Текст книги "Вик Разрушитель 11 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 32 страниц)

И даже не подозревал, насколько они совпали.

Харальд был готов к любому развитию ситуации. Все военные гарнизоны в Лапландии приведены в боевую готовность, если вдруг мятежники вздумают создать проблемы русским. На Андрея у короля большие планы. Поэтому действия Верховного конунга Скандии будут максимально демонстративными, показывающими мощь государства.

У Астрид своя задача: заинтересовать, очаровать и влюбить в себя мальчишку. Договорённости между родителями детей – это правильный ход, но его девочка ещё полна романтики, как бы она не старалась показать свою рациональную натуру. Поэтому ей важно ощутить интерес Андрея. Харальду не нужно, чтобы уже завтра княжич сделал признание в любви и подарил ей кольцо. Астрид должна склонить Мамонова к мысли, что его счастье – вот оно, рядом. Это будет тяжело при двух кандидатках в жёны. Но Снежная Кошка должна справиться.

– Полковник Нюстрем! – Харальд не отрывал взгляда от карты, на которой мерцали точки разных расцветок и пометки, дававшие их обозначения.

– Я, Ваше Величество! – перед ним, словно дверг из-под земли, появился рыжеволосый офицер, и в самом деле похожий на сказочного гнома: широкоплечий, с рыжей бородкой и большущими глазами, в которых мелькали золотистые искорки.

Нюстрем являлся руководителем инженерно-магического отдела, имея на плечах полковничьи погоны вдобавок к чину магистра с редкой специализацией: «геомагия».

– Все ли запланированные мероприятия по пути следования «Скандинавского экспресса» выполнены в полном объёме?

– Да, Ваше Величество, – кивнул «дверг». – Я считаю, мы сделали всё возможное. Мониторинг магической стабильности грунта под путями не выявил подкопы, минные тоннели и закладки взрывных магоформ. Но… – магистр замялся. – Существует вероятность быстрой закладки. Невозможно постоянно отслеживать магическое воздействие на грунт.

– Поясните, полковник, – холодно проговорил Харальд.

– Между эскорт-локомотивом и пассажирским поездом образуется разрыв в несколько минут, которые можно использовать для атаки. Диверсанты могут просто дождаться «окна» и заложить обычный боевой заряд для подрыва.

– В таком случае в бой вступят «хирдманы».

– Несомненно, Ваше Величество, – склонил голову полковник. – Не сомневаюсь в их мужестве и профессионализме. Я всего лишь обрисовываю проблему так называемых «окон». Стабильный мониторинг возможен лишь при непосредственном воздействии контролёра на выбранную точку ландшафта.

Харальд поморщился. Всё-таки маги-учёные – не от мира сего. Иногда так закрутят фразу, сразу мозги вскипают.

– Проще говоря, контроль падает с расстоянием?

– Всё верно, Ваше Величество. Чем дальше точка от контролёра, тем дольше будет идти сигнал о нарушении стабильности грунта.

– Сколько ваших людей задействовано в мониторинге?

– Пятнадцать, Ваше Величество. Самых сильных, с тонкой настройкой, я поставил на дальние точки.

– Хорошо, полковник. Ступайте к своим людям. Докладывайте дежурному каждые полчаса о состоянии полотна.

– Слушаюсь, – «дверг» щёлкнул каблуками, чётко развернулся и направился в дальний угол Оперативного Блока. Там была дверь, в которую он и вошёл. Маги не любили скопление людей и техники в одном помещении. Это мешало им настроиться. «Лишь бы не проворонили», подумал Харальд и решил отдохнуть с полчаса, поговорить с императором Иваном. Пока экспресс не появится на центральном вокзале Стокгольма, вряд ли кто-то позволит себе такую вольность, как полноценный сон.

Примечание:

[1] В реальной истории – Ленинградский вокзал.

Глава 2

1

Границу Российской Империи мы пересекли согласно расписанию. Проверка документов прошла довольно быстро. Думаю, шведские таможенники получили с самого верха распоряжение не затягивать с процедурой проверки важных персон, находящихся в первых четырёх вагонах, а остальным пассажирам просто повезло за компанию. Двое важных чиновников в мундирах мышиного цвета, украшенных золотыми позументами на обшлагах и номерными жетонами на груди прошли по нашему вагону с проверкой. Их сопровождала пара крепких охранников, молчаливых и суровых.

Один из чиновников проверял паспорта, называл фамилию, а его напарник что-то отмечал в планшете. Надо полагать, сверял данные и фото с нашими лицами. Никаких вопросов, всё очень быстро. В конце желали приятного пути и шли дальше по вагону.

Меня волновал один момент: как отнесутся таможенники к находящимся в спецвагоне инженеру и техникам. Мог возникнуть вопрос, зачем вообще инженерная команда едет в Стокгольм. Но никакой задержки не возникло. Судя по тому, что проверяющие спокойно перешли в следующий вагон, неприятных сюрпризов удалось избежать.

Через несколько минут к нам в купе заявился Матвеев.

– На той стороне к поезду прицепят эскорт-вагон с «хирдманами», – зачем-то оповестил куратор дальнейшие планы руководства состава. – Дальше вместе поедем.

– А кто такие хирдманы? – полюбопытствовал Данька, размешивая в стакане с чаем кубики сахара-рафинада.

– Личная гвардия короля Харальда, – пояснил Матвеев. – Будут сопровождать экспресс до Стокгольма, и при случае – защищать.

– Кондрат Васильевич, а вы как думаете, нападение мятежников возможно? – поинтересовался я. – Всё-таки через не самую спокойную территорию едем.

– Железная дорога взята под особый контроль, – со свойственной ему уверенностью ответил родственник Великого князя Бориса Ивановича. – Лутошин сказал, что помимо эскорт-вагона впереди пойдёт локомотив. Его задача – проверить путь на случай минирования.

– Людей жалко, если произойдёт подрыв, – заметил Данька.

– Там не будет людей, – хмыкнул Матвеев. – Локомотив пойдёт на автопилоте, с управлением из диспетчерской. Неужели думаете, что король пустит на самотёк ситуацию?

Я думал как раз наоборот. Харальд Свирепый из кожи вон вылезет, но обеспечит безопасность пассажирского поезда любой ценой. Вплоть до того, что насытит небо и землю авиацией и армией. Местным жителям это не понравится, но кто их спрашивать будет? Они и так замарались в мятеже.

– На богов надейся, а сам не плошай, – Данька решил поиграть в умудрённого жизнью старейшину.

– Вы не доверяете конвою Рода Булгаковых, императорской охране, королевским хирдманам? – с насмешкой спросил Матвеев, на что Захарьин смутился и покрутил головой, словно отказывался от своих слов. – Не бойтесь, молодые люди. Завтра уже будем в Стокгольме.

Он вышел из купе, а я с укоризной посмотрел на Даню.

– Ты только что поставил нас в положение трусливых кроликов.

– А чего я такого сказал? – одноклассник покосился на закрытую дверь. – Это же народная мудрость.

– Этот напыщенный индюк теперь будет думать, что моя свита – кучка перепуганных детей.

– Да пусть думает, что хочет. Зато нападение для нас не станет неожиданностью. Ну… если мятежники всё же осмелятся.

Я махнул рукой. Чего гадать зазря? Но девчат надо предупредить, подготовить к возможному сценарию.

– А почему, интересно, связь не вырубают? – хмыкнул Данька, уткнувшись в телефон. – Глобальная Сеть работает.

– Не знаю, – я пожал плечами. Логика спецслужб Скандии неподвластна моей аналитике. Может быть, Харальд боится, что глушение радиочастот, магических и обычных каналов связи изолирует зону, по которой идёт поезд. Тогда никто не будет знать, что вообще происходит. Но в этом случае противник сам может заглушить любую связь.

– Слушай, Андрюха, – Данька помялся и отодвинул от себя телефон. – Давно хотел с тобой поговорить откровенно, да всё обстоятельства мешали.

– О Нине? – догадался я, покачиваясь в такт движения вагона.

– У тебя с ней серьёзно? В последнее время наблюдаю, что сеструха сама не своя стала. Как дурочка влюблённая по дому бродит, слоняется. А то вдруг без причины начинает улыбаться. Как будто не в себе. Спросишь её о чём-нибудь, отвечает невпопад, – разгорячился Захарьин. – Ты мой друг, Андрюха, но морочить голову Нинке не позволю.

– Ух ты, – я улыбнулся, глядя на взъерошенного парня. – А твой батя ничего по этому поводу не говорил?

– Говорил, – буркнул Данька. – Сказал, чтобы я не мешал Нинке строить отношения с тобой. А вот других от неё должен отшивать безжалостно. Правда, когда речь о свадьбе зашла, он почему-то рассердился, стал кулаками махать. Ничего не понимаю. По мне, так я и не против, если ты женишься на ней. Сестра у меня классная, красивая. Женой будет верной. Ну и княгиней станет, что сразу её статус в обществе поднимет.

Я снова улыбнулся. Василий Романович и сына своего исподволь настроил на решение одной важной задачи: толкнуть Нину в мои объятия. Не нравься мне девушка – я бы давно высказал всё, что думаю о подобной «спецоперации», и Захарьину, и цесаревичу. А когда Нина будет моей, я смогу её защитить, и никто её не тронет и не обидит. Ладно, чего там… Кольцо для неё готово. Осталось только предложение сделать. Но это чуть попозже.

– Любишь Нинку? – не отставал одноклассник, пожелавший расставить все точки над «i» именно сейчас. – Если нет – то скажи ей об этом. Тем более, у тебя многожёнство намечается. А сестра такая… может и заревновать. Будете собачиться друг с другом.

– Не путай любовниц с супругами, – я не выдержал и рассмеялся. Потом похлопал по плечу Захарьина и направился к выходу. – А кому не понравится такая жизнь, никого не держу… Я у Арины с Ниной буду. Поговорить с ними нужно.

На Данькин вопрос я не ответил, имея на то свои причины. Не хочу, чтобы он первый узнал о моих чувствах к девушке. Считаю, неправильно это. Одноклассник понял, что не дождётся ни словечка, с досадой махнул рукой и уткнулся в телефон, обиженный на мою скрытность.

Я вышел в коридор, закрыл за собой дверь и постучал в соседнюю.

– Барышни, можно?

– Заходите! – весело крикнули из купе.

Девушки уже готовились ко сну. Нина в пижаме с нарисованными на ней весёлыми лопоухими зайцами сидела на постели, сложив ноги по-турецки, и что-то рассматривала в телефоне. Арина уже лежала под одеялом и читала книжку. Серьёзная девушка. Мой взгляд скользнул по открытым плечам, на которых виднелись тонкие бретели ночной рубашки.

Княжна заметила мой взгляд, и улыбка тронула её губы. Я присел рядом с Ниной.

– К нам прицепили эскорт-вагон с королевскими хирдманами, – с чего-то разговор надо было начинать, чтобы не пугать барышень. – Говорят, похлеще волкодавов будут. Это личная гвардия Харальда. Будут сопровождать до столицы.

– Ожидаем нападения? – спокойно поинтересовалась Арина, отложив книгу с перевёрнутой вверх обложкой на столик.

– Если бы была информация о готовящейся диверсии, нас не отправили бы поездом, – логично ответила Нина. – Андрей, а почему не самолётом?

– А если меня решат устранить? – Хмыкнул я. – Узнают, что я на борту, и пойдут на любую подлость, чтобы сбить самолёт. Ну и сама подумай о трёх антимагах, собравшихся в одном месте.

– Извини, глупость сказала, – поморщилась девушка.

– Я что сказать-то хочу… Скоро мы поедем по территории, охваченной мятежом. Вероятность инцидентов на железной дороге, и даже полноценные боевые действия нельзя исключать. Если начнётся стрельба, вы должны закрыться магическими щитами. Именно магическими. Арина, у тебя «воздушные» магоформы получаются неплохо, а вот у Нины ещё слабовата база…

– Я её прикрою, – понятливо кивнула княжна. – А как же тогда ты? Без антимагического щита ты будешь уязвим.

– В случае огневого контакта я могу применить технику «Отражения» с помощью насыщения пространства энергией.

– А вдруг мятежники магию используют? – поёжилась Нина.

– В любом случае мне нельзя активировать анти-Дар, – вздыхаю в ответ. – Наши вагоны оборудованы системой магической защиты «Сфера», и при любой опасности она будет развёрнута в боевое положение. Вам ничего не грозит. А я проберусь в блиндированный вагон, где находится штаб Лутошина. Уже договорился, что в случае серьёзного боя могу присоединиться к его пилотам. Пять бронекостюмов – это уже не шуточки.

– Надеюсь, ты не побежишь напяливать на себя «Бастион» при первых же выстрелах, – вздохнула Арина. – Ну вот откуда у тебя такие мысли?

– Да я всё время думаю о «Корсарах», – вздыхаю в ответ. – Смоделировал ситуацию, как бы поступили враги Харальда, попади в их руки информация о поездке русской делегации в столицу Скандии.

– Нападение на экспресс с целью дискредитации короля, – подумав, ответила Арина и кивнула своим мыслям, полностью совпавшим с моими. – Я с самого начала удивилась, заметив, насколько у нас большая делегация. Значит, Россия и Скандия готовят какой-то договор о союзе. А скрепляющим элементом является твоя свадьба с Астрид.

Нина нервно затеребила край одеяла, но промолчала. Арина, уже давно знавшая, что меня могут использовать в политической игре, говорила спокойно, как о свершившемся факте.

– Да, ради того, чтобы мы рассорились с северянами, провокация – самый логичный выход, – княжна посмотрела на меня. – Плохо, что с нами едут сотни пассажиров, непричастных к этим играм.

– Здесь есть дипломаты, верноподданные Скандии, а также очень богатые и влиятельные люди из обеих стран, – сказал я. – Булгаковы не первый год охраняют «Скандинавский экспресс», у них наработан большой опыт в таком деле. Ладно, пройдусь по вагону, предупрежу остальных. Спокойной ночи, девочки.

Я поцеловал Нину в губы, нисколько не стесняясь присутствия Арины; потом и она получила свою награду. Побывав в жарких объятиях обеих красавиц, я быстро вышел из купе в пустой коридор и рухнул на пол, упираясь руками в ковровую дорожку. Сделал два десятка энергичных отжиманий, и как ни в чём не бывало, начал обходить каждое купе. Коротко инструктировал ребят, что нужно делать при нападении мятежников. Вообще-то странно, что Матвеев не провёл подобную встречу со всеми нами. Мы всё-таки по неспокойной территории ехали, расслабляться нельзя. Это или упущение, или инструкции даны только «высшей» свите. Не помню, кто мне рассказывал (кажется, Света Булгакова), что каждый взрослый пассажир «Скандинавского экспресса» всегда возит с собой оружие, будь то пистолет или боевой артефакт. Знаете, охотно верю. Вот почему и злил меня Кондрат своей напыщенностью и полным непониманием ситуации. Вернее, он просто не хотел принимать реальность как таковую. Провокация может случиться, а может – и не случится. Вот и надейся на себя.

Мои телохранители, Куан и Гена с механиками серьёзно восприняли предупреждение. Обсудив возможные варианты, мы разошлись по своим купе. Данька уже спал, тонко похрапывая под ритмичный стук колёс. Я посмотрел на часы. До парома в Або-Турку оставалось ехать чуть больше четырёх часов. Надеюсь, что нам всем не нужно проходить регистрацию. У кураторов есть списки делегации, пусть и чешутся, а не будят всех подряд. Предстоящий денёк будет насыщенным, как бы ноги потом донести до гостиницы.

Я переоделся в шорты и футболку, лёг на диван, активировал беспроводную связь. Действительно, никакой блокировки. Всё работает. Ну ещё бы! Мятежникам тоже надо как-то общаться, а без вышек как координировать свои действия?

Тренькнул сигнал «болталки». Ого, Астрид пишет!

«Здравствуй, Андрей! Как протекает ваша поездка? Всё ли хорошо»?

Я посмотрел на время, когда сообщение было послано. Совсем недавно, кстати. Как раз, когда мы от Выборга отъехали.

Мои пальцы забегали по экрану, набирая строчки ответного сообщения.

«Привет, Астрид! Едем спокойно. Надеюсь, так и дальше будет, а все эти страшные разговоры про ваших лесных разбойников – только местный фольклор»!

Ответ пришёл почти мгновенно.

«Если бы фольклор! Король хорошо осознаёт степень опасности, исходящей от „разбойников“. Хочется поскорее увидеть тебя и познакомиться с твоими подругами. Буду ждать с нетерпением»!

«Ложись спать, принцесса, и не накручивай себя. Хочу видеть тебя красивой, счастливой и отдохнувшей. Спокойной ночи, Астрид!»

«И тебе, Андрюша»!

«Андрюша»! Надо же… Я улыбнулся и положил телефон на столик, а сам, погасив ночник, закинул руки за голову, уставился в потолок, по которому изредка пробегали полосы света от фонарей на полустанках или вдоль небольших посёлков, притулившихся возле железной дороги.

Снова тренькнуло. Я посмотрел на сообщение и мои губы снова растянулись в улыбке.

«Зови меня Снежной Кошкой».

2

Отчаянно позёвывая после короткого сна, что удалось урвать после Выборга, Лутошин спрыгнул с подножки штабного вагона на бетонный перрон, покрытый снегом. Поёжился. Зима здесь не хотела отступать, отчаянно цепляясь за вымороженные леса и озёра своими щупальцами. И всё же воздух уже ощутимо пах влагой. Весна ждала своего момента, чтобы нанести сокрушительный удар и начать победную поступь по всему Северу.

Пронзительно свистнул локомотив, скороговоркой прозвучал голос диспетчера на шведском языке, разносясь по спящему посёлку. Вжикнув вверх «молнией» на камуфляжной куртке, Лутошин в сопровождении троих бойцов широким шагом направился к «голове» состава, где находился эскорт-вагон с королевскими хирдманами. Пока есть время, надо бы обсудить с командиром группы дальнейшую тактику передвижения по мятежной территории. Марат имел большой опыт в таком деле, но ещё ни разу ему не приходилось охранять солидную делегацию, полностью состоявшей из молодых людей, что его очень нервировало. Великая княжна Лидия, свитские из знатных родов, княжич Мамонов со своим сопровождением – в общем, головная боль обеспечена на всё время рейса. А ведь их ещё и обратно везти!

Возле эскорт-вагона прохаживались двое широкоплечих хирдманов в тёмной униформе. В руках у них были короткоствольные автоматы, на бедре у каждого – кобура с пистолетом. Услышав шаги приближающихся к ним людей, охранники разом насторожились и вскинули оружие.

– Стоять место! – коверкая русский, произнёс один. – Кто идёт?

– Комендант поезда Лутошин, – Марат надеялся, что его фамилию уже все викинги из вагона знают. Барон Кнорринг, возглавлявший отряд сопровождения, показался ему человеком рассудительным и с большим военным опытом. Такие нужные «мелочи» ему должны быть известны.

– Один идти, остальные – стоять! – хирдман качнул стволом автомата, а его напарник зажёг фонарь, освещая Лутошина и бойцов, застывших позади. Убедившись в правдивости слов Марата, достал рацию и быстро проговорил в неё на своём языке. В ответ прошипело и замолчало.

– Комендант проходить, – кивнул викинг и стукнул кулаком по металлической двери.

С металлическим лязгом распахнулась створка, вниз опустился трап, и по нему Лутошин забрался в тамбур. Там его встретил ещё один охранник и жестом показал следовать за ним. Марат ещё не был в эскорт-вагоне, почти ничем не отличавшемся от обычных пассажирских вагонов. Сначала шло купе для дежурной смены, потом четыре купе для бойцов, оружейная комната, перекрытая мощной решёткой. После неё – ещё два купе и, наконец, штабная комната.

Охранник первым делом доложил о прибытии русского коменданта, и только потом разрешил Марату войти в помещение. Штаб оказался совсем небольшим, с минимумом мебели: стол для совещаний, стулья, навесные шкафы на дальней стене, под ней – большая карта Скандии. Окна по обе стороны вагона сейчас были задёрнуты плотными тёмными шторками, но Марат опытным взглядом заметил механизмы рольставен. Ага, в случае атаки окна прикроют бронированными жалюзи.

В комнате приятно пахло мужским одеколоном, кофе и недавно выкуренной сигарой. Кажется, человек, что сейчас сидел за столом, намеренно не проветривал помещение, словно ему нравилось смешение этих запахов. Марату, кстати, тоже.

– Господин Лутошин, прошу вас, присаживайтесь, – за столом сидел сам барон Арвид Кнноринг, брат королевы Ранди. Перед ним стояла стеклянная пепельница, пустая чашка нахально заняла место на топографической карте местности, по которой проходил маршрут «Скандинавского экспресса». – Кофе, ром, коньяк?

По-русски Арвид говорил очень хорошо. Да и неудивительно. Род Кноррингов был весьма многочисленным, некоторые из его представителей одно время служили русскому императору, кто-то остался жить в России, кто-то уехал обратно на родину, но сохранил связи с друзьями, единомышленниками, сослуживцами. Сам Арвид несколько лет назад проходил стажировку в Пятнадцатом Имперском Пехотном Полку, и неудивительно, что Харальд выбрал именно его для сопровождения делегации.

– Спасибо, господин барон, кофе в самый раз, – Лутошин сел в торце стола. Чтобы не показаться скучным и некомпанейским парнем, добавил: – Но хорошего коньяка с удовольствием выпью с вами, когда мы будем прощаться в Выборге на обратном пути.

– Замётано, – улыбнулся Кнорринг, проявив знание специфичных русских слов. – Сигару?

– Можно.

Арвид открыл ящик стола, достал оттуда деревянную коробку, щипчики и длинный коробок со спичками.

– Садитесь поближе, господин Лутошин. Я не кусаюсь, – пошутил барон.

После ритуала зажжения сигар и выдыхания первых клубов ароматного дыма в потолок, Арвид с любопытством спросил:

– У вас в роду не было предков из Скандии, Марат?

– Вполне возможно, что и были, – не стал спорить Лутошин, привыкший к таким вопросам. – Меня частенько «викингом» называют. Даже предлагали взять этот позывной, но я отказался.

– Почему?

– Слишком яркий маркер для врагов во время радиоперехватов, – усмехнулся комендант. – Сразу поймут, о ком речь идёт… Отличные сигары, господин барон.

– Зовите меня просто – Арвид. Я такой же воин, как и вы. А эти сигары мне присылают из Британии.

– У нас мало времени, Арвид. Давайте обсудим нюансы на случай, если произойдёт нападение на состав.

– Конечно… – барон отложил сигару, вытащил из пластикового стаканчика остро заточенный карандаш и встал рядом с Лутошиным. – Сейчас мы в Хусуле. Отсюда начинается самый неспокойный участок вплоть до Куоволы. Места малонаселённые, густые леса, вплотную подходящие к железной дороге. Насколько знаю, там всего два гарнизона, играющих роль форпостов. Но я бы на них не надеялся. Мятежники могут спокойно перерезать дороги, чтобы войска не смогли прийти нам на помощь. Далее, хочу указать на несколько точек, где тоже возможны диверсии. Вот тут, тут и тут… – острие карандаша чиркнуло в нужных местах.

– А что здесь? – Лутошин пригляделся к меткам на топографической карте. – Дорожные эстакады, проходящие над путями?

– Верно, Марат. Достаточно их взорвать, чтобы перегородить нам путь. И не нужно рисковать людьми, чтобы заложить взрывчатку под рельсы где-нибудь на пустынном перегоне. Ведь мобильные группы наших спецподразделений держат под контролем дорогу, идущую до Хельсинки. Дроны-наблюдатели сразу срисуют подозрительное шевеление на маршруте. Всё можно подготовить заранее.

– Если взрывчатку заложили заранее, то налицо слив информации о нахождении делегации на «Скандинавском экспрессе», – поделился своими подозрениями комендант.

– Я тоже обдумывал такую версию, – Арвид взял сигару и запыхтел, окутываясь дымом. – Это очень скверно, если так. У меня была аудиенция с королём, на которой я предоставил своё видение ситуации. Подрыв автомобильного моста перед поездом запирает его на уязвимом участке, а заминированные участки прилегающих к железнодорожному пути дорог не дадут подъехать помощи. Потом следует подавление эскорта, то есть нас, точечными ударами из засады. Локомотив подрывают тоже, для верности. ПЗРК противника начнут работать по вашим пилотам ППД. После подавления основного сопротивления мятежники будут использованы в виде пушечного мяса для лобовой атаки. Они отвлекут и свяжут боем хирдманов и ваших бойцов.

– Хаос, – кивнул Лутошин.

– Да, именно хаос. Как только станет ясно, что сопротивление практически подавлено, в дело вступят те, кто и разработал эту операцию. Я не уверен на все сто процентов именно в таком сценарии, но то, что британцы не упустят момент рассорить наших правителей – более чем убеждён.

– Британцы? – усомнился Марат.

– Они уже давно поддерживают «повстанцев» Суоми оружием, деньгами и военными советниками, – на скулах барона заиграли желваки. Он так сжал кончик английской сигары, что едва не откусил его. – Агентура, внедрённая в стан сепаратистов, докладывает о небывалом оживлении среди лопарей. Сведения не совсем точные, требуют перепроверки: к Лукасу Стуре – племяннику бывшего короля Матиаса – повадились приезжать иностранные эмиссары. Нетрудно сложить один плюс один, кто эти люди.

– Дела-ааа, – протянул Лутошин. Слова барона его не удивили, а скорее, расстроили. Если события пойдут по такому варианту, это очень плохо отразится на взаимоотношениях между двумя государствами. В поезде едет внучка императора Ивана Андреевича и большое количество детей из аристократических семей. Чёрт возьми, почему их не отправили на самолёте? Ну, или хотя бы часть делегации? В чём истинный смысл поездки на «Скандинавском экспрессе»? Как их защитить от гипотетического (пока) нападения? Ведь разгромить поезд, защищаемый не дилетантами, а опытными бойцами – это не яичницу пожарить. Здесь нужна скоординированная мощная атака с применением всех средств огневого поражения.

– Король был в замешательстве, как и вы, – пыхнул дымком Арвид. – А он очень сильный человек, умеет скрывать свои эмоции.

– Почему делегация поехала на «Экспрессе»? – задал мучающий его вопрос Лутошин. – Может быть, я от вас услышу правду?

– Не знаю, Марат, не знаю. Но поверьте, я задал такой же вопрос королю. Ответ меня не удовлетворил. И я понял, что причины такого решения лежат гораздо глубже, чем нам кажется. Если даже меня, родственника, не посвятили в тайну…

Комендант посмотрел на часы.

– Через десять минут начинаем движение, – пояснил он. – Мне пора возвращаться к себе. Было очень приятно поговорить с вами, Арвид.

– Взаимно, Марат, – улыбнулся барон. – Может, обменяемся частотами для координации наших действий?

– Охотно, – кивнул Лутошин, и взяв карандаш, быстро написал основные частоты, на которых общались его бойцы. – Первая – моя. Если вдруг что-то срочное, свяжитесь со мной.

– Ну, а это моя личная… – командир хирдманов назвал цифры. – Запомнили? Отлично. Будем на связи.

Они попрощались, пожав друг другу руки, и в сопровождении охранника Марат вышел из вагона. Вместе со своими парнями он вернулся в штаб. Поездная охрана тут же снялась с постов. Пронзительный сигнал локомотива разнёсся по окрестностям. Лязгнули сцепки, заскрипели колёса по рельсам. Состав постепенно набирал скорость, прорываясь сквозь морозную ночь к Або, где его ждала погрузка на паром.

Лутошин не пустил дело на самотёк после разговора с бароном Кноррингом. Он приказал бойцам и пилотам быть в полной боевой готовности. А сам, оставшись в одиночестве, долго смотрел на телефон. Нужно было звонить Главе Рода Булгаковых, чтобы передать разговор с Арвидом. Ситуация и впрямь неординарная. Готовят ли повстанцы нападение на их состав или нет? И будет ли оно? А если будет, то по дороге туда или на обратном пути? Хотя бы у князя Олега Семёновича на руках будет хоть какой-то козырь, когда император начнёт расследовать возможное происшествие.

Он так и не позвонил. Чутьё, которому Марат доверял безгранично, подсказывало, что ничего до Стокгольма не случится. Если нападение и состоится, то только на обратном пути. Тот, кто готовит провокацию (если верить словам барона), должен учитывать и утечку информации, и агентов короля, непременно находящихся среди мятежников. Значит, рассуждая так, они будут знать, что армия и полиция сейчас наготове. А вот когда гости уже будут в столице, проведут там несколько дней в череде празднеств и отдыха, вся государственная машина расслабится. Ненамного, но расслабится. Обратный путь для «Скандинавского экспресса» станет куда опаснее, чем сейчас.

Можно было поделиться своими сомнениями с бароном. Однако комендант отверг эту идею. Пусть хирдманы держат ушки на макушке. Такая их работа. А он, Марат Лутошин, пожалуй, поспит пару часиков. Заодно и проверит, можно ли по-прежнему доверять своей интуиции.

3

Я проснулся от того, что поезд стоял. Никакого движения не ощущалось; за окном, закрытым плотной шторой, слышались какие-то странные гудки, лязг железа, постукивание колотушки по буксам колёсных пар. Стянул со столика часы и вгляделся в зелёное свечение стрелок. Пять минут пятого, надо же. Значит, мы в порту Або? Я резко поднялся, откинул покрывало. Это что, никто на поезд не напал и все мои переживания оказались надуманными? А разве плохо? Лучше перебдеть, чем потом кровью умываться. И не своей, а невинных людей, едущих в «Скандинавском экспрессе». Хорошо, очень хорошо. Воевать надо на поле боя, а не с гражданскими. Увы, времена справедливого разрешения противоречий давно канули в прошлое. Вон, «Корсары» даже не поморщились, захватывая яхту с королевой и детьми. Кстати, с этими сволочами хочу разобраться, аж руки чешутся!

В дверь постучали, осторожненько так. Я щелчком опустил стопорную планку и выглянул наружу, прищурившись от неяркого дежурного освещения коридора.

– Прошу прощения, Андрей Георгиевич, – чуть ли не шёпотом проговорила Маша-проводница. – Пассажиров просят покинуть вагоны и пройти в терминал для регистрации. Крупный багаж можно оставить здесь, взять только самое необходимое: телефоны, лекарства, магические артефакты бытового назначения, сумку с вещами.

– Сколько времени продлится регистрация? – я включил ночник и вытащил из рундука сумку с вещами. Это весь мой багаж, поэтому и возьму с собой. Заодно и Даньку пихнул, чтобы тот просыпался.

– Час. Пока идёт трансфер и регистрация, вагоны будут закатывать на паром, – пояснила Маша. – В пять должны отойти от причала.

– Море спокойное?

– Не могу знать, – улыбнулась молодая женщина, разглядывая сонное лицо Даньки. – Если передадут штормовое предупреждение, то придётся ждать. Начальник поезда пока ничего не говорит. Но я бы посоветовала вам, пока есть время, сходить в туалет и привести себя в порядок. При подготовке вагонов к погрузке туалеты блокируются, кондиционеры и отопление отключат, чтобы не перегружать электросети парома. Пассажиры высаживаются из вагонов и самостоятельно идут в здание вокзала. Ваша делегация собирается отдельно. Поторопитесь, Андрей Георгиевич.

Она закрыла дверь – и я стал шустро переодеваться. Футболка и шорты полетели в сумку, вместо них надел костюм, который предусмотрительно повесил на плечики, чтобы не помять. Потребность в туалете не ощущал. Думаю, потерплю до посадки на паром. Сонливости на лице как не бывало.

– Шевелись, дружище, – поторапливал я Даньку, который до сих пор не мог проснуться. – А то затолкают тебя вместе с вагоном в трюм, околеешь тут.

– У меня «огонь», – буркнул Захарьин. – Согреюсь… Куда ты так торопишься?

– Хочу посмотреть на погрузку.

– Вот неугомонный, – вздохнул одноклассник. – Что в ней интересного?