Текст книги "Лесной дозор. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 32 страниц)

Глава 16

– Егор! Егор, ты как⁈ Егор!!!

Я сидел на промерзшей земле, не имея сил подняться на ноги.

В момент, когда этот кошмар инсектофоба окончательно скрылся с моих глаз и упал обратно в черную дыру, ноги просто подкосились. Я плюхнулся на задницу прямо там, где стоял.

Не люблю так говорить, но тут иначе и не скажешь: адреналин сделало свое дело. Вернее, держал меня в форме с тех пор, как я посмотрел на скачущие графики датчиков в смотровой комнате. Он гнал меня на мороз, заставлял палить из автомата, уворачиваться от падающей многотонной туши и бежать, не чувствуя холода и изнеможения.

А затем усталость взяла свое. Она навалилась неподъемным грузом, придавила к земле, и дальше сил сопротивляться не осталось. Я опустил голову на грудь, размеренно дыша. Сердце колотилось. В ушах стоял густой звон не то от переутомления, не то от бесконечной стрельбы.

– Да че ты орешь? – спросил я, обращаясь черт знает к кому и ощущая, как веки смыкаются сами по себе.

Но нет. Я понимал, что должен встать, дойти до дома и доползти до кровати. Хоть тушкой, хоть чучелом, но надо оказаться в тепле. Если я останусь сидеть здесь, то через полчаса просто замерзну насмерть, и вся эта суета со вторым шансом на жизнь пойдет прахом.

– Егор! – снова донесся звонкий голос Наиры.

Она появилась в поле моего зрения довольно внезапно, хотя ее голос я слышал и раньше. Эльфийка скакала по развороченным сугробам как испуганный заяц, смешно и высоко закидывая ноги, чтобы не споткнуться.

– Да чего тебе? – я с трудом повернул голову в ее сторону, глядя совершенно осоловелыми глазами.

– Живой! Лесная Матерь, живой! – подскочила эльфийка и с размаху обхватила меня руками, едва не повалив на спину. – Я так испугалась, когда эта тварь рухнула прямо на тебя! Я уж подумала, что все, тебя тут размазало по плоскости тонким слоем…

– Не дождешься, – хмыкнул я, за что тут же получил ощутимый тычок кулаком в плечо.

– Дурак! Я и не жду, – буркнула она, сердито шмыгнув носом. Затем она проворно подлезла сбоку и перекинула мою правую руку себе через шею. – Вставай давай. Можешь идти? Ты цел? Ничего не сломал? – засуетилась Наира, пытаясь поднять.

– Цел‑цел, не шурши ты так над ухом, – отозвался я, морщась от боли в натруженных суставах. – Устал просто за весь день. Знаешь ли, не каждый день приходится от гигантских многоножек по лесам бегать.

Собрав остатки воли в кулак, я поднапрягся и рывком поставил себя на ноги. Я старался не переносить весь свой вес на эльфийку. В том, что она девка крепкая и сильная, я не сомневался, да и успел убедиться в этом неоднократно. Однако я тоже не из хлюпиков, рост и вес у меня приличные. Что в прошлой жизни мелким не был, что в этой мускулатура досталась весьма внушительная. Раздавить хрупкую девчонку своим весом мне совершенно не хотелось.

Вот только нижние конечности слушаться отказывались наотрез. Стоило мне выпрямиться, как колени предательски дрогнули.

– Ты встаешь, нет? – пыхтела Наира.

– Ща‑ща… ща… ща‑а‑а‑а… ыть! – я стиснул зубы и выпрямил спину.

Молодые мышцы отчаянно протестовали, и в этот момент я едва не рухнул лицом вперед, но устоял, вовремя найдя надежную опору в плече Наиры. Мы пошатнулись, но все же удержали равновесие.

– Егор в порядке, вопрос? – раздался сбоку голос.

Я повернул голову. Бу стоял в паре метров от нас. На его панцире виднелись легкие царапины от попавших осколков, но в целом иномирный гость выглядел абсолютно невредимым.

– В полном, – отозвался я, переставляя ноги, которые сейчас ощущались как две переваренные макаронины. – Просто заряд батарейки сел на ноль.

– Бу, ты можешь его довезти до бункера? – громко спросила Наира, глядя на каменную глыбу.

Камень медленно повернулся всем корпусом ко мне.

– Что значит это слово? – спросил он.

– Какое именно? – уточнил я, тяжело дыша.

– Что я могу сделать? Я не понял слово, означающее действие.

Я нахмурился, пытаясь сообразить, как проще объяснить концепцию ездового транспорта существу, которое, возможно, никогда в жизни никого на себе не катало.

– Довезти? Ну, Наира предлагает, чтобы я сел тебе на… – я запнулся, разглядывая его угловатую конструкцию. Голову? Корпус? Спину? У него и спины‑то в нормальном понимании нет, сплошной монолит. – Чтобы я сел на тебя сверху, – нашелся я наконец, – и ты на себе донес меня до нашего дома.

– Могу, – коротко отозвался Бу. – Надо?

– Как же меня раздражает, что я постоянно вынуждена догадываться о вашем диалоге, – сердито засопела Наира, продолжая крепко придерживать меня за талию. – Стоят тут, один гудит, а второй отвечает так, что толком нифига не ясно, а я как дура смотрю то на одного, то на другого…

– Ай, к черту, – выдохнул я, делая первый ватный шаг по направлению к камню и отпуская плечо эльфийки. – Довези меня, дружище. Иначе я прямо тут спать лягу.

Бу послушно опустился ниже, подогнув руконоги, чтобы мне было удобнее забраться. Я подошел вплотную, закинул ногу и уселся прямо на широкую часть его панциря. Ощущение было специфическое. Сидеть на живом граните – это вам не на мягком диване развалиться.

Я вцепился пальцами в глубокие борозды на его боках, чтобы не свалиться.

– Только давай без резких скачек, я сейчас подобное не осилю, – сказал я сонно.

Бу плавно поднялся и зашагал в сторону приоткрытой шлюзовой двери. Его походка оказалась на редкость мягкой. Камень переставлял конечности так, что меня почти не трясло. Наира шла рядом, не отставая ни на шаг, и внимательно смотрела под ноги.

Мы миновали бетонную площадку, где в воздухе все еще витал ощутимый запах сгоревшего пороха и кислой гари, которую оставила после себя сколопендра. Останки мелких тварей уже полностью растворились. Стволы турелей дымились, остывая и потерскивая на морозе.

Бу аккуратно переступил через порог тамбура, а я пригнул голову, чтобы не снести макушкой верхний косяк двери. Наира зашла следом, с усилием потянула за собой тяжелую створку и провернула штурвал засова.

В бункере было тепло и горел яркий свет. Этот контраст между ледяным адом снаружи и спокойным уютом внутри всегда действовал на меня расслабляюще.

Бу уверенно протопал по коридору, миновал кухню со смотровой и остановился прямо у входа в мою спальню. Я разжал пальцы, перекинул ногу и тяжело сполз с его каменной спины. Ботинки ударились о линолеум, колени снова предательски дрогнули, но я успел ухватиться за металлический каркас кровати.

Сделав два неверных шага, я просто завалился поверх заправленного одеяла, даже не пытаясь снять верхнюю одежду или обувь. Спина коснулась матраса, и я издал протяжный стон облегчения, как старик.

Вот молодость молодостью, но в один этап жизни наступает момент, когда, оттоптав н‑ное количество шагов за день, волей‑неволей вот так вздыхаешь, когда садишься куда‑то или встаешь.

– Спасибо, – сказал я обоим, глядя в серый потолок.

Я ощущал, как мышцы начали расслабляться, а сознание медленно, но верно стало отключаться.

Так вот что значит настоящее физическое истощение. Вроде бы я провел на ногах всего часов десять, не больше. Для здорового парня это не срок. Но эмоциональные качели, постоянная угроза смерти, беготня по сугробам и стрельба вытянули из меня все соки до последней капли. Я умаялся так, словно трое суток вагоны с углем разгружал без перерывов на обед.

Лежа с закрытыми глазами, я слушал гудение работающего радиатора и думал.

Странное, однако, место этот мир. Очень странное и во многом нелогичное. Я вот лежу и размышляю: если в Разломе находятся такие страшные твари, которые прут наружу с завидной регулярностью, то почему никто никогда раньше не пытался его закрыть?

Ну серьезно. У них тут Российская Империя от края до края континента. У них есть гравитационные двигатели, плазменные панели, автоматические системы наведения и черт знает какие еще технологии. Почему нельзя было пригнать сюда сотню тяжелых инженерных транспортеров и засыпать эту проклятую щель миллионами тонн бетона?

Создать какой‑нибудь гигантский железобетонный саркофаг, как сделали у нас в прошлом мире над четвертым энергоблоком ЧАЭС. Залить все толстым слоем, поставить бронированные купола, перекрыть кислород. Зачем держать открытую дыру в земле, тратить колоссальные ресурсы на содержание постов, подвоз боеприпасов и рисковать жизнями дозорных?

Может, этот туман необходим для экологии? Или местная магия как‑то завязана на существовании этого разрыва в пространстве? Ученые из Канцелярии ведь явно что‑то изучают, когда приезжают на места аномалий. Значит, кому‑то это выгодно. Всегда и во всем есть выгода, иначе бы эту проблему давно закопали в прямом и переносном смысле.

Я приоткрыл один глаз. Наира сидела на краешке моей кровати, стащив с себя шапку и растирая лицо ладонями. Бу скромно замер в углу комнаты, снова приняв вид неподвижного изваяния.

– Слушай, Наира… – обратился я к эльфийке, чувствуя, как язык еле ворочается во рту. Голос прозвучал хрипло, почти сквозь сон.

Она убрала руки от лица и повернулась ко мне.

– Да? Что такое?

– Что это вообще было сегодня? – спросил я у нее, не в силах выкинуть из головы образ гигантской многоножки.

– Ты про монстра? – уточнила она.

– Ага… – ответил я, и на последнем «а» рот невольно широко раскрылся, и я зевнул.

Наира отрицательно покачала головой.

– Я не знаю, Егор. Клянусь, я впервые его вижу. За все три года моей службы здесь ничего подобного из Разлома не вылезало. И, честно говоря, даже не…

* * *

Хр‑р‑р…

– … знала, что такая тварь… – Наира продолжала, глядя на лежащего мужчину, – может там прятаться…

Она осеклась и замолчала. Грудь Егора мерно вздымалась. Он даже не снял ботинки и теплую зимнюю куртку. Дозорный просто закрыл глаза и мгновенно отключился, так и не дослушав ответ до конца.

Эльфийка несколько секунд неподвижно смотрела на его лицо, пытаясь до конца осознать простой факт.

– Он… уснул? – она спросила вслух, обращаясь скорее к самой себе.

– Судя по звукам, которые издает Егор, а также по ритму его сердца и скрипу внутреннего скелета, могу утвердить, что да. Егор находится в состоянии, которое люди называют сном, – обстоятельно прогудел Бу из своего угла.

Наира медленно повернула голову к каменному гостю, глядя на него покрасневшими от сурового ветра и крайнего недосыпа глазами.

Эльфийка тяжело поднялась с края кровати и едва переставляя ноги, подошла вплотную к Бу. Наира мягко похлопала его ладонью по корпусу.

– Все равно ничего не поняла, Камушек, – она выдохнула с легкой усталой улыбкой. – Последи за ним. Я тоже пойду отдыхать. Спокойной ночи.

Картарианин чуть сдвинул передние конечности, словно принимая приказ, но ничего не ответил. Наира развернулась и покинула спальню, прошла через слабо освещенный коридор и вышла в тамбур, где провернула штурвал двери и шагнула на улицу.

Наира глубже спрятала нос в воротник куртки, спустилась по бетонным ступеням и побрела по протоптанной тропинке вдоль края Разлома.

Сама расщелина после случившегося сейчас вела себя на удивление мирно. Черный туман у краев лениво перекатывался плотными волнами, но пейзаж вокруг говорил сам за себя и пробирал до костей почище любого лютого мороза.

Наира с огромной опаской косилась в сторону недавнего поля боя. Прожекторы автоматических турелей выхватывали из темноты гигантский ров, что тянулся от самого обрыва вглубь леса, который сколопендра буквально вспахала многотонным телом. Монстр вывернул наружу пласты глины и камни размером с человеческую голову. Бетонная площадка была густо усеяна латунными гильзами, которые тускло блестели в ночном свете. Осколки разорвавшихся контактных мин и крупные щепки от уничтоженных деревьев валялись повсюду. Белый снег почернел от пороховой гари и едкой ядовитой слизи чудовища. Густая жижа продолжала слабо дымиться на морозе.

Эльфийка невольно ускорила шаг. Каждая мысль об этой твари заставляло внутренности сжиматься в тугой комок.

Она видела много страшных вещей за три года службы на границе, но столкновение с существом подобных размеров случилось впервые.

Наира добралась до своего поста, достала пластиковую ключ‑карту, приложила ее к считывателю и толкнула шлюзовую дверь. Внутри было тепло и относительно уютно. Почему‑то Наира невольно вспомнила, как пару дней назад они с Егором наводили тут порядок, и на душе стало немного спокойнее.

Горячая вода помогла немного расслабиться. Она быстро смыла всю накопившуюся за день грязь, но еще долго долго стояла под душем и бездумно смотрела на серую кафельную плитку. Мысли путались. Конечности гудели от сумасшедшего переутомления.

Она вышла из душевой, насухо вытерлась полотенцем, надела чистую свободную футболку и мягкие домашние штаны, после чего добралась кровати, откинула одеяло и легла на подушку. Глаза закрылись сами собой.

Но долгожданный отдых не принес расслабления.

Сон обрушился на эльфийку мрачными и невероятно реалистичными образами. Наира бежала по бесконечно длинному тоннелю, где пространство освещалось лишь тусклым мерцанием аварийных ламп.

Пугающие звуки погони нарастали за спиной.

Клац. Клац. Кхххрррр.

Сколопендра гналась за ней по пятам. Гигантский монстр протискивался в узкий проход, противно щелкая огромными жвалами.

Наира задыхалась. Она пыталась бежать быстрее, активно перебирая ногами, но как бы она не старалась прикладывать усилия – свет в конце тоннеля не становился ближе.

Мерзкое шипение твари заполняло все пространство вокруг и заглушало стук собственного сердца.

Острый коготь с силой вонзился в бетонный свод прямо над головой, высекая сноп ярких искр, и обрушил вниз каменную крошку.

Сколопендра разинула капающую кислотой пасть и издала пронзительный визг.

* * *

Просторный кабинет на верхнем этаже здания Канцелярии находился в самом центре Москвы. Ежедневно здесь решались серьезные вопросы огромной Российской Империи.

И именно поэтому текущий разговор казался откровенным абсурдом для всех присутствующих.

Свинцовые снежные тучи затягивали небо за широкими окнами кабинета, скрывая шпили высоток. Профессор Власов нервно ерзал на краю стула. Ему недавно исполнилось пятьдесят лет, он имел ученую степень, уважение коллег и весьма солидный послужной список. Однако сейчас он выглядел как нерадивый студент перед строгой комиссией.

– Вы представляете⁈ – профессор Власов всплеснул руками и посмотрел сначала на графа, а затем на эльфийку. – Какой‑то, простите за мой французский, лапотный егерь‑дозорный приходит и начинает командовать! Строил из себя непонятно что и распоряжался там так, словно он полноправный хозяин леса!

Сидящая напротив эльфийка аккуратно поправила манжеты строгой блузки. Она представляла Министерство Магических Парадоксов и держалась с подчеркнутым хладнокровием.

– Технически, – ответила она ровным голосом, – находящиеся в подобных пограничных зонах егеря‑дозорные и являются хозяевами леса. Они подчиняются непосредственно Канцелярии, и на вверенной им территории имеют полное право штрафовать и арестовывать всех, кто нарушает закон. Вы же сами сказали недавно, что конфликт возник из‑за того, что лаборанты и солдаты охраны, как вы крайне аккуратно выразились, немного намусорили.

Власов возмущенно выдохнул, краска прилила к его щекам.

– Но ведь это не дает ему права выгонять нас с места происшествия, грубить и хамить, а тем более угрожать!

Министр внутренних дел, глубокий старец, сидящий во главе стола, медленно снял очки. Линзы в его оправе были толщиной в палец. Граф достал из нагрудного кармана пиджака белый платок и начал неспешно протирать стекла.

– Он целился в вас оружием? – сухо спросил старик и глухо откашлялся в кулак.

– Нет, граф, – отозвался профессор Власов, немного сбавив тон. – Но он угрожал, что устроит нам крупные неприятности, если мы немедленно не покинем территорию!

– Каким образом? – граф поднял глаза на профессора.

Профессор заметно замешкался. Он открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Власов начал прокручивать в голове события минувшей ночи. Фактически вся перепалка с дозорным состояла в том, что этот крепкий парень пришел в научный лагерь и начал отчитывать экспедицию. Егерь громко возмущался, что они перетоптали какие‑то беличьи схроны на месте, где пропал имперский конвой. Он заставил капитана охраны собирать мусор и компенсировать ущерб пушистым зверькам мешками с орехами.

Власов попытался найти аргументы в свою защиту хотя бы мысленно. Место происшествия и до их приезда представляло собой сплошной хаос. Переломанные деревья, развороченная земля, десятки десятков стреляных гильз. Но, как выяснилось позже, ученые действительно поставили палатки прямо на гнезда пушистых грызунов, которые ночью устроили диверсию в лагере и перепугали всех до полусмерти.

Если вдуматься, сейчас, находясь вдали от мрачной тайги, то профессор понимал одну простую вещь. Вся эта ситуация выглядит как разборка детсадовцев. Они словно выясняли, кто сломал чей куличик в песочнице. Власов осознал, что ему вообще не стоило поднимать этот разговор. Теперь он выглядит откровенно глупо перед министром и высокопоставленной представительницей эльфов.

– Пожалуй, я погорячился с термином «угрожал», – оправдался профессор и отвел взгляд в сторону окна. – Но вел он себя по‑хамски, граф. На каком основании он имеет право нас выпроваживать? Ведь Канцелярия и Министерство в первую очередь заинтересованы в том, чтобы получить информацию о небывалом за последние сорок лет магическом всплеске!

Власов попытался перевернуть ситуацию в свою пользу и увести тему от своего позорного ночного бегства из леса.

– А разве вы не собрали все образцы? – уточнила эльфийка и чуть вздернула тонкие темные брови.

– Ну… собрали… – неохотно пробормотал Власов.

– Так что тогда вас там еще задерживало?

– Ну… мы могли найти что‑нибудь еще. Дополнительные улики, скрытые структурные аномалии. Но этот егерь…

– Профессор, – устало подал голос граф. Он насадил обратно очки на переносицу и тяжело вздохнул, опершись локтями на зеленое сукно. – Давайте уже закроем эту тему. Я старый человек с кучей важных государственных вопросов и крайне ограниченным количеством сил на день. И, если честно, вы в свои пятьдесят лет занимаетесь сейчас каким‑то ребячеством.

Власов едва не покраснел от услышанного. Стыд пробрал его от макушки до пят. Получить такой прямой упрек от министра внутренних дел было унизительно для ученого его уровня.

– Он то, он сё, – продолжал министр, раздраженно постукивая сухими пальцами по столешнице. – Я попрошу Канцелярию, чтобы егерю донесли директиву. Пусть он общается с научными группами более тактично в будущем. Но и вы, и ваши сотрудники должны отдавать себе отчет в одной неоспоримой истине. Егерь‑дозорный – это человек, который живет у самого края Разлома уже много лет. Он каждый день находится на грани смерти, чтобы мы с вами спали спокойно.

Граф замолчал на секунду, давая профессору осмыслить сказанное, и продолжил более мягким, но непреклонным тоном:

– У нас и без того очень мало людей, которых мы можем оставить у Разлома на такой длительный период времени. Почти никто не способен противостоять пагубному воздействию этого места. А длительная изоляция, как вы можете догадаться, ничего хорошего с людьми не делает. Будь он хоть четырежды прекрасно социализирован до отправки на службу, но такая тяжелая работа оставляет неизгладимый след на характере и личности. Поверьте мне.

Профессору нечего было ответить. Он просто коротко кивнул и сцепил пальцы в замок на коленях.

– Что уже удалось выяснить по делу? – эльфийка вернула разговор в нужное русло. Она раскрыла тонкую папку с документами, которую до этого держала на коленях.

Власов заметно оживился. Научная работа была его стихией, и здесь он чувствовал себя максимально уверенно. Откашлявшись, профессор поправил галстук и достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое лист с распечатками графиков.

– Нам удалось снять первые показатели остаточного следа на месте пропажи каравана, – начал докладывать профессор, оживившись. – И эти цифры просто зашкаливают. Я перепроверил аппаратуру трижды – ошибки быть не может.

Он положил лист на стол и придвинул его ближе к центру, чтобы министр и эльфийка могли рассмотреть данные.

– Магический всплеск в исследуемом регионе был колоссальным, – продолжил Власов, указывая пальцем на пиковые значения кривых линий. – Если не сказать больше. Это сопоставимо со взрывом атомной бомбы, только в чисто магическом эквиваленте. Мы не фиксировали ничего подобного уже сорок лет.

Эльфийка подалась вперед. Она внимательно посмотрела на черные линии графиков, задумчиво постукивая ногтем указательного пальца по столу.

– То есть уровень магии, который там был применен, был не меньше старого S‑ранга? – спросила она, не отрывая взгляда от графиков.

Власов медленно покачал головой. Он посмотрел прямо в глаза представительнице Министерства Магических Парадоксов.

– Нет, госпожа альк'Шатир, – тихо, но очень четко произнес профессор. – Выше. Гораздо выше.