Текст книги "Шаг за грань (СИ)"

Автор книги: Василий Грабовецкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 34 страниц)

Интерлюдия 3

– Седьмая армия разбита? – Рингер нервно ходит по шатру, – это же самый сильный объединённый корпус на Демонском Кряже.

Высокая фигура, таинственно скрытая капюшоном, ответила не сразу. Жёсткий, хрипловатый голос прозвучал как скрежет:

– Мы недооценили накопленные силы.

– Остальные? – император резко повернулся к послу.

– Рассеяны, начали собираться в намеченных точках. Что у вас?

– Выбились из графика. Мадэн не взять, и мы не можем двигаться, оставив осиное гнездо за спиной, – Рингер вновь зашагал взад-вперёд.

– Что вас остановило?

– Непредвиденное. Вендар как-то запустил наследие Предков, – извиняющимся тоном ответил император.

Гость впервые проявил эмоции, подавшись вперёд:

– Как? Откуда?

– Не знаю, но есть зацепки. Роем, – Рингер вернулся на трон. И уставшим тоном, будто думая вслух – мне всё больше кажется, что мы обсчитались. Надо было выступать вместе, ударить одновременно.

– Мы рассматривали этот вариант, нецелесообразно. Если бы не накладки, всё бы вышло как задумывали, – прощальный жест и фигура вышла на улицу, где ждала завешанная карета, без опознавательных знаков.

Шатёр тут же наполнился людьми.

– Что у тебя? – указательный палец упёрся в старика.

– Ни в одном городе не объявлялся. Задача осложнена, у нас нет его точного описания, ищем вслепую.

– Он не мог остаться незамеченным, кто-то должен знать, как он выглядит. Найди. Мне. Его, – и зная рвение своих обормотов, уточнил, – живым!

Глава 5

Какой приятный шум моря, звуки прибоя, накатывающая и тут же, испугавшись своей наглости, убегающая прочь вода. Прилив. Отлив. Прилив. Отлив. Спокойствие и умиротворение. Не хватает крика чаек, чтоб дорисовать композицию.

– Эй, да очнись ты уже, – пробивается глухой, далёкий рокот.

Давящий звон ушел, головная боль растворилась и упорхнула небрежным ветерком вдаль. Меня нежно качает на волнах, море убаюкивает, как мама в детстве, и нашёптывает, нашёптывает…

– Сделай уже что-нибудь, – приносит ветер из-за горизонта.

Знакомый голос, откуда я его знаю?

– Я сделал всё что мог, если он выживет, это будет чудо. Я пошёл, других раненых хватает.

Да что это такое? Кто мешает расслабиться и погрузиться в блаженный сон? Лучше включите птиц, без них пустовато, незавершённость картины…

– Если будешь в туннеле: держись подальше от света. – доносится издалека.

Какой туннель? Меня с пляжа, поганой метлой не выгонишь. Хм, «поганая» – странное слово…

– Да вставай уже! Ну, открой глаза.

Тело начало трясти. Да что же это такое-то, хватит колыхать воду, раньше было лучше. Уйди, приставучий голос.

– Ну, как он? – в небе раздался третий голос, ближе и отчётливей.

Тоже знакомый. Что за дела? Они меня окружают! Это наглая экспансия!!!

Что-то поселилось на краю сознания, пробую вытянуть эту мысль, но она раз за разом ускользает. Стал возвращаться назойливый гул. Появился неприятный осадок, лёгкое раздражение, сколько не пытаюсь поймать мысль за хвост – не даётся. Если мысль не хочет быть осмысленной, то не надо тратить на неё время. Нет-нет, верните прибой, где мои приливы и отливы? Шум не хочу, я его не заказывал.

– Не приходит в себя, – пророкотало недалеко в небе.

Хватит спорить в моём море, заведите своё и делайте там что хотите.

– Давай я попробую, – прогремело где-то над головой. Не пойму, чего больше в голосе злорадства или нетерпения. Точно говорю, собираются отобрать мой райский уголок…

Голова начала тяжелеть. Эй, я так под воду уйду, с такой-то чугунякой придётся вылезать на берег. Боль начала возвращаться.

– $#^%@#… – я начал комментировать творимое безобразие, но договорить не успел – в череп загнали раскалённый гвоздь…

Боль ушла, в голове образовалась приятная пустота, и лишь нарастающий шум не давал погрузиться в забытьё. Следом за слухом вернулись тактильные ощущения, появилось ощущение неудобства.

В какой-то момент пришло понимание, кто я и что здесь забыл.

Я лежу, тело… болит – не то слово. Разваливается на части – вот это то слово. Поистрепался в бою изрядно. Глаза не размыкаются, попытка разлепить закончилась взрывом сверхновой.

Когда сознание начало собираться в мозаику вспомнилась старая шутка: «с утра я совершил открытие века. Полежав немного, открыл второе веко». Анекдот настолько древний, что, об его бороду ещё пещерные люди спотыкались, возможно, по этой же причине и динозавры вымерли…

Темнота сменилась ярким светом, словно плёнку засветило. В белом пятне начали проступать серые контуры, обрастать плотью, пока окончательно не сформировались в Вазилеска и знакомого мага, а также Алиска, выглядывающая из-за спин.

– Вы? Всё-таки в ад попал, – обречённо прошептал, потратив остатки сил, и сознание вновь померкло.

Караван перестал существовать. Из покинувших Вендар, трёх тысяч, в живых осталось меньше четырёх сотен, из них триста охотников, большинство ранены. Ещё сутки меня выхаживал Эддрик, маг из таверны, занимался мной персонально. Лишь на второй день я смог встать на ноги.

Оставшись без присмотра, выяснил, что аптечка пуста, дурная машина опустошила запасы за несколько часов, хотя прежняя служила дольше, и в скольких заварушках вытаскивала за волосы с того света. Получается в автоматическом режиме расход больше. Помню, колола как швейная машинка, по делу и без. С другой стороны – в критические моменты сам нажимать не успевал бы. Но и отключившийся во время боя медпак – неприятный сюрприз. Стоит ли включать в автомат – реальная дилемма, есть над чем подумать на досуге.

Хромаю вдоль каравана, судя по ощущениям – на мне нет живого места. Плечо напоминает о себе, в ногах каждый шаг отдаётся болью. Всё тело ноет, суставы словно вывернули. Надо найти свой мешок, при таком соотношение магов и больных страдать придётся долго.

Вокруг хаос. Лошади убиты либо разбежались, вещи раскиданы. Всюду мародёрствуют, ищут свои мешки, или запасают необходимым у тех, кому больше не понадобится. Правильно, надо набрать припасов на несколько дней пути.

А вот и моя двухпудовая барсетка. Всё на месте, только тащить пешком. Как сказал классик: «все мы немножечко лошади». На что народный глас добавил: «а я бессмертный пони».

Заменил пустой чудо-девайс на новый, и сразу запустил в ручном режиме. Я тыкаю в кнопку пальцем, аптечка тыкает в меня иглой, мстит, наверное. Ишь, недотрога. Пока ничего не грозит – буду её пользовать так, а дальше «будем посмотреть».

Но как помочь другим? Больных много, магов не хватает. У меня есть запас аптечек, но слишком людно, не достать, а смотреть, как страдают, зная, что помочь в моих силах – тяжёлый выбор, я на него не готов.

Конечно, можно засветить арсенал, но я и так много наследил, не стоит привлекать внимание. Если ничего не придумаю – так и поступлю, лучше раскрыться, чем брать на совесть тех, кого мог спасти. Знаю, что настоящие интриганы бы до конца сохранили свой секрет, идя по трупам. Я не такой, и в данном контексте это плохо.

Рядом копошится незнакомый охотник, перебирая снедь сломанной телеги. Проходя мимо, незаметно подкинул три автоаптечки, должен найти, и вся ответственность за редкий артефакт на нём. Найдёт – замечательно, если нет – заберу назад, и буду думать дальше.

Через пять минут воздух огласил торжествующий крик. А парень, размахивая находкой, кинулся в сторону больных. «Редкость, редкость», а смотри ж – узнал, какое сокровище к нему привалило.

Во-о-от, и овцы целы и волки сыты и пастуху вечная память. Кто молодец? Я молодец! Кто молодец?!? Я молодец!!!

Только Эддрик получив ценный груз нашёл меня взглядом, несколько секунд пронзительно сверлил, и отвернувшись, засуетился над больными. Что-то заподозрил? Так ему, вроде, не показывал данный девайс. Освежил в памяти день встречи с магом в таверне. Нет, ему я аптечку не показывал, её засветил только в Гильдии Охотников, когда доказывал, что не нуждаюсь в маге. Могли ему из гильдии сдать меня? Вряд-ли, с чего такая честь. Да, и знай, он о таком артефакте раньше – вёл бы себя иначе. Неужели провёл параллель, между моим обещанием провести в Крепость, и данной находкой? Тоже ерунда, в караване немерено охотников, удивляться подаркам от Предков – как минимум глупо.

Наверно это игра, а он как НПС знает ху из ху.

Три дня стаскивали в кучу убитых, из которых два я провалялся. Зато прочувствовал героем анекдота: «против нас миллиард китайцев. Ужас, где мы их хоронить будем?» Если бы не пять магов, и за неделю бы не управились. Правда эти кудесники всё время ворчали, что «сила» сбоит, но мне их не жаль: сами виноваты, натворят делов, а у честных «меня» потом пистолеты не стреляют, пришлось вспотеть, махая железяками.

Заодно демонов посчитали, сто двадцать семь тварей, вот что называется, у страха глаза велики, когда неслись лавиной выглядели массово, не меньше полутысячи.

Для аборигенов и это мощь, против такой оравы надо выводить армию охотников. Около четверти приговорил я, как минимум ранил, облегчив работу другим. Но и мне повезло лишь потому, что твари рассредоточились, кинься скопом…, хороший получился бы некролог. Удручает. И опускает самооценку ниже плинтуса. Получается, я спасся только чудом, да и то, сколько сил потрачено, чтоб вытянуть из-за кромки.

Если бы ватага не растянулась так сильно, и твари не разбежались, то никто бы не выжил, даже такая ценность как я. Хоть и шутил перед Альенорой, но всем же понятно, что центр Вселенной – я. И даже факт, что она расширяется, лишь показатель – галактики в страхе разбегаются от меня.

Несколько выловленных лошадей, телег немерено – выбирай на любой вкус, уложив особо раненых, кого ни аптечка, ни маг на ноги не поставили, шествие возобновилось. Благо за жизнь можно не бояться, один из магов с аптечкой курсирует между поводами. Вазилеск, с открытым перелом ноги, разлёгся лежит бедокурит, шуткует, народ веселит. Ишь ты, как на него влияет физическое увечье. Будет скучно, сломаем ему нос или руку.

Ломаем Вазилеска, веселим народ… Ремикс на знаменитую сатирическую песенку.

– А ты-то как выжил? – раздалось ехидно за спиной, – вот точно говорят, гуано не тонет.

Как меня выхаживали наблюдала, но видела ли как затоптали? Подойдём с другой стороны: предположим не видела, есть ли у неё моральное право поддевать меня? Если так подумать, то погибло множество народу, сколько охотников полегло, а я пусть потрёпанный, но выжил. Повод злиться есть – столько отличных воинов полегло, а я дальше копчу воздух.

– Под телегой отсиделся, – буркнул я в ответ.

– Так легко признаёшься в своей трусости? Привык к унижениям? – охотница посмотрела на меня, так что я должен был провалиться под землю от стыда.

– Сгинь, женщина.

– Женщина? – возмутилась охотница, – да ты знаешь, сколько мне лет?

Как будто молодую девушку нельзя назвать женщиной? Тем более первая начала, сама нарвалась на грубость, пусть радуется, что чего пожёстче не завернул.

– Отстань, старуха, я в печали, – исправился я. Судя по змеиному шипению за спиной, теперь точно война…

Глава 6

Гильдию охотников ждёт пренеприятнейший сюрприз. С караваном шли четыреста охотников, раз в одном месте собралось столько, значит, их очень ждали. Судя по количеству одиночек, Вазилиск говорил про сотню с гаком, на финише собралась немаленькая армия, видно намечается серьёзная вечеринка.

Теперь из четырёх сотен приедет лишь половина. Арифметика говорит, что пополнение уменьшилось вдвое. Даже если забыть, что часть ранена, и нескоро встанет в строй, то математика всё равно ошибается. Команда не равна сумме составляющих её индивидов, слаженный отряд эффективней толпы, даже более многочисленной. Сегодня многие отряды недосчитаются бойцов, без них они неполноценны, а взяв новичков, пока сработаются… можно о них забыть.

Караванщик скоропостижно скончался, потеряв голову, в прямом смысле слова – в пасти химеры. Видимо сильно привык к кумполу, раз от досады сердце не выдержало, и… дальше ватагой, до ближайшего города, верховодит Эддрик. Хорошо паренёк поднялся, таким стремительным взлётом может похвастаться не всякий. Но радости не излучает, не проникся ещё, сколько шагов по карьерной лестнице отмахал разом.

– Вазилеск, ты Алису давно знаешь? – спросил я охотника, когда остались одни. А то рядом с весёлым парнем вечно крутится толпа.

– Мы в Гильдию вместе попали. Пять лет получается, – почесал затылок чернявый.

Да им же чуть за двадцать. Пипец, тут раннее созревание.

– Она всегда нарывалась, чтоб её перегнули через колено и отшлёпали по попке?

– Не обращай внимания. У всех амазонок сдвиг на этой теме.

– До нападения особо не доставала, – скептически заметил я.

– А-а-а, она тебя задирает. У нас было пари, кто больше ранит и убьёт. А потом ты выманил всех демонов на себя, и… я её обошёл на три твари. Она должна желание, а злость срывает на тебе.

М-да. Когда спорят два охотника одинакового профессионального уровня, то линейка – последний довод.

– И почему отсутствие первичных половых признаков так сильно влияет на логику? Вы же были в равных условиях…

– Не обращай внимания, она просто вредничает. Поверь, она сильно переживала, когда мы нашли тебя без сознания, и сама тебя выхаживала.

Хм, зря я тогда с ней так круто. Надо будет как-то отблагодарить.

Кучевые облака, белогривые лошадки, объёмные и пушистые как вата, скачут так низко, что могут по макушке копытом садануть. Приятный тёплый ветерок освежает, солнце закидывает лучи-диверсанты в прорехи, от чего непроизвольно щурюсь. Одеть бы маску, да затемнить окуляры, но все глазеть начнут, лучше потерплю. Костюмы, сродни моему, видел на охотниках много, часть наверняка современного пошива, но главное, что дизайн привычен. Зато шлемы не встречал, или в сумках носят, или их вовсе нет.

Смена рельефа подсказала, что мучения подходят к концу. Вот уже и чаща появилась из-за холма. Как я соскучился по деревьям, казалось, эта чёртова пустошь не закончится. Но нет, бесконечна только человеческая глупость, всё остальное придёт к логическому завершению.

На удивление опечален я один, остальные явно расстроены случившимся, но унынию не поддаются, двигаются как ни в чём не бывало, шумно переговариваются, некоторые даже шутят, вызывая бурный смех окружающих. Меня это несколько озадачило, если у них такие потери после каждого нападения демонов, то как человечество не вымерло. Или это то, о чём говорил Лагот – тварей становится больше, несмотря на все старания Гильдии. Да и спокойствие остальных удивляет, привыкли к крови и жестокости? Мне, дитю двадцать первого века это дико. Где поминки? Где траурный день, без шуток и развлечений?

Вазилеск опять препирается с Алиской, балагур как всегда весел, угрюмая охотница вечно чем-то недовольна, не понятно кто кого троллит. Милые бранятся… не буду вмешиваться. Кость у охотника уже срастается, скоро побежит, аки зайчик по траве.

Первая таверна за столько дней пути, большой постоялый двор за высоким частоколом, маленькие, как бойницы, зарешёченные окна и башенки на крыше. Пародия на крепость, но от мелких сил и диких зверей действительно защита.

Аппетитные ароматы начали дразнить ещё на подходе. Свежий хлеб приятно щекочет рецепторы, а от жаренного на огне мяса голова кружится, мне здесь точно понравится. Все неприятности отошли на второй план, настроение ползёт в гору, а я, как человек настроения плетусь за ним следом.

Маг направился к трактирщику, договариваться о комфортном размещение больных. И чего он с ними носится? Маги и аптечки ещё утром последних «тяжёлых» поставили на ноги, причём работали в основном вторые, колдуны-шаманы совсем расслабились, обленились. Сначала магия заменяет блага развитого мира, давая возможность ничего не делать, ни заводов, ни обучения медицине, давняя мечта человека – болтовня вместо дела. Теперь, наоборот, благодаря научному наследству даже колдовать не надо. Так что лучше и надёжней?

Интересно на чьи плечи ляжет обеспечение раненых. Как существо коллективное, готов скинуться, из скромных запасов, в пределах разумного. Но за проезд было заплачено, и видится мне что условия «контракта» выполнены не полностью, а значит, лечение должно быть заботой каравана. Хотя от каравана одно название, а из администрации – никого. Маг, взявший на себя ответственность точно, не должен остаться крайним.

Зал большой, двухэтажный, в такой вся наша толпа сможет влезть, если потесниться. Не успел я приземлиться за свободный стол, как рядом нарисовался худой как жердь парень, в строгом костюме и полотенцем на локте. Да тут, крутой ресторан, но худой официант – это весьма подозрительно, хуже только тощий повар. Правильно, он должен готовить еду, а не есть её, а потом валяться с больным животом.

– Мяса жаренного и каравай хлеба. Какое вино можете предложить? – делаю скромный заказ.

– Вам отпраздновать или забыться? – Официант замер с графитом над блокнотом.

– Чтоб пить и не пьянеть, – озвучил свои пристрастия.

Меня смерили подозрительным взглядом, убедившись, что не шучу и не издеваюсь, официант пожал плечами. Мало ли какие безумцы ходят по дорогам, может в психушке день открытых дверей.

– Я бы тоже хотел его встретить, – рядом приземлились Вазилеск, Алиса и ещё трое незнакомых охотников из отряда, не случилось познакомиться, – Андрей, ты слышал, в Мадэн Крепость Предков проснулась. Рингер объявил охоту, кого-то усиленно ищет. Ползут слухи, что какой-то везунчик раздобыл ключ от этой Крепости.

На моём каменном лице не отразилось никакой эмоции. Покерфейс с налётом скуки, хоть картину рисуй. И чего я в актёры не пошёл, по мне Оскар плачет. Наркоман Иванов получил Оскар за роль после второго плана.

– Так зачем его искать, если Крепость проснулась, значит, он внутри, надо окружить, и ждать, когда выйдет, – давлю на логику, уводя размышления в другое русло.

– Хм, точно, глупость какая-то. Может он сбежал? – вставляет свои пять копеек один из охотников.

– А ты бы ушёл, когда все сокровища достались тебе? – не совсем разумно, зачем артефакты, если не можешь ими воспользоваться, да и похвастаться наверняка захочется. Сидеть, над златом чахнуть вряд-ли кто станет.

Но изъяна в логике никто не заметил, раздались смешки над незадачливым оратором. Парень смутился, а вот я ощутил, как над головой сгущается жо… сгущаются тучи. Как говорят астрофизики: Вселенная находится в большой гравитационной яме. Вот так мягко и дипломатично было указано, в какой мы жопе.

Получается, я доигрался, сильно наследил, и последствия не заставили себя ждать. Интересно, меня хотят устранить или использовать в своих силах. Скорее второе. Хорошо, что в караване столько охотников и моим оружием никого не удивить.

– Ага, – мечтательно вклинился Вазилеск, – там, наверное, сокровищ на несколько лет, даже если просто обходить.

С одной стороны, приятно слышать, что бункер активизировался, значит, пригодился мой подарок, да и Рингеру козу подложил. С другой стороны, я надеялся, что до этого не дойдёт, как же, у Вендара ведь непобедимая армия и вековые традиции обламывать планы всем захватчикам.

А то, что кого-то начали искать, несколько озадачило. Кроме друзей я засветился только перед Альенорой, она, конечно, та ещё язва, но такого удара в спину от неё не ожидал. Сам виноват, подсознательное желание выпендрится… а ведь вполне прогнозируемый результат. Тщеславие до добра никого не доведёт.

– И как выглядит этот счастливчик? – провожу разведку дальше.

– Слухи разнятся, некоторые говорят, что у него длинные волосы, другие, что наоборот, стрижка короткая. Кто-то кричит, что волосы чёрные, иные утверждают, что шевелюра бела как снег. Но все сходятся, что он великий воин, высокий, с мышцами как столетними дубами.

Хм. Если слухи от этой пигалицы, то меня описали бы подробней, значит Альенора не при делах.

«Ничего не понимаю», – голос в голове прозвучал с мультяшной интонацией знаменитого персонажа, который не выговаривал некоторые буквы и цифры.

– Так его вообще видели? Под такой диапазон подойдёт каждый, причём обоих полов.

– Кроме тебя, – съехидничала Алиса.

– Кроме меня, – не стал я перечить. Впервые телосложение мне на руку, на меня подумают в последнюю очередь.

Каштанка подозрительно смерила меня взглядом. Неужели перестарался? Что я сказал не так? Не стал огрызаться? Слишком охотно согласился?

– Чё зубоскалишь, дылда, – исправляю ситуацию, – художника каждый обидеть может. О, а вот и мой заказ.

– И что рисуешь? – прервал мою трапезу охотник из троицы незнакомых. Не понял иронии?

– Я авангардист. Рисую как вижу, а вижу отвратительно, такая мазня получается, – продолжаю шутку, теперь-то юмор оценят.

– К магу за помощью обращался? И совсем слепых лечат, – закивали сразу двое.

Безнадёги, то ли чувство юмора атрофировано, то ли я старею. Да не, просто юмор тонкий, не всем дано постичь его глубину. Да, буду думать именно так.

– Тут маги бессильны, между глазами и мозгом какая-то тупая линза, всё искажает, – закрыл я тему. – Прокладку менять надо, между кисточкой и полотном.

Двух дней хватило на восстановление сил, зря не смогли обжиться лошадями, но хоть так, уже был готов двигаться дальше один, когда Эддрик предупредил, что утром выход.

– Карлик, а куда ты вообще едешь? – и как она незаметно подобралась, ниндзя нервно курят в сторонке.

Вот хочешь сделать доброе дело, а не выходит. Хочется сделать ей какой-нибудь комплимент, подарить цветок, не зря же нарвал небольшой букетик, а она при каждой встрече хамит. Вот как отблагодарить её за заботу о моей бренной тушке?

– Далеко, отсюда не видать, – буду я ещё раскрывать карты, не дождётся.

– Ну, ты-то точно далеко не увидишь.

Я остановился, пройдя пару шагов по инерции, Алиса тоже тормознула.

– Не надоело? – я закипел, она меня реально бесит, – у тебя какие-то комплексы? Решила через меня самореализоваться?

– Я уверена в себе, я уже член отряда из золотой десятки. – Охотница явно смутилась.

– Почаще себе это повторяй, – я развернулся, и зашагал не оборачиваясь.

– Я скоро стану разящей, – донеслось обиженное в спину.

Я проигнорировал этот крик отчаяния, неопределённо покрутил рукой через плечо, сама надумает смысл жеста, накрутит себя, может даже обидится. Нельзя лишать девочку такого удовольствия.

Если оставить женщину одну, то в её голове появляются мысли, и что самое страшное – она их думает. Обычно, ничего хорошего от этого ждать не приходится.

Я понимаю причину её агрессивности, она решила мне отомстить (хоть и нет причины), но не нашла ничего лучше, чем бить по самому больному, зачем напрягаться и придумывать изысканные насмешки, если повод на поверхности. А вот фиг ей, пусть напрягает мозги!

Сеанс психоанализа пошёл на пользу. Следующие три дня пути шуток про мои великие габариты почти не было. Иногда выдавливала колкости, просто подчеркнуть, что на мои слова не отреагировала, но как-то не уверенно, вымученно, да и вставляла неуместно. Я лишь снисходительно улыбался, что злило охотницу ещё больше. Зато количество шуток плавно сошло на нет. Градус отношений начал подходить к отметке «нормальные», даже смог букетик подарить, чем несказанно удивил.

Хотя, нет-нет, да снова рецидив, прощупывает на прочность.

– Андрей, он ко мне пристаёт, – зашла Алиска, с другой стороны, – помоги мне.

Вот, теперь видно, как крутятся шестерёнки в её головке. Зачем тыкать в очевидное, если можно подойти со стороны, вынуждает заступиться, чем продемонстрировать слабость. Я, как мужчина просто обязан защитить хрупкую девушку.

Хрупкую, как же. Понятно, что в настоящей ситуации я бы защитил, а сейчас идти на поводу не стану.

– В чём помогать? Думаешь один не справится? А ты я смотрю девочка с огоньком, – восхищённо покачал я головой, и добавил уже Вазилеску, – запомни совет мужчинам во все времена: если изнасилование неизбежно – расслабься и насилуй.

– Все мужики козлы, – выдала очередной перл феминистка. Видимо на что-то более умное и свежее за все века фантазии так и не хватило. С другой стороны, зачем придумывать что-то новое, если старые приёмы действуют.

– Женщина, которая говорит, что все мужики козлы просто не там паслась, – не люблю я эти холивары, войны полов, но эта эмансипантка сама постоянно нарывается, вон и чернявого уже достала.

Казалось бы, уже охотница, куда уж круче, но нет, мало ей. Это же какой комплекс неполноценности должен давить, чтоб так изгаляться.