Текст книги "Главный Инженер. Трилогия (СИ)"
Автор книги: Сергей Карелин
Соавторы: Вадим Фарг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 46 страниц)
Глава 11
Я замер с кружкой в руке, прекратив жевать печенье. Мозг моментально прогнал базу данных запахов, доступных моей памяти. И это, к моему сожалению, был этилмеркаптан. Специальный одорант, который газовщики добавляют в бытовой природный газ для того, чтобы человек мог почувствовать утечку до момента взрыва.
– У вас газ включен сейчас? – спросил я, аккуратно ставя кружку на стол.
– Нет, я же чайник сняла и конфорку сразу перекрыла, – удивилась Рита, глядя на плиту.
Я встал из-за стола и подошел к старой плите. Запах здесь значительно усилился и бил в нос. Он шел не от самих конфорок, а откуда-то сзади, от стены, где проходил шланг газовой магистрали.
Я моргнул, привычно переключая фокус зрения, и включил свой интерфейс, активируя «Аналитический взор». Сфокусировал зрение на шланге за плитой, просвечивая его структуру на микроуровне. И то, что я увидел, заставило меня вздрогнуть.
Это была не просто трещина на изношенной резине и не случайный заводской брак, который проявился со временем. На изгибе черного шланга, почти у самого вентиля, я видел ровный срез. Он казался совсем незаметным, так как был сделан тонким лезвием, скорее всего, канцелярской бритвой или скальпелем, и пропускал газ мизерными порциями.
Я сразу просчитал все что могло произойти дальше. Обычный прорыв вызвал бы резкий запах в первые же минуты, жильцы подняли бы панику и вызвали аварийную службу, к тому же малейшая искра от спровоцировала бы взрыв, который разнес бы половину этого подъезда. Этого злоумышленнику явно не было нужно, поэтому он поступил хитрее и этот надрез работал по другой, куда более изощренной схеме.
Газ будет сочиться медленно, капля за каплей заполняя пространство. Он тяжелее воздуха, поэтому начнет скапливаться внизу, на уровне пола, постепенно поднимаясь вверх к уровню кроватей. Ночью, когда уставшая Рита и ее больной ребенок будут крепко спать, концентрация отравляющего вещества достигнет критической отметки. Они не проснутся, а просто уснут, но уснут навсегда.
Почти идеальное преступление. Полиция и дежурные газовщики приедут утром по вызову соседей, констатируют трагическую случайность из-за неисправности старого оборудования, спишут все на бедность жильцов и износ материалов. Уголовное дело закроют в тот же день, сдав в архив.
– Максим, что-то не так? Вы меня пугаете, – голос Риты дрогнул.
Я не стал ее пугать, паника – это неэффективный инструмент в любой кризисной ситуации, она только мешает думать.
– У вас вентиль немного подтравливает от старости, – сказал я скучным голосом, поворачиваясь к ней. – Видимо, когда чайник ставили, случайно задели трубу. Я сейчас его подтяну, у меня нужный инструмент с собой в кофре. Вы пока откройте форточку здесь и в комнате, где дочка спит, пусть свежий воздух зайдет. Весна все-таки на улице, проветрить помещение не помешает.
Она послушно кивнула, поверив моему будничному тону, и ушла в соседнюю комнату, шаркая тапочками.
Я протянул руку и перекрыл магистральный кран на трубе, подача газав квартиру прекратилась. Затем быстро достал из кофра моток армированной изоленты и в несколько слоев, плотно забинтовал порез на шланге. Это конечно была временная мера, но она надежно купировала текущую угрозу.
Стоя у плиты, я попробовал проанализировать ситуацию.
Кому могла понадобиться смерть женщины и ее ребенка? Это был хладнокровное покушение на убийство. У Риты точно не было миллионов в офшорных зонах и она не владела пакетами акций. Она жила от зарплаты до зарплаты, считая копейки перед походом в магазин. Такие люди не становятся мишенями для киллеров. Значит, мотив лежал в другой плоскости. Может пресловутый квартирный вопрос, черные риелторы вышли на охоту? Или месть бывшего мужа из-за нежелания платить алименты?
Я не был спасителем человечества и не страдал комплексом героя, но оставлять эту непонятную ситуацию на самотек я уже не мог, как-то это… неправильно, не по-человечески.
Рита вернулась на кухню, зябко потирая худые плечи.
– Открыла. А то и правда как-то душно стало в квартире, голова кружится. Все нормально с плитой, вы починили?
– Все под полным контролем, – я убрал моток изоленты обратно в кофр. – Но этот газовый шланг нужно будет обязательно заменить в ближайшие дни, не затягивайте с этим. Я временно устранил проблему, затянул хомут, однако резина совсем старая, она потеряла эластичность. Позвоните в газовую службу завтра утром, пусть пришлют мастера для замены.
Я не стал говорить ей про канцелярскую бритву и покушение. Пока я точно не пойму, кто именно приходил в эту квартиру и имел свободный доступ к плите, пугать ее было бессмысленно и жестоко. Она начнет паниковать, совершать нелогичные поступки, звонить в полицию. А полиция все равно ничего не докажет, спишет на паранойю, а лишь спугнет реального исполнителя. А еще у них появятся вопросики ко мне, а мне совсем не хотелось тратить время на бессмысленные разговоры.
Сев обратно на табуретку, я взял кружку и снова сделал глоток остывшего чая. Нужно было аккуратно задать пару уточняющих вопросов, не вызывая подозрений.
– Вы живете здесь вдвоем с дочкой? Больше никого? – спросил я нейтрально, словно просто поддерживая дежурную беседу водопроводчика с клиенткой.
Рита тяжело вздохнула и опустила глаза на загрубевшие от постоянной стирки и мытья полов руки.
– Да, вдвоем. Муж ушел три года назад, алименты принципиально не платит, скрывается от приставов. Я сама кручусь как белка в колесе, пытаюсь концы с концами свести. Квартира вот от бабушки досталась по наследству, хоть за аренду чужим людям платить каждый месяц не надо, слава богу.
– А гости у вас часто бывают? – я продолжал мягко допрашивать ее. – Родственники, может друзья заходят на чай? Кто-нибудь мог случайно задеть трубу за плитой во время активной уборки или готовки?
Она грустно покачала головой, глядя в окно на темнеющий двор.
– Какая там активная уборка… Я сама по выходным полы быстро мою, за плиту редко лезу. Гостей у меня не бывает вообще, мне не до праздников и веселых застолий. Только брат мой иногда заходит. Игорь, но он больше проблемы приносит в этот дом, чем какую-то радость.
Я мысленно поставил жирную галочку напротив этого имени. Брат. Родственник, имеющий беспрепятственный доступ в квартиру.
– Пьет? – прямо и жестко спросил я, глядя ей прямо в глаза.
Рита горько усмехнулась, на ее глаза навернулись слезы.
– Не то слово, Максим. Он живет в соседнем доме у своих собутыльников, нигде не работает. Приходит сюда деньги просить на выпивку, скандалит на весь подъезд, позорит меня перед соседями. Я ему не даю ни копейки, так он начинает вещи из дома выносить втихую, пока я отвернусь. Недавно вот золотую цепочку мамину забрал со стола, сдал в ломбард за копейки. Я плакала, просила вернуть память о маме, а он меня просто оттолкнул, выругался и ушел.
Я слушал ее и анализировал портрет подозреваемого. Классический маргинал. Такие люди живут животными инстинктами и не способны на сложные, растянутые во времени многоходовки. Мог ли обычный пьяный брат додуматься до среза на газовом шланге? Маловероятно. Пьяницы бьют посуду, кричат, воруют ценности, лезут в драку с кулаками. Тихие, расчетливые убийства это почерк человека трезвого, жестокого и прагматичного. Либо Игоря кто-то очень надоумил и нанял за пару бутылок водки, либо в игре участвовал кто-то еще, оставаясь в тени. Например, те же черные риелторы, которые положили глаз на бабушкину недвижимость в хорошем районе и решили элегантно устранить законную наследницу чужими руками.
– Понятно, тяжелая ситуация, – я допил остатки чая и поднялся, задвигая табурет под стол. – Спасибо за угощение, чай меня согрел. С вас по минималке, как я и говорил.
Рита суетливо достала из кармана несколько смятых сторублевых купюр, аккуратно отсчитала нужную сумму и протянула мне деньги.
– Вы меня просто спасли сегодня, Максим. Если что-то еще сломается по сантехнике, трубы потекут или кран сорвет, я только к вам буду обращаться. Вы честный человек.
– Обращайтесь, не стесняйтесь. Мой номер телефона у вас записан, звоните в любое время, если возникнет авария.
Я убрал смятые купюры во внутренний карман куртки, застегнул кофр и закинул его ремень на плечо. Пора было уходить. Я подошел к входной двери, щелкнул замком и уже потянулся к ручке, когда в подъезде раздался оглушительный грохот.
Кто-то поднимался по бетонной лестнице и громко матерился на весь этаж, не стесняясь соседей. Шаги приближались к нашей лестничной площадке. Рита мгновенно побледнела, кровь отхлынула от ее лица, а глаза расширились от животного страха.
– Это он, – прошептала она одними губами, испуганно глядя на меня. – Игорь. Опять пьяный приперся нервы мотать.
Она инстинктивно подалась назад, прячась за мою спину и в тот же момент входная дверь содрогнулась от первого удара тяжелым кулаком.
– Ритка! Открывай, сука! – раздался пропитый голос. – Я знаю, что ты там прячешься, тварь! Колян сказал, к тебе хахаль какой-то зашел полчаса назад! Открывай, кому говорю, а то я дверь с петель вынесу к чертям собачьим!
Дверь снова содрогнулась, на этот раз от удара ботинком, а с потолка посыпалась побелка.
* * *
После очередного удара, дверь распахнулась и в проеме появился грузный мужик в помятой куртке, от которого за версту разило перегаром.
– Ну что, допрыгалась? – прохрипел он, вваливаясь в прихожую.
Рита испуганно пискнула, вжимаясь спиной в угол, и инстинктивно закрыла лицо руками, ожидая удара. Я спокойно шагнул вперед, заслоняя ее, мой мозг работал с четкостью процессора, отсекая лишние эмоции и оценивая угрозу. Игорь повернул голову, перевел налитый кровью взгляд на меня, и его глазки сузились от злости.
– А ты кто такой вообще⁈ – рявкнул он, делая шаг в мою сторону и сжимая кулаки. – Ты что тут забыл на моей жилплощади, а ну пошел вон из квартиры, пока я тебе ноги не переломал к чертям собачьим!
Мой взгляд быстро выхватывал важные детали, такие как сбитые костяшки, напряженные мышцы шеи и свежие порезы на правой руке. Я попытался решить вопрос словами, ведь лишний шум мне был сейчас совершенно ни к чему.
– Я сантехник, пришел чинить газовый шланг, который кто-то очень удачно надрезал, – сказал я ровным голосом. Думаю, нет смысла скрывать это и от нынешней хозяйки. – Тебе лучше уйти по-хорошему, пока мы не вызвали наряд, потому что твои планы на эту квартиру только что провалились.
Мои слова подействовали на него как красная тряпка на быка, и сорвали ему башню.
– Я тебе сейчас пасть порву, урод! – заорал Игорь, взмахнув кулаком.
Он бил предсказуемо и глупо, вкладывая в удар свою массу, это была обычная уличная драка, где решает только грубая сила. Я сделал короткий шаг в сторону, пытаясь мягко уйти с линии атаки и пропустить кулак мимо своего уха, как делал это раньше на тренировках в прошлой жизни. Но я в очередной раз забыл сделать поправку на это изношенное тело, ноги Смирнова оказались недостаточно быстрыми и подвели меня в самый нужный момент. Кулак Игоря чиркнул по моей скуле, удар прошел вскользь, но в голове на секунду помутнело, а во рту появился солоноватый привкус крови. Тупая боль обожгла лицо, и в этот момент я понял, что разговаривать с этим животным не имеет никакого смысла.
– Осторожно, Максим, он же недавно из тюрьмы вышел! – воскликнула Рита из-за моей спины.
Этот крик мгновенно расставил все по своим местам. Он бухал со своими собутыльниками после недавней отсидки, жаловался на жизнь, а потом решил провернуть дельце. Надрезать газовый шланг лезвием, дождаться ночи, пока сестра и племянница задохнутся во сне, а потом спокойно вступить в права наследства как единственный выживший родственник. Получить квартиру, продать ее за копейки и прокутить деньги.
Гнев поднялся откуда-то из глубины, этот ублюдок был готов убить родную кровь ради нескольких квадратных метров старого бетона.
Игорь снова замахнулся, но на этот раз я не стал играть в уклонения. Я жестко перехватил его запястье, выкрутил кисть на излом, перенося вес своего тела вперед. Вторым движением я дернул его на себя и вниз, подсекая его правую ногу. Игорь потерял равновесие и рухнул на живот, а я оказался сверху, придавив его спину коленом, заломил его руку за спину ровно до той грани, где начинается разрыв связок. Никаких ударов по лицу, никаких видимых увечий для придирчивой судмедэкспертизы, только парализующая боль в суставах и физический контроль над ситуацией.
Игорь жалко заскулил, пуская слюни на грязный линолеум, вся его спесь испарилась за секунду.
Я наклонился ближе к нему, и мой голос зазвучал тихо, почти ласково, но от этого становился еще страшнее:
– Покушение на убийство двух и более лиц, – зашептал я, вдавливая колено ему между лопаток. – Ты же недавно откинулся, значит у тебя рецидив. Твой порез на газовом шланге задокументирован, там остались твои потожировые следы. Я лично прослежу, чтобы ты попал в самую нерадостную зону, где такие как ты не живут дольше пары месяцев, я сделаю все, чтобы ты сел надолго и сгнил там заживо.
Он судорожно дернулся, попытался вырваться, но я надавил на болевую точку чуть сильнее, раздался неприятный хруст хрящей. Игорь по-бабьи взвизгнул, умоляя отпустить его, но я даже не ослабил хватку.
– Рита, возьмите телефон, – скомандовал я, не оборачиваясь. – Звоните в полицию прямо сейчас. Скажите дежурному, что нападение в квартире, и обязательно попросите прислать лейтенанта Петренко. Скажите, что это по поводу Смирнова, он поймет и приедет быстро.
– Поняла, сейчас позвоню, – дрожащим голосом ответила она, нажимая кнопки на стареньком смартфоне.
* * *
Двери кабинета с грохотом распахнулись.
– Карина, какого черта ты вытворяешь? – мужчина, сидя за столом, оторвался от бумаг и посмотрел на свою любовницу с явным неоодобрением.
Карина влетела внутрь и швырнула сумку на диван. Никаких слез и никакой размазанной туши, на ее лице читалась только злость и обида.
– Какого черта⁈ – она подошла вплотную к столу, уперла руки в бока и начала сверлить его взглядом. – Твоего черта, Артур!
Она тяжело дышала и продолжала выплескивать накопившуюся ярость, совершенно не стесняясь в выражениях.
– Какой-то хрен на табуретке с болтами меня подрезал, а они забрали мои права, вызвали эвакуатор и увезли машину на штрафстоянку. А я стояла на обочине и мерзла на ветру, пока эти уроды оформляли протокол. Ты вообще собираешься решать эту проблему или будешь дальше свои бумажки перебирать?
Она ждала, что он сейчас схватит телефон, начнет звонить нужным людям и защищать ее статус, к которому она так привыкла. Но Артур даже не потянулся к трубке, он просто отложил ручку, откинулся на спинку кресла и посмотрел на нее взглядом человека, которого отвлекли от серьезных дел ради сломанного ногтя.
– Ты закончила? – спросил он ровным голосом.
– Нет, не закончила! Этот бомж…
– Закрой рот, Карина, – перебил он, не повышая тона, но слова прозвучали резко. – Ты устроила цирк на дороге, разбила ментовскую машину, а теперь приперлась сюда и качаешь права. У меня сегодня сорвался контракт на двадцать миллионов, а ты лезешь ко мне со своим бампером.
Карина открыла было рот для ответа, но Артур поднял руку и заставил ее замолчать.
– Я решу этот вопрос завтра утром, позвоню начальникам, и тебе вернут права. Но если ты сейчас же не выйдешь за эту дверь и не прекратишь свой спектакль, я заблокирую твои карты. Соберешь вещи и поедешь на электричке к маме в провинцию. Я понятно объясняю?
Глава 12
Мы ждали около двадцати минут, все это время Игорь смирно лежал на полу, изредка постанывая от боли в вывернутом плече. Я не произнес больше ни слова, просто связал его хомутами и поднялся, мой мозг просчитывал варианты дальнейшего развития событий, выискивая риски.
Наконец в подъезде послышались шаги, дверь была приоткрыта, и через несколько секунд в прихожую вошел лейтенант Петренко в сопровождении еще одного молодого патрульного. Участковый окинул взглядом картину, посмотрел на лежащего Игоря, потом перевел взгляд на меня, и его брови поползли вверх от удивления.
– Смирнов, и правда по твою душу? Я сперва не поверил. Ты опять в неприятности влез? – спросил Петренко, стягивая фуражку и проходя вглубь коридора. – Я уже начинаю привыкать к твоей фамилии.
Он внимательно посмотрел на мою распухшую скулу, дотронулся до нее пальцем, и я невольно поморщился.
– Что тут у вас произошло на этот раз? – вздохнул участковый, доставая служебный планшет. – Опять пьяная драка?
– Никакой драки, товарищ лейтенант, – спокойно ответил я, передавая Игоря в руки подоспевшего патрульного. – Гражданин проник в квартиру своей сестры в состоянии алкогольного опьянения, угрожал физической расправой, нанес мне телесные повреждения при моей попытке защитить женщину. А самое главное, он намеренно повредил газовое оборудование с целью убийства сестры и ее дочери, дабы завладеть их квартирой.
Петренко подошел к Игорю, которого патрульный уже поднял на ноги и осмотрел его с ног до головы, хмыкнул, достал фонарик и посветил задержанному прямо в лицо.
– Удивительное дело, Смирнов, – задумчиво протянул Петренко, поворачиваясь ко мне. – Враги твои постоянно оказываются целыми, ни единого синяка на нем нет, а вот ты стоишь с разбитым лицом. Обычно в таких ситуациях все бывает ровно наоборот, народ у нас меры не знает, бьют друг друга до полусмерти.
– Я уважаю закон, лейтенант, – хладнокровно ответил я. – Применил исключительно гражданский арест до прибытия сотрудников правопорядка, превышения пределов обороны не было.
Рита быстро написала подробное заявление, описав все угрозы и факт недавнего освобождения брата из тюрьмы.
Петренко долго заполнял бумаги, и недовольно покачал головой, когда узнал детали про газовый шланг. Я его понимал, это была уже не бытовуха, а серьезным дело, которое требовало совсем другого подхода. Участковый забрал отрезанный кусок шланга (пришлось полностью снять его) как вещественное доказательство, и вместе с Игорем, которого увели под конвоем, удалился.
В квартире повисла звенящая тишина, Рита сразу же бросилась в комнату к дочери. Девочка испугалась шума и заплакала, я слышал, как мать тихо успокаивает ее и обещает, что плохой дядя больше никогда не вернется в их дом.
Но я уже не мог вот так просто уйти.
– Рита, закройте за мной дверь, – тихо произнес я, заглянув к ним в комнату. – Но ждите, я скоро.
– Вы куда, Максим? – женщина непонимающе вскинула брови.
– Скоро вернусь.
Я сбегал в ближайший хозяйственный магазин и купил все необходимое. Ну разве мог я бросить Риту и ее плиту в таком состоянии?
Вернувшись на кухню, взял гаечный ключ и быстро установил новый шланг, крепко прикрутил его к трубе, поставил свежие прокладки, затянул гайки с нужным усилием и промазал стыки мыльной пеной. Утечка была устранена, и теперь газовое оборудование работало идеально.
Закончив с трубами, я подошел к старому холодильнику, достал из морозилки кусок замороженного мяса, завернул его в чистое полотенце и прижал к пульсирующей скуле. Холод немного притупил ноющую боль, я сел на табуретку, прислонившись спиной к батарее, чувствуя приятную усталость в мышцах.
Через десять минут на кухню вошла Рита, она выглядела уставшей, но в ее глазах больше не было того парализующего страха.
– Дочка уснула, – тихо сказала она, присаживаясь на соседнюю табуретку. – Спасибо вам, Максим, вы сегодня нам обеим жизни спасли, я даже думать не хочу, что бы этот изверг сделал, если бы не вы.
Она робко протянула мне пару крупных купюр.
– Возьмите, пожалуйста, – сказала она с мольбой в дрожащем голосе. – Это все, что у меня есть сейчас наличными, я бы отдала больше, если бы могла.
Я посмотрел на деньги и вспомнил прошлую «сытую» жизнь и новую, где каждая копейка была на счету, я считал каждую сотню, мне нужно было покупать еду, платить за бензин, возвращать долги. Но, черт возьми, у меня были принципы, баланс должен быть соблюден, и брать последние деньги у одинокой испуганной матери в этот баланс никак не вписывалось. Это был пассив, который портит карму и репутацию.
– Вы уже расплатились, – я аккуратно отодвинул ее руку, не забирая деньги. – Оставьте себе, считайте, что замена шланга и услуги охранника – это бонус от моей фирмы. Лучше купите дочке фруктов, ей нужны витамины.
Она снова тихо заплакала. Никогда не любил женские слезы, они всегда выбивали меня из колеи, напоминая о том, что я тоже человек, а не просто холодная машина по заработку денег.
– Можно я просто руки помою перед уходом? – спросил я, чтобы сменить тему и скрыть неловкость.
– Да, конечно, раковина теперь отлично работает, – она засуетилась, смахнув слезы.
Я подошел к раковине, положил мясо на край стола и начал методично смывать с рук оставшуюся грязь. Вода легко уходила в новый сифон, что заставило меня улыбнуться проделанной работе.
На столе в углу стоял старый телевизор, Рита включила его фоном еще до прихода Игоря, чтобы немного разрядить обстановку.
– Крупнейшая сделка на рынке недвижимости в этом квартале, – произнес женский голос из динамика.
Я как раз вытирал руки, когда мой взгляд совершенно случайно упал на экран и замер. На экране показывали огромный конференц-зал, тот самый зал на сорок втором этаже моей башни. За столом сидели люди в дорогих костюмах, и вспышки фотокамер освещали их самодовольные лица, а в центре этой пафосной композиции разместился Виктор.
– Мы рады сообщить об успешном слиянии активов корпорации и наших европейских партнеров, – вещал Виктор, мерзко растягивая слова от удовольствия. – После трагической гибели Максима Орлова совет директоров единогласно доверил мне управление компанией, и я гарантирую, что мы выведем этот бизнес на новый уровень уже в следующем году.
Оператор взял крупный план, взгляд Виктора смотрел прямо в объектив камеры, самодовольный, упивающийся своей новой должностью. Он получил все: мою власть, деньги, социальный статус, и мою империю, которую я строил долгими годами. Я помнил, как брал его на работу, он пришел ко мне совсем зеленым, но с горящими глазами, я сам учил его вести переговоры, защищал от нападок конкурентов, выписывал жирные премии за успешные проекты.
Я доверял ему коммерческие тайны, а он все это время просто тихо ждал, чтобы вонзить нож мне в спину. И вот теперь этот предатель сидел в директорском кресле, пил коньяк и в наглую торговал моим наследием, широко улыбаясь в объективы камер.
Ярость мгновенно сковала мое тело, мне стало физически дурно от такого лицемерия. Это был не тот человеческий гнев, который я испытал к дураку Игорю, это была ненависть, сжигающая все на своем пути.
– Максим, с вами все хорошо? – голос Риты вырвал меня из транса. – Вы побледнели, вам налить воды?
– Нет, все отлично, – я с трудом заставил себя оторвать взгляд от экрана и посмотрел на женщину. – Просто устал за день, мне пора идти. Всего доброго вам и вашей дочке.
Я бросил полотенце на стол, подхватил кофр и быстро вышел из квартиры.
На улице было темно и сыро, мартовский ветер пробирал до костей, швыряя в лицо мелкие капли дождя, но я его не чувствовал. Внутри меня все кипело, адреналин зашкаливал, требуя действий.
Внутри меня запустился таймер, время пошло, я больше не мог просто чинить краны и копить копейки, отсиживаясь в тени спальных районов. Этого было мало, мне нужен был прорыв, серьезные ресурсы, чтобы ударить по Виктору так сильно, чтобы он даже не успел понять откуда пришел этот удар.
Я сделал глубокий вдох, присел на мопед и достал из внутреннего кармана куртки блокнот и ручку. Сделал запись, чтобы зафиксировать мысли и немного остудить горячую голову. И псотепенно план вырисовывался, пора нанести визит в деловой центр и забрать кое-что ценное
* * *
Утро началось с привычной мышечной боли. Она разливалась по всему организму Смирнова, напоминая о вчерашних нагрузках. Я открыл глаза, скинул одеяло и сразу сел.
Через несколько секунд, окончательно прогнав сон, слез с кровати и приняв упор лежа, начал отжиматься. Раз, два, три. На девятом повторении руки предательски затряслись, суставы неприятно хрустнули. Я стиснул зубы, заставляя рыхлые мышцы работать, наливаться необходимой жесткостью. Десять, одиннадцать, двенадцать…
– Смотри и учись, мелочь, – выдохнул я, переходя в планку.
Сбоку послышалось тихое шуршание. Дюп выбрался из своего угла, потянулся и уселся прямо перед моим носом. Котенок внимательно наблюдал за тем, как с моего лба капает пот.
– В этом мире выживают только терпеливые, – сообщил я коту, чувствуя жжение в прессе. – Если ты слаб, тебя быстро сожрут или выкинут на мороз, как это недавно сделали с тобой. Так что мы теперь тренируемся каждый день, без выходных и праздников.
Дюп тихо мяукнул, словно соглашаясь с моей корпоративной философией, и принялся вылизывать лапу. Я простоял в планке минуту и рухнул на пол, жадно глотая воздух. Отдышавшись, я поднялся на ноги, пошел в ванную и включил воду.
В зеркале над раковиной отражалось чужое лицо (даже предположить не могу, сколько нужно времени, чтобы я привык к тому, что это новый я). Оно все еще выглядело помятым, хотя отечность спадала благодаря режиму и отсутствию спиртного. На правой скуле красовался синяк. На край раковины запрыгнул Дюп, уселся рядом и уставился на мое лицо с откровенным недовольством.
– Знаю, видок совсем не представительский, – хмыкнул я, разглядывая след недавней драки. – В бизнес-классе с таким лицом контракты не подписывают, а для нашего нынешнего уровня вполне сойдет. Зато мы подкрепили репутацию на районе.
Я потрогал ушиб пальцами и поморщился от боли. Выбора не было, мне предстояло идти «на дело» именно в таком виде. Контрастный душ окончательно разогнал остатки сна. Вода обожгла кожу, смывая ночную слабость. Я вытерся полотенцем, чувствуя приятное тепло во всем теле, и вернулся на кухню.
Дюп уже крутился возле миски, всем своим видом показывая готовность к завтраку. Лекции о выживании он одобрял, но еда должна быть строго по расписанию. Я насыпал ему корма, а себе заварил крепкий черный чай. В холодильнике было пустовато, пожалуй, пора пополнить запасы.
Сегодняшний день выбивался из графика, так как локальные проблемы двора отошли на второй план. Пришло время начать большую игру. Вчерашний выпуск новостей с довольной улыбкой Виктора послужил отличным сигналом. Враг расслабился и открыто праздновал победу, и мне нужно было попасть в деловой центр Москва-Сити, прямо в мой кабинет.
Я планировал этот тайник еще при жизни, спрятал за решеткой вентиляции жесткий диск с компроматом. Правда, не столь «жирным», как хотелось бы, но начинаем с этого, тем более, теперь я хотя бы немного физически готов к подобному.
Заявиться в элитный бизнес-центр в грязной куртке, не самая лучшая идея. Охрана развернула бы меня еще на подступах к зданию. Мне требовался идеальный камуфляж, который сделает меня невидимкой для камер и секьюрити.
Поэтому я отправился в магазин спецодежды, где прикупил синий комбинезон, прочные ботинки, вместительную поясную сумку и чистую белую каску. Экипировка обошлась мне в круглую сумму, но в бизнесе это называется грамотной инвестицией. Теперь я выглядел не как опустившийся алкоголик с теплотрассы, а как квалифицированный специалист, которому открыты двери любых служебных помещений.
Уже вернувшись домой открыл приложение для поиска разовой работы и быстро нашел нужную вакансию. Огромную стеклянную башню обслуживали десятки мелких подрядчиков, текучка кадров там была постоянной. К тому же сейчас из-за нового директора и слияний компаний, там творился настоящий хаос, и я был в этом уверен. Откликнулся на срочную заявку в бригаду климат-контроля, которым требовался толковый монтажник на дневную смену. Оплата предлагалась смешная, но мне требовался только их официальный пропуск.
И если кто-то подумает, что все буквально идет ко мне в руки, то… вспомните поговорку: «Все гениальное – просто». К этому можно добавить излюбленную фразу людей, которые всего лишь набивают себе цену – «Я не ищу легких путей». Нет, я прекрасно понимаю, что она значит. Вот только если ваша проблема может решиться быстрее и легче, то почему бы этим не воспользоваться?
* * *
Встреча с прорабом состоялась через два часа у служебного входа в башню. Его звали Семен, это был хмурый плотный мужик с красным лицом и сигаретой в зубах. Он внимательно окинул взглядом мой новый комбинезон, а затем уставился прямо на синяк на моей скуле.
– Ты вообще трубы вживую видел? – грубо спросил Семен, сплевывая на чистый асфальт. – Выглядишь так, будто с попойки сбежал. Нам тут алкаши и драчуны не нужны, у нас заказчик серьезный. Сити, мать его. Чуть что не так, штрафы конские выписывают, а мне проблемы с твоим побитым лицом даром не сдались.
Я выдержал паузу, и псомотрел на него с легкой усмешкой.
– От меня не несет перегаром, и я абсолютно трезв, а лицо пострадало на тренировке в спортзале, – ответил я. – СНиП 01.41.2013, отопление, вентиляция и кондиционирование. Я прекрасно знаю устройство систем чиллер-фанкойл, знаю, как рассчитать аэродинамическое сопротивление воздуховода и как балансировать давление в магистралях, чтобы у ваших заказчиков не свистело в ушах. Если у вас проблемы с приточными установками на технических этажах, я найду причину падения давления быстрее, чем вы докурите эту сигарету.
Семен поперхнулся дымом, его недоверие сменилось уважением. Опытные прорабы всегда чувствуют компетенцию.
– Ладно, умник, – он махнул рукой в сторону пластиковых дверей. – Держи временный пропуск. Работаем на тридцать девятом этаже, там угольные фильтры забились, надо все менять. Не отставай и по сторонам не глазей.
Я взял кусок пластика с магнитной полосой, который стал моим билетом в прошлую жизнь. Мы прошли через служебный вход, и я на какое-то мгновение почувствовал себя по настоящему дома. Я знал здесь каждый метр залитого бетона и лично подписывал сметы на дорогие гранитные полы, а теперь шел по ним как обычный наемный рабочий.
Охранник на посту лениво пикнул нашими карточками, а я мысленно активировал «Аналитический взор». Мир моргнул и передо мной развернулась четкая картина системы безопасности. Я отчетливо видел скрытые камеры под потолком, красные лучи датчиков движения и зоны покрытия. Система работала идеально, я ведь сам платил миллионы за ее разработку и знал все ее уязвимости. И сейчас, двигаясь в потоке рабочих к просторному грузовому лифту, я считывал эти данные.
Мы поднялись на технический тридцать девятый этаж, здесь постоянно стоял гул от промышленных вентиляторов гоняли тонны воздуха по всему зданию. Семен начал распределять задачи, а дождался момента, когда он повернется к молодому парню, сделал два бесшумных шага назад и растворился за корпусом чиллера.
