Текст книги "Лесной дозор. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 32 страниц)

Глава 15

Я застыл на месте, так и не донеся кружку с остатками чая до стола.

Сначала я посмотрел на Бу. Каменный гость тоже замер, слегка приподняв переднюю часть корпуса, и, если бы у него было лицо, готов поспорить, на нем сейчас читалось бы точно такое же крайнее недоумение. Бу «смотрел» на меня в ответ.

Что она там нашла?

Мы только что сбежали от чудовища, способного перемещаться в пространстве, а до того нашли место исчезновения вооруженного каравана с конвоем. Что мог прятать в соседней комнате прежний владелец этого тела, если учесть, что он сидел тут безвылазно три года и, судя по всему, имел кучу собственных секретов?

Схрон контрабандного оружия? Тайную лабораторию? Труп предыдущего напарника, закатанный в бетон? Отрезанные эльфийские уши в банке с формалином⁈

От последней мысли мне стало совсем дурно. Забыв про желание завалиться спать, я развернулся и быстро двинулся на голос по коридору.

Звук исходил из небольшой комнаты, смежной со спальней, в которую я заглянул одним глазком, потому что мне банально было не до нее. Я влетел в дверной проем, готовый увидеть самую страшную тайну имперской пограничной службы.

Наира стояла посреди комнаты. Она уже успела переодеться и теперь стояла, вытянув руку вперед. Глаза эльфийки были широко распахнуты, а указательный палец упирался в сторону небольшой тумбы под широкой плазменной панелью, вмонтированной в стену.

– Это что… ИГРОВАЯ ПРИСТАВКА⁈ – громко и максимально возмущенно спросила она, не отрывая взгляда от матово-черного прямоугольника, мирно покоящегося на тумбе рядом с двумя геймпадами.

Я остановился в дверях. Посмотрел на плазму, потом на приставку, потом на Наиру.

Что?..

Я моргнул несколько раз, пытаясь осознать масштаб эльфийской трагедии. Настроившись морально на расчлененку или на государственную измену, и теперь перестроить ход мыслей на новые рельсы было, мягко говоря, непросто.

– Ну… – я почесал затылок, искренне не понимая, какая реакция от меня сейчас требуется. В смысле да, это приставка. Лежит себе и лежит. – Да?.. – неуверенно выдавил я.

Эльфийка медленно повернулась ко мне и, клянусь богом, если бы возмущение можно было конвертировать в электричество, но от Наиры можно было бы запитать половину континента.

– И ты все это время молчал⁈ – она всплеснула руками. – Молча тут рубился вечерами все три года и ни разу мне об этом не сказал⁈

Я стоял и хлопал глазами, ощущая себя так, словно попал в театр абсурда. Жизненный опыт и знания о женском поведении и психологии просто подняли белый флаг и капитулировали.

Мы живем у гигантской ямы, из которой лезут демоны. Минут двадцать назад чудом унесли ноги от огромного ублюдка с оленьим черепом вместо лица и спаслись в бетонной коробке только благодаря толстой стальной двери. И вот теперь, отмывшись и отдышавшись, она стоит здесь и предъявляет мне претензии за то, что я не делился с ней видеоиграми.

– Я просто напомню, что мы три года не общались, – осторожно заметил я, пытаясь воззвать к здравому смыслу. – Устав, строгий запрет на контакты, помнишь?

– Да плевать на устав! – она топнула ножкой и в этот момент стала похожа на обиженного подростка, а не на эльфийского снайпера-дозорного. – Ты просто в одно рыло тут хреначил в приставку и не хотел делиться! Я все поняла! Вот истинная причина твоего молчания! Тебе просто было удобно прикрываться инструкциями, чтобы не пускать меня к джойстикам!

Нет… нет-нет-нет. Она ведь несерьезно. Так ведь?

Ведь так?

Или действительно абсолютно серьезно считает, что здоровый лоб-дворянин три года играл в молчанку со скучающей соседкой исключительно ради монополии на игровую консоль?

Нет, наверное, я все же уснул и смотрю дивный абсурдный сон. Если бы сейчас из-за угла вышел Ночес, сел за стол и начал раскладывать пасьянс, сетуя на плохую погоду, я бы удивился гораздо меньше, потому что логика эльфийки сделала настолько крутой вираж, что спорить с ней было не просто бесполезно, но и опасно для собственного рассудка.

– Значит так, – Наира решительно шагнула к тумбе и схватила джойстик. – Твоя ретроградная амнезия тебя не спасет, – она махнула рукой на консоль, – Включай немедленно! Я вызываю тебя на дуэль в «Смертельную Битву»! Только не говори, что у тебя ее нет, на таких моделях это базовая комплектация!

Она плюхнулась на пуф, который лежал в углу, и требовательно уставилась на меня.

Я тяжело выдохнул.

Спорить не было сил и, к тому же, если это поможет разрядить обстановку после пережитого стресса, то почему бы и нет? Я прошел к тумбе, взял второй контроллер и нажал кнопку, которая, судя по логике, должна была отвечать за питание.

Игровая приставка запустилась вместе с экраном, выдав логотип местной фирмы производителя.

Пока загружалось меню, я успел оценить качество техники. В моем мире, когда я еще жил с женой в городе, Игорек сутками просиживал штаны за «Денди», а потом за «Сегой», в которых картинка состояла из пикселей размером с кулак, а джойстиками можно было забивать гвозди.

Контроллер, который я взял в руку, ощущался так, словно его отливали специально под мои кисти. Эргономичная форма, легкость и приятный шероховатый пластик без длиннющих проводов. Экран на стене вообще поражал воображение: он был тончайшим и выдавал глубокую и яркую картинку. Можно сказать, почти что реалистичную. Технологии этого мира явно шагнули куда дальше, чем я мог себе представить.

И отсюда же встал вопрос, о котором я как-то не задумывался все это время: а какой вообще год на дворе?

Ведь этот бункер местами напоминал мне технологически отголоски шестидесятых годов двадцатого века с ретранслятором и факсом, но вот автоматические турели и контактные мины вкупе с консолью и экраном… это совершенно иной уровень технологий.

В списке игр действительно нашлась нужная. Логотип в виде стилизованного дракона, пылающего огнем, вспыхнул на экране под агрессивные ритмы тяжелого рока.

– Ну все, пощады не проси, – хищно оскалилась Наира, активно щелкая крестовиной на геймпаде.

Экран выбора персонажей пестрел какими-то колоритными уродами, ниндзя, киборгами и магами. Я понятия не имел, кто все эти люди и нелюди. В былые времена я разве что в «Тетрис» иногда рубился, или в «Волк и яйца».

Игорек меня пытался пару раз привлечь к этому делу, но по молодости мне было не до того, а когда попозже у него появился компьютер, то я себя чувствовал настолько отсталым стариком, что как-то даже… не срослось в общем.

Наира выбрала какую-то ловкую девицу с веерами, снабженными лезвиями. Я, особо не мудрствуя, просто нажал кнопку случайного выбора, и мне выпал… дряхлый скелет в сомбреро и пончо, вооруженный бутылкой текилы и маракасами.

Под «качающейся» из стороны в сторону в пьяно-боевой стойке фигуркой скелета было имя: Оскар Рубио.

Сегодня Бог Случая был явно в хорошем настроении. Голос диктора из динамиков раскатисто проревел: «РАУНД ПЕРВЫЙ. БОЙ!»

Я уставился в экран. Картинка была до одури реалистичной. На прорисованных до мелочей бойцах блестел пот, а ткань одежды реалистично развевалась от движений. Наира тут же пошла в атаку: ее персонаж метнулся через весь экран, крутясь в воздухе, и обрушил на моего тщедушного бедолагу град ударов веерами.

Я приготовился по-стариковски хаотично давить на все кнопки подряд, надеясь хоть как-то отбиться, но не тут-то было.

Если душой я был старым дедком, то вот тело, разум и реакция у меня были готовы к подобным испытаниям!

И то, что случилось дальше, можно объяснить только «мышечной памятью», не иначе. Большой палец левой руки скользнул по крестовине: назад, вниз, вперед. Указательный палец правой руки нажал тригер. Мой костлявый боец внезапно ушел в глухой блок, а затем резким апперкотом бутылкой текилы аккурат в подбородок подбросил девицу Наиры в воздух.

Пока она летела, пальцы выдали еще одну немыслимую комбинацию, которую я даже не осознал. Скелет прыгнул следом, перехватил противницу в воздухе и с хрустом, сопровождаемым брызгами невероятно реалистичной цифровой крови, обрушил ее позвоночником на свое колено.

У меня даже мурашки по телу пробежали, настолько все было реалистично прорисовано. К тому же самые жесткие элементы на долю мгновение показывались в «слоу-мо» и с эффектном рентгеновского зрения с визуализацией трещащих костей.

– Ах ты ж!.. – вырвалось у Наиры. Она азартно закусила губу и застучала по кнопкам еще быстрее.

Я сидел словно сторонний наблюдатель. Это было потрясающее и одновременно пугающее чувство. Прежний Егор, видимо, действительно много свободного времени уделял не только качалке и листанию «тырнетов», но и заучиванию разного сорта комбинаций для героев.

Не удивлюсь, если его можно было ночью разбудить и спросить «эй, пацан, а ну быстро фаталити для четырехрукого», и он бы безошибочно его выдал.

Погодите… а что такое фаталити? Откуда я вообще знаю это слово?

В итоге оставалось смотреть красивое и жестокое кино, пока руки на автомате крутили жесткие комбухи.

Первый раунд я забрал в сухую. Под конец пальцы ввели какую-то длинную последовательность, экран потемнел, и мой боец эффектно оторвал противнице голову вместе с куском позвоночника.

– ФАТАЛИТИ, – удовлетворенно прогудел диктор.

Ого… так вот что такое это самое фаталити⁈ Жесточайшая расправа над оппонентом.

– Ничего, ничего, это разминка была! – выпалила эльфийка, усаживаясь поудобнее. – Второй раунд мой!

И она не врала. То ли мышечная память дала сбой от удивления, то ли Наира действительно собралась, но второй раунд она вырвала у меня с мясом, зажав скелета в углу экрана и закидав его лезвиями так, что я даже встать не смог.

Третий бой мы провели на равных, но под конец она каким-то хитрым перекатом подловила меня на ошибке и добила апперкотом. 2:1.

Дальше началось настоящее месиво. Мы забыли и про рогатую тварь, и про булыжник в соседней комнате, и про исчезнувший конвой.

В маленькой комнатке посреди тайги решался вопрос чести. Наира эмоционально вскрикивала при каждом удачном попадании и материлась на эльфийском при неудачах. А я же закусывал губу, сопел, хмурился и потел так, словно сражался за свободу всей планеты.

В ходе четырех тяжелых боев мы вышли к итоговому счету 2:2, и следующий раунд должен был определить победителя этого бункера.

Наира сверлила меня глазами, ожидая продолжения. Ее уши снова слегка порозовели. Я выдохнул, чувствуя, как от непрерывного мелькания на экране и напряжения начали уставать глаза, да и в горле пересохло.

– Так, перерыв, – сказал я, положив геймпад на тумбу. – Отойду воды попить перед финалом.

– Иди-иди, – ухмыльнулась она. – Тебе это не поможет. Я уже запомнила все твои ошибки и фишечки. Готовься к поражению!

Я лишь отмахнулся, поднимаясь на ноги. Голень снова дала о себе знать покалыванием, но в сравнении с тем, что я ощущал в первые часы и дни, это было сравнимо с щекоткой.

Выйдя из игровой комнаты в коридор, я направился на кухню. В голове все еще играла агрессивная музыка из меню приставки. Я покачал головой, улыбаясь сам себе. Ну и денек. Сначала выживание в лесу, магические перестрелки с чудовищами, а теперь турнир по файтингу с длинноухой соседкой.

Я зашел на кухню, потянулся к шкафчику за стаканом и краем глаза заметил движение в темноте угла.

Бу стоял там же, где я его и оставил, но его корпус был слегка повернут в сторону смотровой, где на ретрансляторе непрерывно моргала желтая лампочка. Я нахмурился, наливая себе воды из бутылки.

Это что, сообщение? Когда оно прийти успело, и почему я его не заметил раньше?

Я подошел к столу, поставил стакан на столешницу и щелкнул тумблером воспроизведения.

Динамик коротко треснул, после чего раздался голос диспетчера, который я уже слышал ранее.

– Четвертый смотровой пункт, это штаб. Информирую. В вашем направлении в скором времени прибудет специальная инспекция. Группа выдвинулась по следу подавшего сигнал бедствия каравана. Вы же в курсе, что караван подавал сигнал S. O. S? По нашим данным, оборудование конвоя бросило автоматический клич по каналам в ближайшем радиусе. Руководство просит вас проявить максимум содействия проверяющим. Если вы уже были на месте происшествия или только прибыли оттуда, вы обязаны предоставить все собранные данные, отчеты с датчиков и всецело способствовать расследованию. Инспекция имеет расширенные полномочия. Конец сообщения.

Инспекция? Прибудет? В скором времени⁈

Я начал лихорадочно перебирать в уме все то, что сейчас находилось внутри моего «одинокого» и «строго регламентированного» бункера.

Первое: у меня тут гостит эльфийка, представительница расы, с которой нам устав строжайше запрещает контактировать.

Второе: у меня в коридоре стоит трехпалый владеющий магией булыжник из другого измерения, который я понимаю благодаря системе.

Третье: под стулом на кухне сидит маслянисто-черный кот с крыльями летучей мыши, который, по словам того же булыжника, является вообще хрен пойми каким симбионтом.

– Егор, ну где ты там⁈ – нетерпеливо крикнула Наира из приоткрытой двери игровой комнаты. – Колодец роешь, что ли? Давай дуй сюда, смирись уже с поражением!

Я резко развернулся, оставил воду на столе и быстрым шагом, почти забыв про хромоту, направился в комнату отдыха.

Наира сидела на пуфе, покачивая ногой, и вертела в руках геймпад. На экране снова мигало меню выбора бойцов. Увидев мое лицо, она слегка сдвинула брови, но сказать ничего не успела.

– Так, финал придется отложить, – выдал я с порога. – И вообще, солнышко, давай-ка ты сейчас очень быстро соберешь свои вещи и пойдешь домой.

Эльфийка замерла, палец остановился над кнопками.

– В смысле – домой? – не поняла она. – Мы же не доиграли.

– В ближайшее время должна нагрянуть инспекция из штаба, – я подошел ближе, всем своим видом показывая, что время для шуток закончилось. – И если они застанут тебя здесь, то приятного будет мало и мне, и тебе. Собирайся.

Но у эльфийки, видимо, включился свой, чисто женский и очень не вовремя проснувшийся упрямый режим. Она посмотрела на меня снизу вверх и недоверчиво фыркнула.

– Инспекция? – не унималась она, оставаясь сидеть на пуфе. – Посреди ночи? Ты серьезно хочешь, чтобы я в это поверила?

– Да хрен его знает, что у них в голове и как они работают! – я начал закипать. – У них целый конвой с людьми пропал! Лучше перестраховаться и не проверять их методы работы на своей шкуре, поверь.

Наира скрестила руки на груди, не выпуская джойстик, и прищурилась.

– Ой, да брось. Ты просто боишься проиграть! Понял, что я раскусила твою тактику за скелета, и теперь выдумываешь сказки про начальство, чтобы технически слиться с финала!

Господь всемогущий, дай мне терпения!

Времени на долгие уговоры и педагогические беседы не было. В два шага я оказался с ней рядом, нагнулся, просунул руки ей под мышки и, крякнув от натуги, просто поднял ее на ноги, оторвав от пуфа. Геймпад с глухим стуком упал на ковер.

От неожиданности Наира не стала сопротивляться, только охнула и рефлекторно уперлась ладонями мне в плечи.

– Эй! – возмутилась эльфийка, оказавшись на ногах вплотную ко мне. – Мы пока не на той стадии отношений, чтоб ты меня так безнаказанно лапал!

– Угомонись, я даже не начинал, ушастая, – жестко парировал я, отпуская ее и отступая на шаг. – Я абсолютно серьезно. Хочешь, пошли в соседнюю комнату, я тебе лично это сообщение включу, послушаешь голос моего диспетчера. Там прямым текстом сказано про расширенные полномочия проверяющих.

Видимо, услышав тон и увидев, что я не улыбаюсь, Наира наконец-то поняла, что это не блеф ради победы в приставку.

– Так ты не шутишь. Аrse… тогда мне надо уматывать.

– И побыстрее, – согласился я.

Мы вышли из игровой и быстрым шагом направились по коридору в сторону выхода.

В голове у меня крутилась только одна мысль: выпроводить ее за дверь, затем затолкать Булыжника куда-нибудь в темный угол продуктового склада, накидать на него пустых мешков из-под картошки и молиться всем богам, чтобы инспекторы не решили проводить инвентаризацию овощей. С Ночесом проще, он маленький, залезет под потолок на вентиляционную трубу и будет там сидеть тихо, если повезет.

Подойдя к тамбуру, Наира стянула со спинки стула куртку и начала торопливо вдевать руки в рукава. Я стоял рядом, держа наготове шарф и снайперскую винтовку, которую она оставила в углу.

Бу, привлеченный нашей суетой, вышел из смотровой и застыл посреди коридора, молча наблюдая за тем, как мы спешно собираемся. Я ждал, пока эльфийка застегнет все пуговицы, чтобы открыть засов.

Она перехватила у меня винтовку, закинула ее за спину и потянулась за шарфом.

БУМ. БУМ. БУМ.

Три тяжелых удара. Кто-то снаружи со всей силы постучал в бронированную дверь.

Рука Наиры с шарфом замерла в воздухе.

Я перестал дышать. Правая рука так и осталась лежать на дверном засове, который я собирался повернуть секундой позже.

Диспетчер, конечно, сказал, что инспекция прибудет в скором времени, но НЕ НАСТОЛЬКО ЖЕ!

Стараясь не делать резких движений, повернул голову и посмотрел на Бу. Кремень слегка сдвинул корпус и «посмотрел» на эльфийку.

Наира, бледная как полотно, с широко распахнутыми глазами, медленно перевела взгляд на меня.

– Мр? – выдал Ночес, недоумевающе глядя на нас троих.

– Чшшшш! – выдали мы втроем, повернувшись к коту.

Глава 16

Три раскатистых удара в железную дверь отозвались в моей голове похоронным звоном.

В ту же секунду в тамбуре воцарилась паника, какую обычно можно наблюдать в провинциальном городке, куда внезапно и без предупреждения нагрянула инспекция из столицы. Или вообще сам президент! Ну или в данном мире император…

Я заметался по пятачку перед входом, озираясь по сторонам и пытаясь сообразить, куда мне деть это фантастическое собрание нелегальных элементов.

Бункер отличался завидной прямолинейностью планировки, исключающей любые архитектурные излишества вроде потайных ниш или фальшпанелей. Прятать здесь кого-то было делом абсолютно безнадежным. С таким же успехом можно было поставить слона у камина и прикрыть его кружевной салфеткой.

Дверь содрогнулась от нового удара. Снаружи колотили настойчиво и явно не собирались уходить.

– Егор, у нас проблемы. Вопрос.

О, мой дорогой друг, ты даже не представляешь какие!

– Милый наш камушек, мы тебя не понимаем, – тихо, но очень выразительно прошептала Наира.

– Открывай, я что-то придумаю, – настаивал Кремень.

Ну, была не была. Придумаешь, значит? Хорошо, магическое иноизмеренческое чудо. Чуди!

Я ухватил Наиру за плечо и бесцеремонно запихнул ее в свою спальню вместе с камнем, благо она находилась ближе всего.

– Но тут негде прятаться! – возмущенно прошептала эльфийка, озираясь на мою кровать и одежный шкаф.

– Просто стойте! – цыкнул я на нее, после чего развернулся и направился к шлюзу.

Я провернул тяжелый штурвал засова, чувствуя, как внутри все сжимается в тугой узел. Металл звякнул, пневматика привычно пшикнула, и я потянул створку на себя.

На крыльце стояли трое.

Впереди возвышалась женщина в строгом темном пальто с меховым воротником, а по бокам от нее застыли двое вооруженных солдат в зимнем обмундировании.

Первым делом я искренне удивился тому, что их всего трое. В моей голове никак не укладывалось, как эта троица умудрилась добраться сюда настолько быстро, учитывая, что вертолета я не слышал. Но стоило мне бросить взгляд за их спины, как все вопросы отпали. На снегу возле крыльца ровно парили три длинных гравиборда.

Но еще больше меня поразила их смелость. Или глупость. Как они не побоялись ехать сюда столь малой группой через глухую тайгу, прекрасно зная, что всего в нескольких километрах отсюда бесследно пропал караван вместе со всеми солдатами сопровождения? Наверное, у этой дамочки были стальные нервы или очень веские причины для спешки.

– Я могу войти? – требовательно спросила женщина, переступая через порог, даже не дождавшись моего приглашения.

Ее голос, низкий, с легкой хрипотцой, прозвучал неожиданно приятно, несмотря на всю свою властность. Я невольно зафиксировал этот звук, и в ту же секунду молодой организм, который до этого вел себя вполне прилично, выдал такую мощную волну гормонов, что у меня в висках застучало.

Егор, твою мать, держи себя в руках!

Я сделал глубокий вдох, стараясь не выдать своего замешательства, и отступил в сторону, открывая дверь шире.

– Входите, конечно, – ответил я, освобождая проход.

Ее солдаты внутрь соваться не стали. Они синхронно развернулись спинами к двери, заняли позиции по бокам от крыльца и принялись бдительно сторожить заснеженную поляну.

Как только мадам оказалась в тамбуре, я сразу же притянул тяжелую створку обратно и заблокировал замок.

– Отопление у меня тут не лучшее, так что давайте не будем греть улицу, – буркнул я. А то ишь какая важная.

Женщина равнодушно пожала плечами. Она повернулась ко мне, и в тусклом желтом свете лампы тамбура наконец-то смог разглядеть ее лицо во всех подробностях.

И, признаюсь честно, на мгновение я просто забыл, как дышать.

Она была хороша собоой. Причем красота эта была такой, от которой у мужчин начисто отключаются мозги. На вид ей было около тридцати пяти лет. Возраст, когда женщина уже полностью осознает свою силу и умеет ею пользоваться. Высокие точеные скулы прорисовывали изящные тени на светлой гладкой коже. Тонкие брови были изогнуты крутыми дугами над глубокими, слегка прикрытыми веками серыми глазами.

Платиновые волосы были уложены аккуратными волнами, которые чуть выбивались из-под капюшона пальто, пахнущего дорогим парфюмом. Но больше всего выделялись губы, накрашенные матовой помадой винного цвета.

У меня сразу возник вопрос, что такая женщина забыла в этих властных структурах?

Организм незамедлительно отреагировал на визуальный раздражитель, а внутренний семидесятилетний дед во мне отчаянно пытался воззвать к рассудку, крича: «Егор, дурак, остановись! Это старший следователь канцелярии, она приехала копать под тебя! Она опасна!». Но молодому, изголодавшемуся по женскому обществу телу было абсолютно плевать на любые доводы разума. Гормоны бушевали, требуя немедленно подойти ближе.

И, клянусь всеми материями, я с огромным трудом себя сдерживал.

Вальяжным движением женщина стянула с рук замшевые перчатки. Длинные тонкие пальцы с аккуратным темным маникюром двигались медленно, приковывая к себе все мое внимание. Сняв перчатки, она аккуратно сложила их вместе и засунула в карман.

Затем она потянулась к пуговицам темного пальто, расстегнула и повесила его на вешалку у входа.

Под верхней одеждой у нее обнаружился строгий серый китель со знаками отличия имперской канцелярии. Китель сидел на ней идеально, облегая тонкую талию, подчеркивая высокую грудь и плавный изгиб бедер.

– Я могу воспользоваться уборной? – спросила она, встретившись со мной взглядом.

Я с трудом сглотнул слюну, пытаясь заставить свой голос звучать ровно и без малейшей дрожи.

– Пожалуйста. В конце коридора направо.

Пока дамочка скрылась за дверью санузла и там зашумела вода, я, стараясь не шуметь, аккуратно притворил дверь в свою спальню, где затаилась Наира. Смотреть внутрь я не стал, чтобы не встретиться с ней взглядом и не потерять остатки самообладания. После этого я вернулся в зал и стал ждать.

Минуты через две дверь туалета отворилась, и гостья вышла в коридор. Лицо у нее было, мягко говоря, обескураженным. Вся ее первоначальная спесь куда-то испарилась, и я мгновенно напрягся.

И что ты там, мать твою, нашла? Плесень на кафеле?

– Четвертый дозорный, можете подойти? – обратилась она ко мне уж слишком напряженным голосом.

Прихрамывая, я направился по коридору к санузлу.

– Слушаю, – произнес я, останавливаясь в паре шагов от нее.

Женщина сделала жест в сторону открытой двери уборной, где на металлической сушилке для полотенец мирно висел посторонний предмет.

– Можете объяснить, пожалуйста, откуда у вас на режимном объекте женские колготы с начесом?

В этот момент мне потребовались все внутренние силы, накопленные за семьдесят лет жизни, чтобы просто сохранить самообладание и не, как это говорится, «спалиться с потрохами».

В черепной коробке мгновенно возникла такая отборная матерщина в адрес одной эльфийки, что ими можно было бы исписать стены во всем бункере и, кажется, изобрел парочку новых идиом.

Ну как… ну вот КАК, во имя всех богов мультивселенной, можно было, принимаядуш, умудриться забыть в ванной свои колготки⁈

Спасибо тебе, великая Лесная Матерь, что она хотя бы бюстгальтер или трусы там не оставила. Если бы на сушилке висел лифчик, я бы еще мог попытаться соврать что-нибудь оригинальное. Но вот женские трусы… тут бы пришлось уже откровенно говорить про длительную изоляцию и проводить лекцию на тему мужских гормонов.

Мы молча стояли перед открытой дверью и созерцали черные плотные колготки. Вещь была стопроцентно женской, поскольку мужское зимнее белье шьется по совершенно иным лекалам.

Я медленно перевел взгляд на представительницу комиссии. Лицо у меня в этот момент было абсолютно каменным. Я мысленно скопировал выражение Кристофа Вальца из фильма «Бесславные ублюдки» в той сцене, где он сидит в ресторане напротив Мелани Ролан и с вежливой улыбкой заказывает ей штрудель, зная о ней абсолютно все. Если кого и брать в шпионы, то только меня, меня и еще раз меня.

– А это мои, – ответил я, глядя ей прямо в глаза без тени смущения.

Тонкие брови попытались поползти вверх, но она невероятным усилием воли удержала их на месте.

– Простите? – вежливо уточнила она, ожидая ответа.

– Мои колготы, – повторил я все так же спокойно. – Зима у нас, знаете ли, лютая тут, на Разломе. А вот таких колгот с начесом в нашем снабжении для мужчин не предусмотрено. А мне какая разница? Я тут один на посту, женщин нет, смотреть некому. Взял по случаю, себе женские на складе в гарнизоне, и поддеваю под штаны, когда иду на дальние обходы. Отлично греют, кстати. Рекомендую.

Женщина сделала глубокий вдох и тихонько откашлялась в кулак, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

– Благодарю, но воздержусь, – ответила она с легким сухим смешком. – У меня есть любимая марка производителя.

– Как знаете. Мое дело предложить, – я вновь пожал плечами.

После этого инцидента мы начали неспешный обход помещений бункера. Я вел ее по коридорам, стараясь держаться чуть впереди, чтобы контролировать обстановку. Когда мы проходили мимо игровой комнаты, я краем глаза заметил, что плазменный экран потух, а консоль благополучно ушла в спящий режим из-за отсутствия активности, так что понять, что здесь кто-то рубился в файтинг еще пятнадцать минут назад, было невозможно.

– Вы, наверное, в курсе, что пропал караван? – спросила она, неторопливо вышагивая рядом со мной.

Я остановился посреди коридора и повернулся к ней.

– Я прошу прощения, но могу узнать, с кем я говорю?

Женщина тоже остановилась и посмотрела на меня в упор. Ее холодные серые глаза сузились.

– Вы не шутите, Багрицкий?

– Нет, – ответил я абсолютно серьезно. – Людей в этой глуши я вижу крайне редко. Помню, конечно, что мы с вами мельком сталкивались еще на континенте, до того, как меня перевели на Разлом, но где мы конкретно с вами встречались, хоть убейте, не припомню.

Я действительно покопался в недрах памяти прежнего Егора и выудил оттуда короткий эпизод из его прошлой жизни. Они действительно пересекались где-то в министерских коридорах. И почему-то молодой Егор эту особу очень сильно опасался, стараясь держаться от нее как можно дальше.

– Старший следователь Ольга Владимировна Дорофеева, – представилась она, чуть вздернув подбородок. – Я назначена главой специальной следственной комиссии Канцелярии, и мне поручено выяснить все детали чрезвычайного происшествия. Так вы в курсе пропажи конвоя?

– Я выдвинулся на место сразу же, как только принял сигнал бедствия, – ответил я, возвращаясь к делу. – Давайте пройдем на кухню. Нога у меня после недавней травмы еще не в идеальном состоянии, стоять долго тяжело. Я приготовлю чай, и мы все спокойно обсудим.

Она коротко кивнула, соглашаясь с моим предложением.

Когда мы проходили мимо двери моей спальни, створка по какой-то совершенно неведомой причине медленно приоткрылась.

Ольга Владимировна моментально зафиксировала это движение. Она остановилась как вкопанная и уставилась внутрь.

– Егор, скажите мне… – заговорила она медленно через пару секунд.

– Слушаю, – ответил я, мысленно готовясь к худшему.

– Это, конечно, не мое дело, как и женские колготки, но… зачем вам два абсолютно идентичных одежных шкафа?

Два… одежных… шкафа?..

Я осторожно заглянул ей через плечо вглубь комнаты. И действительно. У стены, прямо рядом с моей кроватью, стояли два абсолютно одинаковых металлических шкафа для одежды. Они были идентичны до мельчайших царапин на краске. Вот только я точно знал, что шкаф в комнате всегда был один.

Откуда взялся второй?

Погодите-ка…

Камень сказал, что что-то придумает и, кажется, выполнил.

Ну, Бу…

– В тайге теплой одежды много не бывает, – ответил я без малейшего колебания, стараясь, чтобы голос звучал максимально обыденно. – А постирочной у меня здесь, как вы могли заметить, не предусмотрено конструкцией. Приходится стирать тяжелые зимние вещи вручную, а это дело крайне накладное и долгое. Поэтому раз в два месяца ко мне прибывает снабженческая машина, которая привозит кучу свежего обмундирования, а старые грязные вещи я пакую во второй шкаф и отправляю обратно на базу для централизованной чистки.

Ольга Владимировна еще несколько секунд молча созерцала шкафы, словно мысленно играла в игру «найди десять отличий» и однозначно проигрывала.

– Ясно. Пойдемте, – наконец произнесла она и двинулась дальше по коридору в сторону кухни.

Я незаметно вытер выступивший на лбу холодный пот и похромал следом.

На кухне я зажег конфорку, поставил чайник и достал две простые фаянсовые кружки. Ольга Владимировна уселась за стол, положив перед собой тонкий планшет с зажимами для бумаги и приготовив ручку.

Пока закипала вода, между нами завязался диалог.

– Рассказывайте все, что видели на месте происшествия, Багрицкий, – потребовала она, приготовившись писать. – С самого начала.

– Сигнал S. O. S я принял в районе шести тридцати утра, – начал я, насыпая заварку в заварочный чайник. – Выдвинулся незамедлительно. Из-за поврежденной ноги дорога заняла больше времени, чем обычно несмотря на то, что я отправился на гравиборде. Увы, но от передышки никуда деться не смог. Прибыл на координаты около восьми утра.

– Что именно вы там обнаружили? Были ли выжившие?

– Никого, – я покачал головой. – На месте четкие следы ожесточенного боестолкновения. Снег перепахан гусеницами инженерного тягача, ветки деревьев посечены пулями. Огромное количество отстрелянных гильз. Но самое странное то, что нет ни одного тела. Ни раненых, ни убитых, ни даже следов крови. Техники тоже нет. Весь караван словно растворился в воздухе. Линия следов людей и машин обрывается резко, в одной точке, образуя ровную границу.