Текст книги "Ирийские хроники. Заговорённый (СИ)"

Автор книги: Варвара Шихарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

И вот теперь, глядя на то, как из-за жестокого замечания князя от лица Олдена отхлынула вся кровь, Велд внезапно понял, что сейчас впервые увидел в своём сотнике человека... Не по-паучьи хитрого и умного Знающего, ни жесткого учителя, а именно человека – созданного из плоти и крови, способного страдать, ненавидеть, бледнеть от нанесённой обиды... А ещё любить!.. Да и как иначе можно было истрактовать этот полный безумной тоски взгляд, устремлённый сотником на княгиню! От сделанного открытия у Велда голова едва не пошла кругом и он мог лишь порадоваться тому, что Демер не оказался столь наблюдателен. Почувствовав, что зацепил сотника за живое, он, отпустив ещё пару-тройку колких замечаний насчёт амэнских воинов и горбунов , переместил всё своё внимание на Нахимену...

Олден умудрился без особых проблем дотащиться до самого дома, но на ступенях его окончательно развезло и Велд с трудом заволок его на второй этаж. На пороге своей комнаты сотник из последних сил вцепился в дверной косяк и подняв на ординарца потускневшие глаза , хрипло прошептал:

– Ничего этого не было! Да я и не напиваюсь так никогда. Понял?

–Понял, глава! – Тихо ответил ему ординарец и Олден, удовлетворённо кивнув, рухнул куда-то в глубину своей комнаты. Велд невесело усмехнулся и прикрыл дверь – можно не сомневаться, что с такого перепоя глава будет зол, точно медведь -шатун, так что завтра на орехи получит вся сотня, ну а на нём – ординарце, глава отыграется в первую очередь!.. Что ни говори, а характер у сотника был мерзкий!..

Между тем, пока сотник заливал свою тоску вином, в Крейстете решалась его судьба. Демер был из той породы людей, которые никогда не забывают обид, а штурм Трок-Дорна и гибель семьи навсегда врезались ему в память! Командующего "Карающими" Олдена он видел тогда лишь мельком, но даже такой малости хватило, чтобы теперь, спустя годы, узнать в командующем "белыми" старике бывшего амэнского тысячника!..

Этим вечером Владыки беседовали с глазу на глаз и Демер, ещё раз внимательно взглянув на хрупкую, одетую в тёмное платье княгиню, осторожно произнёс:

– "Белые" действительно интересный отряд. Я понимаю, что мне не расскажут все их тайны, но одно хотел бы уточнить – что будет с этими воинами в том случае, если их глава погибнет?

Нахимена удивлённо вскинула бровь, но те не менее спокойно ответила:

–Ничего. Олден передал десятникам все необходимые знания, так что в случае его смерти сотня не утратит ни своих секретов, ни подготовки. Воины просто выберут себе нового главу – вот и всё!

–Отрадно это слышать, княгиня!– улыбнулся Демер, но уже в следующий миг улыбка исчезла с его лица и он, тряхнув густыми, рыжими волосами, продолжил.– Если жизнь главы отряда не имеет никакого значения, я хотел бы заполучить его голову. Поверьте, княгиня, мой ответный подарок будет не менее ценен. Вы получите всё, что захотите!

Лицо услышавшей такое предложение Нахимены мгновенно отвердело, но её мягкий голос совсем не изменился, когда она спокойно спросила:

– И зачем Владыке Триполема понадобилась жизнь одного из моих сотников?

Услышав вопрос, Демер на секунду замолчал, опустив глаза, но затем вновь заговорил – тихо и твёрдо:

– Вы и сами прекрасно знаете, княгиня, что прежде Олден служил Амэну! Я уверен, что именно он взял штурмом Трок-Дорн по приказу покойного Владыки Амэна и теперь хочу вернуть ему то, что задолжал!

Глаза княгини потемнели:

– Даже если это действительно так, ваше желание останется невыполнимым, князь. Чтобы Олден не совершил в прошлом, теперь он принёс присягу Ленду и находиться под моей защитой! – тонкие пальцы княгини на мгновение сжали тяжёлую шейную подвеску в виде орла. – Более того, если теперь с его головы упадёт хотя бы один волос, я буду знать, кто в этом виноват!

Лицо получившего такой ответ Демера потемнело:

– Я не понимаю этого отказа, Владычица! Амэнец передал вашим воинам все свои знания, так зачем он теперь здесь нужен? Почему вы не хотите отдать мне этого старого урода, ведь я пообещал, что вы получите за него всё, что захотите!

– Потому что торг здесь не уместен!– теперь Нахимена тоже не скрывала своих чувств. Её брови гневно сошлись на переносье, а в голосе зазвучал металл.– Олден был другом моему мужу и остаётся верным помощником мне, а друзей я не продаю и не вымениваю!

В глазах на миг потерявшего над собою контроль Демера полыхнуло зелёное пламя, но оно было неспособно растопить тут же окутавший Нахимену лёд. Вспышка почти сразу угасла, рассыпавшись по залу невидимыми для обычного человека зелёными искрами, и Демер, с трудом перевёл дыхание, опустил голову, пытаясь вновь взять под контроль вышедшие из подчинения чувства. Для наёмника без роду и племени такая реакция на отказ была естественной, но для Владыки общающегося с равной себе по положению женщиной подобное поведение было недопустимым – он находился в гостях, к тому же попытался атаковать хозяйку твердыни!.. Это был уже не первый раз, когда чувства затмевали ему разум, а способности выходили из-под контроля. И то, что теперь это опять произошло, да ещё при Нахимене, перед которой Демер меньше всего хотел ударить лицом в грязь, было особенно обидно! Князь встал перед Владычицей на колено:

–Простите мне мою несдержанность, княгиня. Моё поведение недопустимо, но я обещаю, что навсегда забуду о горбуне – в конце концов, он был лишь исполнителем чужой воли, а главного виновника гибели своей семьи я уже наказал.– Демер взял в руки крошечную ладонь княгини и, коснувшись её губами, продолжил уже более горячо. – Но ваш отказ, Владычица, убедил меня в том, что я не зря приехал в Ленд! Ваши поступки основаны не на советах прихлебателей, а на собственных понятиях о долге и чести и это достойно уважения...– на секунду Демер замолчал, но потом, опустив голову, продолжил, так и не встав с колен. – Все знают, что после гибели семьи я скитался по Ирию, как безродный бродяга – за мною шла охота и я мечтал лишь о том, чтобы просто выжить!.. Я затерялся среди наёмников, позабыл своё настоящее имя, но потом судьба привела меня в Ленд, и я увидел, как вы княгиня, казните Старейшин!.. И вот тогда я подумал о том, что если хрупкая, нежная девушка не побоялась пойти наперекор всему и наказать изменников, то я тем более должен поступить так же! С той зимы мною двигала не только жажда жизни, но и желание отомстить Бури, и тем, что я вспомнил, чья кровь течёт в моих жилах, я обязан вам, княгиня! – Демер вновь поцеловал неподвижные пальцы Нахимены и вскинул на неё свои зелёные глаза, в которых теперь бушевал настоящий огонь.– Я бесконечно рад тому, что побудивший меня к борьбе образ не оказался грёзой и вы, княгиня, окажете мне честь, если согласитесь стать моей женой!

Нахимена пристально взглянула на Демера их под длинных ресниц и едва заметно улыбнулась:

– Любая девушка была бы рада услышать такие, исполненные жара слова, но мы оба – Владыки, и нами движет не только голос сердца...

Демер вздохнул – для того , чтобы заполучить девичье сердце ему обычно хватало всего лишь пары слов и взглядов, но Нахимена не была обычной женщиной и завоевать её руку было не в пример сложнее. Она была властительницей и колдуньей, которой никто не мог указывать, как поступать, но такая победа была бы ценной втройне... Князь встал с колен и улыбнулся:

– Это так. Правителям нужны жёны, на которых они могут положиться также, как и на самих себя, а вы разбираетесь в ратных делах не хуже любого мужчины. Наше совместное правление будет успешным и невиданно укрепит оба княжества!– Нахимена согласно кивнула головой и Демер продолжил. – Но этот довод ясен всем, а между тем есть и другой – вы, княгиня, не хуже меня знаете, что способности родителей далеко не всегда передаются детям. Я уже убедился в этом и знаю, что мне нужна супруга с сильным колдовским даром – только такая женщина сможет подарить мне достойного наследника...– увидев, как при упоминании о детях губы княгини едва заметно дрогнули, Демер тряхнул своей рыжей гривой и поспешно закончил. – Я хорошо понимаю, кому делаю предложение и клянусь, что наш брак будет союзом равных!

Нахимена задумчиво склонила голову и лукаво взглянула на молодого князя:

–Значит правление и дети, князь... Только это и больше ничего?

Демер, заметив на миг вспыхнувшие в её глазах искры, улыбнулся:

– Конечно же нет! Я – живой человек, а вы красивы и сами знаете, какое желание возбуждаете в мужчинах! Взять хотя бы того щенка – ординарца горбуна. Он с вас глаз не сводил!

При упоминании о "Ястребе" Нахимена неожиданно рассмеялась:

– Слишком поспешные выводы, а потому – неверные! Ординарец не сводил взгляда с нас двоих, и руководило им совсем не желание! – княгиня перестала смеяться и покачала головой..– Мальчик не так прост, как кажется и печать Седобородого носит на рукаве не просто так. Он следил за нами, словно сбежавший из логова волчонок за охотниками! Могу поклясться, что если б не присяга, он вёл бы себя куда более недружелюбно...

– Может и так...– чувства ординарца волновали Демера не более, чем прошлогодний снег...– Но это не меняет того, что я сказал перед этим – Ответьте, княгиня, вы станете моей женой?

Нахимена опустила глаза – князь требовал немедленного ответа, но что она могла ему сказать! Одиночество уже стало для неё привычным, но, приняв предложение Демера, она могла вновь ощутить бьющуюся под сердцем жизнь и наконец испытать все радости материнства, которых была столь жестоко лишена!.. Кроме того, Владыка Триполема молод и красив, а союз с ним действительно выгоден – казалось, всё было за то, чтобы княгиня ответила на его предложение согласием, но что-то глубоко внутри неё возражало против этого союза... Возможно, она действительно слишком долго правила одна и теперь не испытывала нужды делить трон с кем бы то ни было... А, может, ей не понравилась просьба Демера отдать ему Олдена. Владыка Триполема говорил об амэнце так, словно тот был лишённой души вещью, да ещё и назвал его старым уродом!.. Конечно, Олден мало в ком может вызвать чувство приязни – его горб действительно безобразен, а морщины и седина не добавили сотнику красоты, да и по характеру он таков, что способен даже холодный камень довести до белого каления, но никто и никогда не смеет унижать перед нею того, кому она обязана жизнью! Человека, ставшего ей настоящим другом и столь многим для неё пожертвовавшего!..

Лицо принявшей решении княгини отвердело – она не станет очередным трофеем Демера и не ляжет к нему в постель только ради того, чтобы заполучить ребёнка! В конце-концов, если ей не суждено иметь своих детей, она может отдать свои нерастраченные чувства приёмным. В Ирии живёт немало сирот, нуждающихся в материнской ласке и заботе, так что Ленд не останется без наследника...

– Мой ответ – нет, князь... – тихие слова Нахимены на несколько мгновений превратили Демера в каменный столб. Он действительно не ожидал отказа и теперь не мог понять причины, по которой его предложение было отвергнуто!

– Всё в вашей воле, Владычица! – в этот раз князь сумел сохранить лицо. – Но союз наших княжеств не обязательно скреплять браком...

– Это действительно так... – едва заметная улыбка Нахимены молчаливо свидетельствовало о том, что она хорошо понимает, какие чувства испытывает сейчас Владыка Триполема.– Но всё это мы можем обсудить завтра – время уже позднее и я нуждаюсь в отдыхе... Доброй ночи, князь.

– Доброй ночи, княгиня... – проводив Владычицу до порога залы, Демер направился в выделенные ему покои... Терпеливо ожидающая его в кровати Синта этой ночью была изгнана в смежную комнату, а сам князь, вытянувшись на постели во весь свой немалый рост, ещё долго смотрел в потолок и перебирал в памяти разговор с Нахименой... В конце-концов, он решил, что причиной отказа стала его на мгновение вышедшая из-под контроля сила и вздохнул – "духожёрство" было не только его даром, но и проклятием, а отказ княгини был самым меньшим из того, чем он мог заплатить за свою способность...

ПЕРВАЯ КРОВЬ

Солнце слепит глаза, во рту пересохло, а тельник давно прилип к спине, став мокрым от пота.

– Атакуй!– блестящая сталь в руках сотника очерчивает в воздухе плавный полукруг и Велд делает прямой выпад – это тупо и грубо, а в поединке с Олденом подобное поведение тупо и грубо вдвойне. Легко отбив выпад, сотник тут же заносит меч, чтобы примерно покарать ординарца за учинённую глупость, но Велд упав на колено, уже атакует его снизу и тут же, уходя от удара, делает перекат и снова делает выпад – теперь сбоку. Обе его атаки оказываются отбитыми, но эмпат и не надеялся на успех – во время тренировок с Олденом его не спасали ни подвижность, ни скорость реакции. Какие бы ложные выпады он не делал, как бы не сочетал серии ударов, сотник оставался для него таким же недостижимым, как луна на небе, а все их тренировки рано или поздно сводились к одному. Чтобы просто продержаться в защите ещё несколько минут, Велду придётся скакать по всему заднему двору бешенным зайцем, но запрыгивание на поленницу и очередная попытка запутать сотника между двумя старыми корявыми яблонями всё равно закончатся тем, что остро отточенный конец меча упрётся эмпату в грудь и сотник криво усмехнётся: "Ты опять проиграл, парень!"

...Олден не остался в защите – теперь атаковал он и Велд едва увернулся от его удара. Искренне считая, что боль и кровь быстрее научат эмпата искусству мечника, сотник натаскивал своего ординарца исключительно на боевом железе, и за каждую свою ошибку эмпату действительно приходилось расплачиваться точно нанесённой и болезненной царапиной... Яблони – спасительницы были всего в двух шагах, и Велд привычно отпрянул к ним. Олден, хорошо зная, как эмпат умеет прятаться от ударов за их стволами, попытался упредить этот манёвр ординарца, но сейчас Велд не стремился уйти в защиту – новый перекат и новая атака снизу – меч эмпата уже почти коснулся нижнего ребра сотника, но сталь Олдена тут же царапнула его шею!

– В этот раз немного лучше, но всё равно – проигрыш...– Олден оценивающе прищурился, глядя на чуть подрагивающий кончик Велдовского меча.– Я был бы ранен, но ты – опять убит!– лезвие легко проехалось по шее ординарца и царапина немедленно превратилась в порез.– На сегодня тренировка окончена,– и горбун, покачав головой, направился в дом.

Велд встал и вытер ладонью заливающий глаза пот: сегодня у всех "Белых" увольнительная – Болен и Скульт сейчас наверняка сидят где-то в холодке и неторопливо наводят лоск на сапоги, готовясь весело провести длинный, напоённый одуряющими летними запахами вечер. Несколько дней назад Скульт упомянул, что у одного его знакомца из "Сов" выходит замуж сестра и, если в этот раз увольнительная выпадет удачно, на её свадьбе можно будет погулять и вдосталь потанцевать с девушками!.. Приятели наверняка будут ждать Велда до последнего, да только если сотник всё-таки уйдёт сегодня к Мелсе, то перед этим опять выдаст ординарцу целый ворох заданий, так что обнимать тонкий девичий стан Велду этим вечером не светит!

Эмпат мрачно посмотрел в сторону чёрного входа – что толку из того, что Сегин в последнее время стал ставить его в пару с собой и даже начал одобрительно щуриться на некоторые из выпадов Чующего, если все тренировки с Олденом всё равно заканчиваются одинаково, а увольнительные Велда ничем не отличаются от утомительных и изматывающих будней... Эмпат что было силы ударил кулаком по стволу не выручившей его в этот раз яблони: "Надоело!.. Надоело постоянно проигрывать и сидеть над книгами, в то время как приятели..."

– Зря ты так переживаешь! У тебя очень даже неплохо получается!..– эмпат обернулся и тут же встретился взглядом со смеющимися глазами устроившейся на заборе рыжеволосой девушки. Незнакомка была одета в лёгкое летнее платье, а её острое личико и лукавый взгляд карих глазах наводил на мысли о молодой лисичке... Вот только зубоскалить эмпату сейчас совсем не хотелось и он в ответ лишь покачал головой:

– Ничего у меня не выходит! Это даже ежу понятно!

Но незнакомка на его слова снова улыбнулась

– Ты себя недооцениваешь! Мой брат – сотник "Молниеносных". Я почти каждое утро вижу, как он тренируется с мечом, так что знаю, о чём говорю!

Хотя Велд за жизнью соседей особо не наблюдал, а их домашних видел лишь мельком, он мог поклясться, что похожая на лисичку девушка не попадалась ему раньше на глаза.

– Спасибо на добром слове, но мой глава вряд ли с тобою согласиться. Кстати, как тебя зовут?

– Сейна! – девушка немного склонила голову к плечу. – А ты – Велд, новый ординарец "белого" сотника...

Эмпат пожал плечами:

– Не такой уж и новый. Я здесь с осени...

– А меня как раз прошлым летом услали к тётке в Тейдресс! Я вернулась только месяц назад и с тех пор часто наблюдаю за тем, что твориться у соседей, ведь больше здесь делать всё равно нечего... – и тут взгляд девушки стал заговорщицким.– Твой глава тебя сейчас не хватиться?

Эмпат покосился в сторону дома:

–Вряд ли, а что?

– У меня дома сейчас никого, так что я тебя приглашаю!

Велд коснулся свежего пореза на шее – вид у него, конечно, сейчас не ахти, но если новую знакомицу не смущают покрывающие его пот и пыль... И эмпат, ещё раз удостоверившись, что сотник не маячит где-нибудь в окне, махнул через забор!

Внутри дом соседей был устроен также, как и обиталище Олдена, но отличался гораздо большими размерами. Непрерывно щебечущая Сейна не стала долго задерживаться на кухне – проверив содержимое кастрюль, она остановила свой выбор на покоящемся на блюде мясном пироге, и, отрезав от него два огромных ломтя, потащила Велда в свою комнату... Если бы кто-то из молодых "Ястребов" устроил в казармах нечто похожее, то потом месяц сидел бы в холодной – в комнате девушки царил настоящий кавардак. На кровати поверх скомканного одеяла беспорядочно лежали подушки и кружевные сорочки. Скрыни с одеждой были открыты – разворошенные юбки и платья свешивались из них до самого пола, а стол и стулья были завалены шкатулками с рукодельем и книгами...

Велд застыл на пороге, оценивая масштабы увиденного им разгрома, но Сейна истолковала его поведение по-своему. Небрежно смахнув неоконченное вышивание прямо на пол, она произнесла:

– Заходи, не стесняйся...

–Да мне бы умыться после тренировки...– осторожно заметил эмпат и в следующий миг едва не пожалел об этом. За бегающий туда-сюда Сейной прямо ветер шёл, но уже через минуту нашёлся и таз для умывания , и большой кувшин с водой, к которому прилагался большой кусок пахнущего хвоей мыла. Велд взвесил на ладони принесенное сокровище – простые "Ястребы" довольствовались куда более скромным помывочным инвентарём. Огромные куски бурого , с резким дегтярным духом мыла десятники сами поровну делили между подчинёнными.

– Я у брата взяла. Не переживай – он ничего не заметит.– Сейна деловито перекинула через плечо полотенце и взяла в руки кувшин.– Снимай тельник. Я тебе сейчас помогу ...

Велд стянул пропахшую потом рубашку и, заметив, как округляются глаза увидевшей его шрамы девушки, коротко обронил:

–Лей...

Долго гревшаяся на солнышке вода была тёплой, а мыло пощипывало свежие порезы. Велд взял у Сейны полотенце и принялся вытирать волосы и лицо.

– Тельник пока не надевай – он слишком грязный. Я его быстро простираю, а потом повешу за окном – сейчас жарко и он уже через час высохнет...– затараторила Сейна, но тут её губы сочувственно скривились.– Ой, у тебя опять кровь идёт!..

Велд коснулся шеи – только-только появившаяся корка была нечаянно содрана им во время купания, и теперь нанесённый сотником в назидание порез снова кровоточил:

– Не стоит переживать из-за такой мелочи! – эмпат улыбнулся, но его попытка успокоить Сейну привела лишь к тому, что она упрямо мотнула головой:

–Надо остановить кровь...

– Ничего не надо...– эмпат поколебался пару мгновений, но потом всё таки снял своего гематитового ястреба и, приложив талисман к ранке, потянулся к скрытой в нём природной силе... Когда через несколько секунд Чующий отнял руку от пореза, кровь уже не шла. Брови Сейны удивлённо поползли вверх:

– Так ты ещё и колдун!

Но Велд, услышав такое предположение, отрицательно качнул головой:

– Вовсе нет. Это всё сам камень – он хорошо лечит мелкие ушибы и ссадины. Такая сила в нём самой природой заложена!

–А ты знаешь, как её проявить... – попыталась настоять на своём Сейна, но, натолкнулась на твёрдый взгляд эмпата.

– Если я умею кое-что по мелочи, это не делает меня Знающим! К тому же, "белые" учат лечить раны.

Сейна вновь склонила голову к плечу:

– Пусть так, но всё равно интересно! – девушка протянула ему принесённую из кухни тарелку и улыбнулась – Ты поешь пока, а я с твоим тельником разберусь.

Ещё через несколько минут эмпат, устроившись на подоконнике в комнате Сейны, жевал оказавшийся действительно наредкость вкусным пирог и мысленно прикидывал расстояние между их домами. Окно его комнаты отсюда было не видать – дом Олдена выходил к этим соседям глухой стороной, но щель между крышами была узкой, а задний двор Олдена был виден из окна Сейны, как на ладони. Девушка действительно могла наблюдать за их тренировками с сотником, оставаясь при этом незамеченной... С другой стороны , Велду трудно было представить Сейну замершей в неподвижности – она, казалась, постоянно пребывала в движении – немного взбалмошная, но при этом смешливая и симпатичная.

– Не соскучился? – вернувшаяся девушка на этот раз умудрилась притащить не только отстиранный тельник, но и тарелку с печеньями. Вывесив за окно тельник, она придвинула Велду печенье.– Ешь. Пирог готовила мать, а вот печенье испекла я.

–Да я ещё и с пирогом не управился...– эмпат кивнул в сторону тарелки и брови девушки нарочито грозно сошлись на переносье.

– Мой отец говорит, что из плохого едока хороший воин не получится и брат с ним всегда соглашается. Они вдвоём такой пирог за раз бы умяли!– Сейна присела рядом с Велдом и осторожно коснулась исполосовавших грудь и плечи эмпата шрамов.

– Кто тебя так?

Чующий исподлобья взглянул на девушку – даже если ей движет не обычное любопытство, вряд ли стоит рассказывать Сейне о пережитом им в Вильдно!

– Рысь напала... – соврал эмпат, и пальцы девушки тут же сочувственно дрогнули.

– Они болят, наверное...

–Нет, никогда...– Велд осторожно убрал покоящуюся на плече руку девушки и, желая переменить тему разговора, спросил:

– А почему у тебя здесь такой беспорядок? Ты куда-то собиралась?

– Беспорядок...– задумчиво протянула Сейна, осматривая свою комнату так, будто видела её в первый раз.– Да я просто не знала, чем себя занять – с самого утра бралась то за одно, то за другое!..

– А прибраться здесь ты не пробовала? – поддразнил девушку эмпат. За свою подколку он тут же заслужил лёгкий тычок в грудь и притворно сердитый взгляд Сейны.

– Если ты и дальше будешь занудничать, то станешь такой же вечно угрюмой букой, как твой сотник, и я больше никогда не приглашу тебя в гости!– и тут девушка легко подскочила к своей кровати.– Впрочем, здесь действительно не мешает прибраться! – и ещё через миг одна из подушек полетела в Велда. Эмпат поймал её на лету и, недолго думая, отправил обратно к владелице, а она тут же швырнула в него другой подушкой...

Ещё через несколько минут начавшие шутливую возню Чующий и Сейна разошлись не на шутку – подушка, с которой всё и началось, оказалась разорвана и перья разлетелись по всей комнате. Девушка попыталась ткнуть крошечным кулачком щёлкнувшего её по носу Велда, но запутавшись в складках лежащего на полу платья, упала на кровать, нечаянно подбив при этом эмпата... В следующий миг не удержавший равновесия Велд тоже оказался на кровати, а прямо перед ним очутилось раскрасневшееся лицо и улыбающиеся губы девушки – такие свежие и манящие!.. Велд приник к ним и, к своему удивлению, не встретил сопротивления. Сейна лишь слабо вздохнула, но в следующий миг внизу раздались тяжёлые шаги и мужской голос пророкотал:

– Почему ты не встречаешь отца, дочка?

–Ой...– тихонько пискнула девушка, а Велд, мгновенно оценив положение, уже вскарабкался на подоконник.

– До вечера, Сейна!

– Осторожнее... – девушка бросилась к окну, но эмпат, не забыв прихватить с собою так и не высохший тельник, подобрался и прыгнул на крышу своего дома, точно кот! Его левая нога скользнула по черепице и Велд покачнулся, удерживая равновесие, но потом, ещё раз взглянув на замершую у окна Сейну, улыбнулся ей и скользнул за широкую печную трубу...

Было уже обеденное время и Олден, несколько раз окликнув непонятно куда подевавшегося ординарца, встал из-за уже накрытого стола и поднялся на второй этаж. Когда он распахнул двери в комнату эмпата, Велд как раз балансировал на своём подоконнике.

– Глава! – увидев Олдена, Чующий умудрился вытянуться в струнку, по-прежнему стоя на узкой планке и горбун, вздохнув, опёрся о косяк:

– Я не забыл, что у моей сотни сегодня увольнительная, так что ты совершенно зря собрался уходить в город через окно!

Велд, не зная, что и ответить, смолчал, а Олден между тем продолжал:

– Я всё понимаю – дело молодое, а наши с тобой занятия действительно можно ненадолго отложить. На сегодняшний вечер ты получаешь вольницу: делай, что хочешь, но не забывай – если утром тебя, как в прошлую увольнительную-Скульта, приведёт в казармы городская стража, несколько дней проведёшь в холодной!

– Я всё понял, глава...– смекнув, что в этот раз всё обошлось, эмпат облегчённо вздохнул и спрыгнул с подоконника, а Олден, взглянув на него, только головой покачал:

–Ну, раз понял, то спускайся обедать... – с этими словами горбун покинул комнату эмпата, но Велд, проводив его внимательным взглядом, тут же посмотрел в сторону невидного отсюда окна Сейны. Затеянный Скультом поход на танцы уже утратил для него всю свою привлекательность, и на этот вечер у эмпата теперь были совсем другие планы!

... Когда вечером Олден отправился к Мелсе, Велд, конечно же, тут же перебрался на соседскую крышу. Окно в комнату Сейны было приоткрыто, а сама девушка, прикорнув у подоконника, поджидала нового знакомца! Как оказалось, до сегодняшнего дня Сейна даже ни с кем не целовалась, а ординарец грозного соседа ей действительно понравился – с ним она могла искренне смеяться и плакать, а не изображать из себя важную барышню, как это обычно от неё требовали, когда к брату заходили сослуживцы. Достигнув пятнадцати, она уже не раз ловила на себе их оценивающие взгляды, но молодой "Ястреб" смотрел на неё совершенно иначе...

Сперва их ласки ограничивались лишь поцелуями и осторожными объятиями – хотя Велд уже успел узнать, что к чему в общении с женщинами, цели как можно быстрее затащить Сейну в постель у него не было. В отличие от непривыкшей задумываться о последствиях своих поступков девушки, он слишком хорошо понимал, что будет как с ним, так и с нею, если его застанут в спальне сестры "Молниеносного" сотника – если выясниться, что Сейна не смогла соблюсти честь, её жестоко накажут!.. Его же судьба в любом случае оказалась бы незавидной – Велда либо засекли бы плетями до смерти, либо, нарезав ремнями кожу на спине, сдали бы на руки не уследившим за рядовым десятникам!.. И, тем не менее, проведённые без общения с Сейной дни казались Чующему до невозможности серыми и пустыми , так что его походы к девушке постепенно становились всё более частыми. Закончилось всё тоже вполне предсказуемо: в один из вечеров Велд просто не смог удержаться на грани, да и девушка не стала противиться его желанию, так что после слияния двух тел на простынях осталось кровь Сейны...

С этой ночи их связь всё больше напоминала ходьбу по лезвию бритвы, но не на шутку прикипевший к Сейне Велд наплевал на все разумные доводы, да и для самой девушки увлечение соседским ординарцем переросло в нечто более глубокое и серьёзное... Стянувшийся узел разорвало не наушничанье прислуги или неосторожность Сейны и Велда, а поход на Грандом...

По старой традиции, перед началом похода всем ратникам давалась увольнительная и деньги, которые можно было потратить либо на гулянку в кабаке, либо на не слишком дорогую шлюху, так что теперь в казармах царило небывалое оживление. "Ястребы" и "Совы" отмечали начало похода не только всеобщей пьянкой но и танцами среди разведённых посреди плацев костров. Взявшись за руки и отбивая ногами ритм, они двигались то влево, то вправо, а образованный ими круг то почти смыкался, то широко расходился, и тогда в его центр выходил один из танцующих, которого немедленного ободряли громкими криками. Молодые "Белые", которых десятники держали в гораздо большей строгости, чем рядовых в других отрядах, теперь пользовались полученным попуском вовсю. Отплясывая между огней, они стучали сапогами так, что от них едва не отлетали подмётки, а от их диких воплей звенело в ушах.

Дерек налил себе вина, и, отошедши в сторону, присел на ступени ведущей в лазарет лестницы. Он не разменял ещё и тридцати, но уже пережил немало походов и давно оттанцевал своё около костров, так что теперь наблюдал за молодняком со снисходительностью уже повидавшего всё ветерана... В эти дни ещё не бывшим ни в одном бою парням сходили с рук любые нарушения устава, ведь многим из них, несмотря на обучение, уже не вернуться из похода: кто-то столкнётся со слишком опытным сильным воином, кто-то погибнет от пущенной наугад стрелы, а кто-то не справиться с "Холодным пламенем"... Дерек отпил вина и вновь взглянул на освещенные кострами силуэты, разыскивая среди танцующих молодняк из своей десятки – в этот раз их было всего четверо, но они попортили ветерану немало крови! Развику несколько раз пришлось заехать по уху, чтобы он раз и навсегда запомнил, что без перчаток к ингредиентам для "холодного пламени" не стоит подходить, а Болен, как выяснилось, не умел даже читать...

Ворвавшийся в круг танцующих Скульт тут же завертелся настоящим волчком и приятели немедленно подбодрили его одобрительными криками. Дерек тоже мысленно поддержал его, отсолютовав все ещё наполовину полной чаркой... Парни, наверное, даже не замечают, как их изменили минувшие полтора года, но со стороны они теперь смотрятся совсем другими людьми. И дело не только в том, что юнцы за этот срок выросли и возмужали. Перемены были гораздо глубже – бешеный нрав Скульта наконец-то удалось направить в нужное русло; Развик, с горем напополам, понял, что "белая" сотня – не храмовая школа и десятники требуют от него не пустой зубрёжки а навыков... Освоившийся с помощью приятелей в городе Болен не только научился грамоте и перестал краснеть на каждом слове, но и начал проявлять характер, ну а Велд...