Текст книги "Путь воина (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 30 страниц)

– Где эти чертовы маги? – прокричал Михей, обеспокоенно вертя головой. Тоже, видать, прощупывал пространство доступным способом.

– Наверное, на пляже, – ответил Никита и показал жестом капитану Сугаваре, чтобы тот оставил двух бойцов контролировать коридор. Самурай прекрасно понял, чего от него добивается русский чародей, и зычно прокаркал. Хатамото присели на одно колено и выставили оружие в противоположную от движения сторону.

Гулко хлопнула раскрывающаяся магоформа. Угол стены осыпался колотыми кирпичами. Харитон отреагировал на появление еще двух охранников, оглушив их серьезным боевым плетением. Огонь решили не использовать, иначе он может помешать и нападавшим.

Активная «сфера» помогла уже не раз, выдерживая автоматные очереди. Никита быстро восполнял потерянную энергию, латая защитный кокон. До резиденции и апартаментов Всеслава оставался один переход, разрезаемый лестницей, идущей вверх и вниз. Именно здесь отряд встретил первое серьезное сопротивление.

Сверху обрушилась невидимая тяжесть, пробив защиту и обволакивая какой-то странной субстанцией, забивающейся в рот и ноздри. На какое-то мгновение Никита почувствовал, насколько ему трудно двигаться, и переключившись на магическое зрение, обнаружил оплетающую их золотисто-сиреневую сеть, сотканную столь плотно, что будь волхв неопытным, в самом начале своего пути, он бы не смог обнаружить активные точки, которые держали магоформу, постепенно накачивая ее Силой, чтобы сдавить попавших в нее людей.

Пришлось применить «вспышку» и «адское копье», как вспомогательный элемент. Первый скрипт ударил по узловым точкам, раскаляя их до белого свечения, а «копья» одно за другим разрушили сеть. Сразу стало легче дышать.

– Ловушка, ети ее через колено! – едва ли не восторженно воскликнул Харитон, и пошатываясь, зашагал дальше.

Самураи за спиной загомонили, избежав смерти. Что-то подобное изобретал Никита, когда защищал имение в Боровичах. Там он применил сдавливающий любое физическое тело кокон, постепенно нагнетая в него жуткую силу, которую остановить мог только высококлассный маг с невероятной реакцией исполнения. Здесь же враг использовал «плиту», не выскочи из-под которой, все закончилось бы плачевно.

– Кто-то из магов рядом с Всеславом! – Михей догнал своего товарища, Никита тоже подтянулся, слыша краем уха, как попискивают дистанционные мины, вставая на боевой режим. Лестница перекрыта, но снизу слышались звуки разгорающегося боя. Грохнули один за другим разрывы гранат, кто-то закричал, выстрелы загремели с новой силой. Широ Китамуро стягивал на себя основные силы.

Будь Всеслав готов к такому развитию событий, до его апартаментов вряд ли удалось бы добраться без потерь. Вопрос в другом: а здесь ли он вообще?

Широкая галерея, в которую слаженно вошли волхвы и самураи, представляла собой площадку, уставленную казенной мебелью вдоль стен. Одну из дверей охраняли четверо бойцов. Трое из них стояли на одном колене и напряженно вглядывались в приближающегося противника. Перед ними колыхались волны воздуха, создавая «щит отражения». Но он генерировался с помощью какого-то мощного амулета, но никак не магически. Для Никиты не стоило труда разметать его на клочки. Но он решил подождать. Номинально руководителем операции являлся Харитон. Чародей пока тоже не спешил лезть напролом.

– Стоять! – крикнул один из охранников, сжимая в руке, обтянутой тактической перчаткой, зеленый рубчатый цилиндр. – Еще один шаг – открываем огонь!

– Первый, Второй – работаете по амулету, – бросил Никита в спину стоящих перед ним напарников.

Они прекрасно поняли, о чем просит молодой волхв, и сдвоенным ударом погасили источник излучения. Амулет, находящийся у кого-то из бойцов, рассыпался в мелкое крошево, разом сняв защиту. И Никита тут же мгновенно ударил «сонным заклятием», влив в него столь неимоверное количество Силы, что самого повело в сторону. Едва удержался и мутным взглядом окинул несостоявшееся поле боя. Все лежали вповалку: и охрана Всеслава, и самураи, и Харитон с Михеем.

– Простите, парни, так было нужно, – выдавил из себя Никита, переступая через спящих. Прислушался. Интенсивность боя на нижних этажах резко снизилась. Кажется, досталось всем.

Мощным рывком он распахнул двустворчатые двери и вошел в комнату, где лежали еще двое в гражданской одежде. Один – лицом в стол, другой расплылся на диване. Больше в приемной никого не было, а вот в Резиденции слабо светились три ауры.

– Что ж так плохо князя охраняете, – пробурчал Никита, пробуя открыть дверь. Изнутри, скорее всего, заперлись. Примерившись, он скомбинировал два скрипта, направленных на разрушение. Появление посланца Великого князя должно быть эффектным.

Оно и вышло таким. Створки с треском вышибло мощным «воздушным» толчком; они пролетели через все помещение и врезались в окна, раскалывая стекла на разнокалиберные осколки. Одновременно с этим Никита покрыл кабинет непроницаемым коконом, в котором оказались трое мужчин, лежащих на полу. Двое вяло шевелились в нескольких шагах от выбитой двери, оглушенные сонным плетением. Еще один, в темном костюме, валялся возле кресла без признаков жизни. Князя Всеслава он узнал сразу.

Кокон нужен был для защиты от внезапного нападения извне, сквозь который пройти мог только чародей высочайшего уровня. Для верности Никита обрушил на магов (их он узнал по немудреным жетонам в виде бронзовой бляшки со светящимися рунами поверх одежды) повторные скрипты сна, «погасив» их понадежнее. Пусть спят, а то появится соблазн ударить в спину, когда он будет беседовать с князем.

Никита присел перед лежащим грузным мужчиной и приложил палец к шее. Облегченно вздохнул, нащупав бьющуюся жилку, похлопал его по щекам, вливая в потрепанную ауру чуточку энергии, чтобы пришел в себя, но не более. Нечего ему тут козликом скакать. Блокирующие скрипты надежно «сели» на руки, и драгоценные камни в перстнях тускло мигнув, потухли.

– Княже, очнулись? – спросил он Всеслава, открывшего глаза.

Поведя мутным взглядом по сторонам, ярославский наместник замер, разглядывая Никиту.

– Назаров? – каркнул он хриплым голосом.

– Узнали, – обрадовался волхв, – можем, значит, говорить.

– О чем? – Всеслав с помощью Никиты встал и добрел до кресла, в которое свалился с облегчением, больше волнуясь за свою репутацию. Негоже родственнику Великого князя валяться на полу и пускать слюни. – Чем ты меня так?

– Обычное оглушение и сонное заклятие, комбинированная атака, – не стал скрывать Никита.

– Ничего себе, шарахнуло по голове как дубинкой. Если бы не защитный доспех – убил бы.

– Не убил, на это и рассчитывал, – волхв поднял с пола упавший стул и сел напротив, но так, чтобы контролировать проем двери, за которым вповалку лежали маги, самураи и охранники князя.

– Племянник послал убить меня или договориться? – наместник удивительно быстро пришел в себя.

– Его советники настаивали на вашей ликвидации, Светлый князь, – спокойно ответил Никита. – Но Владимир попросил меня не торопиться отправлять родного дядю в Небесные Чертоги.

– Чего он хочет? – прикрыл глаза Всеслав, словно к чему-то прислушивался. – В подвалы Опричной Службы я не пойду. Лучше вены себе перегрызу. Жаль, не успел я дожать Тэмико.

– Вы всерьез думаете, что Хранительница открыла бы Врата для сонма тварей? – покачал головой Никита, вслушиваясь в звуки затихающей стрельбы на нижних этажах. Интересно, как там самураи, справляются? – Итак, чтобы не терять время… Государь не хочет вашей смерти… приберегите свою снисходительную улыбку для иных случаев. Владимир поставил передо мной две задачи, одна из которых предусматривает вашу ликвидацию. Вторая более гуманная. Вы покидаете Россию навсегда вместе с Ичиро Китамуро, и никогда более не вступите в ее пределы.

– Я могу вернуться в Сибирскую Русь и оттуда продолжать войну, – хмыкнул Всеслав. – Как он проконтролирует мои действия?

– Я проконтролирую, – раздался голос дайме Китамуро, стоящего за пологом. – Никита-сан, прошу вас…

Никита шевельнул пальцами – искрящийся полог схлопнулся, пропуская в кабинет Главу клана, а затем вновь появился за его спиной. Десяток хатамото, пришедших вместе с ним, замерли на месте, не решаясь нарушить целостность магической защиты.

– А я думал, вы русского языка не знаете, Ичиро-сан, – неожиданно рассмеялся Всеслав. – Надо же, столько лет скрывать такой талант.

– В прошлый раз я действительно не знал вашего языка, – спокойно ответил самурай, перешагивая спящих магов, даже не посмотрев на них. – Обычная магическая практика, ничего сложного, если заниматься по два-три часа в день. Результат придет очень быстро.

– Неплохо, даже акцент не ощущается, если не прислушиваться, – кивнул Всеслав. – Хитер, князь, а я даже не подумал о таком варианте! Итак, Ичиро-сан, ты уже знаешь, что мой племянник хочет лишить меня родины под твои гарантии?

– Под гарантии? – вскинул брови Китамуро. – Нет, я никаких гарантий давать не собирался. Вы будете моим самым дорогим гостем, Всеслав-сан. Можете еще раз жениться, образовать свой Род и верно служить микадо, как я сам.

– За что такие почести? – Всеслав успокоился окончательно, поняв, что смерть его миновала.

– Мне не нравится, как вы поступили со своим сыном Данилой, – дайме в длинном черном халате с широким шелковым поясом, на котором висели ножны с катаной, навис над князем. – Еще больше мне не понравилось, что вы хотели шантажировать мою дочь смертью неродившегося ребенка.

– Чушь! – воскликнул наместник.

– Нет, вполне осознанная провокация. Уже были подкуплены двое слуг на кухне, которые готовят еду для принцессы. Немного зелья в кушанье – и плод погибает. Расследование быстро выясняет, что нити заговора тянутся в Тверь, а приказ отдавал лично Великий князь. Горе застилает глаза молодой Хранительнице, и она в неконтролируемом гневе вызывает демонических тварей, что вам и нужно.

– Ичиро-сан, кто вам рассказал такую чудовищную ложь? – непритворно удивился Всеслав.

– Те самые слуги, – голос Китамуро не изменился ни на одну ноту, звучал ровно и спокойно, как будто дайме рассказывал прочитанный им авантюрный роман. – Фрейлина дочери Мика случайно услышала разговор, а потом мой брат Широ очень обстоятельно расспросил их. Не понимаю, чем вы их соблазнили, что подданые империи Ниппон пошли на сговор с чужаком.

– Выбирайте выражения, Ичиро-сан! – князь побагровел. – Все-таки вы у меня в гостях, а не наоборот.

– Сейчас у вас незавидное положение, Всеслав-сан. Господин Назаров пришел к вам с предложением от государя. Ваше право принять его или отказаться. Мне симпатичен Данила, его любит Тэмико, скоро у них будет ребенок, мой внук или внучка. Только из-за этого я еще учтиво разговариваю с вами, князь. Решайтесь здесь и сейчас. Отвергнете жизнь, и я сражусь с вами один на один, ибо никто, кроме высокородного, не может поднять руку на своего брата. Никита-сан не в счет, поэтому и предлагал вам вариант перебраться на Острова. Выберете служение микадо – мы сегодня же покидаем Русь. И Данила с Тэмико тоже. Увы, здесь им оставаться опасно.

Никита кивнул, подтверждая слова самурая. Он поднялся на ноги и подошел к одному из выбитых окон, выходящих на сосновый лес и парк. Одного взгляда хватило понять, что просто так их отсюда не выпустят. Ко дворцу уже подогнали броневик, с полусотни вооруженных бойцов рассредоточились вдоль здания, готовясь к штурму. Судя по затихшей стрельбе внутри, самураи взяли верх, иначе бы сюда уже спешила внутренняя охрана.

– Ичиро-сан, как обстоят дела на нижних этажах? – поинтересовался он у японца.

– Все выходы под нашим контролем, – ответил дайме, сжимая рукоять катаны. – Широ командует своими людьми, а он знает, что делать. Правда, есть одна проблема. Наименее стойкие хатамото находятся сейчас в глубоком сне после мощной магической атаки, и, если люди князя Всеслава сейчас пойдут в атаку, мы можем упустить инициативу.

– Так что вы решили, Светлый князь? – Никита снова выглянул в окно. Его привлек черноволосый мужчина в порванной в нескольких местах куртке. Судя по раскинувшемуся над ним и еще несколькими людьми в добротных одеждах едва видимому в солнечных лучах куполу, это был маг. Он что говорил спутникам и раздраженно взмахивал руками, отчего перстни на пальцах переливались разноцветными огоньками.

Увидев выглядывающего в окно молодого волхва, тот яростно ощерился и показал знаком, что готов к противостоянию.

– Вы же понимаете, господин Назаров, что я не могу бросить своих людей, – Всеслав, кажется, понимал, что происходит внизу и по его губам то и дело скользила улыбка. – Например, боярина Голицына, верного слугу, сразу же примкнувшего ко мне, несколько десятков других людей…

– Сколько вы можете взять с собой пассажиров помимо князя Всеслав с семьей? – поинтересовался Никита у Ичиро.

– Максимум двадцать человек, – самурай терял терпение. Он тоже подошел к окну и хмуро посмотрел на готовящийся штурм дворца.

Неожиданно вперед выступил низкорослый, крепко сбитый мужчина; он задрал голову и громко крикнул:

– Ичиро-сан, на каком основании вы захватили дворец? Мне крайне неприятно осознавать, что вы нарушили законы гостеприимства! Где князь Всеслав Иванович?

– Он жив, – ответил вместо самурая Никита. – Я барон Назаров, уполномочен провести арест князя Всеслава по приказу государя Владимира Юрьевича. Кто вы?

– Боярин Голицын, Глава дипломатического Приказа, – откликнулся крепыш.

– Я не знаю такого, господин Голицын. Глава дипломатического Приказа сейчас находится в Твери, а вы, выходит – самозванец?

– Прекратите городить чушь! – лицо боярина пошло пятнами. – Здесь действуют законы истинного престолонаследника!

– Мне некогда с вами вести беседы о легитимности тех или иных законов. Князь Всеслав – клятвопреступник, и закончим на этом.

– Вы не уйдете отсюда!

– Не смею вас переубеждать в этом, – вежливо ответил Никита. – Ваш князь находится здесь, и первый же приказ о начала штурма станет последним, что он услышит.

– Даю вам десять минут, чтобы сдаться! – голос у боярина был невероятно сильным, он даже не напрягался, когда разговаривал с Никитой. – Потом наши бойцы начнут атаку!

– Вы слышали, Светлый князь, – Никита отошел от окна. – Вижу в ваших глазах скептицизм. Напрасно думаете, что я не смогу уйти отсюда вместе с вами. Не хотите покидать Россию – я обеспечу вам встречу с племянником. Дуарх!

Воздух в кабинете внезапно вспух белесыми облачками инея, осевшего на полу и мебели. Демон в элегантном черном костюме, с лакированной тростью в руках и с небрежно засунутой сигарой в уголке рта материализовался перед выпучившим глаза Всеславом и Ичиро, выхватившим катану. Клинок вспыхнул серебристыми переливами. От него ощутимо полыхнуло магией.

– Не поможет, человек, – громыхнул Дуарх, поглядев на него. – Хотя меч весьма интересный.

– Мой Слуга, – представил демона Никита, краем глаза заметив попадавших на колени самураев, находившихся в коридоре. – Из Высших. Всеслав Иванович, неужели вы думаете, что имея такой козырь в рукаве, я не смогу спокойно уйти из Ярославля? Как обстановка, Слуга?

Никита осознанно не называл имя Дуарха вслух, отсекая любую возможность противника переподчинить его себе. Демон прекрасно понял, какую игру ведет волхв.

– Дворец окружен, Хозяин. Не меньше ста человек. На один зуб. Позволь обрушить на их головы всю мощь моего негодования!

Он пыхнул сигарой и окутался ароматным дымом, самым настоящим, а не бутафорией – ноздри приятно защекотало от запаха табака. Князь Всеслав поежился, столкнувшись со взглядом демона, разгорающимся багровыми угольками в глубоких глазницах.

– У тебя нет шансов, жалкий человечишка, – громыхнул Дуарх и медленно подошел к сидящему наместнику. Кончик трости ткнулся в грудь Всеслава, и от нее стал распространяться холод, постепенно сковывающий сердце. – Ни у кого нет шансов. Сейчас Хозяин даст приказ, и ты увидишь, как твои люди будут умирать. Ты готов разделить с ними эту участь или примешь предложение Хозяина?

– Барон, уберите от меня свою тварь! – испуганно выдавил Всеслав, на самом деле ощущая, как сердце начинает сбоить, а кровь сгущается, медленно остывая в венах и артериях. Может, тому виной была трость, а то и стоявший рядом не-человек.

– Позволь ленивой заднице, что постоянно прячется за моей спиной, продемонстрировать тот ужас, который ожидает людишек под окном, – неожиданно попросил Дуарх.

Никита усмехнулся. Намек на Ульмаха был понятен. Кинув взгляд на часы, висевшие в кабинете Всеслава над рабочим столом, он кивнул. Время ультиматума истекало. К стоящим внизу бойцам подошел еще один БТР, грозно задрав пушку.

– Ваше решение, князь?

– Не совершайте глупость, Всеслав-сан, – Китамуро косился на демона, спокойно покуривавшего сигару. Именно демонстрация человеческих способностей больше всего испугала крепкого и бесстрашного самурая. Он только сейчас понял, насколько тяжела ноша Хранительницы. Хрупкая девушка никогда не жаловалась отцу о своих проблемах, никогда ни у кого не просила помощи, встав лицом к лицу с сонмом тварей, желающих вырваться на волю. Откуда у Тэмико взялись силы и храбрость противостоять князю Всеславу и не поддаться на его шантаж? – Вы проиграли здесь, признайтесь. У вас еще есть шанс прожить долгую жизнь.

– На чужбине? – скривился Всеслав.

– С вами будет сын, внуки. Если желаете в жены русскую девушку, мы найдем ее для вас в Сибири.

– Время вышло! – зычно прокричал боярин Голицын.

«Ульмах, начинай, – подал мысленный приказ Никита. – Никого не убивать, накрыть ледяным куполом».

В разбитые окна дыхнуло жутким холодом, раздались вопли отчаяния и ужаса. Над дворцом нависла и стала расширяться воронка, направленная раструбом вниз, а тонкий витой жгут как пуповина уходил куда-то в серо-свинцовое небо. Заглатывая все больше и больше пространства, воронка накрыла и пляж, и вяло текущую Которосль, и парковую зону, вымораживая все, что попало под ее действие. Лопнуло железо БТРов, а вокруг разбегающихся людей стала нарастать ледяная стена, отсекая тех, кто оказался нерасторопным. Звонко защелкали разрываемые морозом деревья. Черноволосый маг взмахнул руками, посылая огненные пучки в сжимающуюся ловушку, стремясь таким образом пробить брешь и выскользнуть наружу. Но магия Инферно сводила на нет все его усилия, к тому же с невероятной скоростью обнуляя Силу чародея.

– Вы, барон, настолько беспомощны, что всегда используете демонов? – хриплый голос Всеслава раздался за спиной Никиты. Он тоже смотрел на картину зимы среди лета, особо не скрывая потрясения на лице.

– Не имею особого желания что-то доказывать, – холодно отозвался волхв. – Неужели демонстрация возможностей моих Слуг не привела вас в чувство, Светлый князь? Впрочем, я могу снять блокирующие заклятия, и мы сразимся один на один.

– Что именно сказал Владимир? – сразу обмяк Всеслав, с тоской глядя на искрящийся купол льда, над которым с монотонным гудением крутился раструб воронки. Он даже не обратил внимание на исчезновение блокирующих пут. Самурай Ичиро Китамуро тоже выглядел не лучшим образом.

– Уезжайте из страны, князь. Или умрете.

– Хорошо, – Всеслав постарел на два десятка лет. – Ичиро-сан, я принимаю ваше предложение. Только нужно забрать с собой Данилу.

– В таком случае я буду сопровождать вас вместе с Никитой-сан до места, где содержится мой зять, – Глава клана с облегчением воспринял незаметное исчезновение демона в обличии джентльмена с тростью. Слишком фантасмагорично он выглядел в разгромленном кабинете, и нахождение рядом с ним требовало невероятных усилий, чтобы Сила полностью не исчезла.

Сняв полог, Никита вышел первым из кабинета, окинул взглядом лежащих и покачал головой. Не переборщил ли он с магоформой сна? Присев перед Харитоном и Михеем, мирно лежащих рядышком друг с другом, он поочередно прикоснулся к своим старшим помощникам, посылая короткий импульс Силы, заставляя их энергетические каналы заработать на полную мощность. Старый волхв очнулся первым, повел глазами по сторонам, увидел Всеслава и машинально вздернул руку, собираясь атаковать князя. Никита сжал его запястье.

– Тихо, не бузи, дружище, – сказал он. – Война кончилась. Вставай, нам еще нужно закончить одно дело.

…Магоформа сна оказалась настолько сильной, что многие обитатели дворца, включая слуг и охранников, имевших защитные амулеты, были застигнуты ею в самых разных местах. Бойцы князя, оставшиеся в живых после быстрой атаки хатамото, и сами самураи валялись на площадках, ступенях лестниц, в коридорах и переходах между этажами. Осторожно переступая через тела, князь Всеслав мрачнел все больше и больше. Пулевые отверстия в стенах, выбитые окна, штукатурка на полу, острый запах пороха – все говорило о крахе его надежд и амбиций. Он мог, конечно, дать приказ оставшимся бойцам взять в плен магов племянника, убить Ичиро и его самураев, но здравый смысл подсказывал ему: против молодого и дерзкого барона Назарова у него нет аргументов. Ладно, демоны – это вспомогательная сила, которая показала свою эффективность. Но и сам парень оказался не промах. Вот она, демонстрация его возможностей. Одно лишь щадящее магическое плетение – и дворец стал похож на сонное царство.

– Одного не могу понять, Ичиро-сан, – выйдя на крыльцо и жадно вдыхая свежий воздух, охлажденный от огромных глыб тающего льда, произнес Всеслав, – почему вы и ваши гвардейцы не уснули?

– Никита-сан поставил какой-то хитрый блок, который повысил сопротивляемость к подобным заклятиям, – с каким-то удовлетворением ответил Китамуро, разглядывая искрящиеся в лучах летнего солнца ледяные завалы. Лишь одна дорога, ведущая через сосновый парк к особняку Данилы, была занята преданными бойцами князя. Они рассыпались вдоль опушки и взяли на прицел вышедшую на улицу группу людей.

– Светлый князь, вам лучше уговорить своих людей не вступать в бой, – предупредил Никита. – Вы уже убедились, что я серьезно намерен выполнить приказ государя.

– Барон, не понимаю вашего рвения, – откликнулся Всеслав, тяжело ступая по мокрой брусчатке площади, переступая через талые ручейки. – Вы представляете иное государство, иную Русь. Какими мотивами руководствуетесь? Владимир что-то пообещал, что перевесило все разумные доводы?

– Не забывайте, что я подданный и этой Руси, – откликнулся Никита, замедляя шаг. Шеренга бойцов вскинула оружие, давая понять, что будет стрелять без предупреждения. Наверное, они надеялись на реакцию своего князя, который сможет поставить защиту. Впрочем, для пробития силового доспеха требуется выпустить невероятное количество магических пуль, здесь они рисковали. – Титул барона дал мне Великий князь Юрий Иванович, я даже в Боровичах наместником успел побывать.

– Да, помню такой казус, – поморщился Всеслав. – Ваши прямые родственники, кажется, Анциферовы? Из мужчин вы остались одни.

– У меня есть сестры.

– Они здесь не при чем. Что именно пообещал вам, барон, мой племянник?

– Ничего. Я действую исходя из собственных принципов и морали. Можете удивляться и считать меня глупцом, но это так и есть.

– Хотелось бы их услышать и понять.

– Будь вы поразговорчивее, мы бы уже в Устюге поняли друг друга.

– С магом такого уровня мне совершенно не понятно, почему Владимир решил дать мне шанс. Я бы не колебался, – признался наместник, пристраиваясь рядом с Никитой.

– Считайте, что человеколюбие Великого князя спасло вашу жизнь.

– Человеколюбие когда-нибудь сгубит его самого, – поморщился Всеслав. – Впрочем, ему теперь с этим жить.

Они остановились в нескольких метрах от застывших в ожидании воинов, и князь заговорил, подняв руку словно какой-то римский цезарь.

– Великий князь Владимир объявил меня вне закона и предъявил ультиматум: или я навечно покидаю родину, или погибну на ваших глазах. У меня нет иного выбора, бойцы, – голос Всеслава окреп. – Если я выберу жизнь, то не смогу забрать всех вас с собой, чтобы вы так же продолжали честно и верно служить мне. А участь тех, кто участвует в мятеже, известна: смерть или каторга. Выбор второго варианта влечет за собой то же самое, только погибать мы будем с гордо поднятой головой!

– Не дурите, князь, – предупредил Никита, понимая, чем сейчас закончится речь «цезаря».

– Что посоветуете мне, верные слуги? Умирать здесь или в застенках?

– Воля! – рявкнул кто-то, и оставшиеся в живых княжеские охранники дружным воплем поддержали эту идею.

– Тогда – огонь! – улыбнулся Всеслав, делая шаг вперед.

За мгновение до выстрелов Никита скастовал мощный двухслойный купол и настроился на потоки Космоса, ибо сейчас ему требовался огромный расход Силы: защитить не только себя и князя, но и столпившихся позади них самураев и не до конца очухавшихся от сонного удара Харитона и Михея.

Град пуль обрушился на купол, воздействуя на него мощью магии; разноцветные кляксы пробоя появлялись то в одном, то в другом месте, но тут же затягивались. Воздух завибрировал от притока магической энергии, у некоторых из стрелявших пошла кровь носом. Загрохотал пулемет, стоящий на турели внедорожника, но даже его огневой поддержки не хватало уничтожить защитную сферу. Никита почувствовал движение справа, и не глядя, обрушил на князя «паучий кокон», оплетая его невидимыми энергетическими нитями. Всеслав, выпучив глаза, застыл на месте.

Никита почувствовал, как в нем разрастается жгучий шар неиспользованной Силы, и просто топнул ногой. Этот родовой прием ему подсказал в свое время Петр Григорьевич Анциферов, дед сестричек Аниты и Насти. Но он не ожидал, что эффект превзойдет все ожидания.

Земля под стреляющими бойцами обрушилась вниз, утягивая за собой в пластах глинозема, щебня и переплетения корней деревьев всех, кто находился на линии разлома. Внедорожник накренился на один бок, и пулеметная очередь хлестнула по кустарникам, сбривая их под ноль, после чего захлебнулась. С жалобным треском, ломая кроны, в образовавшуюся трещину рухнули несколько сосен. Оставшиеся в живых – от силы четверо человек – сделали то, что и надо было сделать в самом начале. Они убежали.

Никита снял купол, чувствуя облегчение во всем теле. Казалось, еще мгновение – и его разорвет от накаченной мощи магии. Самураи смотрели на него как на живое воплощение бога Хатимана[1], чуть ли не на колени падая. Ичиро Китамуро выпятил грудь, словно гордился знакомством с таким великим воином как Никита-сан. Харитон и Михей застыли, по-новому оценивая своего молодого спутника.

Волхв при общем молчании стравил остатки Силы в Инферно. А потом снял «паутину» с Всеслава.

– Убедились, князь, что я могу и без демонов дворцы и замки брать? – бесстрастно спросил он Всеслава. – Давайте без этих показных подвигов. Забирайте Данилу, своих самых верных слуг – и улетайте. Ичиро-сан, сколько вам потребуется времени, чтобы подняться в воздух?

– Два-три часа, Никита-сан, – Китамуро зачем-то посмотрел на солнце. – Все необходимые приказы о подготовке аэролета я уже отдал. Осталось только доставить туда всех слуг и воинов.

– Ну и прекрасно, – подавив неожиданный зевок, ответил Никита. – Пора эту войну заканчивать. Меня дома ждут.

Примечание:

[1] Хатиман – Синтоистский бог войны, покровительствующий героям во время битвы.