Текст книги "Вик Разрушитель 6 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

На какой-то момент я решил оставить парочку, чтобы мое присутствие не выглядело навязчивостью. Кто-то мог посчитать, что я при княжне Лидии числюсь фаворитом, или что еще может подумать дож Мочениго и его служба безопасности. А они среди гостей точно присутствуют.

Любуясь затухающими огнями фейерверка в дальнем уголке среди кадушек с какими-то экзотическими растениями и спокойно попивая пивко, почувствовал приближение людей. Оборачиваться не стал, дождался, когда меня цепко схватили за плечо.

– Мамонов, а ты не обнаглел ли в край? – и почему я не удивлен, услышав голос Куракина?

Вот теперь можно чуток прогнать по каналам энергии, запитав силой руки, и легко разжать пальцы неприятного мне человека. У Куракина даже суставы хрустнули.

– Поясни, – я быстро оглядел диспозицию. Передо мной трое. Непутный Алексей привел с собой двух дружков. Кольку Пинского я знал плохо, а Ромка Боброк с какого-то перепугу таскается за Куракиным постоянно, но с ним мне никогда не приходилось пересекаться. В общем, собутыльники, компания не самая приятная. Если на то пошло, я бы с удовольствием пообщался с Мишкой Воронецким и Сашкой Долгоруковым. Они ребята веселые, всегда что-то выдумывают, веселят людей, поднимают столицу на уши, когда гуляют. А Куракин заполнен какой-то черной злобой, и все, кто его окружают, тоже полной ложкой жрут негатив, излучаемый княжичем.

– Какого черта ты путаешься под ногами принца и Великой княжны? – в неярких отблесках фонарей, освещающих крышу, глаза Куракина недобро блеснули. – Ты не знаешь, что Лидия выходит замуж за Мочениго? Здесь политика серьезная, а ты, дурачок, вмешиваешься в нее.

– Бабка надвое сказала, – усмехнулся я и отпил из бутылки, ощущая на языке легкую горечь. – Еще неизвестно, как оно обернется. А мне никто не запрещает общаться с Великой княжной.

– Мало тебе вломили, щенок, – задышал Алексей и сжал кулаки. – Урок даром прошел.

– От жопы отлегло, снова геройствовать полез? – я намеренно выводил из себя ублюдка. Вдруг да получится отомстить лично ему за унижение и физическую боль? – Как ты был дураком, Леха, так им и остался.

Цепкие пальцы нырнули к моей груди, но я ловко увернулся, пропустив мимо себя руку Куракина, и тычком пальца в одну хитрую точку под локтем мгновенно обездвижил ее.

– Ты что сделал, гаденыш? – воскликнул парень, ощутив, как повисла рука.

– Охладись чуток, – невозмутимо ответил я и поглядел на дружков. Те напряглись. Среди «золотой» молодежи трусов не было, каждый дворянчик мог постоять за себя, готовый начать бой, если того требовала ситуация. От дуэлей тоже отказывались редко. А чего бояться? Целители полумертвых на ноги поднимали, а переломанные кости или отбитые внутренности – пустяк по сравнению с подмоченной репутацией. – Вы думаете, я совсем с головой не дружу? Мне разрешено находиться рядом с княжной, сам государь-наследник попросил. Если начнете мешать моей миссии, за вашу шкуру я даже копейки не дам.

– Гонишь, – недоверчиво бросил Ромка Боброк. Он самый адекватный, злобой не пышет.

– Мое дело – предупредить, – я пожал плечами. Не драться же в самом деле на виду у итальяшек! Еще дадим пищу для размышлений, что подумают о русских? Да и перед Юрием Ивановичем неудобно будет. – Надеюсь, вы помните, кто спас императорскую семью на Болотном? Вот и теперь у меня похожая миссия.

– Хочешь сказать, что на княжну могут охотиться? – хмыкнул Пинский.

– Я этого не говорил, и ты тоже, – предупредил я и снова припал к горлышку.

– Кого вы слушаете, тупицы! – рыкнул Куракин, чувствуя, что инициатива переходит ко мне. – По-хорошему, этого щенка нужно в канале утопить. Это же он гасит Источники!

– А вот это серьезная предъява! – развязно бросил я и ткнул рукой, в которой держал бутылку, в сторону Куракина. – Ты хотя бы понимаешь, какое тяжелое обвинение бросаешь?

– Так вызывай меня на дуэль, – искривился в усмешке Куракин. – Давай, или ссышь?

Ой, дебил! Какой же тупой муж достанется Наташе Тучковой! Может, в самом деле кончить его и освободить девушку от обязательств, пока не поздно? Да ну, сиди потом, срок мотай за этого недалекого…

– Как хочешь, – я пожал плечами, заметив испуганные взгляды Пинского и Боброка. Им вовсе не улыбалось стать свидетелями нашей ссоры, а потом отвечать перед цесаревичем за устроенное безобразие. И это в гостях у венецианского дожа! – Только прежде подойди к Юрию Ивановичу и попроси у него право на проведение дуэли. Если разрешит – с удовольствием тебе шею сломаю где-нибудь в живописной оливковой роще. Я выполняю одну важную миссию, поэтому не волен в личном выборе. Так ты идешь за разрешением? Подожду здесь, пивко допью.

На мгновение показалось, что за спиной Куракина колыхнулась тьма, осветившись белесыми всполохами. Куан умел появляться эффектно, вот и сейчас, прижавшись к стене, он внимательно следил за нами, готовый немедленно среагировать на любое опасное движение моего давнего врага. Я отрицательно мотнул головой, зная, что он заметит сигнал.

– Что здесь происходит? – неожиданно для всех раздался голос Индуса, подкравшегося к нам из темноты. – Господа дворяне, если у вас появились претензии друг к другу, займитесь их решением завтра, и не в этом доме. Андрей Георгиевич, у вас все нормально?

– Абсолютно, – я прицелился и кинул опустевшую бутылку в корзинку для мусора, стоявшую неподалеку. – Мы всего лишь хотели закрыть одну старую проблему.

– Надеюсь, она решена? – холодно спросил Индус, окинув взглядом притихших парней. Все-таки личность гвардейца хорошо известна в аристократических кругах. Это не какой-то там безвестный охранник; он постоянно находится при княжнах Мстиславских.

Я только развел руками. Пусть сам Куракин ответит; заодно и проверю, какие мысли в своей дурной голове держит. Молчание Алексея Индус расценил по-своему:

– Ясно. Прошу вас, Андрей Георгиевич, следовать за мной. Великая княжна Лидия хочет с вами поговорить.

Я подмигнул остолбеневшим собеседникам, только что получившим подтверждение моим словам, и засунув руки в карманы брюк, тихонько засвистел «не такая она, не такая», проходя мимо них.

– Меня всегда можно найти в отеле «Каса дель Мелограно», – произнес я негромко, зная, что Куракин прекрасно слышит. – Если угодно поговорить – приходи.

Глава 2

Я молча топал за Индусом, чувствуя его раздражение, исходящее даже от спины. Что-то его напрягало, поэтому лишний раз личника Великой княжны предпочел не трогать и не задавать вопросов. Мы быстро миновали несколько проходных комнат, обставленных роскошной мебелью, и под взглядами бодигардов Мочениго в строгих костюмах, оказались в одном из коридоров.

Постучав в нужную дверь, Индус выждал некоторое время, и скрылся за ней, показав знаком, чтобы я оставался на месте. Интересно, Лидия сейчас одна или с Пьетро? Хотя… неправильно приглашать мужчину в свои покои, это даже не скандал, а хуже. С подружками шампанское пьет? А я зачем нужен?

Индус умудрился просочиться через узкую щель в двери, кивнул мне и предупредил:

– Я буду ждать тебя здесь. Одному лучше по дворцу не расхаживать. Долго не задерживайся.

– Слушаюсь, – пробурчал я и оказался в апартаментах княжны, обставленных мебелью из какого-то светлого дерева. И это был настоящий массив, а не дешевые аналоги. Кругом позолота, шелка, золотисто-черные портьеры закрывают высокие стрельчатые окна.

Лидия в пушистом халате бежевого цвета сидела на диванчике и потягивала из трубочки знакомый мне коктейль. На ее голове торчал тюрбан из полотенца – видать, только что из душа. И как? Она же буквально несколько минут назад под ручку с принцем ходила!

Княжна показала на соседнее кресло, и когда я выполнил ее просьбу, долго изучала меня. Даже стал опасаться, что она еще придумала.

– Я не хочу выходить замуж за Пьетро, – голос Лидии прозвучал неожиданно. – Родителям уже известна моя позиция, и я не понимаю, зачем отец устраивает представление перед дожем Мочениго. Помолвки не будет, как и свадьбы.

«Она не знает о провокации, – сразу озадачился я. – И что делать? Раскрыть мою миссию? А потом получу по шее от цесаревича за свою импровизацию».

– Решать вам, Лидия Юрьевна, – увернулся я, толком не зная, что говорить.

– А твое мнение?

– Не самый лучший политический пасьянс, – подкинул я мысль княжне.

– И я о том же говорю! – подскочила на месте Лидия, едва не расплескав коктейль. – Папа только ухмыляется, но ни словечка в мою защиту не сказал! Все с этим дожем под ручку ходит!

– У него работа такая, – мягко произнес я.

– Помоги мне, Андрюша! – жалобно произнесла девушка. – Неужели ты не понял, что я провоцировала Пьетро, чтобы вывести его из себя!

– Дуэль с принцем? – я хмыкнул. – Так себе идея, Лидия Юрьевна. – Да мне даже не дадут рукой пошевелить, утопят в канале. Благо, их здесь хватает.

– И что делать? Как тогда понимать намеки дедушки и отца насчет одного молодого человека, выбранного мне в мужья? Причем, в России, а не этого… развратника.

Тут я навострил уши. Не просто же так княжна обмолвилась! Значит, есть какой-то компромат на Пьетро!

– А ты не знаешь, как зовут еще одного претендента?

– Андрюша, ты дурачком зачем прикидываешься? – хлюпнула губами Лида, всасывая в себя очередную порцию коктейля. Ох, надо проверить, чего там намешали! – Сам же знаешь, что Мстиславские и Мамоновы создают альянс. А главным условием, которое зацементирует договор, является наша свадьба. Мне об этом напрямую не говорят до сих пор, но я не маленькая девочка, соображаю быстро. Умение найти в намеках и полутонах истину нас учат очень хорошо. Поэтому я и удивляюсь, почему отец молчит.

– Не хочет срывать состязания пилотов, и чтобы ты не расстраивалась, – заметил я. – Такая долгая и тщательная подготовка псу под хвост? Вряд ли, здесь что-то другое. Некая политическая комбинация, которая обрушит влияние Мочениго.

– Не понимаю, зачем это нужно дедушке-императору, – пожала плечами Лидия и ойкнула, когда я стремительно переместился к ней на диван и чуть ли не силком вырвал из рук стакан, боясь, что не хватит попробовать. – Ты чего?

Я отодвинул в сторону трубочку и сделал небольшой глоток. Посмаковал вкус вишни с нотками лайма. Там еще, кажется, ананасовый сок был. Но водка здесь присутствовала точно. Ее ни с чем не спутаешь. Взглянув в красивые, но уже слегка расфокусированные глаза Лиды, спросил напрямик:

– Сколько коктейлей приговорила?

– Три, – захлопала она ресницами, подведенными тушью.

– Ясно с тобой все, невестушка, – вздохнул я и пресек попытку девушки цапнуть стакан, отведя руку в сторону. – Доза не убойная, конечно, только не стоило бы увлекаться. Коктейль алкогольный.

– Пьетро уверял, что в нем нет ни капли спиртного.

Ха-ха! Ну и жук этот принц! Ловок он убеждать молоденьких девушек. Только с какой целью? Не в постель же затащить, да только для подобного маневра требуется куда больше водки или вина на худой конец. Скорее, он хотел развязать язык Великой княжне, чтобы та поведала некие тайны или призналась в своих чувствах. Много ли надо неопытной в питии княжне?

– Ты знаешь что-нибудь нехорошее о Пьетро? Зачем назвала его развратником?

– Потому что он и есть самый настоящий развратник! – Лида развернулась всем телом ко мне, отчего край халата распахнулся, обнажив стройную ногу. Но княжна даже не заметила этого и горячо продолжила: – Я узнала о его любовных похождениях из местных Сетей. Какая-то Франческа выкладывала фото с принцем, когда была с ним наедине… не в постели, конечно; это привело бы к скандалу. А Джоконда Панфили из семьи мафиози и вовсе не стыдилась своей связью с принцем, пока кто-то не надавил на нее прекратить порочить честь уважаемой фамилии. В общем, семейка Мочениго столько скелетов в шкафу имеет, что мне вовсе не улыбается выходить замуж за ее представителя.

– Разве СГБ не известно об этих фактах? – удивился я, машинально выпив весь коктейль, получив по спине сердитый шлепок.

– Когда я рассказала об этом папе, по дороге в Ка’Мочениго, он только посмеялся, – обиженно шмыгнула Лидия.

– Не верю, что контора господина Иртеньева не собирала компромат на все делишки этой семьи, – после слов княжны я был более чем уверен: компромат есть, но его держат в сейфе в качестве контрольного выстрела, если у меня ничего не получится.

– Надо встретиться с этой самой Джокондой, – взбодрилась девушка. – Рассказать ей, что Пьетро женится на русской княжне. Местные сеньориты очень эмоциональные, на ровном месте скандал устроить могут. Когда поднимется шум, я при свидетелях откажусь от принца!

Она замолчала, нервно покусывая губы, потом все же заметила, куда направлен мой взгляд, и запахнула халат.

– Понимаешь, в общении по визору Пьетро совершенно не такой человек, каким его представляет местная аристократия, – медленно произнесла княжна. – Не откопай я всю эту грязь, так бы и думала, что он веселый, умный, умеющий вести разговоры на разные темы. Он и сейчас предстал передо мной таким же, а я все время представляю, как мы будем жить в супружестве: на людях мы счастливая пара, а наедине – измены, скандалы, склоки.

– Пьетро и в самом деле такой?

– А ты сам поинтересуйся, если не веришь мне! – воскликнула в раздражении Лидия. – Или у моего отца спроси! Он наверняка знает гораздо больше!

– Хорошо, хорошо! – я поднял ладони в успокаивающем жесте. Действие коктейля начало спадать, сейчас девушке лучше лечь спать. – Я постараюсь решить вопрос с Пьетро. Эх, не могу пользоваться лингво-амулетом! Сразу попаду впросак.

– Я найду адрес Франчески Марани и этой Джоконды, – пробормотала Лидия, уткнувшись мне в плечо, и я неожиданно приобнял ее и прижал к себе, ощущая, как княжна мгновенно расслабилась и обмякла. – Втайне от папочки и охраны встретимся с ними, поговорим. Женщины всегда поймут друг друга…

Я улыбнулся и зашептал в ухо, что надо бы идти спать. Завтра трудный день, предстоят поездки, вечерняя жеребьевка в особняке Мочениго, подготовка к боям. Лидия кивнула и пробормотала:

– Спасибо, Андрей… с тобой так спокойно. Ты иди, я честно сейчас спать лягу.

Я осторожно убрал руку и решительно поднялся, не желая оставаться ни на мгновение. Чувства княжны сейчас в большом раздрае, они могут толкнуть девушку на необдуманные поступки, которые лично мне сейчас совершенно не улыбалось увидеть. Например, полезет целоваться, а завтра утром будет злая, раздраженная, что позволила себе слабость. А за дверью стоит Индус и переживает за свою подопечную.

– Почему ты без охраны? – я остановился возле двери. – Чужой дом, чужая страна. Неразумно оставаться одной.

– Индус же здесь. Он обеспечит охрану, – успокоила меня княжна, продолжая, к моему облегчению, сидеть на диване, сложив руки на коленях. – Идите, Андрей Георгиевич. Вам еще добираться до отеля. Спокойной ночи.

Я пожал плечами и тоже пожелал спокойной ночи, после чего вышел в коридор. Индус облегченно вздохнул, но мазнул меня внимательным взглядом, пытаясь отыскать на лице следы коварного обольщения молоденькой девушки.

– С Лидией Юрьевной все в порядке? – спросил личник.

– Абсолютно. Я успокоил ее, велел ложиться спать. Вы бы с охраной вопрос решили. Почему возле Великой княжны никого нет?

– Не переживай, все под контролем. Тебя в отель отвезти?

– Да, лучше высплюсь. Скучновато здесь, – я вместе с Индусом миновал верхний пост охраны и спустился по лестнице на первый этаж, в холле которого разгуливали и переговаривались между собой гости. Празднество еще и не думало заканчиваться. – Как мне завтра попасть на остров?

– К отелю пришлют два катера, на них всю вашу команду доставят к причалу, а оттуда на водном трамвайчике – до Сан Секондо.

Мы вышли на улицу, окунувшись в теплую ночь, пахнущую водорослями, корицей, и едва уловимыми нотками кофе. На крыльце застыли бодигарды, зорко присматривая за порядком возле особняка.

– Забыл… – поморщился я. – Вы не в курсе, куда отправили наши бронекостюмы?

– Инженерный состав команды, оборудование и броню разместили в университетском кампусе, – проявил осведомленность Индус. – Оттуда можно быстро доставить все необходимое на арену. Мэрия выделила несколько катеров для обслуживания участников соревнований.

В это время к крыльцу подъехал знакомый внедорожник, и я нисколько не удивился, когда Куан вынырнул из машины и распахнул передо мной заднюю дверцу. Я попрощался с личником, и очутившись в салоне, с облегчением откинулся на подголовник. Наставник сел рядом.

– Звонил Берг, – доложил он. – У них все нормально. Разместили с удобствами, покормили. Ящики с броней сейчас в подвале, охрана наша, выделили отряд гвардейцев специально под это дело. Так что никто посторонний туда носа и не сунет. Спрашивает, будете ли вы с княжной завтра тренироваться.

– Передай ему, что завтра у них свободный день, – пробормотал я, прикрыв глаза. – Наши новые костюмы никто не должен видеть до начала боев. Жеребьевка состоится только вечером, соперников узнаем поздно. Состязания начнутся послезавтра, но будем ли мы выступать – я еще не знаю.

– Понял, передам, – Куан зашевелился. – Принц Пьетро сегодня ни с кем из местных девушек не контактировал, кроме княжны Лидии. Беседовал с государем-наследником, с какими-то важными гостями, потом удалился в свои покои.

– Понятно, что рисковать не будет, – я хмыкнул. – Надо бы проследить его маршруты, куда он ездит, с кем встречается.

– Могу я.

– Не надо. Здесь есть кому заняться принцем, – я вспомнил про запланированную встречу с «арбалетчиками». Не мне одному отдуваться.

Водитель лихо промчал нас по мосту и высадил на автомобильной парковке, откуда мы пешком направились в отель, любуясь ночным городом. На узкие улочки падал свет окон, то и дело навстречу нам пробегали стайки молодых людей, чинно вышагивали пожилые люди, и никто не обращал на нас внимание. Умиротворение настолько захватило меня, что расхотелось спать и гулять до самого утра. Мы дошли до отеля, неторопливо вошли в холл. Куан попросил у администратора ключ от номера. Придержав меня за плечо, первым поднялся по лестнице, и возле нашей двери замер на какое-то время. Потом кивнул своим мыслям, провернул ключ в замке, но жестом показал, что я должен оставаться на месте.

Интересно, а почему не слышно удалого разгула русских студентов-пилотов? Я был в предвкушении увидеть отель, озаренный магическими фейерверками и оглашаемый разухабистыми песнями. Но вместо этого какая-то стерильная тишина. Нет, из-за соседних дверей доносились звуки музыки, смех, разговоры на иностранных языках – а где наши?

– Все чисто, – сказал Куан, приглашая меня войти в номер.

– Я в душ, – предупредил я, на ходу снимая пиджак. – Закажи на восемь утра легкий завтрак и пару бутылок охлажденной минералки.

Дав задание наставнику, встал под упругие струи воды и замер, наслаждаясь покоем. Старательно прокрутил в голове итоги дня. Что имеем? Лидия отчаянно просит помощи, не понимая, почему отец скрывает от нее всю комбинацию, затеянную против Мочениго. Она самолично вскрыла дешевую суть принца Пьетро, и не зная, к кому обратиться, нашла в моем лице храброго рыцаря. И опять это липкое и противное ощущение гадливости, что приходится использовать хороших людей втемную. Сначала это были близнецы Захарьины, а теперь Лида. Хороши папаша и император! Могли бы официально объявить свое неудовольствие, а вместо него вовлекают молоденькую княжну в опасные интриги. Или я чего-то не понимаю. За нашими спинами идет очень осторожная и опасная игра? Как вариант, соглашусь. Тогда какую рыбу ловят? Даже страшно представить, что за монстры обитают в глубинах политического океана.

Подойти завтра к цесаревичу и сказать в лицо, что отказываюсь выполнять все их делишки, цели которых мне вообще не понятны? Послать лесом, как говорят в народе. Или честны друг с другом, или до свидания. Ну, хорошо, пошлю. А что дальше? Испортить жизнь мальчишке, возомнившем себя незаменимым и уникальным, император может одним щелчком пальцев. Гибче надо быть, гибче. Чтобы выйти на прямую дорогу, где мне никто не станет указывать, придется потерпеть и покрутиться. Вспомни Арину Голицыну. Вот где образец хладнокровия и понимания своей цели в жизни. Она знает, что не сможет пойти против навязанных ей условий, поэтому исподволь готовится к той жизни, которая ее устроит. Независимая, богатая и умная. Я уверен, у нее все получится.

А что Куракин? Я презрительно фыркнул. Подозреваю, он в легкой растерянности, не знает, как поступить со мной. Ведь ему прямым текстом было сказано прийти завтра в отель и бросить вызов на дуэль. Вот Алексей и завис. Не появится – значит, испугался. И я уверен, что так и случится. У княжича трусливая душонка. Прикрываясь своим статусом, выставляет впереди себя или свитских, или друзей. А ведь мог подойти один, поговорить по-мужски, если так зудит. Но самое плохое я выяснил. Московская аристократия уже вся осведомлена о моем «преступлении». Невероятная способность к уничтожению Источников сыграла очень плохую роль. С другой стороны, почти никто не знает, что я так же могу зажечь Алтарь и возродить Источник, а то и поменять его «стихийную» направленность. О, кстати! Надо бы с Брюсом переговорить насчет такого эксперимента. Если и здесь меня ждет удача, я смогу стать самым могущественным человеком в мире, пока не найдется такой же антимаг.

Разрушаю, чтобы созидать! Чем не родовой девиз Мамонова-Волховского?

Накинув на себя халат, я устроился в кресле под уютным абажуром и позвонил Эду. Начальник охраны откликнулся сразу же.

– Слушаю, Андрей Георгиевич!

– Как у вас дела? Никто не шалит?

– Все в норме! Сидим, в карты играем. У вас как прошло?

– Тоже только что вернулись в номер. Проблем никаких. Завтра у нас тренировки не будет. Я с Великой княжной съезжу на арену, посмотрю, в каких условиях нам придется выступать. Вы остаетесь с Бергом и ребятами, следите за бронекостюмами.

– Они под охраной русских гвардейцев.

– А они могут пропустить вас в подвал, где находятся ящики с броней?

– Думаю, договоримся, – бодро ответил Эд. – Тем более, завтра по плану тренировки, «скелеты» в любом случае будут перевозить.

– Тогда приказываю держать ящики под контролем постоянно, пока в подвале будут находиться посторонние. Ты же понимаешь, что могут быть провокации?

– Не сомневайтесь, Андрей Георгиевич. Понадобится, оставлю рядом с ними кого-нибудь из парней в качестве охраны хоть на всю ночь.

– Договорились. Сопровождение мне не нужно. Куан справляется. Спокойной ночи.

Закончив разговор, я нырнул в постель, погасил ночник и стал смотреть на потолок, по которому изредка пробегали отблески фонарей от проплывающих под окном гондол или вспышки далеких фейерверков. Даже через плотно закрытые окна слышались глухие хлопки и треск взлетающих огней. Венеция оживилась с наступлением туристического сезона, теперь здесь по ночам будут шарахаться толпы людей, страдающих бессонницей или приступами жажды приключений. Криминальные личности уже потирают руки в ожидании баснословной прибыли.

Я усмехнулся и взял в руки телефон. Забыл просмотреть сообщения. Ага, от мамы и отца пришли короткие пожелания удачи; Вероника накатала дружеское послание, тоже хочет, чтобы мы победили; Анжелика прислала анимированные поцелуйчики. Нина Захарьина написала просто, что хочет со мной встретиться после приезда в Москву. Может, и в самом деле обратить на нее внимание, если уж княжне Елецкой перекрыли возможность дружить со «злодеем» Мамоновым? Я не хочу показывать интерес к Лидии. Она еще слишком подвластна манипуляциям отца и деда-императора. Вот когда пойму, что княжна Мстиславская не держит за спиной «козу», тогда и начнем планировать наше будущее. Надежный тыл в лице представительницы правящего клана станет гарантией безопасности моей семьи. Если таковая появится, сделал в уме маленькую ремарку.

Ого! А вот это неожиданно! Только что тренькнувший сигнал известил о пришедшем сообщении. Ну надо же! Сама Арина Васильевна соизволила «пожелать мне удачи в бою», как пел Ярик Назаров. Странная, тревожная и будоражащая душу песня из чужого мира без магии. Даже захотелось там побывать вместе с этим шустрым парнем.

Я сразу постарался представить лицо княжны Голицыной, и улыбнулся. Все-таки удивительная девушка, в корне отличающаяся своим поведением от многих молодых аристократок столицы. Как ей удается быть обольстительной и рискованной одновременно, умело крутиться в таких опасных и серьезных кругах, не поддаваясь эмоциям и держа холодным свой разум? Обалденная девушка! Жаль, что на нее уже подают виды многие семейства Москвы. Я бы от такой не отказался…

«Начали принимать ставки на Венецианский турнир, – написала Арина вдогонку пожеланиям. – В парных боях фаворитами считают Владислава Ягеллона и Януша Курцевича. Вы еще „темные лошадки“, поэтому коэффициенты на вашу победу очень неплохие. Ставлю на вас, мой герой! Ну и помаленьку буду нагружать на каждый бой, зная твой потенциал. Еще раз удачи, и дружеский поцелуй!»

Снова тренькнуло.

«Да, и с каждой победы отчисляю процент на твой счет».

Я усмехнулся. Может, и не надо никаких мастерских по созданию бронекостюмов и не заморачиваться студией? Достаточно провести несколько боёв за год в «Железной Лиге», получить свою долю и жить припеваючи?

«Спасибо», – ответил я и послал анимированный букет роз, после чего спокойно заснул, очистив голову от всех мыслей.

Утром встал бодрым и с хорошим настроением. Куан уже сервировал стол. Омлет с зеленью, пицца-рулетики, салат из помидоров, моцареллы и базилика, ну и апельсиновый сок – легкий завтрак, угу. После завтрака поднялся слегка прибавивши в весе. Хорошо, что сегодня отказались от тренировки. Тем не менее, через полчаса нужно быть на выходе, должен подъехать Индус. Забавно, почему именно ему поручено за мной присматривать?

Мы вышли из номера, и сразу же наткнулись на Дубровского. Егор с помятым лицом и вздыбленными волосами, как будто их ворошила гигантская рука, шел вдоль стены, держа в руке бутылку минеральной воды.

– О! Волховский! – с улыбкой, похожей на мучительную гримасу, воскликнул княжич. – А мы тебя потеряли! Хотели пригласить на вечеринку в честь приезда, а тебя и не было!

– Был занят, – усмехнулся я. – Ну и рожа у тебя, Егорка. Дрался с кем?

– Не-а, уничтожили весь погребок в местной траттории, а потом на гондолах катались с местными сеньоритами!

– Понятно, все же подрались с их сопровождением, – я с интересом смотрел на перемещения Дубровского, идущего с неизвестными целями по коридору. – А ты не собираешься на Сан Секондо?

– Оу! – простонал Дубровский. – Еще и тренировка! Не-а, не хочу. Да у нас вся команда в лежку! Еще куда-то ехать.

– Вечером жеребьевка в особняке Мочениго, – напомнил я. – Давайте, в норму приходите, не позорьте Его Высочество своими выходками.

Парень только отмахнулся и поплелся дальше, а мы свернули направо, к лестнице. Утренняя Венеция теряла свои очертания в легкой туманной дымке, вдоль каналов пробегали любители активного отдыха, крутили педали велосипедисты, размеренно работал веслом одинокий гондольер, выискивая пассажиров.

Два катера примчались без опозданий. Индус спрыгнул на площадку перед лестницей, поднялся по ней и оглядел пустующую площадь перед отелем. Увидев нас, пересек мостовую подошел ближе.

– Спят? – спросил личник Лидии.

– Молодые люди переоценили свои возможности, – вежливо ответил Куан, безукоризненно одетый в костюм, только в этот раз пренебрегая черными цветами, предпочтя им бежевый. – Многие еще не пришли в себя после ночных прогулок по Венеции.

Индус хмыкнул, оценив пассаж моего телохранителя, а потом махнул рукой в сторону катеров, качающихся на мелкой волне у причала, подзывая одного из телохранителей. Нам же сказал:

– Я сразу был против идеи расселения делегации по разным отелям. Если техническая группа состоит из серьезных людей, то пилоты сразу вызвали недоверие. Оставшись без опеки взрослых, начнут чудить, что и произошло. Надеюсь, они ничего жуткого не натворили.

– Полиции с утра нет, значит, все нормально, – логично рассудил Куан.

Личник Великой княжны посмотрел на часы и недовольно проворчал что-то нечленораздельное. Потом приказал подошедшему телохранителю:

– Найди администратора и попроси, чтобы работники прошлись по номерам, где живут русские студенты. Пусть стучат в двери и орут, что цесаревич лично дал приказ собраться возле отеля через двадцать минут. Кто проигнорирует – отправится домой сегодняшним же рейсом.

Крепкий напарник Индуса осклабился в усмешке и заскочил в отель так быстро, словно обрадовался представившейся ему возможности покуражиться.

– Он итальянский хорошо знает, – пояснил Индус. – Заодно и сам пробежится, жути нагонит на этих засранцев.

К молодым аристократам, складывалось впечатление, у него не было никакого почтения. Такая мысль возникла у меня еще вчера, когда он одним своим появлением мгновенно остудил пыл Куракина. Серьезный мужик, и очень непростой. Лидия ведь ни разу о нем не рассказала больше положенного. Скупая информация тоже наталкивала на размышления.

– Что от тебя хотел Куракин, княжич? – пользуясь моментом, пока мы втроем стояли у входа в отель, ощущая на себе мелкую туманную взвесь, спросил гвардеец. – Разговор явно не о красотах Венеции шел.

– Решил по собственной инициативе предупредить меня, чтобы я держался подальше от принца и Великой княжны, – честно ответил я, не собираясь вдаваться в подробности нашей давней вражды. – Дескать, я мешаю их отношениям и вызываю у Пьетро раздражение.

– Болван, причем, искренний и недалекий, – усмехнулся Индус. – Но так даже лучше. Пусть играет свою роль. Кстати, он сегодня не прислал секундантов вызвать тебя на дуэль?

– Откуда вам известно? – поразился я. – Об этом речи не шло.

– Думаешь, я столь наивен, не понял твоего не слишком искусного намека? – личник добродушно посмотрел на меня и молчащего Куана. – Андрей Георгиевич, за многолетнюю службу в рядах дворцовой гвардии, вращаясь в высоких кругах, я поневоле обучился высшему пилотажу иносказаний.

– Вы потом его предупредили, чтобы не вздумал лезть на рожон, – понял я.

– Молодец, соображаешь. Пришлось на пальцах объяснить, что гонор и личные обиды могут привести к нежелательным последствиям. Он и так постоянно подмачивает репутацию рода Куракиных.

– Э… вы о чем? – насторожился я.

– Мне известно, что Куракины выплачивали виру некоему молодому человеку, пострадавшему от княжича Алексея. А раз дело дошло до этого, значит, были серьезные причины.

Я понял, что Индус знает об инциденте. Если знает он – знают и Мстиславские. Вот и еще нарисовалась опасность со стороны. Сначала Булгаковы рыли землю носом, ища таинственного благодетеля, вылечившего Викентия Волховского, потом отец рьяно взялся за дело, теперь и государь в теме. Это счастье, что пока меня напрямую не расспрашивают, где я пробыл две недели. Нельзя расслабляться, хоть и прошло столько времени. Никто ничего не забыл. Я дал слово барону Назарову – и должен сдержать его.