Текст книги "Перекрёсток миров (СИ)"

Автор книги: Роман Смирнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 24 страниц)

Глава 35. Гром и молнии

Гроза началась около полуночи.

Макс проснулся от раската грома – такого громкого, что, казалось, сами горы содрогнулись. Несколько секунд он лежал в темноте, пытаясь понять, где находится, потом вспомнил: палатка, горы, озеро.

Следующая вспышка молнии осветила внутренность палатки мертвенно-белым светом. Макс увидел Арию – она тоже не спала, сидела, обхватив колени руками, и смотрела на трепещущую ткань тента.

– Ария? – позвал он. – Ты в порядке?

– Да, – её голос звучал напряжённо. – Просто… не люблю грозы.

Очередной раскат грома заставил её вздрогнуть. Макс приподнялся на локте:

– Серьёзно? Ты, которая гонялась за преступниками и дралась с бандитами, боишься грозы?

– Это другое, – Ария поёжилась. – С преступниками можно бороться. А с грозой… она просто есть. Огромная, неконтролируемая сила.

Дождь обрушился на палатку стеной воды. Ткань прогибалась под напором, но держалась. Ветер завывал в кронах деревьев, и где-то совсем близко треснула ветка.

– Иди сюда, – Макс расстегнул свой спальник и приподнял край.

Ария колебалась секунду, потом быстро перебралась к нему. Они устроились рядом – тесно, но тепло. Макс чувствовал, как она дрожит, и не был уверен, от холода или от страха.

– Расскажи что-нибудь, – попросила она, когда очередная молния расколола небо. – Что угодно. Просто чтобы не слышать этот шум.

Макс задумался. Что рассказать? О квантовой физике? О своём мире? О…

– Когда мне было десять, – начал он, – я впервые увидел грозу по-настоящему. Не из окна квартиры, а вживую, на открытом пространстве.

– Где это было?

– На даче у бабушки. Маленький домик в деревне, сад, огород… Я приехал на лето, и в первую же ночь началась гроза.

Он помолчал, вспоминая:

– Я был в ужасе. Забился под одеяло и плакал. А бабушка пришла, села рядом и сказала: «Хочешь, покажу тебе кое-что?»

– И что она показала?

– Она вывела меня на крыльцо. Прямо под дождь. Я думал, она сошла с ума. Но она держала меня за руку и говорила: «Смотри. Смотри, какая красота».

Макс улыбнулся воспоминанию:

– И я посмотрел. По-настоящему посмотрел. Молнии, разрезающие небо. Дождь, пахнущий озоном и землёй. Гром, от которого вибрирует воздух. Это было… грандиозно. Пугающе, но грандиозно.

– И ты перестал бояться?

– Нет, – честно признался он. – Но я начал понимать, что страх и восхищение могут существовать одновременно. Что можно бояться чего-то и при этом видеть в этом красоту.

Ария молчала, обдумывая его слова. Снаружи гроза продолжала бушевать, но, казалось, уже не так яростно.

– Моя мама всегда говорила, что грозы – это небесные кошки, которые играют с молниями, – тихо сказала она. – Глупая детская сказка, но я любила её.

– Почему глупая? – спросил Макс. – В мире, где кошки ходят на двух ногах и работают в полиции, небесные кошки с молниями звучат вполне правдоподобно.

Ария фыркнула – то ли от смеха, то ли от возмущения:

– Ты сравниваешь меня с персонажем детской сказки?

– Я говорю, что в этом мире возможно всё. Даже небесные кошки.

Она повернулась к нему, и в свете очередной молнии он увидел её глаза – большие, светящиеся в темноте, как у всех кошачьих.

– Спасибо, – сказала она.

– За что?

– За то, что отвлёк меня. И за историю про бабушку.

– Всегда пожалуйста.

Они лежали рядом, слушая, как дождь барабанит по тенту. Гроза постепенно отступала – раскаты грома становились всё тише, молнии – всё реже. Но ни один из них не спешил отодвигаться.

– Макс? – голос Арии был сонным.

– М?

– Ты рад, что поехал?

Он подумал о прошедших днях. О тяжёлом рюкзаке и ноющих мышцах. О ледяной воде озера и скользких камнях у водопада. О кристаллах в пещере и звёздах над головой. О грозе и страхе. О тепле её тела рядом.

– Да, – сказал он. – Рад.

– Хорошо, – она придвинулась ближе, и он почувствовал, как её дыхание щекочет его шею. – Я тоже.

Дождь продолжал идти, но уже спокойнее, ровнее. Ветер стих, и только капли, стучащие по ткани палатки, нарушали тишину. Макс закрыл глаза, чувствуя, как усталость и умиротворение смешиваются в странный, но приятный коктейль.

– Ария?

– М-м?

– Когда вернёмся в город… может, сходим куда-нибудь? Не по делам, не из-за работы. Просто… так.

Пауза. Потом:

– Ты приглашаешь меня на свидание, Соколов?

– Возможно. Если ты не против.

Ещё одна пауза, длиннее первой. Макс уже начал жалеть о своих словах, когда услышал:

– Не против.

И больше ничего не нужно было говорить.

Гроза ушла за горы, оставив после себя свежий, умытый мир. Где-то вдалеке ещё погромыхивало, но здесь, в маленькой палатке у горного озера, было тихо и спокойно.

Макс лежал, слушая ровное дыхание Арии, которая наконец заснула, и думал о том, как странно складывается жизнь. Месяц назад он был одиноким физиком в своём мире, без друзей, без планов, без будущего. А теперь…

Теперь у него была работа (пусть и странная), друзья (пусть и с хвостами), и кто-то, кто засыпал рядом с ним, не боясь грозы.

Может быть, подумал он, засыпая, параллельные миры существуют не для того, чтобы мы искали дорогу домой. Может быть, они существуют для того, чтобы мы нашли новый дом там, где меньше всего ожидали.

Глава 36. Романтика и служба

Сержант Рик Клыков сидел на влажном валуне в двухстах метрах от палатки и в сотый раз за день задавался вопросом: за что ему это?

Вокруг шумел лес, пахло сосновой смолой и озоном после недавней грозы, а где-то внизу плескалось горное озеро. Красота, да. Романтика. Вот только Рик приехал сюда не любоваться пейзажами.

Он приехал сюда работать.

– Охрана VIP-персон, – пробормотал он, доставая из рюкзака термос с кофе. – Звучит престижно. «Сержант Клыков, вам можно доверить ответственное задание». Ага. Сидеть два дня в кустах и следить, чтобы парочку влюблённых не съели медведи.

Кофе был уже холодным, но Рик всё равно сделал глоток. Хотя бы вкус напоминал о цивилизации.

Внизу, у самого озера, из палатки вылезла Ария. Растрёпанная, в походной одежде, с сонным выражением морды. Потянулась, выгнув спину, и Рик невольно отметил про себя: стажёрка Найтфолл в хорошей форме. Академия явно не зря кормила.

Следом появился Соколов – взъерошенный, босой, в мятой футболке. Сказал что-то Арии, она рассмеялась и легонько толкнула его в плечо. Макс едва не свалился, но устоял, и они оба засмеялись уже вместе.

– Милота, – хмыкнул Рик, разглядывая сцену в бинокль. – Прямо как в тех романах, что жена читает. «Она – смелая полицейская. Он – загадочный пришелец из другого мира. Вместе они…»

Он замолчал, наблюдая, как Макс разводит костёр, а Ария копается в рюкзаке, доставая сковородку. Обычная утренняя рутина. Ничего подозрительного.

Ничего, что требовало бы личного охранника в двухстах метрах.

– Хорнтон в камере, – продолжил Рик свой внутренний монолог, переключая бинокль на окрестности. – Пятнистый в бегах, но вряд ли полезет в горы за парочкой стажёров. Информатор… ну, информатор пока тихо сидит, кем бы он ни был.

Он обвёл взглядом лес. Тихо. Слишком тихо. Из живности только белки да пара ворон, которые с интересом наблюдали за людьми у палатки. Никаких угроз. Никаких подозрительных типов. Вообще никого, кроме влюблённой парочки и одного страдающего сержанта.

– Может, шеф просто решил дать им личное пространство? – размышлял Рик вслух. – Отправил меня сюда не охранять, а… чтобы не мешать? Типа, «Клыков, посиди в лесу, пока они там разбираются со своими чувствами»?

Идея была бредовой, но Рик не мог от неё отделаться.

Внизу Макс пытался перевернуть что-то на сковородке и едва не уронил её в костёр. Ария вовремя подхватила – быстрая реакция кошачьих. Они снова рассмеялись. Соколов сказал что-то, и Ария игриво ударила его хвостом по ноге.

– Господи, – простонал Рик. – Я что, няня теперь? Я участвовал в трёх антитеррористических операциях, четырежды номинирован на медаль за храбрость… и вот я сижу в кустах и смотрю, как жарят яичницу.

Он отложил бинокль и потёр переносицу. Спина затекла от многочасового сидения на камнях. Ноги затекли. Даже хвост затек, а это надо было ещё постараться.

Где-то в кронах деревьев каркнула ворона. Рик машинально повернул голову – ложная тревога. Просто птица. Он вернулся к наблюдению за лагерем.

Макс и Ария сидели у костра, ели яичницу прямо из сковородки, по очереди передавая её друг другу. Говорили о чём-то – Рик не слышал слов, но по выражению морд было видно: разговор лёгкий, приятный. Без напряжения. Без страха. Просто двое молодых существ, которые наслаждаются моментом.

– Вот так и должно быть, – тихо сказал Рик. – После всего, что они пережили… пусть хоть немного отдохнут.

Он откинулся на валун и закрыл глаза. Солнце пригревало, лес шумел, и на секунду Рик позволил себе расслабиться. Всего на секунду.

А потом открыл глаза, снова взял бинокль и продолжил наблюдение. Потому что он профессионал. Потому что это его работа. И потому что где-то там, за горами, Пятнистый всё ещё на свободе, а информатор всё ещё не пойман.

– Романтика, – хмыкнул Рик, наблюдая, как Ария укладывает голову на плечо Макса. – Хорошо им. А я тут сижу на камне с затёкшим хвостом и холодным кофе. Знаете где я такую работу видел…

К обеду Рик уже начал серьёзно жалеть, что согласился на это задание.

Макс и Ария решили искупаться. В ледяном горном озере. Среди бела дня. И, судя по их смеху и визгам, получали от этого удовольствие.

– Молодёжь, – пробормотал Рик, наблюдая, как Соколов с разбега прыгает в воду и тут же выскакивает с воплем. – Совсем без мозгов. Озеро питается ледниковыми ручьями, а они купаются.

Он обвёл окрестности взглядом в сотый раз. Всё чисто. Никаких следов. Никаких звуков, кроме естественных. Лес был спокоен. Слишком спокоен?

Рик нахмурился. Старый полицейский инстинкт – тот самый, что спасал ему жизнь не раз, – подсказывал: что-то не так. Не то чтобы опасность. Скорее… ощущение, что за ним тоже наблюдают.

Он медленно повернул голову, сканируя лес за своей спиной. Деревья. Кусты. Камни. Ничего необычного.

– Паранойя, – прошептал он. – Просто паранойя.

Но руку к кобуре он всё равно подвинул поближе.

Остаток дня прошёл без происшествий. Макс и Ария гуляли вдоль озера, собирали какие-то цветы (Рик не понял зачем), потом читали книги у костра. Обычная походная идиллия. Рик следил за ними, периодически меняя позицию, чтобы не затекать окончательно.

К вечеру он устроился на новом валуне – повыше, с лучшим обзором – и жевал армейский паёк. Сухой, безвкусный, но калорийный. Жена бы расстроилась, увидев, чем он питается. Она всегда настаивала на домашней еде.

– Прости, дорогая, – пробормотал Рик, запивая паёк водой из фляжки. – Служба.

Внизу Макс разводил костёр, а Ария готовила ужин. Судя по запахам, что-то мясное. Желудок Рика предательски заурчал.

– Вот сволочи, – проворчал он. – Я тут сижу с армейской баландой, а они жарят стейки. Несправедливо.

Но в целом день прошёл хорошо. Никаких угроз. Никаких происшествий. Может, шеф действительно перестраховался? Может, эта охрана – просто формальность?

Гроза началась после полуночи.

– Замечательно, – пробормотал он, натягивая капюшон непромокаемой куртки. – Просто замечательно.

Молния осветила лес мертвенно-белым светом. Рик инстинктивно пригнулся – старая привычка, хотя молнии его не особо беспокоили. Беспокоило другое: в такую погоду видимость нулевая, и если кто-то решит воспользоваться грозой как прикрытием…

Глава 37. Кадровые перестановки

Рик Клыков припарковал служебный внедорожник на стоянке департамента полиции и несколько секунд просто сидел за рулём, собираясь с духом.

Три дня в горах. Три дня мокрой шерсти, холодного кофе и армейских пайков.

– Домой, – пробормотал он. – Горячий душ, нормальная еда, мягкая постель. Вот всё, что мне сейчас нужно.

Он потянулся, хрустнув затёкшим позвоночником, и вылез из машины. Ноги всё ещё ныли, хвост волочился как чужой, а от запаха собственной мокрой шерсти хотелось зажать нос.

– Сержант Клыков! – окликнул его дежурный на входе, молодой гепард по имени Спринт. – Капитан Буйвол велел зайти к нему, как только вернётесь.

Рик застыл на пороге.

– Сейчас? – переспросил он с надеждой в голосе. – Может, это подождёт до завтра? Я вот только из командировки, хотел бы…

– Сейчас, сержант, – Спринт сочувственно улыбнулся. – Цитирую: «Как только его волосатая задница появится в дверях – сразу ко мне».

Рик выругался про себя. Конечно. Конечно, нельзя просто прийти, сдать отчёт и свалить домой. Это было бы слишком просто.

– Хорошо, – вздохнул он. – Иду.

Кабинет капитана Буйвола располагался на третьем этаже, в конце длинного коридора. Рик плёлся туда, ощущая, как каждый шаг отдаётся болью в коленях. Господи, когда он успел так состариться?

Дверь кабинета была приоткрыта, и изнутри доносились голоса. Рик узнал басистый рык Буйвола и более мягкий, но властный голос шефа Лайонхарта.

– Входи, Клыков, – раздалось изнутри прежде, чем Рик успел постучать. – Знаю, что стоишь за дверью. Слышу твоё сопение за километр.

Рик толкнул дверь и вошёл. За массивным столом сидел капитан Буйвол – огромный, мускулистый, с рогами, которые видали виды. Рядом, в кресле для посетителей, расположился шеф Лайонхарт – элегантный лев в безупречной форме.

– Сержант Клыков докладывает о завершении задания, сэр, – сказал Рик, вытягиваясь в стойку смирно. Затёкшие мышцы взвыли от протеста, но он не подал виду.

– Вольно, вольно, – махнул лапой Буйвол. – Садись. Выглядишь как дерьмо.

– Спасибо, сэр. Чувствую себя соответственно.

Рик опустился в кресло напротив стола и едва сдержал стон облегчения. Сидеть. Наконец-то сидеть в нормальном кресле, а не на мокром валуне.

– Как прошло наблюдение? – спросил Лайонхарт, не теряя времени на светские беседы.

– Без происшествий, сэр, – Рик достал из кармана блокнот. – Объекты провели три дня в горном кемпинге у озера Кристалл. Маршрут: стандартный туристический, никаких отклонений. Контактов с третьими лицами не было. Угроз не обнаружено.

– Они тебя заметили?

– Нет, сэр. Я держался на расстоянии двухсот-трёхсот метров, использовал естественные укрытия. Оптику – только ночью или при плохой видимости.

Буйвол хмыкнул:

– Значит, всё прошло гладко. Хорошая работа, сержант.

Рик почувствовал, как расслабляется. Хорошо. Задание завершено, начальство довольно, можно сваливать домой.

– Раз доклад закончен, – начал он, поднимаясь с кресла, – то с вашего разрешения…

– Сиди, – отрезал Лайонхарт. – Мы ещё не закончили.

Рик медленно опустился обратно. Что-то в тоне шефа ему не понравилось.

– Сэр?

Лайонхарт и Буйвол обменялись взглядами. Потом лев откинулся в кресле и сложил лапы на груди:

– Сержант Клыков, последние три недели вы работали с консультантом Соколовым и стажёром Найтфолл. Как бы вы оценили их профессиональные качества?

Рик нахмурился. К чему этот вопрос?

– Соколов – гражданский, сэр. Не имеет подготовки, но сообразительный. Быстро учится. Найтфолл – молодая, но перспективная. Хорошая реакция, дисциплинированная.

– А в личном плане?

– Сэр, я не понимаю…

– Как они работают в паре, – уточнил Буйвол. – Есть ли проблемы с коммуникацией? Конфликты? Или, наоборот… излишнее сближение?

Рик почувствовал, как шерсть на загривке встаёт дыбом. Он знал, куда клонит разговор, и ему это категорически не нравилось.

– Они хорошо работают вместе, – осторожно ответил он. – Дополняют друг друга. Соколов анализирует, Найтфолл действует. Что касается личных отношений… это не моё дело, сэр.

– Теперь твоё, – сказал Лайонхарт.

Повисла тишина. Рик медленно перевёл взгляд с льва на буйвола и обратно.

– Простите, сэр, я не расслышал?

– Расслышал прекрасно, – Буйвол подался вперёд, массивными локтями опираясь на стол. – С сегодняшнего дня Соколов и Найтфолл переводятся под твоё командование. Официально. Постоянно.

Рик почувствовал, как мир слегка накреняется.

– Сэр, – начал он максимально вежливо, – с вашего разрешения, я бы хотел уточнить…

– Ничего уточнять не надо, – перебил Лайонхарт. – Ситуация следующая: у нас есть гражданский консультант, который уже дважды становился мишенью для преступников. У нас есть молодой стажёр, который, несмотря на хорошую подготовку, не имеет достаточного опыта полевой работы. И у нас есть опытный сержант, который доказал свою надёжность и профессионализм. Логично поставить их всех в одну команду под твоим руководством.

– Сэр, я… это… – Рик судорожно подбирал слова. – Я патрульный офицер. Я не няня для стажёров!

– Теперь няня, – невозмутимо ответил Буйвол.

– С какой стати?!

– С той, что ты лучший из доступных кандидатов, – Лайонхарт достал папку с документами и бросил на стол перед Риком. – Кого ещё я могу доверить такую задачу?

– Кого угодно! – Рик почувствовал, как в нём закипает негодование. – Любого другого сержанта! Фангмайера, например. Или Дельгадо. Или…

– Фангмайер слишком импульсивен, – перебил Буйвол. – Дельгадо переводится в отдел по борьбе с наркотиками. А у тебя, Клыков, есть одно качество, которого нет у других.

– И какое же?

– Ты умеешь держать язык за зубами, – сказал Лайонхарт. – У нас до сих пор не пойман информатор. Кто-то в этом департаменте сливает информацию преступникам. И пока мы не знаем кто, я не могу доверить защиту Соколова и Найтфолл кому попало. Только тем, в ком уверен на сто процентов.

Рик молчал, переваривая услышанное. Информатор. Чёрт. Он почти забыл об этом.

– Сэр, – медленно произнёс он, – если вы подозреваете кого-то в департаменте, то логично провести внутреннее расследование. Проверить всех…

– Проверяем, – кивнул Лайонхарт. – Тихо. Без огласки. Но пока мы проверяем, Соколов и Найтфолл остаются потенциальными мишенями. И я хочу, чтобы за ними присматривал кто-то, кому я могу доверять.

– Иными словами, я, – Рик потёр переносицу. – Отлично. Просто замечательно.

– Ты не рад повышению? – с невинным видом спросил Буйвол.

– Какое, к чёрту, повышение? – взорвался Рик. – Вы только что сказали, что я буду нянькой для двух раздолбаев! Один – безволосый гражданский, который даже табельное оружие держать не умеет, вторая – стажёрка, которая… которая…

Он замялся, подбирая слова.

– Которая влюбилась в этого безволосого гражданского? – подсказал Лайонхарт.

Рик зажмурился.

– Именно, сэр. Они там флиртуют на каждом шагу. Я три дня в горах за ними наблюдал – они не работают, они на свидание ходили! И вы хотите, чтобы я… чтобы я за ними… – он запнулся, не в силах подобрать правильное слово.

– Присматривал, – помог Буйвол. – Направлял. Обучал. Защищал.

– Я уйду на досрочную пенсию, – выпалил Рик. – Прямо сейчас. Заявление напишу.

В кабинете повисла тишина. Лайонхарт и Буйвол снова переглянулись, и Рик увидел в их глазах… веселье? Они что, издеваются?!

– Клыков, – медленно произнёс Лайонхарт, – ты действительно думаешь, что мы тебя отпустим?

– Сэр?

– У тебя двадцать лет выслуги, – Буйвол откинулся в кресле, скрипя пружинами. – До пенсии ещё пять. И ты – один из лучших офицеров этого департамента. Думаешь, я просто подпишу твоё заявление и помашу хвостом на прощание?

– Но…

– Даже если ты напишешь заявление, – продолжил лев, – я его не подпишу. А если будешь настаивать, отправлю тебя на медкомиссию. Психологическую. Полную. Знаешь, сколько она длится?

– Сэр, это…

– Три месяца, Клыков. Три месяца тестов, опросов и бесед с психологом-грызуном, который будет спрашивать, не хочешь ли ты «поделиться своими чувствами». А потом, когда комиссия признает тебя пригодным к службе – а она признает, – ты вернёшься на службу. И знаешь, какое задание я тебе дам?

Рик молчал.

– Присматривать за Соколовым и Найтфолл, – закончил Лайонхарт. – Так что выбирай: либо начинаешь прямо сейчас, либо делаешь трёхмесячный перерыв на болтовню о чувствах и начинаешь потом. Результат один.

Рик смотрел на шефа, потом на капитана, потом снова на шефа. Они были серьёзны. Абсолютно, чертовски серьёзны.

– Это шантаж, сэр, – выдавил он.

– Это забота о твоём психологическом здоровье, – невозмутимо ответил Лайонхарт. – И о безопасности твоих будущих подопечных. Так что, Клыков, какой вариант выбираешь?

Рик сжал челюсти. Хотел что-то сказать. Возразить. Послать всё к чертям и уйти, хлопнув дверью.

Но он знал, что Лайонхарт не блефует. И Буйвол тоже. Если они сказали, что не отпустят – не отпустят.

– Прекрасно, – процедил он сквозь зубы. – Когда я начинаю?

– С понедельника, – Буйвол подвинул к нему папку. – Вот их досье. Изучишь к началу недели. В понедельник утром встреча в моём кабинете – ты, Соколов и Найтфолл. Распишешь им правила, объяснишь структуру подчинения, составишь график работы.

– И постарайся быть с ними помягче, – добавил Лайонхарт. – Они хорошие ребята. Просто… неопытные.

– И влюблённые, – буркнул Рик.

– Это их личное дело, – отрезал лев. – Если это не мешает работе – не вмешивайся. Если мешает – разберёшься. Ты же опытный сержант, правда?

Рик взял папку со стола и тяжело поднялся с кресла. Всё тело ныло. Голова гудела. А впереди ещё целая неделя подготовки к новой… няньке-работе.

– Разрешите идти, сэр?

– Иди, – кивнул Буйвол. – И, Клыков…

– Да, сэр?

– Добро пожаловать в самое странное задание твоей карьеры.

Рик вышел из кабинета и прислонился к стене в коридоре. Папка с досье лежала в лапах, тяжёлая, как приговор.

– Соколов и Найтфолл, – пробормотал он. – Безволосый физик и влюблённая стажёрка. Под моим командованием. Господи, за что?