Текст книги "Отвергнутая истинная чёрного дракона (СИ)"

Автор книги: Светлана Ворон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 23 страниц)

Глава 68. Хозяйка

– Мои жена и дочь должны расти в комфортных условиях, – заявляет спокойно. – Тебе здесь разве не нравится? Ты хочешь вернуться во дворец?

– Конечно, нет, я… – набираю воздуха в лёгкие.

– Я так и подумал, что не захочешь, – кивает Хитэм уверенно, – поэтому переношу дворец сюда.

– Но я не… – опять пытаюсь вставить хоть слово.

– Агу, – заливисто перебивает меня Тэми, хватая пучок волос отца.

Засовывает его в рот и слюнявит кончик. И тут же закашливается со слезами.

– Ваше величество! – бросается вперёд Ари, протягивая руки.

– Она же сейчас… – я тоже пытаюсь его предостеречь.

Всего лишь секундное замешательство, и половина лица и плечо новоявленного папаши оказываются в белой, творожистой отрыжке.

Все замирают. Звуки вокруг смолкают. Немая сцена.

– Твою же мать… – отодвигает Хитэм девочку на вытянутых руках, по которым ещё и сочится тёпленькая жидкость. Затекает ему в рукава и пачкает начищенные ботинки.

Лицо у него ошарашенное и растерянное. Меняется на испуганное.

– Агу! – Тэми начинает интенсивно икать, вот-вот ещё порцию отрыжки выдаст.

Я первая отмираю. Начинаю смеяться, не могу себя удержать.

Протягиваю руки, но Ари меня опережает.

– Нет, что вы, я сама! – торопливо забирает девочку из рук короля, смотрит на него, потом на меня виновато. – Простите!

А Хитэм буквально в ступоре. Разглядывает свои описанные руки так, словно они принадлежат кому-то другому. Выражение лица занимательное.

Не то чтобы брезгливое, скорее уж до предела шокированное.

– А ты думал, дети – это как в куклы поиграть? – смеясь, протягиваю ему полотенце, смоченное водой.

– Пожалуй, я лучше слетаю, переоденусь, – хрипит Хитэм и так и выходит наружу, неся руки вытянутыми.

– Тебе понадобится много новых мундиров, если и вправду хочешь понянчиться с дочерью, – вслед бросаю, не переставая смеяться.

И добавляю мрачно себе под нос:

– И если не передумаешь.

Хитэм взмывает в небо, распугивая работников. И я остаюсь один на один со всеми этими людьми, превратившими тихое, уединённое место в средоточие хаоса.

Но очень скоро меня затягивает вся эта кутерьма, когда прорабы один за другим начинают приходить ко мне за советом.

Ведь Хитэма нет, подсказать им попросту некому. А делать надо. Сроки у них горят, которые Его Величество выставил.

– Хозяйка, – обращается один, показывая мне несколько видов облицовочных камней для фасадов бань. – Король Дитреваль приказал к вам обращаться со всеми вопросами.

Выбираю керамическую плитку песочного цвета с зелёным орнаментом для «турецкой» бани и морёную корабельную сосну для обычной парной. Из серо-голубого мрамора предлагаю выложить баню с минеральными ваннами.

Я настолько увлекаюсь процессом, что не замечаю даже: Хитэм давно вернулся, но не вмешивается. Позволяет мне самой принимать решения, словно эта банная империя принадлежит мне.

Я уже представляю, как булыжником выложат улочку «волной», следуя изгибам реки. Где будут стоять сувенирные лавки, а где – закусочные.

Мой король весь день таскается с малышкой, пока я тут «работаю». Мне не сложно, я в буквальном смысле отдыхаю от материнства, в котором последние два месяца утонула с головой.

Возвращаюсь в домик два раза: чтобы покормить Тэми и перекусить самой. Даже забывать начинаю, что выгляжу как старая бабка.

Функции тела у меня работают исправно. А благодаря хорошему питанию и эмоциональной разгрузке молока у меня сегодня столько, что коровье уже не требуется.

На закате рабочие погружаются в телеги и уезжают на ночёвку в постоялые дворы города, обещая утром вернуться.

Выдыхаю, когда это место погружается в привычную тишину. Слышен только стрёкот цикад и журчание горной реки. Иногда всплеск рыбьего хвоста.

Запах распиленных сосен смешивается с ароматами полевых цветов и мяса кабанчика с овощами. Его изловили королевские охотники, а приготовили поварихи и тоже уехали.

Я думала, Ари со мной на ночь останется. Но захожу в дом и с удивлением вижу там только Хитэма, укладывающего нашу малышку.

Он в одной белой рубашке. Камзол небрежно брошен на спинку стула вместе с портупеей и всем оружием. Сапоги стоят на пороге, потому что пол в домике теперь аккуратно застелен ковровым покрытием в светло-бежевых тонах.

Люлька Тэмиэль тоже новая. Из лакированного дерева, с механизмом укачивания и висящей над головой каруселью. Красивая, на боку – орнамент в виде сказочных зверей.

Стены украшены светильниками с магическими кристаллами, мягко и равномерно освещающими дом.

Мне и со свечами очень нравилось, запах воска дарит уют. Но кристаллы безопаснее, чем открытый огонь.

Яркость можно регулировать, и сейчас она минимальная, тёплого оттенка. Создающая атмосферу таинственности, романтики.

– Ты зачем отослал няню? – шиплю на бывшенького с порога. – Она обещала мне остаться!

– Тс-с, – поглаживает он щёчку дочери подушечками пальцев, пока та сонно моргает, засыпая.

Снова чувствую себя лишней. Хитэм ворвался в моё уединение, в который раз перевернув жизнь с ног на голову. И ведь не спешит уходить, несмотря на то, что мы уже всё выяснили.

– Я хотела ещё раз её покормить, так она дольше спит, – ворчу, как настоящая старая бабка, вечно всем недовольная.

– Я принесу её к тебе, когда проснётся, не переживай.

Тут-то у меня челюсть на пол и падает.

– Ты что?.. – потрясённо шепчу. – Ты собираешься тут ночевать остаться?!

Глава 69. Позволь сказать

Оглядываюсь растерянно.

Спальня Тэми расположена в бывшей хозяйской комнате. Там совсем узкая, старая кровать. Вся кривая и короткая, ноги Хитэма точно будут с неё свешиваться.

Но зато моя кровать – теперь вовсе не моя. Она новая, с высокой резной спинкой и в два раза шире предыдущей.

Не хватает только балдахина королевского. Видимо, Хитэм всё же смекнул, что в хибаре ведьмы вычурная мебель будет смотреться совсем нелепо.

Сглатываю, когда непрошенные мысли лезут в мою дурацкую голову. Даже не будь я теперь дряхлой, уродливой старухой, всё равно не стала бы спать с Хитэмом. Нет!

Вижу движение краем глаза и непроизвольно в сторону отступаю, когда Хитэм ко мне приближается.

Чувствую его приятный аромат – огня, кипариса и пачули, – и рот слюной наполняется.

Желудок переворачивается, мышцы живота сокращаются. Ноги становятся ватными. В животе бабочки трепещут.

Чувство такое, будто я на краю пропасти и вниз прыгнуть собираюсь. Всё внутри обмирает.

Вскидываю глаза и застываю, напарываясь на его острый взгляд – очень внимательный.

– Ты чего это?.. – хриплю нервно и тихонько шагаю назад, руками себя обхватывая. – Ты это брось!..

Я его мысли читаю даже на расстоянии. Он задумал что-то очень неправильное и срамное.

– Знаешь, что? – вскидывает он бровь и начинает расстёгивать одну за другой пуговицы на рубашке.

Медленно.

– Ээ, что? – туплю, не в силах отвернуться.

Дыхание у меня сбивается. Мысли мечутся между ожиданием чуда и страхом, что он попросту издевается.

Я же старуха!

Тогда почему у него глаза так горят, словно я всё ещё его Эль?

– Ты родила мне девчонку! – рычит таким низким, сексуальным голосом, как будто на что-то намекает.

Но я сейчас плохо соображаю. Вся ситуация, мягко говоря, смущающая. Ещё и этот его идеальный торс перед лицом.

– А я хотел сына.

– Что?! – моментом в себя прихожу.

Гнев внутри закипает. Кулаки сжимаются, и хочется вмазать бывшему по лицу.

Останавливает только то, что он почти смеётся.

– Не поняла, – шиплю сквозь зубы, аж скулы ломит. – Ты сейчас предъявляешь мне за то, что я не того ребёнка тебе родила?!

– Нет, – невозмутимо шагает вперёд, расстёгивая манжеты.

Глаза у него горят. Неприкрытым желанием, а ещё лукавством.

– Я хочу сказать, что придётся нам снова поработать. Над мальчиком.

– Чего?..

Растерянно хлопаю глазами, а этот мерзавец уже вплотную подступает. Сверху нависает и взглядом горячим давит. Жаром драконьим окружает, головокружительным мужским ароматом.

Ведёт по моему предплечью пальцами, и я вздрагиваю от ласки совсем по-прежнему. Токи под кожей разбегаются, дыхание срывается.

– Какого мальчика! – снизу смотрю, ресницами хлопаю возмущённо. – Я старая. Поздно.

Покачивает головой, а у меня мозги плывут под его обжигающим взглядом. Мурашки от пальцев, сжимающих локоть.

– Была бы ты по-настоящему старая, не смогла бы выносить и кормить ребёнка. Всё у тебя работает, изменилась только внешняя оболочка.

Ныряю под его рукой, сбегая от смущающей близости. Отчаянно мотаю головой, чувствую в глазах горькие слёзы.

– Нет, я так не могу, – бормочу обиженно. – Всё уже сделано, я тебе больше не ровня. Чары не отменить.

Разворачиваюсь к нему и наталкиваюсь на серьёзный взгляд. Хитэм рядом, но вплотную больше не подходит.

– Это ты во всём виноват! – больше не сдерживаю слёзы, наружу всю боль выпускаю. Реву отчаянно. – Это из-за тебя я такой стала. Ты сам отказался от меня, помнишь?! Не хотел жениться! Видеть даже не хотел. Тряпку на лицо, кляп в рот – красота, да?! Твои слуги мне абортивное зелье приносили, ты и ребёнка не хотел! А теперь что, передумал?!

– Что, прости, приносили? – поднимает он брови.

– Это уже не важно, – покачиваю головой. – Всё не важно. Можешь забрать своих прорабов и уматывать обратно во дворец к своим юным девственницам. Мне от тебя ничего не нужно. Будешь видеться с дочерью – я не против. Я её воспитаю, как положено. Можешь оставить мне слуг, найти ей учителей. Можешь нас обеспечивать одеждой, продуктами и охраной, если тебе этого вправду хочется.

Перевожу дыхание и прячу под шаль дряблую шею.

– Но не проси меня теперь быть твоей парой, когда я такая. Дряхлая, уродливая старуха!

– Хорошо, – говорит вдруг он, и у меня в груди тяжелеет камень, а в горле встаёт ком новой обиды. – Но я всё же дострою банный городок, как обещал. И оставлю в подарок. Сама развивай, если не хочешь меня видеть. Только позволь мне сначала сказать, что об этом всём думаю я?

– Да, конечно… – обессиленно опускаю плечи.

Вот и всё, я добилась своего. Он согласен меня оставить.

Я хотела этого, просила его уйти. Почему тогда мне так больно?

– Ты хотела меня наказать за всё, что я тебе сделал?

Поднимаю глаза. Смотрим друг на друга, и будто оба сгораем внутри дотла.

– Да, очень хотела, – признаю свою слабость. – Чтобы ты мучился и страдал. Чтобы пожалел обо всех своих намерениях и словах. Чтобы раскаялся. Чтобы тебе тоже было больно!

– Ты не себя наказала вот этим, – рукой мою фигуру обводит, имея в виду мою старость, – а меня. Я это заслужил, ведь так? Потерять истинную навсегда, раз не принял её сразу.

Он так глубоко сейчас меня понимает, как даже не понимала я сама.

– Да! – шепчу со слезами. – Да, ты заслужил потерять меня навсегда. Заслужил быть униженным так же, как была я.

– Что ж, я принимаю твоё наказание, Лори, – кивает и вновь делает шаг ко мне.

На этот раз я не отступаю. Потому что я в шоке.

– В смысле?.. – ахаю растерянно, когда он берёт мою ладонь и подносит к своим губам.

А затем расправляет мои артритные пальцы и прикладывает к своей щеке, словно ласкается.

Замираю потрясённо. Дыхание останавливается.

Его кожа горячая. Однодневная щетина покалывает ладонь.

– Я понесу своё наказание, Эль, – кончиками пальцев по щеке моей проводит и с нежностью смотрит. – Только не проси, чтобы я ушёл.

Таю под его чарующим взглядом и чувствую слабость в коленях. Сердце болит, душа горит, глаза жжёт. Мне так больно!

– Принимаешь, значит? – с горечью выдавливаю сквозь удушающий ком. – Легко тебе говорить, когда на мне этот браслет!

Хватаюсь за застёжку и сдёргиваю с запястья эльфийскую защиту. С горьким триумфом смотрю на Хитэма, ожидая очередного подтверждения его отношения.

Его равнодушия!

Если он не принял меня как истинную, когда я была молодой и красивой, старухой уж точно не примет.

Это всего лишь красивые слова. А на деле нужно ещё доказать, что они правдивы.

Руку жжёт, когда на ней заново вспыхивает метка и вырисовывается драконий узор – знак моей принадлежности Дитревалю.

В нашем мире живуча такая вот несправедливость: женщина метку получает сразу, а мужчина – только когда эту связь примет. Солгать не выйдет.

Глава 70. Прости меня

Хитэм даже не меняется лицом. Он спокойно поднимает свою руку, демонстрируя мне свою метку, синхронно загорающуюся с моей.

Целую минуту я таращусь на его клеймо, полностью идентичное моему. Чувствую всё, что на душе у дракона, через образовавшуюся между нами магическую связь. Глазам и сердцу не верю!

Он, и правда, принял меня как истинную?! Полностью и бесповоротно. В облике старухи.

Нет, этого не может быть. Это какое-то колдовство!

И самой себе отвечаю: чувства врать не могут.

Между нами повисает звенящее, напряжённое молчание, которое звучит громче слов. Буквально оглушает эмоциями. Слепит.

Его боль, его искреннее сожаление, его вина. Моя обида и его неистовое желание всё исправить. Моя влюблённость, разочарование и его… любовь и тоска.

– Слишком… поздно, – глухо роняю.

Мне кажется, что сердце сейчас разорвётся. Но я не стану даже теперь ему жено…

– Никогда не поздно, – возражает он, сокращая последнее расстояние между нами.

И обхватывает мои щёки. Смотрит в глаза несколько долгих секунд. И впивается в губы.

Ахаю и пытаюсь отпрянуть, да кто же меня отпустит!

Хитэм толкает меня к столу и вжимается бёдрами. Так жарко целует, что я под его напором теряюсь. Покусывает мою нижнюю губу, просовывает язык внутрь и стонет мне в рот.

Чувствую его твердеющий член через юбку, и только тогда до меня доходит, что он не шутит.

– Я же старая! – выдыхаю, когда град его поцелуев на шею перемещается. – Некрасивая!

– Мне всё равно, – шепчет и щелчком гасит кристаллы. – Так тебе легче будет?

Комната погружается во тьму. Слышно только шуршание сдёргиваемой одежды и наше частое дыхание. Мой первый стон, когда Хитэм прикусывает кожу под ухом. Его рычание, когда он подхватывает меня на руки и несёт к кровати.

Падаю на подушки, избавленная от платья, в одной тонкой сорочке. Во мне: смесь из правильного и запретного, из желания и ужаса.

Хитэм рывком раздвигает мои ноги и медленно задирает сорочку. Ласково руками по коже ведёт, чувственно сжимает и дорожки обжигающих поцелуев прокладывает.

Поверить не могу, что он действительно на это серьёзно настроен. Слабо вижу его лицо – оно вспыхивает и тает в мерцании метки на его запястье.

А моя метка – тёмная. Ещё и ноет неприятно, болезненно покалывает. Как будто последние силы из меня вытягивает.

Или из него?

Забрав мою молодость, Урухвильда и дальше будет питаться моими силами. Теперь, когда истинная связь образовалась напрямую с драконом, будет тянуть и из него.

Я как проводник между ними. Бездонная дыра, поглощающая магию дракона, пока та полностью не иссякнет.

– Урухвильда… – хочу предостеречь Хитэма, но он и сам всё прекрасно понимает и чувствует.

– Меня и на троих хватит, не переживай, – рычит, дёргая меня за лодыжки и под себя укладывая.

Сверху наваливается, и его твёрдая, горячая плоть прямо мне в лепестки упирается.

Тяжело дышу от предвкушения и страха. Я не готова, всё слишком быстро и неправильно развивается.

– Теперь ты меня не принимаешь, Лори! – Хитэм жадно целует моё лицо, сдавливает ягодицы твёрдыми пальцами.

– Легко тебе говорить, когда ты меня даже не видишь! – толкаю его в грудь.

Я хочу видеть его глаза. Читать в них правду. А не прятаться в темноте от стыда, что я теперь вот такая.

Хочу убедиться ещё раз, что Хитэму в самом деле не важно, молодая я и или старая.

Щелчком дракон возвращает в кристаллы магический свет.

Ничего не меняется, он смотрит всё с той же лаской во взгляде. Но чуть замедляется, как будто теперь растягивает удовольствие. Каждой секундой близости наслаждается.

Обводит кончиками пальцев моё лицо, убирая волосы. Ведёт большим пальцем по приоткрытым губам, внимательно наблюдая за реакцией.

– Прости меня, – шепчет с болью. – Я наломал много дров. Но я всегда любил и хотел тебя – с первого раза, как встретил по-настоящему. До этого ты не была чем-то реальным. Просто галочкой в очередном списке побед короля. Ты научила меня видеть больше. С момента, как ты отходила меня той мокрой тряпкой, я пропал. Потерялся в твоих дерзких глазах навсегда…

Тут сложно не улыбнуться. Эпичный был с тряпкой момент.

– А если бы я не была такой дерзкой и не сбежала, то и сидела бы сейчас в твоём дальнем поместье, растила бы тебе наследника. А ты бы и дальше жил в своё удовольствие?

Хитэм не смеётся в ответ.

– Если бы ты не была такой дерзкой, Лориэль, ты бы не стала моей истинной.

А затем наклоняется и целует медленно, со значением. Рот открывает широко и захватывает мои губы страстно, будто их пожирает. И стонет, когда я робко ему отвечаю.

– Перестань! – снова сопротивляюсь.

Мы смотрим друг на друга, тяжело дыша.

И вроде уже достаточно подтверждений, что Хитэм принял меня, но мне всё мало. Да, я жадная!

– Это всё наша связь. Она ослепляет тебя, – бормочу, напряжённо вглядываясь в пылающие глаза с вертикальным зрачком. – Дракону всё равно, молодая у него истинная или старая.

– Ну, хватит уже противиться, Лори, – вздыхает Хитэм и неохотно выпускает меня из объятий.

Шарит по полу, а затем возвращается и протягивает мой браслет.

– Ты в любом возрасте прекрасна, – уговаривает не волноваться, пока я снова скрываю метку. – И ты не такая уж старая, не преувеличивай. Зрелая женщина, но не совсем уж старуха.

Дурацкий браслет не застёгивается, предатель. Как будто сговорился с истинным против меня.

– Твой новый облик не влияет на меня, – король сжимает мою трясущуюся руку, призывая не нервничать так. – Оставь как есть. Близость двух истинных – гораздо приятнее, чем обычная связь. Потом починю, если захочешь. А сейчас позволь случиться тому, чего не избежать.

Глава 71. Чары

Я расслабляю пальцы, и ненужный браслет падает на кровать.

– Я не воспринимаю твою новую внешность как старость, – ласкает Хитэм моё лицо. – Скорее уж, как проклятие. А если бы я вдруг стал седым и старым, ты бы от меня отказалась?

– Конечно, нет, – не задумываясь, отвечаю. – Но старому королю иметь молодую жену – не зазорно. А если наоборот, то это вызовет в обществе раскол и неодобрение. Шушуканье. Смех.

– Никто не посмеет, – подхватывает меня под бёдра и меняет положение на постели. – А если кто вякнет, язык отрежу.

Теперь он лежит на спине, а я – сижу на нём.

Бретели съезжают с плеч, сорочка собирается на талии, обнажая мою пышную грудь. Если бы я не была кормящей мамой, выглядела бы, наверное, совсем печально. Но хотя бы за форму груди я не волнуюсь, она красивая, полновесная.

Медленно седлаю своего мужчину, вбирая его твёрдый член. Оба стонем от удовольствия, мурашки разбегаются по коже и ударяют в низ живота.

Хитэм хватает меня за бёдра и насаживает сильнее. Приподнимается, и контакт становится ещё теснее.

Двигаться начинает в горячем ритме. Каждый новый толчок – глубже. Ощущения – слаще, острее.

Я забываю обо всём, когда мой истинный с рычанием ускоряется, одной рукой придерживая за талию, второй – сжав волосы на затылке. Учит меня скакать на нём наездницей, быстрее, сильнее.

Изгибаюсь от удовольствия, накатывающего волнами с каждым толчком. Задыхаюсь, когда Хитэм покусывает шею и обжигает хриплым дыханием. Захватывает в плен сосок, и я кричу.

Это так горячо, так отчаянно. Мы оба – на грани. Сгораем в огне нашей страсти.

Метки пульсируют, раскатывая жар магии по венам. Достигая чресел, жар подпитывает костёр.

Это сильнее в сто раз, чем всё, что было между нами до этого. Эмоции переплетаются, струны натягиваются и звенят. Взаимные чувства многократно усиливаются друг другом.

Я лечу к вершине стремительно. Умираю и возрождаюсь в объятиях истинного, когда меня накрывает мощным оргазмом.

Ощущение, что я самовозгораюсь, не затихает, а становится вдруг невыносимым. Рвётся из грудной клетки зверем, требующим свободы. Метка словно растекается под кожей и теперь жжёт всё тело, я сгораю до пепла, до самых костей.

Кожа покрывается скорлупой, которая с глухим хрустом трескается. Чувство перерождения застигает меня врасплох.

Электризуется воздух, поднимая волосы. Частицы магии разлетаются, как в замедленной съемке. Весь мир застывает, течение времени на миг останавливается.

Я словно взлетаю в воздух и парю, всей кожей ощущая полное обновление.

А затем мир взрывается.

Осколки меня прежней разрезают воздух и растворяются в нигде. Ударная волна высвобожденной энергии выбивает стёкла в окнах, рвёт занавески и разбивает всю посуду в доме.

Запах огня слизистые обжигает. Звук оглушает. А когда зрение и слух возвращаются, из детской раздаётся плач Тэми.

– Ой! – скатываюсь с мужчины, возвращаю сорочку на плечи и спешу к дочери, которую мы разбудили.

– Лори! – Хитэм что-то хочет сказать, но я спешу.

Малышка вывернулась из пелёнок и сучит ручками-ножками, недовольно морща носик.

– Лоо-рии, – приобнимает меня Хитэм и целует в висок, с интересом заглядывая через плечо.

Обжигающе гладит и мнёт мою талию, пока я шустро меняю дочке мокрую пелёнку, заворачивая её в сухую и чистую.

Кладу на бочок и толкаю люльку, которая равномерно раскачивается, усыпляя малышку снова.

И чувствую бедром, что мой мужчина снова меня хочет. Он не отпустит меня сегодня ни на минуту. Нас ждёт бессонная ночь.

Я тоже соскучилась. Очень.

– Ло-ри, – шепчет, утягивая меня за собой. – Ну же. Идём скорее. Что покажу.

И не к кровати ведёт, а к единственному уцелевшему зеркалу в доме. Только трещинка маленькая в уголке.

– Какой бардак мы устроили, – ворчу, переступая через валяющиеся повсюду осколки и не сразу понимая, что именно он мне показывает.

Пока он не берёт меня за подбородок и не заставляет посмотреть на своё отражение.

– Чары разрушились, – за шею прикусывает и вжимает между моих ягодиц свой твёрдый орган, пока я шокированно пялюсь на себя в зеркало.

Растрёпанная и раскрасневшаяся. Красивая. Молодая.

– Ох…

Опускаю взгляд на ровную кожу рук, недоверчиво трогаю гладкое лицо. Перебираю волосы, снова золотистые, а не седые. Упругие, здоровые кудри.

– Как это возможно? – поворачиваюсь к королю лицом, веду тонкими пальцами по его плечам и тону в обжигающем взгляде.

Он целует. Впивается в мои губы, словно насытиться не может.

– Истинность сильнее любого колдовства, – бормочет между жадными касаниями, а затем отрывает меня от пола, сажает на свои бёдра и опять в кровать несёт.

– А с Урухвильдой теперь что будет? – хмурюсь, падая в мягкие подушки и принимая вес своего возлюбленного.

– Мне как-то плевать, – кусает меня за рёбра, заставляя ойкнуть, и смеётся довольно. – Попользовалась – и ладно. С неё хватит.

Я не злюсь на ведьму. Это же по моей просьбе старуха мне помогла. Даже жаль её, источник вечной молодости обрела и почти сразу же потеряла. Вряд ли успела многое.

Представляю шок какого-нибудь неудачливого бедолаги, заснувшего с молодухой, а проснувшегося со старой ведьмой в одной постели. А если он ещё и жениться на ней успел?

Но это, и правда, не моё уже дело. Урухвильда умеет выживать. Я ей признательна, но больше ничем не обязана. Так решила магия – вернуть всё на свои места.

Захочет – на новом месте обоснуется. А не захочет – сюда вернётся.

У меня теперь своя банная империя есть, я на её домик не претендую. Если пожелает, найдётся и для неё лавка в горной королевской резиденции. Я лично похлопочу.

– Теперь порядок? – смотрит Хитэм мне в глаза с предельной серьёзностью, заполняя меня одним глубоким рывком. – Теперь ты выйдешь за меня?

– Я даже не знаю, – беззлобно издеваюсь, наслаждаясь чувственными толчками любимого. – Смотря как попросишь.

– То есть, ты хочешь этим сказать, что прилюдно откажешь мне несколько раз, чтобы наказать? – улыбается Хитэм, стискивая мои ягодицы и раскрывая для более сильных и глубоких проникновений. Наращивает темп, заставляя меня задыхаться от накатывающего удовольствия. – Будешь проверять, насколько моего упорства хватит?

– Обязательно! – клятвенно обещаю, прежде чем отдаться наслаждению, захватывающему разум и тело целиком.