судя по звуку.

Здесь воздух был напоен ароматом чистой, кристально-ледяной воды, но не чувствовалось излишней влаги. Комфортно, красиво, свежо. Долина под ногами заросла лесом, если присмотреться, в отдалении можно было разглядеть расчищенные поля и даже деревеньку, окутанную фруктовыми садами. Если напряжётся, пожалуй, вспомнит, что это за место, он ведь империю изъездил из конца в конец, хорошо знаком с ней.

Но было лениво. Хотелось просто наслаждаться этой красотой, а ещё близостью любимой женщины. Он расстегнул аграф, скинул с плеч ропон и расстелил его на траве.

– Присядешь?

– Даже прилягу, – вздохнула Лара. – Что-то с непривычки аж ноги ноют. – Она скинула туфельки и устроилась на мужней накидке, раскидав подол юбки. – Тут хорошо, правда?

– Очень. – Он пристроился рядом. Сперва даже с каким-то сомнением, не уверенный, что и она захочет такой его близости (вдруг здесь магия охватывает её, зовёт её душу, и именно ею жена хочет позаниматься, её прочувствовать). Но Лара прижалась к нему, будто другого и не ждала. Эйтал с облегчением обнял её, прижался губами к причёске. – Это твоё место, кажется, я даже чувствую.

– У меня тоже есть подобное ощущение. – Женщина повернулась к нему, но взгляд у неё был рассеянный. – Скажи, это действительно так важно для тебя – твоя внешность?

– М?

– Твоя внешность – она действительно настолько тебя беспокоит?

– А тебя? – машинально вернул он вопрос и мысленно обругал себя, что не успел язык прикусить. Уж наверняка она разозлится повтору, она ведь уже отвечала.

– Ну говорила ж. Мне нравится, как ты выглядишь. По моему мнению, у тебя лицо и тело настоящего мужчины.

– А если бы я вдруг стал выглядеть иначе, это имело бы для тебя значение?

– Сейчас? Уже нет. Да, когда лишь начинаешь сближаться с человеком, признаю, обращаешь внимание на внешность. Тут ничего не поделаешь, это единственное, что вместе с поступками лежит на поверхности. Но когда привыкаешь к спутнику, узнаёшь его характер, привычки, внешность уже не имеет значения. Даже если лицо любимого мужа в одночасье будет изуродовано шрамами, какая разница? Ну, в смысле, мужа жалко, само собой. Очень. Но подобное – лишь повод ухаживать за ним и поддерживать на пути выздоровления. Не более. Единственно важным является то, что он давно уже стал тебе родным.

– Значит, внешность мужа для тебя неважна?

– Совсем.

Эйтал крепче прижал её к себе.

– Я успел стать для тебя родным?

– Мы с тобой на пути к этому, – тихо рассмеялась Лара. – Но шагаем уверенно.

– Тогда, как ответ на твой вопрос – да, для меня моя внешность важна. Меня очень задевает то, с какой жалостью придворные смотрят на тебя. Видя во мне урода, они наверняка в ближайшее время начнут виться вокруг тебя, пытаясь обольстить.

– Ты ведь не думаешь, что я…

– Я верю в то, что ты не поддашься! – воскликнул он. – Но всё это будет выглядеть оскорбительно для нас обоих. Вот о чём я думаю.

– Понимаю. – Вздохнула и прижалась сильнее. А потом снова повернула голову и мимолётно прошлась пальцами по его лицу. – А вот так будет лучше?

– Как?

– Чёрт, у меня с собой нет зеркальца. Не помню, можно ли построить соответствующее заклятие…

– Я могу, – растерянно ответил Эйтал. – Вот в этом ручейке, если надо. И если позволишь.

– Почему бы я могла не позволить?

– Но это ведь твой уголок.

– Да брось, чародействуй, если хочешь!

Он легко поднялся и без проблем создал нужную структуру на воде.

Лара даже и не подумала подняться с расстеленного ропона. Она лишь развернулась на бок, с улыбкой следя за ним, и кивнула.

– Посмотри, – пригласила она. – Этого будет достаточно?

Не понимая, принц заглянул в магическое зеркало – и опешил. На него из бледного водяного стекла смотрела его лучшая копия: молодое лицо, приятно-привлекательное, не такое жёсткое, как у Райнера или Ариавальда, чуть погрубее, чем мягкое, в чём-то даже медовое обличие Ульриха. Зато на его напряжённом лице такими выразительными казались глаза! Именно они первым делом обратили на себя его внимание. А потом уже форма лица, носа, губ… Внешне это новое отражение было очень похоже на его братьев, всех троих.

Эйтал растерянно оглянулся на супругу.

– Это – я?

– Ну да.

– Послушай… Признай – ты просто зачаровала ручей, чтоб он показал меня таким, каким я всегда мечтал себя видеть.

– Но это ведь ты строил заклинание зеркала, – мягко улыбнулась она. – Так что оно показывает то, что ты в него вложил.

– Не обижайся, пожалуйста! – Эйтал кинулся к ней, обнял крепко-крепко, от души. – Я совсем не подозреваю тебя в обмане, просто настолько… изумлён! Просто не представляю, что сказать.

– Ну и не надо ничего говорить. Если ты рад, то и я рада.

– Я теперь правда такой?

– Правда, – рассмеялась она.

– Просто не верю…

– Ничего, привыкнешь!

А в следующий миг рядом замерцал переход, из которого сперва кубарем выкатился Дий (которого Кристальная королева тоже прихватила с собой в гости), а следом вышагнула Вевея. Встряхнулась и демонстративно хрустнула пальцами.

– Я вам его тут оставлю ненадолго, ладно? – мягким, даже каким-то чарующим голосом произнесла она. – Скоро Агата его заберёт.

– Что случилось? – Лара даже на месте подскочила.

– Этот… мой племянник попытался украсть Аню.

– Что?

– Да не хотел я её украсть! – выкрикнул Дий, вскакивая на ноги и стискивая кулаки. – Я просто думал вместе с нею добраться до храма! И всё!

– Никто бы не обручил тебя с моей дочерью без моего присутствия. Или хотя бы без присутствия её отца. Да и даже если б у тебя всё удалось – толку-то? Я бы моментально расторгла помолвку, заключённую без моего дозволения и согласия дочери – если ты помнишь, она пока не имеет возможности это согласие выразить! А ты – идиот малолетний! – И повернула голову к ошеломлённой Ларе. – Агата не задержится. Она скоро. Просто сейчас очень занята.

– Господи, что ещё-то случилось?

– Ева попыталась сбежать. На войну. – Вевея скривилась и развела руками. – Вот теперь я и думаю, она в самом деле усыпляла прислугу, чтоб улизнуть в бальный зал, или ещё глубже всё продумала и посчитала, что теперь наше внимание к ней ослабнет.

– Не может быть! Она же ещё совсем кроха!

– Ну да. Но в таланты Агатиной дочки я уже верю… Ну, в общем, тут всё несложно, сейчас мама ей разъяснит политику партии и примчится растолковывать подробности старшенькому. Мне самой это не с руки, ты ведь понимаешь. Я и пришибить могу… Да ладно, дети есть дети! То ли ещё выкинет дочка Таяты – это наша родственница по линии Сверадов. К счастью, Таята родит не очень скоро, но зато её чадо всё семейство поднимет на уши. Ох… – И, махнув рукой, скрылась в переходе, который за её спиной и истаял.

Разозлённый Дий топнул ногой и отошёл к краю обрыва. Злобно шмякнулся мягким местом на край и, устроив подбородок в коленях, замер обиженным памятником уязвлённому подростковому самолюбию.

Лара растерянно взглянула на мужа, не менее изумлённому.

– Фига себе…

– Мда, молодой человек… как бы это сказать, сильно удивил. – Эйтал качнул головой. – Надеюсь, Ульриху не придётся вмешиваться и улаживать скандал на дипломатическом уровне. Даст Всевеликая Магия, сумеем спустить на тормозах. Как думаешь, наши тоже получатся такими же бойкими?

– Насчёт множественного их числа ничего сказать не могу, но первого придётся воспитывать как следует. – Лара положила ладонь на живот.

Глаза принца округлились, а следом соответствующую форму приобрёл и рот. Несколько мгновений он переводил взгляд с её лица на живот и обратно, а потом выдохнул:

– Ты… Беременна?

– Угу.

– Ох… Родная моя! – И поспешно подгрёб супругу в объятия. Где-то там в их глубине она тихонько хохотнула и тем его успокоила – он не причинил ей ни боли, ни неудобства своим напором. Как же это приятно – держать её в объятиях! – Любимая!

– Слушайте, вы могли бы не при мне миловаться, ваши высочества? – с раздражением уточнил Дий, даже не оборачиваясь. – Я так-то подросток ещё, мне не положено такие зрелища наблюдать.

– Вашему высочество не след так зарываться, – буркнул Эйтал. – А то может получиться обидно.

– И что вы собираетесь мне сделать?

Вызывающе-ленивый взгляд юноши встретился с многозначительным прищуром принца. Он, хоть и счастливый до горлышка, был сейчас готов и рявкнуть. Что уж там, любой мужчина, выросший и возмужавший в чисто мужском коллективе, привыкший общаться с солдатами, боевыми магами, придворными и политиками, всегда был готов поставить на место кого следует и проследить за соблюдением субординации.

Особенно там, где общение шло с заигравшимся юнцом.

– Пообщаюсь с вашим отцом по-дружески, думаю, после этого вас, принц, перестанут брать куда-либо. Ну, и согласятся, что вам необходимо дополнительное обучение. Очень полезное для наследника престола.

Дий скривился.

– Ой, как страшно…

– Разумеется, ничего страшного в обучении быть не может, – усмехаясь, согласился Эйтал, усаживаясь рядом с женой и устраивая её поудобнее. – Тут вы правы. Просто иногда бывает тяжело, скучно, болезненно, изматывающе и даже голодно. Но согласитесь, для юного ума и тела серия таких испытаний только на пользу.

Наследный принц Высокогорья бросил на собеседника сумрачный понимающий взгляд и пробурчал:

– Приношу свои извинения, ваше высочество. И вам, ваше высочество…

– Никто здесь не держит на вас обиды, правда, герцог? – пропела Лара, мило глядя на супруга.

– Конечно. Никто.

– А позвольте узнать, ваш отец против вашего союза с леди Анной?

– И он, и матушка, и её высочество Вевея, – ворчал разозлённый, но уже остывающий парень. – Они будто сами не понимают, насколько этот брак необходим престолу Высокогорья.

– Может быть, старшие придерживаются другого мнения? – Молодая женщина отметила обидный скептицизм на лице Дия и понимающе вздохнула. Ну да, сам-то подросток уверен, что старшие ничего понимать и не могут. Не их старшинское дело – понимать. Вот он-то, расцветающий разум, способен охватить картину единым орлиным взором и хватануть самое важное! И переубедить такого уверенного – нереально. – Вероятно, у них есть к тому основания. Например, любой взрослый знает, что несчастливый брак чаще всего заканчивается ещё хуже, чем не случившийся вовсе.