Текст книги "Вик Разрушитель 11 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 32 страниц)

Вик Разрушитель 11

Часть первая
Родовой тотем. Глава 1

1

Впервые я ощутил, что родовой особняк принял меня с огромной радостью. Это состояние невозможно было объяснить словами. Оно исходило из глубины души, резонировало с энергией, пронзающей огромный дом невидимыми многочисленными потоками, и погружало в блаженную истому и дремоту под тёплым одеялом из верблюжьей шерсти. И чуть ли не впервые я испытал невероятное умиротворение, которого можно было добиться только с помощью медитации, а не так, просто лёжа в мягкой постели.

Но я не спал, а чутко «прислушивался» к колебаниям разнообразных энергий, аур вещей, эмоций родственников и гостей. Переплетение чужих контуров друг с другом, на первый взгляд, мешало нормальному восприятию звучащих в тишине дома магических струн двух Источников. Они сплетались в астральном поле яркими энергетическими нитями, создавая удивительный узор в виде разноцветных, пронзающих пространство дуг, полуокружностей, овалов, неровных ломаных линий. И всё это я «видел» внутренним взором. Мне стало интересно, удастся ли мне вызвать элементалей из родового и аляскинского Источника. Вполне возможно, что смог бы. Но опасался экспериментировать из-за находящихся в поместье Мстиславских. Магическая чувствительность одарённых – не пустой звук. Почувствуют нечто такое, что выбивается из общеизвестных канонов, что мешает их энергетической структуре, начнут задавать неприятные вопросы. Надеюсь, отец знает, как ответить цесаревичу Владиславу, если тот заинтересуется необычными проявлениями родового Источника.

Они уже вторые сутки не могли улететь в Охотск из-за разыгравшейся бури. К сожалению, сейчас у нас не было под рукой парочки «погодников», которые смогли бы угнать снежный фронт куда-нибудь в сторону Красноярской губернии. А что? Пусть и у них посыплет густым снежком! В данный момент эти маги-спецы находились в Якутске, Ленске и Оймяконе, отражая атаки разбушевавшейся стихии на города. От вынужденной смены планов мужчины слегка расстроились и решили устроить турнир по бильярду. К отцу и Мстиславскому присоединились мои братья Антон, Димка, Витька и двоюродный брат Юра, сын дядьки Алексея. Я тоже попробовал показать свой класс и с треском вылетел в первом же круге, проиграв Димке. Зато было весело.

Девушки своей большой компанией на следующий день после приезда заняли сауну и бассейн, откуда их удалось выгнать только вечером. Столичные гостьи довольно быстро сдружились с моими сёстрами Лизой, Машей и Алёной-старшей. В общем, несмотря на пургу, буран и прочие погодные катаклизмы, никто не скучал. А я ждал момента, чтобы подобраться к «своему» Камню.

В комнате уютно. От батарей исходит тепло, которое я чувствую даже в постели. Оно особенно приятно ощущается, когда в окна с остервенением врезается снежная крупа, размазывается тонкой плёнкой по стеклу и сползает вниз. Завывание пурги похоже на плач обиженного ребёнка, которого не пускают в комнату, где собрались взрослые. Но окна выдерживают дикий напор разбушевавшейся стихии, не дают ей ворваться в людскую крепость. В первую ночь я переживал, каким образом мы выйдем из дому, если первый этаж завалит снегом. Но волновался напрасно. Работники уже ранним утром отважно вышли на улицу и отгребли от крыльца наносы, а потом каждые два часа повторяли эту утомительную, но нужную процедуру, заодно пробивая траншеи к хозпостройкам и гаражу.

Я выскользнул из-под одеяла, натянул шорты и футболку. Посмотрел на часы, лежащие на прикроватной тумбочке. Почти полночь. Обитатели особняка уже разошлись по своим комнатам. Впрочем, они мне не помешают. Кому какое дело, куда я иду. Может, в туалет?

Выйдя в коридор, я уверенно направился в соседнее крыло, погружённое в полутьму. Ночные светильники давали скудный свет, так что врезаться лбом в угол или стену мне не грозило. С верхней площадки хорошо просматривалась вся гостиная. Камин уже почти погас, бросая на пол и потолок слабые отсветы пламени прогорающих дров. На диване сидел кто-то из прислуги и смотрел телевизор в полной тишине. Наверное, ждал, когда можно будет почистить камин.

Подойдя к дедовой комнате, тихонько стукнул костяшками пальцев три раза по двери. Прислушался, пытаясь уловить какие-нибудь звуки, исходящие изнутри. Старик спал мало, как мне признался Витька. Прислуга, живущая на первом этаже, жалуется, что Яков Сидорович почти до глубокой ночи расхаживает по комнате, поскрипывая половицами, что довольно странно. У него есть кресло-каталка с аккумулятором. Мог бы и в нём перемещаться. Ан нет, предпочитает именно ногами. Крепкий дед, только прикидывается, что уже все силы потерял.

Дверь медленно и со скрипом приоткрылась, как будто приглашая меня войти. Я пожал плечами, осознавая странность происходящего, и, распахнув её пошире, оказался в освещённой настольной лампой знакомой комнате. Дед Яков с вытянутой рукой сидел в обычном кресле и улыбался.

– Надо же, получилось! – усмехнулся он и сделал плавное движение, будто толкая ладонью воздух. Дверь медленно пошла назад и с тихим щелчком захлопнулась.

– Бесконтактные практики осваиваешь? – я уважительно поглядел на старика.

– Чем я хуже тебя? Присаживайся, не стой столбом.

– Сколько времени занимаешься? – я устроился напротив в стареньком, но ещё крепком кресле.

– Как уловил движение энергий от двух Источников, так и начал, – дед хитро прищурился. – Что? Удивлён? Не пугайся. Камень с Аляски еще слабенький, ему нужна активация. Батька тебя ждал. А я никому ничего не говорю, потихоньку пользуюсь возможностью усилить свои возможности.

– Да здесь весь дом пронизан лучами! – мне стало интересно, почему никто не чувствует изменений в энергетической структуре магических полей, в которых сейчас находится поместье Мамоновых. Ладно я – антимаг, в моей природе заложено чутко реагировать на концентрацию маны вокруг себя. Но ведь здесь живут одарённые разных уровней! И никто не почесался?

– Слабаки они в плане сенсорики! – Яков Сидорович, словно прочитав мои мысли, расслабленно откинулся на спинку кресла. – А ты как себя чувствуешь? Точнее, твоё нечаянное приобретение?

– Да нормально. Пригасил ядро и перевёл его в пассивное состояние, – я пожал плечами. – Иначе бы уже здесь властвовала антимагия.

– Гляжу, ты времени даром не терял, – кивнул старик. – Растёшь. Наблюдал я за тобой во время праздничного ужина. Очень внимательно наблюдал, как отреагируют сидящие рядом с тобой одарённые на антимагию. Никто и слова не сказал. Хорошо держишься. Сворачивать поле антимагии научился, так что соседи даже не чувствуют, молодец. Каков максимальный диаметр защиты?

– Сто метров выдаю спокойно. Дальше уже с небольшим напряжением ядра. Нужно прокачиваться, но я не знаю, какую технику применять, – пожаловался я. – Нет таких книг в помине. Самому приходится экспериментировать.

– У тебя же Колька есть, – подсказал Яков Сидорович, имея в виду Хитрого Лиса. – Он духовными практиками давно занимается. Насколько я понимаю, именно они дают тебе возможность регулировать свой Дар.

– Нет, это совсем другое, увы. Я сначала тоже так думал, но чем больше накапливалось статистики, тем яснее становилось, что именно в этом деле мне Куан не помощник.

Старик ничего не ответил, думая о чём-то своём. А я перевёл взгляд на окно, за которым мельтешил снежный хоровод. Как ни странно, мне впервые было комфортно с человеком, направившим мою жизнь по извилистой, но наполненной интересными событиями тропинке, буквально спихнув с проторённой дороги. По всем канонам я должен его ненавидеть, что и было вначале. Но, то ли мудрее стал, то ли злость перегорела – на попытки старейшины Рода хоть как-то помочь мне реагирую спокойно, не ощетиниваюсь иголками. Дескать, жил до этого без твоих советов, и дальше проживу!

– В этих местах зима всегда такая снежная и неуёмная, – проследив за моим взглядом, сказал Яков Сидорович. – И лето мягкое, не такое, как в других местах. Может, Источник и в самом деле влияет на климат? А ненастье завтра закончится, ближе к обеду.

– Кости перестало ломить? – пошутил я.

– Можно и так сказать, – отмахнулся дед. – Когда будешь настраивать новый Источник?

– Наверное, ночью. Иначе девчата за мной увяжутся.

– Это точно. Любопытные они у тебя. Особенно Голицына, – прозорливо усмехнулся дед Яков. – Мне показалось, ей немного некомфортно было за столом. Словно ощущала давление магии.

Она не давление магии ощущала, а пыталась не влиять на неё приобретённой способностью всеми силами. Хотя…Старый хрыч верно заметил: Арина с полученной способностью антимагии почувствовала, что в особняке что-то не так, поэтому решила пригасить ядро. Для девушки постоянно держать свой новый Дар в пассивном режиме очень тяжело, поэтому она и покинула нас пораньше, сославшись на усталость. Я позже зашёл к ней и дал несколько рекомендаций, как себя вести в окружении избыточной магической энергии. Если заметил один необычное состояние княжны, то и другие заметят. Повезло, что большую часть времени домашние уделяли Мстиславским, особо не присматриваясь к другим гостям.

Арина, как и подобает человеку с аналитическим складом ума, стала задавать неудобные вопросы. Ей показалось, что у нас невероятно мощный Источник, излучающий потоки двух Стихий, оттого ей и стало плохо. Пришлось отшучиваться. Дескать, Камень уникальный, лежит на перекрестье геомагнитных разломов с самого своего падения, поэтому и запрещено его трогать. Постоянная подпитка и даёт такой эффект.

На первый раз пронесло. Но, подозреваю, серьёзный разговор у нас ещё впереди. А если честно, Арине я бы всё рассказал. Сама по себе девушка не болтлива по природе, умеет держать язык за зубами. До сих пор ни разу не рассказала о финансовых делах Банка Голицыных!

– Бывает, – я пожал плечами. – Она же «Воздухом» оперирует, не сразу настроилась на чужую магию.

– Тяжко тебе будет, Андрюха, – дед ухмыльнулся. – Девицы-то все ладные да пригожие, каждая из них внимания потребует немалого. Как сохранять их Дар думаешь?

– Есть несколько мыслишек, – каким бы дед не стал покладистым, я перед ним раскрываться полностью не собирался. – Но их проверить надо.

– Гасить магию надо на живых людях, – Яков Сидорович наклонился вперёд. – Только так можно узнать степень риска для ядра. Но какой дворянин даст тебе свою дочь портить ради эксперимента? Ведь возникает множество проблем, начиная от влияния анти-Дара на саму искру девушки до состояния ребёнка в утробе матери. Опять же, должен быть присмотр за обоими на всём сроке беременности. А раз у тебя нет никаких сомнений насчёт женитьбы на высокородных барышнях, значит, нашлось на ком проверить? Небось, уже испытания проводил? Не с Захарьиной ли Нинкой?

И сказано это было без всякой усмешки.

– Никакая она тебе не Нинка, дед, – обрезал я старика, поражаясь его прозорливости. И не только. Кто-то ему сливает информацию о моём круге общения. Не дядька ли Сергей? – Имей уважение к девушке. Всё-таки дочь боярина.

– А Захарьины раньше весьма родовиты были, – старейшина что-то заметил в моём взгляде и сбавил ернический тон. – Только обмельчали. Значит, решили за счёт девчонки выправить своё положение.

Мне стало немного страшновато. Сидит этот старый хрыч в своей норе, нос дальше поместья не высовывает, а каким-то образом из дошедших до него слухов составляет логичную картину.

– У меня вопрос есть, – я решил перевести беседу в безопасную плоскость. А то договоримся до чего-нибудь неприятного. – В Ленске заходил в ювелирный магазин, разговорился с управляющим. Речь зашла о Даре Гефеста…

Дед кивнул, словно подтверждая, что наслышан о таком.

– И я вдруг подумал, а что это вообще такое: Дар Гефеста, Дар Калиты… может, ещё какие-то есть? Какую магию используют люди, пестующие подобный Дар?

Старик пожевал сухими тонкими губами. Пальцы с перстнями обхватили деревянные ручки кресла, зашевелились подобно высохшим, но вдруг ожившим червякам.

– Это не совсем магия, – откликнулся он. – Точнее, природа возникновения была магической, и Дары развивались как классические таланты у одарённых. Но каким-то образом произошла их кристаллизация, и эти способности перестали относиться к Стихийной магии. Не хватило им сил образовать особую ветвь чародейства. Со временем те люди, которые освоили узконаправленный магический талант, стали передавать его из поколения в поколение, подобно «настоящим» одарённым. Кстати, его правильнее называть «даровитостью». В общем, подобная даровитость перестала быть «энергией», которую можно тратить по желанию. Она вплелась в саму природу души и генетический код Рода, который её пользовал, став неотъемлемой чертой, как цвет глаз или абсолютный слух. Нет, это не колдовство, а сверхъестественное умение на стыке интуиции, подсознательных вычислений и тонкого чувствования мира. Представь себе воду. Магия – это пар или лёд, которыми можно манипулировать. Феноменальный Дар – это проточная вода, которая течёт по раз и навсегда проложенному руслу… Я бы поспорил с этим, но мы ищем аналогию, а не пытаемся уличить собеседника в ошибке. Представь себе, что есть заклинание – пар, и есть артефакт – лёд. Так вот, антимаг может воздействовать на пар и расколоть лёд своим уникальным Даром. Но он не может остановить реку, не разрушив русло, то есть не убив самого носителя.

– Но как тогда объяснить появление Дара Калиты у Арины вместе со Стихийной направленностью? – задал я логичный вопрос, внимательно и с интересом выслушав старика. – Голицыны пестуют Стихию Воздуха, но Даровитость появилась только у Арины, и то спустя сотни лет. Ей талант достался от пра-пра-пра…какого-то там деда.

– Такое тоже бывает, – развёл руками Яков Сидорович. – В Родах одарённых стихийников могут появляться носители Даровитости. Значит, в далёком прошлом предки Голицыных получили ген от кого-то, имевшего подобный талант. Этот ген периодически и «выскакивает», как чёртик из табакерки.

– Получается, это выбраковка?

– Кхе-кхе! Почему же сразу выбраковка? Умный Глава Рода всегда найдёт применение этому таланту, – дед закряхтел, решив поменять положение в кресле. Видать, тело затекло. – Дай-ка, внучок, вон тот плед, что на кровати лежит. Ноги прикрою.

Я принёс клетчатый плед, тёплый, как моё верблюжье одеяло, и заботливо укрыл колени и ноги старика. Несмотря на прошлые обиды, мне хотелось быть хорошим внуком. Яков Сидорович хмыкнул, оценив заботу. Махнул рукой, дескать, садись, и спрашивай, если ещё есть вопросы.

– А какие ещё таланты ты знаешь? – напомнил я, подумав, что дед забыл вопрос.

– Какие? – старик помял ладонью щетинистый подбородок. – Жизнь у меня долгая вышла, всякого навидался. Встречался я с такими даровитостями, как же… Например, есть Дар Архимеда. Человек с таким умением способен интуитивно понимать любые механические и физические системы. Может с первого взгляда найти слабое место в конструкции моста или создать чертёж сложнейшего механизма в уме, без единой ошибки. Был такой уникум на владивостокских верфях. Сам из обнищавшего дворянского рода, у папаши за спиной ни гроша из-за постоянных долгов. Парень сумел найти деньги, сам оплачивал своё обучение в инженерно-техническом институте во Владивостоке. Его феноменальные способности заметили. Не знаю, жив ли он сейчас, но когда мы встречались последний раз, он уже был главным инженером в Директорате Морских Верфей.

– А ты тогда уже знал, чем он владел?

– Да он сам мне признался, – усмехнулся дед. – Его ведь тоже интересовала такая уникальная способность. Не может обычный человек быть вычислительной машиной, чтобы в уме создавать чертежи. Неправильно это. Вот и мучился от своей уникальности, искал ответы.

– Я бы не отказался, – мечтательно откликнулся я. – А ещё о каких-нибудь знаешь?

– Нет, особо не интересовался. Возможно, в России найдётся пара сотен людей, которые обладают тем или иным талантом. Понимаешь, «старая» магическая аристократия смотрит свысока на эти «ремёсла», но вынуждена признать их наличие. Разве кто-то принижает финансовые достоинства твоей невесты?

Это он про княжну Голицыну намекнул.

– Никто не принижает. Но Арина ещё не невеста мне.

– А чего ждёшь? Наверное, и предложение ещё не делал? Смотри, уведут.

– Не уведут, – уверенно ответил я.

– На свадьбу не забудь пригласить, – снова прокряхтел дед. – Или обида в глубине души ещё царапает?

– Да благодаря твоей вредности я получил гораздо больше, чем мог бы хотеть даже в мечтах, – напрямую врезал я, и к своему удивлению, заметил довольную улыбку Якова Сидоровича. – Но это не значит, что я забыл, как ты хотел меня утопить в реке.

Думаете, старик хоть на мгновение смутился? Морщинистое лицо на мгновение окаменело, а потом расслабилось.

– Молодец, таким и будь дальше, – неожиданно похвалил он меня. – Можно простить врага, потому что он действовал искренне и честно по отношению к тебе. А вот те, кто тебе близок, предав однажды, снова могут совершить подобное.

Да уж, старый хрыч не был бы суровым Главой, если бы не подложил шпильку родному сыну – моему отцу. Мне почему-то пришла в голову мысль, что Яков Сидорович намеренно отдал старшему сыну Георгию власть, чтобы уползти в тёмный угол и медленно плести паутину мести. Притворяется немощным, а сам бодро расхаживает по своей комнате, когда никто не видит. Частенько стал приходить к гостевому дому, где находится родовой Алтарь, но внутрь не заходит. Что это значит? Не хочу гадать, но предположение одно: старик не собирается помирать. Сил у него ещё на два десятка лет хватит, если не больше. Да и голова соображает. Как бы не натворил дел.

Мама правильно сделала, что не вернулась сюда. Пусть живёт в Ленске, так мне и отцу спокойнее будет. Дед, скорее всего, не станет открыто дискредитировать отца, а вот поддержать дядьку Алексея вполне может. Ох, я уже расклады делаю, как матёрый политик! Как говорится, с кем поведёшься…

– На какую Стихию будешь настраивать второй Источник? – прервал молчание старейшина.

– Я думаю, Водная Стихия Мамоновым не помешает, – подумав, ответил я. – Не обязательно всем её осваивать, но вот молодые могут попробовать. Организм более пластичен и податлив. Тем более, аляскинский Источник «водный».

– Пойду с тобой, – дед решительно прихлопнул ладонями по подлокотникам кресла. – Завтра ночью и заглянем в гости к новичку. Хочу посмотреть на твои фокусы.

Я не стал возражать. Если отец с цесаревичем не улетит в Охотск, то обязательно захочет присоединиться к нам. Заодно и посмотрю, как будут реагировать «водные» элементали на носителей Дара Огня. Но меня устраивал и вариант, в котором Мстиславский окажется подальше от поместья.

– Ладно, дед, пошёл я спать, – узнав для себя кое-что нужное, прощупав настроение старейшины, я поднялся на ноги и демонстративно зевнул. – Не буду тебе мешать.

– Ступай, отдыхай, – махнул рукой Яков Сидорович. – До рассвета ещё спать и спать. А я тут, в кресле, прикорну. Всё равно рано встаю.

2

Я открыл глаза от яркого солнца, бьющего в окна и рассыпающегося жизнерадостными лучиками по полу и стенам. Потянулся, не вылезая из-под одеяла, и только потом дошло, что на улице тишина и спокойствие. Дед оказался прав! Я бросился к окну. Непогода, наконец, угомонилась, оставив после себя засыпанные снегом крыши хозяйственных построек, гаража, гостевого дома, к которому сейчас пробивались работники с лопатами. А где, интересно, бульдозер?

Отошёл от окна, провёл разминку, но в медитацию погружаться не стал. Опасался, что между двумя Источниками у меня может возникнуть дисбаланс энергетических потоков. Не буду рисковать, лучше дождусь возвращения домой. Возле личного Алтаря куда спокойнее.

Сходил в туалет, привёл себя в порядок, и только потом оделся. Посмотрел на часы и удивился. Время-то уже десять, а никто завтракать не звал! Непорядок! Вышел в коридор, прислушался к доносящимся из гостиной голосам и смеху. Неторопливо спустился по лестнице, поприветствовал «маму» Ирину, развлекавшую моих подруг и сестёр какой-то весёлой историей, не забыв и девушек. Мне ответили хором «с добрым утром». Братьев не было. Дрыхнут, что ли?

– А я не проспал завтрак? – с опаской спросил я.

– Сегодня решили попозже накрыть на стол, – пояснила Ирина Сергеевна. – Многие плохо спали в такую непогоду, теперь не добудишься. Через полчаса будет завтрак, не переживай. Кто не встанет к тому времени – сам виноват.

– Справедливо, – кивнул я. – А где Его Высочество? Отец?

– Они ушли на вертолётную площадку, – доложила Дайаана, которая сидела чуть в сторонке от стайки девушек и перебирала чётки. – Сегодня полетят в Охотск.

– Так ты можешь домой заглянуть. Лети с ними.

– Нет смысла. Надо возвращаться в Якутск, скоро занятия в гимназии начнутся, – шаманка покачала головой. – А я и так с трудом отпросилась на неделю раньше зимних вакаций. Провожу вас в Ленск, а сама – на учёбу. Георгий Яковлевич выделит вертолёт, он уже обещал.

Я хотел напомнить ей о нашем разговоре, чтобы она подумала о переезде в Москву, но при Ирине Сергеевне не стал. Эта женщина, которую я должен называть Матушкой, дискредитировала себя, и давать ей в руки инструмент шантажа или давления не стоило.

Прислуга, наконец, позвала нас в столовую; к тому времени вернулись отец и цесаревич Владислав. Они оживлённо обсуждали предстоящую поездку, как будто за эти дни не наговорились.

– Ну а вы, молодые люди, чем займётесь? – поинтересовался Владислав Иванович, по-простецки уплетая рассыпчатую рисовую кашу. – Нас не будет три дня. Не помрёте со скуки?

– Предлагаю сегодня на снегоходах покататься, – предложил Антон, который оставался в поместье за главного, так как дядька Алексей до сих пор не вернулся. – А завтра можем поехать в Казачье. Там будут соревнования по боям на шестах, гонки на оленях, ярмарка.

– Поедем! – девушки сразу оживились.

– Андрей, ты же обучен бою на шестах? – хитро прищурился папаша. – Почему бы тебе не показать мастерство?

– Да и без меня здесь умельцев хватает, – я сделал попытку увильнуть, уже понимая по загоревшимся глазам подруг, что всё это бесполезно. Девушки заставят меня поехать с ними, а там я и сам не удержусь, захочу проверить свои возможности. Шест, кстати, я захватил с собой. Только разрешат ли им пользоваться? Он же из металла сделан.

– Не прибедняйся, – Дайаана шутливо погрозила пальцем. – Я видела, как ты умеешь им пользоваться. Дядя Куан плохому не научит.

Все рассмеялись.

– А девушкам можно участвовать? – вдруг спросила Нина и жалобно посмотрела на меня, как будто ожидала поддержки.

– Честно говоря, не знаю, – пожала плечами шаманка. – В Якутской гимназии есть секция по занятию с шестами, там и мальчики, и девочки занимаются. Всё зависит от организаторов.

– Попробуем уговорить, – успокоил я Нину. Кстати, почему бы и не дать Захарьиной возможность оценить свой уровень? Вряд ли она пройдёт дальше первого боя, но это тоже опыт.

– Спасибо! – расцвела Нина. – Вот увидите, как Андрей меня научил всяким хитрым приёмам!

Мои братья, тихо офигевая, смотрели на эту сцену, не веря в то, что столичная барышня умеет работать с шестом и сама рвётся в бой.

– Я такое представление не пропущу! – заявил Антон. – Все поедем!

Молодёжь горячо поддержала эту идею.

– Дима, сразу после завтрака возьми внедорожник и прокатись до Казачьего, – продолжил наследник Рода. – Посмотришь, в каком состоянии дорога. Найди старосту и выясни, принимают ли заявки на участие в боях. Запишешь Андрея. И насчёт Нины спроси. Вдруг у девушек отдельный турнир будет.

– Сделаю, – кивнул Дима и начал споро расправляться с сырником.

После завтрака мы всей гурьбой пошли провожать цесаревича и князя Мамонова. По расчищенной дорожке дошли до вертолётной площадки, тоже уже свободной от снега. Коптер, стоявший в центре жёлтого круга, размеренно молотил воздух лопастями, словно разминался перед полётом. Насколько мне было известно, второй вертолёт находился в ангаре и предназначался для экстренных вылетов на какое-нибудь стойбище или в посёлок, больного забрать или отвезти к нему доктора-целителя, в зависимости от ситуации.

Помахав на прощание взлетевшей железной стрекозе, мы дружной компанией вернулись на подворье, осыпая друг дружку снежками. И общим голосованием решили отправиться в путешествие на снегоходах. Чувствовалось, все засиделись дома, рвались развеяться.

– Сколько у вас техники? – спросил я Антона.

– Пять снегоходов, все на ходу, – ответил старший брат, притоптывая снег возле гаражного бокса. – Но сам понимаешь, я не могу девчонок за руль посадить. Нужны опытные водители.

– Я могу управлять, – пожимаю плечами. – Ты, Витька, на оставшиеся два – Терентий и Вальтер.

– Это личники Арины Голицыной? – уточнил Антон.

– Да. Они же всё равно увяжутся за своей подопечной, – я с прищуром поглядел на яркое солнце. Надо бы защитные очки надеть, а то ослепнем.

– А как же охрана Великой княжны? – забеспокоился брат. – Для них нет транспорта. Внедорожники не пройдут, увязнут в снегу.

– Пошли, с Баюном поговорим, – решил я. – А девчата пусть экипируются.

Мы подозвали к себе Витьку и задали ему непростую задачу, от которой он впал в уныние. Видимо, представил, сколько времени займёт подготовка барышень к прогулке. Но Антон так на него посмотрел, что братец ужом завертелся и побежал к девушкам. Они весёлой стайкой потянулись следом за ним в дом.

Один из гвардейцев подсказал нам, где искать старшего личника. Оказывается, он разминался на площадке за особняком, как раз неподалёку от строящегося гостевого дома, где своего часа ждал аляскинский Камень. Точнее, не разминался, а проводил спарринг с Куаном. Мы подошли поближе и полюбовались отточенными движениями мужчин. Несмотря на то, что каждый из телохранителей использовал свои техники, тренировочная схватка была удивительно гармонична. Хитрый Лис не использовал бесконтактные практики, но и в рукопашке ничуть не уступал старшему личнику. Собравшиеся вокруг гвардейцы из охраны Великой княжны и мои парни одобрительно гудели, отмечая хороший удар или удачное парирование.

Заметив, что мы подаём сигналы, спарринг-бойцы прекратили тренировку, пожали друг другу руки и надели куртки, чтобы не остыть.

– Планируем выезд за пределы имения, – сказал Антон. – У нас всего пять снегоходов, поэтому большую охрану взять не можем.

– Задачу понял, – Баюн мгновенно оценил ситуацию. – Поеду с Лидией Юрьевной. Как распределили остальные пары?

– Я возьму Нину Захарьину, Арину – Вальтер или Терентий, сами разберутся. Дайаану – Витька, на пятую машину сядут, опять же, кто-то из телохранителей княжны Голицыной, ну и ещё один боец. Куан сам знает, что делать.

– Да, господин, – наклонил голову наставник, старательно пряча радостный взгляд. Хитрый Лис уже был там, на снежных просторах, уходящих к тёмно-зелёной стене леса.

Пока мы готовили снегоходы к выезду, девушки успели переодеться в тёплые куртки и штаны. Сейчас они были похожи на весело щебечущих на морозе ярких канареек, которых выпустили из тесной клетки на улицу. Я поинтересовался у Антона, откуда такая серьёзная экипировка. Оказывается, её закупили ещё осенью, как раз для подобных случаев. Причём, брали большое количество: на семью и гостей. Мелькнула мысль, что отец готовился заранее к нашему визиту и просчитал этот момент. Не тратя время, я тоже сбегал и переоделся. Теперь на мне были куртка и штаны чёрно-красных цветов и высокие ботинки с толстенной подошвой. На голове, как и у всех – шлем.

Наконец, после обстоятельной инструкции, которую прочитал Баюн, мы расселись на снегоходы. Первыми ехали Вальтер с незнакомым мне гвардейцем, за ними пристроился я с Ниной и остальные. Выезжали из имения через вертолётную площадку, за которой тянулся забор с воротами – КПП-два. Охрана отца пропустила нас, но предварительно согласовала с Баюном основную и запасную частоты, по которым мы могли держать связь друг с другом.

Так как маршрут был проложен заранее, Вальтер сначала вёл группу к лесу, а потом постепенно начал заворачивать к северо-западу. Где-то там находилось русло реки, тянущееся вдоль островков сосняка. Взревели моторы, из-под полозьев завихрилась снежная пыль. Нина восторженно пищала, прижавшись к моей спине. Постепенно наша колонна стала раскрываться веером, устроив гонки. То один снегоход вырывался вперёд, то другой – так или иначе, но мы постепенно удалялись от имения. Когда выехали на невысокий берег неизвестной мне речушки, остановились и решили попить чаю с бутербродами. Девушки попросили научить их водить снегоходы. Более опытные в таком деле мужчины – Баюн, Вальтер и Терентий – на некоторое время превратились в инструкторов. Быстрее всех освоила немудрёную науку Нина. Я не удивился. Она уже на байке через неделю обучения лихо разъезжала, а сейчас сама могла дать мастер-класс. Подозреваю, Захарьина очень хотела показать свою нужность. Дескать, смотри, Андрей, я не кисейная барышня, много чего могу. Я сильная, легко осваиваю технику, даже на шесте готова биться! Вот что я прочитал в её блестящих от восторга глазах, когда она смотрела на меня.

Лида тоже без всяких проблем поехала после того, как Баюн с ней позанимался с полчаса. Немудрено. Освоившая сложный в эксплуатации бронекостюм, для девушки подобная техника показалась игрушкой. Дайаана отказалась и простояла рядом со мной, попивая из термокружки душистый чай. Арина прокатилась самостоятельно туда-сюда, остановила снегоход, и, не показывая виду, нравится ли ей, или наоборот – никакого восторга не испытывает, подошла и прижалась ко мне, обхватив за локоть.

– Нормально, – улыбнулась она на мой невысказанный вопрос. – Но мне по душе мой любимый «Сенатор». В нём тепло, тихо, снег в лицо не летит. Музыка из приёмника!

– Логично, – кивнул я. – Не буду покупать снегоход.

– Тем более, в Москве на нём не покатаешься в своё удовольствие, – засмеялась Арина.

– Не, почему? В Сокольниках можно найти места для такого транспорта. Только боюсь, что Мишка Корибут увидит и приспособит снегоход для своих развлечений, – поддержал я смехом девушку.

Дайаана вдруг дёрнулась и пролила чай на снег. Я с удивлением поглядел на внезапно побледневшее лицо шаманки. Она вперила неподвижный взгляд в сторону лесного массива, вдававшегося в береговую линию, отчего русло делало плавный поворот.

– Диана, что с тобой? – заволновалась Арина, и уже хотела взять шаманку за руку, но я придержал княжну.

– Не трогай её. Она фамильяра вызывает, – предупредил я.

Дайаана пришла в себя довольно быстро. Вытянула руку в направлении излучины:

– Боль, кровь! Андрюша, помоги ей, пожалуйста!

– Кому? – я тоже напрягся.

Остальные, услышав хоть и прерывистый, но довольно громкий голос Дайааны, подошли к нам.