Текст книги "Вик Разрушитель 10 (СИ)"
Автор книги: Валерий Гуминский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 32 страниц)
– Про какие неприятности идёт речь? – насторожились братья, вычленив из речи управляющего главное.
– Призраки одолели, – небрежно бросил я. – Или как назвать энергетические субстанции, мечущиеся по пустырю? Фантомы? Мой Источник на них очень плохо реагирует. Он же настроен защищать родовую усадьбу от атак неизвестного происхождения, а я и мои люди вынуждены жить в постоянном напряжении. Знаете, непрерывное излучение магического фона очень плохо влияет на здоровье людей. Я бы занялся зачисткой этой пакости, но меня сдерживает лишь статус земельного участка. Хозяева-то вы, а значит, я имею право требовать от вас навести порядок. Как-никак, соседи…
В этот момент удачно появился официант с подносом, на котором стоял кофейник, три чайных пары и бисквиты. Куан позаботился, справедливо посчитав, что к благородному напитку лучше всего подойдут пирожные. Я с удовольствием наблюдал за растерянностью Стрешневых. Они о чём-то шептались, склонившись друг к другу, пока официант наливал нам кофе. Неплохой у меня экспромт получился. Пусть теперь выкручиваются. Жаль, придётся-таки курицу под нож пустить. Вези теперь братьев в Сокольники, чтобы продемонстрировать им этих самых призраков. Хотя… Ведь у меня есть элементали! Они такие потешные, когда играют. А что, если дать им приказ немного шугануть Стрешневых?
Настроение у меня поднялось, но я и виду не подавал. Официант, косясь на молчаливых сахаляров, быстренько улизнул из кабинки.
– Андрей Георгиевич, а что именно происходит у вас? – Борис Стрешнев взял себя в руки, хотя лицо-то побледнело. – Мы ведь не можем отвечать за то, чья природа появления неизвестна. Может быть, кто-то из одарённых проводит эксперименты на пустыре?
– Проверяли – никто туда и носа не суёт, – тут же ответил управляющий.
– У меня сложились неплохие отношения с Главой Магической Коллегии Александром Яковлевичем Брюсом, – бросил я чуточку небрежно и сделал глоток кофе. Не сказать, чтобы очень хотелось, но этот был весьма недурно приготовлен. – Поэтому у меня всё чаще мелькает мысль поговорить с ним насчёт происшествий на пустыре. Пусть его спецы выяснят природу происхождения этих явлений. Сами понимаете, господа, что в первую очередь Александр Яковлевич заинтересуется хозяевами участка. Но я пока проявляю сдержанность.
– Вы пытаетесь нас шантажировать, княжич? – Дмитрий Стрешнев нервно дёрнул свои усы. – Очень нехорошо с вашей стороны демонстрировать знакомство с людьми, наделёнными властью ради своих интересов.
– А как же мне быть, если именно господин Брюс обязан блюсти порядок в магической сфере? – удивился я. – Этак каждый захочет свой Дар использовать в корыстных целях! Я спокойно отношусь к тому, что происходит за забором моей усадьбы, но помимо меня в доме живут обычные слуги! Да и про соседей не забывайте! А когда земля станет в моей собственности, вдруг мне придётся отвечать за подобные безобразия с магией?
– Что вы хотите? – это уже Александр Стрешнев включился, зыркнув на младшего брата. Дескать, помолчи!
– Да ничего я не хочу, – пожимаю плечами. – Но, как справедливо заметил Виктор Олегович, вы пытаетесь нарушить этическую сторону договорённостей, а посему я снижаю цену до двухсот тысяч.
– Подождите-подождите! – заторопился Борис Михайлович и налил себе водки. Не дожидаясь никого, лихо выпил и даже закусывать не стал. – Я не очень понимаю, о каких странностях идёт речь. Хотелось бы посмотреть своими глазами, что происходит на нашей земле. Это же каждую ночь происходит?
– Почти каждую, с редкими перерывами, – я про себя поморщился. Не удалось с наскоку взять крепость. А на что надеялся? Что взрослые мужчины испугаются твоего рассказа и тут же лапки вверх вздёрнут? Понятно же было с самого начала: они обязательно настоят на поездке. Да и я бы тоже сначала убедился в правдивости слов. Ну что ж, придётся элементалей выпускать. Зато курочка меня потом свежими яйцами отблагодарит!
– Но почему двести тысяч? – опять влез Дмитрий Стрешнев. – Сумма была больше, или я не прав?
– Каждое следующее предложение хуже предыдущего, – сухо бросил Казаков. – Это аксиома переговоров. И вы не в самой выигрышной ситуации, раз нуждаетесь в деньгах. Андрей Георгиевич, стоит ли сейчас оповестить господина Брюса, что у нас намечается небольшая экспедиция в район аномалии? Я беспокоюсь за вас и господ Стрешневых.
Каков молодец мой управляющий! С ходу уловил, куда нужно бить. Братья не зря волнуются. Нет, я не думаю, что их папаша на участке зарыл клад и в стражи определил какого-то несчастного, предварительно перерезав ему глотку. Известно же, что мертвецы – лучшие охранники сундуков с сокровищами. Но какие-то делишки с помощью магии они проворачивали!
– Давайте без Брюса обойдёмся, – поправил галстук Глава рода, словно он ему шею давил. – Съездим, посмотрим издали, а потому уже решим, как нам поступить.
– Борис Михайлович, ну зачем вы спектакль устраиваете? – с укоризной проговорил я, глядя на Стрешнева. – Или на вас атмосфера «Мельпомены» так действует? По сто тысяч каждому из вас – очень приличные деньги. Особенно для провинции. Можно прикупить ещё земельки или поставить какую-нибудь фабрику для изготовления консервированной продукции. Даже в выигрыше будете. Конечно, проще сидеть на диване и швырять на ветер сбережения, доставшиеся от родителей, но я вам даю шанс поднять благосостояние.
– Это уже наглость! – встопорщился Дмитрий и даже привстал, но Яким шагнул в его сторону, недвусмысленно показывая взглядом, что так делать не надо. И младший брат опустил зад на стул.
Мне вдруг пришла в голову мысль, что Глава рода Стрешневых специально позвал своих братьев, чтобы их как следует повозили мордой по столу (образно выражаясь) и поставили в положение отыгрывающихся. Едва заметная улыбка на губах Бориса Михайловича подтвердила мои подозрения.
Пока за столом происходила безмолвная игра взглядов, я успел съесть половину пирожного и выпить кофе. Илья, пока не занятый в переговорах, тоже успевал угощаться.
– Андрей Георгиевич, я прошу прощения за попытку поднять цену на землю, – кашлянув, привлекая моё внимание, сказал Борис Михайлович. – Глупо получилось. Я мог и без участия братьев решить этот вопрос, но подвело желание сделать всё по-честному. А они вдруг взбрыкнули и стали меня уговаривать, что нельзя соглашаться. Якобы, слишком дёшево… Молчать!
Он грохнул ладонью по столу, отчего рюмка Александра упала на тарелку с закусками с глухим стуком. Тот машинально подхватил её, хотя там водки уже не было. А Дмитрий, хотевший открыть рот, чтобы возразить, тут же замер.
– Цена справедливая, – чуточку слукавил Борис Михайлович, глядя на меня с надеждой, что я не стану настаивать на новой цифре, только что озвученной. Ему очень хочется получить триста тысяч на личный счёт! Правильно я его подмаслил! – Мы согласны на продажу участка.
– За двести тысяч? – я чуть-чуть приподнял брови.
– При всём уважении, светлый княжич… – улыбнулся старший Стрешнев, но так умоляюще, что я едва не рассмеялся.
– Хорошо, триста. Я, в отличие от некоторых господ, соблюдаю договорённости, – холодно смотрю на присмиревших братьев. Вот же паразиты! А глазки-то радостно горят! Не стал уменьшать цену! Ура! Ну и к чему эта клоунада была? – Так мы поедем в Сокольники для просмотра аномалии?
– Нет, мы вам верим, Андрей Георгиевич, – поспешно сказал Борис Михайлович. – Там действительно периодически происходили разные странности с магическими энергиями.
Хм, интересно. Не Источник ли Ушатых был тому причиной? А не спросить ли Стрешневых, что именно они или их отец видели? Но тогда эти ушлые бояре сразу поймут, что я покупаю родовую землю по очень важной причине, кою не хочу разглашать. И упрутся. Нет, пусть подписывают договор купли-продажи, и на этом разойдёмся.
– Но это нисколько не вредило соседям, – поспешно высказался Александр. – Да и не предъявлял никто никаких претензий.
Он боялся, что я вообще могу отказаться от сделки. Натянув на лицо задумчивую мину, я поочерёдно переглянулся с Ильёй и управляющим. Виктор Олегович едва заметно пожал плечами, отдавая мне на откуп окончательное решение. Адвокат же быстро моргнул, что было знаком одобрения (этот момент мы проработали заранее).
– Господа, мне всегда казалось, что Глава рода должен решать земельные сделки, выслушав общее мнение младших родственников, – я откинулся на спинку стула, в чём-то копируя князя Артемия Степановича, с лёгкой долей пренебрежения в движениях.– Тем более, я с Борисом Михайловичем очень обстоятельно поговорил, привёл все аргументы, почему я готов заплатить именно такую цену. Знаю, что чуть переплатил, но не жалею. Расчёт был таким: моя щедрость взамен на ваше согласие. Но вы не поняли сигнала.
Стрешневы поскучнели. У них появилось подозрение, что я сейчас начну или понижать цену, или вообще уйду.
– Так дела не делаются. В любой сделке между дворянами, устной или письменной, приведшей к согласию, условия не должны меняться по ходу дальнейших переговоров. Разве что обсуждение мелких деталей, – я снова посмотрел на Илью и тот достал из папки, которую всё время держал при себе, четыре готовых экземпляра, уже составленных по всем правилам. – Борис Михайлович, мой адвокат прислал вам электронную копию договора? Вы согласны со всеми пунктами?
Я намеренно обращался только к нему, чтобы укрепить его главенство и не дать младшим крохобором снова влиять на решение брата.
– Да, – поспешно сказал Борис Стрешнев. – Александр и Дмитрий уже прочитали его.
– В таком случае сейчас вы получите бумажные копии договоров, – я кивнул Илье и тот раздал их всем братьям. – Ознакомьтесь ещё раз, чтобы не было недомолвок. Если претензий нет, то завтра мой адвокат вместе с вами и вашим поверенным – кстати, почему его сегодня нет? – встретятся и окончательно закрепят сделку. Как только подписи будут поставлены, деньги поступят на указанный вами счёт.
Я встал, оглядел Стрешневых, поднявшихся следом за мной. Хотелось, конечно, сбить цену, да только уже дал слово Главе. А после своего спича и вовсе было бы некрасиво демонстрировать подобный манёвр.
– Господа, у вас нет никаких претензий?
– Нет, – вот теперь Борис Михайлович поступает правильно, беря на себя переговоры, не слушая родственничков. – Мы завтра свяжемся с вашим юристом и закрепим сделку подписями.
– Мне не нужно присутствовать?
– Никакой необходимости не вижу. Вы всё предельно ясно сказали.
– До свидания, Борис Михайлович, господа, – я кивнул, небрежно одёрнул пиджак. Дождавшись, когда Куан элегантно распахнёт передо мной дверь, вышел наружу. Остальные присоединились ко мне.
– Андрей Георгиевич, Стрешнев передал мне счёт, на который должны поступить те самые триста тысяч, – негромко произнёс Илья, шагая рядом. – Ваша договорённость остаётся в силе?
– Дал слово – держи, – поморщился я. – Устроили спектакль. За такое дело я бы младшим братьям и копейки не дал. Вот бы на коленях перед Главой рода и ползали, выпрашивали милостыню. Ладно, пусть радуются. В любом случае я выиграл. У меня будет полигон для испытаний, который приобретён за шестьсот тысяч.
Я спрашивал у дяди Матвея, за какую сумму они обустроили свой полигон, на котором мы стреляли по мишеням из «Браунингов». Десять лет назад, когда у Гусаровых остро встал вопрос о приобретении личного стрельбища, они выложили почти пятьсот тысяч, часть из которых ушла на подмазывание мелких чиновников из Земельной Коллегии. Там очень сложная цепочка подношений «барашка в бумажке». Получается, по затратам у меня будет полигон не дороже, чем у Гусаровых, да ещё с учётом инфляции. К тому же Сокольники ближе к центру, что с каждым годом увеличивает стоимость моей земли. А с господином Брюсом я договорюсь. Антимаг не может принести вреда соседям, потому что не пользуется магией. А духовные практики опасны только для деревьев, что растут на дальнем конце пустыря.
Настроение у меня поднялось. Как только оформим купчую, сразу же к Александру Яковлевичу напрошусь. А ведь он может прийти на свадьбу Алексея и Наташи! Поговорим в неформальной обстановке, заручусь его поддержкой.
– А почему Стрешневы без поверенного пришли? – поинтересовался я у Ильи. – Даже странно.
– Так он слёг с температурой, – усмехнулся Брагин. – Вчера сам мне позвонил и признался, что договор составлен исключительно грамотно, без каких-либо подводных камней. Он, конечно, мог бы попробовать поднять цену, но опасался, что вы по своей инициативе сорвёте сделку. Кстати, я был прав, Андрей Георгиевич.
– В чём? – удивился я, принимая помощь Куана, когда он надевал на меня пальто.
– Красная цена такому участку – максимум двести тысяч, и то из-за перспективы когда-нибудь попасть под проект развития столицы. Я думаю, рано или поздно к Сокольникам приглядятся.
– Нет, не надо, – усмехнулся я. – Мне нравится там жить. Тихо, спокойно, лес рядом, соседи нешумные. А вдруг кому-то захочется уехать отсюда? Тогда я смогу ещё землицы прикупить.
– Желаете стать землевладельцем? – пошутил Виктор Олегович.
– У маленького волчонка проснулся аппетит, – усмехнулся я. – Если у Измайловых усадьба – целый остров, то почему бы и мне из Сокольников не сделать нечто подобное?
3
Магистр Колыванов поднялся на третий этаж и остановился перед дверью с потрескавшимся лаком на поверхности, посмотрел на табличку номера квартиры, после чего решительно вдавил палец в кнопку звонка. Протяжно и глухо задребезжало в глубине помещения. Выждав полминуты, ещё раз нажал, но сразу отпустил. Один длинный, один короткий. Подтверждение, что пришёл свой человек. Хотя Василий Егорович и предупредил по телефону Плахова, носящего псевдоним «Друид», что нужно встретиться, двойная подстраховка не помешает.
Колыванов был уверен, что в дверной глазок его тщательно рассматривают, но не показывал своего нетерпения. В конце концов многие агенты, впервые попавшие в Россию по работе, долго мандражировали, пока не втягивались в специфические условия чужой страны. Корней Власьев с позывным «Чарли» открыл дверь, впустил в узкую тёмную прихожую гостя и сразу же закрылся, несколько раз провернув ключ. Глухо щелкнули ригели, намертво входя в пазы.
Магистр, или гроссмейстер, как иногда называли Василия Егоровича, подождал, пока Власьев не включит освещение в прихожей, неторопливо разделся, положил шапку на верхнюю полку гардероба, одним движением руки пригладил волосы перед зеркалом и вошёл в гостиную. Хотя бы здесь его молодые подопечные не сидели в темени, как сычи. Плотные шторы были приоткрыты, что давало достаточно света. Быстро окинув взглядом непритязательную обстановку съёмной квартиры, он сел в одно из кресел, закинул ногу на ногу и переплёл на колене пальцы рук.
– Здравствуйте, господа, – сказал он, больше обращаясь к Плахову, читавшему газету, ну и заодно его приятелю, подошедшему следом. – Как устроились?
– Неплохо для такой дыры, – Плахов не преминул высказать своё отношение к конспиративной квартире. Он сложил газету и бросил её на журнальный столик. – Но хотелось лучшего.
– Две санузла, спальня для каждого члена группы и большая кухня? – с иронией спросил Колыванов. – Не забывайте, джентльмены, что это доходный дом для людей с небольшим месячным жалованием. Считается вполне приличным, кстати.
– Не обращайте внимание на их стенания, – послышался женский голос, и в гостиную вошла Татьяна в красном платье с принтом в виде белых клякс разных форм и размеров – как будто сумасшедший художник размахивал кистью, думая, что создаёт шедевр. – Приятная квартира, чистая и без клопов.
– Почему вы думаете, барышня, что здесь обязательно должны быть клопы? – не поленился встать Колыванов и легонько прикоснулся губами к протянутой ему руке. – В вас говорят стереотипы англичан о грязной и неухоженной России. Раз в полгода проводится обязательная санобработка подвала и квартир, если есть жалобы жителей. За этим следят строго. Итак…
Он снова опустился в кресло, ожидая, когда агенты рассядутся перед ним.
– Как прошла поездка? Удалось ли наладить контакт с княжичем Мамоновым?
– Вы издеваетесь? – Плахов потёр подбородок, словно был раздражён. – Да вокруг него постоянно охрана! Незнакомый человек вообще не имеет никакого шанса подойти. Будь у нас задание сразу же ликвидировать клиента, мы бы не заморачивались. Здесь нужна грамотная подводка. Например, вы, Василий Егорович, могли бы использовать своё знакомство с княжичем, рекомендовать нас как своих коллег, приехавших по делам Академии. Тему нетрудно подобрать. Вы же работали по магическим аномалиям одарённых…
– Тем не менее, вы почти сутки пробыли рядом с ним. Какую бы характеристику дали молодому княжичу? – поинтересовался Колыванов. – Мне просто интересно, совпадет ли моё мнение с вашим.
– Я бы могла много чего рассказать, будь у меня возможность поговорить с юношей хотя бы десять минут, – Татьяна пожала плечами. – А так… субъективное мнение, основанное на визуальном контакте. Красивый, крепкий молодой человек, увлекающийся экзоскелетами. Впрочем, такое увлечение повальное, ничего удивительного. С другой стороны, Мамонов успел побывать в настоящей заварушке, помог королю Харальду освободить из лап террористов его жену и детей. Это подтверждает мою мысль, что княжич – далеко не трус. Много тренируется, что видно по фигуре. Девушкам он нравится, без сомнения. Рядом с ним постоянно находились две красивых барышни. Кстати, у вашего протеже, Василий Егорович, была встреча с князьями Оболенскими в ресторане гостиницы. О чём они беседовали, не знаем.
– С Оболенскими? – Колыванов кивнул. – Вполне возможно, появились общие интересы, вот и решили обсудить их. Не стоит на этом фокусировать внимание. Хорошо… я договорюсь с княжичем Андреем о встрече. Сразу предупреждаю: мои аргументы, что для развития Дара юноше нужно ехать в Лондон, он отверг. С большой долей вероятности то же самое будет и с вами. Но попробовать стоит. А вы, Астра, готовьтесь применить свой арсенал обольщения, что ранее продемонстрировали перед Холмским.
Татьяна Вязмикина, агент Директории магической разведки с псевдонимом «Астра», слегка усмехнулась. До сих пор вспоминала, как этот напыщенный дворянин боролся со своей похотью.
– Изначально мне казалось, задание не такое трудное, – призналась она. – Но чем больше я собираю информации по княжичу, тем больше сомнений, что мои способности понадобятся. Он постоянно под контролем своих охранников. У него очень много знакомых девушек, некоторые из которых ему весьма близки. Как найти брешь и проникнуть за крепостную стену?
– Я постараюсь уговорить его на встречу, – Колыванов улыбнулся. – В это воскресенье у княжича Алексея Куракина свадьба. Весьма вероятно, что Мамонов приглашён на неё… Н-да… Ладно, что-нибудь придумаю. Мне не совсем нравится подход Харрингтона. Неразрешимых проблем не существует, но радикальный метод – тоже не выход. Был бы с нами Факир, он бы придумал изящную комбинацию.
– Факир погиб, – обронил Плахов.
– Совершенно не доказанный факт, – фыркнул магистр и взглянул на свои часы. – Я склонен подозревать, что он жив, но под колпаком СГБ. Вы знаете, джентльмены, где находится лицей «Чистые Пруды»? Там учится Мамонов. Съездите туда, прошвырнитесь по округе, вдруг в голову какие мысли придут. Если у Астры появится возможность пойти на контакт – пользуйтесь моментом.
– Есть у меня одна задумка, – девушка легонько постучала по накрашенным губам подушечками пальцев. – Попробую реализовать.
– Не склонен к любопытству, но с нетерпением буду ждать результата, – Колыванов встал, показывая намерение уйти. – Всего хорошего, леди и джентльмены. Будьте на связи. Надеюсь, и овцы останутся целы, и волки сыты.
Примечание:
[1] Каллиопа – муза эпической поэзии и красноречия. Изображалась с короной, трубой и свитком.
Глава 4
1
Если бы не официальное приглашение на свадьбу Куракина и Наташи Тучковой, всё же присланное мне с посыльным, я бы с радостью отказался от посещения этого мероприятия. Лучше бы подготовился к поездке в Якутию, да и без того хлопот хватало. Первым делом, я стал обладателем большого участка земли, расположенного в углу между моей и купеческого семейства Верёвкиных усадьбой. Осталось только дождаться проверки договора в Земельной Коллегии, чтобы уже официально числиться хозяином. А пока позвонил господину Брюсу и поинтересовался, может ли он меня принять по вопросу устройства магического полигона. Договорились встретиться на свадьбе в особняке Куракина. Раньше никак не получается, увы. Эх, всё-таки придётся туда идти.
Музыкальная шкатулка получилась на загляденье. Она была сделана из гренадила – очень ценного африканского дерева, обладающего, к тому же отличными акустическими достоинствами. Чёрная стильная коробка с красноватым оттенком, размером двадцать на десять сантиметров без вычурной резьбы смотрелась шикарно. При открытии крышки приподнимался подиум из тонкого посеребрённого металла и звучала та самая мелодия, под которую я с Наташей танцевал на соревнованиях. Фарфоровая фигурка девушки в длинном ярко-красном платье с широким подолом, начинала грациозно двигаться по кругу со вскинутыми руками. А снизу даже подсветка была. Красота! Мастер учёл моё пожелание, чтобы на подиуме крутилась не балерина, а хотя бы гипотетическая а-ля Кармен. На её запястьях я даже разглядел серебряные браслеты. Наташа должна оценить и понять мой дружеский посыл. Чтобы Куракин не взбесился, я намеренно не стал заказывать мужскую фигуру в пару. Это был бы слишком толстый намёк. Зачем девушке портить праздник?
А вот самому Алексею я кровь попорчу. После долгих раздумий решил-таки подарить ему «Дуэльный кодекс дворянина. Честь и достоинство». Толстая книга с красочными иллюстрациями станет прекрасным напоминанием не самому лучшему моему знакомому. Провокация? Ну и что? Пусть мозгами пошевелит, зачем я ему преподнёс такой великолепно оформленный фолиант. Бутылка редкого и дорогущего виски ума Куракину не прибавит, есть такое подозрение.
В лицее тоже разговоров было только о предстоящем торжестве. Всё-таки большинство моих одноклассников – из аристократических семей, и их старшие родственники приглашены Куракиными. Из нашего класса только я и Лида пойдут. Остальные «не доросли», как пошутила Великая княжна.
Мстиславская с Голицыной оставшиеся дни только и делали, что обсуждали наряды. Причём, не свои, а тех, кто уже похвастался пошитым платьем. Суть понятна: чтобы не прийти в чём-то похожем на торжество, иначе – скандал! Но всё равно, я тихо сатанел, слушая болтовню девушек, и старался пораньше улизнуть из кабинета Арины. Такое впечатление создалось, что мои исчезновения они даже не замечали. Обидно!
Я попробовал поговорить с Ариной насчёт продолжения наших занятий у Алтаря, но она с сожалением отказалась, хотя было видно, что ей очень хочется снова испытать то чувство, когда неведомая сила заменила ей магический Дар.
– У меня уже голова кругом идёт от этих приготовлений, – пожаловалась она за день до свадьбы. – Ты знаешь, что «Скоморохи» и Анжелика получили приглашение исполнить несколько своих песен для гостей? Наташе очень понравилось, когда она смотрела ту запись из «Алмазного дворика». Там же много её подруг было, все уши ей прожужжали. В общем, на мои плечи ещё и эта напасть свалилась.
– Рад за ребят, – обрадовался я. – Ладно, не буду тебя тревожить. Ты лучше скажи, наша поездка в Якутию в силе?
– Конечно! – чуть ли не возмущённо воскликнула Арина. – Даже не думай, что я откажусь!
– Тогда я заеду в гости и отпрошу тебя у родителей, – улыбнулся я. – Думаю, и в этот раз они не будут чинить препятствий.
– В субботу я к тебе приеду, – решила княжна. – Действительно, надо прокачать Дар. А потом вместе ко мне вернёмся. Вот и поговоришь с родителями.
– Принято! Осталось Лиду и Нину отпросить, – я почесал затылок в расстройстве. Времени совсем не оставалось. Ведь на вторник запланировал вылет на отцовском «Джете». – Ладно, я поехал домой. Не скучай без меня!
Я поцеловал Арину, благо находился в её кабинете, где нам никто не помешал попрощаться более страстно. Перед уходом под смех княжны посмотрел в зеркало, нет ли на губах помады, и только потом рванул по коридору и лестнице вниз.
Влад и Игорь ждали меня у входа. В их сопровождении я дошёл до «Фаэтона» и нырнул в салон. Рядом со мной расположился Влад, а Игорь занял место с Никанором.
– Домой, – сказал я, а сам задумался, когда же мне навестить Мстиславских. Чтобы не затягивать решение вопроса, надо бы сегодня. Цесаревич предупреждён, но как и подобает отцу, выжидает моего шага. Звонить всё равно придётся Юрию Ивановичу, иначе в Зарядье не пропустят.
Я уже привык во время поездки из лицея домой медитировать. Меня не отвлекали разговоры личников, тихая музыка из радиоприёмника – погрузившись в пустоту, здорово ощущать себя маленькой точкой в черноте космоса и тянуть из пространства энергию. Эту удивительную возможность я открыл совсем недавно и теперь пользовался любой возможностью, чтобы зачерпнуть из бездонного колодца немного чистой маны, лишённой магической составляющей. По моим ощущениям это была духовная энергия, совсем не вредящая моему внутреннему ядру.
Резко тормознувший «Фаэтон» кинул меня вперёд, и только до автоматизма доведённые рефлексы заставили выставить руки, чтобы не удариться лицом в пассажирское кресло, за которым я привык сидеть.
Никанор, тихо ругаясь, навалился на руль и смотрел на молодую рыжеволосую девушку в тёмно-серой шубке и меховой шапке. Барышня с испуганным лицом упёрлась руками, затянутыми в перчатки, в капот «Фаэтона», как будто пыталась таким образом остановить машину.
– Ну и что ты застыла, красавица? – не выдержал Никанор, и уже хотел выйти наружу, но Игорь цапнул его за рукав куртки.
– Куда? Сиди на месте, сам посмотрю, – сказал он. – Андрей Георгиевич, не вздумайте покидать машину. Влад, повнимательнее.
Игорь выскользнул наружу и подошёл к девушке, стал о чём-то с ней разговаривать. Та до сих пор не могла отойти от шока. Личник отвёл её на тротуар, и не обращая внимание на любопытствующих прохожих, продолжил беседовать, мягко держа за локоть незнакомку. Девушка и не думала убегать или кричать, звать на помощь. Она только постоянно поправляла висящую на плече сумочку и изредка шевелила губами, что-то отвечая моему личнику.
– Что случилось? – поинтересовался я. – Задремал, не видел ничего.
– Да еду себе спокойно, по сторонам не пялюсь, – пояснил Никанор дрожащим голосом. Переживает, что едва не задавил рыжеволосую. – И даже не понял, откуда эта… шустрая выскочила. Не было её на тротуаре и даже поблизости! Как будто из воздуха материализовалась!
– А ты, Влад? – я заинтересованно поглядывал на девушку, продолжавшую что-то лепетать, но уже приходящую в себя. И даже румянец на щеках появился, движения рук стали резче.
– Не видел, – не оборачиваясь, честно признался личник. Он контролировал улицу со стороны водителя. Правильно их Эд с Петровичем натаскали. А вдруг это подстава? Девушка может отвлекать, а сообщники готовят нападение. Уже учёный, надо бы расширить радиус действия антимагии, чтобы ничего не прилетело.
И всё же терпение у меня лопнуло. Кажется, и в самом деле девушка замечталась и решила перейти дорогу в неположенном месте. Но почему так долго Игорь возится? Я опустил стекло дверцы и, придав голосу нетерпение, крикнул:
– Сударыня, если вы не возражаете, мы можем вас подвезти до больницы, если вы получили ушиб или травму! Все издержки оплачу лично! Садитесь в машину! Здесь тепло и уютно!
К моему удивлению, незнакомка решительно направилась к «Фаэтону». Н-да, чуточку прихрамывает, да ещё сапожки проскальзывают по утоптанному снегу. Игорь подхватил её под руку и помог дойти до машины. Я поднял стекло и потеснился, когда девушка влезала в салон. Устроив сумочку на коленях, она поглядела на меня чуточку смущённо.
– Благодарю вас, молодой человек, – её голос был чем-то схож с глубоким бархатистым голосом Анжелики, но тоном повыше. – Не надо в больницу. Ушиб небольшой, ваш водитель успел вовремя затормозить.
– Прошу прощения, но я вас не заметил! – не поворачиваясь, ответил Никанор.
– Я сама виновата, – покраснела девушка. – Шла по улице, задумалась и попала в людской поток. Кто-то толкнул, что часто бывает в суете, и я машинально отступила в сторону. А тут машина.
– Вы уверены, что помощь не нужна? – я поглядел на незнакомку, довольно милую, с редкими точками веснушек, рассыпанным по всему лицу. Как будто дождиком окропило.
– Нет-нет, – заторопилась та. – Если вас не затруднит, отвезите домой. Я привычна к самолечению, да и чувствую, что ничего страшного не произошло. Лёгкий ушиб ноги.
– Самодиагностика? – хмыкнул я. – Вы одарённая?
– Да вы что? – рассмеялась незнакомка. – Обычная девушка, работаю секретаршей в небольшой строительной компании. Отлежусь пару дней на диване – и всё нормально будет.
Что-то цепляет меня в её голосе. Ощущение такое, словно у неё акцент, едва неуловимый, но в некоторых фразах царапает. Или показалось? Не специалист, сходу не отвечу.
– Как пожелаете, – я пожал плечами. – Игорь, машина в порядке?
– Никаких проблем, – повернулся ко мне личник, занявший своё место рядом с Никанором. – Удара-то как такового не было. Толчок, но чувствительный.
– Я же говорю! – обрадовалась девушка. – Так вы меня отвезёте?
– Конечно. Простите, вашего имени не знаю…
– Татьяна. А вы… какой-нибудь молодой нувориш? – лукаво поинтересовалась рыжеволосая. – Машина дорогая, охрана серьёзная.
– Нет, обычный княжич, – усмехнулся я, ощущая незаметное движение Татьяны, прижавшейся ко мне бедром. Но отодвигаться не стал. Любопытно же, как дальше себя поведёт. Вроде бы не грозится засудить, не звонит по телефону «мужу» или «жениху», не разыгрывает спектакль с подставой.
– Да вы что? – неподдельно удивилась Татьяна. – Впервые в жизни разговариваю с аристократом!
– Так уж и впервые?
– Представьте себе! С дворянами дело иметь приходилось, но все они мелко плавающие, если так можно сказать.
– Ха-ха! – развеселился я и потёр грудь. Жарковато стало, и вибрация какая-то ощущается. Мелкая, чуточку неприятная, будто острие иголки к коже прикасается. Причём, в одном месте. – Хорошо, выполню вашу просьбу – отвезу домой.
Татьяна, обрадованная перспективой добраться до уютного дивана не на своих двоих, а на комфортабельном авто, назвала адрес, и Никанор, сверившись по навигатору, уверенно повёл «Фаэтон» по московским улицам.
Девушка, к моему облегчению, оказалась из числа нелюбопытных. Она больше молчала, разглядывая промелькивающие мимо магазины, лавки, суетливых прохожих и отвечала только тогда, когда я её о чём-то спрашивал. Так, нейтральный разговор, ни к чему не обязывающий. Но обратил внимание, что при ответах Татьяна всё время норовила взглянуть мне в глаза, как будто хотела показать свою признательность и открытость. В голове приятно шумело, какая-то эйфория постепенно овладевала мною, сердце стучало гораздо быстрее положенного, будто я не в машине еду, а только что пробежал длинную дистанцию. Да что такое-то? И это покалывание в области грудной клетки – оно не давало расслабиться, растечься под взглядом пытливых умных серых глаз рыжеволосой девушки. А ещё мне показалось, что истинный возраст Татьяны куда больше. Я сначала думал, что она ровесница Арины, но потом, приглядевшись, накинул ещё три-четыре года. Очень уж уверенная барышня в общении с незнакомым мужчиной. Такими становится уже в том возрасте, когда за плечами имеется кое-какой жизненный опыт. А у моей княжны его ещё маловато.
