Текст книги "Дочь врага Российской империи. Ведьма (СИ)"

Автор книги: Василиса Мельницкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 23

Стоило признать, в Березовском ущелье красиво. По дну ущелья текла речка – та самая, что шумела за забором Мишкиного дома. Тропа шла вдоль нее, забирала чуть вправо или чуть влево, перескакивала на другой берег. По обе стороны от тропы – отвесные скалы: и голые, и густо поросшие зеленью. Разнотравье благоухало на солнце, и среди запахов я различала знакомые – чабреца и ромашки. А вода – ледяная! И как мальчишки в ней плескались…

Правда, и сейчас любоваться красотами некогда. Но вчера утром я их вовсе не замечала.

Я рассказала Мишке о выходке Головина и о нашем с Савой договоре. Мишка эмоций не скрывал – на Венечку злился, мне сочувствовал. Обрадовался, что мы с Савой все же не расстались по-настоящему.

– Спасибо, что не стала обманывать, – сказал Мишка. – Я понимаю, чего вы опасаетесь, и не выдам вас. Но разве ты об этом хотела поговорить?

– Ты проницателен, друг мой, – грустно улыбнулась я. – И, наверняка, ощущаешь мои сомнения. Да, Майк, я сомневаюсь, но не в тебе. Не уверена, что втягивать тебя… Вернее, наоборот. Абсолютно уверена, что втягивать нельзя. Но у меня немного вариантов. Поэтому отказ – это нормально. Договорились?

– Яр, куда втягивать? Ты нормально скажи, – попросил Мишка.

Тропа уперлась в груду камней. Мы легко перемахнули через них и продолжили прогулку.

– Я говорила, что дела у Матвея плохи. Это даже Александр Иванович признает. Нужно искать настоящего убийцу. Зацепок нет. Единственный вариант – допросить Павла. Но он, как ты понимаешь, незаконен.

– И неосуществим, – добавил Мишка. – Или у тебя есть знакомый ведьмак, который согласится подставиться?

Как ни странно, я испытывала куда большее удивление, чем он. Мишка, кажется, не удивился вовсе. Что ж, он-то о ведьмаках знает. Может, тоже думал над этим вариантом.

– У меня нет знакомого ведьмака, – сказала я. – Я пытаюсь его найти. У тебя никого нет на примете?

– У Глафиры уже спрашивала?

Мишка испытывал злость. Но какую-то… локальную, внутреннюю. На себя, что ли? Он раздражен, однозначно.

– Нет, у тебя первого спросила. А что, ведьмы держат связь с ведьмаками?

Мишка пнул камушек на тропе. Тот улетел в речку.

– Неофициально, – нехотя процедил Мишка сквозь зубы. – В здравом уме никто в этом не признается. Ты, как минимум, должна стать частью Ковена. Но и тогда… допрашивать мертвого никто не согласится. Да и как? В морг при управлении ведьмака не пустят, а родственники…

– Отец Павла дал согласие, – перебила я. – Но время ограничено. До кремации три дня.

Мишка что-то знал. И колебался, говорить об этом или нет. В другое время я отступила бы, но не сейчас.

– Миша, ты можешь познакомить меня с ведьмаком? Даже не познакомить, подсказать, где его искать. Я договорюсь с ним сама.

Он тяжко вздохнул и сел на нагретый солнцем камень.

– Мать хотела, чтобы я стал ведьмаком. Я и был… учеником. Недолго.

Я плюхнулась на камень рядом с ним. Стало еще жарче: теперь припекало не только сверху, но и снизу.

– Ты говорил, что с юридического сбежал. Или с экономического?

– Ой, только не надо! – поморщился Мишка. – Напомнить, кому я это говорил? И сколько еще скелетов вывалилось из твоего шкафа? Да, у меня он тоже есть. Теперь ты знаешь.

Упрекнуть Мишку в скрытности мог кто угодно, только не я. Когда мы познакомились, я уже притворялась парнем.

– Так ты сбежал от ведьмака? – уточнила я.

– Угу, – мрачно подтвердил он.

– Вопрос закрыт. Спрошу у Глаши.

Я поднялась с камня. Как на сковородке посидела!

– Чего это закрыт? – нахмурился Мишка. – Разве я отказался помочь?

– Нет, это я не настаиваю.

– Яра, ты меня за кого принимаешь? За барышню с нежной психикой? – рассвирепел он. – Я и сам думал о том, что нужен ведьмак. Но первая сложность – это родственники. Если ты говоришь, что старший Шереметев дал согласие, можно и к ведьмаку идти на поклон.

– Мишаня, я тебя другом считаю. Потому и раздрай. Кого просить о помощи, если не друга? Но одновременно я тебя подставляю.

– Ты заморачиваешься, потому что девчонка, – припечатал Мишка. – Все проще, Яра. Надо – действуй. Кстати, злюсь я исключительно из-за того, что придется общаться… с этим…

Он скривился.

– Неприятный тип? – поинтересовалась я.

– По-твоему, тот, кто с мертвечиной общается, может быть приятным?

– Логично, – согласилась я. – Когда мы его навестим? Надеюсь, не нужно дожидаться полнолуния, чтобы в полночь явиться на кладбище?

– Тебе не нужно к нему ездить. Я сам.

– Нужно, – возразила я. – Вдруг тебя отбивать придется? У меня Карамелька есть, она Исподом выведет.

– Яра. Я сам.

– Ничего не знаю. Надо – действуй. – Я показала ему язык.

И Мишка махнул рукой.

– Поехали. Тут недалеко, час езды… по пересеченной местности.

Мишка немного преувеличил, ехали мы по дороге. Правда, по проселочной. Временами – горной. И лесной. Иногда такой узкой, что невозможно разъехаться двум машинам, где с одной стороны – отвесная скала, а с другой – пропасть.

К Ване я все же забежать успела. Это он в больнице на довольствии, а Карамелька – нет. Принесла ей еду, заодно рассказала Ване о дедушке. Ваня же обрадовал тем, что завтра его выпишут.

– Ты, главное, молчи, – наставлял Мишка в дороге. – Я знаю, как с ним разговаривать. Если он в дом не пустит, не спорь. И вообще, не спорь!

Я согласно кивала, предпочитая не спорить, в первую очередь, с Мишкой.

Жил ведьмак на пасеке. То есть, не буквально. Дом, как дом, на околице станицы. За домом – сад. За садом – пасека. Большая, конца края не видно. И пчелы гудят.

Мишка сначала в дом сунулся. Стучал, кричал, никто не отозвался.

– Уехал куда? – спросила я.

– Нет, скорее всего, на пасеке, – ответил Мишка. – Это за домом. Пойдем.

– Он один живет? У него даже собаки нет.

– У него пчелы есть, – сказал Мишка.

И произнесено это было так, что сразу стало понятно: пчелы ведьмака злее любой собаки.

Правда, на нас они не нападали. Признали Мишку?

– Тимофей Иванович! – крикнул Мишка, не спеша подходить к ульям.

– Почто орешь? – спросили сзади.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Мишка быстро обернулся и тут же был схвачен за ухо. Я ринулась ему на выручку, но ведьмак остановил меня жестом. Именно остановил! Ноги будто приросли к земле.

– Отпустите, – пропыхтел Мишка.

– Да ну? – удивился ведьмак. – Я уж год, как мечтаю тебе уши надрать. Не лишай старика удовольствия.

Ведьмак прибеднялся, выглядел он лет на шестьдесят. Хотя кто их, ведьмаков, знает. Может, по паспорту ему все сто шестьдесят. Крепкий, еще не седой, но уже подсеребренный брюнет. Аккуратные борода с усами. Внимательный цепкий взгляд. Он и посмотрел-то на меня всего один раз, а меня мороз по коже продрал.

– Это вы так гостей встречаете? – выпалила я, тщетно пытаясь сбросить заклятие.

– Экая неугомонная ведьмочка, – вздохнул ведьмак, продолжая выкручивать Мишке ухо. – Помолчи пока. А ты…

– Ай! – взвыл Мишка.

А я обнаружила, что язык прилип к нёбу. Буквально.

– Тимофей Иванович, я уже не ваш ученик! – выпалил Мишка.

– Был бы моим учеником, розог бы отведал, – сурово произнес ведьмак. – А то и нагайки. Это так… должок.

И во что я втянула Мишку! Так, надо сосредоточиться. Я могу освободиться от чужого заклятия. Я маг. Я ведьма. Я эспер. С десяткой, между прочим!

Липкая паутина, оплетающая ноги, тянулась из земли. Ага… А язык – это уже воля. Нечто, похожее на внушение. Справлюсь!

– Я сделал свой выбор! – Мишка сопротивлялся, с трудом перенося боль.

Бедный. Я б на его месте, уже рыдала бы. У этого ведьмака хватка, как у бульдога. Эмоции Мишки мешали сконцентрироваться.

– Молодец, – одобрительно кивнул ведьмак. – Только ты сбежал, как трусливый заяц. Вместо того, чтобы сказать мне о своем выборе!

– И вы отпустили бы меня⁈

– Да, – отрезал ведьмак. – После испытания.

– А я не хотел сидеть в подвале в обнимку со скелетами!

– Дурак. Я ж думал, ты со скалы сиганул. Искал, между прочим. Переживал. Так что получаешь ты сейчас справедливо. За трусость!

Фух! Мне удалось освободиться от пут. Я ринулась к Мишке, оттолкнула ведьмака. Тот от неожиданности отпустил многострадальное ухо.

– Яра-а-а… – простонал Мишка раздраженно.

И это вместо того, чтобы поблагодарить!

– Так, так… – задумчиво произнес ведьмак, рассматривая меня с интересом патологоанатома.

Примерно так Череп смотрел на труп перед вскрытием. В предвкушении открытий.

– Это же откуда взялась такая ведьмочка? – промурлыкал ведьмак. – Почему я о ней не знаю?

– Мы к вам по делу приехали, – сказала я, отступая на шаг.

– Заинтригован, заинтригован… Мишка! Где кухня, не забыл? Ставь самовар. Прошу в дом, милая барышня.

Я ощущала себя так, будто людоед зовет меня к себе в пещеру, с определенной целью – насытиться. Однако расправила плечи и прошествовала в указанном направлении. Чего не сделаешь ради брата!

Глава 24

Я быстро поняла, что страх – навязанный. Не чистым внушением, как у эсперов, а психологическим давлением. Ведьмак умело манипулировал моими эмоциями и наслаждался этим. Но не со зла. Успокоившись, я отчетливо ощущала исследовательский интерес и искреннее любопытство.

И поведение ведьмака, и обстановка в доме не заставляли чувствовать истинную угрозу. У Тимофея Ивановича определенно сложный характер, но никто и не обещал, что будет легко.

– Ты тут подожди, – сказал ведьмак, приведя меня в горницу. – Руки сполосну, да переоденусь. Присаживайся, не стесняйся.

Он ушел, и я огляделась. Обстановка небогатая: простая мебель, льняная скатерть, ситцевые занавески на окнах. Но чисто и прибрано, хоть и не чувствуется присутствие женской руки. На стене – часы с маятником. На столике возле кресла – книги.

Я опустилась на лавку, стоящую у окна. Тут же откуда-то появился кот рыжей масти, толстый и матерый. Я достала из кармана конфету, предложила коту. Он взглянул на меня так, будто хотел сказать: «Тетя, ты в своем уме? Рыбки дай. А лучше мясца». Не химера, значит. Хотя после дракона у Верховной Ведьмы, я этому не удивилась бы.

Ведьмак вернулся быстро. Рабочий комбинезон он сменил на чистые брюки и рубашку с коротким рукавом.

– Давай знакомиться, ведьмочка, – произнес он. – Мое имя ты слышала. Тимофей Иванович.

– Яромила Морозова, – представилась я.

Когда он вошел в комнату, я встала. Тимофей Иванович удовлетворенно кивнул и вновь предложил мне сесть, а сам взял стул и устроился напротив.

– Говори, Яромила, кто такая, откуда и зачем я тебе понадобился, – предложил Тимофей Иванович.

– Вы на Мишу не сердитесь, пожалуйста, – попросила я. – Он очень хороший друг, а я никому не скажу…

– А я об этом спрашивал? – перебил он меня. – Милая моя, если бы я сердился на Мишку, то вы оба убрались бы отсюда, несолоно хлебавши. И дорогу в мой дом забыли бы. Учеником он был перспективным, факт. Но насильно мил не будешь. Ты ж вот тоже… – Он прищурился. – Не путь ведьмы выбрала. Иначе я о тебе знал бы.

– Вы правы, я эспер.

Клятва о неразглашении никуда не делась, но Александр Иванович давно ослабил ее условия, потому что я уже училась в академии безопасности. Она позволяла мне выдавать тайну в случае жизненной необходимости. Я воспользовалась лазейкой.

Тимофей Иванович скептически приподнял бровь, но потом, видимо, понял, что я не вру.

– Это с каких пор… – Он хмыкнул. – Ладно, допустим. Так ты маг, эспер и ведьма?

Я кивнула.

– С десятым уровнем, – продолжил он.

Я развела руками.

– Ну да, с другим уровнем ты б мои путы не одолела. Морозова? Морозовы, Морозовы… – В его взгляде появилось понимание. – Иван Морозов…

– Мой отец, – подтвердила я.

– Так, так… – Тимофей Иванович пригладил бороду. – И что же привело ко мне боярышню Морозову?

– Вы правы, мне нужна ваша помощь. Нужно допросить… мертвого.

Глаза у ведьмака все же поползли на лоб. Видимо, не часто к нему с такими просьбами обращались.

– Я могу хорошо заплатить. Или заключить с вами сделку, – добавила я.

В горницу заглянул Мишка.

– Чай готов, – сообщил он. – Я в саду накрыл, в беседке.

Взгляд у Тимофея Ивановича потемнел, настроение определенно испортилось.

– Пойдемте, что ли… – произнес он, поднимаясь. – Чай пить.

Несмотря на жару, в беседке было прохладно. Ее густо оплетала виноградная лоза, что обычно для этих мест. Из угощения – мед в деревянных плошках, молоко в глиняном кувшине и клубника с грядки.

Чай пили молча. Предложение я озвучила, ответа не получила. И что-то подсказывало мне, что торопить Тимофея Ивановича не нужно.

– Как учеба? – спросил вдруг он у Мишки. – Нравится?

– Нравится, Тимофей Иванович. Вы… простите. Я тогда не думал…

– Это понятно, что не думал. Балбес.

Произнесено это было без злобы, со снисходительной усмешкой. И Мишка выдохнул, расслабился. На его опухшее ухо я старалась не смотреть. Выберемся отсюда, тогда подлечу.

– Любопытно мне… – Тимофей Иванович взглянул на меня. – Ты чего стриженая, как мальчишка? По уставу не положено? Ты ж ведьма. Должна знать, что сила есть в волосах.

Об этом я тоже вспомнила. И поняла, отчего ведьмы так странно косились на мою стрижку. Но отращивать волосы было некогда.

– Я в академию поступала, как парень. И полгода училась, как парень. А потом… привыкла. Но вы правы, надо этим заняться.

– Сюда зачем приехала? В школу? – продолжил расспросы Тимофей Иванович.

– Обязали пройти программу обучения, чтобы не представляла опасности для окружающих, – отрапортовала я.

– И как? Успешно?

– В основном, на интуиции.

– Угу… А интуицию кто разбудил?

Пришлось рассказывать о Ларисе Васильевне, о ее подарке – браслете, о снятом проклятии и о нападении живчиков на императорский дворец.

– Браслет этот? – уточнил Тимофей Иванович.

Я давно носила его, не снимая, замаскировав под обычный кожаный ремешок.

– Этот. – Я сняла иллюзию, погладила теплое золото.

– Так дар не передан, – заметил Тимофей Иванович.

– Алевтина Генриховна обещала помочь.

– Угу… Она тебя ко мне приведет. Ведьмы могут запечатать дар для передачи наследнику, но дальше без ведьмака не обойтись.

– А если не откладывать?

– Можно и не откладывать. Доверяешь? Я же могу дар перехватить, себе забрать. Он небольшой, но и капля мою силу увеличит.

Я взглянула на Мишку. Он едва заметно кивнул.

– Миша вам доверяет, – сказала я. – Значит, и я тоже.

– Руку протяни. Нет, не снимай. Да расслабься, больно не будет.

Тимофей Иванович начертил в воздухе неизвестные мне знаки. Они вспыхнули огнем, исками рассыпались по браслету. А ведьмак уже шептал что-то, придерживая мою руку. Я почувствовала, как браслет нагревается, приятное тепло побежало по жилам. И… всё. Это прошло, и ничего больше не изменилось.

– А ты думала, что крылья вырастут? – хмыкнул Тимофей Иванович. – Эта ведьма могла бы стать сильной. Восьмой уровень, не меньше. Но она ослабила свой дар приворотом. И для тебя это капля.

– Ничего, – ответила я. – Эта капля мне дорога. Благодарю вас, Тимофей Иванович.

Он удовлетворенно кивнул.

– Вот, считай, не зря приехала, – сказал он.

– А как же… – Я осеклась под его взглядом, что внезапно посуровел.

– А никак, – ответил Тимофей Иванович. – Против закона не пойду.

– Вы даже не выслушали! – воскликнула я. – Мне же не для себя. И не забавы ради…

– И знать ничего не хочу, – отрезал он. – Мой ответ – нет.

– Тимофей Иванович! – не унималась я. – Выслушайте, а потом решайте. Пожалуйста!

– Нет.

– Яра, позволь мне, – вмешался Мишка.

Он встал. Тимофей Иванович уставился на него с интересом. Мишка обошел стол и опустился перед ведьмаком на колени.

– Пожалуйста, помогите, – глухо произнес Мишка, опуская взгляд. – И я стану вашим учеником. По-настоящему, без обмана.

– Да ну? – хохотнул Тимофей Иванович. – Вот уж нежданное счастье привалило! Уйдешь из академии? Пройдешь путь ведьмака до конца?

– Да, – подтвердил Мишка.

– Нет! – запротестовала я. – Миша, перестань! Я не приму такую жертву!

– Видишь, твоя подруга против, – заметил ведьмак. – Значит, моя помощь ей не так уж и нужна.

– Нужна, – возразил Мишка. – Но она… девочка. Очень добрая девочка. Ей проще принести в жертву себя, чем принять ее от друзей.

– Глупо. – Тимофей Иванович взглянул на меня. – Так ты ничего не добьешься. У тебя есть последний шанс. Ну? Меняешь друга на мою помощь?

– Нет, – ответила я, не задумываясь.

– Повезло тебе… с другом, – сказал Тимофей Иванович, обращаясь к Мишке. – Не взял бы я тебя в ученики, ты свой выбор сделал. И ответ мой неизменен. Вам пора ехать, ребятки.

Он встал из-за стола и ушел в сторону дома. Я отвесила Мишке легкую затрещину.

– За что? – обиделся он.

– За мои седые волосы, – ответила я. – И не надо говорить, что я усложняю! Мало мне того, что Ванька чуть не потерялся, Матвей под следствием, так еще и ты…

– Я тебе не брат, – возразил Мишка неуверенно.

– Я б тебя, дурака, еще раз стукнула, – с чувством произнесла я. – Да жалко. Повезло тебе, что я добрая. Я же девочка!

Отвернувшись, я стала собирать посуду. Казалось некрасивым уезжать, не убрав за собой. И только тогда заметила, как дрожат руки.

– Я сам. – Мишка мягко накрыл мою кисть ладонью. – Я быстро. Иди к машине.

Спорить не хотелось. На душе было гадко. Не из-за Мишки, конечно. Из-за отказа ведьмака. Поиски нужно начинать с начала.

Тимофей Иванович вышел попрощаться. Оказалось, в дом он ходил за медом. Принес два туеска – Мишке и мне.

– Ты зла не держи, – сказал Тимофей Иванович, обращаясь ко мне. – Я слово дал, не могу его нарушить.

– И в мыслях не было, – ответила я. – Это ваш выбор, ваше право.

– Вот и славно, – ответил он.

И ладонью по моей голове провел, отчего под кожей вдруг зачесалось, зашевелилось… И копна рыжих волос упала на мои плечи.

– Это подарок, – сказал Тимофей Иванович. – Приезжай в любое время, дорогу знаешь. Но мертвое оставь мертвым.

И подмигнул.

– Яра, прости, – произнес Мишка, когда дом ведьмака исчез за поворотом дороги.

– Остановись, – попросила я.

– Зачем?

– Надо. И если сейчас брякнешь, что тебе неловко, стыдно или что-то в этом духе, точно стукну. Терпи, понял?

Я отпустила Мишкино ухо, когда оно приобрело нормальный вид. Мишка сопел, пыхтел, однако молчал.

– Я б в тебя влюбился, – выдал он, наконец. – Но Сава – тоже мой друг.

Я фыркнула.

– Где теперь будем искать? – спросил Мишка, заводя мотор. – У меня знакомых ведьмаков больше нет.

– У Глаши спрошу, – ответила я. – Подбросишь до школы?

– Не вопрос. Яр, это… А можно с тобой?

– Куда? В школу? Тебя ж туда не пустят.

– Ты можешь провести. А я тропу секретную знаю. Я перед Глашей извиниться хочу. Она ведь с тобой не придет больше.

– Да не вопрос! – Я повторила его слова. И добавила не без ехидства: – Так бы и сказал, что по Глаше соскучился.

Глава 25

Секретная тропа в школу ведьм располагалась довольно далеко от официального въезда. Машину мы оставили у подножья горы и карабкались наверх по каким-то козьим тропам. Тренировка неплохая, но лучше бы она проходила не на солнцепеке и при наличии альпинистского снаряжения. Как минимум, мне не хватало перчаток и удобной обуви.

– Мишенька, за что ты мне мстишь? – поинтересовалась я, прижимаясь к скале на узком карнизе.

– Не ной, – ответил он. – С этим маршрутом ребенок справится.

– Догадываюсь, с какой скалы ты в детстве навернулся.

– И вовсе не здесь. Поднажми, немного осталось. Ух, как тут все заросло!

Продравшись через колючие кусты, мы очутились рядом с водопадом. Шум воды я слышала давно. И мечтала окунуться в ледяную воду. Но тут можно было только ноги намочить, если удастся удержаться в мощном потоке, низвергающимся со скалы.

– Красиво, да? – спросил Мишка.

– Предпочла бы любоваться водопадом снизу, – сказала я. – Где спуск?

– Спуска нет, надо прыгать.

– Миш, ты ошалел⁈

– Ты справишься, – уверенно заявил он.

– И не подумаю! Прыгай сам, а я назад.

– Чего ты психуешь? Невысоко же, – упрямился Мишка.

И правда, невысоко. Всего-то метров пять. На тренировках я и с десятиметровой вышки прыгала. Но то с вышки! В бассейне. Со спокойной водой и адекватной глубиной.

– Ты дурак или прикидываешься? – возмутилась я. – Неизвестно, какое тут дно.

– Известно, – сказал Мишка. – Тут безопасно, глубоко, под водой нет камней. Прыгать надо в потоке, он смягчит удар о воду, а потом быстро отплывать в сторону. Я прыгну первым и помогу тебе, подстрахую. Яр, ты боишься, что ли?

– Вот не надо меня на «слабо» брать!

– Да я наоборот… был уверен, что тебе понравится.

– Покрасоваться тебе хотелось, – отрезала я. – И Глаша тебе не нужна. Все, что ты хотел, так это сигануть со скалы. Давай, прыгай.

– А ты?

Мишка испытывал неловкость, но сочувствовать ему я не собиралась. Злилась на себя из-за того, что повелась, поверила в его благие намерения. А еще из-за того, что придется прыгать в водопад, потому что не было никакого желания спускаться по козьей тропе.

Вместо ответа я посмотрела вниз. Вода падала с выступа над достаточно широкой чашей. Можно и прыгнуть. Я закрыла лицо согнутой в локте рукой, набрала в грудь воздуха, оттолкнулась и вытянулась в струну, чтобы войти в воду ногами.

– Яра!

Короткий полет, удар, всплеск. Не выплывая на поверхность, я изо всех сил рванула вперед, подальше от водоворота, но внезапно стала задыхаться и почувствовала, как что-то неведомое тянет меня вниз. Легкие обожгло болью, я потеряла ориентацию.

И сразу, без перехода, очнулась на суше. Незнакомое место: густые ели вокруг маленькой полянки, поросшей мхом. Я лежала на нем, мягком и прохладном. Рядом, скрестив руки на груди, стояла сердитая Мара.

– Здравствуйте. – Я обрадовалась старой знакомой. Вот удача! И искать встречи не надо. – Мы где?

Я села, глядя на нее снизу вверх.

– В Караганде, – мрачно съязвила Мара. – Ты чего вытворяешь?

– Я?

– Ты! – Она нацелила на меня указательный палец. – Ты живешь заемной жизнью. Ты не имеешь права прерывать ее по собственному желанию!

– Но я не…

Я замолчала, догадавшись, что произошло. Я не смогла выплыть, задохнулась под толщей воды. Поэтому я здесь, с Марой.

– Я умерла?

– Еще нет. О чем ты думала? Я случайно оказалась рядом.

Стало холодно. Моя одежда была сухой, волосы – тоже. Холод бил изнутри, и не от страха смерти. Я столько раз ходила по грани…

Нет, я испугалась другого. Ведь я собиралась прыгнуть со скалы, чтобы увидеться с Марой или с другим богом из тех, кто меня опекает. Решила, что я нужна им живой, поэтому разбиться мне не позволят, а у меня будет шанс узнать о ведьмаке. Получается, мое спасение – вопрос случая. Умерев, я оставила бы кучу нерешенных проблем.

– Я же предупреждала, что не буду тебе помогать! – Красивое лицо Мары исказила злоба. – Просить бесполезно!

Я встала на колени и склонила голову, как недавно Мишка.

– Не надо помогать, но, пожалуйста, подскажите…

– Нет. И это невозможно. Ты получила больше даров, чем кто-либо из смертных.

– Пожалуйста, умоляю!

– Справляйся тем, что есть, – отрезала Мара. – Еще раз выкинешь подобное…

– Но я не специально!

– Знаю, – произнесла она неожиданно тихо. – Потому и вмешалась. В последний раз.

В глазах потемнело, но ненадолго. Я закашлялась, отплевывая воду, после чего меня вырвало. Мишка держал меня за плечи, убирал с лица мокрые волосы и причитал, как курица-наседка. Смысл его речи от меня ускользал, но чаще всего он повторял мое имя и слово «жива».

Когда я перестала дышать, как выброшенная на берег рыба, жадно захватывая воздух ртом, Мишка переменил тактику. Он основательно меня тряхнул и заявил, что если я еще раз выкину нечто подобное, то он лично меня прибьет. Логики в этом не было никакой, зато в полной мере описывало его эмоциональное состояние.

– Прости, – просипела я.

После чего Мишка так крепко меня обнял, что грудные мышцы вновь свело судорогой.

Пока мы сушились, Мишка рассказывал, как чуть не умер от разрыва сердца, когда я прыгнула в водопад, и тут же сиганул следом.

– Если бы я был внизу, я сразу бы тебя вытащил, – сетовал он. – А так пока нашел, пока вытащил на берег, ты уже не дышала.

«И не задышала бы, если б не Мара», – подумала я.

– Я делал все, как нас учили. Искусственное дыхание, непрямой массаж сердца. На живот давил.

– Спасибо, Мишаня, – сказала я. – Ты меня спас.

– Я заставил тебя прыгать, – пробурчал он, отворачиваясь. – Не буду сопротивляться, если Сава захочет меня побить.

– Мы ему не расскажем, – пообещала я. – Слушай, мы же на территории школы? А тут никого нет.

– Повезло, – вздохнул Мишка. – Как-то не до маскировки было, но поблизости, и правда, никого. Нас еще не заметили.

– Так какой у нас план?

– Я тут подожду. – Мишка кивнул на уютные заросли в стороне от водопада. – Меня никто не увидит и не почувствует. А ты Глафиру позови. Кстати, рекомендую не показываться ведьмам.

– И так понятно, – ответила я. – Иначе спросят, как я в школу попала, минуя тропу.

– Это ерунда. Ты маг, использовать силу тебе не запрещали. Но вот чужой силой от тебя сейчас разит.

– Сила ведьмака? Ведьмы ее почувствуют?

– Яра, ты же знаешь, что на своей земле ведьмак главнее Верховной Ведьмы? Конечно, почувствуют. Они все – его подопечные.

– Миш, а Миш… Можно спросить? Если не захочешь, не отвечай.

– Ну? – Он взглянул на меня подозрительно.

– Почему ты в ведьмаки не захотел? Только не говори, что трупов боишься. Не поверю.

Мишка вздохнул, взъерошил свои уже подсохшие волосы.

– Не боюсь, но ощущать мертвяков неприятно. Меня выводило из себя то, что мать все решила за меня. Ну, и характер у Тимофея Ивановича… сама видела. И это нам повезло, он в хорошем настроении был.

– И сейчас не жалеешь, что отказался?

– Нет. Яра, ты сколько дней среди ведьм провела?

– Мало.

– И как? Нравится тебе их общество? В общем и целом?

– Глафира нормальная. Но, в общем… не очень, – призналась я.

– Вот. А я среди них вырос, – заключил Мишка. – Стать ведьмаком и всю жизнь разгребать их склоки и ссоры? Спасибо, но нет.

– Головин тоже среди ведьм вырос, – вспомнила я. – Но он другой. Хотя тоже эспер. О, кстати! Ему не предлагали стать учеником ведьмака?

– У него и спроси, – посоветовал Мишка. – А другой он, потому что во дворце рос. А я тут… на свободе. Ты долго еще болтать будешь? Нам еще выбираться отсюда. Иди за Глафирой.

Блок, отвод глаз, невидимость – меня могли заметить только по следам. Но я старалась их не оставлять и двигалась бесшумно. Заглянула в библиотеку, в трапезную, в избу, прошлась по огородам и пасеке. Глафиры нигде не было. Я вернулась в избу за личной вещью подруги, задала поиск – и он привел меня дому баронессы.

Я забеспокоилась. Неужели Глашу вызвали, чтобы выговорить за… Но за что? Она вернулась вовремя.

Я подкралась к веранде, откуда доносились голоса. Замерла рядом. Разговор не прервался, значит, меня не заметили.

– … плохо стараешься, – говорила баронесса, обращаясь к Глафире. – Не найти повода, чтобы остаться! Я тебя не узнаю.

По спине побежал холодок.

– Прошу прощения, Алевтина Генриховна, – ответила Глафира. – Яра ничего от меня не скрывает, и я рассказала все. Остаться еще на день было бы подозрительно.

– Ты уверена, что она тебе полностью доверяет?

Я медленно отступила в сад. Слушать этот разговор дальше не было никакого желания.

И что теперь? Сделать вид, что ничего не знаю? Вести себя, как ни в чем ни бывало? Это… разумно. Если я избавлюсь от соглядатая, ко мне приставят нового. Но…

Глафира вышла от баронессы. Я наблюдала за ней с улицы. Мы вместе вернулись в школу. Я шла позади, все так же прячась. И окликнула ее возле избы.

Глафира обернулась, но меня не увидела. Заклинание отмены сработало мгновенно. А я никогда не интересовалась уровнем ее силы. Значит, десятый, иначе она не справилась бы с моей невидимостью так быстро.

– Ты давно тут ждешь? – спросила Глафира. – Почему прячешься? Почему не в доме?

Я вдруг поняла, что не могу выдавить ни слова. Нет, не хочу. Противно. Но все же надо что-то сказать?

– Я тебе доверяла, – произнесла я тихо.

Глафира побледнела. Она шагнула ко мне. Я отступила, скрываясь за невидимостью. И сбежала к Мишке.