Текст книги "Вик Разрушитель 11 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 32 страниц)

– Перстень с гербом Рода Фолькунгов, – всё же решил проверить я свою версию. – Не хватает короны. Это слегка сбивает с толку. Не могу понять вашего посыла, ярл Снорре.

– Такие перстни мы даём в знак глубокой благодарности человеку, не принадлежащему по крови нашему Роду, и не состоящему в вассальных отношениях, но личной храбростью и отвагой спасшему жизнь одному из членов старинного клана Фолькунгов, – торжественно произнёс ярл. Эрик и Ингер благоговейно слушали Главу Рода, не смея шелохнуться. – Его носитель становится нашим братом, союзником и желанным гостем в любом доме, где проживают Фолькунги, Биргерссоны, Адельборги. Когда у тебя вдруг наступят тяжёлые времена, ты можешь смело обращаться к нам за помощью.

– Это достойный подарок, – помолчав, ответил я, внимательно разглядывая перстень, но не вытаскивая его наружу. В паре с купленным в Ленске перстнем с опалом, он гляделся бы солидно. Надо было сказать, что долг закрыт, но ведь это неправда. Было в словах Фолькунгов что-то смущающее мой разум. Если сейчас надеть подарок на палец – всё, ты принял решение. Передвинув коробочку поближе к княжне, попросил: – Арина Васильевна, оцените сию красоту с женской точки зрения. Ваше мнение для меня бесценно.

Арина поняла, что я не о функциональности подарка спрашиваю, и не о том, как перстень будет глядеться на моей руке. Говорю же – умница. Она прижала своей ладошкой мою левую руку и с очаровательной улыбкой спросила:

– Ярл Снорре, дозволено ли мне поинтересоваться?

– Конечно, Арина Васильевна, буду рад ответить на ваш вопрос…

– Вы сказали, что Андрей становится вашим братом, союзником и желанным гостем всегда, как в уплату долга… А какой смысл вы вложили в слово «союзник»? Значит ли это, что Андрей, приняв долг жизни, обязан будет по вашей просьбе принимать участие в конфликтах Рода Фолькунгов с другими кланами, родами или семьями?

– Вы умная девушка, Арина Васильевна, – ярл Снорре очень внимательно поглядел на княжну, словно заново оценивал её, переквалифицируя из просто красивой подружки Андрея Мамонова в барышню, умеющую думать и анализировать. – Похвально, что не стесняетесь спрашивать… Нет, Андрей не обязан по первому же нашему слову помогать в особо трудных ситуациях. Фолькунги сами могут справиться с большинством проблем. Но он, как и мы – ему, может помочь по своему желанию.

– То есть в случае, если Андрей попросит у вас помощи, вы откликнетесь?

– Несомненно, – улыбнулся Фолькунг. – Но союзничество – это не повод злоупотреблять им в личных интересах. Ещё раз повторю: мы почти всегда справлялись с проблемами своими силами. Андрей Георгиевич пока слаб, у него за плечами нет серьёзной поддержки, кроме семьи. А мы отдаём долг лично княжичу Андрею, поэтому важно озвучить все нюансы.

– Второй вопрос: только ли Фолькунги могут помогать княжичу Мамонову, или он может обратиться за помощью к Биргерссонам?

– Биргерссоны и Адельборги – младшие ветви нашего Рода, – ярл откинулся на высокую спинку стула, сделал паузу, как будто раздумывал перед дальнейшим ответом. – Это наша кровь, опора клана. Да, на них тоже распространяется данная обязанность.

– Спасибо, я всё выяснила, – Арина придвинула коробочку ко мне, таким образом давая знак, что подарок можно принять.

Я надел перстень и полюбовался им. Несмотря на простоту исполнения, он гляделся очень солидно. Княжна Голицына улыбнулась и подняла бокал с вином.

– Предлагаю выпить за чудесный вечер и гостеприимство ярла Снорре!

– Охотно! – отсалютовал ей рыжебородый дядюшка.

Зазвенели бокалы, встретившиеся над столом. В это время дверь снова открылась, официанты привезли на тележках десерт. Рулет со взбитыми сливками и персиками гляделся очень вкусно, а в сочетании с ягодным чаем елся с невероятным аппетитом.

– Светлый княжич, я сделал правки в предварительном договоре, – адвокат подошёл ко мне и подал папку. – Вы можете просмотреть его в спокойной обстановке. Если что-то вас не устроит, пишите прямо на полях свои замечания. Контракт на дисконтную поставку продукции «Полимерии» составлен на русском и шведском. Как только решите подписать его, позвоните мне по телефону. Это моя визитка приколота, – добавил он.

Якоб говорил со мной по-русски, а значит, дальнейшее общение с ним не составит никаких проблем.

– Спасибо, господин Лофгрен, – поблагодарил я адвоката. Старается, как-никак, чтобы показать желание Фолькунгов по-честному рассчитаться за повисший долг. Только доверяй – но проверяй. Надо шведский вариант договора перевести. А то могут быть разночтения, да и нюансы вдруг всплывут.

Мы тепло попрощались с ярлом Снорре и вполне довольные проведённым вечером, покинули ресторан вместе с Эриком, баронессой Ингер и нашими телохранителями. Берсерк заявил, что отвезёт нас до отеля, и о такси речи быть не должно. На мой вопрос, не будет ли проблем с полицией, Биргерссон отмахнулся и сказал, что для одарённого вывести алкоголь из крови – плёвое дело, тем более выпил-то он всего ничего: бокал вина. В принципе, я тоже могу провернуть подобный фокус, но с помощью медитации это будет гораздо дольше, чем одарённому.

– Я не ожидал от дяди такого шага, – признался он, когда мы неторопливо ехали по почти пустынной дороге, залитой светом уличных фонарей. – У нас это называется «искусственные родственные связи», или «братство по клятве», основанное не на крови, а на взаимной верности, доверии и обязательствах.

– Скорее, здесь подходит термин «gjestfrihet», – откликнулась с заднего сиденья Ингер. – Наши предки ценили гостеприимство, поэтому незнакомец мог рассчитывать на кров и пищу, если соблюдал правила поведения в доме хозяина. Со временем местная знать трансформировала традицию в сложную систему взаимовыгодных договоров или союзов. Именно один из таких предложил дядя Снорре.

– А есть ещё и другие? – обернувшись, спросил я.

– Да. Например, «Fostbróðir» – молочный брат. Проще говоря – побратимство, – охотно откликнулась баронесса. – Или «felag» – союз, товарищество. Группа людей может быть связана общими интересами или обязательствами. На моей памяти только однажды чужаку было предложен один из таких союзов. Прошу меня извинить, Андрей, что я применила слово «чужак» по отношению к тебе…

– Я понял смысл, Ингер, – успокоил я баронессу, а то будет себя укорять до самого отеля. – Нисколько не сержусь. Мне лестно стать другом клана Фолькунгов. Но теперь мне необходимо добыть адреса всех ваших родственников. Вдруг когда-нибудь судьбе будет угодно оказаться на пороге чьего-нибудь дома.

Все рассмеялись, сочтя мои слова шуткой. А я помнил разговор с майором Лещёвым, в котором он намекал на подобный сценарий. Правда, речь шла о посещении господина Колыванова в Британии, но… мне так и так придётся частенько бывать в Скандии, учитывая всё более вероятное родство с Инглингами. Предложение ярла Фолькунга пришлось как нельзя вовремя. А ещё мне интересно, почему Эрик никогда не упоминал о своих родителях. И почему ярл Снорре опекает его, как собственного сына.

Эрик остановился перед отелем, мы тепло попрощались с ним и баронессой. Ингер сразу пересела на переднее сиденье, «Вольво» развернулся и умчался обратно. А мы в сопровождении телохранителей поднялись на свой этаж, остановились возле номера Арины.

– В десять часов жду тебя в своих апартаментах, – не отпуская руки княжны, сказал я.

– Утра? – улыбнулась ничего не подозревающая Арина.

– Сегодня вечером. И не опаздывай.

– Ох, что-то мне не по себе от такого начала, – шутливо поёжилась Голицына. – Что мы будем делать?

– Разве так трудно придумать что-то, когда рядом красивая девушка? – едва слышно прошептал я, вызвав румянец на щеках княжны.

– А Веронику ты не зовёшь? – она понимала, что я не позволю себе вольностей, и сразу раскусила, что в моём предложении скрывается нечто другое, чем нахождение наедине друг с другом.

– Сожалею, но нет. Ничего, она всё поймёт, когда я с ней поговорю, – уверенно ответил я и поцеловал Арину в щёчку. – В десять, не забудь.

– Я бы посоветовала тебе поговорить сейчас, пока есть возможность, – Арина забрала у меня папку с договором, взялась за ручку двери и обернулась, добавляя: – Иначе она воспримет твой шаг как попытку прекратить отношения. А у тебя ведь какие-то планы на неё…

– Ты права, – я задумался. – Время ещё есть.

– В таком случае загляни в наш номер через полчаса. Я выдумаю предлог, чтобы уйти и дать тебе возможность объясниться с девушкой.

Княжна улыбнулась и скрылась за дверью. А я направился к себе. С удовлетворением заметил, что Отто выполнил свою часть работы. Камин уже горел, перед диваном на столике возвышалась большая стеклянная ваза с огромным букетом красных роз. Точнее, там стояли четыре букета, искусно собранные в один. Осталось только поставить шампанское в ведёрко со льдом и приготовить бокалы. Ну и не забыть самое главное…

– Как съездили, Андрей Георгиевич? – поинтересовался Эд, донельзя сосредоточенный и важный. Я заметил, что он и костюм другой надел, в котором всегда «выходил в люди». С чего бы?

– На удивление, продуктивно, – я критическим взглядом окинул место предстоящего действия. – Даже особо настаивать на своих условиях не пришлось… А можно подсветить только небольшой участок возле камина?

– Конечно, – ответил Куан, тоже переодевшись в элегантный чёрный костюм, в котором всегда сопровождал меня на официальных приёмах. Он нажал на пульт дистанционного управления (надо же, а я и не знал, что апартаменты оборудованы подобной системой), верхний свет погас, через мгновение на потолке мягко зажглись точечные светильники.

– Достаточно, – оценил я эффект. – Пульт положи на столик, чтобы на виду был. Ладно, я переодеваться. У нас немного времени осталось.

– Принцесса Астрид приехала час назад и находится в своих апартаментах, – доложил Куан, очень меня обрадовав. Хотя я отправлял ей сообщение с напоминанием, мало ли что могло произойти. Папа, например, не отпустил…

– Хорошо, – я кивнул и скрылся в спальне. Вообще-то девушки были предупреждены о предстоящем сборе в моих апартаментах, но счёл нужным продублировать. Позвонил и Астрид, и Лиде с Ниной. Все обещали прийти вовремя, донельзя заинтригованные, что же такого я придумал. Что придумал… Наверняка, догадались.

Что-то меня потряхивает. Четыре футляра с кольцами, каждый из которых обтянут бархатом разного цвета, выставлены на тумбочку и открыты. Голубой – для Астрид. Цвета аквамарина – для Нины. Красный, конечно же, для «огненной» Лиды. В белом находится кольцо для Арины. Все они имеют одинаковую форму, как символ единения, но каждое из них имеет своё внутреннее наполнение: элементали той Стихии, которую пестуют девушки. Я частенько в темноте любовался ими (элементалями, конечно же!). Зрелище завораживает, глаз не оторвать.

Вздохнув, закрыл футляры и перенёс их на каминную полку в гостиной. Вряд ли девчата увидят их сразу при рассеянном освещении. Не из карманов же доставать кольца!

– Я отлучусь на некоторое время, – предупредил я Эда и вышел в коридор вместе с Никанором и Владом. Огляделся и заметил охранников Арины возле номера, где жили Нина с Катей Лопухиной. Значит, Голицына сейчас с ними.

Я вздохнул и постучал костяшками пальцев по полотну. Дверь распахнулась, и Вероника, ничуть не удивлённая моему появлению, кивнула, приглашая войти внутрь. Закрыв за мной дверь, она прошла к креслу, села в него и расправила платье на коленях. Плавным жестом показала на соседнее кресло, предлагая мне сесть, а сама замерла, ожидая, что я скажу.

Не став отказывать девушке, устроился поудобнее.

– Ника, у меня сегодня очень важное мероприятие, – я кашлянул, чтобы убрать комок в горле. – Никто не знает, что я хочу сегодня сделать предложение нескольким девушкам, моим потенциальным невестам. Ты первая, кому это стало известно. Тебе я доверяю, и уверен, что до того момента никто ничего не узнает. Сожалею, что в какой-то момент мы перестали общаться как очень близкие друзья, потеряли время. Надеюсь, ты не будешь считать себя несправедливо обойдённой моим вниманием и правильно воспримешь сегодняшнюю ситуацию. К сожалению, я пока не могу пригласить тебя к себе в апартаменты.

Вероника молчала, и по её лицу я не мог прочитать, о чём она сейчас думает.

– Спасибо, что ты набрался смелости и сказал это, – наконец, произнесла княжна. – Действительно, мы потеряли много времени, и получить от тебя предложение и кольцо с «бухты-барахты» было бы даже неприлично. Ведь я не давала никакого повода… Я всё поняла, когда ты со своими избранницами обедал в апартаментах кронпринцессы. Было нетрудно догадаться, что это означает. Так что оправдываться тебе не стоит. – Княжна Елецкая сделала паузу и вдруг улыбнулась. – Никогда не слышала, чтобы кто-то разом делал предложение четырём девушкам. Честно говоря, я тебе не завидую, Андрей Мамонов.

– Но это самый лучший момент, чтобы ни у кого не было обид. Согласен, со стороны подобный шаг выглядит неуклюжим… поэтому я и хочу провести вечер наедине со своими избранницами.

– В таком случае желаю тебе удачи, – Вероника поднялась на ноги, давая знак, что мне пора уходить. – И чтобы в твою голову не лезли разные глупости, а сам ты не начал заниматься самоедством, сразу скажу: не сержусь, всё понимаю. И… спасибо, что ты не торопишь меня, даёшь время разобраться в наших отношениях.

Возле двери она поцеловала меня в щёку и отправила восвояси. Услышав за спиной щелчок замка, я облегчённо вздохнул. Права Арина. Начни я разговор завтра, когда уже все будут знать о случившемся, оскорблённая в лучших чувствах Вероника вполне могла бы указать мне на выход. Причём, без права реабилитации.

– Парни, постойте снаружи, – распорядился я. – Как только увидите принцессу и Великую княжну, дайте знать.

– Слушаемся, – кивнул Никанор.

Кинув взгляд на часы, я увидел, что стрелки часов уже подползают к назначенному времени. Зайдя в апартаменты, я попросил Куана приготовить шампанское.

– Эд, вам придётся некоторое время побыть в коридоре и никого сюда не пускать, – добавил я для старшего личника. – Ни господина Матвеева, ни Яшу Брюса… если кому-то приспичит пожелать мне спокойной ночи.

– А если появится король Харальд? Ну так, на всякий случай знать бы…

– Харальда можно, – разрешил я. – Но вряд ли он заглянет в гости.

– Ясно, – Эд приободрился. – Ух, Андрей Георгиевич, затеяли вы дело… Выпить не хотите? Коньячку для бодрости?

– Нет, пожалуй, не буду, – я вытянул руки и посмотрел, есть ли дрожь в пальцах. Чуть-чуть ощущается. Сжав их до хруста в суставах, разогнал энергию ядра по каналам и меридианам, лишь бы отвлечься от предстоящего события. Удалось успокоиться. К этому времени ведёрко с шампанским и бокалы уже стояли на столике.

Эд внезапно замер, приложив руку к уху, где висела гарнитура связи.

– Принцесса с охраной вышла из лифта, – доложил он. – Княжна Лидия с Баюном идёт по коридору.

– Ну что, парни? – я несколько раз вдохнул-выдохнул. – Выходите. Куан, ты пока остаёшься здесь.

– Слушаюсь, господин, – Хитрый Лис уже и так стоял возле двери, успев надеть белые перчатки. Его смуглое лицо с узким разрезом глаз не выражало ни единой эмоции.

Эд пожелал мне ни пуха ни пера, на что я традиционно ответил «к чёрту». Так как все мои личники незаметно покинули номер, старший охраны оставался единственным, кто поддержал меня в этот момент. Он кивнул ободряюще и быстро вышел наружу.

Я с помощью пульта включил мягкий рассеянный свет, и сразу же отсветы алых язычков пламени заиграли на полу и потолке. На мой взгляд, получилось неплохо.

Хитрый Лис распахнул дверь и с низким поклоном приветствовал вошедших в номер Астрид и Лиду. Причём, они шагнули через порог одновременно, словно сговорившись.

– Её Высочество принцесса Астрид, Её Высочество Великая княжна Лидия Юрьевна, – выпрямившись, доложил Куан с таким видом, будто сейчас происходит официальный приём.

На самом же деле я предупредил девушек, что хочу устроить обычную встречу в узком кругу, но они как будто сердцем почувствовали нечто необычное, и пришли в нарядных платьях, с «боевой» раскраской на лице.

Лида с детской непосредственностью похвасталась, когда увидела живой огонь:

– А у меня в номере тоже есть такой же!

– Девушки, проходите, не стесняйтесь, – я обвёл рукой пространство вокруг себя. – Присаживайтесь на диван.

Взгляды Астрид и Лиды скрестились на букете и ведёрке с шампанским. Барышни с внезапно нахлынувшей на них робостью поглядели на меня, но уже догадываясь, к чему вся эта мизансцена. Я тут же оказался рядом с ними и протянул руки обеим, чтобы довести до дивана. Усадив их рядышком, сделал спиной пару шагов назад и замер в ожидании. Великая княжна прилежно положила ладони на колени, и, вопреки своему нетерпеливому характеру, не стала засыпать меня вопросами. Астрид что-то прошептала ей на ухо. Мстиславская нервно хихикнула.

– Княжна Арина Васильевна, боярышня Нина Васильевна! – Куан, объявив о появлении второй пары красавиц, опять согнулся в приветственном поклоне.

– Ой! – пискнула Нина, попав из коридора, заполненного охраной, в апартаменты с горящим камином. – А что здесь происходит?

– Что бы это ни было, мы сейчас узнаем, – Арина проницательно поглядела на меня и улыбнулась ободряюще. – Кажется, Андрей нам сюрприз приготовил.

Когда девушки уселись на диван, они стали похожи на воробышков, напряжённо разглядывающих с ветки рассыпанные по асфальту семечки. И поклевать охота – и подлететь боязно. Кот рядышком ходит.

В полном молчании Куан распечатал бутылку и разлил шампанское по бокалам. Поклонился мне и девушкам, после чего незаметно исчез из апартаментов, оставив нас наедине.

– За встречу, – не найдя ничего лучшего, сказал я и поднял свой бокал. Сейчас хотелось выпить чего-нибудь покрепче, для храбрости. Потому что почувствовал, как поднимается внутри меня паника, что испорчу важный вечер. Вроде бы готовил слова, что должен был сказать, но язык словно присох к нёбу.

Девчата переглянулись, со звоном соединили бокалы и неторопливо пригубливая игристое, стали ждать, зачем, собственно, я их собрал. Не в карты же играть! Коробочки на каминной полке они пока не разглядели, любуясь розами.

– Андрей, позволь говорить своему сердцу, а не уму, – мудро подсказала Арина. – И не волнуйся, мы дрожим ещё сильнее тебя.

– Да, конечно, – я так и стоял спиной к камину, чувствуя исходящее от него тепло. Эд успел перед уходом подбросить полешек. Отсветы пламени играли на лицах молчащих девушек. Они уже поняли, о чём я хочу сказать. Они ждали этого момента с той осторожностью, что позволяет охотнику скрадывать в засаде дичь. Ждали – и боялись, что мне не хватит смелости сделать следующий шаг. – Когда я жил в детском приюте, то даже не догадывался, какой зигзаг выпишет моя судьба. Думал, вот наступит время выйти за порог ставшего мне родным дома, и что делать дальше? Куда идти? Кем быть? Но однажды произошёл случай, изменивший всё моё существование. Появился Дар, который я искренне считал своим проклятием. Но сильные мира сего думали иначе. Они взяли надо мной опеку… понятно, что не любовь двигала ими, а голый расчёт. Однако я ничего не хочу сказать плохого про этих людей. Они всё же пытались заменить мне родителей…

Девушки молчали, сжимая в руках бокалы. Изредка пощёлкивали дрова, выбрасывая в дымоход искры. Я сделал пару глотков, промачивая горло. Правильно ли поступаю? Зачем им столь длинный пролог? Нет, это надо не им, а мне. На сердце стало спокойнее, и дальше я говорил уже без долгих пауз:

– Потом оказалось: я не Викентий Волховский, чью фамилию ношу не по праву родства, но всего лишь по прихоти владелицы приюта, а княжич Андрей Мамонов, ставший камнем преткновения между моими родителями и родственниками, ещё даже не начав толком жить. Когда же меня нашла мама, а потом и отец, я уже точно знал, как мне быть дальше. Поэтому и остался в Москве, не уехал в родовое гнездо в Якутии. Отец мой выбор не одобрил, но чувство вины заставило его искать иные пути заново обрести своего сына. Ему ничего не оставалось, как принять моё взросление без родительского догляда. В столице я обрёл друзей, ну и без опекунов не обошлось. Куда же без них? Те, кому интересен мой Дар, никогда обо мне не забудут. Я, если честно, не думал о семейной жизни. Для меня она казалась далёким, ещё не изведанным испытанием. Хотелось наслаждаться свободой, как многие молодые аристократы, и лет эдак до двадцати пяти не усложнять себе жизнь семьёй. И тем неожиданнее оказалось, что у меня может появиться любимая девушка, а то и не одна, и с ними предстоит строить отношения, создавать семью, воспитывать детей…

Девушки заметно напряглись. Нина быстро допила шампанское и сжала пальцами бокал, рискуя раздавить хрупкое стекло. Астрид превратилась в изящную ледяную скульптуру, тщательно прячущую эмоции. Лида в волнении то и дело облизывала языком губы. Лишь Арина внешне оставалась невероятно безмятежной и расслабленной.

– Может, я кого-то из вас обижал своим невниманием, показывал себя «сухарём», не смог сказать вовремя важное слово, или оказался совершенно не романтичным человеком… Так и все мы не совсем обычные люди. Мы принадлежим высшему сословию, где романтика не всегда играет важную роль. Но знайте, что вы все мне до́роги, я вас люблю, несмотря на различные обстоятельства, которые свели нас вместе.

Нина шмыгнула носом, а от Астрид повеяло холодком, который она тут же постаралась развеять. Не выдержала девочка, разволновалась, отчего неконтролируемый выброс магической энергии, едва сформировавшийся, был нещадно уничтожен сидевшими рядом антимагами Ариной и Ниной. Принцесса смущённо прикрыла ладошкой рот, захлопала ресницами. Она даже не поняла, что сейчас произошло, скорее, подумала, что это я нейтрализовал плетение.

– Я долго думал, как буду говорить это каждой из вас по отдельности, что было бы правильнее, и раз за разом откладывал на потом, но послушал своё сердце, – я повернулся спиной к разволновавшимся красоткам, поставил бокал на каминную полку и взял две коробочки: голубую и красную. Раскрыл их, и пока поворачивался, умудрился ловко завести руки за спину. Моё мальчишество девчата заметили и заулыбались.

Встав на одно колено, выставил перед собой коробочки:

– Астрид из Рода Инглингов, Лида из Рода Мстиславских, согласны ли вы выйти за меня замуж?

– Да! – даже не раздумывая, вскочила Великая княжна. – Андрей Мамонов, я согласна стать твоей женой! Ой, мамочки!

Истинная «огневик», проявив свой темперамент, сделала порывистый шаг мне навстречу, но остановилась, мудро ожидая ответа Астрид, потому как я до сих пор стоял коленопреклонённый.

– Андрей, ты должен знать, что я подчинились приказу короля, моего отца! – от волнения акцент у Снежной Кошки проявился с особой силой, но мне было приятно слушать её голос. – У него меркантильный интерес насчёт нашего брака, и мне пришлось подчиниться… Но я переживаю только из-за одного: мы мало знаем друг друга. А так… Ты мне очень нравишься, и я надеюсь, что между нами появится настоящая любовь. Да, я согласна!

И мне пришлось встать, чтобы надеть кольца на пальчики девушек и принять их пылкие поцелуи, которые уже были не такими скромными, как прежде. Новый статус сулил куда более приятные моменты, и мы это понимали.

Усадив расчувствовавшихся девушек на диван, я вернулся к камину, и, уже не таясь, открыл оставшиеся коробочки. Честно сказать, переживал я за ответ Астрид. Она вполне могла предложить мне не торопить события, честно рассказав о своих сомнениях. И я бы её понял, хоть и расстроился бы.

Подойдя к замершим Арине и Нине, снова встал на одно колено.

– Арина из Рода Голицыных! Нина из Рода Захарьиных! Согласны ли вы выйти за меня замуж?

– Да! – мягко улыбнулась княжна Голицына и протянула руку, чтобы я надел на её палец кольцо с разыгравшимися элементалями Воздуха.

– Да! – счастливо блестя глазами, ответила Нина. Кажется, она не ожидала такого шага от меня. Находясь среди высокородных аристократок, девушка настраивалась на роль «наложницы», о чём намекала Арина. Поэтому для неё моё предложение стало личной победой, исполнением тайного желания.

Как только кольца оказались на пальчиках девушек, я обменялся с ними поцелуями. Если Арина позволила себе «чуть дальше» чем обычно, то Нина… Закралось подозрение, что если бы не присутствие трёх остальных невест – наш вечер мог продолжиться в спальне.

Переборов зов плоти, я испытал невероятное облегчение, будто сбросил с плеч неимоверный груз. К этому моменту мне пришлось идти, мучительно раздумывая о нашем общем будущем, и откровенно страшась, как выстраивать отношения уже на уровне семьи. Не знаю, как всё будет дальше, как девочки поладят между собой. Они ведь не только по темпераменту и характеру разные. Статус в обществе, репутация, привычки, личные интересы – всё это похоже на мину замедленного действия, которая может рвануть в самый неподходящий момент, и должна быть обезврежена как можно раньше. И тогда мы избежим очень больших проблем.

Но я хорош, ведь правда? В одночасье стал обладателем великолепного цветника.

Я вновь наполнил бокалы шампанским и предложил выпить за нас всех. Не к месту сейчас серьёзный разговор о будущем. К тому же Астрид сразу же расставила точки над «i», что делало ей честь. За Нину я спокоен. Она из всей четвёрки будет стоять горой за меня, что бы ни случилось. Шанс поднять свой статус за счёт замужества Захарьина не упустит. Арина ничего не теряет, поэтому так спокойна. Из всех вариантов княжна выбрала наиболее рискованный, но перспективный. Потому что со мной у неё появляется шанс раскрыть все свои управленческие способности без контроля старших родственников. Особенно это касается Патрикея Ефимовича, любящего следить за каждым шагом племянницы, не обращая внимания на собственного сына.

Остаётся Лида. Вот она-то и является детонатором, который предстоит обезвредить, а точнее, перевести в безопасный режим. А потом включать его при необходимости. Я найду для каждой из своих девчонок применение…

– Андрей, ты долго молчишь, – заметила Арина. – Тебя что-то гнетёт? Можешь говорить с нами откровенно. Иначе зачем вот это всё?

Она подняла руку, демонстрируя игру элементалей в своём колечке. Взгляд княжны сразу же потеплел.

– Вам понравился сюрприз с кольцами? – я стряхнул с себя оцепенение.

– Да! – чуть ли не хором ответили девушки.

– Шикарное решение с элементалями, – подтвердила Лида. – Значит, оно может генерировать магическую энергию?

– Не знаю, – честно признался я. – Теперь вы сами можете следить за ним. Если появятся какие-то изменения, говорите мне. Но для вас эти кольца безопасны.

И посмотрел, в первую очередь на Арину и Нину. Те мой намёк поняли и улыбнулись с видом заговорщиц.

Мы допили шампанское и я вручил девушкам букеты. Было хорошо видно, что барышни изрядно устали. Слишком большим потрясением оказалось для них окончание дня. Им нужно было дать возможность прийти в себя и, конечно же, оповестить своих родителей о случившемся. А то, что так и будет, я даже не сомневался.

Передав своих невест в руки телохранителей, я вернулся в гостиную и рухнул в кресло, даже не заметив, как в номере появились личники. Куан включил верхний свет и навёл порядок на столике.

– Вас можно поздравить, Андрей Георгиевич? – спросил Эд.

– Что? – рассеянно откликнулся я. – А-аа, да-да… Можете, конечно. Я только что официально предложил свою руку и сердце четырём барышням, и все согласились!

– Неужели вас этот факт огорчил? – едва скрывая улыбку, поинтересовался старший личник, а сам погрозил кулаком ухмыляющимся товарищам, которые и не собирались расходиться по комнатам. Я заметил краем глаза их реакцию, но оставил без замечания. Надеюсь, они радуются скорому окончанию моей холостой жизни, а не только желая отметить радостное для меня (да что греха таить – для всей дружной команды княжича Мамонова) событие, приняв по «пять капель».

– Я больше за вас беспокоюсь, как будете четырём княгиням служить, – пускаю ответную шпильку, и парни рассмеялись, оценив шутку.

* * *

Астрид возвращалась домой в глубокой задумчивости. Почему она не отказала Андрею, если сама же призналась, что их отношения ещё не проверены временем, а сама девушка подчиняется приказам отца-короля? Честно говоря, она растерялась. Княжич не просто так сыграл ту сцену с предложением сразу всем четырём барышням. В ней был заложен какой-то смысл, но какой?

«Ну и что? Какой бы ни был смысл в его действиях, ты же не станешь воспринимать Андрея по-другому? – спросил её внутренний голос Снежной Кошки, язвительный и насмешливый. – Или ты бы отказалась, сделай он тебе предложение наедине?»

«Не стану, и не отказалась бы. Только слишком быстро всё произошло», – искренно ответила Астрид. – «Я не хочу любить по приказу».

«Признайся себе, наконец, что принц Фредерик не настолько запал в твою душу, чтобы ты колебалась в выборе», – продолжала допытываться Снежная Кошка. – «Андрей – симпатичный юноша, сильный, хоть и безрассудный в некоторых моментах. Но это лишь от очарования твоей красотой. Став его женой, ты научишь его хладнокровию и рассудительности».

«Зато уж как папа будет рад», – в свою очередь съязвила Астрид, но не сдержалась и улыбнулась. Поглядела на колечко, в котором вовсю резвились голубые искорки элементалей. А ведь Андрей каждой из девушек подарил кольцо индивидуального дизайна. И каждое было очень красивым. Как он вообще смог приручить Стихийных анархистов?

Она не стала заходить к себе в комнату, а отправилась сразу в семейную гостиную. Сердце чуяло, что родители ещё не ложились спать, а ждут её возвращения из отеля. Отец, когда давал разрешение Астрид съездить в гости к Андрею, как-то очень уж хитро на неё поглядел, да и матери-королевы улыбались весьма подозрительно, словно чувствовали, зачем принцесса едет вечером в отель.

Так и есть. Монаршая семья, исключая мальчишек, находилась в гостиной и о чём-то беседовала. Удивительно, что король тоже находится здесь. Он обычно засиживался допоздна в своём кабинете.

– А вы почему ещё не отдыхаете? – сделав вид, что ей в диковинку ночной семейный совет, Астрид стремительно впорхнула в залу и плюхнулась на диван рядом с матерью. – Или меня ждали? Вот я, приехала, живая и здоровая. И у меня для вас сюрприз!

Она подняла руку, на которой блеснуло кольцо, подаренное Андреем.

– И весёлая, – хмыкнул отец. – Кажется, нашу принцессу позвали замуж.

– Доченька, – выдохнула Сиггрид, прижимая к себе Астрид так крепко, словно материнское сердце чувствовало, что скоро их встречи станут редкими.

– Поздравляю, – улыбнулась королева Ранди. – А я, честно сказать, не ждала от мальчика столь быстрого решения.