Текст книги "Мажор. Мы не друзья (СИ)"

Автор книги: Валерия Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Ты закончила нашу договорённость, попросила расстояние и пошла к Никите. Я решил, что должен отпустить тебя.

– Очень быстро решил.

– Я не умею делать это медленно.

– И получилось?

Он смотрит на меня долгим взглядом.

– В клубе я стоял рядом с Ликой и считал твои коктейли. Как думаешь?

Нечего ответить.

– Почему ты не сказал мне, что любишь, когда мы поссорились? – спрашиваю я.

– Хотел.

– Но?

– Ты и так смотрела так, будто я использовал секс, чтобы получить над тобой власть. Если бы признался в тот момент, это прозвучало бы как ещё один способ тебя удержать.

Он прав.

После ссоры я бы решила именно так.

– А сейчас?

Данил отталкивается от дерева и подходит.

– Сейчас ты пришла сама.

Его ладонь поднимается к моему лицу. Пальцы убирают чёрную прядь за ухо и задерживаются на щеке.

От знакомого движения внутри становится тепло.

– Сама, – подтверждаю я.

– Трезвая?

– Абсолютно.

– Никиты за углом нет?

– Нет.

– Лика ушла.

– Я знаю.

– И ты не передумаешь завтра?

Я накрываю его ладонь своей.

– Нет.

Данил проводит большим пальцем по моей скуле.

– Тогда скажи ещё раз.

– Ты издеваешься?

– Я ждал много лет. Имею право услышать дважды.

– Это уже похоже на контроль.

– Крис.

В его голос возвращается тепло, которого не было всю неделю.

Я улыбаюсь.

– Я люблю тебя, Данил.

Он закрывает глаза на секунду. Лоб касается моего, дыхание становится глубже.

– Ещё раз назови меня другом после этого, и я забуду все обещания, которые только что дал.

– Лучшим другом?

Пальцы на моей щеке сжимаются.

– Колючка.

– Сам виноват.

Данил целует меня.

Не так, как после фильма, когда я плакала из-за Кирилла. Не так, как во время нашей договорённости, когда каждый поцелуй должен был оставаться просто частью секса.

Сейчас в нём нет ничего дружеского.

Его рука скользит на затылок, вторая обхватывает талию и притягивает меня ближе. Я цепляюсь пальцами за ворот белой рубашки и поднимаюсь на носки.

Ветер, площадка и холод исчезают.

Остаётся Данил.

Его губы, тёплые ладони и сердце, которое быстро бьётся под моей рукой.

Я сама выбрала его.

И он наконец верит.

Поцелуй заканчивается медленно. Данил не отпускает, прижимается лбом к моему виску и глубоко дышит.

– Я всё ещё злюсь, – признаётся он.

– За что?

– За Кирилла. Никиту. Клуб. За то, что ты поняла так поздно.

– Можешь составить список.

– Уже.

– Очень по-юридически.

– Первые три пункта занимают две страницы.

Я смеюсь ему в шею.

Данил отстраняется ровно настолько, чтобы видеть лицо.

– Мы сейчас встречаемся?

– Ты снова хочешь договор с пунктами?

– Нет. Только чёткий ответ.

Делаю вид, что размышляю.

– Хорошо. Можем попробовать.

– Попробовать?

Брови Данила поднимаются.

– Я ещё оцениваю кандидата.

– Пятнадцати лет не хватило?

– У тебя были прыщи. Нужно провести повторную проверку.

Он смотрит на меня несколько секунд, потом подхватывает под бёдра и поднимает.

Я вскрикиваю и хватаюсь за его плечи.

– Поставь!

– Громче скажи. В школе охрана ещё работает.

– Данил!

Он смеётся и опускает меня на землю, но рук с талии не убирает.

– Мелкая.

– Я не мелкая.

– Моя мелкая.

Внутри всё сжимается от одного слова.

Моя.

Раньше он говорил это старшекурсникам, а я объясняла дружбой. Теперь смысл понятен.

– Только не забывай, что я принадлежу сначала себе, – предупреждаю я.

Веселье в его глазах становится мягче.

– Не забуду.

Он берёт пальто, накидывает его на плечи и протягивает мне руку.

Я смотрю на раскрытую ладонь.

– Что?

– Ничего.

Вкладываю свою руку.

Данил переплетает наши пальцы.

Мы идём к машине через старую площадку. Мимо качелей, нового турника и клёна, под которым только что перестали притворяться друзьями.

Возле автомобиля Данил открывает передо мной дверь, но я не сажусь.

– Что ещё? – спрашивает он.

– У меня для тебя новость.

– Какая?

Поднимаюсь на носки и быстро целую его в губы.

– Сюрприз, Власов. Теперь у тебя есть девушка.

Данил смотрит на меня. В зелёных глазах появляется знакомая улыбка.

– Вот уж действительно сюрприз.

На этот раз, когда он целует меня, я точно знаю, кто мы друг другу.

Глава 22

Глава 22

Глава 22

Не по дружбе

До машины мы доходим, держась за руки.

Это странно.

Не само прикосновение. Мы касались друг друга тысячи раз: Данил таскал меня на спине, поднимал на руки, забирал сумки, поправлял шарфы и грел мои пальцы зимой.

Но раньше всё это имело удобное объяснение.

Друзья детства.

Теперь его большой палец медленно проводит по моей ладони, а я понимаю смысл каждого движения.

Возле машины Данил открывает пассажирскую дверь. Я уже собираюсь сесть, когда он придерживает меня за талию.

– Подожди.

Поворачиваюсь.

– Что?

Он смотрит на меня так серьёзно, что внутри сразу становится тревожно.

– Я должен сказать ещё одну вещь.

– Если опять предложишь подумать, я ударю тебя.

– Ты встречаешься со мной.

– Мы это выяснили.

– Не тайно.

Я моргаю.

– А ты хотел тайно?

– Нет. Хочу убедиться, что ты не собираешься прятать меня от Никиты, Сони или кого-то ещё.

– От родителей тоже?

– Особенно от родителей.

Перед глазами сразу появляется мама, которая пятнадцать лет ждала этого дня. Если сообщить ей сейчас, к утру она выберет ресторан для свадьбы, цветы и имена будущим детям.

– Родителям скажем чуть позже.

Брови Данила поднимаются.

– Почему?

– Я хочу хотя бы несколько дней спокойно побыть твоей девушкой, прежде чем наши матери начнут обсуждать рассадку гостей.

Он усмехается.

– Моя мать уже обсуждала.

– Что?

– Вчера позвонила и спросила, почему я расстался с Ликой. Потом сорок минут объясняла, что мне нужно перестать мучить тебя и себя.

– Они все знали?

– Все, кроме тебя.

Я толкаю его ладонью в грудь.

– Очень смешно.

– Я не смеюсь.

– У тебя лицо довольное.

– Потому что ты моя девушка.

Он произносит это без шутки.

Слова всё ещё вызывают внутри тёплую дрожь.

– Привыкай молча, – говорю я.

– Не получится.

Данил наклоняется и целует меня. Коротко, будто просто проверяет, что теперь действительно может.

– Куда едем? – спрашивает он, отстранившись.

– Ты не решил заранее?

– Учитываю новые правила.

– Очень быстро учишься.

– Отвечай, пока не передумал.

Смотрю на часы. Половина шестого. Домой рано, а расходиться после признания вообще выглядит преступлением.

– Хочу есть.

– Ресторан?

– Только не ваш. Там нас увидят раньше, чем мы успеем открыть меню.

– Кафе возле старого кинотеатра?

– Оно ещё работает?

– Проверим.

Мы садимся в машину. Данил включает отопление и только после этого трогается. Его правая рука несколько раз перемещается с коробки передач на моё колено, но каждый раз останавливается в воздухе.

На третий раз я ловлю его пальцы и сама кладу ладонь себе на ногу.

– Это не считается контролем, – говорю я.

– Я не был уверен.

– Теперь уверен.

Его пальцы сжимаются.

По дороге к кафе мы попадаем в пробку. Вечерний город светится вывесками, на остановках толпятся люди, на лобовое стекло снова начинает падать мелкий дождь. В салоне негромко играет музыка.

Я смотрю на руку Данила у себя на колене и улыбаюсь.

– Что? – спрашивает он.

– Ничего.

– У тебя лицо странное.

– Я вспоминаю, как ты убирал руку перед университетом, чтобы никто не решил, что между нами что-то есть.

– Самая глупая неделя моей жизни.

– Ты встречался с Ликой.

Ладонь становится напряжённее.

– Крис.

– Я не ругаюсь.

– Тогда зачем вспоминаешь?

– Мне нужно привыкнуть.

Данил молчит несколько секунд.

– Я поговорил с ней честно ещё в субботу утром, – говорит он.

– Знаю.

– Ты не виновата в том, что мы расстались.

– Она сказала то же самое.

– Тогда перестань смотреть так, будто украла у неё мужчину.

– Я не крала.

– Именно.

На светофоре он поворачивается ко мне.

– Я сам начал отношения, к которым не был готов. Сам не смог отпустить тебя. Ответственность на мне.

– Лика хорошая.

– Хорошая.

Я поджимаю губы.

– Не говори это таким тоном.

– Каким?

– Слишком уверенным.

Данил несколько секунд смотрит, потом улыбается.

– Уже ревнуешь?

– Нет.

– Врёшь.

– Светофор зелёный.

Сзади сигналят. Он трогается с места, но улыбка не исчезает.

Кафе возле старого кинотеатра действительно работает. Только вывеску заменили, стены перекрасили, а вместо красных пластиковых столов поставили деревянные. Через большие окна виден зал с мягкими диванами и стеной, заклеенной старыми киноплакатами.

Мы оставляем машину у тротуара и перебегаем под дождём к входу. Данил держит пальто над моей головой, сам намокает, а потом недовольно смотрит, как я смеюсь.

– У тебя есть зонт, – напоминаю я.

– В багажнике.

– Очень полезное место.

– Могу вернуться.

– Уже поздно.

Внутри тепло. Пахнет жареным картофелем, кофе и ванилью. За дальними столиками сидят студенты, возле витрины семья выбирает пирожные, из колонок играет тихая музыка.

Мы занимаем кабинку у стены.

Данил садится напротив, снимает пальто и проводит ладонью по влажным волосам. Белая рубашка на плечах немного намокла, ткань стала темнее.

Официантка приносит меню и ставит на стол два стакана воды.

– Добрый вечер. Вы готовы сделать заказ?

– Нам нужна минута, – отвечаю я.

Она кивает и отходит.

Данил открывает меню.

– Бургер?

– Ты спросил?

– Да.

– Тогда бургер.

– Без грибов.

– Не начинай.

– Там нет грибов.

– Зачем уточнял?

– Хотел проверить.

Я толкаю его ногой под столом. Он ловит мою щиколотку и удерживает.

– Отпусти.

– Нет.

– Это нарушение.

– Какое?

– Пока не придумала.

– Тогда держу.

Пальцы медленно проходят по коже над ботинком. Я чувствую прикосновение даже через плотные колготки.

– Данил.

– Что?

– Официантка идёт.

Он отпускает.

Мы заказываем два бургера, картофель и чай. Когда официантка уходит, я складываю руки на столе.

– Нам нужно кое-что обсудить.

Данил сразу становится серьёзнее.

– Что именно?

– Наши новые отношения.

– Уже начинаются проблемы?

– Пока нет. Хочу, чтобы не начались.

Он откидывается на спинку дивана.

– Говори.

– Я не буду каждый день отчитываться, во сколько заканчиваются пары.

– Я всё равно знаю твоё расписание.

– Оно меняется.

– Тогда сообщай.

– Нет.

Его брови сходятся на переносице.

– Как я буду тебя забирать?

– Спросишь, нужна ли мне машина.

– Хорошо.

Слово выходит с заметным усилием.

– И если я скажу, что доберусь сама, ты не приедешь тайно и не будешь следить.

– Я ни разу не следил тайно.

– Клуб не считается?

– Там ты стояла в центре танцпола.

– Данил.

Он поднимает ладони.

– Ладно. Не приеду.

– Спасибо.

– Теперь мои условия.

– Условия?

– Ты первая начала.

– Хорошо. Говори.

Данил наклоняется, положив предплечья на стол.

– Если кто-то пристаёт, говоришь мне.

– Если справлюсь сама?

– Всё равно говоришь.

– Зачем?

– Чтобы я знал.

– И что ты сделаешь?

– Зависит от того, что сделал он.

Холод в голосе появляется мгновенно. Я смотрю на заклеенные костяшки.

– Без драк.

– Не обещаю.

– Тогда без полиции.

– Это уже разумнее.

Я вздыхаю.

– Что ещё?

– Не исчезаешь после ссоры.

– Хорошо.

– Не используешь Никиту, Кирилла или другого мужчину, чтобы заставить меня ревновать.

– Уже обещала.

– Повтори.

– Не буду.

– И не называешь меня братом.

Я улыбаюсь.

– Никогда тебя так не называла.

– Говорила, что воспринимаешь как брата.

– Давно.

– Я запомнил.

– Злопамятный.

– Очень.

Официантка приносит чай. Мы замолкаем, пока она расставляет чашки и маленькую банку мёда. Данил наливает сначала мне, потом себе.

– Ещё одно, – говорю я.

Он ждёт.

– Никакого секса вместо разговора.

Его пальцы замирают на ручке чайника.

– Поясни.

– Если мы ссоримся, сначала разбираемся. Потом всё остальное. Ты не можешь меня поцеловать, унести в спальню и считать проблему решённой.

– А если ты сама меня поцелуешь?

– Не пользуйся.

– Жестокое правило.

– Справишься.

Данил ставит чайник.

– Тогда и ты не используешь секс, чтобы избежать ответа.

– Договорились.

– Опять договорённость.

– Только без письменного списка.

– Поздно. Я уже запоминаю пункты.

– Юрист.

– Экономистка.

Мы смотрим друг на друга и одновременно улыбаемся.

Еду приносят через пятнадцать минут. Мы разговариваем об университете, проекте и родителях. Без Кирилла, Лики и прошлых обид. Данил рассказывает, что Олег Петрович хочет поручить ему проверку договоров ещё двух ресторанов. Я жалуюсь на Артёма, который нашёл ошибку в два рубля сорок копеек.

Всё легко.

Так, как было до нашей ссоры.

И одновременно совсем иначе.

Под столом нога Данила касается моей. Он не убирает. Я тоже.

Когда заканчиваем, за окном уже темно. Дождь усилился, по стеклу текут широкие дорожки воды. Данил расплачивается, несмотря на мои возражения, помогает надеть пальто и придерживает волосы, чтобы они не зацепились за воротник.

У дверей останавливается.

– Домой?

Вопрос звучит спокойно.

Он действительно ждёт моего решения.

Я смотрю через стекло на мокрую улицу, потом на него.

– К тебе.

Зелёные глаза становятся темнее.

– Уверена?

– Да.

Одного ответа достаточно.

Данил открывает дверь.

До его дома едем молча. Не потому что нечего сказать. Просто ладонь на моём колене поднимается выше, пальцы двигаются медленно, и связные мысли заканчиваются.

На парковке он глушит двигатель, но не выходит.

Поворачивается ко мне.

– Если ты едешь только потому, что думаешь, будто должна…

– Я ничего тебе не должна.

– Хорошо.

– Я хочу быть с тобой.

Данил несколько секунд смотрит на моё лицо. Затем наклоняется, обхватывает ладонью затылок и целует.

Поцелуй становится глубоким сразу. Я разворачиваюсь в кресле, цепляюсь за его плечо и забываю, что между нами коробка передач. Она неприятно упирается в бедро.

– Неудобно, – выдыхаю я.

– Пойдём домой.

Мы выбираемся из машины. Данил берёт мою руку и ведёт к лифту. Внутри я прижимаюсь спиной к зеркальной стене, он встаёт напротив.

– Камера, – напоминаю я, когда его ладонь ложится на талию.

– Мне всё равно.

– Консьержу будет интереснее работать.

– Пусть смотрит в другую сторону.

Он целует меня у виска и всё же отступает, хотя пальцы не выпускает.

На восемнадцатом этаже коридор пуст. Данил открывает дверь квартиры, пропускает меня и включает свет.

Я снимаю пальто. Он вешает его рядом со своим, затем достаёт бумажник.

– Что ты делаешь?

Данил вынимает чёрную карту.

Ту, которую я вернула возле спортивного корпуса.

Он берёт мою ладонь и кладёт карту сверху.

– Она всё это время была у тебя.

– Да.

– Ты сказал, что не успел вернуть.

– Соврал.

– Очень честное начало отношений.

– Не смог отдать.

Провожу пальцем по гладкому пластику.

– Что она означает сейчас?

Данил закрывает мою ладонь вместе с картой.

– Что ты можешь приходить, когда захочешь. И уходить, когда захочешь. Это не условие и не разрешение. Просто ключ.

– А если мы поссоримся?

– Не возвращай.

– А если сильно?

– Всё равно.

Поднимаю взгляд.

– Хорошо.

Убираю карту во внутренний карман сумки.

Данил следит за движением, затем медленно снимает ремешок с моего плеча и ставит сумку на банкетку.

– Теперь иди сюда.

– Это просьба?

– Пока да.

Подхожу сама.

Он обхватывает моё лицо ладонями и целует. Я отвечаю, прижимаясь ближе. Пальцы находят пуговицы его рубашки, расстёгивают одну за другой. Данил снимает с меня свитер, бросает на банкетку и проводит ладонями по обнажённой талии.

В квартире тихо. Только дождь стучит по панорамным окнам, в прихожей падает на пол забытый шарф, а наше дыхание становится громче.

Данил подхватывает меня под бёдра.

Я обвиваю его ногами.

Он несёт меня не сразу в спальню. Останавливается возле стены в коридоре, целует шею, ключицы, открытые плечи. Я запускаю пальцы в его волосы и чувствую, как внутри разрастается знакомое тепло.

На этот раз не нужно притворяться, что всё ничего не значит.

– Я хочу тебя, – говорю ему в губы.

Данил закрывает глаза на короткую секунду.

– Я ждал этих слов.

– Не заставляй ждать ещё.

Он несёт меня в спальню.

Свет включать не приходится. Из города за окнами льётся мягкое сияние, кровать видна в полумраке. Данил опускает меня на покрывало, снимает рубашку и остаётся передо мной в расстёгнутых брюках.

Я видела его таким много раз.

Но сейчас смотрю иначе.

Он мой парень.

Мужчина, которого я люблю.

Данил стягивает с меня джинсы вместе с колготками, снимает бельё и проводит ладонью от щиколотки к бедру. Кожа покрывается мурашками.

Он наклоняется, целует колено, внутреннюю сторону бедра и поднимается выше. Губы проходят по животу, задерживаются возле пупка. Потом Данил снимает бюстгальтер, обхватывает грудь и проводит языком по соску.

Я выгибаюсь, цепляясь пальцами за покрывало.

Его движения знакомы, но сегодня каждое ощущается острее. Нет правил, которые запрещают чувства. Нет необходимости утром делать вид, что мы просто удобно проводим время.

Данил целует вторую грудь, медленно спускается по животу и устраивается между моих ног.

Я напрягаюсь по старой привычке.

Он поднимает голову.

Ничего не спрашивает.

Просто ждёт.

В прошлый раз я остановила его. Он пообещал, что будет другой.

Теперь этот другой раз наступил.

– Не останавливайся, – произношу я.

В его взгляде появляется тёмное тепло.

Данил опускает голову.

Первое прикосновение языка к клитору заставляет меня резко вдохнуть. Пальцы сами сжимаются в его волосах. Он удерживает мои бёдра, не позволяя отстраниться, и повторяет движение.

Медленно.

Уверенно.

Без лишних слов.

Я закрываю глаза. Тепло собирается внизу живота, дыхание сбивается. Данил знает, когда усилить нажим, когда замедлиться, когда добавить палец и заставить меня выгнуться навстречу.

Оргазм накрывает резко. Я кусаю губу, но имя Данила всё равно вырывается вслух.

Он остаётся между моих ног, пока дрожь не стихает. Потом поднимается, проводит ладонью по моему животу и целует.

Я чувствую на его губах свой вкус.

Смущение появляется, но не успевает разрастись. Данил целует глубже, а я тянусь к ремню на его брюках.

Он помогает снять одежду, достаёт презерватив из тумбочки и возвращается на кровать.

Никаких вопросов.

Я уже сказала, чего хочу.

Данил входит медленно, наблюдая за моим лицом. Тело принимает его легче, чем в первые разы. Я обнимаю ногами за талию и прижимаю ладонь к его спине.

Он двигается уверенно. Не торопится, но и не сдерживается так сильно, как во время нашей первой ночи. Пальцы переплетаются с моими над головой, губы касаются шеи.

– Моя, – произносит Данил тихо.

Раньше я бы начала спорить.

Сейчас поворачиваю голову и целую его в подбородок.

– Твоя.

Он замирает на секунду.

Потом движение становится глубже.

Я теряю ощущение времени. Слышу только дождь, шорох простыней и сбившееся дыхание. Второй оргазм приходит медленнее, поднимается волной и заставляет сильнее сжать его ладонь.

Данил кончает следом, уткнувшись лицом мне в шею.

Несколько секунд мы лежим неподвижно.

Его вес прижимает меня к матрасу, но отстраняться не хочется.

– Тяжёлый, – всё же шепчу я.

– Терпи.

– Новые отношения начинаются ужасно.

Данил смеётся мне в шею и перекатывается на бок, притягивая следом. Потом уходит в ванную, возвращается с влажным полотенцем и водой.

Я наблюдаю, как он заботится обо мне.

Без тайны.

Без обязательного утреннего разговора о том, что всё это не отношения.

После душа мы возвращаемся в кровать. Я надеваю его футболку, Данил остаётся в домашних брюках. Он выключает свет и ложится рядом.

Устраиваюсь головой у него на груди. Его пальцы медленно перебирают мои волосы.

– Родителям скажем не раньше выходных, – напоминаю я.

– Завтра.

– Данил.

– Я не умею скрывать.

– Ты скрывал секс несколько недель.

– Это было ужасно.

– Два дня.

– Один.

Приподнимаюсь на локте.

– Ты торгуешься?

– Да.

– В пятницу.

– В среду.

– Четверг.

– Договорились.

Я снова укладываюсь на грудь.

– В университете скрывать не будем, – добавляю я.

Его ладонь замирает.

– Точно?

– Точно.

– Тогда завтра приеду за тобой.

– Сначала спроси.

Данил тяжело вздыхает.

– Кристина, можно завтра забрать тебя из дома и отвезти в университет?

– Можно.

– Спасибо за великодушие.

– Учись.

Он целует меня в макушку.

Телефон на тумбочке вибрирует. Мама отвечает на моё сообщение:

«Останусь у Данила».

На экране появляются три розовых сердца и фраза:

«Я знала!»

Я показываю Данилу.

Он усмехается.

– До четверга она не выдержит.

– Мы не уточняли причину.

– Твоя мать не задаёт вопросы, когда уже придумала ответы.

– Моя? Твоя завтра позвонит в семь утра.

– В шесть тридцать.

– Отлично.

Убираю телефон и снова прижимаюсь к нему.

– Данил?

– М-м?

– Это ведь теперь не по дружбе?

Его пальцы останавливаются в моих волосах. Данил наклоняется, заставляя поднять лицо.

– Нет, Крис.

Он целует меня медленно и мягко.

– По любви.

Глава 23

Глава 23

Глава 23

Больше не тайна

Телефон звонит в шесть тридцать четыре.

Я вздрагиваю и открываю глаза.

В спальне темно. За шторами едва пробивается серый утренний свет, дождь больше не идёт, а по стеклу медленно сползают оставшиеся капли. Я лежу на боку, прижавшись спиной к Данилу. Его рука обхватывает меня за талию, ладонь спрятана под футболкой и лежит на животе.

Телефон продолжает звонить.

– Выключи, – бормочу я.

Данил сильнее прижимает меня к себе.

– Не мой.

– Твой.

– Тогда пусть звонит.

– А если что-то важное?

Он недовольно выдыхает, тянется к тумбочке и щурится на экран.

– Мама.

Я сразу просыпаюсь окончательно.

– Не отвечай.

– Почему?

– Она знает.

– Что?

– Всё.

Данил переводит взгляд с телефона на меня.

– Откуда?

– Моя мама вчера прислала сердечки. За ночь они уже создали общий чат, выбрали дату свадьбы и заказали торт.

Телефон замолкает.

Через три секунды звонит снова.

Данил нажимает на кнопку ответа.

– Да, мам.

Я хватаю его за запястье и беззвучно требую закончить разговор. Он накрывает мою ладонь своей и спокойно слушает.

Голос Марины Викторовны слышно даже без громкой связи:

– Ты спал?

– Сейчас шесть тридцать четыре.

– Значит, спал. Крис у тебя?

Данил смотрит мне в глаза.

– У меня.

Я накрываю лицо подушкой.

– Почему Елена пишет, что Крис осталась у тебя и вы помирились?

– Потому что так и есть.

– Данил.

– Что?

– Не заставляй меня вытягивать по одному слову.

Он убирает подушку с моего лица.

– Мы встречаемся.

В трубке наступает тишина.

Потом раздаётся такой радостный вскрик, что Данил отводит телефон от уха.

– Я знала! Олег! Олег, они встречаются!

На заднем плане слышится сонный голос Олега Петровича:

– Кто?

– Наши дети!

– У нас один ребёнок.

– Данил и Крис!

Я закрываю глаза.

Всё.

Новость ушла в семейный мир. Через десять минут о наших отношениях будут знать родители, бабушки, управляющие ресторанов и мамина аудитория.

– Мам, только не публикуй ничего, – предупреждает Данил.

– Я никогда не выкладываю личное без разрешения.

– Ты выложила мою фотографию с выпускного раньше школы.

– Потому что хорошо получился. Кристина рядом?

– Да.

– Дай ей телефон.

Данил протягивает мне.

Отказываюсь взглядом.

Он кладёт телефон на подушку и включает громкую связь.

– Доброе утро, Марина Викторовна.

– Кристиночка, доброе! Я так рада. Вы давно вместе?

– С вчерашнего дня.

– Официально, – добавляет Данил.

Толкаю его локтем.

– Я знала, что вам нужно немного времени, – продолжает она. – Вы приедете вечером?

– У Крис занятия, – отвечает он.

– Тогда в четверг устроим ужин.

– Мам…

– Только семья. Без объявлений и свадебных платьев.

Я не верю ни одному слову.

– Спасибо, Марина Викторовна, – вежливо отвечаю я. – В четверг приедем.

Данил поворачивает голову.

– Мы ещё не обсуждали.

– Не спорь с матерью в шесть утра.

– Хорошая девочка, – одобряет она. – Я позвоню Елене. Спите.

Звонок заканчивается.

В спальне снова становится тихо.

Данил кладёт телефон на тумбочку и смотрит на меня.

– Ты согласилась на ужин, не спросив меня.

– Хочешь отказаться?

– Нет.

– Тогда что изменилось?

Его глаза прищуриваются.

– Ты сейчас использовала мой аргумент.

– И он действительно плохой.

– Очень.

– Больше так не буду.

– Уже учишься.

Он ложится обратно и притягивает меня к себе. Я упираюсь ладонью ему в грудь.

– Нам пора вставать.

– Первая пара в десять.

– Мне нужно заехать домой и переодеться.

– Успеем.

– Мама будет ждать возле двери.

– Переживём.

– Папа тоже.

Рука Данила на талии напрягается.

– Зачем?

– Проверить, честные ли у тебя намерения.

– Я готов.

– Ты ещё не знаешь вопросы.

– Я учусь на юридическом.

– Это не поможет против папы.

Данил целует меня в висок.

– Пять минут.

– Десять.

– Кто из нас контролирующий?

– Я экономлю время.

Он смеётся и накрывает нас одеялом.

Через полчаса мы всё же встаём. Пока я принимаю душ, Данил готовит завтрак. В ванной нет моих вещей, кроме второй футболки, которую я оставила вчера, но чёрная карта лежит в сумке.

Теперь я могу принести сюда новую расчёску.

Не потому, что у нас удобная договорённость.

Потому что у меня есть место в его жизни.

На кухне пахнет кофе и поджаренным хлебом. Данил стоит у плиты в тёмных брюках и серой футболке. Волосы после душа влажные, на правой руке новый пластырь.

Я сажусь на высокий стул.

– Что у нас?

– Омлет.

– Ты вчера спрашивал между тостами и омлетом.

– Вчера выбрала тосты.

– А сегодня решил сам.

Он медленно поворачивает голову.

Я выдерживаю серьёзное выражение лица несколько секунд, затем улыбаюсь.

– Шучу.

– Очень опасная тема для шуток.

– Проверяю реакцию.

Данил ставит передо мной тарелку.

– Ешь.

– Это приказ?

– Просьба, сформулированная коротко.

– Уже лучше.

После завтрака мы выезжаем. По дороге к моему дому звонит мама, но я не отвечаю. Через минуту приходит сообщение:

«Вы едете?»

Потом:

«Папа хочет поговорить с Данилом».

Следом:

«Я сказала ему не пугать мальчика».

Показываю экран.

– Мальчика, – повторяет Данил.

– Для мамы ты всё ещё в очках и с рюкзаком.

– А для тебя?

Смотрю на его профиль.

На жёсткую линию челюсти, тёмные волосы и широкие плечи под пальто.

– Уже нет.

Его ладонь ложится мне на колено.

Возле дома нас действительно ждут.

Мама стоит в прихожей, хотя машина ещё только подъезжает к воротам. Папа появляется у неё за спиной и складывает руки на груди.

– Я же говорила, – шепчу я.

Данил глушит двигатель.

– Не нервничай.

– Это ты сейчас себе?

– Нам обоим.

Мы входим вместе. Мама смотрит на наши переплетённые пальцы и сразу улыбается. Папа переводит взгляд на Данила.

– Доброе утро, Андрей Викторович, Елена Сергеевна, – здоровается он.

– Доброе, – отвечает мама. – Поздравлять можно?

Я снимаю пальто.

– Мам.

– Что? Марина уже всех поздравила.

Папа протягивает Данилу руку.

– Поговорим?

– Конечно.

– Пап, у нас занятия.

– Пять минут.

Он ведёт Данила в кабинет. Дверь закрывается.

Я смотрю на маму.

– Он серьёзно?

– Не переживай. Андрей просто хочет убедиться, что Данил понимает ответственность.

– Какую ответственность? Мы встречаемся меньше суток.

– Вы знакомы пятнадцать лет.

– Это не считается.

– Для вашего отца считается всё.

Из кабинета не слышно голосов. Я поднимаюсь на носки, пытаясь увидеть через матовое стекло.

Мама тянет меня за локоть.

– Иди переодеваться.

– А если папа его убьёт?

– Данил выше и занимается боксом.

– Успокоила.

В комнате быстро меняю одежду. Надеваю серую юбку, плотные чёрные колготки и белую блузку. Волосы заплетаю в две косы, чёрная прядь проходит через левую. Складываю учебники в сумку и спускаюсь.

Данил выходит из кабинета живой.

Папа – тоже.

– Всё хорошо? – спрашиваю я.

– Да, – отвечает Данил.

– О чём говорили?

– Мужской разговор, – сообщает папа.

– Ненавижу эту фразу.

Данил берёт у меня сумку.

– Идём, опоздаем.

– Ты мне потом расскажешь.

– Нет.

– Почему?

– Мужской разговор.

Я наступаю ему на ботинок.

Папа одобрительно кивает.

– Правильно. Не расслабляйся.

Мама обнимает меня, затем Данила.

– В четверг ужин у нас. Я уже договорилась с Мариной.

– Она сказала у них, – замечает Данил.

– Значит, определитесь сами.

– Только не приглашайте родственников, – прошу я.

Мама делает невинное лицо.

– Конечно.

Не верю.

До университета доезжаем без пробок. Данил паркуется возле главного корпуса, обходит машину и открывает передо мной дверь.

Я выбираюсь, поправляю юбку и протягиваю руку к сумке.

Он удерживает ремень.

– Можно понести?

Вопрос звучит с явным усилием.

– Можно.

– Спасибо.

– Не привыкай.

Данил перекидывает сумку через плечо и берёт меня за руку.

Возле входа много студентов. Несколько человек сразу смотрят на нас, но он даже не пытается увеличить расстояние. Наоборот, переплетает пальцы крепче.

– Готова? – спрашивает Данил.

– К чему?

– Через минуту Максим начнёт орать.

Он ошибается.

Максим начинает орать через двадцать секунд.

– Наконец-то!

Он стоит возле турникетов вместе с Ильёй и двумя парнями с юридического. Увидев нас, хлопает ладонями и привлекает внимание половины холла.

– Власов, я уже думал, что ты закончишь университет раньше, чем решишься.

– Замолчи, – говорит Данил.

– Крис, поздравляю. Ты совершила невозможное.

– Что именно?

– Приручила его.

– Я всё слышу, – напоминает Данил.

Илья достаёт телефон.

– Ты мне должен пять тысяч.

Максим хмурится.

– Почему?

– Я ставил, что они сойдутся до ноября.

– А я ставил до конца семестра. Нечестно. У них был секс по дружбе.

Мы с Данилом одновременно замираем.

Илья смотрит на Максима.

– Что?

Максим бледнеет.

– Я сказал «дружба со сложностями».

– Нет, ты сказал…

Данил делает шаг к нему.

– Максим.

Тот поднимает руки.

– Всё. Молчу. Вообще ничего не знаю.

Я прищуриваюсь.

– Откуда?

– Догадался.

– Как?

– По лицу Данила, когда ты появлялась утром в его свитере.

– Это был мой свитер.

– Тогда я ошибся.

Врёт ужасно.

– Мы поговорим позже, – обещает Данил.

Максим отступает за спину Ильи.

– Поздравляю ещё раз.

Соня появляется со стороны гардероба и сразу замечает наши руки. На её лице медленно расползается улыбка.

– Получилось?

Я киваю.

Она обнимает меня так резко, что косы падают на лицо.

– Я знала!

– Все знали, – бурчу я.

– Потому что вы двое самые слепые люди в городе.

Соня отпускает меня и поворачивается к Данилу.

– Если снова её обидишь, сначала будешь иметь дело со мной.

Он оценивает её рост и серьёзно кивает.

– Учту.

– Я не шучу.

– Я тоже.

Никита подходит позже. Он держит стакан кофе и папку с материалами проекта. Увидев Данила рядом, замедляет шаг, но не разворачивается.

– Доброе утро.

– Привет, – отвечаю я.

Данил молчит.

Я толкаю его локтем.

– Привет, – всё же произносит он.

Никита переводит взгляд на наши руки.

– Статус снова изменился?

– На этот раз официально, – говорю я.

Он улыбается.

– Поздравляю.

– Спасибо.

Никита протягивает руку Данилу. Тот смотрит на неё секунду, затем пожимает.

– Спасибо, что помог Крис в клубе, – говорит Никита.

– Я бы предпочёл, чтобы до этого не дошло.

– Я тоже.

Они отпускают руки.

Никаких угроз, драк и попыток выяснить, кто сильнее.

Уже достижение.

– Нам на пару, – напоминает Соня.

Данил возвращает мне сумку.

– Во сколько заканчиваешь?

Я смотрю на него.

– Обед вместе? – быстро исправляется он.

– В два.

– Я напишу.

Он наклоняется и целует меня в губы.

Посреди холла.

Кто-то рядом свистит. Максим, разумеется.

Щёки нагреваются, но я не отстраняюсь.

– До обеда, – говорит Данил.

– До обеда.

Мы с Соней и Никитой поднимаемся на второй этаж. На лестнице она толкает меня плечом.