Текст книги "Дикарка для Альфы (СИ)"

Автор книги: Рая Вельс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)

Глава 42

Строптивая волчица

Четыре дня, проведённые в четырёх стенах, тянулись для Неи мучительно долго. Боль от рваных ран постепенно утихла, оставив после себя лишь лёгкий зуд заживающей кожи. Слабость отступила, силы возвращались, а вместе с ними росло странное, с каждым часом всё более настойчивое чувство тесноты.

С самого утра Нея ощущала присутствие волчицы с непривычной, почти осязаемой отчётливостью. Она беспокойно ворочалась, не находя себе места, и раз за разом тянула Нею к окну. Девушка подходила к стеклу, прижималась к нему лбом и подолгу смотрела на заснеженный лес.

Деревья стояли укутанные в пышные белые шапки, и один только взгляд на них заставлял сердце биться быстрее. Хотелось выбежать из дома, почувствовать под лапами колючий снег, вдохнуть полной грудью и различить сотни запахов, которые в человеческом облике оставались для неё недоступными.

А больше всего хотелось бежать – мчаться между заснеженными стволами, чувствуя, как сильное звериное тело легко несёт её вперёд, и хотя бы ненадолго забыть обо всём, что случилось за последние дни.

Нея положила ладонь на грудь, чувствуя, как быстро колотится сердце, и прошептала:

– Потерпи ещё немного. Пожалуйста.

Волчица отозвалась. Вдоль позвоночника, к самой шее, прокатилась горячая, требовательная волна, оставив после себя россыпь мурашек.

Нея нахмурилась. Похоже, уговоры не действовали.

– Ну не упрямься, – пробормотала она ещё тише.

– И кого же ты так трепетно уговариваешь? – раздался от двери знакомый низкий голос.

Нея вздрогнула и резко обернулась, чуть не ударившись плечом об оконный косяк.

Дамир стоял в проёме, прислонившись плечом к деревянной раме. На нём была простая тёмная кофта с закатанными до локтей рукавами, открывавшими крепкие предплечья с едва заметными шрамами. От него веяло морозной свежестью и тем особым теплом, которое Нея уже научилась узнавать безошибочно.

– Ты... ты меня напугал, – выдохнула она, пытаясь унять подскочивший пульс.

Дамир не торопился отвечать. Его внимательный взгляд скользнул по её лицу, задержался на сжатых губах, а затем переместился к заснеженному лесу за окном.

– Что-то произошло, пока меня не было? – тихо спросил он, входя в комнату.

– Нет, вовсе нет, – слишком поспешно ответила Нея.

Дамир приподнял бровь.

– Нея.

Она невольно опустила глаза, разглядывая узор на ковре. Скрыть от него своё беспокойство становилось всё труднее – казалось, Дамир замечал малейшую перемену в её настроении.

– Я хочу перекинуться, – наконец призналась она и, набравшись смелости, подняла на него глаза.

На миг в комнате стало тихо. Только дрова негромко потрескивали в камине.

– Сейчас? – переспросил Дамир, внимательно глядя на неё.

Нея решительно кивнула.

– Почему именно сегодня?

Вопрос на мгновение сбил её с толку.

– Не знаю, – смущённо пробормотала она, теребя край кофты. – Просто очень хочется.

Нея досадливо прикусила нижнюю губу, пытаясь подобрать слова.

– Ей там слишком тесно.

– Кому «ей»?

– Моей волчице, – ответила Нея.

Намёк на улыбку исчез с лица Дамира.

– И давно ты это чувствуешь?

Он подошёл ближе и остановился совсем рядом.

– С самого утра, – призналась Нея. – Сначала было похоже на лёгкий зуд под кожей, а сейчас... будто ей просто необходимо выйти на волю. Побегать. Я смотрю на снег и почти чувствую, как он должен хрустеть под лапами.

Дамир задержал на ней взгляд, а затем поднял руку и бережно провёл пальцами по её волосам.

– Плечо беспокоит? Рана тянет?

– Уже почти нет, – ответила она, хотя рука невольно потянулась к месту, где под одеждой скрывались свежие шрамы. – Иногда немного ноет, если резко двигаюсь. Но Степан сказал, что всё заживает хорошо.

– И Степан, разумеется, разрешил тебе перекидываться? – с лёгкой иронией поинтересовался Дамир.

Вот об этом Нея спросить лекаря как-то не догадалась и теперь виновато отвела взгляд, не выдержав пристального прищура Дамира. Он, кажется, всё понял без слов и только вздохнул.

– Всё с тобой понятно, строптивая.

– Я буду очень осторожна, правда! – тут же пообещала Нея.

– Нет, Нея.

Она резко вскинула голову.

– Но почему?

– Потому что ещё четыре дня назад ты истекала кровью у меня на руках.

– Четыре дня назад, – упрямо повторила Нея. – А сейчас мне намного лучше. Раны почти затянулись, слабости нет. Я же чувствую собственное тело, Дамир.

– То, что ты чувствуешь себя лучше, ещё не означает, что ты полностью восстановилась после таких ран, – спокойно возразил он. – Поэтому нет. Сегодня ты никуда не пойдёшь.

Нея нахмурилась и снова посмотрела в окно. Волчица внутри недовольно заворочалась, словно прекрасно расслышала вынесенный Альфой вердикт и категорически с ним не согласилась.

Как, впрочем, и сама Нея.

– А если я всё-таки перекинусь?

За спиной стало тихо. Нея повернулась и встретилась с потемневшим взглядом Дамира.

– Что ты сказала?

Ещё совсем недавно одного этого тона хватило бы, чтобы она смутилась, опустила глаза и поспешила заверить, что ничего такого не имела в виду.

Но сейчас отступать почему-то не хотелось.

– Я сказала, что хочу перекинуться, – повторила Нея уже твёрже. – И если со мной всё будет нормально, я не понимаю, почему не могу этого сделать.

– Потому что я запретил?

– Потому что ты решил за меня.

Брови Дамира медленно поползли вверх.

Нея и сама поняла, насколько дерзко это прозвучало, но слова уже были сказаны. Щёки предательски потеплели, однако взгляд она не отвела.

– Я понимаю, что ты беспокоишься, – добавила она чуть тише. – И я не собираюсь носиться по лесу до тех пор, пока снова не свалюсь без сил. Но волчице действительно плохо. Я чувствую её, Дамир. Она будто заперта внутри и с каждым часом всё сильнее пытается выбраться.

Он молчал.

– А если я всё равно скажу «нет»?

Нея сглотнула. Вот теперь сердце забилось быстрее, но отступать было поздно.

– Тогда я всё равно попробую.

В янтарных глазах что-то вспыхнуло.

– Это неповиновение Альфе?

Нея на секунду задумалась.

– Наверное.

Уголок его рта едва заметно дрогнул, но Нея продолжила прежде, чем он успел что-либо сказать.

– Только ты ведь не мой Альфа.

Улыбка исчезла с лица Дамира, и в его чертах проступила неоспоримая властность Альфы.

Нея почувствовала, как по спине пробежал холодок. Кажется, вот этого говорить точно не стоило. Но отступать и забирать свои слова обратно она не собиралась.

– Я не хочу с тобой спорить, – сказала она мягче. – Правда. Но я всю жизнь считала себя человеком и почти ничего не знаю о том, кем оказалась. Сейчас моя волчица впервые сама чего-то хочет. Не потому, что мне угрожает опасность, не потому, что нужно защищаться. Она просто хочет выйти. А я... я хочу понять её.

Последние слова окончательно стёрли остатки суровости с лица Дамира, и он, помолчав, провёл ладонью по затылку и тяжело выдохнул.

– Упрямая.

Нея не удержалась от слабой улыбки.

– Хорошо. Перекинешься.

Её лицо просияло.

– Правда?

– Я ещё не закончил, – предупредил он, и Нея послушно закрыла уже открывшийся рот. – Пойдём вместе. Недалеко от дома и не больше часа. Почувствуешь боль, слабость или что-нибудь ещё – сразу возвращаемся. Без споров.

Нея на мгновение задумалась, после чего кивнула.

– Согласна.

Дамир прищурился.

– Что-то слишком быстро ты согласилась.

– Потому что это уже не запрет, – невинно пояснила она. – Это компромисс.

Дамир покачал головой и тихо рассмеялся.

– Кажется, четыре дня взаперти плохо на тебя влияют.

В синих глазах Неи светился такой чистый, почти детский восторг, что губы Дамира невольно дрогнули в тёплой улыбке. Он шагнул ближе, обнял её лицо широкими, прохладными ладонями и наклонился, мягко касаясь её губ долгим, невероятно нежным поцелуем.

Нея замерла, растворяясь в поцелуе, пока по телу медленно разливалась сладкая истома.

– Но с условием, – шепнул он ей прямо в губы, отстраняясь лишь на пару сантиметров. – Почувствуешь хотя бы малейшую боль – мгновенно останавливаешься.

– Да-да, хорошо! – соглашалась Нея, пока он не передумал.

Дамир прищурился, глядя на её горящие азартом глаза.

– Ты хотя бы половину моих слов слышишь?

– Слышу каждое слово! – соврала Нея, хотя её взгляд уже нетерпеливо стремился к двери.

Он качнул головой, уступая её порыву.

– Тогда собирайся.

На самой кромке леса Нея замерла. Перед ней простирался бесконечный зимний покров – чистый, нетронутый снег.

Волчица внутри неё затихла в предвкушении. Нея зажмурилась, глубоко вдохнула, и звать зверя не пришлось – волчица сама рванулась на свободу. Знакомый жар разом затопил тело, мышцы натянулись струнами, кости перестроились в считанные секунды – и вот уже на снегу стояла белая волчица.

Она открыла глаза. Мир вокруг вдруг раскрылся сотнями новых красок и запахов. Морозный воздух, сладковатый запах сухой коры, тонкий аромат древесного дыма. И главный среди них – терпкий, родной запах Дамира.

Белая волчица встряхнулась, ощущая небывалый восторг. Лес манил её. Она сделала один осторожный шаг, второй, а затем, не выдержав, сорвалась с места и понеслась вперёд, отдаваясь безудержной радости бега.

– Нея! – донёсся до неё громкий, предостерегающий голос Дамира, но остановить её было уже невозможно.

Снежная пыль взлетала из-под мощных лап, ветви деревьев мелькали перед глазами, а морозный воздух обжигал лёгкие. Это было чистое, ничем не омрачённое счастье свободы.

Сзади раздался оглушительный хруст наста. Нея на бегу оглянулась и увидела, как между деревьями стремительной тенью мчится огромный угольно-чёрный волк.

Охваченная азартом, Нея попыталась прибавить ходу, но чёрный Альфа сокращал расстояние с невероятной лёгкостью. Белая волчица заложила крутой вираж, проскочила под низко нависшими еловыми лапами и едва не завалилась на бок, но удержала равновесие. Она выскочила на небольшую поляну – и резко затормозила. Каким-то образом срезав путь между деревьями, Дамир уже ждал её там.

Он стоял посреди снега, слегка склонив массивную голову набок, и в его янтарных глазах явно читалась насмешка.

Нея недовольно фыркнула, взрыла лапой снег и попыталась оббежать его слева. Чёрный волк мягко шагнул в сторону, перекрывая ей путь. Она метнулась вправо – он снова преградил дорогу.

Задетая его превосходством, волчица припала к земле, хитро вильнула хвостом, а затем резко развернулась и рванула обратно.

Но уйти ей не удалось. Спустя пару секунд Дамир легко поравнялся с ней. Он не стал сбивать её с ног или прижимать к земле – лишь бежал рядом, подстраиваясь под её темп и держась достаточно близко, чтобы в любой момент поддержать, если она оступится.

Только тогда Нея поняла: он вовсе не соревновался с ней. С самого начала Дамир лишь присматривал за ней, позволяя выплеснуть накопившуюся энергию и вдоволь насладиться свободой.

К домику у озера они вернулись лишь спустя час.

Когда Нея вновь приняла человеческий облик, ноги слегка подкашивались от непривычной нагрузки, зато мучительное чувство тесноты и тревоги исчезло без следа.

Она вышла на террасу и увидела Дамира, стоявшего у перил. И только сейчас, в сумерках угасающего дня, заметила то, чего не замечала в лесу.

Дамир выглядел уставшим. Под глазами залегли тёмные тени, обычно расправленные плечи слегка поникли. Суточные дежурства на границе, бессонные ночи – всё это не прошло бесследно.

Нея подошла и остановилась рядом.

– Как ты себя чувствуешь? – бархатным голосом спросил Дамир, поворачиваясь к ней.

– В полном порядке. А вот ты... – Нея набралась смелости и внимательно посмотрела на него. – Ты сегодня ел?

Дамир коротко усмехнулся, словно пытаясь скрыть за этим усталость.

– Нея...

– Я просто спросила. Так ел или нет?

– Утром.

– Но сейчас уже вечер! – в её голосе невольно прозвучал укор.

– Я в курсе, – с усталой иронией отозвался Альфа.

Нея замялась. Ещё недавно она ни за что не осмелилась бы вот так расспрашивать его, а тем более – отчитывать. Но сейчас, глядя на Дамира, вдруг поняла, что хочет сделать для него хоть что-нибудь. Самое простое. Позаботиться о нём так же, как всё это время он заботился о ней.

– Тогда... может быть, поедим? – предложила она. – Я... ужасно проголодалась после прогулки.

– С удовольствием, – отозвался Дамир, и в его голосе вновь зазвучали тёплые, мягкие нотки.

Они прошли на уютную, хорошо протопленную кухню. Нея остановилась возле дубового стола, посмотрела на замершего у дверей Альфу и неожиданно даже для самой себя произнесла:

– Садись за стол.

Слова вырвались сами – легко, естественно, почти по-домашнему, но уже в следующую секунду Нея замерла, испугавшись собственной дерзости. Дамир тоже не шевельнулся, лишь молча вглядывался в её покрасневшее лицо, а затем его губы тронула мягкая, невероятно тёплая улыбка.

– Уж если сам вожак получил приказ... сажусь.

Щёки Неи залило жаром, и она поспешно отвернулась к кухонным шкафчикам, делая вид, что страшно занята поисками тарелок и чашек. За спиной раздался лёгкий скрип отодвигаемого стула, и Нея, не удержавшись, едва заметно улыбнулась своему отражению в тёмном стекле окна, неожиданно понимая, что заботиться об Альфе оказалось совсем не страшно и, как ни странно, ей это даже нравилось.

Глава 43

Нить над бездной

Резкий, требовательный звонок телефона разорвал тишину кабинета.

Аркадий Вольфович оторвал тяжёлый взгляд от тёмного окна и посмотрел на лежащий на столе телефон. На экране светилось имя Юрия. В последние дни каждый звонок правой руки приносил либо очередные новости по затянувшемуся делу Андреевского и Самойлова, либо всё то же короткое: на след Неи выйти не удалось.

Альфа Севера снял трубку, не тратя времени на приветствия.

– Слушаю, Юра.

– Аркадий Вольфович, на след Неи я пока не вышел, – в глуховатом от усталости и помех голосе Юрия звучали сухие деловые нотки. – Но только что появилась одна зацепка. Пока неподтверждённая, однако, думаю, вам стоит о ней знать.

Аркадий выпрямился в кресле, крепче сжимая телефон.

– Что именно?

Юрий уловил мгновенную перемену в голосе вожака, но не торопился переходить к главному. Сначала следовало обозначить всю цепочку целиком.

– Позвольте вернуться к моменту её исчезновения из реабилитационного центра. Ночью Нея ушла из «Берёзки» босиком, без верхней одежды и личных вещей. Никаких следов по камерам, больницам или другим учреждениям после той ночи мне обнаружить не удалось. Она словно растворилась.

Аркадий молчал, не перебивая. Всё это он уже знал – Юрий докладывал ему обстоятельства исчезновения дочери раньше.

– Но есть одна деталь, которой я тогда не придал должного значения, – продолжил Юрий. – В то время люди Дамира активно разыскивали девушку, сбежавшую из «Берёзки». А потом поиски неожиданно прекратились.

– К чему ты клонишь, Юра? – голос Аркадия стал ниже. – Ты нашёл подтверждение, что она у них?

– Не прямое, – честно ответил Юрий. – Но полчаса назад до меня дошли кое-какие разговоры. Ничего официального – обычные клановые слухи, которыми делятся только среди своих.

Он ненадолго замолчал, подбирая точные слова, а затем негромко произнёс.

– Говорят, Дамир нашёл истинную.

На несколько мгновений в динамике повисла тишина. Брови Аркадия сдвинулись к переносице.

– И какое отношение истинная Южного Альфы имеет к моей дочери? – сдержанно спросил он.

– Она белая.

Аркадий замер, ощутив, как сердце в груди пропустило удар. Белые волки испокон веков считались частью Северного клана, тогда как на Южных землях всегда преобладали серые и тёмные масти. Появление неизвестной белой волчицы на чужой территории просто не могло не вызвать вопросов.

Однако первичное потрясение быстро уступило место трезвому расчёту. Пока это были лишь чужие разговоры, а строить выводы на одних только сплетнях Аркадий не привык.

– Продолжай, – глухо отозвался он.

– Пока у меня больше вопросов, чем ответов, Аркадий Вольфович, – вздохнул Юрий. – Насколько мне удалось понять, слухи пошли среди бойцов, которые патрулируют границы и участвуют в облавах на диких. Но кто именно первым увидел белую волчицу и откуда пошёл разговор про истинную, я пока не выяснил.

– Её видели в самом клане?

– В том-то и дело, что нет. Дамир никого официально не представлял. Белую волчицу в клан не привозил и никаких объявлений не делал. Большинство вообще считает это обычной выдумкой.

– Тогда откуда взялось утверждение, что она – его истинная?

– Этого я пока тоже не прояснил, – с досадой признался Юрий. – Слишком мало людей знают, что происходит на самом деле. А те, кто знает, говорить вовсе не спешат.

Аркадий поднялся и медленно прошёлся по кабинету. Внешне он сохранял полное спокойствие, но внутри напряжение нарастало с каждой секундой.

– Когда она появилась?

– Точной даты нет. Говорят, недавно. Примерно в то же время, когда люди Дамира перестали искать девушку из «Берёзки».

Аркадий резко остановился.

– Имя?

– Нет, – отозвался Юрий.

– Человеческий облик кто-нибудь видел?

– Если и видел, до меня эта информация пока не дошла.

Короткий ответ заставил Аркадия сжать челюсти. Картина вырисовывалась слишком логичной, но без последней, самой главной детали она оставалась лишь призрачной догадкой, за которую было страшно цепляться слишком рано.

Юрий являлся правой рукой Северного Альфы. На Юге об этом прекрасно помнили, и любой слишком настойчивый интерес к личной жизни Дамира неминуемо вызвал бы подозрения. Особенно если бывший южанин вдруг стал бы расспрашивать о женщине, которую молва уже успела назвать истинной вожака.

Аркадий понимал: стоит Дамиру прознать, что человек Северного клана собирает сведения о его паре, как все двери, открытые перед Юрием благодаря старым связям, мгновенно захлопнутся.

– Слушай меня внимательно, Юра, – голос Аркадия стал жёстче. – К Дамиру и его близкому кругу не приближайся.

– Аркадий Вольфович...

– Это приказ, – оборвал его Альфа. – Если начнёшь открыто или даже косвенно расспрашивать о его истинной, Дамир узнает об этом раньше, чем ты успеешь вернуться на Север.

Аркадий замолчал на некоторое время, заставляя себя успокоиться.

– Мне не нужны твои догадки. И не нужна слепая охота по чужой территории. Мне нужно имя.

– Понял вас, Аркадий Вольфович, – серьезно отозвался тот. – Попробую аккуратно зайти через старые связи. Без прямых вопросов и давления.

– Действуй. И сразу выходи на связь, как только появится что-нибудь конкретное.

– Принято.

Связь оборвалась, и кабинет снова погрузился в тишину.

Аркадий положил телефон и медленно перевёл взгляд на старый, потёртый смартфон Неи, лежавший у самого края столешницы.

До сегодняшнего вечера после исчезновения Неи у Аркадия не было ни одной достоверной зацепки. Теперь появилась хотя бы нить – тонкая, ненадёжная, но впервые ведущая в определённом направлении.

Белая волчица могла существовать лишь в чужих пересказах, а слух об истинной Дамира – оказаться обычной клановой сплетней. И всё же полностью отмахнуться от этих разговоров он уже не мог.

Аркадий ещё продолжал смотреть на телефон дочери, когда за дверью послышались тихие, знакомые шаги.

Он узнал их мгновенно.

Елена никогда не входила в его кабинет без предварительного стука, но на этот раз лишь слегка коснулась пальцами деревянной створки и почти сразу переступила порог.

– Ты опять не пришёл ужинать, – мягко сказала она.

Аркадий поднял голову.

На жене был длинный домашний кардиган, распущенные волосы свободно лежали на плечах. Она замерла у дверей и внимательно всматривалась в мужа. За долгие годы совместной жизни Елена научилась безошибочно чувствовать, когда его лучше не тревожить расспросами. Но сегодня, уловив выражение его лица, всё же сделала шаг вперед.

– Что произошло?

– Юра звонил.

Она мгновенно застыла. Одного этого имени хватило, чтобы её дыхание перехватило.

– Нея?

Аркадий медленно кивнул.

Елена подошла ближе к столу, всматриваясь в его глаза.

– Он нашёл её?

Надежда, вспыхнувшая в её взгляде, отозвалась в сердце Аркадия тупой болью.

– Нет. Пока нет.

Елена отвернулась, будто ругая себя за то, что на секунду позволила поверить в чудо.

– Тогда что он сказал?

Аркадий сдержанно пересказал ей всё, о чём доложил Юрий: и про белую волчицу на Южных землях, и про внезапно прекратившиеся поиски девушки из «Берёзки», и про молву о том, что Дамир обрёл истинную.

Елена слушала его не перебивая, лишь крепче запахнув на груди кардиган.

– Ты думаешь... это она? – выдохнула она наконец.

– Я не знаю.

– Но допускаешь такой исход.

Аркадий провёл ладонью по уставшему лицу.

– Если бы не допускал, Юра сейчас не продолжал бы копать.

Елена тяжело выдохнула и только сейчас заметила лежащий на краю стола старый смартфон.

– Чей это телефон?

Аркадий проследил за её взглядом. Несколько секунд он молчал, собираясь с мыслями.

– Неи.

Елена вскинула на него ошеломлённый взгляд.

– Что?

– Юра забрал её вещи из «Берёзки». Телефон был среди них.

Она медленно протянула руку, но касаться аппарата не решилась.

– Ты не говорил мне, что её телефон у тебя.

– Не говорил.

– Почему, Аркаша?

Аркадий на мгновение задержал взгляд на поцарапанном корпусе. Он и сам не мог толком ответить. Наверное, просто не видел смысла тревожить Елену из-за вещей, которые Юрий привёз из центра. Ни телефон, ни чемодан с вещами, ни дневник не могли дать ответа на главный вопрос – где сейчас их ребёнок.

Но именно телефон он почему-то оставил у себя в кабинете.

Иногда ему достаточно было просто нажать боковую кнопку и увидеть её лицо на экране, чтобы напомнить самому себе: Нея жива. Она выросла. Она существует не только в его давних воспоминаниях о трёхмесячном младенце.

Вместо ответа Аркадий взял смартфон и нажал боковую кнопку.

С фотографии на Елену смотрела беловолосая девушка с удивительно большими синими глазами. На несколько секунд в кабинете установилась полная тишина. Аркадий смотрел не на светящийся дисплей – он смотрел на реакцию жены.

Елена бессильно опустилась в кресло напротив.

– Господи... – выдохнула она, и её голос задрожал.

Пальцы Елены едва заметно дрожали, когда она наконец решилась взять телефон в руки.

– Это она?..

– Да.

Елена провела кончиком пальца по краю экрана, словно боялась случайным прикосновением погасить изображение.

– Такая взрослая...

Семнадцать лет разлуки, боли и поисков уложились всего в два тихих слова.

Такая взрослая.

Аркадий помнил совершенно другое лицо. Крошечное, сонное, со светлыми ресничками на пухлых щёчках и смешным капризным изгибом губ, когда малышка собиралась заплакать. Всего три месяца жизни – вот всё, что им оставили.

А теперь с экрана на них смотрела девушка, которую они совсем не знали.

– На тебя похожа, – тихо сказала Елена, не отрывая взгляда от снимка.

Аркадий собирался возразить, но, увидев выступившие в глазах жены слёзы, промолчал.

– А волосы всё-таки мои, – прошептала Елена.

– Тут спорить не буду, – мягко отозвался он.

Несколько мгновений они просто сидели рядом, рассматривая лицо взрослой дочери – такой, какой она стала без них.

Но постепенно улыбка Елены растаяла.

– Она ведь даже не знает, кто мы такие.

– Узнает.

Елена подняла на него глаза.

– Только не напугай её, когда всё откроется.

Он нахмурился.

– Я серьёзно, Аркаша. Ты столько лет жил этими поисками. Для тебя она – дочь, которую у тебя украли. А для неё мы с тобой...

Елена запнулась, не решаясь произнести последнее слово.

– Чужие, – тихо закончил за неё Аркадий.

Произнести это оказалось тяжелее, чем он ожидал.

– Пока чужие, – мягко поправила его жена. – И если Юрий действительно подтвердит, что это она, не вздумай решить, будто достаточно одного твоего слова, чтобы просто привезти её домой.

Аркадий ничего не ответил. Елена видела его насквозь – слишком хорошо знала характер своего Альфы.

– Она выросла без нас, Аркаша, – продолжила Елена, внимательно глядя на него. – У неё была своя жизнь, свои привычки, люди, которых она считает близкими. Мы не можем просто появиться и ждать, что она сразу признает нас родителями только потому, что для нас она никогда не переставала быть дочерью.

– Я не собираюсь ничего от неё требовать, – глухо отозвался он.

Елена посмотрела на него с лёгким сомнением.

– Ты – Альфа.

– И что из этого?

– А ещё отец, который все эти годы искал свою дочь. Поверь, это очень опасное сочетание.

Несмотря на всю тяжесть разговора, Аркадий невольно усмехнулся.

– Я постараюсь держать себя в руках.

– Вот и постарайся.

Елена снова перевела взгляд на фотографию Неи.

– Можно я возьму телефон себе?

– Конечно.

Елена бережно прижала телефон дочери к груди и на мгновение прикрыла глаза, но почти сразу тишину кабинета нарушил звонок личного телефона Аркадия. От неожиданности они оба вздрогнули, а когда на дисплее высветилось имя Вадима, улыбка мгновенно исчезла с лица вожака.

Начальник службы безопасности никогда не звонил ему в столь поздний час без серьёзной причины, поэтому Аркадий без промедления принял вызов и поднёс телефон к уху.

– Да.

– Аркадий Вольфович, – голос Вадима звучал непривычно напряжённо. – У нас проблема.

Аркадий медленно выпрямился.

– Какая?

На другом конце линии повисла короткая пауза.

– Самойлов попытался свести счёты с жизнью.